Решение от 4 декабря 2024 г. по делу № А65-28149/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. КазаньДело №А65-28149/2023

Дата принятия решения – 05 декабря 2024 года

Дата объявления резолютивной части – 21 ноября 2024 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Хуснутдиновой А.Ф., при составлении протокола судебного заседания помощником судьи Евсеевой О.Б.,

рассмотрев 11, 21 ноября 2024 года в открытом судебном заседании дело по иску Индивидуального предпринимателя ФИО1, г.Мамадыш, (ОГРН <***>, ИНН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО2, г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании убытков в размере 60 632 691 руб.,

с участием:

от истца – адвокат Лукьянова Е.Г., доверенность, паспорт, ордер,

от ответчика – ФИО3, паспорт, доверенность, диплом,

от третьих лиц:

ФИО6 О. – не явился, извещен,

ФИО11 К. – не явился, извещен,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (истец) обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском о взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ответчик) 60 632 691 рублей убытков.

В порядке ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) к участию в деле третьими лицами без самостоятельных требований на предмет спора привлечены ФИО6, ФИО7.

Определением от 25 марта 2024 года суд по ходатайству истца назначил по делу судебную экспертизу, производство которой было поручено эксперту ООО «Билге» ФИО8 и приостановил производство по делу.

В Арбитражный суд РТ 18.04.2024 поступило экспертное заключение от ООО «Билге», производство по делу возобновлено определением от 22 апреля 2024 года.

Третьи лица, извещенные о времени и месте проведения судебного заседания, явку своих представителей в суд 11.11.2024 не обеспечили.

В соответствии с ч.3 ст. 156 АПК РФ судебное заседание проводится в отсутствие представителей третьих лиц.

В судебном заседании присутствовал эксперт ООО «Билге» - ФИО8 (личность установлена на основании общегражданского паспорта).

Эксперт ФИО8 дала пояснения на вопросы представителей истца, ответчика и суда в отношении проведенных экспертных исследований в дополнение представленных письменных пояснений.

По результатам пояснений эксперта представитель истца заявила ходатайство о проведении повторной судебной экспертизы.

Ответчик считал заключение обоснованным и не вызывающим сомнений, просил отказать в удовлетворении ходатайства истца о проведении повторной экспертизы.

Для разрешения заявления о проведении повторной экспертизы суд удаляется в совещательную комнату.

Суд определил в удовлетворении ходатайства истца о проведении повторной экспертизы отказать; в порядке ст. 163 АПК РФ объявить в судебном заседании 11.11.2024 перерыв до 08ч 45мин 21.11.2024.

После перерыва судебное заседание продолжено 21.11.2024 в 08ч 58мин в том же составе суда с участием прежних представителей истца и ответчика, без участия представителей третьего лица в соответствии с ч.3 ст. 156 АПК РФ.

Судом в заседании оглашены документы, заявления, пояснения, поступившие в суд в рамках перерыва.

В продолженном судебном заседании представитель истца заявленные требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика представил судебный акт по иному делу, который, по мнению ответчика, имеет преюдициальное значение для настоящего дела, требования истца не признал.

Представители сторон в судебном заседании дали пояснения на вопросы суда и по существу спора.

Представитель ответчика в судебном заседании указал, что судом не разрешен вопрос о проведении дополнительной экспертизы заявленной истцом.

Суд протокольным определением определил в удовлетворении заявления истца о проведении дополнительной экспертизы отказать ввиду отсутствия к тому процессуальной целесообразности, а также в удовлетворении ходатайства истца о вызове свидетелей.

Суд определил рассмотреть спор по существу по имеющимся в деле доказательствам.

Исследовав и оценив в соответствии со ст. 71 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела документы и представленные доказательства, суд установил.

Как следует из материалов дела, и не оспаривается сторонами по делу, согласно протоколу о результатах открытых торгов в форме аукциона по продаже имущества, включенного в Лот от 20 сентября 2016 года № РАД-89524, ФИО9 был признан победителем торгов с предложением цены по итогам аукциона 189 775 300 рублей.

Между ФИО9 и ООО «Торговый дом «Олимп» 26 сентября 2016 года заключен договор купли-продажи имущества, в соответствии с которым в собственность ФИО9 передано недвижимое имущество - нежилые помещения №№ 1Н, 2Н, 3Н, 4Н, 5Н, 6Н, 7Н общей площадью 2424,8кв.м, расположенные по адресу: Республика Татарстан (Татарстан), <...>.

Между ФИО9 (продавец) и третьим лицом по настоящему делу - ФИО6 (покупатель) 19 октября 2016 года заключен предварительный договор купли-продажи помещений (недвижимости) (л.д. 10-12 т.1).

В соответствии с п.1 предварительного договора ФИО9 26 сентября 2016 года заключен договор купли-продажи имущества с проведенными торгами в форме аукциона с конкурсным управляющим ООО «Торговый дом «Олимп» ФИО10., действующим на основании решения Арбитражного суда РТ от 09.06.2016 дело А65-29280/2015, в соответствии с которым в собственность ФИО9 передается недвижимое имущество согласно договора купли-продажи от 26 сентября 2016 года.

Согласно п.3.1. предварительного договора ответчик обязуется передать в собственность покупателя будущее недвижимое имущество: указанных в п.1 предварительного договора, часть помещений общей площадью 1433,9кв.м по цене 111 803 608 рублей 48 копеек.

Пунктом 3.2 предварительного договора установлено, что ФИО9 обязуется перед ФИО6 до 31 декабря 2016 года заключить договор купли-продажи на согласованные сторонами нежилые помещения (договор купли-продажи недвижимого имущества) в установленном в п.3.1. размере площадей.

В соответствии с п.4 предварительного договора договор купли-продажи недвижимого имущества по соглашению сторон будет заключен между сторонами по цене, указанной в п.3.1 договора.

Стоимость передаваемых помещений подлежит оплате покупателем в течение 2 банковских дней со дня заключения предварительного договора, путем передачи наличных денежных средств продавцу, подтверждаемых распиской.

Обязательства продавца по передаче помещений покупателю возникают только после оплаты цены договора, указанной в п.3.1.

Согласно расписке от 20.10.2016 года (л.д. 13 т.1) ФИО9 получил от ФИО6 111 803 608 рублей 48 копеек в качестве оплаты по предварительному договору купли-продажи нежилых помещений (недвижимости) от 19.10.2016.

Между ФИО1 (покупатель) и ответчиком - ФИО9 (продавец) 07 марта 2019 года был заключен договор купли-продажи (л.д. 14-18 т.1; договор купли-продажи).

Указанный договор был заключен с согласия ФИО6, а покупателем выступал его родной брат - ФИО1

ФИО6 07 марта 2019 года была выдана расписка, которой подтвердил, что расчеты между ним и ФИО9 в отношении помещения № 1002 (кад. номер: 16:50:160304:1495) по адресу <...> завершены. Претензий у сторон не имеется. Условия предварительного договора, заключенного между сторонами выполнены полностью.

Изложенные обстоятельства также установлены вступившим в законную силу решением арбитражного суда от 22.06.2020 по делу А65-37382/2019 и в силу ч.2 ст. 69 АПК РФ не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом настоящего дела.

По условиям договора купли продажи продавец продал, а покупатель приобрел в собственность нежилое помещение № 1002 общей площадью 1310,00кв.м, расположенное по адресу: РТ, <...> этаж (п.1.1 договора).

При совершении сделки продавец поставил покупателя в известность о наличии в отношении передаваемого объекта недвижимости обременении (арендных обязательств), определенных п. 1.3 договора.

Согласно п.3.1 договора цена объекта недвижимого имущества, передаваемого по договору, составляет 102 142 010 рублей, является окончательной и в дальнейшем изменению не подлежит.

Пунктом 3.2 договора стороны подтвердили проведение между ними расчета полностью до подписания договора.

Продавец также гарантировал, что до заключения договора объект недвижимого имущества никому не продан, иным образом не отчужден, под залогом и арестом не состоит, не является предметом долга, на него не обращено взыскание, а также что право собственности продавца никем не оспаривается (п.5.1 договора купли-продажи).

В п.8.1 договора купли-продажи стороны подтвердили, что содержание статей 209, 223, 460, 551, 556, 557 ГК РФ им известно.

Договор подписан сторонами без разногласий и оговорок, объект недвижимого имущества передан от продавца покупателю 07.03.2019 по передаточному акту, также подписанному сторонами без разногласий и оговорок (л.д. 19 т.1).

Государственная регистрация права собственности покупателя (переход права собственности) была произведена Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии РТ согласно штампу на тексте договора 15.03.2019 № регистрации в ЕГРН 16:50:160304:1495-16/001/2-19-13 (т.1 оборот л.д. 20).

Как указывает истец, по условиям предварительного договора от 19.10.2016 стороны должны были оформить, т.е. ответчик передать в собственность путем заключения договора купли-продажи часть нежилых помещений площадью 1433,9кв.м или 60% приобретенных ответчиком торгово-офисных площадей в собственность третьего лица ФИО6

Срок оформления согласно п.3.2 предварительного договора - до 31.12.2016.

Однако фактически часть торгово-офисных площадей, определенная как нежилое помещение № 1002, была оформлена спустя 2,5 года в меньшем размере (1310,00кв.м) и по соглашению сторон на истца ФИО1 (родственника плательщика).

Поскольку переданное в собственность нежилое помещение № 1002 было меньшей площади, предприниматель ФИО6 обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском о взыскании неосновательного обогащения - разницы между фактически оплаченной торгово-офисной площадью по предварительному договору от 19.10.2016 и фактической площадью приобретенного нежилого помещения по договору купли-продажи от 07.03.2019.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22 июня 2020 года по делу А65-37382/2019 исковые требования ФИО6 были удовлетворены, с предпринимателя ФИО9 взыскано 9 661 598 рублей 48 копеек неосновательного обогащения (т. 1 л.д. 21-28; ч.2 ст. 69 АПК РФ).

В дальнейшем, а именно в июле 2020 года ФИО11 (привлечена к участию в деле третьим лицом без самостоятельных требований на предмет спора) обратилась в Приволжский районный суд г. Казани с иском к своему супругу - ФИО9 и ФИО1 о признании недействительной сделки по отчуждению совместно нажитого имущества супругов.

Решением Приволжского районного суда г. Казани от 15 октября 2020 года по делу № 2-3885/2020 иск ФИО11 удовлетворен, суд признал договор купли-продажи от 07 марта 2019 года недействительным и применил последствия недействительности сделки в виде возврата нежилого помещения № 1002 продавцу - ФИО9

Определением Верховного суда Республики Татарстан от 15 апреля 2021 года по делу № 2-3885/2020 (№ 33-2567/2021) судебный акт первой инстанции был изменен в части применения последствий недействительности сделки, дополнен указанием о возвращении продавцом - ФИО9 покупателю - ФИО1 102 142 010 рублей, полученных по недействительной сделке (т.1 л.д. 50-58).

Судебный акт вступил в законную силу.

В соответствии с ч.3 ст. 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Как указывает истец, денежные средства в сумме 102 142 010 рублей ФИО9 возвратил ФИО1 по платежному поручению № 353 от 19 октября 2021 года (т.1 л.д. 60).

Право собственности на нежилое помещение № 1002 зарегистрировано (восстановлено) на имя ФИО9 в установленном порядке в апреле 2023 года после прекращения ряда арестов, принятых судами по заявлению ответчика обеспечительных мер.

Факт восстановления (регистрации) права собственности на нежилое помещение № 1002 по адресу: РТ, <...> этаж ФИО9 не оспаривается.

Однако ФИО9 владел, пользовался нежилым помещением, извлекал прибыль от ведения предпринимательской деятельности с 2021 года, поскольку после вынесения Приволжским районным судом г. Казани 15 октября 2020 года решения по делу № 2-3885/2020, незамедлительно разослал арендаторам уведомления о приостановлении оплаты арендных платежей ФИО1 как ненадлежащему арендодателю (т.1 л.д. 61).

Поскольку ФИО1 изначально приобретал недвижимое имущество, основываясь на цене, которая определялась, исходя из проведенной рыночной оценки и была сформирована на открытых торгах (аукцион), он также имеет право на возврат денежных средств с учетом рыночной цены изъятого недвижимого имущества по иску третьего лица.

Досудебную претензию ФИО1 о добровольном возмещении убытков с учетом рыночной стоимости (по данным открытых источников) нежилого помещения № 1002 по состоянию на октябрь 2021 года (исх. б/н, направлена 06.05.2023 – л.д. 62-65 т.1) ответчик оставил без удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Ответчик в письменных отзывах на иск требования истца не признал.

В обоснование своей позиции по спору указал, что требования истца мотивированы ненадлежащим исполнением ФИО9 договора купли-продажи от 07.03.2019, в связи с чем ФИО1 понес убытки в заявленном размере.

В данном случае, по мнению ответчика, в поведении ИП ФИО9 отсутствует признак противоправности применительно к стороне по сделке купли-продажи от 07.03.2019.

Решением по гражданскому делу № 2-3885/2020, установлена общность экономических интересов сторон, фактическая аффилированность и заключение сделки купли-продажи от 07.03.2019 на условиях, недоступных обычным участникам рынка.

Кроме того, обстоятельства осведомленности истца о фактическом семейном положении ответчика, обстоятельства заключения договора, характер взаимоотношений сторон были предметом оценки в рамках уголовного дела № 22-9149/2022.

По заявлению ИП ФИО1 в отношении ИП ФИО9 было возбуждено уголовное дело.

Приговором Ново-Савиновского районного суда по делу № 22-9149/2022, оставленным без изменения апелляционным определением Верховного суда РТ, ФИО9 признан невиновным в совершении вменяемого преступления со ссылкой на то, что ФИО9 инициатором оспаривания сделки по договору купли-продажи не являлся, умысла на хищение имущества не имелось.

В рамках данного уголовного дела, многочисленные свидетели дали показания о дружеских отношениях, возникших между сторонами. Данные свидетельские показания в отсутствии доказательств необъективности и их заинтересованности в исходе дела, являются достоверными.

Апелляционным определением от 25.11.2022 по уголовному делу № 22-9149/2022, среди прочего установлено, что чтобы не затягивать процесс сделки, ФИО6 предложил указать в графе «семейное положение» сведения о том, что ФИО9 в браке не состоит, хотя и знал, что женат.

Согласно Апелляционному определению по делу № 22-9149/2022 от 25.11.2022 указанные обстоятельства заключения сделки фактически объективно ничем не опровергнуты.

Таким образом, при заключении договора именно истец настоял на оформлении сделки в отсутствии согласия со стороны истца жены.

Установленная судом по делу № 22-9149/2022 хронология развития событий свидетельствует о том, что ФИО1 не просто состоял в дружеских отношениях с ФИО9, но и был осведомлен о наличии супруги у ФИО9

Кроме того, вопрос добросовестности сторон рассматривается в рамках арбитражного дела А65-15921/2022 по иску ИП ФИО12 к ИП ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения.

Принимая во внимание предметы и основания исковых требований по настоящему делу и делу А65-15921/2022, вопрос добросовестности действий истца при заключении договора купли-продажи от 07.03.2019, по мнению ответчика, имеет существенное значение для рассмотрения настоящего дела.

По мнению ответчика юридически значимым обстоятельством в рамках настоящего дела является, в том числе, вопрос о том, знал (должен был знать) или не знал покупатель о правах третьих лиц на спорное имущество.

Как было указано ранее, обстоятельства осведомленности истца о фактическом семейном положении ответчика, обстоятельства заключения договора, характер взаимоотношений сторон были предметом оценки в рамках уголовного дела № 22-9149/2022.

Так в приговоре Ново-Савиновского районного суда г. Казани от 23.09.2022 были установлены следующие юридически-значимые обстоятельства:

- факт осведомленности братьев Г-вых о наличии у ФИО9 супруги, а также троих детей;

- факт отсутствия со стороны покупателя возражений относительно указания в заявлении на государственную регистрацию права собственности информации о том, что ФИО9 холост.

При этом указанные доводы подсудимого стороной обвинения в суде не опровергнуты.

Кроме того, в ходе расследования и разрешения уголовного дела не нашли своего подтверждения доводы стороны обвинения о том, что ФИО9 в момент заключения договора купли-продажи оспариваемого недвижимого имущества умышленно скрыл свое семейное положение.

Сам истец в своих дополнительных письменных пояснениях не отрицает факт того, что показаниями потерпевшего, ряда свидетелей, другими доказательствами, как в отдельности, так и в совокупности не подтверждается наличие у ФИО9 преступного умысла, направленного на хищение чужого имущества.

Более того, в своих письменных пояснениях истец указывает, что обстоятельством, подтвержденным приговором Ново-Савиновского районного суда г. Казани и не требующим дополнительного доказывания в рамках настоящего спора, является факт неподтвержденности того, что ФИО9 в момент заключения договора купли-продажи оспариваемого недвижимого имущества умышленно скрыл свое семейное положение.

В приговоре Ново-Савиновского районного суда г. Казани от 23.09.2022, а также в протоколах допроса свидетелей, неоднократно отражались показания о том, что на совместных встречах ФИО1 и ФИО9 присутствовал маленький мальчик - сын ФИО9

Соответствующие показания даны, в частности, ФИО13 - менеджером по аренде имущества у ФИО9, ФИО14 - работником ресторана «Хан Сарай», собственником которого является ФИО14

Как отражено на странице 30 приговора, из показаний свидетелей ФИО13 и ФИО14, которые были допрошены в суде по ходатайству стороны защиты, следует, что между братьями Г-выми и ФИО9 всегда были хорошие дружеские отношения, конфликтов у них не было.

Определением судебной коллегией по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 23.08.2023 установлено, что суды первой и апелляционной инстанций в рамках уголовного дела правильно пришли к выводу, что каких-либо достаточных и убедительных доказательств, подтверждающих возникновение у ФИО15 умысла на хищение еще до получения имущества или права на него и отсутствие намерений исполнять обязательства, связанные с передачей имущества и права на него, органом предварительного расследования и государственным обвинителем не представлено.

К тому же уголовной коллегией установлено, что судом первой инстанции дана оценка показаниям потерпевшего и свидетелей об обстоятельствах приобретения оспариваемого имущества, дальнейшего заключения договора купли-продажи и признания его недействительным, и об обстоятельствах возвращения полученных денежных средств на основании судебных решений.

Со ссылкой на ст.ст. 460, 461 ГК РФ ответчик считает, что продавец не может быть привлечен к ответственности в виде взыскания убытков, возникших при изъятии товара у покупателя третьими лицами, если докажет, что покупатель знал или должен был знать о наличии этих оснований, поскольку покупатель, осведомленный об особых обстоятельствах, предшествовавших купле-продаже и способных привести к отобранию у него вещи, и несмотря на это заключивший договор, при последующей виндикации данной вещи или ином ее полном или частичном изъятии по соответствующему правовому основанию не вправе требовать от продавца возмещения возникших убытков.

Продавец, передавая негарантированный статус и вещь за оговоренную цену, исполняет принятое по сделке обязательство. В свою очередь, покупатель решивший заключить договор на таких условиях в надежде сохранить вещь у себя, принимает на себя риск ее отобрания третьим лицом.

Следовательно, убытки подлежат возмещению продавцом покупателю только при установлении факта изъятия у покупателя имущества по обстоятельствам, о которых ему не было известно и не могло быть известно при заключении договора купли-продажи.

При этом приобретатель, поставленный в известность о том, что товар обременен правами третьих лиц, но не признавший этих прав, не может являться добросовестным.

Ответчик указал, что решением Приволжского районного суда г. Казани Республики Татарстан от 15.10.2020 по гражданскому делу № 2-3885/2020 был установлен факт общности экономических интересов сторон сделок, их фактической аффилированности, поскольку о фактической аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

По мнению ответчика, отчуждение спорного имущества в результате сделки между взаимосвязанными (аффилированными) лицами, состоящими в дружеских отношениях, исключает добросовестность ФИО1 (покупателя) поскольку последний знал или должен был знать о неправомерности отчуждения имущества в отсутствие согласия супруги.

Следовательно, ФИО1, осведомленный об особых обстоятельствах, предшествовавших купле-продаже и способных привести к отобранию у него вещи, но несмотря на это обстоятельство заключивший договор, при последующем изъятии по соответствующему правовому основанию не вправе требовать от продавца возмещения возникших убытков.

Истец, решивший заключить договор на таких условиях в надежде сохранить вещь у себя, принимает на себя риск ее отобрания.

Правовое значение имеет не сколько факт достоверной известности данного факта покупателю, а сколько факт явной угрозы появления притязаний со стороны третьих лиц в будущем (не мог не знать).

Таким образом, у истца, как у любого разумного покупателя, должно было возникнуть твердое желание совершить определенные действия, вследствие которых он с неизбежностью удостоверился бы в реальности возникновения соответствующей угрозы, в связи с чем риск изъятия вещи лежит на покупателе.

Кроме того, ответчик считает, что в рассматриваемом случае отсутствует состав гражданского правонарушения, следовательно, основания для возмещения убытков отсутствуют.

Поскольку гражданско-правовая ответственность в форме возмещения убытков является отраслевой разновидностью юридической ответственности, ее основанием является состав гражданского правонарушения, включающий противоправность поведения должника, причинение убытков кредитору, прямую (непосредственную) причинную связь между противоправным поведением и убытками потерпевшего.

Между тем, истцом не доказан факт противоправного поведения ФИО9 и наличие причинно-следственной связи между действиями ФИО9 и убытками истца.

Факт отсутствия противоправного поведения со стороны ФИО9 подтверждается приговором Ново-Савиновского районного суда г. Казани от 23.09.2022, в частности, в рамках уголовного дела не нашли своего подтверждения доводы стороны обвинения о том, что ФИО9 в момент заключения договора купли-продажи оспариваемого недвижимого имущества умышленно скрыл свое семейное положение.

Показаниями потерпевшего, ряда свидетелей, другими доказательствами, как в отдельности, так и в совокупности не подтверждается наличие у ФИО9 преступного умысла, направленного на хищение чужого имущества.

Отсутствует также причинно-следственная связь между действиями ФИО9 и убытками истца.

Ответчик также неоднократно обращал внимание суда на то, что ФИО9 не скрывал от ФИО1 свое семейное положение, ФИО9 также не был инициатором оспаривания спорного договора купли-продажи, напротив, ФИО9 активно возражал против признания спорного договора недействительным, а также обжаловал решение Приволжского районного суда в апелляционную инстанцию.

Во-вторых, истцом не доказан размер причиненных ему убытков.

Спорное помещение было приобретено истцом по договору от 07.03.2019 по цене 102142010 руб.

Согласно представленного в материалы дела отчета об оценке от 26.01.2024 № 02/2024 рыночная стоимости нежилого помещения общей площадью 1310,0кв.м, кадастровый номер 16:50:160304:1495, расположенного по адресу: РТ, <...>, пом 1002 составляет:

- по состоянию на 31.03.2021 - 102 438 200 руб.;

- по состоянию на 30.06.2021 - 102 438 200 руб.;

- по состоянию на 30.09.2021 - 102 653 900 руб.;

- по состоянию на 31.12.2021 - 102 653 900 руб. (т.3 л.д. 1-85)

С учетом изложенных обстоятельств ответчик считает, что доказательства того, что при заключении договора купли-продажи от 7 марта 2019 года ФИО9 действовал недобросовестно и неразумно, а его действия не соответствовали требованиям закона и нарушали права и законные интересы истца не представлены.

Истец не доказал суду противоправность действий (бездействия) ответчика, причинную связь между действиями и возникшими убытками, наличие вины при рассмотрении настоящего дела, в связи с чем требование о взыскании убытков удовлетворению не подлежит, в иске следует отказать в полном объеме.

Третье лицо - ФИО11, в письменном отзыве на иск (л.д. 122, 123 т.2) указала, что в производстве Приволжского районного суда г. Казани находилось гражданское дело № 2-3885/2020 по иску ФИО11 к ФИО9 и ФИО1 о признании недействительной сделки в связи с отсутствием согласия супруги по продаже нежилого помещения № 1002, площадью 1310кв.м, находящегося по адресу: <...>, с кадастровым номером 16:50:160304:1495.

В рамках указанного дела были приобщены документы, подтверждающие недействительность сделки и недобросовестность сторон сделки.

Стоит отметить, что стороны давно находятся в дружеских отношениях и являлись партнерами по бизнесу, в связи с чем ФИО1 достоверно знал о том, что ФИО9 на момент совершения сделки находился в браке.

В данном случае есть основание полагать, что переоформление имущества на ФИО1 являлось формальным выводом активов на подконтрольное лицо.

Стороны настоящего спора не могут отрицать факт, что после заключения предварительного договора прошло 4 года, прежде чем был заключен основной договор (при этом предварительный договор был заключен братом покупателя).

В решении Арбитражного суда Республики Татарстан от 22 июня 2020 года по делу А65-37382/2019 указано, что договору купли-продажи от 07 марта 2019 года между ФИО2 и ФИО1 предшествовал предварительный договор купли продажи нежилых помещений (недвижимости) от 19.10.2016, заключенный между индивидуальным предпринимателем Гасымовым Назимом Гусейноглы (брат истца) и индивидуальным предпринимателем ФИО2.

Пунктом 3.2 предварительного договора установлено, что стороны обязуются до 31 декабря 2016 года заключить договор купли-продажи на согласованные сторонами нежилые помещения. Указанное обстоятельство подтверждается распиской от 20.10.2016, что сторонами не оспаривается.

Между ответчиком (продавец) и истцом (покупатель) 07 марта 2019 года был заключен договор купли-продажи объекта недвижимости, с кадастровым номером 16:50:160304.1495, находящегося по адресу: <...>, общей площадью 1310,0кв.м, расположенного на 1 этаже.

Как указывает ФИО6, указанный договор был заключен с его согласия, покупателем выступал его родной брат. ФИО16 пояснил, что помещение с кадастровым номером 16:50:160304.1495, находящееся по адресу: <...> и общей площадью 1310,0 кв.м было образовано из части помещений, которые подлежали передаче по предварительному договору.

В соответствии с пунктом 3.1. договора купли-продажи от 07 марта 2019 года цена передаваемого объекта недвижимого имущества составляет 102 142 010 рублей

Согласно п.3.3. договора купли-продажи от 07 марта 2019 года расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора. Ответчик 07 марта 2019 года передал имущество Гасымову Асифу Гусейноглы по акту приема-передачи.

Как указывал ФИО6 и не оспаривал ФИО15 Гафуром в счет оплаты цены договора купли-продажи от 07 марта 2019 года была принята оплата по предварительному договору, полученная ответчиком по расписке от 20.10.2016.

В обоснование доказательств оплаты представлена расписка от 20.10.2016, согласно которой ФИО15 получил от ФИО4 111 803 608 рублей 48 копеек в качестве оплаты.

Поскольку сумма является крупной, ни в одном из дел при участии этих же лиц не подтверждена реальность передачи денежных средств.

В частности, имели ли место быть какие-либо банковские операции по снятию указанной суммы расчетного счета, указывалась ли данная сумма в налоговой декларации, которую должен был подать истец в налоговые органы за соответствующий период и т.п.

Чрезвычайно значительный размер суммы сам по себе ставит под сомнение возможность передачи такой суммы в наличной форме, а потому факт такой передачи должен быть подтвержден дополнительными доказательствами

Такими доказательствами могли бы быть документы, подтверждающие наличие необходимой суммы в распоряжении сторон (данные о выдаче денежных средств банковского счета либо об ином источнике их получения), сведения об использовании услуг по хранению, охранных услуг при перевозке денежных средств и т.д.

ФИО5 полагает, что сделка (предварительный договор) является мнимой, о чем также свидетельствует о том, что якобы после передачи 111 млн. рублей в октябре 2016 года без залога и иных документов Гасымов никаких действий вплоть до марта 2019 года не предпринимал, документы не переоформлял, хотя срок передачи заключения основного договора был указан до 31 декабря 2016 года.

В связи чем третье лицо полагает, что никакой оплаты по данному договору не имелось и всеми операциями и дальнейшими судебными взыскания стороны намеревались, во-первых, формально переоформить имущество на подконтрольное лицо (своего друга и земляка), а во-вторых, создать еще дополнительно подконтрольную кредиторскую задолженность в целях уменьшения имущественной массы.

Публично-правовым законодательством установлен запрет на наличный расчет между юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями сверх определенного предела - не превышающем 100 000 рублей либо сумму в иностранной валюте, эквивалентную 100 000 рублей по официальному курсу Банка России на дату проведения наличных расчетов (п. 6 Указания Банка России от 07 октября 2013 года № 3073-У «Об осуществлении наличных расчетов»).

Наличные расчеты производятся в размере, не превышающем предельный размер наличных расчетов, при исполнении гражданско-правовых обязательств, предусмотренных договором, заключенным между участниками наличных расчетов, и (или) вытекающих из действия.

Обе стороны являются индивидуальными предпринимателями, и, если даже допустить, что деньги передавались в наличной форме на такую значительную сумму, стороны не раскрыли смысл избрания такой формы расчетов с учетом больших рисков такой формы.

Более того, в данном вопросе прослеживается явный злой умысел заведомое планирование цепочки действий по выводу общего имущества активов ФИО9 из имущества, совместно нажитого с ФИО11

Также ФИО11 указала, что при вынесении Арбитражным судом Республики Татарстан решения от 22 июня 2020 года по делу А65-37382/2019 ни одна из сторон не указала, а суд не исследовал следующие вопросы:

- отсутствие оплаты по договору;

- ничтожность устных соглашений о продлении срока предварительного договора;

- отсутствие юридической связи между основным и предварительным договором.

Таким образом, существует четко прослеживаемая взаимосвязь между действиями сторон по сделке, сроками их основных юридических действий и шагов, подачей исков и т.п. которые в своей совокупности преследуют одну единственную цель, а именно - нарастить кредиторскую задолженность.

Оценка требований и возражений сторон осуществляется судом по правилам ст. 71 АПК РФ с учетом положений ст. 65 АПК РФ о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле, применительно к ч.2 ст. 9 АПК РФ.

В соответствии с ч.1 ст. 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Как следует из ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с п.1 ст. 11 ГК РФ арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

В силу ст. 12 ГК РФ заинтересованное лицо может защищать нарушенные права любыми способами, предусмотренными законом и не противоречащими закону.

В силу ст. 64 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, только на основании доказательств.

Доводы ответчика и третьего лица, изложенные в отзывах на иск об аффилированности сторон по делу, о выводе активов из имущества, совместно нажитого в законном браке, о мнимости сделки, о добросовестности/не добросовестности сторон сделки, об осведомленности братьев Г-вых о наличии у ФИО9 супруги, о сокрытии ФИО9 факта наличия супруги и т.д. судом отклоняются, поскольку указанным фактам и обстоятельствам была дана оценка, как арбитражным судом, так и судом общей юрисдикции в рамках ранее рассмотренных дел, указанные факты и обстоятельства уже установлены вступившими в законную силу судебными актами арбитражного суда и суда общей юрисдикции.

Довод ФИО11 о том, что при вынесении арбитражным судом решения от 22 июня 2020 года по делу А65-37382/2019 ни одна из сторон не указала, а суд не исследовал такие вопросы как отсутствие оплаты по договору; ничтожность устных соглашений о продлении срока предварительного договора; отсутствие юридической связи между основным и предварительным договором, судом также отклоняется, поскольку указанные вопросы не имеют правового значения для рассмотрения дела по существу и не являются предметом настоящего спора.

Кроме того, факт оплаты имущества по договору купли-продажи от 07 марта 2019 года не оспаривается ни продавцом, ни покупателем.

В рассматриваемом случае судом общей юрисдикции была применена двухсторонняя реституция сторон по недействительной сделке в силу ч.2 ст. 167 ГК РФ, а именно: при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, т.е. с продавца в пользу покупателя были взысканы денежные средства, уплаченные за объект недвижимого имущества в рамках договора купли-продажи от 07 марта 2019 года, а продавцу возвращено имущество, приобретенное в рамках указанного договора.

Восстановлено право собственности продавца на недвижимое имущество, отчужденное по договору купли-продажи от 07 марта 2019 года.

Предметом же настоящего спора является требование о возмещении убытков, составляющих разницу между стоимостью недвижимого имущества, которая определялась исходя из проведенной рыночной оценки, и была сформирована на открытых торгах (аукцион) на дату его приобретения и действительной стоимостью возвращенного объекта недвижимого имущества с учетом рыночной цены на дату его возврата.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу статей 15, 1064, 1069 ГК РФ лицо, требующее возмещения причиненных ему убытков (вреда), должно доказать факт нарушения другим лицом возложенных на него обязанностей (совершения незаконных действий или бездействия), наличия причинно-следственной связи между допущенным нарушением и возникшими у истца убытками, а также реальный размер убытков.

Кроме того, в п.43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (Постановление Пленума № 10/22) указано, что в случае, если иск собственника об истребовании имущества из чужого незаконного владения удовлетворен, покупатель чужого имущества вправе в соответствии со ст. 461 ГК РФ обратиться в суд с требованием к продавцу о возмещении убытков, причиненных изъятием товара по основаниям, возникшим до исполнения договора купли-продажи.

В соответствии с положениями ст. 393 ГК РФ, должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, которые определяются в соответствии со ст. 15 указанного Кодекса.

Как следует из материалов дела, и не оспаривается сторонами, межу истцом и ответчиком был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества (п.3.1 ст. 70 АПК РФ).

В соответствии ч.1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 130).

Договор купли-продажи недвижимого имущества является разновидностью договора купли-продажи и к нему применяются общие положения о купле-продаже, предусмотренные главой 30 ГК РФ, если иное не предусмотрено правилами Кодекса о данном виде договора.

Согласно п.1 ст. 460 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар свободным от любых прав третьих лиц, за исключением случая, когда покупатель согласился принять товар, обремененный правами третьих лиц.

Неисполнение продавцом этой обязанности дает покупателю право требовать уменьшения цены товара либо расторжения договора купли-продажи, если не будет доказано, что покупатель знал или должен был знать о правах третьих лиц на этот товар.

Между тем, применительно к ст. 460 ГК РФ условиями договора купли-продажи от 07.03.2019 продавец поставил покупателя в известность только о наличии в отношении передаваемого объекта недвижимости обременении (арендных обязательств), определенных п. 1.3 договора.

Иных сведений об имеющихся ограничениях в отношении отчуждаемого имущества условия договора не содержат.

Сделка была исполнена как со стороны покупателя, так и со стороны продавца, переход права собственности на объект недвижимого имущества зарегистрирован Управлением Росреестра по РТ.

Впоследствии сделка - договор купли-продажи от 07.03.2019, был оспорен третьим лицом – супругой продавца.

Факт осведомленности братьев Г-вых о наличии у ФИО9 супруги, о сокрытии ФИО9 факта наличия супруги и т.д., как было указано ранее, был предметом рассмотрения арбитражным судом и судом общей юрисдикции в рамках иных дел и не подлежит исследованию и установлению судом при рассмотрении настоящего дела.

На основании п.1 ст. 461 ГК РФ при изъятии товара у покупателя третьими лицами по основаниям, возникшим до исполнения договора купли-продажи, продавец обязан возместить покупателю понесенные им убытки, если не докажет, что покупатель знал или должен был знать о наличии этих оснований.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п.43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в случае, если иск собственника об истребовании имущества из чужого незаконного владения удовлетворен, покупатель чужого имущества вправе в соответствии со ст. 461 ГК РФ обратиться в суд с требованием к продавцу о возмещении убытков, причиненных изъятием товара по основаниям, возникшим до исполнения договора купли-продажи.

Согласно разъяснениями, указанным в п.83 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при рассмотрении требования покупателя к продавцу о возврате уплаченной цены и возмещении убытков, причиненных в результате изъятия товара у покупателя третьим лицом по основанию, возникшему до исполнения договора купли-продажи, ст.167 ГК РФ не подлежит применению.

Отсутствие у ответчика прав на распоряжение спорным недвижимым имуществом в отсутствие согласия супруги следует из обстоятельств, установленных судебными актами суда общей юрисдикции.

Таким образом, ответчик не имел права продавать истцу спорный объект (нежилые помещения первого этажа) являющимся общим нажитым имуществом супругов.

При этом в данном конкретном случае факт осведомленности покупателя о наличии/отсутствии у продавца супруги не имеет правового значения, поскольку продавец – ФИО9 не имел права продавать ФИО1 спорный объект (нежилые помещения первого этажа) являющимся общим нажитым имуществом супругов в отсутствие согласия супруги на отчуждение такого имущества.

Таким образом, наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникшими у истца убытками материалами дела подтверждается.

Покупатель по договору купли-продажи от 07.03.2019 уплатил денежные средства, являющееся предметом договора купли-продажи от 07.03.2019, в полном объеме, что сторонами по делу не оспаривается.

Поскольку вступившим в законную силу решением Приволжского районного суда г.Казани от 15 октября 2020 года по делу № 2-3885/2020 договор купли-продажи от 07 марта 2019 года признан недействительным по иску третьего лица - ФИО11, и применены последствия недействительности сделки в виде возврата нежилого помещения № 1002 продавцу - ФИО9, а продавцом - ФИО9 покупателю - ФИО1 возвращены 102 142 010 рублей, полученных по недействительной сделке (с учетом Определения Верховного суда Республики Татарстан от 15 апреля 2021 года по делу № 2-3885/2020 № 33-2567/2021), суд приходит к выводу о правомерности требований ФИО1 о взыскании с ФИО9 убытков на основании ст. 461 ГК РФ.

Довод ответчика о том, что размер убытков подлежит определению исходя денежных средств, уплаченных истцом за имущество по договору, а не рыночной стоимости имущества, судом отклоняется, поскольку основан на неверном толковании норм права применительно к установленным по делу обстоятельствам, с учетом вышеуказанных разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, и противоречит положениям ст. 15 ГК РФ, учитывая, что ненадлежащее исполнение обязательства со стороны ответчика повлекло утрату имущества истца и реальный ущерб в размере стоимости утраченного имущества.

В иске ФИО1 указал, что с момента утраты нежилых помещений до момента реального возврата денежных средств, уплаченных за имущество, прошло значительное количество времени.

Денежные средства в сумме, уплаченной продавцу в период приобретения имущества, неравноценны фактической стоимости нежилых помещений на текущую дату.

Возврат стоимости помещений возмещает истцу затраченные денежные средства и таким образом восстанавливает положение, имевшее место до нарушения права.

Суд считает обоснованным довод истца о том, что убытки истца образует рыночная стоимость утраченных помещений, которая в соответствии с правилами п.3 ст. 393 ГК РФ, подлежит определению по состоянию на 19.10.2021 – день возврата ФИО17 денежных средств, уплаченных по договору купли-продажи.

В целях определения точной рыночной цены нежилого помещения № 1002, истец обратился в ООО «Независимая экспертиза и оценка».

По результатам проведенных исследований независимым экспертом 10 июля 2023 года был составлен отчёт № 240-23 об оценке рыночной стоимости нежилого помещения, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер: 16:50:160304:1495, согласно которого рыночная стоимость вышеуказанного объекта на дату оценки 19 октября 2021 года составляет 162 774 700 рублей (т.3).

Поскольку между сторонами возникли разногласия в отношении рыночной стоимости спорного объекта недвижимого имущества, судом по ходатайству ответчика назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО «Билге» ФИО8.

На разрешение эксперта был поставлен следующий вопрос:

- определить рыночную стоимость нежилого помещения № 1002, общей площадью 1310кв.м, кадастровый номер 16:50:160304:1495, расположенного на первом этаже жилого дома по адресу: <...>, по состоянию на 19 октября 2021 года, в соответствии с требованиями законодательства по оценочной деятельности?

Согласно заключению эксперта № 26Э/03/24 от 17.04.2024 (л.д. 4-131 т.5) рыночная стоимость нежилого помещения № 1002, общей площадью 1310кв.м, кадастровый номер 16:50:160304:1495, расположенного на первом этаже жилого дома по адресу: <...>, по состоянию на 19 октября 2021 года, в соответствии с требованиями законодательства по оценочной деятельности составляет 102 531 000 рублей (л.д. 82 т.5).

В силу положений статей 65, 66 АПК РФ доказывание обстоятельств, на которые сторона ссылается как на основание своих требований и возражений, а также предоставление суду соответствующих доказательств является непосредственной обязанностью участвующих в деле лиц.

Пункт 2 ст. 66 АПК РФ предусматривает право, а не обязанность суда предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства, необходимые для выяснения обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела и принятия законного и обоснованного судебного акта.

В силу положений ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Кроме того, суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Арбитражный суд считает, что представленное экспертное заключение является надлежащим доказательством, поскольку судебная экспертиза проведена с соблюдением требований статей 82-86 АПК РФ, лицом, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов, эксперт, проводивший экспертизу предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, указанное заключение эксперта мотивировано, составлено им в пределах своей компетенции, эксперт имеет соответствующую квалификацию и стаж экспертной работы, при экспертном исследовании использованы специальные методики.

Поскольку заключение судебной экспертизы является обоснованным, а из содержащихся доводов не следует, что экспертом были использованы недопустимые, с точки зрения закона, методы исследования, у суда отсутствуют основания для вывода о недопустимости судебной экспертизы, проведенной в рамках настоящего дела, а равно о недостоверности содержащихся в ней выводов.

Ответчиком заявлено ходатайство о проведении повторной судебной экспертизы по делу.

В силу ч.2 ст. 87 АПК РФ в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Между тем ответчиком не указано на наличие в сделанных экспертом выводах противоречий, суду не представлены доказательства, опровергающие обоснованность экспертного заключения № 26Э/03/24 от 17.04.2024.

Заключение эксперта, представленное в дело, ответчиком не опорочено.

При этом представленная ответчиком рецензия эксперта ООО «Первое бюро оценки и экспертизы» ФИО18 не дает оценку спорному объекту недвижимого имущества по вопросам, поставленным судом, а указывает лишь на недочеты составления судебной экспертизы, представленной ООО «Билге».

По вопросам, возникшим у ответчика по представленному в суд экспертному заключению, эксперт ФИО8 в судебном заседании дала свои пояснения, в том числе относительно выбранных аналогов, применения корректировок, а также относительно определения рыночной стоимости объекта при наличии препятствий в пользовании объектом в виде ограждений, шлагбаума и т.д.

Эксперт пояснила, что при даче заключения эксперт при определении рыночной стоимости имущества руководствуется среди прочего и справочником ФИО19, в котором указаны наиболее значимые факторы для определения стоимости, среди них такой фактор, как ограждение территории при расчете не берется, такой показатель учитывается при определении стоимости производственных помещений.

С учетом изложенного, рецензия на заключение эксперта № 26Э/03/24 от 17.04.2024, составленная экспертом ООО «Первое бюро оценки и экспертизы» ФИО18, не может быть принята судом в качестве надлежащего доказательства применительно к ст. 68 АПК РФ и отклоняется судом, поскольку является частным мнением эксперта ФИО18 и не может повлиять на выводы суда по настоящему делу.

Поскольку у суда не возникло сомнений в обоснованности заключения эксперта №26Э/03/24 от 17.04.2024, а в выводах эксперта отсутствуют противоречия, суд отклоняет ходатайство ответчика о проведении дополнительной и повторной экспертизы.

При этом суд учитывает, что согласно представленной в материалы дела экспертизы, проведенной по заказу ФИО9, ООО «Оценка столицы» (т.3 л.д.1-86), рыночная стоимость спорного объекта по состоянию на 30.09.2021 составляет 102 653 900 руб.

Таким образом, в материалах дела имеются три экспертизы судебная и составленная по заказу ответчика, согласно которым стоимость имущества по состоянию на 19.10.2021 примерно одинакова, с разницей в 122 900 руб., против представленного истцом заключения с указанием стоимости имущества в 162 774 700 руб.

При изложенных обстоятельствах, с учетом представленного в дело заключения эксперта ООО «Билге» № 26Э/03/24 от 17.04.2024, исковые требования подлежат удовлетворению частично, в размере 388 990 рублей (исходя из расчета 102 531 000 рублей – сумма возврата 102 142 010 рублей), в остальной части иска следует отказать.

Госпошлина, уплаченная истцом при подаче иска в суд, а также расходы по проведению экспертизы, подлежат распределению пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований по правилам ст.ст. 106, 110, 112 АПК РФ.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет» по адресу http://www.tatarstan.arbitr.ru.

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167–169, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Татарстан,

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении ходатайства Индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Мамадыш, о назначении повторной и дополнительной экспертизы отказать.

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Мамадыш (ОГРН <***>, ИНН <***>) убытки в размере 388 990 (триста восемьдесят восемь тысяч девятьсот девяносто) руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 1 300 (одна тысяча триста) руб.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Мамадыш (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>) расходы за производство экспертизы в размере 24 837 (двадцать четыре тысячи восемьсот тридцать семь) руб. 50 коп.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с даты его принятия в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд путем направления апелляционной жалобы через Арбитражный суд Республики Татарстан.

СудьяА.Ф. Хуснутдинова