Постановление от 28 июля 2025 г. по делу № А41-110261/2019

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, <...>, https://10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-9130/2025

Дело № А41-110261/19
29 июля 2025 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена  17 июля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  29 июля 2025 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи   Терешина А.В.,

судей: Досовой М.В., Епифанцевой С.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 26.07.2022,

от АО «БМ Банк»: ФИО4 по доверенности № 714 от 30.06.2025,

от конкурсного управляющего ООО «КСМ» ФИО5: ФИО6 по доверенности от 10.05.2023,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу  ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 05.05.2025 по делу  № А41-110261/19,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 29.09.2020 ООО "Компьютел Систем Менеджмент" было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5.

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделкой договора N 1/01 от 01.10.2019, заключенного между  должником и ИП ФИО2, перечисления денежных средств в пользу ИП ФИО2 в общем размере 2 880 000 руб., и об обязании вернуть в конкурсную массу 2 880 000 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 19.12.2023 в удовлетворении заявления управляющего было отказано.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2024 определение Арбитражного суда Московской области от 19.12.2023 было оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 28.05.2024 определение Арбитражного суда Московской области от 19.12.2023 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2024 по делу N А41-110261/2019 отменено, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

Определением Арбитражного суда Московской области от 05.05.2025 заявление конкурсного управляющего удовлетворено.

Суд признал недействительными договор № 1/01 от 01.10.2019, а также перечисления денежных средств в пользу ИП ФИО2 в размере 2 880 000 руб. Применил последствия недействительности сделки. Взыскал с ИП ФИО2 в конкурсную массу ООО «Компьютел Систем Менеджмент» денежные средства в размере 2 880 000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Законность и обоснованность определения суда, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены определения суда.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела и заявления конкурсного управляющего, определением Арбитражного суда Московской области от 29.09.2020 по делу №А41- 110261/2019 требования Банка «Возрождение» (ПАО) в размере 1 604 516 586,93 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника, из которых     608 948 626 руб. как обеспеченные залогом имущества должника.

Определением Арбитражного суда Московской области от 12.08.2021 по делу №А41-110261/2019 в порядке процессуального правопреемства Банк «Возрождение» (ПАО) заменен на АО «БМ-Банк».

В адрес конкурсного управляющего ООО «КСМ» ФИО7 обратился конкурсный кредитор АО «БМ-Банк» с требованием об оспаривании сделок. Как следует из выписки по расчетному счету должника в Банке «Возрождение» (ПАО) №40702810600200145987 в 2020 году должником были совершены платежи на сумму   2 880 000 руб. по договору № 1/01 от 01.10.2019.

Конкурсный управляющий указал, что указанный договор аренды заключен 01.10.2019, то есть менее чем за два месяца до принятия заявления о банкротстве должника (27.12.2019), платежи по договору аренды произведены после введения процедуры наблюдения (27.02.2020) в отношении должника.

Полагая, что сделка заключена в отношении заинтересованного лица и причинила вред кредиторам, конкурсный управляющий со ссылками на пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился в суд с заявлением об оспаривании указанной сделки.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции правомерно исходил из наличия оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве определено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Из разъяснений, содержащихся в подпункте 1 пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ № 63), следует, что по правилам главы III.1 названного Закона могут оспариваться, среди прочего, действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве определено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пунктами 5, 6 и 7 Постановление Пленума ВАС РФ №63 отмечено, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по

данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абз. 2 - 5 пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона.

То есть, кроме признаков неплатежеспособности, должно быть одно из следующих условий: - сделка была совершена безвозмездно; - сделка была совершена в отношении заинтересованного лица; - сделка направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника; - сделка совершена при наличии следующего условия - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; - сделка совершена при наличии следующего условия - должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; - сделка совершена при наличии следующего условия - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Таким образом, с учетом разъяснений, изложенных в пунктах 5 - 7 Постановления Пленума ВАС РФ №63, в предмет доказывания недействительности сделки по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входит установление наличия в совокупности следующих условий:

1. Спорная сделка заключена не ранее чем за три года до принятия судом заявления о признании должником банкротом;

2. Сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

3. В результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

4. Другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что должник является неплатежеспособным или вскоре станет таковым.

Судом установлено, что дело о банкротстве ООО «Компьютел Систем Менеджмент» возбуждено 27.12.2019, а договор аренды заключен 01.10.2019, то есть менее чем за 2 месяца до принятия заявления о банкротстве должника (27.12.2019), платежи по договору аренды произведены 09.04.2020 и 24.07.2020, т.е. после введения процедуры наблюдения (27.02.2020) в отношении должника, и в пределах трехгодичного периода подозрительности сделки, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Судом установлено, что в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов, задолженность перед которыми возникла задолго до заключения оспариваемых договоров аренды (ранее 01.10.2019), например, ООО «ТИМ», задолженность подтверждена вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Москвы от 21.08.2019 по делу №А40-119742/19, общий размер неисполненных обязательств на дату введения процедуры банкротства составляет 19 080 500 руб. - основной долг, 1 138 181,72 руб. - пени, 124 093 руб. - расходы по уплате госпошлины (определение Арбитражного суда г. Москвы от 29.05.2020), ИФНС России по г. Красногорску Московской области, задолженность по уплате обязательных платежей в бюджет и внебюджетные фонды Российской Федерации на основании ст.ст. 45, 69 НК РФ возникла на основании требований об уплате налога, сбора, пени, штрафа, процентов от 14.01.2020 №6638, от 05.12.2019 №82499, от 06.11.2019 №80290, от 01.11.2019 №77812, от 09.10.2019 №76644, от 02.10.2019 №75356, от 10.09.2019 №74183, от 06.09.2019 №73717, от 07.08.2019 №71512, от 16.07.2019 №68958, от 05.07.2019 №68095, от №66977.

Общий размер неисполненных денежных обязательств по уплате обязательных платежей составил: 29 467 457,53 руб. — НДФЛ, страховые взносы по обязательному пенсионному страхованию, 26 897 765,08 руб. - основной долг, 7 747 211,93 руб. - пени (определение Арбитражного суда города Москвы от 03.06.2020).

На дату введения в отношении должника процедуры наблюдения в реестр требований кредиторов должника включено требование ОАО «ИнфоТеКС» в размере 27 985 315,06 руб. - основной долг, 1 621 982,23 руб. - пени, 164 119 руб. - расходы по уплате государственной пошлины, в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Таким образом, на момент совершения сделок перечисления у должника имелись неисполненные обязательства, которые впоследующем были включены в реестр требований кредиторов, а, следовательно, должник на момент совершения сделок обладал признаками неплатежеспособности.

Если в спорный период у должника имелись обязательства перед иными кредиторами с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, и данные обязательства впоследствии исполнены не были, в связи с чем вытекающие из них требования включены в реестр требований кредиторов, то по смыслу абз. 36 ст. 2 Закона о банкротстве и абз. 3 п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 указанные обстоятельства подтверждают факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

Данная правовая позиция вытекает также из содержания Определения Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3) по делу № А40- 177466/2013.

В Определении ВС РФ от 10.03.2022 № 307-ЭС21-22424 по делу № А13- 12911/2018 в обоснование неплатежеспособности должника также указано: «Наличие у должника на момент совершения сделок обязательств перед кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр, судами апелляционной инстанции и округа также не опровергнуто».

Данные обстоятельства также установлены постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2022 по делу о банкротстве должника в рамках обособленного спора, которым признаны недействительными сделки должника с ООО «ТАГ Ко».

Также суд приходит к выводу, что оспариваемые сделки были совершены в отношении заинтересованного лица.

В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Доминанта» с 08.02.2019 учредителем общества с 75% долей в уставном капитале является ФИО2 В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ в отношении ООО «БРИЗ» с 24.06.2019 учредителем общества со 100% долей в уставном капитале является ФИО2 Все договоры аренды заключены в одну дату - 01.10.2019, то есть, когда ФИО2 уже являлся учредителем данных компаний.

В рамках дела о банкротстве должника конкурсным управляющим уже оспаривались сделки с компаниями, принадлежащими ФИО2 (ООО «ТАГ Ко» и ООО «Ритэйл Лаб»).

Согласно постановлению Десятого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2022 по делу №А41-110261/2019 имеет место фактическая аффилированность должника и ответчика через ФИО2: Единственным участником ООО «Ритэйл Лаб» является ФИО2. ФИО2 участвовал в качестве представителя ООО «РедСис» (ИНН <***>) в рамках обособленных споров по делу о банкротстве ООО «РедСис», рассматриваемому Арбитражным судом г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области:

- определение Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15 июля 2020 года по делу №А56-108239/2019. Доверенность от ООО «РедСис» была выдана 22 ноября 2019 года.

Согласно информации, содержащейся в выписке из ЕГРЮЛ, ФИО2 является генеральным директором и единственным участником ООО «Вега Комплекс» (ИНН <***>).

Обстоятельства аффилированности не были опровергнуты ответчиком, не было представлено достаточных и достоверных доказательств в опровержение доводов кредиторов, а отрицание аффилированности не может быть принято арбитражным, судом во внимание.

ООО «Компьютел Систем Менеджмент» и ООО «Ритэйл Лаб», заключая лицензионный договор и перечисляя денежные средства фактически аффилированному с должником лицу в ситуации введения в отношении должника процедуры банкротства, не могли не осознавать противоправность таких действий и наличия неисполненных обязательств перед иными кредиторами.

В отношении оспариваемой сделки согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме, не было получено, в связи с чем, сделка отвечает признакам недействительности сделки также в соответствии с пунктом. 2 статьи 64 Закона о банкротстве.

Согласие временного управляющего на совершение данной сделки в письменной форме, как того требует п. 2 ст. 64 Закона о банкротстве, в материалы дела не было представлено.

Материалы дела не содержат документов, касающихся предоставляемых по договору б/н о передаче неисключительных прав использования (лицензии) программы для ЭВМ (наличие исключительных прав на программу для ЭВМ, наличие регистрации программы для ЭВМ в компетентных органах (РОСПАТЕНТ и/или. Минкомсвязь), наличие всей технической документации по программе ЭВМ, наличие финансовой, материальной, трудовой возможности у ООО «Ритэйл Лаб» на покупку исключительных прав на программу ЭВМ, либо на создание программы ЭВМ своими силами).

При таких условиях, суд установил, что оспариваемая совершенная между аффилированными лицами в период неплатёжеспособности должника (после введения процедуры банкротства - наблюдения) в отсутствие встречного предоставления, в связи с чем признает ее недействительной по основаниям, предусмотренным п.2 cт. 61.2 Закона о банкротстве.

Также в постановлении Десятого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2022 по делу №А41-110261/2019 отражена фактическая аффилированность должника и ответчика через ФИО2: «ООО «ТАГ КО» и ООО «Ритейл Лаб» (ИНН <***>) входят в группу связанных организаций, поскольку действующим генеральным, директором ООО «Ритейл Лаб» является ФИО8, который так же является действующим исполнительным директором в ООО «ТАГ КО». Вместе с тем, единственным участником ООО «Ритэйл Лаб» является ФИО2 Через подконтрольные ФИО2 компании предпринимались попытки покупки прав (требований) у Должника.

Согласно информации, содержащейся в выписке из ЕГРЮЛ ФИО2 является генеральным директором и владельцем. 100% долей в уставном капитале ООО «Вега Комплекс» (ИНН <***>).

Между ООО «Вега Комплекс» и должником в лице генерального директора управляющей компании ООО «ТЕЛИГЕНТ» ФИО9 в ходе процедуры наблюдения и за две недели до вынесения решения о признании должника банкротом был заключен договор цессии б/н от 10,09.2020.

В соответствии с указанным, договором цессии ООО «Вега комплекс» передаются права (требования) по более чем 40 договорам на сумму 87 800 566,38руб. Указанные требования передаются без оплаты на основании произведенного сторонами зачета по ранее заключенному договору цессии.

Более того, по указанному договору цессии передаются заложенные АО «БМ-Банк» и ПАО Национальный Банк «ТРАСТ» права (требования).

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 17.08.2021 по делу №А40-91701/20 ООО «Вега Комплекс» отказано об установлении правопреемства на стороне истца ООО «КСМ» по указанному договору цессии (в рамках судебного спора по взысканию задолженности ООО «КСМ» с ООО «Техносерв АС») на основании отсутствия доказательств оплаты, согласия временного управляющего на заключение сделки и отсутствия согласия залоговых кредиторов.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3) по делу N А22-941/2006, имеется возможность установления заинтересованности путем, приведения доводов о наличии фактической аффилированности.

Доказывание соответствующего контроля может осуществляться путем приведения доводов о существовании между лицами формально юридических связей, позволяющих должнику в силу закона либо иных оснований (например, учредительных документов) давать такие указания, а также путем, приведения доводов о наличии между лицами фактической аффилированности в ситуации, когда путем, сложного и непрозрачного структурирования корпоративных связей (в том числе с использованием офшорных организаций) или иным способом скрывается информация, отражающая объективное положение дел по вопросу осуществления контроля над должником.

Обстоятельства аффилированности не были опровергнуты ответчиком, не было представлено достаточных и достоверных доказательств в опровержение доводов кредиторов, а отрицание аффилированности не может быть принято арбитражным судом, во внимание.

ООО «Бриз», ООО «Доминанта», ИП ФИО2 являются фактически аффилированными по отношению друг к другу и к должнику лицами.

Таким образом, совокупность указанных фактов свидетельствует о наличии признаков заинтересованности между должником и ответчиком.

Следовательно, спорные сделки были совершены заинтересованным лицом в период неплатёжеспособности должника, что свидетельствует о цели причинения вреда интересам кредиторов.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Из конкурсной массы выбыло ликвидное имущество (денежные средства) в размере     2 880 000 руб. и фактически безвозмездно.

Суд приходит к выводу, что в материалы дела ответчиком не предоставлены достаточные доказательства, учитывая аффилированность должника и ответчика, свидетельствующие о реальном фактическом использовании арендуемых помещений.

Суд соглашается с позицией конкурсного управляющего об отсутствии целесообразности в заключении спорного договора аренды № 1/01 от 01.10.2019, а также иных договоров аренды № 8/01 и 3/01 от 10.10.2019. Указанные договоры действовали с 01.10.2019 по 30.06.2020.

Согласно сведениям конкурсного управляющего должника из 248 работников на начало 2019 года к моменту заключения оспариваемого договора в ООО «КСМ» числилось только 76 работников, которые были уже уволены в январе-феврале 2020 года.

В отношении оснований в получении денежных средств по оспариваемой сделке не представлено ни одного доказательства, в том числе:

- отсутствует журнал регистрации работников Должника, хотя в оспариваемом Договоре указано на обязанность Арендатора соблюдать пропускной режим (п. 4.3.5 Договора);

- договоры аренды между ИП ФИО2 с иными контрагентами, подтверждающими хозяйственную деятельность лица до и после заключения договора с ООО «КСМ»;

- подтверждение несения эксплуатационных расходов на данное помещение в период сдачи его в аренду ООО «КСМ» (в подтверждение того, что помещение использовалось).

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений.

В силу ч. 2 ст. 9 АПК РФ, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Согласно разъяснениям пункта 7 постановления Пленума ВАС РФ №63, в силу абзаца 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Учитывая наличие фактической аффилированности, ИП ФИО2 знал о совершении сделок с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Кроме того, п. 7 постановления Пленума ВАС РФ №63 предусмотрено, что при наличии опубликованных в порядке п. 3 ст. 28 Закона о банкротстве сведений о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства, надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности.

Объявление о введении процедуры наблюдения в отношении должника опубликовано в официальном издании - в газете «КоммерсантЪ» 07.03.2020 за №77033293686, о чем ИП ФИО2 на дату совершения платежей по договору аренды (09.04.2020) не могло быть не известно.

Следовательно, суд приходит к выводу, что сделка аренды и перечисления по указанной сделке совершены в пределах трехлетнего период подозрительности, в период наличия признаков неплатежеспособности должника, заинтересованными лицами, и причинила вред конкурсным кредиторам в результате вывода из конкурсной массы ликвидного имущества существенной стоимостью.

Таким образом, материалами дела доказаны признаки подозрительной сделки:

- совершена в трехлетний период подозрительности; - спорная сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов (на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности и сделка совершена в отношении заинтересованного лица);

- сделка повлекла за собой причинение вреда имущественным правам кредиторов (из собственности должника выбыло имущество стоимостью 2 880 000 руб.);

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения.

С учетом изложенного, подтверждено наличие условий для признания спорной сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В настоящем деле ФИО2, чья аффилированность с Должником неоднократно установлена судебными актами в рамках настоящего дела о несостоятельности, а также Верховным Судом Российской Федерации установлена аффилированность последнего к головной компании группы, в которую входит Должник – ООО «РедСис», через подконтрольные ему организации (ООО «Доминанта», ООО «Бриз», ИП ФИО2), находясь в сговоре, заключил договоры аренды с Должником (в отсутствие экономической целесообразности в заключении договоров аренды в предбанкротном состоянии – октябрь 2019, при отсутствии штата работников и наличии добросовестных контрагентов, с которым Должник сотрудничал ранее), реализуя указанную противоправную схему, осуществил вывод денежных средств с целью причинения вреда третьим лицам (кредиторам ООО «КСМ»), о которых ФИО2 знал.

Конкурсный управляющий Должника доказал, что при заключении данных сделок, в том числе Договора аренды с ИП ФИО2, у Должника не имелось цели арендовать помещения для его пользования (в отсутствие штата работников, которым были необходимы помещения), при этом ФИО2, пользуясь сведениями о неблагоприятном финансовом положении группы компаний ООО «РедСис», в которую входит ООО «КСМ», совершил ряд сделок по выводу активов ООО «КСМ» в свою пользу (на счета подконтрольных организаций, в том числе на счет ООО «Бриз»), а в результате реализации указанной противоправной схемы негативные последствия возникли на стороне кредиторов (невозможность в дальнейшем удовлетворения своих требований), о которых ФИО2 знал, что являлось конечной целью совершения указанных сделок.

Из предоставленной базы «1C» должника следует, что компании ФИО2 до возбуждения дела о банкротстве никогда не выступали контрагентами должника. По данным выписки по расчетному счету должника в Банке «Возрождение» (ПАО) №40702810600200145987 в качестве арендодателей и арендаторов должника выступали другие компании, с которыми до процедур банкротства у должника имелись долгосрочные договоры аренды.

Например, в качестве таких компаний выступали ООО «Клевер Центр», ООО «ИННОВЕЙТИВ ПИПЛ», ЗАО «УК «Корона» Д. У. ЗПИФ недвижимости «ОМЕГА». В том числе объем переданной должником временному и конкурсному управляющим документации не свидетельствует о необходимости заключения таких дорогостоящих договоров аренды.

О том, что указанные договоры аренды, как и платежи по ним, не являлись обычной хозяйственной деятельностью должника и направлены исключительно на вывод активов, свидетельствует в совокупности следующие обстоятельства:

- заключение договоров в одну дату с компаниями ФИО2 и самим ФИО2;

- необычность подписанта договора, а именно, договор аренды подписывал директор по персоналу Петер С.Л., который в 2020 году скончался, сведений о наличии у такого должностного лица полномочий на подписание договора не представлено, доверенность на Петер С.Л. в материалы дела не заявлена;

- совершение платежей не помесячно, а в одну дату - 09.04.2020;

- иные расчетные операции с контрагентами в 2020 году по счетам должника, за исключением расчетов с компаниями ФИО2, отсутствовали.

Из выписок по счетам должника видно, что оставшиеся деньги на счетах должника в преддверии банкротства выводились на счета компаний ФИО2 н других аффилированных лиц.

Так, из выписки по счету должника в ПАО «Промсвязьбанк» №40702810200000072857 следует, что на конец дня 30.06.2020 на счету должника оставалось 24 638 931,52 руб. Далее денежные средства последовательно выводятся: 1) 24.07.2020 в пользу ООО «Доминанта» в размере 930 000 руб.; 2) 24.07.2020 в пользу ИП ФИО2 в размере 1 440 000 руб.; 3) 28.07.2020 и 31.07.2020 в пользу Коллегии адвокатов г. Москвы «ИнКонсАлт» в размере 1 000 000 руб. (сделка признана недействительной); 4) 03.08.2020 в пользу ООО «Ритэйл Лаб» в размере 8 900 000 руб. (сделка признана недействительной); 5) 05.08.2020 в пользу ООО «ТАГ Ко» в размере  7 095 000 руб. (сделка признана недействительной).

То есть только по одному расчетному счету в ПАО «Промсвязьбанк» менее чем за месяц на счета аффилированных лиц выведено 19 365 000 руб.

Оставшиеся денежные средства перечислялись на выплату заработной платы, банковских комиссий и прочее.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 4 Постановления N 63 и пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Между тем данные разъяснения касаются сделок с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10044/11 от 17.06.2014 по делу N А32-26991/2009, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886, от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886(1), от 17.12.2018 N 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 N 307-ЭС19-20020(8,10), от 09.03.2021 N 307-ЭС19-20020(9), от 21.10.2021 N 305-ЭС18-18386(3) и др.).

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, а не по общим основаниям, содержащимся в Гражданском кодексе Российской Федерации.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на недействительность оспариваемых платежей по признаку злоупотребления правом, не указал, чем в условиях конкуренции норм о действительности сделки обстоятельства о выявленных нарушениях выходили за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Все обстоятельства, на которые указывает заявитель, составляют совокупность условий для признания сделок недействительными по основаниям, предусмотренным диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, оснований для признания сделок недействительными в соответствии со статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, не имеется.

 Ответчиком было заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности по обжалованию оспоримых сделок.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давности признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

При этом законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права или имело реальную юридическую возможность узнать о нарушении права, но и с моментом, когда у него появилось право оспаривать сделки.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 29 января 2018 года N 310-ЭС17-13555 по делу N А14-3727/2016, для правильного определения начала течения срока исковой давности необходимо, в том числе определить, какое именно право обращающегося за судебной защитой лица нарушено в том или ином случае.

Моменты получения истцом (заявителем) информации об определенных действиях ответчика и о нарушении этими действиями его прав могут не совпадать.

При таком несовпадении исковая давность исчисляется со дня осведомленности истца (заявителя) о негативных для него последствиях, вызванных поведением нарушителя.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п. Из материалов дела не следует, что бывшим руководителем должника были переданы все документы по оспариваемой сделке.

В постановлении Арбитражного суда Московского округа от 28.05.2024 от 28.05.2024 по делу №А41-110261/19 указано, что с учетом доводов конкурсного управляющего о том, что ему не было и не могло быть известно об аффилированности и недобросовестности контрагента ИП ФИО2 (подконтрольного ФИО2) до принятия постановления Десятого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2022, в котором были установлены названные обстоятельства, судам надлежало установить, когда конкурсный управляющий должен был узнать о наличии правовых оснований для оспаривании сделки, то есть не только факт совершения платежей (отраженный в выписках по счетам), но и наличия оснований полагать, что эта сделка имеет пороки, установленные в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд учитывает, что база доказательств, на основании которых суд апелляционной инстанции в постановления Десятого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2022 установил фактическую аффилированность между бывшим руководством Должника и ФИО2, была впервые представлена Банком при его участии в рамках обособленного спора по иной сделке (ООО «Ритейл Лаб»).

А именно, процессуальная позиция Банка с доказательствами фактической аффилированности была представлена в два этапа: 30.08.2021 были предоставлены письменные объяснения. Данная процессуальная позиция не содержала упоминаний сделок с ООО «Бриз», ООО «Бриз», ИП ФИО2, а только доводы об аффилированности ФИО2 с должником через ООО «РедСис».

Судебное заседание от 30.08.2021 было отложено на 04.10.2021, вопрос аффилированности не был исследован, суд предложил к следующему судебному заседанию представить доказательства аффилированности сторон.

Впоследствии 04.10.2021 Банком были представлены дополнения к письменным объяснениям.

Как следует из дополнения к письменным объяснениям АО «БМ-Банк» к судебному заседанию от 04.10.2021, АО «БМ-Банк» выявлена дополнительная информация, свидетельствующая о наличии фактической аффилированности сторон.

Именно к заседанию от 04.10.2021 была предоставлена информация и документы по сделкам с ООО «Доминанта», ООО «Бриз», ИП ФИО2 В судебном заседании от 04.10.2021 данный обособленный спор был рассмотрен по существу (резолютивная часть).

Так как ряд дополнительных доказательств фактической аффилированности сторон был представлен Банком с процессуальной позицией к судебному заседанию лишь 04.10.2021, доказательства которой у конкурсного управляющего отсутствовали, довод ответчика о том, что конкурсный управляющий должника получил доказательства фактической аффилированности сторон в августе 2021г., противоречит фактическим обстоятельствам дела и отклоняется судом.

При этом суд обращает внимание, что получив информацию 04.10.2021 об аффилированных контрагентах ООО «Доминанта», ООО «Бриз», ИП ФИО2, конкурсному управляющему в любом случае необходимо было время дополнительно изучить указанных контрагентов, выяснить дополнительные обстоятельства заключения договоров аренды, их реальность и прочее.

При этом суд первой инстанции учитывает, что именно суд апелляционной инстанции, рассматривая дело по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, установил фактическую аффилированность должника и его контрагентов через ФИО2

Ранее указанной даты все доводы конкурсного управляющего должника и кредитора о наличии фактической аффилированности были отклонены судом первой инстанции.

В связи с указанным, обращение повторно с теми же доводами и доказательствами в рамках оспаривания иной сделки являлось неразумным с учетом наличия судебного акта об отклонении указанных доводов фактической аффилированности бывшего руководства Должника и гр. ФИО2 в связи с их недостаточностью, а одного лишь предположения о том, что должник передал контрагенту какое-то имущество и в каком-то объеме, явно недостаточно для оспаривания сделки, так как при таком подходе судебный спор становится беспредметным (Определение Верховного суда Российской Федерации № 305-ЭС19-18803 (10) по делу № А40-214074/2021).

Как указал конкурсный управляющий, после первичного анализа договора аренды конкурсный управляющий должника не выявил признаков недействительности сделки по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так как у сторон имелись все доказательства возможности исполнить данный Договор (в том числе проверено наличие у ответчика помещения для сдачи в аренду), при этом заключение договора аренды для предприятия уровня Должника является обычной хозяйственной деятельностью.

Таким образом, после проведения проверки сделки должника с ответчиком конкурсный управляющий Должника не обнаружил ни одного признака недействительности по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так как заинтересованность сторон как подтверждение осведомленности ФИО2 о цели причинения вреда была установлена лишь на этапе апелляционного обжалования сделки с ООО «Ритейл Лаб», а полагать о безвозмездности сделки с учетом наличия у ответчика помещения не имелось оснований.

Беспредметный спор в рамках процедуры конкурсного производства должника не соответствует цели ее проведения – соразмерное и пропорциональное удовлетворение требований кредиторов и по указанной причине не оспаривается каждый платеж, совершенный должником в адрес контрагентов.

Выводы суда первой инстанции, сделанные во вступившем в законную силу определении по сделке с ООО «Ритейл Лаб» (в случае установления отсутствия признаков аффилированности) являлись бы для суда, рассматривающего настоящую сделку с теми же сторонами (фактически), фактами, имеющими доказательственное (преюдициальное) значение.

Иными словами, в случае установления судом при рассмотрении спора с ООО «Ритейл Лаб» отсутствия признаков фактической аффилированности между гр. ФИО2 и бывшим руководством должника, конкурсный управляющий ФИО5 при оспаривании сделки в том числе с ООО «Бриз» или с ООО «Доминанта», или ИП ФИО2 бесперспективно ссылался бы вновь на доказательства аффилированности. Более того, конкурсный управляющий должника неоднократно оспаривал сделки (переводы денежных средств по договорам аренды), в удовлетворении всех заявлений было отказано.

Таким образом, суд полагает, что конкурсный управляющий должника доказал, что узнал и должен был узнать о признаках (основаниях) недействительности сделки по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, совершенной с ИП ФИО2, лишь с даты установления из совокупности косвенных доказательств при оспаривании сделки с ООО «Ритейл Лаб» фактической аффилированности бывшего руководства Должника и ФИО2, то есть не ранее 20.04.2022.

Заявление об оспаривании настоящей сделки было подано в суд 20.10.2022, то есть до истечения срока исковой давности. Пунктом 1 статьи 167 ГК РФ определено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве обусловлено, что все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Применяя последствия недействительности сделок, суд преследует цель приведения сторон в первоначальное положение, которое существовало до их совершения.

Следовательно, суд применяет последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу перечисленных по договору аренды денежных средств в размере 2 880 000 руб.

Иных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционная жалоба не содержит.

Учитывая изложенное, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 05.05.2025 по делу  №А41-110261/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в месячный срок со дня его принятия. Подача жалобы осуществляется через Арбитражный суд Московской области.


Председательствующий судья

А.В. Терешин

Судьи


С.Ю. Епифанцева              М.В. Досова