Постановление от 28 августа 2024 г. по делу № А05-14636/2022

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А05-14636/2022
г. Вологда
28 августа 2024 года



Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Корюкаевой Т.Г., судей Писаревой О.Г. и Шумиловой Л.Ф. при ведении протокола секретарем судебного заседания Николаевой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Региональный центр финансовых решений» на определение Арбитражного суда Архангельской области от 13 июня 2024 года по делу № А05-14636/2022,



у с т а н о в и л:

ФИО1 (далее – должник) 21.12.2022 обратилась в Арбитражный суд Архангельской области (далее – суд) с заявлением о признании себя несостоятельной (банкротом).

Решением суда от 03.03.2023 ФИО1 признана несостоятельной (банкротом) и в отношении ее введена процедура банкротства – реализация имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО2.

Финансовый управляющий должника 23.04.2024 обратился в суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества и освобождении должника от обязательств перед кредиторами. Также финансовый управляющий представил суду отчет по результатам процедуры реализации имущества должника от 23.04.2024 и другие документы, предусмотренные статьей 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Определением суда от 13.06.2024 процедура реализации имущества в отношении должника завершена, ФИО1 освобождена от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Кредитор общество с ограниченной ответственностью «Региональный центр финансовых решений» (далее – Общество) с судебным актом не согласилось, обратилось в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просило отменить указанное определение суда и вынести по делу новый судебный акт о неприменении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств по требованию Общества. По мнению апеллянта, заключение ФИО1 28 договоров микрозайма в течение короткого промежутка времени (2 месяца) свидетельствует о недобросовестности должника. Кроме того, ссылается на то, что при получении займа должником Обществу были представлены недостоверные сведения о доходе заемщика. При исполнении обязательств перед Обществом ФИО1 действовала недобросовестно, так как не осуществляла платежей ни в счет погашения основного долга, ни в счет погашения процентов за пользование займом.

Должник и его финансовый управляющий в отзывах возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.

Лица, участвующие в рассмотрении спора, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в порядке, установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассматривается в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Согласно части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснено, что при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Поскольку фактически доводы жалобы сводятся к оспариванию определения суда в части применения правил об освобождении должника от исполнения обязательств, возражений относительно проверки судебного акта в обжалуемой части не поступило, суд апелляционной инстанции пересматривает судебный акт в пределах доводов апелляционной жалобы.

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность судебного акта в обжалуемой части, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу не подлежащей удовлетворению.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, финансовый управляющий предъявил арбитражному суду отчет о деятельности, анализ финансового состояния должника, заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства, документы о принятых мерах по розыску имущества, ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника.

Обществом заявлено ходатайство о неприменении по отношению к должнику правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

Суд первой инстанции, рассмотрев ходатайства финансового управляющего и Общества, определением от 13.06.2024 освободил должника от исполнения обязательств перед кредиторами.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований не согласиться с принятым судебным актом.

Согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина, за исключением требований, предусмотренных пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ) и целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, с учетом разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление № 45), в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, законодатель предоставляет добросовестным должникам возможность освободиться от чрезмерной задолженности, а с другой стороны, оставляет кредиторам возможность удовлетворения их интересов.

По общему правилу, закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ и обеспечение тем самым защиты интересов кредиторов. Возможность применения правила об освобождении должника от исполнения обязательств зависит от его добросовестности.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Как следует из материалов дела, определением суда от 27.06.2023 требования Общества признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 7 700 руб., в том числе 3 000 руб. долга, 4 500 руб. процентов за пользование займом, 200 руб. расходов по государственной пошлине.

Согласно отчету финансового управляющего от 04.06.2024 в реестр требований кредиторов включены требования десяти кредиторов в размере 1 121 176 руб. 03 коп.

Требования кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, удовлетворены частично в сумме 197 980 руб. 09 коп.

В остальной части требования кредиторов не удовлетворены из-за отсутствия средств в конкурсной массе.

Случаи, когда гражданин не может быть освобожден от исполнения обязательств перед кредиторами, предусмотрены статьей 213.28 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается, если при возникновении или исполнении обязательств перед кредиторами он действовал недобросовестно (в частности, осуществлял действия по сокрытию своего имущества, воспрепятствованию деятельности арбитражного управляющего и т. п.).

В рассматриваемом случае анализ финансового состояния должника не выявил признаков преднамеренного и фиктивного банкротства. Сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, равно как сообщение им недостоверных сведений финансовому управляющему, также не установлено.

По смыслу названной нормы принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2017 по делу № 304-ЭС17-76, недобросовестное поведение должника должно быть подтверждено достаточными доказательствами.

В рассматриваемом случае подобных доказательств в ходе рассмотрения дела в судах первой и апелляционной инстанций не представлено.

Из материалов дела следует, что должник получил в заем от банков и микрокредитных организаций денежные средства. В заявлении о своем банкротстве ФИО1 подробно описала цель получения займов.

В частности указала, что в 2022 году в связи с ухудшением состоянии здоровья должник периодически находился на больничном. Для приобретения товаров первой необходимости и своевременного внесения платежей по кредитным обязательствам, а также для прохождения обследований должник оформлял договоры займа в микрофинансовых огранизациях.

Кроме того, заемные денежные средства были направлены на оплату юридических услуг по судебному разбирательству между супругом должника и его бывшей супругой.

Низкая финансовая грамотность должника не позволила ему в полной мере осознавать, что займы, предоставляемые микрофинансовыми организациями характеризуются короткими сроками возврата, высокими процентными ставками, что привело к росту общей задолженности.

При этом в отношении наличия у нее финансовой возможности ФИО1 пояснила, что доход снизился, поскольку супруг должника был лишен работы, появились вынужденные расходы на аренду жилого помещения в связи с выселением должника из жилого помещения без предоставления иного жилого помещения.

Заинтересованные лица надлежащим образом не опровергли факт наличия у ФИО1 источника дохода, притом что финансовые организации не запрашивали дополнительные документы в подтверждение дохода и не ставили под сомнение его фактическое получение при выдаче кредита.

Следует заметить, что в заключении о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства должника финансовый управляющий пришел к выводу об отсутствии у ФИО1 признаков преднамеренного банкротства.

Следовательно, прекращение расчетов с кредиторами вызвано объективными причинами и не связано с недобросовестным поведением должника либо его уклонением от исполнения обязательств.

В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе препятствием для освобождения от долгов не является (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429).

Доказательств того, что по отношению к кредиторам при возникновении и исполнении перед ними обязательств должник действовал незаконно, не представлено.

Финансовым управляющим в ходе проведения процедуры банкротства не были выявлены признаки фиктивного банкротства. Гражданин в ходе процедуры не привлекался к административной и уголовной ответственности за неправомерные действия при банкротстве.

Злостного уклонения от уплаты задолженности и непередачи финансовому управляющему или суду первой инстанции каких-либо необходимых для ведения процедуры несостоятельности документов, судом первой инстанции не установлено.

В материалы дела должником представлены расчеты, выписка банка, а также сведения из кредитного отчета, из которых следует, что должником полученные денежные средства в одних микрокредитных организациях, расходовались на погашение задолженности в других микрокредитных организациях.

Кроме того, должник согласно представленному кредитному отчету ранее своевременно осуществлял погашение кредиторской задолженности, в том числе в полном объеме погашал принятые обязательства.

При этом необходимо учитывать, что банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т. п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов. По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств.

В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, предоставленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, другие кредитные обязательства и т. п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации.

В деле отсутствуют доказательства намеренного неисполнения обязательств перед кредиторами и принятия должником на себя заведомо невыполнимых обязательств, а равно того, что действия должника послужили причиной увеличения его неплатежеспособности, повлекли необоснованное увеличение кредиторской задолженности в условиях наличия возможности частично рассчитываться по своим кредитным обязательствам.

Злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств.

По смыслу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве само по себе неудовлетворение требования кредитора не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 № 310-ЭС20-6956 по делу № А23-734/2018).

Наличие признаков принятия должником на себя заведомо невыполнимых обязательств, злостности поведения должника, выразившихся в уклонении от исполнения обязательств по кредитному договору, в рассматриваемом случае не доказано.

Кроме того, из специального нормативно-правового регулирования и экономической сущности отношений в сфере потребительского кредитования следует, что при решении вопроса о предоставлении конкретному физическому лицу денежных средств кредитная организация оценивает его личные характеристики, в том числе кредитоспособность, финансовое положение, возможность предоставления обеспечения по кредиту, наличие или отсутствие ранее предоставленных кредитов, степень их погашения и т. д.

При этом кредитная организация использует не только нормы федерального законодательства, нормативные акты ЦБ РФ, но и иные методы и правила кредитной политики и оценки потенциальных заемщиков, информацию, полученную из кредитной истории. Таким образом, кредитная организация, оценивая свои риски, вправе отказать в предоставлении кредита потенциальному заемщику, поскольку не обязана предоставлять денежные средства каждому лицу, которое обратилось в целях получения кредита.

Проводимая проверка заемщика должна быть всесторонней, чтобы минимизировать риски выдачи заемных средств неблагонадежным лицам, и только после ее проведения следует заключать договор займа (кредита).

Таким образом, из вышеизложенного следует, что заключение договора осуществляется лишь после проверки заимодавцем предоставленных сведений и документов и установления факта наличия у заемщика финансовой возможности выплатить кредит.

Являясь профессиональным участником рынка кредитования, кредитная организация должна разумно оценивать свои риски при предоставлении денежных средств.

Какого-либо обоснования невозможности проведения проверки сведений, представленных должником Обществу, судам двух инстанций не представлено.

Принимая во внимание правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в определениях от 25.01.2018 № 310-ЭС17-14013 и от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429, положения пунктов 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, апелляционная коллегия приходит выводу о том, что в данном деле не доказано недобросовестное поведение должника и отсутствие правовых оснований для неосвобождения от обязательств перед кредитором.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, иной оценки апелляционная коллегия не усматривает.

Суд апелляционной инстанции констатирует, что аргументы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не проверены и учтены арбитражным судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Иное толкование апеллянтом положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционной жалобе не содержится.

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены определения суда апелляционная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Архангельской области от 13 июня 2024 года по делу № А05-14636/2022 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Региональный центр финансовых решений» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий

Т.Г. Корюкаева


Судьи

О.Г. Писарева


Л.Ф. Шумилова