Постановление от 23 декабря 2019 г. по делу № А66-2569/2016

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-2569/2016
г. Вологда
23 декабря 2019 года


Резолютивная часть постановления объявлена 16 декабря 2019 года.

В полном объёме постановление изготовлено 23 декабря 2019 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Виноградова О.Н., судей Журавлева А.В. и Кузнецова К.А., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии от публичного акционерного общества «Финансовая Корпорация Открытие» представителя ФИО2 по доверенности от 14.08.2019, от финансового управляющего ФИО3 ФИО4 представителя ФИО5 по доверенности от 02.12.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества Банка «Финансовая Корпорация Открытие» на определение Арбитражного суда Тверской области от 09 сентября 2019 года по делу № А66-2569/2016,

у с т а н о в и л:

финансовый управляющий ФИО3 (далее – должник) ФИО4 обратился в Арбитражный суд Тверской области в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника с заявлением о признании недействительным договора залога недвижимого имущества от 21.05.12 № Р/05/12/1/0208/5/02, заключенного открытым акционерным обществом Банк «ОТКРЫТИЕ» (далее – Банк) и ФИО3.

Определением суда от 09.09.2019 заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Признан недействительным договор залога недвижимого имущества от 21.05.12 № Р/05/12/1/0208/5/02.

Банк с судебным актом не согласился, в апелляционной жалобе просил определение отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. В обоснование апелляционной жалобы апеллянт изложил аргументы, аналогичные по смыслу и содержанию доводам, приведенным суду первой инстанции, также указал на неверную, по его мнению, оценку данных доводов судом предыдущей инстанции.

В заседании суда представитель Банка поддержал доводы жалобы, представитель финансового управляющего должника доводы жалобы отклонил по основаниям, приведенным в объяснениях.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов» (далее – Постановление № 57).

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления № 57, судебный акт (копия судебного акта) считается полученным лицом, которому он в силу положений процессуального законодательства высылается посредством его размещения на официальном сайте суда в режиме ограниченного доступа, на следующий день после дня его размещения на указанном сайте.

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу не подлежащей удовлетворению.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 21.05.2012 должником и Банком заключен кредитный договор № Р/05/12/1/0208, согласно которому Банк обязуется предоставить заемщику кредит в размере и на условиях, предусмотренных договором в сумме 10 000 000 руб. (пункт 1.2 договора).

Согласно пункту 2 договора, обеспечением обязательств заемщика перед Банком по договору являются:

солидарное поручительство ИП ФИО6 в соответствии с договором поручительства от 21.05.2012 № Р/05/12/1/0208/9/01;

солидарное поручительство ФИО7 в соответствии с договором поручительства от 21.05.2012 № Р/05/12/1/0208/9/02;

солидарное поручительство ФИО8 в соответствии с договором поручительства от 21.05.2012 № Р/05/12/1/0208/9/03;

залог недвижимого имущества в соответствии с договором залога недвижимого имущества от 21.05.2012 № Р/05/12/1 /0208/5/01, заключенным Банком и ФИО6, являющимся залогодателем;

залог недвижимого имущества в соответствии с договором залога товаров в обороте от 21.05.2012 № Р/05/12/1/0208/5/02, заключенным Банком и должником;

залог недвижимого имущества в соответствии с договором залога недвижимого имущества от 21.05.2012 № Р/05/12/1/0208/5/02, заключенным Банком и должником;

солидарное поручительство Фонда содействия кредитования малого и среднего бизнеса в соответствии с договором поручительства от 21.05.2012 № Р/05/12/1/0208/9/04.

В соответствии с упомянутым договором залога недвижимого имущества от 21.05.2012 № Р/05/12/1/0208/5/02, заключенным в качестве одного из обеспечивающих обязательства по вышеуказанному кредитному договору, залогодатель (ФИО3), передала в залог залогодержателю (Банк) имущество, принадлежащее ей на праве собственности, а именно: квартира общей площадью 42, 8 кв. м., расположенная по адресу: <...>, кадастровый номер 69:39:1302:02:0001:1/06896/06:0061.

Определением Арбитражного суда Тверской области от 22.03.2016 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением суда от 19.05.2016 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим утверждён ФИО4.

Определением от 20.04.2017 утверждён план реструктуризации долгов ФИО3, предусматривающий продажу части имущества должника.

В дальнейшем, решением суда от 04.02.2019 план реструктуризации отменен, в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4

Финансовый управляющий, ссылаясь на злоупотребление правом при заключении спорной сделки – договора залога недвижимого имущества от 21.05.2012 № Р/05/12/1/0208/5/02, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, удовлетворенным судом первой инстанции.

Оценив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела, апелляционная инстанция не находит оснований для несогласия с вынесенным определением.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, указанным в названном Законе.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63, в пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32) разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По смыслу указанной нормы злоупотребление правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Для установления в действиях граждан и организаций злоупотребления правом необходимо доказать, что при реализации принадлежащих им гражданских прав их намерения направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают возможность их нарушения.

В пункте 10 Постановления № 32 отмечено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Из пункта 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что для установления ничтожности договора на основании статей 10 и 168 ГК РФ необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) сторон оспариваемой сделки, а также их действия с намерением причинить вред другому лицу.

Согласно положениям абзаца третьего пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. То есть презумпция добросовестности является опровержимой. Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Из разъяснений, данных в пункте 7 Постановления № 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ) (пункт 8 Постановления № 25).

Из материалов дела следует, что в обеспечение кредитного договора от 21.05.2012 № Р/05/12/1/0208 было заключено несколько договоров залога и договоров поручительства.

Помимо оспоренного договора залога единственного жилья, заключенного между ФИО3 и Банком, в обеспечение обязательств ФИО3 по кредиту, Банком также был заключен договор залога недвижимого имущества с ФИО6, согласно которому в залог Банку было передано следующее недвижимое имущество:

магазин с офисными помещениями общей площадью 687, 4 кв. м. по адресу: <...>;

земельный участок общей площадью 1 015 кв. м. по адресу: <...>.

Аналогичный договор залога ранее был заключен ФИО6 и по его собственному кредиту (кредитный договор от 27.04.2012 № Р/05/12/1/0205; договор залога от 27.04.2012 № Р/05/12/1 /0205/5/01). Таким образом, в рамках обеспечения обязательств по кредиту ФИО3, ФИО6 был заключен договор последующего залога.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», если договором не предусмотрено иное, ипотека обеспечивает требования залогодержателя в том объеме, какой они имеют к моменту их удовлетворения за счет заложенного имущества.

Как кредитный договор ФИО3 (№ Р/05/12/1/0208 от 21.05.2012), так и кредитный договор ФИО6 (№ Р/05/12/1/0205 от 27.04.2012) были заключены на суммы в 10 000 000 руб. каждый. При этом, согласно договору залога единственного жилья, который был заключен ФИО3 в обеспечение обязательств по полученному кредиту, залоговая стоимость объекта залога составила 889 000 руб. (пункт 3.1.1 договора залога от 21.05.2012 № Р/05/12/1/0208/5/02). Залоговая же стоимость объектов недвижимого имущества, переданных ФИО6 в залог по его кредиту и кредиту ФИО3 (последующий залог), составила 24 319 815 руб. (пункт 3.2 договора залога от 27.04.2012 № Р/05/12/1/0205/5/01 и договора залога от 21.05.2012 № Р/05/12/1/0208/5/01). Таким образом, договоры залога, заключенные между Банком и ФИО6, полностью обеспечивали обязательства по его кредиту, а также покрывали большую часть обязательств по кредиту ФИО3 С учетом других договоров, заключенных в обеспечение обязательств ФИО3 по кредитному договору, обязательства по кредиту ФИО3 полностью обеспечивались и без необходимости передачи в залог её единственного жилья.

На момент заключения договора залога в квартире по адресу: <...> проживали и были зарегистрированы несовершеннолетние дети ФИО3: ФИО9 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) и ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения). Данный факт подтверждается свидетельствами о регистрации по месту жительства (форма № 8) от 13.12.2011 № 81 и от 26.10.2009 № 2006.

Конституционный суд Российской Федерации в Постановлении от 08.06.2010 № 13-П указал на то, что забота о детях, их воспитание как обязанность родителей, по смыслу статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации, предполагают, что ущемление прав ребенка, создание ему немотивированного жизненного дискомфорта несовместимы с самой природой отношений, исторически сложившихся и обеспечивающих выживание и развитие человека как биологического вида.

В силу части 2 статьи 38 и части 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с частью 3 статьи 17, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, родители при отчуждении принадлежащего им на праве собственности жилого помещения не вправе произвольно и необоснованно ухудшать жилищные условия проживающих совместно с ними несовершеннолетних детей, и во всяком случае их действия не должны приводить к лишению детей жилища. Иное означало бы невыполнение родителями – вопреки предписанию статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации к умалению и недопустимому ограничению права детей на жилище, гарантированного статьей 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 38 (часть 2) (абзац первый пункта 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 08.06.2010 № 13-П).

В силу изложенного, передача должником в залог Банку единственного жилья обоснованно оценена судом применительно к рассматриваемой ситуации в качестве злоупотребления правом сторонами договора. Банк в силу специфики своей деятельности и являясь профессиональным участником рынка кредитных услуг, имел полное представление о финансовом положении должника и не мог не знать, что ФИО3 передавала в залог свое единственное жилье, где проживала совместно со своими несовершеннолетними детьми и в случае обращения взыскания может быть лишена единственного жилья.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции, оценив имеющиеся в деле доказательства, доводы и возражения сторон спора по правилам статьи 71 АПК РФ, пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для признания договора залога недействительным.

Суждений, которые бы позволили усомниться в правильности этого вывода, в апелляционной жалобе не содержится.

Доводы Банка не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда, в связи с этим подлежат отклонению.

Суд апелляционной инстанции находит, что обстоятельства дела судом исследованы в полном объеме. С учетом сформулированного предмета требования сделан правомерный вывод о его удовлетворении.

Несогласие подателя жалобы с произведенной судом оценкой обстоятельств и имеющихся в деле доказательств не свидетельствует о неправильном применении норм материального права и не может быть положено в обоснование отмены определения.

Нарушений норм процессуального права, в том числе предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, при рассмотрении заявления конкурсного управляющего не допущено. При таких обстоятельствах апелляционная жалоба Банка по приведенным в ней доводам удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 09 сентября 2019 года по делу № А66-2569/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу публичного акционерного общества Банка «Финансовая Корпорация Открытие» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Арбитражный суд Северо-Западного округа.

Председательствующий

О.Н. Виноградов

Судьи

А.В. Журавлев

К.А. Кузнецов