Решение от 10 мая 2023 г. по делу № А40-290478/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-290478/19-62-2317
г. Москва
10 мая 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 12 апреля 2023 года

Полный текст решения изготовлен 10 мая 2023 года

Арбитражный суд в составе судьи Григорьевой И. М., единолично,

при ведении протокола судебного заседания до перерыва в судебном заседании секретарем ФИО1, после перерывов в судебных заседаниях помощником судьи Антипиным Р.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ООО "Газэнергострой" (ОГРН <***>)

к ответчикам: 1) ФИО2; 2) ФИО3;

3) ФИО4

при участии третьих лиц: 1) АО «Банк Дом. РФ» , 2) ФИО5,

3) ФИО6, 4) временного управляющего ООО "Газэнергострой" - ФИО7, 5) финансовый управляющий ФИО2 — ФИО8

о взыскании убытков в размере 62 261 714,26 руб.

при участии представителей согласно протоколу судебного заседания

УСТАНОВИЛ:

ООО "Газэнергострой" (ОГРН <***>) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ответчикам: ФИО2, ФИО3, ФИО4 с учетом уточнения, принятого судом в порядке ст.49 АПК РФ, о солидарном взыскании убытков в размере 62 261 714,26 руб.

Исковые требования, со ссылками на ст. ст. 10, 53, 53.1 ГК РФ, мотивированы тем, что за период нахождения ответчиков должности генерального директора, главного бухгалтера и заместителя генерального директора в результате их действий по управлению хозяйственной деятельностью общества ему были причинены убытки, что послужило поводом обращения истца в суд.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 05.03.2020 исковые требования были удовлетворены, с ФИО2, ФИО3, ФИО4 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Газэнергострой» (ОГРН <***>) взысканы убытки в размере 62 261 714 руб. 26 коп.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2020 решение было отменено, в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением суда кассационной инстанции от 25.02.2021 решение Арбитражного суда города Москвы от 05.03.2020, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2020 по делу № А40-290478/2019 отменены, дело направлено на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении определением от 16.08.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО6

Также к участию в деле привлечены в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, финансовый управляющий ФИО2 – ФИО8, временный управляющий ООО «Газэнергострой» - ФИО7.

Ходатайство конкурсного управляющего ООО «Газэнергострой» о привлечении к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО9, АО «Уральская энергетическая строительная компания», АО Производственное объединение «Уралэнергомонтаж», ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, судом рассмотрено, отклонено, вынесено определение в виде отдельного судебного акта.

В судебном заседании 30.03.2023 в порядке ст.163 АПК РФ объявлялся перерыв до 06.04.2023. В судебном заседании 06.04.2023 объявлялся перерыв до 12.04.2023.

Ходатайство истца о назначении судебной экспертизы судом рассмотрено в порядке ст.ст.82, 159 АПК РФ.

Вопрос о необходимости проведения экспертизы согласно статье 82 АПК РФ находится в компетенции суда, разрешающего дело по существу, при этом заключение эксперта на основании части 2 статьи 64 и части 3 статьи 86 АПК РФ исследуется и оценивается наряду с другими доказательствами по делу, из чего следует, что правовой статус заключения судебной экспертизы определен законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы и не носит обязательного характера.

Назначение по делу судебной экспертизы является правом арбитражного суда. При рассмотрении соответствующих ходатайств суд учитывает, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены таким доказательством. При этом суд вправе отказать в назначении экспертизы, если сочтет, что ее назначение нецелесообразно ввиду наличия уже имеющихся в деле доказательств. В любом случае обязанностью суда является исследование имеющихся в деле доказательств.

Кроме того, в силу части 5 ст.159 АПК РФ арбитражный суд вправе отказать в удовлетворении заявления или ходатайства в случае, если они не были своевременно поданы лицом, участвующим в деле, вследствие злоупотребления своим процессуальным правом и явно направлены на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта. В данном случае истец не указал обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии возможности ранее подать такое заявление или такое ходатайство ранее по объективным причинам.

С учетом предмета спора, оснований иска, доводов ходатайства, обстоятельств спора, пояснений представителей лиц, участвующих в деле, ходатайство истца о назначении экспертизы признано не обоснованным и не подлежащим удовлетворению, отклонено протокольным определением.

Заявленное в ходе судебного заседания 12.04.2023 устное ходатайство представителя ответчика ФИО3 о вызове специалиста для дачи пояснений относительно сметных расчетов, судом рассмотрено, признано не подлежащим удовлетворению, отклонено протокольным определением.

Ходатайство финансового управляющего К.Д.АБ. - ФИО8 об оставлении искового заявления без рассмотрения в отношении ФИО2 в связи с введением в отношении указанного лица процедуры банкротства – реализации имущества должника судом рассмотрено.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.12.2022 по делу № А40-97056/22-103-183Ф в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 заявление ООО «Газэнергострой» о включении в реестр требований кредиторов должника ФИО2 суммы задолженности в размере 62 261 714,26 руб. - оставлено без рассмотрения.

В указанном определении суд указал на то, что требование ООО «Газэнергострой» основано на наличии обязательства по возмещению убытков, причиненных ООО «Газэнергострой» должником, ФИО4 и ФИО3, и возникло в связи с привлечением их к ответственности на основании ст. 53.1 ГК РФ решением Арбитражного суда города Москвы от 05.03.2020 по делу № А40-290478/2019.

Между тем, судом установлено, что постановлением Арбитражного суда Московского округа от 25.02.2021 по указанному делу судебный акт отменен, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Таким образом, на момент подачи и рассмотрения заявления ООО «Газэнергострой» о включении требований в реестр требований кредиторов должника, судебный акт о привлечении должника к ответственности в порядке ст. 53.1 ГК РФ и взыскании с него убытков в пользу кредитора отсутствует.

Также в указанном определении суд указал на то, что, как следует из ходатайств ООО «Газэнергострой», решением Арбитражного суда города Москвы от 02.11.2022 признано несостоятельным (банкротом) ООО «Газэнергострой» (ИНН <***>, ОГРН <***>), конкурсным управляющим утвержден ФИО16.

Арбитражный управляющий в деле о банкротстве, в котором рассматривается вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности, обязан в установленный настоящим Федеральным законом срок от имени должника предъявить в деле о банкротстве контролирующего должника лица требование о включении в реестр требований кредиторов, основанное на заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности.

При этом, на момент рассмотрения указанного требования ООО «Газэнергострой» сведений о принятии к производству суда заявления конкурсного управляющего ООО «Газэнергострой» о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности не имеется (доказательств обратного, в нарушение ст. 65 АПК РФ в материалы дела не представлено), в связи с чем суд не усмотрел оснований для приостановления производства по требованию.

Указанное определение от 26.12.2022 по делу № А40-97056/22-103-183Ф обжаловано не было, вступило в законную силу.

В связи с изложенным, суд не находит оснований для оставления без рассмотрения в данном деле заявленного требования в отношении ФИО2

Кроме того, настоящий спор заявлен о солидарном взыскании убытков с ответчиков, связан с установлением наличия или отсутствия убытков, причиненных истцу действиями или бездействием лиц, которые в силу соответствующих норм права могут быть отнесены к числу лиц, контролировавших (определявших) действия истца, и квалификации соответствующих действий (или бездействия) (ст.ст.53, 53.1 ГК РФ).

Представитель истца в судебное заседание явился, поддержал заявленные требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просил суд удовлетворить иск в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО4 в судебное заседание явился, требования не признал по доводам, изложенным в отзыве, письменных пояснениях, заявлено о пропуске срока исковой давности.

Ранее в материалы дела представлялись отзывы, письменные пояснения ответчиков ФИО2, ФИО4, ФИО3, в которых изложены доводы о несогласии с исковыми требованиями.

Представители третьих лиц - АО «Банк Дом. РФ», ФИО5 в судебное заседание явились, исковые требования считают обоснованными, представили в материалы дела пояснения относительно заявленных требований.

Рассмотрев материалы дела, заслушав правовые позиции полномочных представителей лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив представленные доказательства по правилам ст.71 АПК РФ, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела решением общего собрания учредителей от 24.09.2007 было создано юридическое лицо - Общество с ограниченной ответственностью «ГазЭнерго Консалтинг», впоследствии переименованное в Общество с ограниченной ответственностью «Газэнергострой» (ООО «Газэнергострой», ОГРН <***>, дата регистрации: 28.09.2007, ИНН/КПП <***> / 770201001).

04.09.2013 на основании решения общего собрания участников Общества генеральным директором был избран ФИО2 (далее - Ответчик-1), приказ о вступлении в должность от 05.09.2013 № 7.

18.11.2013 на должность главного бухгалтера Общества была принята ФИО3 (Ответчик-2), приказ о вступлении в должность от 18.11.2013 № 9.

26.05.2014 на должность первого заместителя генерального директора принят ФИО4 (Ответчик-3), который также является участником Общества, владеющим долей в размере 155 000 руб. 00 коп, что составляет 50 (пятьдесят) процентов от уставного капитала общества.

06.04.2017 между истцом и обществом с ограниченной ответственностью «Комплексные энергетические решения» (ООО «КЭР», ОГРН <***>, ИНН <***>, подрядчик) заключен был договор субподряда на выполнение строительно-монтажных работ по исполнению государственного контракта на объекте строительства очистных сооружений с сетями канализации в п. Термальный и с. Паратунка Елизовского района Камчатскою края (второй пусковой комплекс), договор субподряда) (т. 9 л.д. 9-29).

В рамках исполнения Договора субподряда, 26.06.2017 между ООО «Строительный центр» (Поставщик) и Истцом (покупатель по договору) был заключен договор поставки № 1/2606-17, по условиям которого поставщик обязуется передать в собственность покупателя (истца) указанный в Спецификации товар, а заказчик принять и оплатить его (п. 1.1 договора). Наименование, ассортимент, количество и стоимость товара указываются в Спецификации (п. 1.2 договора).

Разделом 2 договора сторонами согласованы цена и порядок расчетов.

В ходе исполнения договора сторонами изменялись условия договора в части спецификации и порядка расчетов, в силу которых согласно дополнительного соглашения № 2 от 10.07.2017 общая сумма договора составляет 123 961 233 руб. 32 коп., в т.ч. НДС 18% (п. 2.1 договора), а также принята к исполнению Спецификация №3.

Кроме того, сторонами в дополнительном соглашении № 2 от 10.07.2017 изменен п. 2.4 договора, определяющий порядок расчетов между сторонами, согласно которому покупатель осуществляет частичную оплату в размере 74 769 534 руб. 62 коп. ( в т.ч. НДС 18%) в срок не позднее 5 рабочих дней с даты подписания сторонами Спецификации. Окончательная оплата в размере 49 191 698 руб. 70 коп. (в т.ч. НДС 18%) – оплачивается не позднее 14 рабочих дней с даты подписания сторонами Спецификации.

По условиям Спецификации № 3 покупатель приобретает трубу (стальная электросварная прямошовная с 1 продольным швом 530*8 мм марка стали 17Г1С (магистральная), защитный слой - композиция полиэтилена высокого давления Ml 0204-003 толщиной 3 мм., в количестве 10 787,5 м. (далее - Труба), а также трубы ПЭ100 SDR-400*3.7 (применит. SDR-450*26,7) (т.1 л.д.56-57)

Стоимость трубы 530*8 мм составила 95 300 000 руб.

Платежными поручениями № 546 от 27.06.2017 и № 624 от 10.07.2017 истец перевел на расчетный счет Поставщика указанную сумму в счет оплаты приобретаемого товара (т. 1 л. <...>).

Как указывает истец, покупка товара осуществлялась с использованием бюджетных денежных средств, а также полученных истцом кредитных денежных средств по кредитному договору <***> на открытие кредитной линии (с лимитом задолженности) от 09.06.2017, заключенному с Акционерным коммерческим банком «РОССИЙСКИЙ КАПИТАЛ» (публичное акционерное общество, в настоящее время АО «Банк ДОМ.РФ»).

В ходе проверки целевого использования истцом бюджетных и кредитных денежных средств, а также установления причин срыва сроков строительства объекта (по государственному контракту) было установлено, что оплаченная по Договору стоимость Трубы существенно превышала рыночную стоимость аналогичного товара, в том числе и у первоначального продавца. Начальная продажная стоимость трубы составляет 39 310 638 руб. 00 коп.

Также истец указал, что при инвентаризации имеющегося на балансе общества имущества, была обнаружена недостача трубы в размере 710 м. стоимостью 6 272 352 руб. 26 коп.

27.06.2019 истец направил в адрес ответчиков требования с просьбой предоставить пояснения о месте нахождения недостающей трубы, либо, в случае ее использования и/или отчуждения третьим лицам, передать истцу подтверждающие документы. Соответствующих ответов на запросы от ответчиков не поступило.

18.10.2019 Истец направил в адрес ответчиков требования с просьбой предоставить пояснения и документы в их обоснование о причинах приобретения обществом товара по завышенной цене, а также причинения обществу убытка в размере 62 261 714 руб. 26 коп.

Поскольку от ответчиков не последовало пояснений по факту приобретения трубы по завышенной цене, о месте ее нахождения, а также о причинах недостачи трубы, истец обратился с настоящим иском в суд.

В соответствии с ч. 1 ст. 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. В соответствии с ч.1 ст. 66 АПК РФ доказательства представляются лицами, участвующими в деле. Согласно ч.1 ст. 67 АПК РФ арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу.

Согласно п. 3 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, входящие в состав органов управления юридического лица, равно как и лица, влияющие на принятие юридическим лицом решений, а также фактически участвующие в управлении делами юридического лица обязаны действовать добросовестно и разумно только в интересах такого юридического лица.

В случае нарушения этой обязанности указанные лица по требованию юридического лица и(или) его учредителей (участников) обязаны возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Согласно разъяснениям Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» недобросовестность действий считается доказанной, если лица, принимающие участие в их совершении, знали и(или) должны были знать, что их действия (бездействия) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица (в частности совершали сделку на заведомо невыгодных условиях).

Под сделкой на невыгодных условиях при этом понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

В силу положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с положениями статьи 15 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации для привлечения к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков необходимо доказать совокупность следующих условий: факт причинения убытков, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением указанного лица и наступившими последствиями в виде убытков.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 62 от 30.07.2013 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 5 вышеуказанного постановления, в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Направляя дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы, суд кассационной инстанции указал о необходимости установления всех фактических обстоятельств дела, наличия самого факта убытков, вины каждого из ответчиков и причинно-следственной связи между действиями ответчиков и возникшими последствиями для общества.

При новом рассмотрении дела по ходатайству истца судом в порядке ст. 66 АПК РФ были истребованы у ОАО «Камчатгазпром» документы об отгрузке в отношении трубы, информация о начальной продажной цене товара – труба стальная электросварная прямошовная с 1 продольным швом 530*8 мм марка стали 17Г1С, документы, свидетельствующие о преддоговорных переговорах в отношении поставки трубы, информацию о том, по какой цене и на каких условиях труба стальная (электросварная прямошовная с 1 продольным швом 530*8 мм марка стали 17Г1С (магистральная), защитный слой - композиция полиэтилена высокого давления М10204-003 толщиной 3мм) предлагалась к продаже ОАО «Камчатгазпром» лицам, не входящим в ту же группу лиц, что ОАО «Камчатгазпром» в период с 01 января 2017 года по 31 декабря 2017 года и иное.

Вместе с тем, от ОАО «Камчатгазпром» поступил ответ об отсутствии какой-либо документации по запросу, а также об отсутствии взаимоотношений с ООО «Газэнергострой».

Также по ходатайствам лиц, участвующих в деле, судом дополнительно истребовались и были представлены в материалы дела копия приговора Елозовского районного суда Камчатского края по делу №1-12/2022, копии из материалов уголовного дела, находящегося на рассмотрении Таганского районного суда города Москвы в отношении ФИО6 (генерального директора ОАО «УК «КЭР»), ФИО17 (генерального директора ООО «Комплексные системы»).

Из документов, представленных в материалы дела усматривается следующее.

Постановлением Правительства Российской Федерации № 308 от 15.04.2014 утверждена государственная долгосрочная программа «Социально-экономическое развитие Дальнего востока и Байкальского региона».

В состав государственной программы для реализации задач по созданию объектов транспортной, энергетической, коммунальной, инженерной, социальной и иной инфраструктуры, необходимой для обеспечения функционирования территорий опережающего социально-экономического развития в ДФО, вошла подпрограмма «Создание условий для опережающего социально-экономического развития ДФО» с соответствующим объемом бюджетных ассигнований федерального бюджета на 2016, 2017 гг.

В рамках исполнения программы и подпрограммы 30.09.2016 между главным распорядителем средств федерального бюджета – Министерством РФ по развитию Дальнего востока и АО «Корпорация развития Дальнего Востока» заключено соглашение № 03-36/2016 о предоставлении субсидий из федерального бюджета управляющей компании, на финансовое обеспечение затрат, связанных с развитием инфраструктуры, и в том числе на финансовое обеспечение затрат, связанных с развитием инфраструктуры ТОСЭР, в том числе на технологическое присоединение к системе водоотведения объектов площадки «Паратунка» территории опережающего развития «Камчатка». Соответствующие субсидии были доведены до назначения, что также подтверждается материалами уголовного дела (т. 12 л. д. 24-150).

В целях исполнения и реализации вышеуказанной программы АО «Корпорация развития Дальнего Востока» (АО «КРДВ») заключило с АО «Тепло Земли» договор от 03.11.2016 № 00000000350160080002/118/16/с на технологическое присоединение водопроводных сетей к централизованным системам водоотведения объектов площадки «Паратунка» ТОР «Камчатка», и на реализацию которого были перечислены в качестве аванса в размере 1 198 650 814,53 руб., по которому АО «Тепло Земли» взяло на себя обязательства, связанные с выполнением работ по созданию централизованной системы водоотведения до точек подключения земельного участка, а также по подготовке централизованной системы водоотведения и подключению объекта и отведению очистных сточных вод не позднее 30.12.2017.

В свою очередь, в целях реализации указанной программы между АО «Тепло Земли» и ООО «КЭР» был заключен договор подряда № 06-17/Т от 16.02.2017 на строительство очистных сооружений с сетями канализации в п. Термальный и с. Паратунка, Елизовского района, Камчатского края.

Согласно приложению № 1 к договору подряда к Техническому заданию, заключению государственной экспертизы № 41-1-5-0050-15 от 07.07.2015, проектно-сметной документации по объекту, предусмотрено применение на объекте строительства «труб стальных электросварных 530х10 мм с весьма усиленной изоляцией (ГОСТ 10704-91) марки стали ст. 3 (лист 5 раздела 5104-КП.00-2.5-НК1.С)» (далее трубы 530х10 мм ГОСТ 10704-91) в количестве 10 787,5 метров.

Как усматривается из представленных документов, 06.04.2017 между ООО «КЭР» в лице генерального директора ООО «УК «КЭР» ФИО6 и ООО «Газэнергострой» в лице генерального директора ФИО2 был заключен договор субподряда на строительство очистных сооружений с сетями канализации в п. Термальный и с. Паратунка Елизовского района, Камчатского края № 001-С/17.

В соответствии с п. 2.1 указанного договора субподрядчика (ООО «ГЭС») обязуется выполнить строительно-монтажные работы на вышеуказанном объекте и передать заказчику завершенный строительством объект, прошедший испытания и получивший заключение о соответствии законченного строительством объекта требованиям технических регламентов, иных нормативных и правовых документов, проектно-сметной документации.

Согласно п. 3.2 данного договора субподряда, работы должны быть завершены в полном объеме не позднее 30.11.2017, а цена согласована сторонами в п. 4.1 договора и составила 1 100 586 917 руб.

В пункте 8.2 договора субподряда указано, что все поставляемые материалы, оборудование и запасные части к нему должны быть современными, ранее не использованными и обеспечивать выполнение требований, указанных в данной статье договора. Материалы и оборудование должны соответствовать нормативной и утвержденной Проектной документации.

Согласно абз.2 п.8.2 указанного договора субподряда материалы и оборудование должны приобретаться непосредственно у производителей или официальных дилеров, имеющих подтвержденные полномочия. Поставщики материалов и оборудования должны соответствовать следующим требованиям: наличие документов, подтверждающих возможность осуществления поставок указанных материалов и оборудования; наличие авторизованного заводом-изготовителем сервисного центра на территории России; поставщик должен являться официальным дилером завода-изготовителя (поставщиком может быть завод-изготовитель).

Аналогичные требования изложены в п.12 Технического задания к договору субподряда (приложение № 1 – т.9 л.д.30-37).

Во исполнение договора субподряда истцом (покупатель) 26.06.2017 с ООО «Строительный центр» (Поставщик) был заключен договор поставки № 1/2606-17, по условиям которого поставщик обязуется передать в собственность покупателя (истца) указанный в Спецификации товар, а заказчик принять и оплатить его (п. 1.1 договора). Наименование, ассортимент, количество и стоимость товара указываются в Спецификации (п. 1.2 договора).

В ходе исполнения договора сторонами изменялись условия договора в части спецификации и порядка расчетов, кроме того, сторонами в дополнительном соглашении № 2 от 10.07.2017 изменен п. 2.4 договора, определяющий порядок расчетов между сторонами, согласно которому покупатель осуществляет частичную оплату в размере 74 769 534 руб. 62 коп. ( в т.ч. НДС 18%) в срок не позднее 5 рабочих дней с даты подписания сторонами Спецификации. Окончательная оплата в размере 49 191 698 руб. 70 коп. (в т.ч. НДС 18%) – оплачивается не позднее 14 рабочих дней с даты подписания сторонами Спецификации.

По условиям Спецификации № 3 покупатель приобретает трубу (стальная электросварная прямошовная с 1 продольным швом 530*8 мм марка стали 17Г1С (магистральная), защитный слой - композиция полиэтилена высокого давления Ml 0204-003 толщиной 3 мм., в количестве 10 787,5 м. (далее - Труба), а также трубы ПЭ100 SDR-400*3.7 (применит. SDR-450*26,7) (т.1 л.д.56-57).

Анализ указанных выше документов, свидетельствует о том, что в результате заключения и исполнения названных договоров, фактически, при приобретении трубы 530*8 мм вместо трубы 530х10 мм были нарушены условия договора субподряда, условия проектно-сметной документации, а также требования действующего законодательства, в том числе положения статьей 49, 52 Градостроительного кодекса Российской Федерации о необходимости согласования такого изменения.

В приговоре Елозовского районного суда Камчатского края по делу №1-12/2022, вступившим в законную силу, указано, что имело место незаконное согласование замены на объекте строительства материала – «труб стальных электросварных 530х10 мм с весьма усиленной изоляцией (ГОСТ 10704-91) марки стали ст.3 ГОСТ 10704-91)», укладка которых предусмотрена проектом и стоимость которых заложена в сметную стоимость, на «трубы стальные электросварные прямошовные с одним продольным швом 530х8 (ГОСТ 20295-85), марка стали 17 Г1С (магистральная), защитный слой «композиция полиэтилена высокого давления М 10204-003 толщиной 3 мм», использование которой на объекте не предусмотрено проектной документацией. Также было установлено, что указанная труба хранилась на территории Камчатского края более 10 лет и их использование на объекте было возможно только с согласия АО «Тепло Земли» (т.11 л.д.53-93).

Из материалов дела следует, что труба приобреталась обществом с ограниченной ответственностью «Газэнергострой» через третьих лиц, ни одно из которых не являлось дилером поставляемого товара, что является нарушением условий договора субподряда (п.8.2).

При этом, на основании полученных судом данных и имеющихся в материалах дела договоров следует, что при помощи заключения нескольких взаимосвязанных сделок с третьими лицами, стоимость труды была существенно завышена.

Первоначальная продажная цена трубы, по которой она была приобретена у ОАО «Камчатгазпром» для дальнейшей поставки в адрес ООО «Газэнергострой», составляла 39.310.638 руб., тогда как согласно товарной накладной от 12.07.2017 № 218 стоимость трубы 530х8 составила 95.300.000 руб.

Также из материалов дела следует, что ФИО2, действуя в качестве генерального директора ООО «Газэнергострой», подписал документ о принятии указанной трубы по товарной накладной № 218 12 июля 2017 года, тогда как непосредственный продавец (контрагент истца по сделке) ООО «Строительный центр» приобретало трубу через цепочку сделок. Так, ОАО «Камчатгазпром» реализовало трубу по договору с ООО «Техноторг» от 29.09.2017 № 185, товарная накладная от 29.09.2017 (т.2 л.д.120-127).

Доводы ответчиков о том, что ФИО5 был осведомлен обо всех заключаемых обществом сделках, давал личные указания, а также является конечным бенефициаром общества, судом проверены.

Из полученных по запросу суда документов из материалов уголовного дела, рассматриваемого Таганским судом общей юрисдикции, в том числе протоколов допроса свидетеля ФИО4, следует, что ФИО4 подтвердил, что осуществлял поиск контрагентов, принимал вместе с ФИО5 решение о заключении договора субподряда, знал о требованиях к трубе диаметров 530 мм с толщиной стенки 10 мм согласно проектно-сметной документации, вместе с тем, пояснил, что общество не приобрело трубу у планируемых поставщиков, приобретение трубы в нарушение условий договора не у официального дилера или завода изготовителя и по предельной сметной стоимости было обусловлено требованиями подрядчика. Также ФИО4 пояснил, что уже не могли отказаться от условий ООО «КЭР», так как подписали кредитный договор и личные поручительства по нему.

При этом, никаких доказательств оказания давления со стороны подрядчика не представлено. Вместе с тем, в абзаце 2 страницы 6 протокола зафиксирован ответ ФИО4: «После предоставления ООО «КЭР» документов о трубе (каким способом ФИО4 не помнил) в ООО «Газэнергострой» нами было принято решение, что данная труба соответствует требованиям по условиям договора и она была приобретена ООО «ГЭС» через ООО «Строительный центр» у ООО «Комплексные системы» по предельной сметной стоимости в соответствии с требованиями ООО «КЭР» для осуществления работ на объекте в рамках подписанного договора субподряда» (т.14 л.д.16-19).

Из материалов дела следует, что ФИО4 осуществлял трудовую деятельность в ООО «Газэнергострой» как в период заключения договора субподряда, так и договора поставки, вел переговоры о заключении договора подряда с ООО «КЭР», а также с ООО «Строительный центр». Также из электронной переписки следует, что ФИО4 контролировал вопросы оплаты, а также располагал информацией о том, что труба будет приобретаться не у Стройцентра, а у лица, у которого Строцентр эту трубу закупит в последующем. Являясь заместителем Генерального директора ООО «Газэнергострой», а также участником общества с долей 50 % уставного капитала общества ФИО4 имел возможность определять действия общества в спорный период.

Договор заключался и исполнялся генеральном директором Общества ФИО2, при этом фактическое руководство строительным объектом, приобретение необходимых материалов и оборудования, доставку их на строительную площадку и поиск/переговоры с контрагентами велись первым заместителем генерального директора ФИО4, который также находился непосредственно на объекте в п. Термальный и с. Паратунка, Елизовского района, Камчатского края, при этом уклонение указанных ответчиков от предоставления необходимой информации, подтверждающих документов (данных), позволяющих обосновать необходимость приобретения трубы по завышенным ценам, свидетельствует об умышленном заключении договора на невыгодных условиях.

Таким образом, ответчики ФИО2 и ФИО4, приобретая трубу по договору поставки с ООО «Строительный центр», не могли не знать необходимости соблюдения условий договора субподряда в части требований к приобретаемому товару, его характеристикам, а также поставщикам. Изменения в договор субподряда, в том числе, заключение дополнительных соглашений к договору субподряда, внесения изменений в проектно-сметную документацию не производилось.

При этом, ни ФИО2, ни ФИО4 не представили доказательств того, что ими выражалось несогласие со всеми вышеуказанными действиями общества, либо были предприняты иные меры по недопущению заключения и исполнения договора поставки

Также указанными ответчиками не представлено доказательств того, что были осуществлены действия, направленные на анализ рынка, поиск поставщиков либо дилеров, допускаемых в качестве продавцов по условиям договора субподряда, а также что ответчиками совершались действия по проверке качества приобретенной трубы.

Все вышеизложенное свидетельствует о неразумности и недобросовестности действий ФИО2, ФИО4 при заключении и исполнении договора поставки, заключенного во исполнение договора субподряда.

Руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества (п. 4 ст. 32 ФЗ «Об ООО»).

В соответствии с п. 14.1 Устава ООО «Газэнергострой» «единоличным исполнительным органом общества является генеральный директор».

Таким образом, ответчик ФИО2, являясь генеральным директором, подписывая договоры, участвуя в переговорах, ведя переписку с оппонентами, не мог не знать о технических требованиях, предъявляемым, в том числе, и к строительным материалам.

С целью выполнения взятых на себя обязательств по договору субподряда, ООО «ГЭС» был заключен кредитный договор на открытие кредитной линии (с лимитом задолженности) с АКБ «Российский капитал» № 90-052/КЛ-17 на сумму не более 330 000 000 руб. При этом, как следует из пояснений ФИО4 (в рамках допроса по уголовному делу в отношении ФИО6) и не опровергнуто иными доказательствами, данный договор был заключен под давлением со стороны ООО «КЭР», который отказывался заключать договор субподряда без наличия открытой кредитной линии именно в банке АКБ «Российский кредит». При этом, заключение указанного кредитного договора привели к возникновению дополнительного бремени общества при осуществлении хозяйственной деятельности в виде возврата дополнительно ежемесячно кредитных средств.

Заключая договор поставки № 1/2606-17 от 26.06.2017 на поставку товара - трубы (стальная электросварная прямошовная с 1 продольным швом 530*8 мм марка стали 17Г1С (магистральная), защитный слой - композиция полиэтилена высокого давления Ml 0204-003 толщиной 3 мм., в количестве 10 787,5 м. (далее - Труба), а также трубы ПЭ100 SDR-400*3.7 (применит. SDR-450*26,7), генеральный директор, так же как и его заместитель, не могли не знать и не осознавать, что предмет договора поставки не соответствует параметрам, отраженным и зафиксированным в техническом задании. Более того, приобретенная труба помимо технического несоответствия, являлась не новой, хранилась на территории Камчатского края и принадлежала ОАО «Камчатгазпром».

В силу части 4 статьи 69 АПК РФ одним из оснований, освобождающих от доказывания, является вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу, который обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Вместе с тем другие доказательства, полученные в уголовно-процессуальном порядке, могут быть использованы в арбитражном процессе для установления наличия или отсутствия обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, при условии их относимости и допустимости (часть 1 статьи 64, статьи 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Данная позиция отражена в постановлении Президиума ВАС РФ от 24.06.2014 № 3159/14.

Аналогичная правовая позиция изложена Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 01.03.2011 N 273-О-О.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, согласно части 4 статьи 69 АПК Российской Федерации одним из оснований, освобождающих от доказывания, является вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу, который обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия, и совершены ли они определенным лицом. Другие доказательства, полученные в уголовно-процессуальном порядке, могут быть использованы в арбитражном процессе для установления наличия или отсутствия обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле при условии, если арбитражный суд признает их относимыми и допустимыми (часть 1 статьи 64, статьи 67 и 68 АПК Российской Федерации). При этом разрешение вопросов об относимости и допустимости представленных сторонами доказательств, а также их оценка являются прерогативой арбитражного суда.

Вышеизложенное, как то цепочка договоров, выводы о несоответствии трубы техническим критериям, умышленное завышение ее стоимости, нашло отражение в материалах уголовных дел в отношении ФИО18, врио генерального директора (а с 15.02.2018 – генерального директора) АО «Тепло Земли», в приговоре Елозовского районного суда Камчатского края по делу №1-12/2022. С учетом того, что ответчиками ФИО2, ФИО4 вышеуказанные факты не опровергнуты, доказательств обратного в материалы дела не представлены, суд считает возможным принять указанные факты в качестве надлежащих и допустимых доказательств по делу.

В пункте 7 Постановления № 62 Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время наряду с таким директором солидарную ответственность за причиненные этой сделкой убытки несут члены указанных коллегиальных органов (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 4 статьи 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», пункт 4 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Согласно п.1 ст.53.1 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (п.3 ст.53.1 ГК РФ).

В случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно (п.4 ст.53.1 ГК РФ).

Во исполнение указаний суда кассационной инстанции, данных при направлении дела на новое рассмотрение, судом исследованы обстоятельства, связанные с действиями каждого из ответчиков, а также и степень возможного содействия этих лиц в причинении вреда истцу, наличие вины каждого из ответчиков в наступивших для общества последствиях, а также причинно-следственная связь между допущенными ответчиками нарушениями и возникшими у общества убытками.

Доводы ответчиков об определяющем влиянии участника общества ФИО5 на принятие решения о приобретении трубы у конкретного контрагента, судом проверены.

Вместе с тем, из совокупности доказательств следует, что прямых доказательств дачи ФИО5 указаний ФИО2 и ФИО4 о необходимости приобретения трубы у конкретного поставщика не представлено.

Участие ФИО5 в принятии управленческих решений связано с необходимостью участия в корпоративном управлении. При этом, учитывая равенство долей ФИО5 и ФИО4 в уставном капитале ООО «Газэнергострой» - по пятьдесят долей у каждого из участников, ответчиком ФИО4 не представлено безусловных доказательств наличия давления со стороны ФИО5, не позволившего принять иное управленческое решение.

В п.6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Исследовав представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что фактически действия директора ФИО2, заместителя директора ФИО4 являлись неразумными, недобросовестными, не соответствовали обычаям делового оборота, привели к заключению сделок, очевидно не выгодных для общества, осуществление хозяйственной деятельности общества, получение кредитных средств, которые привели к возникновению убытков, что также подтверждается многочисленными командировками на строительный объект, а также командировочными расходами и финансовыми отчетами.

Признавая требования истца правомерными в отношении указанных ответчиков, суд в то же время не может согласится с размером убытков, заявленных ко взысканию.

Стоимость трубы, уплаченная по договору поставки составила 95 300 000 руб., в то время как ее продажная стоимость составляет 39 310 638 руб., в связи с чем суд считает подтверждённой и обоснованной ко взысканию сумму, составившую разницу между реальной стоимостью трубы и суммой, переплаченной при заключении договора на поставку трубы, а именно 55 989 362 руб.

Доводы истца о недостаче в размере 6 272 638 руб. 26 коп. судом отклоняются, как не обоснованные и не подтвержденные документально.

Основным способом проверки соответствия фактического наличия имущества путем сопоставления с данными бухгалтерского учета признается в силу статьи Федерального закона «О бухгалтерском учете» инвентаризация имущества, порядок проведения которой определен в Методических указаниях по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13.06.1995 № 49.

Согласно пункту 1.5 Методических указаний проведение инвентаризаций обязательно, в том числе, при смене материально ответственных лиц (на день приемки-передачи дел) При назначении на должность генерального директора ФИО9 инвентаризация не проводилась, что не подтверждает возможность образования недостачи в период нахождения ФИО2 в должности генерального директора (образовалась ли она до вступления в должность генерального директора ФИО9 или после).

Инвентаризация была проведена 29.12.2018, то есть спустя 4 месяца после назначения генеральным директором ФИО9 При этом о проведении инвентаризации и необходимости участия в ее проведении ФИО2, ФИО4 не сообщали, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

В отношении ответчика ФИО3, главного бухгалтера общества, суд приходит к выводу о недоказанности ее поведения, повлекшего на стороне общества убытки, а также отсутствия правовых оснований для взыскания убытков.

Правовой статус главного бухгалтера (права, обязанности, ответственность) также значительно отличается от статуса иных работников, что обусловлено спецификой его трудовой деятельности: он несет ответственность за формирование учетной политики, ведение бухгалтерского учета, своевременное представление бухгалтерской (финансовой) и другой отчетности, обеспечивает соответствие осуществляемых хозяйственных операций законодательству РФ, контроль за движением имущества и выполнением обязательств. Его требования по документальному оформлению хозяйственных операций и представлению в бухгалтерию необходимых документов и сведений обязательны для всех работников организации (ст. ст. 7 - 10 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»).

По смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, применение которой возможно лишь при наличии определенных условий.

Из смысла статьи 44 Закона об ООО следует, что ответственность наступает при наличии противоправного деяния, убытков, причиненных Обществу, причинной связи между деянием и убытками, вины нарушителя. При этом должен быть доказан не только факт неисполнения либо ненадлежащего исполнения нарушителем своих обязанностей, но и то, что в результате этого возникли убытки.

ФИО3 работала в ООО «Газэнергострой» в должности главного бухгалтера с 18.11.2013 по 30.06.2018. Трудовой договор № ТЗ-2013, заключенный 18.11.2013 был расторгнут 30.06.2018 на основании пункта 1 части 3 статьи 77 ТК РФ по заявлению ФИО3 о расторжении трудового договора от 18.06.2018.

Договор о полной материальной ответственности с нею заключен не был, доказательств обратного в материалы дела не представлено. В трудовом договоре условие о ее материальной ответственности в полном размере причиненного работодателю ущерба отсутствует.

В должности главного бухгалтера ФИО3 полномочий выступать от имени общества не имела, функции органа управления не исполняла, определяющего влияния на хозяйственную деятельность общества не оказывала.

В силу Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ее обязанности ограничены ведением бухгалтерского учета в организации. Требований, предъявляемые к ведению бухгалтерского учета и предоставлению бухгалтерской отчетности ФИО3 полностью выполнялись, первичные документы были отражены в бухгалтерском учете правильно, при этом она не имела возможности устанавливать действительное содержание совершенных обществом хозяйственных операций.

Согласно части 3 статьи 9 Федерального закона № 402-ФЗ лицо, на которое возложено ведение бухгалтерского учета, и лицо, с которым заключен договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, не несут ответственность за соответствие составленных другими лицами первичных учетных документов свершившимся фактам хозяйственной жизни.

Вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ и статьи 15 ГК РФ истец не доказал необходимой совокупности элементов для привлечения ФИО3 к имущественной ответственности в виде возмещения убытков обществу, в том числе факт причинения убытков ее действиями.

Кроме того, в настоящем деле ответчиками заявлено о пропуске срока исковой давности, который судом отклоняется исходя из следующего.

Общий срок для защиты гражданских прав по иску лица, право которого нарушено (исковая давность), составляет три года статья 195, часть 1 статьи 196 ГК РФ.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого прав, (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

По общему правилу убытки могут быть взысканы в судебном порядке при одновременной доказанности потерпевшим наличия убытков, противоправности поведения причинителя убытков, причинной связи между содеянным и возникшими убытками. Отсутствие одного из указанных элементов не дает потерпевшему право на иск в материальном смысле, иск для него становится заведомо бесперспективным.

Как утверждают ответчики, исковое заявление подано за пределами срока исковой давности, однако доводов по датам не представлено, заявление не содержит относительно какой даты следует считать истечение срока исковой давности в настоящем деле, из текста заявления суд не усматривает фактического понимания ответчиками сути данного довода, его обоснования.

Ссылка ответчиков на пропуск срок исковой давности с указанием на нормы Трудового кодекса Российской Федерации, судом отклоняются, поскольку данный спор о взыскании убытков с ответчиков заявлен на основании ст.53, ст.53.1 ГК РФ, и не относится к трудовым спорам. С учетом заключения и исполнения сделок по договору субподряда в апреле 2017 года, по приобретению трубы в июне 2017 года, обращения с данным иском в суд 01.11.2019, срок исковой давности истцом не пропущен.

В силу ч. 1 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Исследовав и оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к выводу, что заявленное требование подлежит удовлетворению частично, а именно, требование о солидарном взыскании с ФИО2 (ИНН <***>), ФИО4 (ИНН <***>) в пользу ООО "Газэнергострой" 55.989.362 руб. убытков.

В остальной части исковых требований о солидарном взыскании убытков и в удовлетворении исковых требований к ФИО3 суд не находит правовых и фактических оснований для удовлетворения.

Судом рассмотрены иные доводы ответчиков, однако они не могут служить основанием для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме, так как не подтверждены доказательствами, противоречат материалам дела, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, действующему законодательству, и не влекут иных выводов суда, чем те, которые суд изложил в настоящем решении.

Распределение судебных расходов между лицами, участвующими в деле, производится судом в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 110 АПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 10, 15, 53, 53.1, 195, 196, 199, 200, 393 ГК РФ, ст. ст.49, 65, 68, 71, 75, 110, 156, 166-171, 176, 180, 181 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать солидарно с ФИО2 (ИНН <***>), ФИО4 (ИНН <***>) в пользу ООО "Газэнергострой" (ОГРН <***>) 55.989.362 (пятьдесят пять миллионов девятьсот восемьдесят девять тысяч триста шестьдесят два) руб. убытков, 200.000 (двести тысяч) руб. расходов истца по оплате госпошлины по иску.

В остальной части исковых требований о солидарном взыскании убытков и в удовлетворении исковых требований к ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке и сроки, установленные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Судья

И.М. Григорьева