Постановление от 8 января 2025 г. по делу № А50-29614/2020

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-5791/2022(2)-АК

Дело № А50-29614/2020
09 января 2025 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 09 января 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 09 января 2025 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Шаркевич М.С.,

судей   Плаховой Т.Ю., Темерешевой С.В.,                           

при ведении протокола судебного заседания секретарем Шмидт К.А.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле,

(иные лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1

на определение Арбитражного суда Пермского края от 13 сентября 2024 года об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО1 о признании сделки недействительной и применении последствий её недействительности,

вынесенное в рамках дела № А50-29614/2020 о признании общества с ограниченной ответственностью «Пермстройкомплект» (ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом)

ответчик ФИО2

установил:

Решением суда от 25.01.2021 ООО «Пермстройкомплект» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении ликвидируемого должника введена процедура конкурсного производства.

Определением суда от 07.10.2023 конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

Конкурсный управляющий 12.02.2024 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой платежей от 29.06.2018 на сумму 79 850 руб., от 13.07.2018 на сумму 102 000 руб., от 23.07.2018 на сумму 63 000 руб., от 08.08.2018 на сумму 77 500 руб. в адрес ИП ФИО2 (далее – ответчик). Также просит применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО2 в пользу должника денежных средств в размере 322 350 руб.

Определением суда от 13.09.2024 (резолютивная часть от 03.09.2024) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить, заявленные требования удовлетворить.

Апеллянт ссылается на то, что конкурсный управляющий не инициировал серийные процессы, указание на рассмотрение обособленного спора к ответчику ФИО3 является неправомерным. Полагает, что имеются все основания для признания оспариваемой сделки недействительной. Отмечает, что анализ счетов должника подтверждает, что данная компания занималась выводом средств со своих счетов, участвовала в схемах обналичивания денежных средств. По мнению апеллянта, определением суда от 24.05.2022 преюдициально установлен факт того, что деятельность организации была направлена только на создание видимости реальной финансово-хозяйственной деятельности; определением суда от 04.05.2022 рассмотрен спор со схожими обстоятельствами и судом принято противоположное решение, что, по мнению апеллянта, ставит под сомнение единообразие судебной практики.

От ответчика поступил письменный отзыв об отказе в удовлетворении апелляционной жалобы.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в соответствии со статьей 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий  в ходе осуществления своей  деятельности установил, что должник перечислил в пользу ИП ФИО2 денежные средства в общем размере 322 350 руб.:

- 29.06.2018 в размере 69 000 руб. с назначением платежа «оплата по счету № 234 от 25.06.2018 за выполненную работу»;

- 13.07.2018  в размере 102 000 руб. с назначением платежа «оплата по счету № 258 от 10.07.2018 за выполненную работу»;

- 23.07.2018 в размере 63 000 руб. с назначением платежа «оплата за выполненные работы за июль по договору от 01.04.2018»;

-  08.08.2018 в размере 77 500 руб. с назначением платежа «оплата по счету № 287 от 02.08.2018 за транспортные услуги».

Как указывает конкурсный управляющий, в адрес ответчика им был направлен запрос о предоставлении документов, подтверждающих основания получения денежных средств от ООО «Пермстройкомплект». Ответ на запрос не получен, документы в адрес конкурсного управляющего не представлены.

Ссылаясь на то, что данные платежи произведены при наличии у должника признаков неплатежеспособности, в отсутствие встречного предоставления, в целях причинения вреда должнику и его кредиторам, при злоупотреблении правом конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

В качестве оснований для оспаривания сделки указаны нормы п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ст.ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что материалами дела не подтверждается совокупность признаков, необходимая для признания сделки недействительной по заявленным основаниям.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва,  исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующего.

В соответствии со ст. 32 Закона о банкротстве, ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу п. 1 ст. 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В абз. 4 п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст.ст. 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст.ст. 10 и 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании ст. 10 и п.п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по ст. 170 ГК РФ) (п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»(далее - Постановление № 25).

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление в иных формах.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по реализации принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав. При этом лицо совершает действия с незаконной целью или незаконными средствами, нарушая права и законные интересы других лиц и причиняя им вред или создавая соответствующие условия. Также под злоупотреблением правом понимается ситуация, когда лицо действует в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным образом (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.10.2015 № 18-КГ15-181, от 01.12.2015 № 4-КГ15-54, от 14.06.2016 № 52-КГ16-4).

Злоупотребление как явление проявляется в большинстве случаев в том, что при внешне формальном следовании нормам права нарушитель пытается достичь противоправной цели. Формальному подходу, в частности, может быть противопоставлено выявление противоречивых, парадоксальных, необъяснимых обстоятельств, рассогласованности в доказательствах, нелогичности доводов (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2019 № 306-ЭС19-3574).

Злоупотребление субъективным правом представляет собой также любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Пунктом 2 ст. 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу п. 8 Постановления № 25 к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10, п.п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам ст. 170 ГК РФ).

Для квалификации сделки, совершенной со злоупотреблением правом в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов, и совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по ст.ст. 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10044/11 от 17.06.2014, Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016  № 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034) отражена правовая позиция, согласно которой наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по ст.ст. 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по ст.ст. 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. В противном случае оспаривание сделки по ст.ст. 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Указанная сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ, п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве, п. 32 Постановления № 63).

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 5 Постановления № 63 разъяснил, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно п. 7 Постановления № 63 в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением суда от 22.12.2020, оспариваемые платежи совершены 29.06.2018, 13.07.2018, 23.07.2018, 06.08.2018, то есть в пределах срока, установленного п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий ссылается на то, что  на момент совершения оспариваемых платежей у должника имелись неисполненные обязательства перед ООО «Триумф» по договору поставки от 01.06.2018 в размере 4 295 410,31 руб. (определение о включении в реестр от 31.05.2021).

Между тем конкурсному управляющему следовало доказать цель причинения вреда имущественным правам должника и его кредиторов, наличие недобросовестности в действиях должника и ответчика.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978, бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Конкурсный управляющий ссылается на совершение оспариваемых платежей в отсутствие встречного предоставления.

Действительно, процессу доказывания по делам об оспаривании платежей в качестве сделок, имеющих своей целью безосновательный вывод активов должника, сопутствуют объективные сложности.

Такое положение обусловлено очевидным неравенством процессуальных возможностей, так как от истца требуется предоставление пояснений и доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его изначальной невовлеченности в договорные правоотношения.

Кроме того у заявителя в силу объективных причин, в том числе по причине неисполнения ответчиком требований управляющего о предоставлении документации, отсутствуют прямые письменные доказательства, подтверждающие наличие встречного предоставления.

С целью выравнивания процессуальных возможностей доказывания в таком случае суд принимает во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированную на основе анализа доводов конкурсного управляющего, которые бы свидетельствовали о наличии обоснованных сомнений в незаконности произведенных платежей (стандарт доказывания «prima facio»).

В частности, управляющий, не ограничиваясь указанием на не передачу ему первичной документации, был вправе ссылаться на наличие и иных косвенных обстоятельств, таких как заключение сделки на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой»), прекращение/неведение должником хозяйственной деятельности, явное несоответствие назначения платежа характеру деятельности должника либо другой стороны сделки и т.п.

При этом само по себе непредставление ответчиком доказательств в подтверждение своих возражений не должно означать выполнение истцом своей процессуальной обязанности по доказыванию (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.01.2013 по делу № 11524/12).

Вывод активов общества, как правило, имеет своей целью сохранение контроля конечного бенефициара за финансовыми ресурсами. В этой связи управляющий не был лишен возможности представить доказательства того, что совершенный платеж был совершен в рамках такой системы управления должником, которая была нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам.

Необходимо учитывать, что в случае отсутствия аффилированности участников отношений снижается вероятность наличия у совершенных платежей цели причинения вреда кредиторам, поскольку безосновательный перевод денежных средств чужому по отношению к организации лицу очевидно лишен какого-либо смысла.

В рассматриваемом случае обстоятельств, свидетельствующих об аффилированности ответчика и должника, управляющим не приведено и апелляционным судом не установлено.

В оспариваемых платежах в качестве назначения платежей указано: «оплата по счету № 234 от 25.06.2018 за выполненную работу»; «оплата по счету № 258 от 10.07.2018 за выполненную работу»; «оплата за выполненные работы за июль по договору от 01.04.2018»; «оплата по счету № 287 от 02.08.2018 за транспортные услуги».

Основным видом деятельности должника, согласно представленной в материалы дела выписки из ЕГРЮЛ, является торговля оптовая  лесоматериалами, строительными материалами и санитарно-техническим оборудованием.

ИП ФИО2 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с 17.11.2006. Дата прекращения деятельности - 11.05.2023. Основным видом деятельности предпринимателя является перевозка грузов специализированными автотранспортными средствами. К числу дополнительных видов деятельности ответчика относятся такие, как перевозка грузов неспециализированными автотранспортными средствами, аренда грузового автомобильного транспорта с водителем, транспортная обработка контейнеров, транспортная обработка прочих грузов, деятельность вспомогательная прочая, связанная с перевозками.

С учетом указанных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к выводу о возможности осуществления сторонами спорных платежей в рамках своей экономической деятельности.

Не доказано, что при совершении спорных операций стороны действовали исключительно с целью причинения вреда кредиторам и нарушением пределов осуществления гражданских прав.

Судом также отмечено, что ранее конкурсным управляющим по таким же основаниям при схожих обстоятельствах оспаривались перечисления в пользу ИП ФИО3, вступившим в законную силу определением суда от 29.07.2024 в удовлетворении заявленных требований было отказано.

Убедительных и документально подтвержденных аргументов, в соответствии с которыми конкурсный управляющий пришел к выводу о том, что правоотношения, указанные в качестве основания платежа, не могут являться такими основаниями – не приведено.

Размеры оспариваемых платежей, их совершение в пользу несвязанного с должником лица, в отсутствие доказательств обратного, исключают возможность создания искусственного документооборота, интереса в его получении для последующего обналичивания и передаче контролирующим должника лицам, а свидетельствуют о безосновательности доводов управляющего о направленности сделки на вывод активов должника.

Судебное оспаривание сделок должника является одним из механизмов пополнения конкурсной массы. При этом российский правопорядок базируется, в том числе на необходимости защиты прав добросовестных лиц и поддержании стабильности гражданского оборота, что, в числе прочего, подразумевает направленность правового регулирования и правоприменительной практики на сохранение юридической силы заключенных сделок, недопустимость инициирования серийных судебных процессов исключительно в расчете на процессуальное бездействие ответчиков; само по себе отсутствие у конкурсного управляющего документов, свидетельствующих о наличии правового основания для осуществления платежа, о недействительности сделки не свидетельствует.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не может не согласиться с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания оспариваемых платежей недействительной сделкой, ввиду недоказанности конкурсным управляющим всей совокупности условий.

Поскольку приведенные заявителем доводы полностью охватываются диспозицией ст. 61.2 Закона о банкротстве, оснований для применения положений ст.ст. 10, 168 ГК РФ к оспариваемым платежам судом апелляционной инстанции не усматривается.

Вопреки доводам апеллянта, в определении суда от 24.05.2022 не установлено, что деятельность организации была направлена только на создание видимости реальной финансово-хозяйственной деятельности.

Договор уступки прав требования (цессии) от 20.09.2019 № 36, заключенный между должником и  ООО «Юрист» (ОГРН <***>) был признан недействительной сделкой при иных обстоятельствах.

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционной жалобе не приведено.

По существу, заявитель в апелляционной жалобе выражает несогласие с выводами суда, не опровергая их. Оснований не согласиться с ними у суда апелляционной инстанции не имеется.

Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст. 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено.

Нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, являющихся самостоятельным оснований для отмены судебного акта, апелляционным судом не выявлено.

В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

В порядке ст. 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит отнесению на её заявителя. Поскольку при подаче апелляционной жалобе конкурсному управляющему должника предоставлена отсрочка по оплате государственной пошлины, то по результатам рассмотрения апелляционной жалобы государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 30 000 руб. подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 13 сентября 2024 года по делу №А50-29614/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Пермстройкомплект» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 30 000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Пермского края.


Председательствующий


М.С. Шаркевич


Судьи


Т.Ю. Плахова


С.В. Темерешева