Постановление от 13 декабря 2021 г. по делу № А20-5554/2017

ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А20-5554/2017
г. Ессентуки
13 декабря 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 06 декабря 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 13 декабря 2021 года.


Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Джамбулатова С.И., Жукова Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя АО «Каббалкэнерго» - ФИО2 (доверенность от 12.01.2021) и ФИО3 (лично), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу АО «Каббалкэнерго» на определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 07.10.2021 по делу № А20-5554/2017, принятое по заявлению конкурсного управляющего конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Тырныауз Теплоэнерго» ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности лица контролировавшего деятельность должника ФИО3, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Тырныауз Теплоэнерго» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 10.12.2018 (резолютивная часть объявлена 03.12.2018) по делу №А20-5554/2018 общество с ограниченной ответственностью «Тырныауз Теплоэнерго» признано несостоятельным, открыто конкурсное производство. Обязанности конкурсного управляющего возложены на ФИО4, члена Саморегулируемой организации «Союз менеджеров и антикризисных управляющих».

Информация о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликована в газете «Коммерсант» от 15.12.2018 № 232.

В порядке исполнения обязанностей конкурсного управляющего ФИО4 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности лица контролировавшего деятельность должника, а именно бывшего директора ФИО3 и взыскании с него в пользу общества с ограниченной ответственностью «Тырныауз Теплоэнерго» 38 148 506, 87 рублей.

Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 07.10.2021 в удовлетворении заявления отказано. Судебный акт мотивирован отсутствием оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, поскольку обстоятельства деятельности должника с сентября 2016 года в плоть до конца 2017 года не свидетельствовали об объективном банкротстве, и, несмотря на временные финансовые затруднения, ответчик добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата. В рассматриваемом случае действия ответчика не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, АО «Каббалкэнерго» обратилось в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просило определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт. Апеллянт ссылается на то, что судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта неправильно применены нормы материального права, в связи с чем, принят неверный судебный акт. Суд не принял во внимание, что признаки банкротства появились в июне 2017 года, в связи с чем, ответчик обязан был обратиться в суд с заявлением о признании банкротом не позднее 20.07.2017, чего сделано не было, в связи с чем, по мнению апеллянта, он несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника наступившим после 20.07.2017.

В судебном заседании представитель АО «Каббалкэнерго» поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просила определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

ФИО3 возражал против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена 02.11.2021 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав позиции лиц, участвующих в судебном заседании и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 07.10.2021 по делу № А20-5554/2017 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, общество с ограниченной ответственностью «Тырныауз Теплоэнерго» зарегистрировано при создании в качестве юридического лица 18.05.2016 с уставным капиталом 10 000 рублей, с основным видом его деятельности - производство, передача и распределение пара и горячей воды, кондиционирование воздуха.

Единственным участником общества является ФИО3, владеющий 100% доли. (том дела 1 л.д. 19-27).

Руководителем общества с создания 18.05.2016 и по 09.12.2018 являлся ФИО3.

С момента создания 18.05.2016 должник осуществлял деятельность по поставке тепловой энергии потребителям Эльбрусского района КБР на основании утверждаемых «Государственным комитетом КБР по энергетике, тарифам и жилищному надзору» тарифов.

Общество с ограниченной ответственностью «Газпром межрегионгаз Нальчик» обратился в Арбитражный суд КБР с заявлением от 25.12.2017 № 318-17 о признании общества с ограниченной ответственностью «Тырныауз Теплоэнерго» несостоятельным (банкротом).

Основанием для обращения в суд послужило наличие задолженности в размере 26 910 843 рублей 18 копеек основного долга, 735 130 рублей 65 копеек процентов и 161 230 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

Определением суда от 29.01.2018 заявление ООО «Газпром межрегионгаз Нальчик» принято к рассмотрению, возбуждено производство по делу о несостоятельности ООО «Тырныауз Теплоэнерго».

Определением от 10.04.2018 заявление общества с ограниченной ответственностью «Газпром межрегионгаз Нальчик» признано обоснованными, в отношении общества с ограниченной ответственностью «Тырныауз Теплоэнерго» введена процедура наблюдения.

Решением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 10.12.2018 общество с ограниченной ответственностью «Тырныауз Теплоэнерго» признано несостоятельным, открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО4, член Саморегулируемой организации «Союз менеджеров и антикризисных управляющих».

Информация о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликована в газете «Коммерсант» от 15.12.2018 № 232.

По требованию конкурсного кредитора АО «Каббалкэнерго» от 11.12.2020 конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лицо к субсидиарной ответственности за необращение в суд с заявлением о признании должника несостоятельным. Доводы конкурсного кредитора и управляющего были основаны на том, что при наличии признаков банкротства еще в июне 2017, руководитель должника не обратился в суд с заявлением о банкротстве, чем увеличил кредиторскую задолженность общества перед ресурсоснабжающими организациями.

Конкурсным управляющим представлена справочная информация о динамике образования кредиторской задолженности перед АО «Каббалкэнерго» и ООО «Газпроммежрегионгаз Нальчик», согласно которой задолженность должника перед АО «Каббалкэнерго» в 2017 году составила 6 734 816,36 руб.; перед ООО «Газпром межрегионгаз Нальчик» - 76 995 169,23 руб.

В реестр требований кредиторов включены требования: - ООО «Газпром межрегионгаз Нальчик» в размере 27 807 203 рубля 83 копейки, - АО «Каббалкэнерго» в размере 10 294 687 рублей 75 копеек, - УФНС России по КБР в размере 36 615 рублей 29 копеек.

Управляющий ссылаясь на то, что ФИО3 являлся руководителем ООО «Тырныауз Теплоэнерго» с 18.05.2016 по 03.12.2018, при наличии признаков банкротства еще в июне 2017г. с учетом значительной задолженности перед кредиторами не исполнил обязанности по подаче суд заявления о признании должника банкротом несостоятельным (банкротом), чем нанес значительные убытки. Указанное послужило основанием для обращения управляющего в суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве, Закон) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Вопросы привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц прямо урегулированы нормами Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в частности, на момент обращения истца с настоящим заявлением главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве" ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", при этом на момент совершения вышеуказанных действий - статьей 10 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)". Изменения в ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", в соответствии с которыми статья 10 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" была признана утратившей силу, были внесены Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях".

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Информационное письмо N 137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 N 12-П и от 15.02.2016 N 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма N 137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

При рассмотрении требований о привлечении к ответственности контролирующих должника лиц применению подлежит редакция Закона о банкротстве, действовавшая в тот момент, когда имели место названные обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения соответствующих лиц к ответственности.

В настоящем случае заявитель привел обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, которые имели место в июне 2017 года, поэтому основания ответственности (материально-правовые нормы) должны применяться те, которые действовали в момент совершения правонарушения.

С учетом обстоятельств дела и названных конкурсным управляющим оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, при разрешении настоящего спора применению подлежит положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям".

Заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом, а также заявление о возмещении должнику убытков, причиненных ему его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления), по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника.

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены статьей 10 Закона N 134-ФЗ.

Основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности установлены в статье 10 Закона N 134-ФЗ, действовавшей в спорный период.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

При этом по смыслу указанной нормы, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (абзац 9 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Таким образом, в конструкцию пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона N 134-ФЗ, действовавшей после 30.06.2013) заложена презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и признанием должника несостоятельным (банкротом). При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Следует учитывать, что субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчиков обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и потому для их привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в их действиях противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями в виде банкротства соответствующего предприятия.

Для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной приведенными нормами права, необходимо установление совокупности условий: наличие у ответчика права давать обязательные указания для истца либо возможности иным образом определять действия истца; совершение ответчиком действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении истца и действиями истца, повлекшими его несостоятельность (банкротство); недостаточность имущества истца для расчетов с кредиторами; необходимость установления вины ответчика для возложения на него ответственности (пункт 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В соответствии с абзацами 1 и 2 пункта 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016, при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации. Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Таким образом, субсидиарная ответственность лица по названному основанию наступает в зависимости от того, привели ли его действия или указания к несостоятельности (банкротству) должника.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО3 являлся директором и единственным учредителем должника.

Таким образом, ФИО3 является контролирующим должника лицом применительно к положениям пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей в период возникновения спорных правоотношений) руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в порядке, который установлен статьей 9 закона, влечет за собой субсидиарную ответственность руководителя должника по обязательствам последнего, возникшим после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Исходя из смысла выше названной нормы права, возможность привлечения лиц, указанных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременного ряда указанных в законе условий:

возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 названного Закона о банкротстве обстоятельств и установление даты возникновения обстоятельства;

неподача каким-либо из указанных выше лиц заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

возникновение обязательств должника, по которым привлекается к субсидиарной ответственности лицо (лица), перечисленные в пункте 2 статьи 10 Закона, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

вина, указанных в пункте 2 статьи 10 Закона, лиц в неподаче заявления о банкротстве должника.

Для применения субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9, должник должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, поскольку субсидиарная ответственность руководителей должника - юридического лица или членов ликвидационной комиссии (ликвидаторов), предусмотренная названной статьей, возможна лишь перед кредиторами, обязательства которых возникли после истечения срока на подачу заявления в арбитражный суд о банкротстве должника, а не до истечения этого срока.

В то же время, установленная пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве ответственность является гражданско-правовой, следовательно, при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

В этой связи помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения единоличным исполнительным органом обязанности, установленной Законом о банкротстве (обратиться в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом) в случае, предусмотренном абзацем шестым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве), необходимо установить вину субъекта ответственности (в данном случае - бывшего руководителя должника), исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации); также имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденном постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2016, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.10.2009 N ВАС-13743/09 отражено, что необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является вина названных лиц в банкротстве должника и бремя доказывания вины ответчика в банкротстве должника возлагается на заявителя.

Для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимо установление совокупности условий: наличие у ответчика права давать обязательные указания для истца либо возможности иным образом определять действия истца; совершение ответчиком действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении истца и действиями истца, повлекшими его несостоятельность (банкротство); недостаточность имущества истца для расчетов с кредиторами; кроме того, необходимо установить вину ответчика для возложения на него ответственности (постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Таким образом, применение изложенных норм допустимо при доказанности следующих обстоятельств: надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия; факт несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявлении должником о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; наличие причинной связи между обязательными указаниями или действиями указанных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

В пункте 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018 (в редакции от 26.12.2018), отмечено, что по смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53), при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности), добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В абзаце 2 статьи 2 Закона о банкротстве определено, что банкротство - это неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по гражданским обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, признанная арбитражным судом, а неплатежеспособность - это лишь прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (абзац тридцать четвертый статьи 2 Закона о банкротстве).

Таким образом, момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2016 N 302-ЭС14-1472 по делу N А33-1677/13, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016) от 06.07.2016).

Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Момент подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение и для разрешения вопроса об очередности удовлетворения обязательств. Так, при должном поведении руководителя, своевременно обратившегося с заявлением о банкротстве возглавляемой им организации, вновь возникшие обязательства погашаются приоритетно в режиме текущих платежей, а при неправомерном бездействии руководителя те же самые обязательства погашаются в общем режиме удовлетворения реестровых требований (пункт 1 статьи 5, статья 134 Закона о банкротстве).

Закон о банкротстве требует установления конкретных временных периодов, в которые возникли признаки неплатежеспособности должника, и возникла обязанность руководителя по подаче заявления о признании банкротом. Доказывание данных обстоятельств лежит на заявителе по заявлению о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности.

В постановлении Арбитражного суд Восточно-Сибирского округа от 06.09.2018 по делу N А33-11420/2016 суд кассационной инстанции, отменяя судебный акт первой инстанции, отметил, что при рассмотрении судом требований о привлечении к субсидиарной ответственности в предмет судебного исследования входит определение конкретного момента перехода должника в состоянии неплатежеспособности или недостаточности имущества. При установлении обязанности руководителя по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника и наличии оснований для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности в связи с нарушением указанной обязанности необходимо исследовать не только финансовые показатели юридического лица, но и осуществляемую должником в спорный период хозяйственную деятельность; установить когда возникли признаки неплатежеспособности должника и, в зависимости от этого, когда руководитель должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника.

В рассматриваемом случае, должник является единственным поставщиком тепловой энергии на территории Эльбрусского муниципального района КБР, что подтверждается письмом администрации Эльбрусского района КБР от 21.07.2021 (том дела 1 л.д. 118). Особенности оказываемых услуг и динамика образования задолженности, представленная конкурсным управляющим (том дела 1 л.д. 84) подтверждают, что предоставление услуг по поставке тепловой энергии носит сезонный характер. Общество является организацией, исполнителем коммунальных услуг - посредником при осуществлении расчетов с ресурсоснабжающими организациями и сборов с собственников и нанимателей жилых помещений, что подтверждается информацией о дебиторах общества (том дела 1 л.д. 142- 143), а также списками абонентов (том дела 2 л.д. 2-7, 8-13).

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 302-ЭС20-23984 по делу N А19-4454/2017, деятельность предприятия, учрежденного в целях выполнения работ, оказания услуг жилищно-коммунальногохозяйства, удовлетворения общественных потребностей характеризуется наличием значительной дебиторской задолженности граждан и иных потребителей, что, в свою очередь, не позволяет надлежащим образом гасить образовавшиеся долги перед поставщиком энергоресурса и бюджетом.

В силу специфики деятельности исполнителя коммунальных услуг в области жилищно-коммунального хозяйства, ситуация, при которой у исполнителя имеется кредиторская задолженность перед поставщиками энергоресурсов в условиях имеющейся дебиторской задолженности по оплате услуг населением, является прогнозируемой, то есть обычной является ситуация, когда из-за несвоевременной оплаты коммунальных услуг собственниками помещений наступает просрочка оплаты поставленных коммунальных ресурсов. Возникает ситуация, при которой предприятие имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед энергоснабжающими организациями, бюджетом, одновременно с дебиторской задолженностью граждан.

В случае если дебиторская задолженность населения по оплате потребленных жилищно-коммунальных услуг обладает низкой степенью ликвидности, связанной преимущественно с соответствующим уровнем платежеспособности населения, мероприятия по ее истребованию, как правило, малоэффективны. В связи с этим деятельность таких предприятий в отсутствие субсидирования зачастую носит заведомо убыточный характер.

При убыточной деятельности должника показатель чистых активов не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение этим показателем отрицательных значений само по себе не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о его банкротстве/о ликвидации.

С учетом характера деятельности должника возникновение в указанный период задолженности перед конкретным кредитором (в данном случае - перед ресурсоснабжающими организациями) не свидетельствует о том, что должник "автоматически" стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. В случае, если имеются неисполненные перед кредиторами обязательства, у руководителя должника не возникает безусловная обязанность обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Следовательно, наличие у должника кредиторской и дебиторской задолженности и их последующий рост не являются достаточным основанием для признания возникновения у должника признаков объективного банкротства в июне 2017 года, а у руководителя обязанности по обращению в суд с заявлением о признании ООО «Тырныауз теплоэнерго» банкротом.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Само по себе возникновение признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества либо обстоятельств, названных в абзацах пятом и седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, даже будучи доказанным, не свидетельствует об объективном банкротстве должника (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов).

В рассматриваемом случае не допустимо отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. Данное обстоятельство само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве. Необходимо учитывать, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами (аналогичная позиция изложена в Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.08.2021 N 305-ЭС21-4666(1,2,4) по делу N А40-240402/2016).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенная в Постановлении от 18.07.2003 N 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

Наоборот, грамотный менеджер приступил бы к более детальному анализу ситуации, развивающейся на вновь образованном предприятии, что соответствует смыслу разъяснений, приведенных в подпункте 2 пункта 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица". Согласно этим разъяснениям неразумными считаются действия директора, который до принятия решения не предпринял обычных для деловой практики при сходных обстоятельствах мер, направленных на получение информации, необходимой и достаточной для его принятия, в частности, если при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации.

По результатам такого анализа не исключается возможность разработки и реализации экономически обоснованного плана, направленного на санацию должника, если его руководитель имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения результата (абзац второй пункта 9 постановления N 53).

Наличие антикризисной программы (плана) может подтверждаться не только документом, поименованным соответствующим образом, но и совокупностью иных доказательств (например, перепиской с контрагентами, органами публичной власти, протоколами совещаний и т.п.). При этом возложение субсидиарной ответственности допустимо, в частности, когда следование плану являлось явно неразумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах, либо когда план разрабатывался лишь для создания внешней иллюзии принятия антикризисных мер и получения отсрочки с тем, чтобы выиграть время для совершения противоправных действий, причиняющих вред кредиторам.

Из материалов дела следует, что руководителем должника предпринимались меры для продолжения исполнения обществом своих обязательств, общество осуществляло цикл мероприятий по содержанию объектов теплоэнергетического комплекса и поставки тепловой энергии на территории Эльбрусского муниципального района КБР, поставляя тепловую энергию в больницы, школы и жилые дома и иные социально значимые объекты. Для поставок тепловой энергии общество эксплуатировало котельные, центральные тепловые системы района, что подтверждается информацией о дебиторах общества (том дела 1 л.д. 142-143), а также справкой о составе абонентов по состоянию на 01.05.2017 и на 01.01.2018 (том дела 2 л.д. 2-7, 8-13).

Проведение планово-предупредительного ремонта требует затрат значительных денежных средств, что в совокупности с сезонным уменьшением их поступления от потребителей существенно ухудшает финансовое положение общества. Из материалов дела следует, что в период с июля по ноябрь 2017 года, общества вынуждено было ликвидировать последствия стихийного бедствия, вызванного сходом селевых масс, принимало меры по предотвращению срыва нового отопительного сезона, что подтверждается письмом администрации от 21.07.2021 (том дела 2 л.д. 118); принимало меры по удовлетворению требований ресурсоснабжающих организаций, в том числе и с использованием мер по реализации дебиторской задолженности и ее уступки в счет погашения задолженности перед основным кредитором, что подтверждается письмом от 30.08.2021 №493 (том дела 1 л.д. 144-147).

В свою очередь, должник зарегистрирован в качестве юридического лица 18.05.2016, согласно выписке из ЕГРЮЛ (том дела 1 л.д. 19), начал хозяйственную деятельность с сентября 2016 года, после получения приказа об утверждении тарифов (том дела 1 л.д. 112-117).

При оказании услуг по поставке тепловой энергии общество использовало центральные тепловые сети, которые как следует из отчета руководителя должника (том дела 2 л.д. 22-33) изношены на всем протяжении сетей от 85% до 100%. Указанные обстоятельства увеличивают естественные потери общества и увеличивают расходы, которые не окупаются даже за счет взыскания дебиторской задолженности.

Из представленного анализа динамики кредиторской задолженности следует, что общество погашало задолженность перед кредиторами по мере поступления денежных средств.

Так, за период с января по декабрь 2017 года из начисленных АО «Каббалкэнерго» 9 879 582рублей 97 копеек - погашено 3 144 765 рублей 97 копеек, перед ООО «Газпром межрегионгаз Нальчик» - погашены 12 885 000 рублей (из начисленных 89 880 169 рублей 23 копеек).

Таким образом, общество не прекращало исполнение обязательств перед кредиторами в июне 2017 года, что исключает возможность возникновения у последнего признаков объективного банкротства.

Вместе с тем, хозяйственная деятельность должника не является высокодоходной и направлена на осуществление обеспечения деятельности социальной направленности.

В связи с чем, наступление негативных последствий в виде наращивания кредиторской задолженности, само по себе не свидетельствует о недобросовестности и (или) неразумности действий его руководителя и участников, поскольку возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Таким образом, обстоятельства деятельности должника с сентября 2016 года в плоть до конца 2017 года не свидетельствовали об объективном банкротстве, и, несмотря на временные финансовые затруднения, ответчик добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата. В рассматриваемом случае действия ответчика не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов. Следовательно, у ответчика в спорный период не возникли обязательства по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Кроме того, банкротство должника обусловлено также и внешними факторами, в том числе изношенность систем теплоснабжения (более чем на 90-95 %), вызывающие увеличение естественных потерь, необходимость проведения постоянных ремонтных работ, для продолжения исполнения обязательств по поставке население тепловой энергии, а также уменьшением количества потребителей, ток, в 2008 году к центральной системе теплоснабжения были подключены 7929 абонента, по состоянию на 01.05.2017 количество абонентов составило 4775, а по состоянию на 01.01.2018 - 4352 (том дела 2 л.д. 2, 8). При этом необходимость поддержания технического состояния центральной системы теплоснабжения на всем протяжения центральной системы теплоснабжения обусловлена большими экономическими затратами.

Следует учесть, что негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Доказательств, свидетельствующих о том, что по состоянию на определенную конкурсным управляющим и кредитором даты, должник, имея задолженность, прекратил исполнение денежных обязательств перед другими контрагентами, не осуществлял хозяйственную деятельность, а его финансовое положение являлось неудовлетворительным и не позволяло удовлетворять требования кредиторов, в деле не имеется.

При таких обстоятельствах доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и неподачей заявления о признании несостоятельным (банкротом) должника в материалы дела не представлено.

С учетом вышеизложенного, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что совокупность перечисленных выше условий, необходимых для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности не доказана.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.

Довод апеллянта о том, что суд не принял во внимание, что признаки банкротства появились в июне 2017 года, в связи с чем, ответчик обязан был обратиться в суд с заявлением о признании банкротом не позднее 20.07.2017, чего сделано не было, в связи с чем, по мнению апеллянта, он несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника наступившим после 20.07.2017, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку при наличии задолженности перед кредиторами, директор должника предпринимал меры по выходу организации из кризисной ситуации. Кроме того, должником частично задолженность перед кредиторами погашалась, что свидетельствует об отсутствии у должника признаков объективного банкротства, в виду которого, у директора возникла бы обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Иные доводы жалобы основаны на неверном толковании норм материального права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Учитывая изложенное, оценив в совокупности материалы дела и доводы апелляционной жалобы судебная коллегия считает, что выводы, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела, судом применены нормы права, подлежащие применению, вследствие чего апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм материального права и не влияют на правильность принятого по делу судебного акта, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 07.10.2021 по делу № А20-5554/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий



З.А. Бейтуганов



Судьи


С.И. Джамбулатов


Е.В. Жуков