Постановление от 14 мая 2025 г. по делу № А40-195401/2019

м


ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-3129/2025

Дело № А40-195401/19
г. Москва
15 мая 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 22 апреля 2025 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 15 мая 2025 года  


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шведко О.И.,

судей Башлаковой-Николаевой Е.Ю.,  Лапшиной В.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Колыгановой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

конкурсного управляющего ООО «Вертикаль» - ФИО1

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 27.11.2024 по делу №  А40-195401/19 в части отказа в привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Вертикаль»,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Вертикаль» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

при участии в   судебном заседании:

согласно протоколу судебного заседания.

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 04.03.2021 должник ООО «Вертикаль» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата регистрации: 10.09.2012, адрес: 115201, <...>) признан несостоятельным (банкротом), конкурсным управляющим утверждена ФИО1.

29.12.2022 (согласно штампу канцелярии суда) в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих должника лиц – ФИО4, ФИО2.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.08.2023 к участию в обособленном споре привлечен ФИО5 (умерший 06.03.2019) в качестве соответчика.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.11.2023 к участию в обособленном споре привлечена ФИО3 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.02.2024 произведено процессуальное правопреемство на стороне ответчика по обособленному спору с ФИО5 на ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2024 по делу назначена почерковедческая экспертиза, производство по заявлению приостановлено.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.07.2024 производство по заявлению возобновлено.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.11.2024 ФИО4 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Вертикаль», приостановлено  производство по обособленному спору в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами, формирования конкурсной массы, в удовлетворении остальной части заявления отказано.

Конкурсный управляющий ООО «Вертикаль» - ФИО1, не согласившись с вынесенным определением, обратился с апелляционной жалобой в Девятый Арбитражный апелляционный суд, просил отменить обжалуемый судебный акт в части отказа в привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Вертикаль». В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на незаконность и необоснованность обжалуемого судебного акта.

От ФИО2 поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ.

Конкурсный управляющий ООО «Вертикаль» - ФИО1, представитель конкурсного управляющего ОАО «Смоленский банк» в  лице ГК АСВ поддерживали доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Представитель ФИО2 возражал на доводы жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru , в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121 , 123 , 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Согласно разъяснениям пункта 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" при непредставлении лицами, участвующими в деле, возражений по проверке только части судебного акта до начала судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, не заявили возражений против проверки определения суда в обжалуемой части.

В связи с чем, законность и обоснованность определения по настоящему делу проверяется апелляционным судом только в оспариваемой части.

Рассмотрев дело в порядке статей 266, 267, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, выслушав доводы представителя апеллянта, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда в обжалуемой части, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, в силу следующих обстоятельств.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу подп. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Согласно  выписке  из  ЕГРЮЛ, , руководителями организации (лицом, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица) являлись в период:

- с 10.09.2012 по 20.05.2014 - ФИО4,

- с 20.05.2014 по 07.02.2018-. ФИО2

- с 08.02.2018 по 06.03.2019 -. ФИО5

ФИО4 также является  с 10.09.2012 участником Должника, а с 20.07.2020- единоличным участником.

Конкурсный управляющий должника в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности указывал на невозможность погашения требований кредиторов вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, а именно: ФИО4, ФИО2 и ФИО3 (с учетом определения суда от 01.02.2024 о процессуальном правопреемстве на стороне ответчика по обособленному спору с ФИО5 на ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.)); необращение в арбитражный суд с заявлением об инициировании процедура банкротства в отношении Должника   , а также неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документации Должника

Отказывая в удовлетворении заявления в части привлечения ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Вертикаль», суд первой инстанции исходил из того, что ответчики не обладают какими-либо документами Должника, не допустили ни одного действия (бездействия), которое повлекло ухудшение экономического состояния Должника, причинило вред кредиторам или самому Должнику.

Апелляционный суд находит выводы суда первой инстанции законными и обоснованными.

В силу пункта 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

На основании пп. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Условия и порядок привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц установлен статьей 61.11 Закона о банкротстве.

При этом указанной нормой установлена презумпция признания должника банкротом вследствие действия или бездействия руководителя должника, что означает, что вина руководителя должника предполагается, если не доказано иное.

В соответствии с  пунктами 1 и 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно Определению Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.12.2022 N 305-ЭС22-11886 по делу N А40-58806/2012 в соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 14 Постановления N 53, согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2024 N 305-ЭС 19-27802(6,7,8,9) по делу N A40-166456/2018.

Таким образом, при определении размера субсидиарной ответственности учитывается не дата просрочки или взыскания, а дата возникновения обязательств. Существенным является, возникли ли обязательства после наступления у руководителя должника обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве.

Прежде чем установить обязанность контролирующего лица подать заявление о банкротстве, суд должен определить дату фактической утраты должником возможности исполнять обязательства.

Как следует из заявления конкурсного управляющего, задолженность Должника в размере 2 786 894010,01 руб. основана на неисполнении обязательств по возврату кредитов  в пользу ОАО Банк «Смоленский», при этом возникновение именно этой задолженности, взысканной решением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40- 72489/2014 от 14.08.2014 по договору кредитной линии №1515 от 29.09.2011 и последующих исков Банка повлекло возникновение у Должника признаков неплатежеспособности в начале 2014 года, вследствие чего дата объективного банкротства была определена управляющим как 15.04.2014, то есть возникла в период руководства ФИО4, однако указанная задолженность не относится к неисполненным обязательствам Должника, возникшим после момента обращения с заявлением в суд, в связи с чем не может быть вменена  ФИО4 в качестве размер ответственности, поскольку  обязательства перед Банком, не являются новыми обязательствами должника для целей привлечения к ответственности по упомянутой статье Закона о банкротстве.

Вместе с тем суд первой инстанции посчитал установленными основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности, поскольку именно в период осуществления ФИО4 полномочий генерального директора с одновременным наличием статуса участника Общества, ФИО4 заключила кредитные договоры с ОАО Банк «Смоленский», обремененные ипотекой, неисполнение которых и повлекло возникновение у Должника признаков объективного банкротства.

Что касается ответчика ФИО2, то  с учетом ограничений, установленных абз. 1 п. 2. ст. 61.12 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности ФИО2 как руководителя Должника равен размеру обязательств Должника, возникших в период с 16 июня 2014 года по 07 февраля 2018 года (окончание периода руководства ФИО2).

Как следует из определения Арбитражного суда города Москвы по настоящему делу №А40-195401/19-8-232 «Б» от 28 января 2020 года, кредиторская задолженность Должника в размере 8 726 263,02 рублей образовалась в связи с неисполнением обязанностей по уплате земельного налога за период 2013-2018 гг.

Задолженность по обязательным платежам , включенная в реестр кредиторов должника, составила  8 726 263 руб. 02 коп.

 Как следует из материалов дела, указанная задолженность образовалась в связи с неисполнением обязанностей по уплате земельного налога за период 2013-2018гг. Решением № 367 от 04.07.2016 должник привлечен за совершение налогового правонарушения.

В соответствии со ст. 69 ч. 1 НК РФ в связи с наличием у организации задолженности, налоговым органом были выставлены требования об уплате налогов № 14908 от 14.04.2019, № 16334 от 29.05.2019, № 530 от 25.02.2016, № 1152 от 28.03.2014, № 2840 от 02.03.2018, № 4811 от 27.02.2017, № 12629 от 25.02.2015, № 117152 от 07.04.2014, № 181696 от 17.02.2016, № 567 от 03.10.2016, № 681 от 24.11.2015, № 2457 от 04.10.2018, № 7556 от 23.09.2015, № 8234 от 23.08.2016, № 254516 от 01.03.2018, № 11848 от 12.12.2016, № 11877 от 12.12.2016, № 232296 от 16.04.2016, № 259857 от 21.02.2019, № 173631 от 16.02.2017, № 177092 от 24.11.2017, № 170188 от 25.02.2016. Обязанность должника по уплате налогов не было исполнена в срок, указанный в требованиях. В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 46 НК РФ, инспекцией в отношении должника вынесены решения о взыскании налога, сбора, а также пени за счет денежных средств налогоплательщика на счетах в банках № 16957 от 31.01.2017, № 16958 от 31.01.2017, № 2351 от 10.04.2018, № 1335 от 12.04.2017, № 1334 от 12.04.2017.

В связи с недостаточностью денежных средств на счетах должника, руководствуясь ст. 31 и с. 47 НК РФ, инспекцией вынесены решения о взыскании налога, сбора, пеней, штрафов, процентов за счет имущества должника № 3558 от 08.03.2019, № 1128 от 17.12.2015, № 726 от 16.08.2016, № 725 от 16.08.2016, № 3444 от 30.06.2016, № 3545 от 04.05.2017. Также инспекцией были вынесены постановления о взыскании налога (сбора), пеней, штрафов за счет имущества должника № 725 от 16.08.2016, № 726 от 16.08.2016, № 1128 от 17.12.2015, № 928 от 12.04.2017, № 3004 от 28.03.2019, № 3026 от 01.07.2016.

Таким образом в размер задолженности по обязательным платежам вошли периоды как  исполнения ФИО2 обязанностей генерального директора Общества, так и обязательства за пределами указанного периода, при этом конкретный размер субсидиарной ответственности, согласно п.2 ст. 61.12 Закона о банкротстве, вменяемый ответчику ФИО2 заявителем не указан.

Помимо изложенного суд первой инстанции правомерно учел следующие обстоятельства.

Согласно разъяснениям, приведенным в пунктах 16 – 18, 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будеточевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также – ГК РФ), абзац 2 пункта 10 статьи61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

При решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

В рассматриваемом случае ФИО2 объективно не мог уплатить земельный налог, поскольку к моменту начала его руководства Должником (20 мая 2014 года) последний уже отвечал признакам банкротства (14 мая 2014 года), при это всё имущество Должника уже было арестовано, продать земельные участки не представлялось возможным.

При этом, ФИО2 предпринимал попытки улучшить экономическое состояние должника.

Так, ФИО2 в рамках дела №А40-169381/14, рассмотренного Арбитражным судом города Москвы, пытался признать недействительными договор об ипотеке (залоге недвижимости) № 1343-и от 06.06.2013 г., договор об ипотеке (залоге недвижимости) №2348-и/15 от 25.06.2013 г., договор об ипотеке (залоге недвижимости) №2348-и 11 от 21.06.2013 г., договор об ипотеке (залоге недвижимости) №2348-и 9 от 21.06.2013 г., договор об ипотеке (залоге недвижимости) №2348-и от 21.06.2013 г., договор об ипотеке (залоге недвижимости) №2348-и 7 от 21.06.2013 г., договор об ипотеке (залоге недвижимости) №1515-и от 06.06.2013 г., договор об ипотеке (залоге недвижимости) №1847-и/1 от 06.06.2013 г. применить последствия недействительности договоров об ипотеке в виде прекращения действия залога с момента заключения договоров об ипотеке, однако арбитражный суд отказал в соответствующем иске.

При таких обстоятельствах ФИО2 не допустил ни одного действия (бездействия), которое повлекло ухудшение экономического состояния Должника, причинило вред кредиторам или самому Должнику, в связи с чем требования Заявителя в указанной части безосновательны и не подлежат удовлетворению.

Также конкурсный управляющий должника указал на непередачу ФИО2 бухгалтерской и иной документации Должника.

В силу ч. 4 ст. 29 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» при смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В названной статье закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно позиции, сформулированной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 №305-ЭС19-10079 по делу №А41-87043/2015, а также в обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №4 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 декабря 2019 года, неисполнение бывшим руководителем должника обязанности передать документацию должника вследствие объективных факторов, находящихся вне его контроля, не может свидетельствовать о наличии интереса такого руководителя в сокрытии соответствующей информации и, соответственно, являться основанием для применения презумпции вины в доведении должника до банкротства.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Между тем в рассматриваемом случае, ФИО2 не обладает какими-либо документами Должника, поскольку передал их новому руководителю (ФИО5) умершему в настоящее время.

Конкурсный управляющий не обращался в арбитражный суд с требованиями обязать ФИО2, ФИО3 передать конкурсному управляющему соответствующую документацию Должника, вина ФИО2, ФИО3 в умышленной непередаче конкурсному управляющему какой-либо документации, существенной затруднившей проведение конкурсного производства, не установлена и не следует из самого заявления Заявителя.

При этом, конкурсный управляющий должника ФИО1 в судебном заседании суда апелляционной инстанции указала, что всю истребуемую документацию восстановила.

На основании изложенного, судом первой инстанции обоснованно отказано в удовлетворении заявления о привлечении ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Вертикаль».

Принимая во внимание вышеизложенное, а также, учитывая конкретные обстоятельства по делу, арбитражный апелляционный суд полагает, что судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства по делу, правильно применены подлежащие применению нормы материального и процессуального права, и у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для отмены определения в обжалуемой части.

Доводы отзыва ФИО2 о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности на подачу настоящего заявления, также подлежат отклонению как не подтвержденные материалами дела.

Согласно пункту 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Согласно пункту 58 Постановления N 53 сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц).

При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами.

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (применительно к настоящему делу - не ранее введения процедуры конкурсного производства).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 04.03.2021 ООО «Вертикаль» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим ОООО «Вертикаль» утверждена ФИО1.

Учитывая нормы пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве конкурсный управляющий должен был обратиться в суд с настоящим заявлением не позднее 04.03.2024 года.

28.12.2022 конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ответчиков по обязательствам должника, то есть в установленный срок.

Доводы апелляционной жалобы свидетельствуют о несогласии апеллянта с установленными судом обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 27.11.2024 по делу №  А40-195401/19 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Вертикаль» - ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья:                               О.И. Шведко 


 Судьи:                                                                      Е.Ю. Башлакова-Николаева


                                                                                  В.В. Лапшина