Постановление от 2 марта 2019 г. по делу № А32-8816/2017

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-8816/2017
город Ростов-на-Дону
02 марта 2019 года
15АП-21803/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 25 февраля 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 02 марта 2019 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сулименко Н.В.

судей Д.В. Николаева, Г.А. Сурмаляна

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 и ФИО2

на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.11.2018 по делу №А32-8816/2017 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нефтепромсервис» Кононова Сергея Викторовича

к ФИО2 и ФИО4,

третье лицо - ФИО5

о признании недействительным договора поручительства,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Нефтепромсервис»,

принятое судьей Харченко С.В.

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Нефтепромсервис» (далее - должник) в Арбитражный суд Краснодарского края обратился конкурсный управляющий должника с заявлением о признании недействительными:

договора поручительства от 19.02.2016, заключенного между должником и Косач С.А.,

договора уступки прав требования от 26.05.2017, заключенного между ФИО2 и ФИО4 (с учетом уточнения первоначально заявленных требований, принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО5.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 29.11.2018 по делу №А32-8816/2017 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично. Признан недействительным договор поручительства от 19.02.2016. В удовлетворении заявления конкурного управляющего о признании недействительным договора об уступке требования 01АА0490480 от 26.05.2017 отказано. С ФИО2 в пользу ООО «Нефтепромсервис» взыскано 6 000 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с определением суда от 29.11.2018 по делу №А32-8816/2017, ФИО4 и ФИО2 обратились в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просят обжалуемое определение отменить в части удовлетворения заявления и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления в полном объеме.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. По мнению апеллянта, суд не дал надлежащую правовую оценку возражениям ответчиков. Судом не учтено, что невозможность исполнения сделки при ее заключении не свидетельствует о ее недействительности и не означает, что у стороны договора поручительства в будущем будет отсутствовать возможность удовлетворить требования кредитора. Действительный смысл мнимой сделки устанавливается путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон, которые не известны конкурсному управляющему, не являющемуся стороной оспариваемой сделки. При этом, наличие оснований для признания сделки мнимой имеют место тогда, когда обе ее стороны стремятся к сокрытию ее действительного смысла, когда, совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Действительность оспариваемых договоров оценивалась судами первой и апелляционной инстанции при рассмотрении гражданского дела № 2-1247/2017 (№ 33-37120/17) по иску ФИО4 к ФИО6, поручителю ООО «Нефтепромсервис» и залогодателю ФИО7 о взыскании задолженности по договору займа от 19.02.2016 и обращении взыскания на заложенное имущество. По мнению апеллянта, заявителем не доказана совокупность обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Податель жалобы полагает, что ответчиком обоснована экономическая целесообразность заключения договора. Апеллянт не согласен с выводом суда о том, что сторонами допущено злоупотребление правом.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Краснодарского края от 29.11.2018 по делу №А32-8816/2017 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий должника просит обжалованный судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, считает выводы суда соответствующими установленным по делу обстоятельствам и нормам Закона о банкротстве.

Лица, участвующие в деле, представителей в судебное заседание не направили, о времени судебного заседания извещены надлежащим образом.

Конкурсный управляющий должника заявил ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие своего представителя.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 АПК РФ, счел возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФИО8 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Нефтепромсервис» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 16.03.2017 заявление принято к рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.07.2017 требования заявителя признаны обоснованными, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.02.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на 6 месяцев, конкурсным управляющем утвержден ФИО3.

При анализе сделок должника конкурсный управляющий установил, что 19.02.2016 между ФИО2 (займодавец) и ФИО5 (заемщик) был заключен договор займа, согласно которому заемщику выдан заём на сумму 48 000 000 руб. на срок до 26.12.2016 (в редакции дополнительного соглашения от 01.09.2016).

19.02.2016 между ФИО2 (займодавец) и ООО «Нефтепромсервис» (поручитель) заключен договор поручительства, согласно которому должник взял на себя обязательства отвечать за исполнение заемщиком обязательств по возврату сумы займа в размере 48 000 000 руб.

По договору об уступке права требования от 26.05.2017 Косач С.А. (цедент) передал ФИО4 (цессионарий) право требования по договору займа от 19.02.2016 в неисполненной части в сумме 38 000 000 руб.

Полагая, что договор поручительства от 19.02.2016, заключенный между ФИО2 и должником, а так же договор уступки прав требования от 26.05.2017 являются недействительными сделками, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании сделок недействительными.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции признал недействительным договор поручительства от 19.02.2016, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу нормы пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона), если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии со статьёй 2 Закона о банкротстве недостаточностью имущества должника является превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью должника Закон понимает прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Сделки, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Как следует из материалов дела, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству 16.03.2017, оспариваемая сделка заключена 19.02.2016, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно анализу финансового состояния должника за период с 01.01.2014 по 28.07.2017, составленному временным управляющим в процедуре наблюдения от 13.12.2017, чистые активы предприятия за 2015 год составили 28 145 000 руб. и 12 243 000 руб. за 2016 год. Кроме того, в 2015 году чистая прибыль должника составила 1 861 000 руб., в 2016 году показатель чистой прибыли был сокращен на 763 000 руб. и приобрел отрицательное значение (- 15 902 000 руб.).

Коэффициент абсолютной ликвидности за 2016 год принял значение «0», что свидетельствует об отсутствии достаточных денежных средств для финансирования текущей деятельности предприятия. Коэффициент текущей ликвидности за исследуемый период указывает на недостаток оборотных средств для ведения нормальной предпринимательской деятельности.

В течение всего анализируемого периода показатель обеспеченности обязательств должника его активами были ниже нормативного значения более чем в два раза, что свидетельствует о том, что ООО «Нефтепромсервис» не могло в достаточной степени исполнять свои собственные обязательства.

Согласно показателям финансовой устойчивости выявлена недостаточность обеспеченности собственными оборотными средствами. Рентабельность активов составила отрицательную величину (-0,084), а показатель нормы чистой прибыли указывает на отсутствие прибыли к 2016 году.

В соответствии с данными бухгалтерского баланса за 2015 год внеоборотные активы должника отсутствовали, оборотные активы составляли 183 576 тыс. руб., из которых 130 237 тыс. руб. - дебиторская задолженность, долгосрочные обязательства составляли 90 180 тыс. руб., краткосрочные обязательства составляли 65 251 тыс. руб.

Согласно данным бухгалтерского баланса за 2016 год внеоборотные активы должника отсутствовали, оборотные активы составляли 189 239 тыс. руб., из которых 93 454 тыс. руб. - дебиторская задолженность, долгосрочные обязательства составляли 63 982 тыс. руб., краткосрочные обязательства составляли 113 014 тыс. руб.

В соответствии с представленным в материалы дела реестром требований кредиторов должника, по состоянию на 2015 год у должника имелись обязательства перед АО «Россельхозбанк» по возврату суммы кредитора в размере 45 000 000 руб., а также обязанность оплачивать проценты по кредитному договору в размере 20,24% годовых.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к обоснованному выводу о том, что договор поручительства от 19.02.2016 являлся экономически невыгодными и нецелесообразными для должника. В результате его совершения должник принял на себя не обусловленную его экономическими интересами обязанность отвечать по обязательствам физического лица, при наличии признаков неплатежеспособности, в связи с этим причинен вред имущественным правам кредиторов.

Суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для признания сделки недействительной на основании статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из следующего.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Согласно статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 N 32).

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В силу части 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Вместе с тем принцип общего дозволения, характерный для гражданского права, не означает, что участники гражданского оборота вправе совершать действия, нарушающие закон, а также права и законные интересы других лиц.

Согласно сложившейся судебной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 N 14510/13).

В рассматриваемом случае ответчик не обосновал мотивы заключения договора поручительства с должником наличием разумных экономических причин у последнего.

О злоупотреблении правом со стороны кредитора при заключении обеспечительных сделок может свидетельствовать, например, совершение названных сделок не в соответствии с их обычным предназначением (не для создания дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств), а в других целях, таких как:

участие кредитора в операциях по неправомерному выводу активов;

получение кредитором безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности;

реализация договоренностей между кредитором и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы поручителя (залогодателя), при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами), и т.п.

В рассматриваемом случае заключение договора поручительства по обязательствам физического лица не обусловлено экономическими интересами общества с ограниченной ответственностью «Нефтепромсервис».

Должник безосновательно и безвозмездно принял на себя долговые обязательства третьего лица в размере 48 000 000 руб. во вред своим кредиторам, отвечая на момент принятия дополнительных финансовых обязательств признакам неплатежеспособности. Размер дополнительно принятого должником по договору поручительства от 19.02.2016 обязательства значительно превышает стоимость его активов (12 243 000 руб. за 2016 год). Оспариваемая сделка не содержит условий, позволяющих сделать вывод о возникновении на ее основании встречных обязательств перед поручителем (должником).

При таких обстоятельствах, исследовав и оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что оспариваемая сделка заключена с нарушением запрета, установленного статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, направлена на причинение вреда кредиторам, в связи с чем является ничтожной.

В соответствии с частью 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (часть 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Установив фактические обстоятельства дела, правильно применив нормы материального и процессуального права, дав надлежащую правовую оценку доводам заявителя, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления о признании недействительным договора поручительства от 19.02.2016.

При этом, оценивая заявленное конкурсным управляющим требование о признании недействительным договора об уступке требования 01АА0490480 от 26.05.2017, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения в виду следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты (п. 1 ст. 384 ГК РФ)

Из положений статьи 390 ГК РФ следует, что действительность соглашения об уступке права (требования) не ставится в зависимость от действительности требования, которое передается новому кредитору. Неисполнение обязательства по передаче предмета соглашения об уступке права (требования) влечет ответственность передающей стороны, а не недействительность самого обязательства, на основании которого передается право (пункт 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации").

При таких обстоятельствах, основания для признания недействительным договора об уступке требования 01АА0490480 от 26.05.2017 отсутствуют, а заявление конкурсного управляющего должника не подлежит удовлетворению.

Арбитражный суд первой инстанции полно и всесторонне выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального права применены правильно.

Вопреки доводам апеллянта, вывод суда первой инстанции о наличии совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной на основании статьи 10 ГК РФ, соответствует установленным по делу обстоятельствам и сделан при правильном применении норм материального права.

Довод апеллянта о том, что действительность оспариваемых договоров установлена вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции по иску ФИО4 к ФИО6, ООО «Нефтепромсервис» о взыскании задолженности по договору займа от 19.02.2016, подлежит отклонению, поскольку арбитражный суд не лишен возможности проверить наличие специальных оснований для признания сделок недействительными в рамках дела о банкротстве.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, не могут служить основанием для отмены обжалованного судебного акта, поскольку не опровергают сделанных судом выводов и направлены по существу на переоценку доказательств и обстоятельств, установленных судом первой инстанций. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела или иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

На основании вышеизложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.11.2018 по делу № А32-8816/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Сулименко

СудьиД.В. Николаев

Г.А. Сурмалян