Постановление от 26 января 2025 г. по делу № А60-51815/2020

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-9620/2021(13,14)-АК

Дело № А60-51815/2020
27 января 2025 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 13 января 2025 года.


Постановление в полном объеме изготовлено  27 января 2025 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т. Ю.

судей                              Иксановой Э.С., Шаркевич М.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Шмидт К.А.,

при участии в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

ответчик ФИО1 (лично), паспорт,

от ответчика ФИО2 – ФИО3, доверенность от 30.09.2022, паспорт,

от конкурсного управляющего ФИО4 – ФИО5, доверенность от 21.05.2024, паспорт,

от ответчика ФИО6 – ФИО7, доверенность от 06.04.2023, удостоверение адвоката,

от иных лиц, участвующих в деле – не явились,

(лица, участвующие в деле, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего ФИО4, третьего лица ООО СК «Русград» в лице конкурсного управляющего ФИО8

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 03 июня 2024 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО6, ФИО2, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

вынесенное в рамках дела № А60-51815/2020

о признании ЗАО «РусЭнергоСтрой» (ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ООО СК «Русград» в лице конкурсного управляющего ФИО8,

установил:

решением Арбитражного суда Свердловской области от 12.05.2021 ЗАО «РусЭнергоСтрой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО4.

19.09.2023 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО6, ФИО2, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО1. Просит приостановить рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами.

Определением суда от 26.09.2023 заявление конкурсного управляющего принято к производству суда.

К участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО СК «Русград» в лице конкурсного управляющего ФИО8 (определение от 30.11.2023).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.06.2024 (резолютивная часть от 21.05.2024) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ФИО4 и третье лицо ООО СК «Русград» в лице конкурсного управляющего ФИО8 обжаловали его в апелляционном порядке.

ФИО4 в своей жалобе просит определение отменить, принять новый судебный акт о признании доказанным наличия оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела.

В обоснование жалобы указывает на наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, со ссылкой на совершение в пределах трех лет до возбуждения дела о банкротстве недействительных подозрительных сделок (акты сальдирования взаимных обязательств № 2 от 11.01.2021, № 26 от 30.04.2021 между должником и ООО СК «Русград»; акты зачета взаимных требований № 32 от 31.03.2020, № 37 от 30.06.2020 между должником, ООО СК «Русград» и ООО «Рустехнологии» (25.10.2021 общество ликвидировано)), участниками которых являются корпоративно взаимосвязанные лица; считает указанные сделки мнимыми. Указывает на вхождение ЗАО «РусЭнергоСтрой» в группу компаний ООО «СК «Русград», где последнее является головным предприятием группы компаний и юридическим лицом, контролировавшим компании, входящие в эту группу (со ссылкой на корпоративную информацию в отношении обществ, входящих в группу компаний). Круг ответчиков, подлежащих привлечению к субсидиарной ответственности, определен конкурсным управляющим, с учетом корпоративного взаимодействия и распределения ролей. Считает необоснованно отклоненными доводы о дате объективного банкротства должника (28.05.2017 общество уже не надлежаще исполняло свои обязанности перед кредитором АО «Приборы и оборудование для научных исследований»).

ООО СК «Русград» в своей жалобе просит определение отменить, принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права. Отмечает оставление судом первой инстанции без оценки и мотивов отклонения доказательств, представленных ООО СК «Русград» в материалы дела. В ходатайстве об отложении судебного разбирательства от 18.12.2023 управляющим ООО СК «Русград» указывалось на модель ведения бизнеса ГК «Русград» через искусственно созданную группу компаний, в которых, помимо прочих, входило ЗАО «РЭС»; раскрывалась полученная в распоряжение информация о том, что, начиная как минимум с июня 2019 г. (последняя известная дата), группа компаний «Русград» осуществляла свою деятельность в ситуации неплатежеспособности; приобщались дополнения к заключению о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного банкротства «Русград» с документами, подтверждающими выводы судов, сделанные в рамках дела о банкротстве ООО СК «Русград» (А60-40578/2021) о техническом характере ЗАО «РЭС» и ООО «ССГ» в структуре группе компаний «Русград», отсутствии их реальной деятельности, притворности цепочек сделок с их участием, в части прикрывающих прямые отношения ООО СК «Русград» с субподрядчиками, в части – мнимых сделок с компаниями-транзитерами, направленных на вывод активов и/или уменьшение налогооблагаемой базы; предлагалось суду поставить на обсуждение вопрос о предоставлении дополнительных документов бывшим руководителем должника. В направленной 26.03.2024 письменной позиции были раскрыты сделки, существенно повлиявшие на невозможность расчета с кредиторами ЗАО «РЭС», способствовавшие возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства, такие как: вывод активов – векселей Сбербанка (с использованием документооборота с «фирмой-однодневкой» ООО «Альфа Групп», фиктивность установления определение от 17.10.2022 и постановлениями от 28.12.2022, 21.03.2023 по делу № А60-40578/2021); необоснованное авансирование контрагентов (в частности, ООО «Генезисстрой», ООО «Инженерные решения», ООО «Спецстрой изоляция»), длительное бездействие по взысканию неотработанных авансов, повлекшее убытки должника. Судом не изучены причины финансового кризиса, приведшего впоследствии к банкротству.

До начала судебного заседания от ответчиков ФИО1, ФИО2, ФИО6, ФИО13 поступили письменные отзывы на апелляционные жалобы, согласно которым обжалуемое определение считают законным и не подлежащим отмене, в удовлетворении жалоб просят отказать.

Во исполнение требований суда конкурсным управляющим должника представлено ходатайство о предоставлении отсрочки уплаты государственной пошлины, мотивированное отсутствием у должника денежных средств на расчетном счете, невозможностью уплатить госпошлину в необходимом размере. Соответствующие доказательства представлены.

Рассмотрев указанное ходатайство, суд считает возможным его удовлетворить, конкурсному управляющему предоставлена отсрочка в уплате государственной пошлины за подачу жалобы до рассмотрения настоящего спора по существу.

Участвующий в судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника доводы своей апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, настаивал на ее удовлетворении. Против доводов жалобы ООО СК «Русград» не возражал, но пояснил, что иные, не указанные управляющим должника доводы кредитора, не поддерживает, поскольку они документально не подтверждены.

Ответчик ФИО1, представители ответчиков ФИО2, ФИО6 поддержали возражения, изложенные в письменных отзывах.

В ходе рассмотрения спора, апелляционным судом были заслушаны пояснения участвующих в деле лиц, выяснен ряд обстоятельств, для подтверждения которых суд предложил участвующим в деле лицам представить соответствующие доказательства, в связи с чем, определением от 02.09.2024 отложил судебное заседание. У конкурсного управляющего должника ФИО4, ответчиков по спору, третьего лица запрошены письменные пояснения, документы, позиции по доводам третьего лица. Третьему лицу ООО СК «Русград» также предложено представить дополнительно: - письменные пояснения по доводам о совершении должником подозрительных сделок с векселями (с указанием признаков их недействительности, влиянии на платежеспособность должника, причинение вреда кредиторам должника), сведения об их оспаривании в рамках дела о банкротстве ООО СК «Русград» (основания, заявленные последствия недействительности, результаты рассмотрения); сведения о заявившихся к включению в реестр кредиторов ООО СК «Русград» субподрядчиков ООО «РЭС», чьи требования были предъявлены/включены в реестр требований кредиторов должника, результаты рассмотрения их требований.

До начала судебного заседания от ответчика ФИО6 в суд поступили пояснения о причинах банкротства должника, фактических обстоятельствах, с приложением дополнительных документов.

Ответчик ФИО10 представила письменные пояснения, считает отказ суда в части ее привлечения к субсидиарной ответственности законным, отмечая свое формальное отношение к ЗАО «РЭС».

Ответчик ФИО1 представила отзыв № 2 на апелляционную жалобу.

От ответчика ФИО2 поступил дополнительный отзыв на апелляционные жалобы, в котором указано на отсутствие у него информации о возможных причинах банкротства ЗАО «РЭС».

Конкурсным управляющим ООО «СК «Русград» представлены запрошенные судом пояснения с приложением дополнительных документов.

От конкурсного управляющего ФИО4 поступили пояснение к апелляционной жалобе и дополнительные документы; по утверждению управляющего, объективное банкротство должника наступило 30.06.2018, с учетом указанной даты, ФИО6 и ФИО11 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по долгам, возникшим у ООО «РЭС» перед кредиторами после 30.06.2018 в общем размере 22 094 628,56 руб. 

От ответчика ФИО6 поступили возражения на письменные пояснения конкурсного управляющего ЗАО «РЭС» с дополнительными документами, а также возражения на письменные пояснения конкурсного управляющего ООО «СК «Русград» с приложением значительного количества дополнительных документов.

01.10.2024 в суд поступило ходатайство ФИО6 о приостановлении производства по настоящему обособленному спору; доказательства его направления в адрес участвующих в споре лиц не представлены.

Определением от 02.10.2024 судебное разбирательство отложено с целью ознакомления с представленными сторонами дополнительными документами, с учетом их представления позднее установленной судом даты и значительности их объема. Также лицам, участвующим в споре, предложено представить письменные пояснения относительно получения всех поступивших в суд по спору документов, возможности их приобщения к материалам дела, позицию относительно ходатайства ФИО6 о приостановлении производства по настоящему обособленному спору.

Рассмотрение вопроса о приобщении дополнительных документов,  ходатайства ФИО6 о приостановлении производства по настоящему обособленному спору отложено.

Определением от 07.11.2024 произведена замена судей Чепурченко О.Н., Чухманцева М.А. на судей Иксанову Э.С., Шаркевич М.С. Рассмотрение спора производится сначала.

До начала судебного заседания от ФИО6 поступили доказательства направления ходатайства о приостановлении производства в адрес участвующих в деле лиц.

От ФИО2 поступила позиции по ходатайству о приостановлении производства, считает указанное ходатайство не подлежащим удовлетворению.

Третьим лицом - ООО СК «Русград» в лице конкурсного управляющего  ФИО8 представлены пояснения по поступившим документам и ходатайству о приостановлении производства по обособленному спору, подтверждает получение документов и не возражает относительно их приобщения; оснований для приостановления производства не усматривает. По вопросу круга ответственных за банкротство должника лиц за невозможность расчетов с кредиторами поясняет, что таковыми являются ФИО6, ФИО11, ФИО1, отметив необоснованность исключения конкурсным управляющим ЗАО «РЭС» из числа таковых ФИО1, которая была руководителем общества на протяжении более 6 лет по собственной воле, а также являлась руководителем юридического отдела группы компаний ООО СК «Русград» и не могла не знать о схемах вывода активов с использованием фиктивного документооборота, организация и разработка которого осуществлялась под ее непосредственным руководством.

Участвующему в судебном заседании представителю конкурсного управляющего должника судебной коллегией были заданы вопросы по существу спора, указано на неисполнение определения суда от 02.09.2024, на отсутствие обоснования требований о привлечении к субсидиарной ответственности в отношении каждого из ответчиков.

Представителем конкурсного управляющего должника пояснено, что требование о привлечении к субсидиарной ответственности за неподачу заявления предъявлено к ФИО6, ФИО11, ФИО12, размер ответственности которых определен с учетом прекращения контроля над деятельностью должника ФИО6 в связи с болезнью; эти же ответчики (ФИО6, ФИО11) являются ответственными за невозможность погашения требований кредиторов, поскольку именно их решениями прекращены расчеты должником с привлеченными им субподрядными организациями, при наличии денежных средств в достаточном для полного исполнения обязательств перед ними размере, фактически имеет место преднамеренное банкротство; привести обоснование привлечения к ответственности других ответчиков не может, отказаться от требований к ним он как представитель управляющего также не может. Также согласно пояснениям представителя конкурсного управляющего должника, в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности указаны все обстоятельства в его обоснование, указанные третьим лицом ООО СК «Русьград» обстоятельства (сделки и невзыскание дебиторской задолженности) не могли явиться причиной банкротства должника, ввиду их незначительности применительно к масштабу деятельности должника. Дать пояснения относительно деятельности должника, наличия у него для этого трудовых, имущественных, финансовых возможностей, ее реальности представитель управляющего уклонился, пояснил, что наличие возможности исполнения обязательств перед кредиторами, масштабы деятельности оценены исходя из оборота денежных средств по счетам должника, обоснованность поступления денежных средств на счета должника, их последующего расходования не анализировалась ввиду большого объема операций.

Определением от 11.11.2024 судебное разбирательство отложено. Конкурсному управляющему ФИО4 предложено представить в апелляционный суд: сведения о деятельности должника (характер, наличие трудовых и финансовых ресурсов, имущества), ее реальности; - анализ взаимоотношений в группе компаний «Русград», в том числе договорных; сведения о договорных отношениях внутри группы, исполнении обязательств должником и перед должником, в том числе ООО СК «Русград»; сальдо встречных предоставлений, за счет чего оно складывается; анализ движения денежных средств должника, с указанием поступлений на него (лицо, основание) и расходования денежных средств (кому и по каким основаниям перечислены, взаимосвязанность получателя денежных средств с должником и контролирующими группу компаний «Русград» лицами); письменное обоснование требований в отношении каждого из субсидиарных ответчиков (с указанием неправомерных действий каждого из ответчиков); анализ финансового состояния должника. Ответчикам по спору, третьему лицу ООО СК «Русград» представить сведения о деятельности должника (характер, наличие трудовых и финансовых ресурсов, имущества), ее реальности. Третьему лицу ООО СК «Русград» представить дополнительно: письменные пояснения по доводам о совершении должником подозрительных сделок с векселями Сбербанка (с указанием признаков их недействительности, влиянии на платежеспособность должника, причинение вреда кредиторам должника), а также с учетом их оспаривания в рамках дела о банкротстве ООО СК «Русград» как сделок должника, совершенных за счет него, заявленных оснований их недействительности и подлежащих применению последствий, результаты рассмотрения сведения о результатах рассмотрения названных обособленных споров; сведения о заявившихся к включению в реестр кредиторов ООО СК «Русград» субподрядчиков ООО «РЭС», чьи требования были предъявлены/включены в реестр требований кредиторов должника, результаты рассмотрения их требований.

До начала судебного заседания от ФИО6 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела копии определения Арбитражного суда Свердловской области от 29.11.2024 по делу № А60-40578/2021, в котором установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения настоящего спора (запрошенные судом).

Представитель ФИО6 в судебном заседании настаивал на его удовлетворении.

Рассмотрев ходатайство о приобщении, апелляционный суд счел возможным ходатайство приобщить к материалам дела, в приобщении к делу копии определения оснований не установлено, поскольку судебный акт в законную силу в настоящее время не вступил.

Определением от 04.12.2024 судебное разбирательство отложено, поскольку запрошенные судом определением от 11.11.2024 документы и пояснения в материалы дела не поступили.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего поступили запрошенные судом пояснения, в которых он настаивает на привлечении ФИО6 и ФИО11 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. При этом пояснил, что в отношении ФИО2, ФИО9, ФИО10, ФИО14, ФИО1 у конкурсного управляющего должника отсутствуют полномочия по отказу от требований к ним без решения собрания кредиторов ЗАО «РЭС».

Третьим лицом ООО СК «Русград» требования суда не исполнены.

В судебном заседании рассмотрено ходатайство о приостановлении производства по обособленному спору до рассмотрения спора о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве ООО СК «Русград»; судебной коллегией оснований для его удовлетворения применительно к ст. 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не установлено (протокольное определение от 13.01.2025); невозможность рассмотрения настоящего спора до разрешения указанного заявителем ходатайства спора не усматривается.

Протокольным определением от 13.01.2025 представленные в апелляционный суд пояснения и документы приобщены судом к материалам дела.

Представитель конкурсного управляющего должника поддержал апелляционную жалобу об отмене определения, привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО6 и ФИО11, с учетом последующих пояснений о совершенных данными лицами действиях, приведших к банкротству должника. Пояснил, что указанные в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности и в апелляционной жалобе сделки (акты сальдирования и акты взаимозачета), с учетом выводов во вступивших в законную силу судебных актах об отсутствии вреда имущественной массе должника их совершением, не привели к банкротству должника и не являются основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности. Полагает банкротство должника преднамеренным, наступившим в связи с прекращением финансирования должника со стороны ООО СК «Русград» по решению ФИО6 и ФИО11, при наличии у названного общества денежных средств, в результате чего должник не смог рассчитаться с привлеченными для выполнения работ на объектах ООО СК «Русград» субподрядными организациями. Апелляционную жалобу третьего лица в целом поддержал, отметив при этом, что не располагает доказательствами недействительности сделок, на которые указано в жалобе третьего лица ООО СК «Русград» как направленных на вывод активов должника, приведших к банкротству либо ухудшивших его финансовое положение, но у конкурсного управляющего головной организации группы компаний имеется документация о правоотношениях между всеми членами группы, возможно и подтверждающие его доводы доказательства, которых у управляющего должника нет; исходя из известных управляющему должника сведений и документов, направленность указанных сделок на вывод  активов должника, их мнимость не усматриваются, контрагенты работы выполняли, должник их принимал, оплачивал; сделки несоразмерны масштабам деятельности должника. Также представитель конкурсного управляющего должника указал, что в суде первой инстанции не было заявлено о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника, ссылка на дату объективного банкротства приведена применительно к действиям контролирующих должника лиц, приведшим к банкротству ООО «РЭС»; доводы об ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника и ее размере приведены в суде апелляционной инстанции ошибочно.

ФИО1, представители ответчиков ФИО2, ФИО6 против удовлетворения апелляционных жалоб возражали по указанным ранее мотивам.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу ст.ст.156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, ст.268 АПК РФ.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, ЗАО «РусЭнергоСтрой» (ИНН <***>, ранее ЗАО «Автопарк плюс») было создано в 2007г. 28.10.2011 ЗАО «Автопарк плюс» было переименовано в ЗАО «РЭС» (решение №01-11 от 28.10.2011).

С 2009 г. единственным акционером и генеральным директором являлся ФИО15 (решение от 04.09.2009). С 03.09.2014 акционерами стали ФИО15 и ФИО2 (решение от 03.09.2014).

28.04.2016 ФИО15 и ФИО2 продали акции ЗАО «РЭС» ФИО9 и он стал единственным акционером общества.

По договору от 09.06.2018 ФИО13 продал акции ЗАО «РЭС» ФИО10 (племянница ФИО2).

С 23.12.2014 по 22.05.2021 генеральным директором ЗАО «РЭС» назначена ФИО1 (протокол от 23.12.2014).

Как установлено в рамках значительного количества обособленных споров по настоящему делу, по делу № А60-40578/2021 о банкротстве ООО СК «Русград» (ИНН <***>), ЗАО «РусЭнергоСрой» входит в группу компаний Русград, в которой ООО СК «Русград» является головным предприятием группы компаний и юридическим лицом, контролировавшим компании, входящие в эту группу.

ООО СК «Русград» (ИНН <***>) было создано в сентябре 2007 г. Единственным учредителем являлся ФИО6, генеральным директором был назначен ФИО12 (решение от 06.09.2007). 11.11.2010 генеральным директором был назначен ФИО16 (решение от 11.11.2010).

Ориентировочно до мая 2011 г. ООО СК «Русград» работало самостоятельно. После указанной даты ООО СК «Русград» стало привлекать для осуществления своей деятельности другие юридические лиц, осуществлять функции головного предприятия Группы компаний Русград.

Далее генеральным директором ООО СК «Русград» был назначен ФИО13 (решение № 03-10 от 20.06.2011), при этом фактически функции генерального директора, как полагает конкурсный управляющий, выполнял ФИО16.

28.06.2011 ФИО6 было принято решение о продаже долей ООО СК «Русград», и участниками стали: ФИО6 – 20% доли в уставном капитале, ФИО2 (он же исполнительный директор ООО СК «Русград») – 20% доли, ФИО15 (он же коммерческий директор ООО СК «Русград») – 20% доли, ФИО16 (он же исполнительный директор (фактический гендиректор) ООО СК «Русград») – 20% доли, ФИО17 (он же технический директор ООО СК «Русград») – 20% доли.

С 18.03.2013 единственным участником ООО СК «Русград» снова стал ФИО6 (решение от 18.03.2013).

27.04.2018 ФИО6 продал свою долю ООО СК «Русград» (100%) ФИО18 (своей гражданской супруге).

В начале 2018 г. на должность финансового директора была принята ФИО11.

08.06.2018 ФИО11 была назначена на должность генерального директора ООО СК «Русград» (решение от 08.06.2018).

18.12.2020 ФИО18 продала 100% долю ООО СК «Русград» ФИО11

С 26.01.2021 генеральным директором ООО СК «Русград» был назначен ФИО12 (отец ФИО11).

16.04.2021 ФИО11 продала долю ООО СК «Русград» (100%) ФИО12, при этом, как полагает конкурсный управляющий, фактическое руководство компанией осуществляла ФИО11

Также судами установлено наличие между общества «Русэнергострой» и общества СК «Русград» корпоративной связи ввиду того, что данные общества зарегистрированы по одному адресу: <...>, согласно данным, предоставленным уполномоченным органом в дело № А60-40578/2021 о банкротстве ООО СК «Русград», налоговая отчетность должником и аффилированными с ним компаниями обществами «ССГ» и «Русэнергострой» направлялась с одного IP-адреса. Генеральным директором общества «РусЭнергоСтрой» в период с 22.01.2019 по дату введения конкурсного производства (12.05.2021) являлась ФИО1, в то же время ФИО1 являлась руководителем юридической службы компании «Русград».

Судами также установлено, что компания «Русград», являясь единственным контрактодержателем (генподрядчиком на строительных объектах), осуществляла свою деятельность в области строительства через искусственно созданную группу компаний, в которую, помимо прочих, входили общество «ССГ» и общество «РусЭнергоСтрой», возглавляемые штатными юристами общества СК «Русград», фактически занимавшимися разработкой внутригрупповых договорных конструкций. В результате имело место наличие единого контролирующего центра, использование общих ресурсов (сотрудников, основных средств, нематериальных активов), наличие общих контрагентов, дробление единого хозяйственного процесса, формальное распределение ресурсов или их безвозмездное предоставление, которое осуществлялось единым управляющим аппаратом, распоряжавшимся счетами всех компаний в группе. Поиск, привлечение и все договоренности с субподрядчиками – конечными исполнителями работ по строительству объектов (в том числе, о видах, объемах, стоимости, сроках, порядке оплаты и др.), а также дальнейший контроль выполнения ими работ на объектах строительства, решение всех возникающих в процессе строительства вопросов, приемка работ осуществлялись непосредственно компанией «Русград».

При этом, как указывает конкурсный управляющий ЗАО «РЭС», должник в ГК «Русград» выполнял функции снабжающей организации с целью закупа дорогостоящего оборудования с длительными сроками изготовления и поставки, поскольку субподрядчик, как правило, еще не был определен, во избежание срыва сроков по основному контракту; закупа материалов для выполнения СМР, чтобы аванс субподрядчиками не был потрачен на иные цели, чем для выполнения работ на объекте; подтверждения цены оборудования и материалов – договорной цены путем предоставления заказчику счетов-фактур; подтверждения целевого использования денежных средств, поступивших от заказчика.

Управляющий отмечает, что каждая компания в составе группы осуществляла свои функции во взаимоотношениях с контрагентами: техзаказчик, генподрядчик, подрядчик, поставщик. ООО СК «Стройград» осуществляло функции поставщика оборудования, материалов. Соответственно и документооборот был оформлен таким образом: ООО СК «Стройград» либо ООО «РусТехнологии» (ИНН <***>) производили закуп материалов и оборудования у сторонних поставщиков и продавали их тем субподрядчикам, которые были привлечены ЗАО «РЭС» для выполнения работ на объектах. Оплата за поставляемые субподрядчику материалы производилась векселями, которые выдавались ЗАО «РЭС» в счет оплаты субподрядчику аванса. Алгоритм взаимодействия по векселям:

1. ООО СК «Русград» заключает договор с заказчиком/застройщиком;

2. ООО СК «Русград» заключает договор с подрядчиком – ЗАО «РЭС»;

3. Подрядчик (ЗАО «РЭС») заключает договор с субподрядчиком на выполнение СМР (включая материалы);

4. Поставщик (ООО СК «Стройград» либо ООО «РусТехнологии») закупает материалы необходимые субподрядчику для выполнения СМР;

5. Поставщик (ООО СК «Стройград» либо ООО «РусТехнологии») продает закупленный материал субподрядчику – у субподрядчика формируется задолженность перед ООО СК «Стройград» за материалы;

6. Поставщик (ООО СК «Стройград» либо ООО «РусТехнологии») выставляет счет на оплату на сумму поставленных материалов;

7. Субподрядчик просит подрядчика (ЗАО «РЭС») оплату за материалы в адрес ООО СК «Стройград» либо ООО «РусТехнологии» за него (за субподрядчика) в счет аванса по договору на СМР;

8. ЗАО «РЭС» выдает простой вексель в счет оплаты материалов по акту приема-передачи;

9. Субподрядчик передает вексель по акту в ООО СК «Стройград» либо ООО «РусТехнологии»;

10. ООО СК «Стройград» либо ООО «РусТехнологии» предъявляет к оплате вексель по акту и заявлению о погашении в ЗАО «РЭС»;

11. ЗАО «РЭС» оплачивает вексель, предъявленный ООО СК «Стройград» либо ООО «РусТехнологии» (ИНН <***>);

12. Задолженность субподрядчика перед ООО СК «Стройград» погашена либо ООО «РусТехнологии» (ИНН <***>);

13. Оплата векселя – это аванс по договору на СМР.

Все поставки ООО СК «Стройград» либо ООО «РусТехнологии» (ИНН <***>) осуществлялись в рамках объектов Группы компаний, согласно истребованным банковским выпискам все поступления денежных средств осуществлялись от участников Группы компаний, от участников же поступали денежные средства по предъявлению векселей.

Также судом установлено (определение Арбитражного суда Свердловской области от 30.05.2022 по делу № А60-51815/2020), что в распоряжении бывшего директора ЗАО «РусЭнергоСтрой» ФИО1 имеется реестр поступлений и расходов денежных средств по ООО СК «Стройград» (приложение к заявлению от 24.01.2022), распоряжения на перечисление денежных средств от ООО СК «Стройград» давались непосредственно ФИО9 (приложение к ходатайству от 10.12.2021), договоры, заключаемые обществом ООО СК «Стройград», согласовывались сотрудниками ООО СК «Русград» (приложение к ходатайству от 10.12.2021).

В рамках дела № А60-51815/2020 также установлено, что ФИО6 занимал должность президента общества СК «Русград» с 2007 г. по 18.12.2020; в соответствии с организационной структурой, утвержденной президентом 18.10.2017, а также организационной структурой, утвержденной 02.07.2018, Общество СК «Русград» являлось генподрядчиком на строительных объектах.

Из материалов настоящего дела следует, что 15.10.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ЗАО «РусЭнергоСтрой», подписанное генеральным директором ФИО1, о признании общества несостоятельным (банкротом), которое определением от 23.11.2020 принято к производству суда.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 12.05.2021 ЗАО «РусЭнергоСтрой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО4

19.09.2023 конк6урсный управляющий ЗАО «РЭС» обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  

С учетом корпоративного взаимодействия и распределения ролей в группе компаний «Русград» конкурсным управляющим ФИО4 в качестве контролирующих должника лиц, подлежащих привлечению к субсидиарной ответственности, определены: ФИО6, ФИО2, ФИО13, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО1.

В качестве оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ФИО4 указал ст. 61.11 Закона о банкротстве, со ссылкой на совершение сделок (акты сальдирования взаимных обязательств № 2 от 11.01.2021, № 26 от 30.04.2021 между должником и ООО СК «Русград»; акты зачета взаимных требований № 32 от 31.03.2020, № 37 от 30.06.2020 между должником, ООО СК «Русград» и ООО «Рустехнологии» (25.10.2021 общество ликвидировано)), после которых у должника появились признаки неплатежеспособности. Также в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности, в письменных пояснениях управляющим указано на установление признаков преднамеренного банкротства должника, с раскрытием корпоративных связей в группе компаний, их характере, схеме взаимодействия, полной зависимости членов группы компаний, в том числе должника, от головной организации группы, решений контролирующих ее лиц.

Рассмотрев заявление, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности оснований для привлечения ФИО6, ФИО2, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «РЭС», отметив, что сделки, заявленные управляющими как убыточные для должника, не привели к реальному уменьшению конкурсной массы ЗАО «РЭС», поскольку указанные сделки признаны вступившими в законную силу судебными актами формальными, носившими внутригрупповой характер и в действительности не существовавшими; доказательства совершения ответчиками действий, приведших к невозможности погашений требований кредиторов, а также направленных на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, отсутствуют.

Как указано ранее, конкурсный управляющий должника и третье лицо –ООО «СК «Русград» в лице конкурсного управляющего ФИО8 не согласились с данным определением суда, обжаловали его в апелляционном порядке. В ходе рассмотрения апелляционных жалоб их заявители указали на несогласие с отказом в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО6, ФИО11, ФИО1 Определение об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО9, ФИО10, ФИО12 ими фактически не обжалуется, основания для их привлечения к ответственности по обязательствам ЗАО «РЭС» не названы. Более того, апеллянтами прямо указано на отсутствие таковых, конкурсным управляющим должника пояснено, что требований к этим ответчикам не имеется, но нет возможности представления отказа от требований к данным ответчикам без соответствующего решения собрания кредиторов.

С учетом указанной позиции апеллянтов, судебный акт пересматривается только в обжалуемой части – отказа в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО6, ФИО11, ФИО1

Суд апелляционной инстанции, исследовав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности в порядке ст.71 АПК РФ обсудив доводы апелляционных жалоб, отзывов на них, проанализировав нормы материального и процессуального права, пришел к следующим выводам.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу ч. 1 ст. 223 АПК РФ и п. 1 ст. 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Главой III.2 Закона о банкротстве установлены специальные основания и порядок для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

В силу п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пунктом 4 названной статьи к числу контролирующих должника лиц отнесены участники и руководитель должника, причем законодателем установлена презумпция их статуса контролирующих должника лиц, пока не доказано иное.

Как установлено ранее, ФИО1 в период с 22.01.2019 по дату введения процедуры конкурсного производства (12.05.2021) являлась генеральным директором ЗАО «РЭС», которой было подано заявление о признании общества банкротом.

ФИО6 создал группу компаний Русград, в которую ввел ЗАО «РЭС» путем построения корпоративных связей с данным обществом: продал часть долей в уставном капитале ООО СК «Русград» ФИО15, сам приобрел у последнего часть акций ЗАО «РЭС»; оставался акционером должника с 03.09.2014 по 28.04.2016, сохранил контроль над обществом в последующий период, продав акции связанному с ним лицу – ФИО9 (являвшемуся директором ООО СК «Русград»), который впоследствии продал акции ЗАО «РЭС» родственнице ФИО6 ФИО10 В.; назначил генеральным директором ЗАО «РЭС» ФИО1, в то же время являвшуюся руководителем юридической службы компании «Русград». Организационная структура группы компаний позволяла ему осуществлять контроль над деятельностью всей группы, должник как член группы компаний был полностью подконтролен ФИО6 как контролирующему головную организацию группы компаний лицу, как бенефициару группы компаний.

ФИО11 с 08.06.2018 являлась генеральным директором ООО СК «Русград», с 18.12.2020 по 16.04.2021 – единственным участником данного общества, после продажи 100% доли участия в указанном обществе своему отцу она фактически продолжала осуществлять его руководство. Как лицо, контролирующее головную организацию группы компаний, с учетом организационной структуры группы, ФИО11 полностью контролировала деятельность всех членов группы компаний, не обладавших самостоятельностью, давала обязательные для их руководителей указания; фактически ФИО11 стала бенефициаром группы компаний Русград.

Таким образом, суд первой инстанции верно определил наличие у ФИО6, ФИО11, ФИО1 статуса контролирующих ЗАО «РЭС» лиц.

Согласно заявлению о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в его обоснование конкурсный управляющий ссылается на п.п.1, 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

По общему правилу п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве предусмотрен ряд презумпций, наличие которых предполагает, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в ст.ст. 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Данные презумпции являются опровержимыми.

В частности, указанные в пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве обстоятельства искажения документов бухгалтерского учета и/или отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, по сути, представляют собой лишь опровержимую презумпцию, облегчающую процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. Признаки презумпции не могут подменять обстоятельства самого правонарушения, и момент наступления признаков презумпции может не совпадать с моментом правонарушения. Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующее должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо отразило в бухгалтерской отчетности недостоверные сведения, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов. Таким образом, правонарушение контролирующего должника лица выражается не в самом факте искажения бухгалтерской отчетности, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов.

Из разъяснений, изложенных в п. 23 постановлении № 53, следует, что установленная пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (ст. 78 Закона об акционерных обществах, ст. 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника (п. 10 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

В п.п. 16-17 постановления № 53 прямо разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов; при рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности (п. 18 постановления № 53).

Конкурсный управляющий в своем заявлении указал на совершение сделок, приведших к невозможности погашения требований его кредиторов, а также на преднамеренный характер банкротства ЗАО «РЭС».

Такими сделками управляющий полагал акты сальдирования взаимных обязательств, акты зачета взаимных требований, заключенные между ЗАО «РусЭнергоСтрой» и ООО СК «Русград».

1) 11.01.2021 между ЗАО «РусЭнергоСтрой» и ООО СК «Русград» был подписан акт № 2 сальдирования взаимных обязательств обществ, по условиям которого была погашена задолженность ООО СК «Русград» перед ЗАО «РусЭнергоСтрой» в сумме 64 483 337,22 руб., основанная на договорах: № 1615/2018-310318 от 10.10.2018 (РТПС), № 1775/2019-323521 от 14.03.2019 (Школа Арамиль), № 2087/2019-326522 от 16.12.2019 (ПК57), №1832/2019-319141 от 29.03.2019 (ПК72), займа № б/н от 12.08.2020 (проценты), УПТ № 2246/2020 от 03.08.2020, УПТ № 2262/2020 от 29.09.2020, и задолженность ЗАО «РЭС» перед ООО СК «Русград» в сумме 64 483 337,22 руб., возникшая на основании: векселей ЗАО «РЭС» серии ВН № 0091 от 23.07.2020, № 0092 от 27.07.2020, № 0093 от 28.07.2020, № 0094 от 28.07.2020, № 0095 от 28.07.2020, № 0096 от 13.08.2020, № 0099 от 20.08.2020, № 0100 от 20.08.2020, № 0101 от 20.08.2020; договоров перевода долга № 2287/2020-319141 от 30.11.2020, № 2295/2020-323521 от 30.11.2020, № 2296/2020-323521 от 30.11.2020, № 2297/2020-326522 от 11.12.2020.

Конкурсный управляющий полагает, что акт № 2 сальдирования взаимных обязательств между ЗАО «РЭС» и ООО СК «Русград» от 11.01.2021 является недействительной сделкой. Основания для оспаривания сделки установлены конкурсным управляющим при проведении финансового анализа, сделка признана судом недействительной, определение вступило в законную силу.

ФИО6 в суд первой инстанции указал, что в результате заключения должником акта сальдирования взаимных обязательств №2 от 11.01.2021 были прекращены обязательства ООО СК «Русград» перед ЗАО «РЭС» на общую сумму 64 483 337,22 руб.

Из материалов настоящего дела следует, что определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.03.2022 акт № 2 сальдирования взаимных обязательств от 11.01.2021 признан недействительной сделкой с применением последствий ее недействительности в виде восстановления задолженности ООО СК «Русград» перед ЗАО «РусЭнергоСтрой» в сумме 64 483 337,22 руб. Основанием для признания указанного акта недействительным явилось его заключение после возбуждения дела о банкротстве ЗАО «РЭС», в результате чего требование ООО СК «Русград» в сумме 64 483 337,22 руб. было погашено преимущественно перед другими кредиторами.

В постановлении от 29.06.2022 № 17АП-9620/2021(6,7) по результатам рассмотрения апелляционной жалобы на определение от 02.03.2022 апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции о совершении акта сальдирования № 2 с предпочтительностью перед иными кредиторами. При этом судебная коллегия изменила примененные судом последствия недействительности сделки, восстановив также задолженность ЗАО «РусЭнергоСтрой» перед ООО СК «Русград» в сумме 64 483 337,22 руб.

2) 30.04.2021 между ЗАО «РусЭнергоСтрой» и ООО СК «Русград» был подписан акт № 26 сальдирования взаимных обязательств между ЗАО «РЭС» и ООО СК «Русград», по условиям которого была погашена задолженность ООО СК «Русград» перед ЗАО «РусЭнергоСтрой» в сумме 2 017 277,48 руб., основанная на: соглашении о замене стороны б/н от 05.04.2021, договоре подряда № 1775/2019-323521 от 14.03.2019 (СОШ Арамиль), а также задолженность ЗАО «РЭС» перед ООО СК «Русград» в сумме 2 017 277,48 руб., возникшая на основании: договора № 1775/2019-323521 от 14.03.2019 (Школа Арамиль).

Конкурсный управляющий полагает, что акт сальдирования взаимных обязательств № 26 от 30.04.2021 является недействительной сделкой. Основания для оспаривания сделки установлены конкурсным управляющим при проведении финансового анализа, сделка признана судом недействительной, определение вступило в законную силу.

ФИО6 в суд первой инстанции указывал, что в результате заключения должником указанного акта были прекращены обязательства ООО СК «Русград» перед ЗАО «РЭС» на общую сумму 2 017 277,48 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.03.2022 акта № 26 сальдирования взаимных обязательств от 30.04.2021 признан недействительной сделкой с применением последствий ее недействительности в виде восстановления задолженности ООО СК «Русград» перед ЗАО «РусЭнергоСтрой» в сумме 2 017 277,48 руб. Основанием для признания указанного акта недействительным явилось его заключение после возбуждения дела о банкротстве ЗАО «РЭС», в результате чего требование ООО СК «Русград» в сумме 2 017 277,48 руб. было погашено преимущественно перед другими кредиторами.

Апелляционный суд (постановление от 02.08.2022 № 17АП-9620/2021(4,5)) согласился с выводами суда первой инстанции о совершении акта сальдирования № 26 с предпочтительностью перед иными кредиторами. При этом судебная коллегия изменила примененные судом последствия недействительности сделки, восстановив также задолженность ЗАО «РусЭнергоСтрой» перед ООО СК «Русград» в сумме 2 017 277,48 руб.

3) 30.06.2020 между ЗАО «РусЭнергоСтрой», ООО СК «Русград» и ООО «Рустехнологии» был подписан акт № 37 зачета взаимных требований по условиям которого была погашена задолженность ООО СК «Русград» перед ЗАО «РусЭнергоСтрой» в сумме 127 778 877,91 руб. возникшая за выполненные строительно-монтажные работы по: договорам подряда № 1615/2018-310318 от 10.10.2018, № 1832/2019-319141 от 29.03.2019, № 1742/2019-317709 от 04.03.2019, № 1771/2019-274889 от 22.02.2019, № 1775/2019-323521 от 14.03.2019, № 2087/2019-326522 от 16.12.2019; уступке права требований: по договору цессии № 2191/2020 от 15.05.2020, а также задолженность ЗАО «РЭС» перед ООО «Рустехнологии» в сумме 127 778 877,91 руб., возникшая за поставленные материалы и оборудование для строительно-монтажных работ (УПД от 01.04.2020), и по оплате векселей серии ВН № 0061 от 04.02.2020, № 0070 от 28.02.2020, № 0084 от 15.05.2020, № 0085 от 18.06.2020, № 0086 от 18.06.2020, № 0087 от 18.06.2020, и задолженность ООО «Рустехнологии» перед ООО СК «Русград» в части неотработанного аванса в сумме 127 778 877,91 руб. по договору поставки № 1849/2019-319141 от 15.04.2019.

Конкурсный управляющий полагает, что акт зачета №37 от 30.06.2020 является недействительной сделкой. Основания для оспаривания сделки установлены конкурсным управляющим при проведении финансового анализа, сделка признана судом недействительной, определение вступило в законную силу.

ФИО6 в суд первой инстанции указывал, что в результате заключения должником указанного акта были прекращены обязательства ООО СК «Русград» перед ЗАО «РЭС», ЗАО «РЭС» перед ООО «Рустехнологии», ООО «Рустехнологии» перед ООО СК «Русград» на общую сумму 127 778 877,91 руб.

Из материалов настоящего дела следует, что определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.03.2022 акт № 37 зачета взаимных требований от 30.06.2020 признан недействительной сделкой с применением последствий ее недействительности в виде восстановления задолженности ООО СК «Русград» перед ЗАО «РусЭнергоСтрой» в сумме 127 778 877,91 руб. Суд первой инстанции признал указанный акт недействительным на основании п. 2. ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст.ст.10,168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. В обоснование решения отметил, что если долг ООО СК «Русград» перед ЗАО «РусЭнергоСтрой» за строительно-монтажные работы по договорам подряда является реальным, подтвержден первичной бухгалтерской документацией, переданной конкурсному управляющему ФИО4, то какие-либо сведения о долге ЗАО «РусЭнергоСтрой» перед ООО «Рустехнологии» по векселям и долгу ООО «Рустехнологии» перед ООО СК «Русград» отсутствуют. Таким образом, реальный долг ООО СК «Русград» перед ЗАО «РусЭнергоСтрой» в сумме 127 778 877,91 руб. был зачтен, тогда как в качестве встречного исполнения был зачтен ничем не подтвержденный долг ЗАО «РусЭнергоСтрой» перед ООО «Рустехнологии» по векселям. Соответственно, исходя из имеющихся документов была совершена безвозмездная сделка по прощению долга ООО СК «Русград» перед ЗАО «РусЭнергоСтрой» в сумме 127 778 877, 91 руб., что подпадает под признаки подозрительной сделки ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции в постановлении 04.07.2022 № 17АП-9620/2021(8,9) на определение от 02.03.2022 согласился с выводами суда о наличии совокупности обстоятельств, позволяющих признать указанную сделку недействительной и по основаниям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, при этом наличие пороков сделки, которые требуют квалификацию по основаниям, установленным ст. 10, 168 ГК РФ признал недоказанными. Также апелляционный суд пришел к выводу о наличии и доказанности в отношении оспариваемого акта № 37 зачета взаимных обязательств от 30.06.2020 всех необходимых признаков недействительности сделки, установленных п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве. Судебная коллегия изменила примененные судом последствия недействительности сделки, восстановив также задолженность ЗАО «Русэнергострой» перед ООО «Рустехнологии» в сумме 127 778 877,91 руб.; задолженности ООО «Рустехнологии» перед ООО СК «Русград» в сумме 127 778 877,91 руб.

Как указано ранее, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок), установленная пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными (п. 23 постановлении № 53).

В данном случает акты № 2, 26 и 37 действительно признаны судами недействительными на основании ст. 61.3 Закона о банкротстве как совершенные с предпочтительностью. Вместе с тем, в рамках настоящего дела, а также дела № А60-40578/2021 судами установлено, что деятельность должника ЗАО «РЭС» носит номинальный/технический характер, договоры субподряда № 1775/2019-323521 от 14.03.2019 и № 2087/2019-326522 от 16.12.2019 (определение от 30.05.2023 по делу № А60-40578/2021) между ООО СК «Русград» и ЗАО «РЭС» признаны недействительными, установлено отсутствие фактического участия общества «РЭС» на объектах строительства, все обязанности подрядчика, предусмотренные договорами, в том числе № 2087/2019-326522 от 16.12.2019 (определение от 30.05.2023 по делу № А60-40578/2021), № 1775/2019-323521 от 14.03.2019 (постановление кассационного суда от 21.06.2023 по делу № А60-40578/2021), фактически выполнялись компанией «Русград», и в реальности имелись подрядные отношения между компанией «Русград» и субподрядчиками-исполнителями работ.

Также в определении от 30.12.2022, постановлениях от 15.03.2023, 21.06.2023 по делу № А60-40578/2021 суды пришли к выводу о наличии необоснованных и существенных расхождений в размерах денежных обязательств на стороне ЗАО «РЭС», в частности, искусственное увеличение стоимости материалов, проходившихся по цепочке от ООО «Рустехнологии» к субподрядчику, от субподрядчика к ЗАО «РЭС», а от них к ООО СК «Русград.

4) 31.03.2020 между ЗАО «РусЭнергоСтрой» ООО СК «Русград» и ООО «Рустехнологии» был подписан акт № 32 зачета взаимных требований, по условиям которого была погашена задолженность ООО СК «Русград» перед ЗАО «РусЭнергоСтрой» в сумме 23 168 165,14 руб., возникшая за выполненные строительно-монтажные работы по договорам подряда № 1775/2018-323521 от 14.03.2019, № 2087/2019-326522 от 16.12.2019, и задолженность ЗАО «РЭС» перед ООО «Рустехнологии» в сумме 23 168 165,14 руб. по оплате векселей серии ВН: № 0064 от 26.02.2020, № 0065 от 26.02.2020, № 0066 от 26.02.2020, № 0067 от 26.02.2020, № 0068 от 28.02.2020, № 0069 от 28.02.2020, № 0071 от 12.03.2020, № 0072 от 12.03.2020, № 0073 от 12.03.2020, а также задолженность ООО «Рустехнологии» перед ООО СК «Русград» в части неотработанного аванса по договору поставки № 1849/2019-319141 от 15.04.2019.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.09.2023 акт № 32 зачета взаимных требований от 31.03.2020 признан недействительной сделкой на основании ст. 10,168,170 ГК РФ, поскольку суд пришел к выводу, что оспариваемая сделка совершена с целью создания видимости формального внутригруппового зачета несуществующих в реальности обязательств, что свидетельствует о ее мнимости. С учетом недоказанности фактического наличия задолженности, последствия недействительной сделки судом не применены.

Указанный судебный акт не обжалован, вступил в законную силу.

С учетом установленных в рамках названных обособленных споров обстоятельств, вступивших в законную силу судебных актов по результатам их рассмотрения, доводы управляющего о причинении вреда имущественным правам кредиторов совершением указанных сделок, возникновении в результате их совершения неплатежеспособности должника правомерно признаны судом необоснованными.

Как установлено ранее, названные выводы суда первой инстанции фактически участвующими в споре лицами не оспариваются. Данное обстоятельство подтверждено представителем конкурсного управляющего должника в судебном заседании суда апелляционной инстанции; отсутствуют доводы о несогласии с указанной выше оценкой сделок должника и у второго апеллянта, который в своей апелляционной жалобе ссылается на иные сделки и действия контролировавших должника лиц, которые судом не исследованы.

В своей апелляционной жалобе третье лицо ООО СК «Русград» в лице конкурсного управляющего ФИО19 указало, что при рассмотрении спора в суде первой инстанции 26.03.2024 была представлена его письменная  позиция по спору, в которой раскрыты действия и сделки, существенно повлиявшие на невозможность расчета с кредиторами ЗАО «РЭС», способствовавшие возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства. Таковыми третье лицо считает вывод активов через векселя Сбербанка в сумме 25 млн. руб., приобретенных ЗАВО «РЭС» за счет денежных средств, поступивших в оплату работ на объекте ПК 72 Новатор; необоснованное авансирование контрагентов (в частности, ООО «Генезисстрой», ООО «Инженерные решения», ООО «Спецстрой изоляция»), длительное бездействие по взысканию с них неотработанных авансов, повлекшее убытки должника.

С позиции конкурсного управляющего должника, указанные третьим лицом действия, сделки не могли повлечь банкротства должника, с учетом несопоставимости их с масштабами деятельности должника; также им отмечено отсутствие доказательств порочности данных действий/сделок, таковыми управляющий не располагает, третье лицо их не представило, при этом в рамках взыскания дебиторской задолженности с указанных контрагентов факты отсутствия правоотношений между ними и должником не установлены, данные контрагенты не являются аффилированными к должнику лицами, обстоятельства их взаимосвязанности с контролирующими должника лицами ему не известны.

Ответчик ФИО2 указал на оспаривание сделки с векселями на сумму 25 млн. руб. в рамках дела о банкротстве ООО СК «Русград» как сделки этого должника; отмечает фактическое взыскание с указанных третьим лицом контрагентов должника дебиторской задолженности, недоказанность фактической возможности получения исполнения с их стороны при более раннем предъявлении к ним исков.  

Суд апелляционной инстанции, проанализировав материалы дела в совокупности с фактическими обстоятельствами и представленными документами, доводы ООО СК «Русград» считает несостоятельными и подлежащими отклонению.

Как следует из письменной позиции третьего лица, в рамках дела о банкротстве ООО СК «Русград» при рассмотрении заявлений ЗАО «РЭС» и ООО «СГГ» о включении требований в реестр кредиторов установлено, что между юридическими  лицами ГК Русград и обществом «Альфа групп» создан фиктивный документооборот и вывод денежных средств со счетов, в том числе по цепочкам недействительных сделок с ее использованием. Общество «Альфа Групп» зарегистрировано 10.04.2018. 20.09.2019 в ЕГРЮЛ в отношении данного общества внесена запись о недостоверности юридического адреса, 10.06.2021 общество исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо. Сведения о движении денежных средств по счетам названного общества, сведения в его налоговой отчетности не подтверждают реальное выполнение работ обществом в заявленных объемах, свидетельствуют об их невыполнении, фиктивности документооборота в этой организацией, искусственном создании кредиторской задолженности в действительности несуществующей. При этом общий размер фиктивно закрытых на общество «Альфа Групп» работ ГК Русград составил более 80 млн. руб. Расчетов с указанным обществом через банковские счета не осуществлялось, все расчеты произведены векселями, в том числе векселями ПАО Сбербанк «России». Полученные ЗАО «РЭС» 27.05.2019 от ООО СК «Русград» денежные средства в сумме 25 млн. руб. в оплату работ по договору № 1832/2019-319141 от 29.03.2019 вместо расчетов субподрядчиками в полном объеме были направлены ЗАО «РЭС» на покупку банковских векселей ПАО «Сбербанк России», которые в тот же день отчуждены в пользу третьих лиц с использованием искусственно созданной кредиторской задолженности, в ущерб должнику и его кредиторам; вывод ликвидных активов впоследствии привел к невозможности погашения должником требований кредиторов, их размер (25 млн. руб.) сопоставим с размером основной задолженности, включенной в третью очередь реестра кредиторов.

Между тем, данная сделка по отчуждению векселей ПАО «Сбербанк России» в размере 25 млн. руб. оспорена конкурсным управляющим ООО СК «Русград» в деле о банкротстве последнего как сделка должника (ООО СК «Русград») в составе цепочки сделок с векселями, включающей следующие звенья: оплата в пользу ЗАО «РЭС» 27.05.2019 аванса в размере 25 млн. руб. по договору № 1832/2019-319141 от 29.03.2019, приобретение ЗАО «РЭС» 29.05.2019 векселей ПАО «Сбербанк России» на общую сумму 25 млн. руб., передача векселей между фирмами-однодневками (ООО «Альфа Групп», далее ООО «Форсаж ТК» затем либо ООО «Гофра», либо ООО «Крокус»), передача векселей конечным приобретателям (физические лица), предъявление векселей к оплате. Цепочка сделок оспаривается по ст.ст. 10,168, 170 ГК РФ, п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, заявлены последствия недействительности сделки в виде взыскания с контролирующих должника лиц ФИО6 и ФИО11 денежных средств в пользу ООО СК «Русград». Конкурсный управляющий ссылается на технический характер деятельности ЗАО «РЭС», полное отсутствие экономической самостоятельности и обособленности имущества этого общества, его использование для вывода денежных средств ООО СК «Русград» путем приобретения на денежные средства ООО СК «Русград» банковских векселей и их последующего отчуждения через технические компании, созданные исключительно в целях создания фиктивного документооборота и формального основания для передачи векселей. Управляющим заявлено, что данная схема с использованием вексельного оборота была создана с единственной целью – обналичивание поступивших от заказчика денежных средств и передача их в пользу контролирующих должника (ООО СК «Русград») лиц; использование векселей связано с преследованием конечными бенефициарами недобросовестной цели сохранения активов должника (ООО СК «Русград») за собой в условиях наличия у должника задолженности перед независимыми кредиторами, вследствие чего кредиторы лишились возможности удовлетворить свои требования за счет денежных средств, выведенных на заинтересованных лиц.

Таким образом, сделка по отчуждению векселей, указанная конкурсным управляющим ООО СК «Русград» как сделка, существенно повлиявшая на имущественное положение ЗАО «РЭС», обусловившая невозможность расчета с кредиторами ЗАО «РЭС», способствовавшая возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства ЗАО «РЭС», им уже оспорена как сделка, совершенная за счет денежных средств ООО СК «Русград», которые выведены через ЗАО «РЭС», сделка, причинившая вред именно ООО СК «Русград» и его кредиторам.

Указанное свидетельствует о противоречивости позиции конкурсного управляющего ООО СК «Русград», злоупотреблении им своими правами при заявлении доводов о существенном влиянии сделки по отчуждению векселей на имущественное положение ЗАО «РЭС», повлекшей банкротство данного должника, о необходимости применения принципа эстоппеля.

Относительно доводов о необоснованном авансировании контрагентов (ООО Тезисстрой», ООО «Инженерные решения», ООО «Спецстрой изоляция»), длительном бездействии по взысканию дебиторской задолженности, что способствовало возникновению кризисной ситуации и последующей неплатежеспособности ЗАО «РЭС» апелляционный суд отмечает следующее.

Между ООО «Генезис-Строй» (ИНН <***>) и ЗАО «РЭС» заключен договор субподряда от 12.04.2018 на выполнение комплекса работ по устройству наружных сетей теплоснабжения, общестроительных работ по устройству сетей; сторонами договора согласованы срок выполнения работ (с 16.03.2018 по 16.09.2018), их общая стоимость (19 778 216,30 руб.) и порядок оплаты. 23.04.2018 сторонами договора подписано дополнительное соглашение к договору о выполнении субподрядчиком дополнительных работ, сроком выполнения с 23.04.2018 по 31.07.2018. ЗАО «РЭС» произведена оплата на общую сумму 18 895 368, 99 руб. (на сумму 7 350 000 руб. платежными поручениями за период с 08.05.2018 по 31.08.2018, в остальном размере выданными ЗАО «РЭС» векселями). Субподрядчик фактически выполнил работы на сумму 15 088 378,83 руб.; неотработанный аванс составил 3 806 990,16 руб. ЗАО «РусЭнергоСтрой» направлена в адрес ООО «Генезис-Строй» претензия исх. №РЭС-123 от 30.10.2018, которая оставлена ООО «Генезис-Строй» без удовлетворения, что явилось основанием для обращения ЗАО «РЭС» 13.08.2020 в арбитражный суд с соответствующим иском (иск подан представителем по доверенности, выданной генеральным директором ФИО1).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 23.11.2020 по делу № А60-40485/2020 с ООО «Генезис-Строй» (ИНН <***>) в пользу ЗАО «РусЭнергоСтрой» взыскано 3 255 350,92 руб. долга.

02.02.2021 был получен исполнительный лист для принудительного взыскания указанной задолженности, на его основании было возбуждено исполнительное производство № 101473/21/66001-ИП от 08.06.2021, которое до настоящего времени не окончено.

Таким образом, вступившим в законную силу судебным актом установлен факт выполнения субподрядчиком работ, предусмотренных договором, оплата фактически выполненных работ со стороны должника. Данное решение в установленном порядке не обжаловано, не изменено и не отменено. Договор субподряда от 12.04.2018 не оспорен, недействительным не признан. Какие-либо обстоятельства, свидетельствующие о невыполнении субподрячиком работ, о наличии его аффилированности с должником либо контролирующими последнего лицами, позволяющим создать искусственный документооборот, не приведены, доказательства не представлены.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ, ООО «Генезис-Строй» зарегистрировано при создании 18.05.2016, единственный участник общества и его директор – ФИО20; 26.10.2020 регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении недействующего ЮЛ из ЕГРЮЛ, исключение общества из ЕГРЮЛ приостановлено в связи с представлением заявления лицом, чьи права и законные интересы затрагиваются исключением ЮЛ из ЕГРЮЛ; 27.07.2021 в ЕГРЮЛ в отношении ООО «Генезис-Строй» внесена запись о недостоверности сведений (адреса места нахождения), 07.02.2022 – запись о принятии регистрирующим органом решения о предстоящем исключении недействующего ЮЛ из ЕГРЮЛ.

Однако, данные обстоятельства общества не свидетельствуют о невыполнении ООО «Генезис-Строй» работ по договору с ЗАО «РЭС». Последующее после сдачи работ прекращение деятельности общества таким доказательством не является.

Доводы третьего лица о не совершении действий по взысканию дебиторской задолженности не соответствуют действительности. Как указано ранее, ЗАО «РЭС» направлена в адрес дебитора претензия, затем последовало обращение в суд за взысканием неотработанного аванса; данные действия совершены в пределах срока исковой давности. На момент обращения с иском в ЕГРЮЛ отсутствовали сведения, позволяющие оценить имущественное положение субподрядчика как отрицательное, усомниться в возможности получения долга. Какая-либо заведомая недобросовестность контролирующих должника лиц в подаче иска в 2020 году, а не ранее не усматривается.

Доказательства реальной возможности получения долга от ООО «Генезис-Строй» при обращении за его взысканием в судебном порядке до августа 2020 года третьим лицом не представлены, равно как и доказательства существенного его влияния на имущественное положение ЗАО «РЭС».

29.10.2018 между ЗАО «РЭС» и ООО «Инженерные решения» заключен договор субподряда № 1598/2018-310433 на выполнение работ по монтажу теплотрассы на объекте «Производственный комплекс по адресу: <...>», срок выполнения работ – с 31.10.2018 по 08.11.2018, стоимость работ 1 506 185,90 руб.

ЗАО «РЭС» перечислило субподрядчику 1363 373,54 руб.

30.11.2018 субподрядчиком сдан результат работ на сумму 1 435 130,04 руб. В части неисполненных субподрядчиком работ подрядчик отказался от договора.

В рамках названного договора его сторонам были заключены два дополнительных соглашения:

08.11.2018 - на выполнение дополнительных работ на сумму 7 264 604,47 руб., срок выполнения по 31.01.2019; ЗАО «РЭС» перечислена субподрядчику  оплата по соглашению в общем размере 5 779 884,23 руб. ( в период с декабря 2018г. по февраль 2019г.), но субподрядчик сдал результат работ только на сумму 4 215 978,32 руб. (по нескольким актам, последний от 25.05.2019); неотработанный аванс составил 1 563 905,91 руб.;

28.11.2018 – на выполнение дополнительных работ на сумму 45 700 руб., сроком до 05.12.2018, результат работ сдан 26.12.2018;

28.11.2018 – на выполнение дополнительных работ на сумму 130 910 руб., сроком по 30.11.2018, результат работ сдан 27.12.2018;

21.01.2019 – на выполнение дополнительных работ на сумму 71 568 руб., сроком по 31.01.2019, результат работ сдан 15.02.2019;

07.02.2019 – на выполнение дополнительных работ на сумму 28 595 807,47 руб., сроком выполнения по 15.05.2019, ЗАО «РЭС» произведена оплата субподрядчику в общей сумме 24 244 824,03 руб. (в сумме 11 271 815,20 руб. по платежным поручениям с 19.02.2019 по 28.05.2019, в остальной сумме векселями ЗАО «РЭС»), результат работ сдан на сумму 17 084 685,52 руб. (по нескольким актам, последний акт от 15.05.2019);

11.04.2019 – на выполнение дополнительных работ на сумму 7 030 047,91 руб., сроком выполнения по 28.06.2019, ЗАО «РЭС» произведена оплата в размере 4 668 298,28 руб. (в сумме 3 млн. руб. по платежным поручениям 16-24.03.2019, в остальной сумме векселями), результат  работ сдан на сумму 4 379 690,26 руб. (по нескольким актам, последний от 22.06.2019);

29.05.2019 – на выполнение работ на сумму 732 695,84 руб., сроком по 15.06.2019; ЗАО «РЭС» произведена оплата работ в сумме 584 531 руб. (по платежному поручению от 13.06.2019 в сумме 350 000 руб., в остальной сумме – векселем), результат работ субподрядчиком не сдан;

31.05.2019 – на выполнение работ на сумму 1 567 883,58 руб., сроком по 25.06.2019, ЗАО «РЭС» произведена оплата в размере 1 037 037,94 руб. (в сумме 1 млн. руб. по платежному поручению от 04.07.2019, в остальной сумме векселем), работы не выполнены.

20.05.2019 между ЗАО «РЭС» и ООО «Инженерные решения» заключен договор субподряда № 1905/2019-219141 на выполнении субподрядчиком работ по устройству тепловой сети на объекте «Производственный корпус (здание) № 72 по адресу: г.Екатеринбург. пр. Космонавтов,18». Сторонами договора согласованы сроки выполнения работ (с 14.06.2019 по 04.07.2019), их стоимость (6 366 397,92 руб.). ЗАО «РЭС» перечислило субподрядчику аванс в размере 3 615 000 руб. (по платежным поручениям в июне-июле 2019г.), однако, субподрядчик работы не выполнил.

Общий размер неотработанных субподрядчиком авансов составил 14 249 221 руб.

ЗАО «РЭС» в адрес ООО «Инженерные решения» были направлены претензии исх. РЭС-0237 от 18.11.2019 по договору субподряда №1905/2019-319141 от 20.05.2019, исх. РЭС-0227 от 09.10.2019, исх. РЭС-0044 от 28.04.2021 по договора субподряда №1598/2018-310433 от 29.10.2018, исх. РЭС-0081 от 27.05.2020, исх. № РЭС0012 от 09.02.2021. В претензиях ЗАО «РЭС» указано на некачественное выполнение либо невыполнение части работ, с требованием об устранении недостатков, сдаче результатов работ, на нарушение сроков выполнения работ, с требованием об уплате неустойки, об отказе от договоров в части, с требованием возврата неотработанного аванса.

20.05.2021 претензия субподрядчику направлена конкурсным управляющим ЗАО «РЭС» ФИО4, с требование возврата сумм неотработанного аванса и уплаты сумм пени, которая также оставлена без удовлетворения, в связи с чем, 25.10.2021 управляющий направил в Арбитражный суд Свердловской области соответствующее исковое заявление.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 25.02.2022 по делу № А60-54863/2021 с ООО «Инженерные решения» (ИНН <***>) в пользу ЗАО «РусЭнергоСтрой» взыскано неосновательное обогащение в сумме 14 249 221,39 руб., неустойка в размере 5 118 628,93 руб.

Решение обжаловано не было, вступило в законную силу, 06.04.2022 для его исполнения был выдан исполнительный лист. Сведения о передаче исполнительного листа на принудительное исполнение, возбуждении исполнительного производства отсутствуют.

Таким образом, вступившим в законную силу судебным актом установлен факт частичного выполнения субподрядчиком работ, предусмотренных договорами и дополнительными соглашениями, оплата фактически выполненных работ со стороны должника. Данное решение в установленном порядке не обжаловано, не изменено и не отменено. Договоры субподряда, дополнительные соглашения к договору не оспорены, недействительными не признаны. Какие-либо обстоятельства, свидетельствующие о невыполнении субподрядчиком работ, которые приняты ЗАО «РЭС» по актам, о наличии аффилированности субподрядчика с должником либо контролирующими последнего лицами, позволяющим создать искусственный документооборот, не приведены, доказательства не представлены.

Из хронологии договорных отношений, исполнения обязательств по договорам не усматривается, что перечисление авансовых платежей осуществлялось должником в отсутствие оснований для оплаты. В ситуации фактического выполнения субподрядчиком работ, их сдачи подрядчику у последнего не имелось сомнений в дальнейшем исполнении субподрядчиком договорных обязательств, в том числе с учетом частичной сдачи результатов работ с нарушением срока. Последняя сдача работ субподрядчиком осуществлена в конце июня 2019г., в июле 2019 года было три платежа в адрес субподрядчика, при этом срок окончания части работ в июле 2019г. При перечислении оплаты субподрядчику контролирующие должника лица не могли предполагать, что работы субподрядчиком не будут выполнены. Какие-либо обстоятельства, свидетельствующие об очевидности для контролирующих должника лиц невыполнения субподрядчиком работ, не названы, доказательства не представлены.

Вопреки утверждению третьего лица, действия, направленные на истребование долга, совершены, о чем свидетельствует многочисленные претензии в адрес субподрядчика, направленные еще до возбуждения настоящего дела о банкротстве. На момент введения процедуры банкротства в отношении ЗАО «РЭС» срок исковой давности для взыскания долга не истек, иск подан, задолженность взыскана.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, в отношении ООО «Инженерные решения» (ИНН <***>) 17.09.2020 была внесена запись о недостоверности сведений (адреса места нахождения), но 24.12.2020 внесены изменения в сведения в ЕГРЮЛ в связи с переименованием (переподчинением) адресных объектов; 27.12.2021 вновь в ЕГРЮЛ внесены сведения о недостоверности сведений о ЮЛ, 29.12.2021 внесена запись о принятии регистрирующим органом решения о предстоящем исключении недействующего общества из ЕГРЮЛ, в последующем в ЕГРЮЛ вносились аналогичные записи, исключение из ЕГРЮЛ общества приостанавливалось по заявлению лица, чьи права и законные интересы нарушаются таким исключением.

Таким образом, на момент направления претензий субподрядчику, обращения в суд с иском в ЕГРЮЛ отсутствовали сведения, позволяющие оценить имущественное положение субподрядчика как отрицательное, усомниться в возможности получения долга. Не обращение в суд с иском о взыскании долга, при том, что срок исковой давности не истек, о заведомой недобросовестности контролирующих должника лиц не свидетельствует.

Доказательства реальной возможности получения долга от ООО «Инженерные решения» при обращении за его взысканием в судебном порядке ранее октября 2021 года третьим лицом не представлены.

14.02.2018 между ЗАО «РЭС» и ООО «Спецстройизоляция» заключен договор субподряда № 1375/2018-288151 на выполнение комплекса работ по устройству наружных сетей водоотведения и водопровода на объекте, сторонами согласованы сроки выполнения работ (не позднее 20.05.2018), их стоимость (21 305 889,79 руб.).

Дополнительным соглашением к договору от 26.04.2018 субподрядчик принял на себя обязательства по выполнению дополнительных работ,  согласованной стоимостью 2 636 970,50 руб., сроком выполнения до 10.05.2018.

В адрес субподрядчика в период с марта по сентябрь 2018 года перечислены денежные средства в общем размере 19 846 130 руб. (по платежным поручениям и векселями). Стоимость выполненных субподрядчиком работ составила 9 880 625,42 руб. (сданы 24.04.2018). Сумма неотработанного аванса – 9 965 504,58 руб.

03.10.2018 подрядчик отказался от исполнения договора, 20.05.2021 направил в адрес субподрядчика претензию, оставление без ответа которой послужило основанием для обращения в суд с иском о взыскании долга (иск подан представителем по доверенности, выданной конкурсным управляющим ФИО4).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.01.2022 по делу № А60-45373/2021 с ООО «Спецстройизоляция» (ИНН <***>) в пользу ЗАО «РусЭнергоСтрой» взыскана задолженность в сумме 9 965 504,58 руб.

05.04.2022 был получен исполнительный лист для принудительного взыскания указанной задолженности, на его основании было возбуждено исполнительное производство № 305907/22/66003-ИП от 17.08.2022, которое окончено 28.11.2022 на основании п. 4 ч. 1 ст. 46 Федерального закона об исполнительном производстве (у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными).

Таким образом, вступившим в законную силу судебным актом установлен факт частичного выполнения субподрядчиком работ, предусмотренных договором и дополнительным соглашением к нему, оплата фактически выполненных работ со стороны должника. Данное решение в установленном порядке не обжаловано, не изменено и не отменено. Договор субподряда, дополнительное соглашение к нему не оспорены, недействительными не признаны. Какие-либо обстоятельства, свидетельствующие о невыполнении субподрядчиком работ, которые приняты ЗАО «РЭС» по актам, о наличии аффилированности субподрядчика с должником либо контролирующими последнего лицами, позволяющим создать искусственный документооборот, не приведены, доказательства не представлены.

С учетом частичного исполнения ООО «Спецстройизоляция» предусмотренных договором и дополнительным соглашением к нему работ, оснований полагать нереальными правоотношения между данным субподрядчиком и должником не имеется.

Значительная часть платежей совершена должником в адрес субподрядной организации после истечения срока выполнения работ по договору и дополнительному соглашению, неосуществления субподрядчиком работ на объекте. Разумные пояснения их совершения в указанных условиях бывшим директором должника ФИО21 не даны. Согласно ее пояснениям несовершение действий по истребованию задолженности было обусловлено длительным спором с субподрядчиком об объемах фактически выполненных им работ, в отсутствие достоверных сведений по данному вопросу не было возможности составить требование. Однако, какие-либо документальные свидетельства ведения переговоров с субподрядчиком в материалы дела ФИО21 либо другими контролирующими должника лицами не представлены. При этом 18.10.2018 в адрес субподрядчика ЗАО «РЭС» было направлено уведомление об отказе от исполнения договора, подписанное директором ФИО21, в котором отражены суммы неотработанного аванса по договору и дополнительному соглашению.

 Между тем,  представляется, что, с учетом презумпции добросовестности хозяйствующих субъектов, в отсутствие сведений о субподрядчике, свидетельствующих о невозможности выполнения им работ, контролирующие должника лиц могли какое-то время ожидать выполнения субподрядчиком работ.

В отсутствие отношений аффилированности ООО «Спецстройизоляция» к должнику, контролирующим его лицам, оснований полагать совершение платежей в рамках действующего договора субподрядной организации,  реально осуществляющей свою деятельность, выводом активов не имеется.

На момент введения процедуры банкротства в отношении ЗАО «РЭС» срок исковой давности для взыскания долга не истек, иск подан, задолженность взыскана.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Спецстройизоляция», 29.08.2019 в реестр была внесена запись о недостоверности сведений (адреса места нахождения ЮЛ), аналогичные записи внесены регистрирующим органом в последующий период, 15.12.2021 внесена запись о принятии регистрирующим органом решения о предстоящем исключении ЮЛ из ЕГРЮЛ, аналогичная запись внесена 28.12.2022; 28.06.2023 указанное общество исключено из ЕГРЮЛ как недействующее.

Таким образом, на момент направления претензий субподрядчику, обращения в суд с иском в ЕГРЮЛ отсутствовали сведения, позволяющие оценить имущественное положение субподрядчика как отрицательное, усомниться в возможности получения долга.

Само по не совершение контролирующими должника лицами  действий по взысканию долга в судебном порядке при том, что срок исковой давности не истек, о заведомой недобросовестности контролирующих должника лиц не свидетельствует, достаточным для вывода о причинении в его результате убытков должнику не является, для этого необходимо установление реальной возможности получения денежных средств от дебитора в случае принятия своевременных мер по взысканию долга.

Между тем, доказательства реальной возможности получения долга от ООО «Спецстройизоляция» при обращении за его взысканием в судебном порядке ранее октября 2021 года третьим лицом не представлены.

С учетом изложенного, следует признать недоказанными наступление неплатежеспособности должника в результате совершения контролирующими его лицами указанных третьим лицом действий, сделки, наличие в этой связи оснований для их привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, условия для взыскания с них убытков.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции находит обоснованными доводы апеллянтов о преднамеренном банкротстве ЗАО «РЭС», в результате неправомерных действий (решений) контролирующих его лиц.

Конкурсным управляющим должника ФИО4 указано, что причиной банкротства ЗАО «РЭС» является принятие ФИО6 и ФИО11 решения о фактическом прекращении ООО СК «Русград» финансирования ЗАО «РЭС». По утверждению конкурсного управляющего должника, при наличии у головной организации группы компаний денежных средств, за счет которых было возможно погасить обязательства ЗАО «РЭС» перед контрагентами, фактически расчеты денежными средствами между обществами прекращены, с сентября 2020 года ООО СК «Русград» перешло на расчеты путем зачетов, при этом для ЗАО «РЭС» единственным источником поступления денежных средств является головная организация группы компаний, в отсутствие поступления денежных средств должник лишен возможности произвести расчет с привлеченными им подрядчиками. Управляющий полагает несправедливой созданную ФИО6 в ГК Русград схему организации группы компаний.

ФИО6 в своих пояснениях указывает, что причинами невозможности полного погашения требований кредиторов должника являются решение генерального директора ООО СК «Русград» ФИО11 и сменившего ее ФИО12 не оплачивать задолженность ООО СК «Русград» перед ЗАО «РЭС» по договорам субподряда; противоправное изъятие ФИО11 и ФИО12 денежных средств ООО СК «Русград» в свою пользу. По мнению ФИО6, момент объективного банкротства ЗАО «РЭС» совпадает с моментом наступления объективного банкротства ООО СК «Русград», поскольку финансовое положение ЗАО «РЭС» в 2020 году напрямую зависело от платежей ООО СК «Русград» по договорам субподряда на строительство объектов ГК Русград. Согласно заключению специалистов Центра экономических экспертиз «Налоги и финансовое право» от 12.02.2024, устойчивое превышение обязательств ООО СК «Русград» над его активами начало наблюдаться с третьего квартала 2021 года. Сохранение такого превышения и увеличение его суммы на последнюю отчетную дату 2021 года говорит о наступлении объективного банкротства 31.12.2021. Также отмечает, что вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу и делу № А60-40578/2021 (определение от 03.05.2024 и постановление от 27.08.2024, определение от 04.06.2024 и постановление от 12.09.2024, определение от 10.06.2024 и постановление от 13.09.2024) установлены следующие обстоятельства: добросовестность построения бизнес-модели ГК Русград, ведение бизнеса группой компаний во главе с ООО СК «Русград»; отсутствие в 2016, 2017, 2018, 2019 годах признаков банкротства у компаний группы, включая ЗАО «РЭС»; предоставление ФИО6 в конце 2019 г. – начале 2020 г. ГК Русград дополнительного финансирования в размере 99 000 000 руб. с целью предотвращения имущественного кризиса, в связи с возможным кассовым разрывом; уход ФИО6 в период с 02.03.2020 по 18.12.2020 в отпуск без сохранения заработанной платы в связи с болезнью; возникновение у ООО СК «Русград» в сентябре 2020 г. признаков неплатежеспособности в связи с кризисной ситуацией в отрасли, в том числе с учетом пандемии в 2020 г. 20.03.2020 приказом генерального директора ООО СК «Русград» ФИО11 был утвержден порядок взаимодействия структурных подразделений группы и оперативного управления проектами ГК Русград, исходя из содержания которого управление делами группы компаний было сосредоточено в руках ФИО11 Отмечает, что в 2020 году ФИО11 управляла делами группы вопреки воле ее бенефициара ФИО6, в частности, ею принято единоличное решение о заключении между ООО СК «Русград» и ООО МФК «Фордевинт» договора процентного займа от 18.05.2020 на сумму 20 млн. руб., при этом подпись ФИО6 на договоре поручительства от 18.05.2020 с ООО МФК «Фордевинт» была подделана (установлено при рассмотрении заявления ООО МФК «Фордевинт» о включении основанного на данном займе требования в реестр требований кредиторов должника). По итогам 2019г. финансовое положение ЗАО «РЭС» было удовлетворительное, на начало 2020 года чистые активы должника составляли 36 891 000 руб., достоверность бухгалтерской отчетности должника подтверждена по результатам обязательного аудита; в сентябре 2020 года в головной организации ГК Русград возникли признаки неплатежеспособности, однако, активов еще было достаточно для исполнения всех ее обязательств; согласно данным базы 1С ООО СК «Русград», после сентября 2020 года на счета общества продолжали поступать в существенном размере денежные средства (общая сумма поступлений 210 163 854,27 руб.), в том числе от заказчиков строительства объектов ГК Русград, субподрядчиком на которых, в частности, было ЗАО «РЭС»; однако, после 25.09.2020 ООО СК «Русград» практически полностью прекратило денежные расчеты с ЗАО «РЭС», осуществляя погашение задолженности перед подрядчиками в основном с использованием векселей, договоров перевода долга и взаимозачетов; денежные средства в ЗАО «РЭС» в необходимом для удовлетворения требований его кредиторов размере не направлялись; итоговое сальдо встречных предоставлений между ООО «СК «Русград» и ЗАО «РЭС» составило 26 342 654,13 руб. в пользу ЗАО «РЭС», что сопоставимо с реестром требований кредиторов должника (24 787 508,63 руб.). При этом в рамках дела № А60-40578/2021 уже установлено, что в 2021 году денежные средства ООО СК «Русград» начали противоправно изыматься ФИО11 и ФИО12 в свою пользу, ими начали совершаться вредоносные для кредиторов сделки.

ФИО21 пояснила, что ЗАО «РЭС» было полностью подконтрольно ООО СК «Русград», контролировавшим его лицам; с марта 2020 года головная организация группы компаний и, как следствие, все члены группы перешли под полный контроль непосредственно ФИО11, все решения в Группе компаний Русград принимались директором ООО СК «Русград», именно ФИО11 согласовывала и принимала решения о выборе подрядчика, стоимости и порядке оплаты, все платежи согласовывались генеральным директором ООО СКМ «Русград», без его «команды» платеж не мог быть совершен; ФИО21 работала в Группе компаний Русград с сентября 2018 года в должности юрисконсульта (ООО СК «Русград»), в последующем переведена в ООО «ССГ» юрисконсультом, затем заместителем руководителя юрслужбы, после - руководителем юрслужбы; с 23.12.2014 была назначена гендиректором ЗАО «РЭС» (стать директором должника ее попросил ФИО13, поскольку «чужого» человека назначить нельзя, существовал риск рейдерского захвата»); смена компаний не повлияла на ее должностные обязанности, она продолжала выполнять функции юриста, все документы от имени ЗАО «РЭС» подписывались ею в качестве директора общества по распоряжению гендиректора ООО СК «Русград», самостоятельные решения ею не принимались не только как гендиректором ЗАО «РЭС», но и как руководителем юрслужбы; выплаты осуществлялись бухгалтерией по прямому указанию гендиректора ООО СК «Русград»; именно ФИО11 было принято решение о прекращении денежных расчетов с ЗАО «РЭС», о подаче заявления на банкротство данного общества с целью снизить кредиторскую нагрузку ООО СК «Русград», по этой же причине были подписаны акты зачетов и сальдирования между ООО СК «Рускград» и ЗАО «РЭС»; практически все требования субподрядчиков обеспечены требованиями ЗАО «РЭС» к ООО СК «Русград», поскольку задолженность перед субподрядчиками возникла у ЗАО «РЭС» из-за неоплаты ООО СК «Русград».

Согласно пояснениям конкурсного управляющего ООО СК «Русград», лицами, руководящими компаниями группы в период, предшествующий банкротству ЗАО «РЭС» и совершению указанных управляющим должника сделок, оказавшими определяющее влияние на руководителя должника, принятие им решений, являлись ФИО6 - главный и, по сути, единственный бенефициар группы компаний Русград, лицо, полностью контролировавшее ООО СК «Русград» и все компании, входящие в группу, возглавлявший управленческую иерархию группы компаний Русград, и ФИО11, занимавшая должность генерального директора ООО СК «Русград», которые должны нести солидарную с бывшим руководителем должника ФИО1 ответственность за невозможность погашения требований кредиторов должника. Полагает экономически нецелесообразным включение в состав группы компаний «технических организаций», в том числе ЗАО «РЭС»; данное общество направляло поступившие ООО СК «Русград» от заказчиков денежные средства в целях вывода активов техническим компаниям (ООО «Инженерные решения», ООО «Спецстройизоляция», ООО «Генезисстрой»). Полагает, что руководству ГК Русград с очевидностью стало известно о тяжелом финансовом положении группы компаний не позднее 21.06.2019, ссылаясь при этом на данные проведенного им финансового анализа головной организации группы компаний, заключения о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного банкротства  ООО СК «Русград», дополнения к нему, анализа движения денежных средств по ее по счетам, обнаруженным на почтовых серверах ГК Русград файлов «О состоянии дел по объектам ГК Русград» за период июнь 2019г. – сентябрь 2020г., пояснения ФИО11, согласно которым, в Группе компаний существовал дефицит средств, финансовая ситуация была неудовлетворительной уже в 2019 году, такое положение было сглажено поступлением от заказчика в 2019 году авансирования в размере 1 298 906599,54 руб., предоставлением ФИО6 в конце 2019г. – начале 2020гг. займов на сумму 99 млн. руб., которые фактически являлись докапитализацией, обусловленной кризисным положением ГК «Русград»; неплатежеспособность ООО СК «Русград» наступила в 2019 году, в РТК данного общества включена задолженность со сроком возникновения в 2019 году. Усматривает признаки преднамеренного банкротства ООО СК «Русград» деятельность которого велась на протяжении последних лет «в долг»: заказчик крупного объекта производил оплату на крупную сумму, денежные средства частично распределялись между привлекаемыми субподрядчиками, частично расходовались на обеспечение текущей хозяйственной деятельности, частично выводились контролирующими должника (ООО СК «Русград») лицами, образовывалась задолженность перед субподрядчиками, объект сдавался, задолженность перед субподрядчиками погашалась за счет оплаты от заказчика по новому объекту. Указывает на сделки, существенным образом ухудшившие финансовое положение ООО СК «Русград», в том числе на цепочку сделок по отчуждению и передаче векселей, приобретенных  ООО СК «Русград» и приобретенных ЗАО «РЭС» за счет денежных средств ООО СК «Русград» (в том числе на цепочку сделок с векселями ПАО «Сбербанк» на сумму 25 млн. руб.)., в период совершения названных сделок ГК Русград осуществляла свою деятельность за счет субподрядчиков, расчеты с которыми производились после заключения новых договоров.

Как следует из материалов дела, схема распределения обязанностей между членами в Группе компаний Русрад уже являлась предметом рассмотрения судов, которые не сочли данную структуру и схему взаимодействия ее членов  незаконной.

Арбитражным судом Свердловской области по делу № А60-40578/2021 в определении от 29.11.2024 (на дату судебного заседания апелляционного суда 13.01.2025 не обжаловано, вступило в законную силу) установлено, что функции единоличного исполнительного органа ООО СК «Русград» в период с 09.06.2018 по 26.01.2021 выполняла ФИО11, ФИО6 занимал должность президента общества СК «Русград» с 2007 по 18.12.2020; в соответствии с организационной структурой, утвержденной президентом 18.10.2017, а также организационной структурой, утвержденной 02.07.2018. В рамках рассмотрения указанного спора (по заявлению конкурсного управляющего ФИО8 о взыскании солидарно с ФИО6 и ФИО11 в пользу общества СК «Русград» убытков в размере 45 000 000,00 руб.) между ФИО6 и ФИО11 имеется спор о том, кто из них осуществлял контроль за распоряжением денежными средствами должника при совершении спорных операций и оперативный контроль финансово-хозяйственной деятельности.

Арбитражным судом в рамках указанного спора по делу № А60-40578/2021 установлено, что согласно выписке из ЕГРЮЛ (ГРН 6196658436265 от 25.09.2019) общество СК «Русград» руководствовалось редакцией Устава от 17.09.2019. Положениями Устава (статьи 27, 34) закреплено, что руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества — генеральным директором, который подотчетен общему собранию участников общества. Генеральный директор общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки. Порядок деятельности генерального директора общества и принятия решений устанавливается внутренними документами общества, а также договором, заключенным между обществом и генеральным директором.

Ни Уставом должника, ни сведениями из ЕГРЮЛ не предусмотрена фигура президента компании, которая бы имела функции единоличного исполнительного органа общества.

Как указывал  управляющий ООО СК «Русград», ФИО6 созданы внешние условия отсутствия оснований возложения ответственности на него, фактически же он являлся теневым руководителем.

Суд, исследуя доводы конкурсного управляющего о том, что ФИО6 выполнял не только представительскую функцию в переговорах с контрагентами, но и осуществлял фактическое руководство над всеми процессами в хозяйственно-оперативной деятельности должника, стремился к сокрытию следов своей деятельности и фактов его контроля над должником, проанализировав, действительно ли указание в учредительных документах и сведениях из ЕГРЮЛ данных о единоличном исполнительном органе не соответствовало реальному управлению должником, установил, что ФИО6 являлся основателем созданной в 2007 году группы компаний «Русград» и до 18.12.2020 ее бенефициаром. В период с 2017 г. по 2019 г. более чем в 3 раза вырос объем выручки предприятий группы в связи с заключением крупных контрактов на строительство: производственного комплекса акционерного общества «Уральские Авиалинии» на сумму более 254 млн. руб.; производственного комплекса по сборке самолетов в Аэропорту «Уктус» на сумму более 116 млн. руб.; технологического здания системы организации воздушного движения в г. Екатеринбурге на сумму более 700 млн. руб.; здания школы в г. Арамиле на сумму более 780 млн. руб.; нескольких объектов для ФГУП «Госкорпорация по ОрВД» на общую сумму более 200 млн. руб.; производственного корпуса цеха № 72 и реконструкцию корпуса цеха № 57 для ОАО «ОКБ «Новатор» на сумму 1,4 млрд. руб. Выручка группы в 2019 году составила более 1,8 млрд. рублей, штат сотрудников группы составлял около 100 человек.

В группе компаний действовала организационная структура от 02.07.2018, утвержденная генеральным директором общества СК «Русград» ФИО11

Обязанности ключевых сотрудников должника были распределены следующим образом:

президент компании (ФИО6) осуществлял поиск новых объектов строительства, вел переговоры с заказчиками, согласовывал ключевые условия договоров с заказчиками, представлял интересы должника в органах власти, определял основные направления деятельности, принимал стратегические решения, значительную часть своего рабочего времени ФИО6 проводил на возводимых объектах, осуществляя контроль над ходом их строительства;

генеральный директор (ФИО11 с 09.06.2018 по 26.01.2021) руководил всей финансово-хозяйственной деятельностью группы, осуществлял оперативное управление делами должника, решением кадровых вопросов, оформлением взаимоотношений должника с компаниями, входящими в группу. Генеральный директор принимал окончательные решения о привлечении поставщиков и подрядчиков и определении условий договоров с ними, а также о совершении всех платежей предприятиями группы;

технический директор (ФИО22) непосредственно руководил процессом строительства объектов, участвовал в сдаче-приемке строительных работ и готовых объектов. Согласовывал кандидатуры поставщиков и подрядчиков и согласовал совершение должником платежей.

Согласно приказу от 23.10.2018, ФИО11 утверждены правила согласования стоимости работ/услуг по заключаемым с контрагентами договорам:        при стоимости работ/услуг/материалов по договору, заключаемому в рамках реализации строительства объекта, в размере 200 000 руб. и выше – необходимо наличие визы согласования генерального директора ФИО11 и технического директора ФИО23; при стоимости работ/услуг/материалов по договору, заключаемому в рамках реализации строительства объекта, в размере менее 200 000 руб. - необходимо наличие визы согласования руководителя проекта по соответствующему объекту; для включения заявки или счета на оплату работ/услуг в реестр платежей, вне зависимости от размера платежа, - необходимо наличие визы согласования генерального директора ФИО11; контроль за исполнением приказа был оставлен за ФИО11

Согласно приказу от 20.03.2020, отчеты структурных подразделений должника рассылались в адрес ФИО11, ФИО23 и ФИО24, доходы и расходы по объектам группы за весь период строительства подлежали утверждению ФИО11

Помимо локальных актов распределение функционала руководящего состава прослеживается и из иных письменных доказательств, которые составлялись и визировались в текущей работе: протоколов совещаний с заказчиками строительства, протоколов совещаний должника, протоколов тендеров по выбору должником подрядчиков, документами о согласовании должником цен и смет, регламентом осуществления платежей ГК «Русград», перепиской из чата платежи «Русград» - из всех указанных доказательств следует не только самостоятельное визирование принятия решений генеральным директором, но и отсутствие распоряжений по согласованию заключения договоров с конкретными поставщиками, стоимости закупа товаров и перевода денежных средств в адрес поставщиков президентом компании.

Исходя из вышеизложенных обстоятельств, суд констатировал, что группа компаний представляла собой крупную корпорацию, управление которой осуществлялось путем распределения между ответственными лицами полномочий по принятию решений, относящихся к компетенции каждого из них, при этом из представленных в материалы дела письменных доказательств следует, что оперативное управление структурными подразделениями должника и его работниками, движением денежных средств, договорной работой с субподрядчиками осуществлялось генеральным директором общества СК «Русград».

Указанное соотносится также и с пояснениями бывших работников должника.

При этом пояснения ФИО11 и ФИО6 об управлении должником и распределении обязанностей арбитражный судом не приняты, поскольку они носят взаимно обвиняющий друг друга характер и не могут объективно отражать распределение полномочий между ними, характер участия в делах должника и обстоятельства принятия решений по спорным выплатам.

Помимо изложенного в материалы дела № А60-40578/2021 были представлены иные доказательства (переписки в чате рабочей группы, протоколы совещаний, выбора подрядчиков, согласования цен и смет и т.д.), которые при их оценке в совокупности подтверждают, что ФИО11 самостоятельно принимала решения по финансово-хозяйственной деятельности должника и совершению платежей в адрес поставщиков, что относилось к ее непосредственным обязанностям. Довод о том, что ФИО6 на электронную почту присылали отчет по уже совершенным платежам не доказывает его участия в согласовании этих платежей и контролю по их совершению.

По результатам детального исследования материалов дела суд признал несостоятельным, не основанным на доказательственной базе по спору довод конкурсного управляющего ООО СК «Русград» о том, что ФИО11 являлась номинальным руководителем, в то время как фактическим исполнительным органом должника являлся ФИО6

В рамках указанного обособленного спора не доказано, что полномочия по принятию решения о заключении договоров и переводе денежных средств были возложены на какое-либо другое лицо, кроме ФИО11, как и фактическая дача распоряжений о совершении спорных платежей.

Наряду с этим судом также установлено, что ФИО6 не контролировал в оперативном режиме денежные потоки должника, его роль как президента компании заключалась в поиске новых заказчиков, ведении с ними переговоров, урегулировании рабочих вопросов с органами власти и контроле хода строительства непосредственно на объектах. При этом ФИО6 не скрывал свою роль контролирующего должника лица, а руководство оперативными вопросами хозяйственной деятельности было возложено на генерального директора, который являлся не номинальным лицом, а самостоятельно принимал решения в пределах своих полномочий, в том числе в части совершения оплат в адрес поставщиков. Факт реального участия ФИО11 в управлении компанией должника следует из совокупности письменных доказательств. При этом, отклоняя довод конкурсного управляющего о сокрытии ФИО6 фактов дачи им распоряжений о переводе спорных платежей, арбитражный суд констатировал, что ФИО6 предоставил должнику дополнительное финансирование в размере 99 000 000 руб. с целью предотвращения имущественного кризиса в конце 2019 г. – начале 2020 г., в связи с возможным кассовым разрывом в финансово-хозяйственной деятельности должника, то есть наоборот совершал действия не по выводу денежных средств, а по исполнению должником своих обязательств перед заказчиками и снижению долговой нагрузки.

По итогам рассмотрения заявления ФИО8 о взыскании убытков, судом не установлены в отношении ФИО6 факты дачи распоряжений по спорным платежам либо иного непосредственного участия в согласовании данных платежей, сделан вывод об отсутствии противоправности его поведения и причинно-следственной связи между участием ФИО6 в управлении должником и наступившим вредом, об отсутствии наличия его вины. Убытки взысканы судом с ФИО11 как с лица, фактически принявшего решение о совершении платежей в пользу ООО «Билдшоп» в рамках договора поставки в период 19.09.2019 по 18.12.2019, при совершении спорных платежей невозможно было не осознавать, что фактически происходит «задваивание» поставок по фиктивному документообороту. В результате совершения фиктивных оплат имел место вывод денежных средств в пользу контрагентов, встречное предоставление от которых отсутствовало и не могло быть получено по причине фиктивности операций.

ФИО1 (руководитель ЗАО «РЭС») в рамках дела № А60-40578/2021 давала пояснения о том, что находилась в служебной зависимости от лиц, занимавших в разное время должность генерального директора общества СК «Русград», от которых всегда получала обязательные к исполнению распоряжения по подписанию всех документов, включая договоры, акты, иные документы по обществу «РЭС».

Указанные обстоятельства соотносятся с доводами и доказательствами, представленными в рамках настоящего обособленного спора о подконтрольности ГК Русград, членов группы в 2020 году ФИО11, которая как минимум с марта 2020г., когда ФИО6 фактически отошел от дел в связи с резким ухудшением состояния здоровья, а затем продал доли участия в ООО СК «Руград» ФИО11, единолично контролировала деятельность ГК Русград, сохранив этот контроль, в том числе после назначения руководителем ООО СК «Русград» своего отца ФИО12 и формального отчуждения в его пользу 100% доли участия в уставном капитале ООО СК «Руград».

Также материалами дела подтверждается наличие финансовых затруднений в ООО СК «Русград», с целью уменьшения кредитной нагрузки на которое ФИО11 принято решение о прекращении денежных расчетов с членами группы, имевшими договорные отношения с субподрядчиками, фактически выполнявшими работы на объектах строительства, где головная организация выступала генеральным подрядчиком. При этом, как установлено ранее, в конце 2019г., начале 2020г. обществу СК «Русград» поступили денежные средства на строительство нового объекта, их поступление в значительном объеме продолжалось и  после сентября 2020г. (сотни млн. руб.), а также в ГК Русград поступило финансирование от ФИО6 в размере 99 млн. руб.

Данное решение фактически реализовано – с июня 2020г. частично, а с сентября 2020 года денежные расчеты с должником ЗАО «РЭС» фактически прекращены, дальнейшие расчеты с должником осуществлялись посредством совершения зачетов, сальдирования и пр., в том числе оформлением сделок, которые были указаны конкурсным управляющим в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности.

Принимая решение о прекращении денежных расчетов с ЗАО «РЭС», ФИО11 как контролирующее всю ГК Русград лицо безусловно была осведомлена об отсутствии у ЗАО «РЭС» (с учетом структуры взаимодействия в группе компаний, поступление платежей от головной организации являлось единственным источником денежных средств) собственных денежных средств для оплаты выполненных субподрядчиками работ, именно эту кредиторскую задолженность она и намеревалась «отсечь» для поддержки положения ООО СК «Русград», отсрочки момента падения данного общества в банкротство.

Данные действия ФИО11 и их цель подтверждаются последующим указанием подконтрольным ей генеральным директорам членов группы, с которыми прекращены денежные расчету (ЗАО «РЭС», ООО «ССГ»), в том числе генеральному директору ЗАО «РЭС» ФИО21 о подаче заявления о банкротстве данного общества.

Такое заявление генеральным директором ФИО21 подано 15.10.2020. На день раньше руководителем ООО «ССГ» подано заявление о банкротстве данного общества (№А60-51707/2020).

При этом, согласно бухгалтерской отчетности ЗАО «РЭС», по итогам 2019г. финансовое положение общества являлось удовлетворительным, на начало 2020 г. чистые активы должника составляли 36 891 000 руб., достоверность бухгалтерской отчетности должника подтверждена по результатам обязательного аудита; у общества имелись активы, в частности, дебиторская задолженность ООО СК «Русград», сопоставимая с общим размером требований кредиторов должника, впоследствии включенных в реестр требований кредиторов.

Бывший генеральный директор должника ФИО21 подтвердила факт принятия решения о прекращении ООО СК «Русград» денежных расчетов с ЗАО «РЭС», дачи распоряжения о подаче заявления в суд о банкротстве должника именно ФИО11

Данные обстоятельства ответчиком ФИО11 не оспорены и не опровергнуты.

ФИО11, с учетом отсутствия у нее статуса акционера или руководителя ЗАО «РЭС», самостоятельно реализовать данную схему не могла, данные действия ею совершены посредством дачи указаний генеральному директору должника ФИО21, именно ею совершены действия по подаче заявления о банкротстве ЗАО «РЭС». При этом ФИО21, хоть и находилась под полным контролем ФИО11, не могла не знать о последствиях прекращения денежного финансирования со стороны ООО СК «Русград» и его цели, в том числе с учетом сохранения ее функционала руководителя юридической службы ГК Русград.

При таком положении следует согласиться с доводами конкурсного управляющего должника о преднамеренном банкротстве ЗАО «РЭС», его наступлении исключительно вследствие недобросовестных действий контролирующих его лиц – ФИО11 и ФИО21

ФИО21 не отрицает свою вину, но отмечает, что действовала не самостоятельно, а под контролем и по распоряжению ФИО11, просит в этой связи учесть степень ее вины и определить размер субсидиарной ответственности не более 100 000 руб.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции полагает доказанным наличие оснований для привлечения ФИО11 и ФИО21 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «РЭС».

В то же время из материалов дела следует, что на момент прекращения ООО СК «Русград» денежных расчетов с ЗАО «РЭС» ФИО6 уже не контролировал деятельность ни группы компаний Русград, ни ООО СК «Русград», не мог принять такое решение; не является он и выгодоприобретателем в результате недобросовестных действий контролировавших в тот период должника лиц. Доказательства иного материалы дела не содержат.

В такой ситуации основания для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по ст. 61.11 Закона о банкротстве по заявленным участвующими в деле лицами доводам не установлены.

В силу п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Согласно п. 7 ст. 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Поскольку в настоящее время конкурсная масса не сформирована, расчеты с кредиторами не произведены, производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ФИО11 и ФИО1 к субсидиарной ответственности подлежит приостановлению до окончания расчетов с кредиторами.

При отмеченных обстоятельствах определение суда от 03.06.2024 полежит изменению на основании п. 1 ч. 1 ст. 270 АПК РФ (неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела) с приведением резолютивной части соответствующего определения согласно вышеизложенным выводам суда апелляционной инстанции.

На основании ст. 110 АПК РФ судебные расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другой стороны. Поскольку при подаче жалоб конкурсному управляющему была предоставлена отсрочка, а третьим лицом не представлены доказательства оплаты, государственная пошлина по апелляционным жалобам подлежит взысканию с ФИО11 и ФИО1 в доход федерального бюджета по 1 500 руб. с каждого.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 03 июня 2024 года по делу № А60-51815/2020 изменить, изложить резолютивную часть в следующей редакции:

«Признать доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «РусЭнергоСтрой» ФИО11, ФИО1.

Приостановить производство по обособленному спору до окончания расчетов с кредиторами ООО «РусЭнергоСтрой».

В удовлетворении заявления в остальной части отказать».

Взыскать с ФИО11 и ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционным жалобам по 1 500 руб. с каждого.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


Т.Ю. Плахова


Судьи


Э.С. Иксанова


М.С. Шаркевич