Постановление от 13 марта 2019 г. по делу № А51-3905/2017

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/


Именем Российской Федерации



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А51-3905/2017
г. Владивосток
13 марта 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 05 марта 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 13 марта 2019 года.


Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего А.В. Ветошкевич,

судей Л.А. Мокроусовой, К.П. Засорина,

при ведении протокола помощником судьи О.В. Даровских,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Черных Виктора Александровича

апелляционное производство № 05АП-308/2019

на определение от 21.12.2018

судьи О.В. Васенко

по делу № А51-3905/2017 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению ФИО2 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3

при участии:

конкурсный кредитор ФИО1 лично, паспорт;

должник ФИО3 лично, паспорт.

иные лица, участвующие в деле о банкротстве, о времени и месте судебного

заседания извещены надлежащим образом.

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Приморского края от 26.07.2017 в отношении ФИО3 (далее – должник, ФИО3) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО4.

Впоследствии решением от 31.01.2018 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №20 от 03.02.2018.

В рамках дела о несостоятельности банкротстве ФИО3 кредитор - индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – кредитор, ИП ФИО1, ФИО1) обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) о включении в реестр требований кредиторов должника требования в общем размере 8 166 464,52 рублей, в том числе 8 126 464,52 рублей основной задолженности и 40 000 рублей финансовых санкций на основании договора беспроцентного займа от 08.12.2014.

Конкурсный кредитор ФИО6 (далее – ФИО6) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки должника – договора беспроцентного займа от 08.12.2014, заключенного с ИП ФИО1

Определением Арбитражного суда Приморского края от 21.02.2017 указанные заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением от 01.03.2018 суд назначил судебно-техническую экспертизу документов, проведение которой поручено экспертам Автономной некоммерческой организации «Центр криминалистических экспертиз».

Определением от 21.12.2018 суд признал незаключенным договор беспроцентного займа без номера от 08.12.2014, подписанный ИП ФИО1 и ФИО3; признал недействительным дополнительное соглашение к договору беспроцентного займа от 08.12.2014, подписанное 07.12.2015 ИП ФИО1 и ФИО3; отказал в удовлетворении заявленных ИП ФИО1 требований.

Не согласившись с вынесенным определением от 21.12.2018, ИП ФИО1 обжаловал его в апелляционном порядке.

По мнению апеллянта, судом первой инстанции неправомерно взысканы расходы на проведение экспертизы, поскольку доводы ФИО6 о фальсификации документов не нашли своего подтверждения. Заявитель жалобы полагает, что кредитор подтвердил фактическую передачу денежных средств, указанных в договоре, а также возможность предоставления денежных средств с учетом его финансового положения на момент заключения договора, в связи с чем счел, что обжалуемый судебный акт подлежит отмене.

В канцелярию суда от конкурсного кредитора ФИО6 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, который в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен к материалам дела, в отзыве конкурсный кредитор ФИО6 просил прекратить производство по апелляционной жалобе, поскольку апеллянт исключен из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей.

В заседании арбитражного суда апелляционной инстанции ФИО1 и ФИО3 поддержали доводы апелляционной жалобы в полном объеме. Обжалуемое определение суда первой инстанции считают незаконным и необоснованным, подлежащим отмене.

ФИО1 заявляет ходатайство о приобщении дополнительных доказательств, приложенных к апелляционной жалобе, а именно копий квитанций за 2012, 2013 годы, актов приемки выполненных работ.

Суд, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, определил в удовлетворении ходатайства ФИО1 о приобщении к материалам дела копий квитанций за 2012, 2013 годы, актов приемки выполненных работ отказать, поскольку не признал причины невозможности представления доказательства в суд первой инстанции уважительными. В обоснование уважительности причины невозможности представления в суд первой инстанции дополнительных доказательств, апеллянт сослался на то, что данные документы находились у его доверенного лица, с которым ранее были прекращены контакты. Вместе с тем о наличии указанных документов ФИО1 в суде первой инстанции не указывал, ходатайств об их истребовании не заявлял, в связи с чем апелляционная коллегия пришла к выводу об отсутствии оснований для приобщения дополнительных документов к материалам дела в суде апелляционной инстанции.

Коллегия, рассмотрев ходатайство конкурсного кредитора ФИО6 о прекращении производства по апелляционной жалобе, определила в удовлетворении ходатайства отказать, поскольку исключение ФИО1 из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей не свидетельствует об отсутствии у него правоспособности как физического лица. Таким образом, отсутствуют основания для прекращения производства по жалобе, предусмотренные статьей 265 АПК РФ.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

Дела о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона и часть 1 статьи 223 АПК РФ), который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным.

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве для целей включения в реестр требований кредиторов и участия в первом собрании кредиторов конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества гражданина, и уполномоченный орган вправе предъявить свои требования к гражданину в течение двух месяцев с даты опубликования сообщения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом в порядке, установленном статьей 213.7 настоящего Федерального закона. В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом. Требования кредиторов рассматриваются в порядке, установленном статьей 71 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер.

В абзаце втором пункта 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве содержится прямое указание на то, что требования кредиторов должника-гражданина рассматриваются в порядке статьи 71 Закона о банкротстве, а положения указанной статьи разъяснены в пункте 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

Согласно пункту 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приведет к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приведет к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Исходя из изложенного, арбитражный суд в любом случае проверяет обоснованность предъявленных к должнику требований и выясняет наличие оснований для их включения в реестр требований кредиторов.

Из содержания статей 1 и 2 Закона о банкротстве следует, что названный Закон регулирует порядок и условия проведения процедур банкротства и иные отношения, возникающие при неспособности должника удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей. Конкурсными кредиторами признаются кредиторы по денежным обязательствам, за исключением уполномоченных органов, граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, морального вреда, имеет обязательства по выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия.

Таким образом, для включения в реестр требований кредиторов должника кредитору необходимо доказать наличие у него денежного требования к должнику.

Из содержания заявления ИП ФИО1 следует, что между ним и должником 08.12.2014 заключен договор беспроцентного займа в редакции дополнительного соглашения от 07.12.2015, согласно которому ИП ФИО1 (займодавец) передает заемщику (ФИО3) в собственность денежные средства в размере 4000000 рублей, а заемщик обязуется возвратить сумму займа и проценты за пользование займом в срок до 31.12.2016.

Согласно пункту 1.3 договора в редакции дополнительного соглашения от 07.12.2015 заемщик выплачивает займодавцу проценты за пользование суммой займа в размере 8% годовых ежемесячно.

Между сторонами 01.01.2016 заключено соглашение о неустойке, из условий которого следует, что должник обязуется выплатить кредитору неустойку в размере 4% от суммы займа за каждый месяц просрочки исполнения обязательства до момента возврата суммы займа кредитору.

Поскольку обязательства по возврату заемных денежных средств и процентов за пользование займом не исполнены ФИО3, кредитор обратился в арбитражный с рассматриваемым заявлением.

Посчитав указанный договор недействительной сделкой, конкурсный кредитор ФИО6 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договора займа от 08.12.2014, заключенного между ИП ФИО1 и ФИО3

Заявленные требования конкурсного кредитора основаны на положениях статей 1, 10, 168, 170, 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В соответствии со статьей 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Таким образом, договор займа является реальным, именно с моментом передачи денег (других вещей) законодатель связывает заключение договора займа. Исходя от обратного, при отсутствии доказательств передачи денег или других вещей по договору займа указанный договор не может быть признан заключенным в соответствии с требованиями закона. Как следствие, у заемщика не наступают обязательства по возврату заемных средств по причине неполучения самих заемных средств. То есть, сам по себе договор займа не влечет наступления каких-либо обязательств у заемщика перед займодавцем, если он фактически не получил заемных средств от последнего.

Если в процессе оспаривания заемщиком договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от займодавца, договор займа считается незаключенным (часть 3 статьи 812 ГК РФ).

Согласно части 2 статьи 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Согласно части 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с частью 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Частью 1 статьи 10 ГК РФ предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно позиции Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации, изложенной в постановлении № 6616/11 от 04.11.2011, при наличии сомнений в действительности договора займа суд не лишен права истребовать от займодавца документы, подтверждающие фактическое наличие у него денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки); сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные доказательства передачи денег должнику.

Суд не лишен права потребовать и от должника представления документов, свидетельствующих о его операциях с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета индивидуального предпринимателя), в том числе об их расходовании.

В соответствии с указанными выше разъяснениями Пленума и Президиума ВАС РФ суду необходимо также установить, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д., поскольку только совокупность установленных судом обстоятельств в целом позволяет определить достоверность факта передачи должнику наличных денежных средств.

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (в том числе по представлению доказательств в обоснование своих возражений).

Суд первой инстанции, исходя из доводов ФИО1 и применительно к материалам дела, обоснованно указал на отсутствие оснований полагать, что на момент совершения сделки займа – 08.12.2014 ФИО1 действительно располагал денежными средствами в размере 4000000 рублей для их передачи должнику в качестве займа, поскольку факт финансовой состоятельности кредитора передать должнику заемные денежные средства в указанном размере документально подтвержден не был.

Так, из имеющихся в материалах дела справках о доходах физического лица за 2012-2014 годы следует, что ФИО1 получен доход (за вычетом налога на доходы физических лиц): в 2012 году 229691,96 рублей от ООО «Змеинка Плюс», 120060 рублей от ООО УК «Комплекс коммунальных услуг» (л.д. 24, 25 т. 1); в 2013 году 158641,64 рубль от ООО УК «Союз Дом Сервис», 255231,73 рубль от ООО «Змеинка Плюс», 189849,37 рублей от ООО УК «Комплекс коммунальных услуг», 297656,93 рублей от ООО «УК «Чуркин» (л.д. 26-29 т. 1), в 2014 году 174579,76 рублей от ООО УК «Союз Дом Сервис», 235166,50 рублей от ООО «Змеинка Плюс», 1948220,21 рублей от ООО УК «Комплекс коммунальных услуг», 312081,84 рубль от ООО «УК «Чуркин» (л.д. 30-33 т. 1); кроме того, из налоговой декларации по налогу на доходы физических лиц за 2011 год видно, что ФИО1 в 2011 году получил доход от ООО «Змеинка плюс» 256410,22 рублей (за вычетом налога на доходы физических лиц), а также доход от продажи машины в сумме 150000 рублей (л.д. 50, 51 т. 1), из налоговой декларации по налогу на доходы физических лиц за 2012 год видно, что ФИО1 в 2012 году получил также доход от продажи автомобиля в сумме 100000 рублей (л.д. 57 т. 1), в 2014 году получил доход от продажи земельного участка в сумме 250000 рублей (л.д. 183 т. 1).

Вместе с тем из представленных в материалы дела Выписок из Единого государственного реестра недвижимости видно, что ФИО1 на основании договора купли-продажи от 22.09.2014 был приобретен земельный участок с кадастровым номером 25:28:050063:268, кадастровой стоимостью 2683915,30 рублей (1/2 доля в праве), в отношении указанного земельного участка 10.10.2014 зарегистрирована ипотека в пользу ОАО «Сбербанк России» с 10.10.2014 продолжительностью 240 месяцев (л.д. 89 т. 3); 17.06.2014 за ФИО1 зарегистрировано право собственности (1/2 доли) на земельный участок с кадастровым номером 25:10:250001:1455 на основании договора купли-продажи от 02.06.2014, от 19.12.2012 (л.д. 113 т. 3); 02.11.2012 за ФИО1 зарегистрирована двухкомнатная квартира площадью 49,1 кв.м. по адресу: <...>, на основании договора купли-продажи от 18.10.2012 (л.д. 118 т. 3); 20.03.2014 за ФИО1 зарегистрировано нежилое помещение (доля в праве 1/3) площадью 58,8 кв.м. кадастровой стоимостью 1083254,76 рублей, расположенное по адресу: <...>, на основании договора купли-продажи нежилого помещения от 06.03.2014 (л.д. 126, 127 т. 3).

В материалы дела также представлен ответ Отдела Гостехнадзора с Гостехинспекцией № 25-05/19-43 (л.д. 123 т. 3), в соответствии с которым с 20.05.2013 за ФИО1 зарегистрирована самоходная техника DOOSAN DSL702 с государственным регистрационным знаком <***>.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции признал правомерными и достаточно мотивированными выводы суда первой инстанции по оценке финансового состояния ИП ФИО1, не позволяющего последнему выдать должнику заем в сумме 4000000 рублей, с учетом его доходов в период 2011-2012 годы и расходов в этот период. Коллегией также принято во внимание отсутствие целесообразности в выдаче займа в декабре 2014 года с учетом имеющегося ипотечного обязательства с октября 2014 года.

Каких-либо доказательств, помимо представленных ИП ФИО1, предположений о возможности подтверждения своего финансового состояния, свидетельствующих о поступления и расходования денежных средств, путем отражения таких операций о полученных должником по договору займа от 08.12.2014 денежных средствах материалы дела не содержат.

Доказательства наличия иных источников доходов, как то денежные вклады, акции, ценные бумаги, выплата дивидендов от участия в юридических лицах, получение дохода от сдачи в аренду имущества, продажа имущества и прочее, в нарушение статьи 65 АПК РФ в дело не представлены.

Крупные покупки с 08.12.2014 ФИО3 не совершались, погашение требований кого-либо из кредиторов за счет суммы займа также не производилось.

Кроме того, должником, признающим по существу требования кредитора, не представлены доказательства экономического обоснования заключения договора займа, а также использования им денежных средств, предоставленных заимодавцем в своих целях.

Таким образом, материалами дела не подтверждаются обстоятельства фактического (реального) получения должником спорной суммы займа и последующего ее расходования.

Совокупность представленных в материалах дела доказательств свидетельствует о незаключенности договора займа от 08.12.2014 в силу абзаца 2 пункта 1 статьи 807 ГК РФ и пункта 3 статьи 812 ГК РФ.

По общему правилу незаключенный договор не влечет никаких правовых последствий для сторон. Следовательно, у должника отсутствует обязанность по возврату ФИО1 спорной суммы займа.

Коллегия сочла, что доводы кредитора о наличии ежегодного дохода от предпринимательской деятельности в размере 1,5 млн. рублей правомерно отклонены судом первой инстанции как лишенные документального подтверждения; отсутствие обязанности у предпринимателя вести кассовую книгу с целью учета кассовых операций не является основанием для его освобождения от обязанности представить достаточные доказательства в подтверждение своих доводов или возражений.

Коллегией отклоняется довод ФИО1 об отсутствии совпадения интересов кредитора и должника на основании следующего.

В условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор о наличии и размере задолженности между отдельным кредитором и должником, носит формальный характер и целью его инициирования является сохранение имущества должника за его бенефициарами, в частности, за самим должником. Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств о наличии задолженности у должника, обычно достаточного для разрешения подобного спора, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с совпадением интересов должника и такого кредитора их процессуальная активность не направлена на установление истины.

Конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица, не участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении в реестр, объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В то же время они могут заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы. Предоставление дополнительного обоснования не составляет для добросовестных участников гражданского оборота какой-либо сложности.

Принимая во внимание, что стороны мнимой сделки могут придать ей требуемую законом форму, а также произвести иные действия лишь для вида, в связи с чем суд первой инстанции правомерно не принял признание долга должником, поскольку совокупность установленных судом в рамках настоящего дела обстоятельств свидетельствует о том, что должник является лицом, принимавшим непосредственное участие в оформлении документов, касающихся оспариваемых сделок, таким образом, чтобы подтвердить при установлении требований ИП ФИО1 те отношения, которых не было.

Более того, как указал Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ). Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

При оценке доказательств суд первой инстанции не оставил без внимания и то, что первоначально требования предпринимателя к должнику в настоящем деле предъявлены со ссылкой на наличие вступившего в законную силу судебного акта суда общей юрисдикции, которым в пользу заявителя требований взыскана задолженность, в подтверждение которой представлялся, и соответственно, исследовался судом только договор беспроцентного займа от 08.12.2014.

Однако позднее требования кредитора дополнены со ссылкой на заключение 01.01.2016 между кредитором и должником соглашения о неустойке; размер санкции – 4% в месяц до момента возврата, впоследствии требования изменены, фактические обстоятельства заявителем требований изложены с учетом дополнительного соглашения от 07.12.2015 которым изменен срок возврата займа, а также установлен размер платы за пользование заемными средствами, при этом заключенное позднее соглашение о неустойке от 01.01.2016 признано сторонами незаключенным по соглашению сторон, датированному 11.01.2016.

Таким образом, учитывая последовательность представления в рамках настоящего обособленного спора соглашений, составленных со ссылкой на изменение договора беспроцентного займа от 08.12.2014, принимая во внимание отсутствие разумного обоснования причин непредставления таких соглашений при рассмотрении дела в суде общей юрисдикции, а также установленную законодательством о несостоятельности (банкротстве) очередность удовлетворения требований кредиторов, коллегия сочла обоснованным вывод суда первой инстанции о недобросовестности поведения заявителя требований.

Оценив действия ИП ФИО1., связанные с предъявлением требований к должнику, а также учитывая позицию должника, выраженную при установлении требований, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что дополнительное соглашение от 07.12.2015 совершено для вида и без намерения создать правовые последствия, свойственные соответствующим правоотношениям, а реальной целью данной сделки было формальное подтверждение искусственно созданной задолженности для участия в распределении конкурсной массы в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) физического лица.

Установив данные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о ничтожности договора займа как совершенного лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

С учетом изложенного, требование ИП ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника третьей очереди задолженности в размере 8 166 464,52 рублей, в том числе 8 126 464,52 рублей основной задолженности и 40 000 рублей финансовых санкций правомерно признано судом первой инстанции необоснованным и не подлежащим включению в реестр требований кредиторов должника.

Утверждение апеллянта о том, что суд неправомерно взыскал с него расходы на проведение судебной экспертизы, поскольку доводы ФИО6 о фальсификации документов не нашли своего подтверждения, судом апелляционной инстанции отклоняется как основанное на неправильном толковании норм статьи 110 АПК РФ.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, у судебной коллегии не имеется.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, фактически направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, являлись предметом исследования суда первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка. Суд апелляционной инстанции отмечает, что доводы жалобы не могут повлечь отмены обжалуемого судебного акта, так как фактически сводятся к несогласию с оценкой судом первой инстанций установленных по делу обстоятельств и имеющихся доказательств. Оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм права, содержащиеся в нем выводы не противоречат имеющимся в деле доказательствам.

Таким образом, судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права. Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Исходя из результата рассмотрения спора, в силу положений статьи 110 АПК РФ, расходы по уплате госпошлины остаются на заявителе.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 21.12.2018 по делу №А51-3905/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.


Председательствующий


А.В. Ветошкевич

Судьи



Л.А. Мокроусова


К.П. Засорин