Постановление от 28 марта 2024 г. по делу № А41-43917/2023

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-3420/2024

Дело № А41-43917/23
28 марта 2024 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 27 марта 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 28 марта 2024 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Досовой М.В., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от участвующих в деле лиц: не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Митбург» на определение Арбитражного суда Московской области от 15 января 2024 года по делу №А41-43917/23,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Митбург» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Московской области от 15 января 2024 года заявление ФИО2 признано обоснованным. В отношении ООО «Митбург» введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден член саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих» (443072, Самара, Московское шоссе, 18 км, литера А, корпус 8) ФИО3 (адрес для направления корреспонденции: 350000, <...>, а/я 107). Требование ФИО2 в размере 991 148,18 руб. – основной долг, признано обоснованным, подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Митбург» обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела.

В своей жалобе заявитель ссылается на то, что задолженность ООО «Митбург» перед ФИО2 отсутствует в связи с произведенным зачетом однородных требований. В связи с чем, заявитель полагает, что в действиях ФИО2 усматривается злоупотребление правом.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения.

Частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пунктом 1 статьи 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" закреплено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Основанием для обращения ФИО2 в суд с заявлением о признании ООО «Митбург» несостоятельным (банкротом) послужило наличие у Общества задолженности в размере 991 148,18 рублей.

Так, решением Ступинского городского суда Московской области от 02.09.2022 по делу № 2-2324/22 с должника в пользу кредитора взыскано 1 000 000 руб. – основной долг, 13 200 руб. – расходы по оплате государственной пошлины.

В рамках исполнительного производства произведено частичное погашение задолженности в размере 22 051,82 рублей.

Указанный судебный акт вступил в законную силу, должником в полном объеме не исполнен.

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции исходил из наличия достаточных доказательств в подтверждение заявленных требований. Требование ФИО2 признано требованием о возврате компенсационного финансирования, в связи с чем, признано судом подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Апелляционная коллегия считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

В соответствии с пунктом 2 статьи 6 Закона о банкротстве производство по делу о банкротстве может быть возбуждено арбитражным судом при условии, что требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее трехсот тысяч рублей, а также имеются признаки банкротства, установленные статьей 3 настоящего Федерального закона.

Пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве закреплено, что юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Согласно пункту 2 статьи 7 Закона о банкротстве право на обращение в арбитражный суд возникает у конкурсного кредитора, работника, бывшего работника должника, уполномоченного органа по денежным обязательствам с даты вступления в законную силу решения суда, арбитражного суда или судебного акта о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейского суда о взыскании с должника денежных средств.

Как указывалось выше, вступившим в законную силу решением Ступинского городского суда Московской области от 02.09.2022 по делу № 2-2324/22 с должника в пользу кредитора взыскано 1 000 000 руб. – основной долг, 13 200 руб. – расходы по оплате государственной пошлины.

В рамках исполнительного производства произведено частичное погашение задолженности в размере 22 051,82 рублей.

В силу пункта 6 статьи 42 Закона о банкротстве наблюдение вводится по результатам рассмотрения обоснованности заявления о признании должника банкротом.

Определение о признании требований заявителя обоснованными и введении наблюдения выносится в случае, если требование заявителя соответствует условиям, установленным пунктом 2 статьи 33 настоящего Федерального закона, признано обоснованным и не удовлетворено должником на дату заседания арбитражного суда, установлено наличие оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 3 настоящего Федерального закона, либо заявление должника соответствует требованиям статьи 8 или 9 настоящего Федерального закона (пункт 3 статьи 48 Закона о банкротстве).

Согласно статье 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе судов, рассматривающих дела о банкротстве.

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (часть 2 статьи 69 АПК РФ).

В рассматриваемом случае задолженность ООО «Митбург» перед ФИО2 в размере 991 148,18 рублей с учетом частичного погашения подтверждена вступившим в законную силу судебным актом.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости введения в отношении ООО «Митбург» процедуры наблюдения.

Обязанность по уплате заявленной кредитором задолженности возникла у должника до даты принятия судом заявления о признании должника банкротом, данное денежное обязательство не является текущим.

Вместе с тем, судом первой инстанции установлено наличие оснований для субординации требований ФИО2

В судебной практике выработан подход, согласно которому требование аффилированного по отношению к должнику лица не могут быть противопоставлены требованиям независимых кредиторов.

Сама по себе аффилированность не является основанием для отказа во включении требований в реестр, а очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих.

Однако, в обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор судебной практики) обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности удовлетворения требования аффилированного с должником лица.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на то, что требование участника вытекает из факта его участия в обществе, признанном банкротом, на такого участника переходит бремя по опровержению соответствующего довода.

В частности, судом на такое лицо должна быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д. (пункт 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа и других договорных конструкций, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поэтому при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) (пункт 3.1 обзора судебной практики).

При этом не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора судебной практики).

Вместе с тем, внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц. В подобной ситуации риск утраты данного финансирования на случай банкротства лежит на контролирующем лице.

Так в частности, согласно разъяснениям пункта 3.2 Обзора судебной практики непринятие в разумный срок мер по истребованию долга в ситуации, когда изъятие финансирования повлекло бы имущественный кризис – это компенсационное финансирование должника.

В рассматриваемом случае судом установлено, что в период с 07.02.2017 по 20.12.2021 кредитор являлся учредителем (участником) должника.

На наличие компенсационного финансирование указывает предоставление (прямо или косвенно) финансирования в кризисный для должника период на условиях, не доступных внешнему кредитору.

Длительное непринятие мер по возврату задолженности свидетельствуют о не типичности отношений должника и кредитора для свободных участников гражданского оборота, о фактической аффилированности последних, а также о наличии в подобном поведении кредитора признаков компенсационного финансирования.

Кредитор 12.03.2021 выдал должнику займы на общую сумму 1 000 000 рублей.

Однако, не требуя возврата займа и выплаты процентов по указанному договору, кредитор тем самым предоставляет должнику отсрочку исполнения обязательств, что является разновидностью финансирования с целью скрыть трудное экономическое положение должника.

Кредитором не раскрыты разумные экономические мотивы заключения договора займа, не представлены доказательства того, что кредитор получил экономическую выгоду от совершенных сделок, положенных в основание заявленных требований.

При этом очевидно, что изъятие финансирования привело бы к имущественному кризису ООО «Митбург».

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, требование ФИО2 о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов.

На основании изложенного, суд первой инстанции счел требование обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть – в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих» представлены документы на кандидатуру арбитражного управляющего ФИО3 для утверждения временным управляющим должником.

Указанная кандидатура арбитражного управляющего и представленные документы отвечают требованиям статей 20 и 20.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", ФИО3 изъявил свое желание быть временным управляющим должника.

В связи с чем, суд первой инстанции правомерно утвердил кандидатуру ФИО3 временным управляющим должником.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции у апелляционной коллегии не имеется.

Заявитель жалобы ссылается на отсутствие задолженности у ООО «Митбург» перед ФИО2, в связи с произведенным зачетом однородных требований.

Согласно ст. 410 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

Из указанной нормы следует, что зачет требований может быть односторонней сделкой, для которой требуется волеизъявление одной из сторон.

Однако, должник при проверке обоснованности заявления ФИО2 о признании ООО «Митбург» несостоятельным (банкротом) судом первой инстанции о произведенном зачете однородных требований не заявлял. Факт наличия задолженности не подтвердил.

Бесспорных доказательств того, что задолженность у Общества перед кредитором, подтвержденная судебным актом, частично погашенная в рамках исполнительного производства, отсутствует, материалы дела не содержат, апелляционному суду не представлено.

Как указывает заявитель жалобы, задолженность перед ФИО2 вытекает из корпоративных отношений должника и учредителя, что является основание для отказа в признании требований обоснованными в соответствии с п. 2 ст. 170 ГК РФ.

Между тем, оснований для таких выводов апелляционная коллегия не усматривает. Реальность отношений, вытекающих из договора займа, установлена вступившим в законную силу судебным актом.

Согласно п. 3.1 Обзора, контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (п. 1 ст. 2 ГК РФ).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Таким образом, не является основанием для отказа кредитору во включении в реестр требований кредиторов то обстоятельство, что требование кредитора по своей сути является компенсационным финансированием.

Указанное обстоятельство влияет лишь на порядок удовлетворения такого требования.

В рассматриваемом случае судом первой инстанции с учетом конкретных обстоятельств дела очередность требования кредитора была понижена, поскольку требование является требованием о возврате компенсационного финансирования.

По мнению заявителя жалобы, договор займа с ФИО2 является мнимой сделкой на том основании, что обязательства по нему вытекают из участия в обществе (являются корпоративными).

Однако данное обстоятельство не является единственным и самостоятельным основанием для признания сделки ничтожной.

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, т.е. сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц Истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими, документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой документов, представленных кредитором, на соответствие формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо выяснить, представлены ли достаточные доказательства существования фактических отношений по договору (пункт 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства, требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц).

Как верно указал суд первой инстанции, фактическое исполнение сторонами договора займа, установлено решением Ступинского городского суда Московской области от 02.09.2022 г. по делу № 2-2324/22.

С учетом изложенного, оснований полагать, что указанная сделка является мнимой, у апелляционной коллегии не имеется.

Более того, суд принимает во внимание, что должник не выказывал сомнений относительно мнимости сделки ни при рассмотрении дела в Ступинском городском суде, ни при частичном погашении задолженности в рамках возбужденного исполнительного производства, тем самым признавая реальность правоотношений.

Должником в жалобе также заявлено о злоупотреблении ФИО2 правом при обращении с настоящим заявлением.

Согласно части 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (часть 4 статьи 1 ГК РФ).

В силу статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения данного запрета суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно части 1 статьи 11 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется судом. Следовательно, не допускается осуществление судебной защиты прав со злоупотреблением правом.

В рассматриваемом случае, вопреки доводам апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не усматривает признаков злоупотребления заявителем правом на судебную защиту.

Право получить исполнение согласно вступившему в законную силу судебному акту может быть реализовано взыскателем, в том числе путем обращения с заявлением о банкротстве должника.

Доводы апеллянта об отсутствии оснований для введения в отношении должника процедуры банкротства, подлежат отклонению апелляционной коллегией, поскольку как следует из Картотеки арбитражных дела, о включении в реестр заявлены требования АО «Мосэнергосбыт», Государственной корпорацией развития «ВЭБ. РФ», МИФНС России № 9 по Московской области. На дату рассмотрения апелляционной жалобы в реестр требований кредиторов должника включено требоване ФИО4 в размере 1 209 752, 24 руб.

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявитель не привел.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Иная оценка заявителем фактических обстоятельств дела и иное толкование им положений закона не означают допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствуют о существенных нарушениях судом норм материального права, повлиявших на исход дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 15 января 2024 года по делу № А41-43917/23 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.


Председательствующий


В.А. Мурина

Судьи:


М.В. Досова

В.П. Мизяк