Постановление от 11 декабря 2023 г. по делу № А40-267800/2019

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-78330/2023 № 09АП-78488/2023



Москва Дело № А40-267800/19

11 декабря 2023 года


Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 11 декабря 2023 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.С. Маслова,

судей М.С. Сафроновой и Н.В. Юрковой

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ООО «Истранет» на определение Арбитражного суда города Москвы от 19.10.2023 по делу № А40-267800/19, вынесенное судьей К.А. Таранниковой в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ИНВЕСТ»,

о привлечении к субсидиарной ответственности;


при участии в судебном заседании:

от ФИО3 – ФИО4, по дов. от 22.08.2023,

от ООО «Истранет» - ФИО5, по дов. от 10.02.2021,

от ФИО6 – ФИО7, по дов. от 21.09.2021, ФИО8, по дов. от 18.08.2023



У С Т А Н О В И Л:

Решением суда от 08.10.2020 ООО «Инвест» признано несостоятельным (банкротом), в отношении ООО «Инвест» открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО9

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.04.2022 объединены в одно производство для совместного рассмотрения в рамках дела о банкротстве ООО «Инвест» заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – ФИО2, ФИО6, ФИО3 с заявлением конкурсного управляющего о привлечении Компании ОВЕРМАРШ ЛИМИТЕД к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.08.2022 прекращено производство по делу № А40-267800/19-18-131 «Б» о несостоятельности (банкротстве) ООО «Инвест». Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.09.2022 прекращено производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела №А40-267800/19-18-131 «Б» о банкротстве ООО «Инвест»

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 22.12.2022 определение Арбитражного суда г. Москвы от 22.08.2022 отменено

Определением суда от 22.05.2023 возобновлено производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – ФИО2, ФИО6, ФИО3 и Компании ОВЕРМАРШ ЛИМИТЕД к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.10.2023 ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Инвест» (ОГРН <***>, ИНН <***>).

С ФИО2 в порядке субсидиарной ответственности в конкурсную массу ООО «Инвест» (ОГРН <***>, ИНН <***>) взысканы денежные средства в размере 41 634 960,79 руб.

В удовлетворении остальной части заявления судом отказано.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением, ФИО2, ООО «Истранет» обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят его отменить в обжалуемой части, принять по делу новый судебный акт.

В судебном заседании представитель ООО «Истранет» доводы своей апелляционной жалобы поддержал.

Представители ФИО3, ФИО6 против удовлетворения апелляционной жалобы ООО «Истранет» возражали, разрешение вопроса об удовлетворении апелляционной жалобы ФИО2 оставили на усмотрение суда.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда в обжалуемой части, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указал на совершение ответчиками сделок с целью вывода (без намерения возврата) активов должника на заинтересованных лиц, которые причинили существенный вред имущественным правам кредиторов должника, то есть уменьшили размер имущества должника, что привело к полной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Также контролирующими должника лицами не передана управляющему документация должника.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, исходил из представления им надлежащих доказательств наличия обязательных условий, при которых возможно привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

При этом суд пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим совокупности обязательных условий, при наличии которых возможно привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в отношении ФИО6, ФИО3, Компании ОВЕРМАРШ ЛИМИТЕД.

Суд апелляционной инстанции соглашается с такими выводами Арбитражного суда города Москвы.

Из положений пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве следует, что под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника.

Согласно данным, содержащимся в ЕГРЮЛ в отношении должника, ФИО2 являлся руководителем должника в период с 18.02.2014 по 28.02.2018. ФИО3 и компания ОВЕРМАРШ ЛИМИТЕД являются участником ООО «ИНВЕСТ» с размером доли по 50 %.

В отношении ФИО6 конкурсный указал, что ответчик является представителем компании ОВЕРМАРШ ЛИМИТЕД, а также может быть как юридическим, так и фактическим выгодоприобретателем компании ОВЕРМАРШ ЛИМИТЕД.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции № 134-ФЗ) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий в случае, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.»

Абзацем 7 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве установлено, что контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12).

По правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями.

Таким образом, для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности доказыванию в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит состав правонарушения, включающий наличие вреда, противоправность поведения причините ля вреда, причинно- следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

По смыслу норм пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Учитывая приведенную норму абзаца седьмого п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, заявитель должен доказать наличие неправомерных действий контролирующего лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности на основании п. 4 ст. 10 указанного закона, а лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, должно доказать, что оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника, и отсутствие своей вины и причинной связи с последующим затруднением проведения процедуры несостоятельности (банкротства), в том числе формирования и реализации конкурсной массы.

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», указано, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Как разъяснено в пункте 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (ст. 65 АПК РФ).

Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» установлено, согласно подпункту 1 пункта 2 статья 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Пунктом 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Таким образом, при обращении с требованием о привлечении руководителя должника, его учредителя к субсидиарной ответственности заявитель должен доказать, что своими действиями (указаниями) ответчик довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

В соответствии с п. 1-2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в т.ч. в случае причинения существенного имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В соответствии с п. 3 ст. 61.11 Закона о банкротстве, положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Обращаясь в суд с данным заявлением, конкурсный управляющий фактически указывал на вывод активов должника и бездействие, приведшее к банкротству должника.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда города Москвы от 08.10.2019 принято к производству заявление ООО «Аварийно-ремонтная служба 24/7» о признании несостоятельным (банкротом) должника ООО «ИНВЕСТ» и возбуждено производство по настоящему делу.

Платежи за период с 19.03.2015 по 09.06.2015 в размере 67 074 000 руб. в пользу ФИО6 (по договору новации № ИНВ-1 от 30.09.2014) выходят за пределы трехгодичного срока до возбуждения дела о банкротстве и как следствие, не могут оспариваться по специальным основаниям (ст. 61.2 Закона о банкротстве), а лишь по гражданским.

Подтверждений того, что должник, а тем более ответчик, проявили недобросовестность и злоупотребили правом, конкурным управляющим в материалы дела не представлено.

Платежи за период с 18.05.2017 по 18.01.2018 в размере 19 348 300 руб. в пользу ФИО3 (по соглашению о новации № ИНВ-4-С от 02.02.2015) совершены в период более года и менее трех лет до возбуждения дела о банкротстве должника.

Также конкурсный управляющий ссылался на заключенные должником в период с 24.08.2017 по 22.02.2018 договоры уступки прав по договорам участия в долевом строительстве многоквартирного дома с ФИО3 и ООО «Инвест Групп». Сделки совершены в период более года и менее трех лет до возбуждения дела о банкротстве должника.

Однако, в материалы дела не представлено доказательств наличия признаков неплатежеспособности должника на дату совершения сделок.

Как указывает заявитель, 04.08.2023 им в ИФНС России № 10 по г. Москве направлен запрос о предоставлении копий бухгалтерских балансов ООО «ИНВЕСТ» за период с 2014 по 2018. Однако документы от налогового органа не поступили.

В публичном доступе (информационный ресурс https://www.list-org.com/) имеются сведения о данных бухгалтерского баланса ООО «ИНВЕСТ» за 2014, 2016 годы. Ответом от 31.05.2023 на запрос конкурсного управляющего ИФНС России № 10 по г.Москве предоставила сведения о том, что налоговая отчетность должником за 2018-2022 гг. не сдавалась.

При этом конкурсный управляющий не представил в материалы дела доказательств истребования бухгалтерской документации через суд в случае отказа налогового органа в предоставлении соответствующих доказательств.

Как следует из оспариваемых платежей, совершенных должником в пользу ФИО6 и ФИО3 в 2015-2017гг., в качестве назначения платежей указано на возврат денежных средств по договору новации/соглашению о новации. При этом конкурсный управляющий не исследовал вопрос источника получения должником указанных денежных средств, а также не доказал наличия обязанности у ФИО6 и ФИО3 по возврату перечисленных им денежных средств.

Заявитель ссылается на многомиллионые обороты денежных средств в оспариваемый период времени и реализацию должником прав на недвижимое имущество, однако не расшифровывает их и не исследует на предмет наличия у должника имущества для погашения обязательств перед третьими лицами, равно как и не представляет доказательств наличия у должника признаков банкротства в 2015-2017 годы.

Конкурсный управляющий также ссылался на наличие непогашенной кредиторской задолженности перед ООО «СВЕ Компани» по состоянию на 14.01.2015, однако решение Арбитражного суда г. Москвы от 24.04.2018 по делу А40-123892/16-125-958 о взыскании с должника в пользу ООО «Аварийно-ремонтная служба 24/7» 1 066 999,9 руб.– неустойки, 44 890 000,8 руб.. – штрафа, вступило в законную силу лишь 30.07.2018. Определением суда от 08.04.2019 по делу А40-123892/16-125-958 с должника в пользу ООО «Аварийно-ремонтная служба 24/7» взысканы судебные расходы в размере 450 000 руб.

Судом отмечено, что суммы неустоек и прочих финансовых санкций, применительно к статье 4 Закона о банкротстве, не учитываются при определении признаков банкротства.

То есть, в данном случае обязательства по погашению суммы основного долга перед кредитором возникли после 08.04.2019 (дата определения суда по делу № А40-123892/16-125-958 о взысканы с должника судебных расходов в размере 450 000 руб. в пользу кредитора).

Также суд обоснованно указал, что наличие задолженности перед тем или иным кредитором автоматически не свидетельствует о неплатежеспособности должника.

В рамках настоящего заявления управляющий оспаривает произведенные должником платежи в счет оплаты по договорам новации, что относится к исполнению договоров, а не к их условиям.

При этом, сами договоры новации, как содержащие условия, предусматривающие неравноценное встречное исполнение обязательств, не оспаривает.

Согласно пояснениям ФИО6 и ФИО3, у них отсутствует доступ ко всем документам и электронным базам должника в настоящий момент, в связи с чем у них отсутствовала возможность представить первичную бухгалтерскую документацию должника в подтверждение своих доводов о равноценности оспариваемых сделок.

Конкурсный управляющий ссылается также на договоры уступки прав по договору участия в долевом строительстве многоквартирного дома, заключенные между должником (цедент) и ФИО3 (цессионарий), а также с ООО «Инвест Групп» (цессионарий).

Доказательств того, что цена этих сделок и (или) иные условия отличались от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, оказания предпочтений одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в материалы дела не представлены.

В ходе рассмотрения настоящего спора заявителем не было представлено доказательств того, что оспариваемые сделки привели к полной или частичной утрате возможности удовлетворить требования кредиторов ООО «Инвест».

Подтверждений того, что должник, а тем более ответчик, проявили недобросовестность и злоупотребили правом, конкурсным управляющим также не представлено.

Отсутствует и совокупность доказательств в обоснование доводов и причинении вреда должнику и кредиторам при совершении указанных сделок.

Сделки между ФИО6 и ООО «Инвест Групп» не могут рассматриваться судом в рамках данного дела, поскольку имеют иной субъектный состав, отличный от настоящего дела, и не являются сделками, совершенными должником либо за счет должника.

Доказательств того, что уступка прав требований по договорам долевого участия, на которые ссылается конкурсный управляющий, содержат в себе следующую формулировку, касающуюся расчетов по оплате: оплата права требования на получение Объекта долевого строительства осуществляется Новым Дольщиком в течение 5 дней с момента государственной регистрации настоящего Договора. Оплата может быть произведена путем зачета встречных однородных требований. В случае если в течение 7 рабочих дней на счет Дольщика не поступят денежные средства, указанные в п. 3 настоящего Договора, на 8-й рабочий день настоящий Договор прекращает свое действие и не влечет для сторон никаких прав и обязанностей.

Конкурсный управляющий был вправе обратиться в суд с соответствующими исками в случае отсутствия оплаты по договорам уступки, с целью пополнения конкурной массы, однако в материалы дела не представлены доказательства совершения определенных действий.

По мнению заявителя, сделки уступки прав требований по договорам долевого участия являются убыточными, поскольку в результате их совершения должник лишился крупного актива без какого-либо встречного предоставления.

Однако, как установлено судом, в отношении застройщика ООО «СВЕ Компани» введена процедура конкурсного производства решением от 11.09.2019г. по делу № а41-106241/19.

ФИО6 включен в реестр передачи жилых помещений, расположенных в строящемся доме, к ООО «СВЕ Компани» определением суда по делу № а41-106241/19 от 13.09.2021 по поименованным выше договорам уступки.

Доказательства возможности реализации прав ответчика в качестве кредитора и погашение его требований в деле о банкротстве ООО «СВЕ Компани» в материалах дела отсутствуют, то есть отсутствуют доказательства ликвидности уступленного должником актива и, как следствие, доказательства причинения вреда кредиторам в результате совершенных сделок.

Кроме того, в материалы дела представлено Соглашение об уступке прав требований и обязанностей по договору участия в долевом строительстве многоквартирного дома от 28.07.2022 между ФИО6 и ООО «Истранет», согласно п. 1 которого участник долевого строительства (ФИО6) передает, а новый участник долевого строительства (ООО «Истранет») принимает права участника долевого строительства по трем договорам участия в долевом строительстве многоквартирного дома. Общий размер передаваемых прав составил 7 691 800 руб.

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона «О банкротстве»).

Согласно пункту 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 20 Постановления № 53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные контролирующими лицами в период исполнения ими обязанностей руководителя должника от имени должника действия (бездействие) необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника действия не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные убытки).

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсный управляющий должника не доказал наличие данных обстоятельств, а также не представил доказательства того, что ФИО6 действительно давал должнику какие-либо указания, имел контроль надо деятельностью компании и участвовал в процессе управления должником. Доводы о том, что ФИО6 может быть как юридическим, так и фактическим выгодоприобетателем основаны лишь на предположениях.

Пунктом 22 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

В силу пункта 2 статьи 30 Закона о банкротстве учредители (участники) должника, собственник имущества должника - унитарного предприятия, федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления в случаях, предусмотренных федеральным законом, обязаны принимать своевременные меры по предупреждению банкротства организаций.

В материалы дела не представлено доказательств того, что руководитель должника направлял участникам, в том числе Компании Овермаш Лимитед, сведения о наличии признаков банкротства, если таковые имели место быть.

Не представлено доказательств того, что участники знали о наличии признаков банкротства и не предприняли разумных мер, в том числе, не вынесли решение указанного вопроса на общее собрание участников общества.

Таким образом, материалы дела также не содержат доказательств вины Компании Овермаш Лимитед и ФИО3, наличия причинно-следственной связи между их указаниями или иными действиями и возникновением причин, повлекших несостоятельность (банкротство) должника, а также причинно-следственной связи между действиями указанных лиц и последующим банкротством должника.

Кроме того, заявитель не конкретизировал основания для привлечения к субсидиарной ответственности Компании Овермаш Лимитед.

На основании вышеизложенного, суд пришел к законному выводу об отсутствии оснований для привлечения Компании Овермаш Лимитед и ФИО3 к субсидиарной ответственности ввиду недоказанности их вины.

В соответствии с положениями подпунктов 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

При этом привлечение к имущественной ответственности предполагает установление противоправности, а также причинно-следственной связи между действиями (бездействием) лица, привлекаемого к такой ответственности, и наступившими последствиями.

В силу части 1 статьи 6 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций.

Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему (абзац 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Неукоснительное исполнение руководителем должника, признанного банкротом, указанной обязанности призвано в полной мере обеспечить реализацию мероприятий в ходе конкурсного производства с целью формирования конкурсной массы и расчётов с кредиторами.

При этом в ведение конкурсного управляющего подлежит передаче как само имущество должника, так и правоустанавливающие документы, а также документы бухгалтерского учёта и отчётности, содержащие информацию о совокупности хозяйственных операций, совершенных должником за весь период его существования.

Как следует из материалов дела, последним руководителем должника был ФИО2, в период с 18.02.2014 по 28.02.2018.

Согласно доводам ответчика и письму от 27.11.2020 в адрес управляющего, документы бухгалтерской отчетности у него отсутствуют, поскольку на дату его увольнения находились у участника Общества – ФИО3

Согласно пункту 1 статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество обязано хранить следующие документы: договор об учреждении общества, за исключением случая учреждения общества одним лицом, решение об учреждении общества, устав общества, а также внесенные в устав общества и зарегистрированные в установленном порядке изменения; протокол (протоколы) собрания учредителей общества, содержащий решение о создании общества и об утверждении денежной оценки неденежных вкладов в уставный капитал общества, а также иные решения, связанные с созданием общества; документ, подтверждающий государственную регистрацию общества; документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе; внутренние документы общества; положения о филиалах и представительствах общества; документы, связанные с эмиссией облигаций и иных эмиссионных ценных бумаг общества; протоколы общих собраний участников общества, заседаний совета директоров (наблюдательного совета) общества, коллегиального исполнительного органа общества и ревизионной комиссии общества; списки аффилированных лиц общества; заключения ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудитора, государственных и муниципальных органов финансового контроля; иные документы, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона № 402-ФЗ ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Согласно пункту 3 и пункту 4 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений.

При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации.

Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно.

ФИО2, будучи директором общества, не обеспечил сохранность документов общества, не предпринял надлежащую и оперативную передачу всей первичной документации должника его учредителям, что обусловило фактическую невозможность надлежащего формирования конкурсной массы должника и невозможность надлежащего исполнения конкурсным управляющим должника своих обязанностей.

Согласно имеющимся в деле сведениям, не опровергнутых ответчиком, на конец 2016 года балансовая стоимость активов Общества составляла 147,6 млн. руб.

В соответствии с п. 1, 3, ст. 9 Федерального закона от 08.02.1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания. Лицо, ответственное за оформление факта хозяйственной жизни, обеспечивает своевременную передачу первичных учетных документов для регистрации содержащихся в них данных в регистрах бухгалтерского учета, а также достоверность этих данных. Лицо, на которое возложено ведение бухгалтерского учета, и лицо, с которым заключен договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета, не несут ответственность за соответствие составленных другими лицами первичных учетных документов свершившимся фактам хозяйственной жизни.

Анализ указанных норм закона позволяет прийти к выводу, что на руководителя должника возложена обязанность по хранению документов субъекта экономической деятельности (должника), в т.ч. первичных, которыми в частности являются документы, подтверждающие наличие дебиторской задолженности, однако данная обязанность директором исполнена не была, что затруднило формирование конкурсной массы и, как следствие, удовлетворение требований кредиторов.

Ответственность ответчика состоит в том, что он не передал документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации.

Таким образом, с учетом установленных по делу фактических обстоятельств суд пришел к законному выводу о наличии оснований, предусмотренных подпунктами 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Общий размер субсидиарной ответственности ФИО2 складывается из суммы требований кредиторов, включенных в реестр требований и составляет 41 634 960,79 руб.

Доводы ответчика ФИО2 о пропуске заявителем сроков исковой давности для подачи заявления судом были предметом рассмотрения судом и обоснованно им отклонены как основанные на неверном толковании норм права.

Ответственность ответчика состоит в том, что он не передал документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, при этом конкурсный управляющий был утвержден решением 22.09.2020 (дата объявления резолютивной части), в связи с чем срок исковой давности по заявлению не пропущен.

Суд также отмечает, что поскольку конкурсному управляющему документы должника не передавались, в связи с чем о нарушенных правах кредиторов и оснований для подачи настоящего заявления он мог узнать только после получения всех ответов на запросы и формирования конкурсной массы и реестра требований кредиторов, в связи с чем суд пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении заявления о пропуске срока исковой давности.

Доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые влияли бы на обоснованность и законность судебного акта. Заявителям апелляционных жалоб не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции.

По сути, доводы апелляционных жалоб сводятся к несогласию с оценкой доказательств судом первой инстанции, с которой соглашается суд апелляционной инстанции, были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и им дана надлежащая оценка.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о принятии судом первой инстанции оспариваемого определения с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, с учетом правильного применения норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 266 – 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда города Москвы от 19.10.2023 по делу № А40-267800/19 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.



Председательствующий судья: А.С. Маслов


Судьи: М.С. Сафронова


ФИО10