Постановление от 7 мая 2024 г. по делу № А41-77425/2021

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ 10АП-6083/2024

Дело № А41-77425/21
08 мая 2024 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 06 мая 2024 года Постановление изготовлено в полном объеме 08 мая 2024 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А., судей Катькиной Н.Н., Шальневой Н.В., при ведении протокола судебного заседания: ФИО1, при участии в заседании: от ФИО2 – ФИО3 Х-М.Б. по доверенности от 13.03.2024;

от МИФНС № 1 по Московской области: ФИО4 по доверенности от 16.01.2024; конкурсный управляющий ООО «СПХ «Наука» - ФИО5 лично, предъявлен паспорт;

ФИО6 – слушатель; ФИО7 – слушатель, от иных участвующих в деле лиц: не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 04 марта 2024 года по делу № А41-77425/21,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 28.10.2022 ООО СПХ «Наука» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2023 конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

В Арбитражном суде Московской области подлежало рассмотрению заявление конкурсного управляющего ФИО5 о признании недействительными безналичных перечислений на сумму 2 797 783,74 руб. в пользу ФИО2, применении последствий недействительности сделки (с учетом уточнений, принятых в порядке ст. 49 АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Московской области от 04 марта 2024 года заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Признаны недействительными сделками безналичные перечисления ООО СПХ «Наука» в размере 2 797 783,74 руб. в пользу ФИО2. Применены последствия недействительности сделки. С ФИО2 в конкурсную массу ООО СПХ «Наука» взыскано 2 797 783,74 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на нарушение судом норм материального, процессуального права и неполное выяснение обстоятельств.

В своей жалобе заявитель ссылается на то, что сделка по перечислению компенсационных выплат в пользу ФИО2, в связи с ее увольнением по сокращению штата не может быть направлена на причинение вреда правам кредиторов.

В апелляционной жалобе ФИО2 заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств в обоснование своей правой позиции.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал апелляционную жалобу, просил удовлетворить ходатайство заявителя, приобщить к материалам дела дополнительные доказательства в порядке ст. 268 АПК РФ, ссылаясь на объективную невозможность участия ответчика в судебном заседании суда первой инстанции. Пояснил, что ФИО2 является лицом, ухаживающим за матерью-инвалидом, которая нуждается в постоянном наблюдении и матерью малолетнего ребенка.

В силу части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными.

К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; принятие судом решения об отказе в удовлетворении иска (заявления) ввиду отсутствия права на иск, пропуска срока исковой давности или срока, установленного частью 4 статьи 198 Кодекса, без рассмотрения по существу заявленных требований; наличие в материалах дела протокола судебного заседания, оспариваемого лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в нем сведений о ходатайствах или иных заявлениях, касающихся оценки доказательств. Признание доказательства относимым и допустимым само по себе не является основанием для его принятия судом апелляционной инстанции.

Документы, представленные ответчиком в суд апелляционной инстанции, в суд первой инстанции не были представлены.

Вместе с тем, с учетом норм части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, наличие доказательств объективной невозможности представления документов при рассмотрении обособленного спора судом первой инстанции (наличие малолетнего ребенка и уход за матерью-инвалидом), апелляционной коллегией удовлетворено ходатайство ФИО2 о приобщении новых доказательств к материалам дела.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных участвующих в деле лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте "Электронное правосудие" http://kad.arbitr.ru/.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для изменения обжалуемого судебного акта.

Согласно статье 32 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 3 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее по тексту - Закон о банкротстве) конкурсный

управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных должником.

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве установлено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Как следует из материалов дела, ФИО2 являлась главным бухгалтером должника.

17.03.2022 ответчику были перечислены денежные средства в общем размере 4 407 465,81 руб.: 1 925 297,47 руб. – основание платежа: «ИСД: N0005632 Для зачисления на счет ФИО2 Заработная плата за Февраль 2022г. Сумма 1925297-47 Без налога (НДС)»; 2 482 168, 34 руб. – основание платежа: «ИСД: N0005632 Для зачисления на счет ФИО2 Заработная плата за Февраль 2022г. Сумма 2482168-34 Без налога (НДС)».

Полагая, что перечисления в размере 2 797 783,74 руб. совершены с целью причинения вреда правам кредиторов, конкурсный управляющий должником обратился в суд с заявлением о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из доказанности управляющим совокупности условий, которые позволяют прийти к выводу о признании сделок недействительными по заявленному основанию.

Как следует из материалов дела, с учетом даты принятия к производству заявления о признании должника банкротом (28.10.2021), оспариваемые платежи совершены в период, установленный в статье 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, могут быть признаны недействительными на основании п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 5 названного выше постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указано, что в силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица (абзац второй п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (абзац первый п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве).

Таким образом, недобросовестная цель заключения сделки предполагается, если должник на момент ее совершения уже утратил платежеспособность (достаточность имущества для обслуживания долгов), и стороной сделки является заинтересованное по отношению к должнику лицо. В последнем случае предполагается и осведомленность такого лица о недобросовестной цели заключения сделки в ущерб кредиторам должника.

Применительно к рассматриваемому обособленному спору доказыванию подлежат следующие обстоятельства: заключение должником оспариваемой сделки с заинтересованным

лицом и факт причинения либо возможного причинения вреда в результате заключения сделки должнику и (или) его кредиторам.

Согласно сформированной правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16- 20056(6), определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308- ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При этом, согласно правовой позиции, изложенной в частности в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)) при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

Как следует из материалов дела, ответчик ФИО2 являлась главным бухгалтером должника.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, ответчик, являясь главным бухгалтером должника, не могла не знать о нахождении ООО СПХ «Наука» в затруднительном финансовом положении.

Факт аффилированности установлен вступившим в законную силу определением от 12.12.2023 по настоящему делу о признании недействительным договора займа № З-1 от 26.98.2021, заключенного между ООО «СПХ «Наука» и ФИО2

Как указано в абзаце седьмом пункта 5 вышеназванного постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно постановлению о прекращении уголовного дела от 28 февраля 2022 года должник имел задолженность по выплате заработной платы, начиная с марта 2021 года.

Согласно выписке по банковскому счету должника, начиная с января 2021 года, имелась просрочка по выплате заработной платы, в том числе перед ФИО2

Ответчик, являясь главным бухгалтером, знала о наличии задолженности по заработной плате, знала о наличии просрочки по выплате заработной платы.

Следовательно, оспариваемые перечисления были совершены в условиях неплатежеспособности должника, имели целью причинить вред имущественным интересам кредиторов, об указанных обстоятельствах было известно ответчику, перечисления повлекли причинение вреда имущественным правам кредиторов.

С учетом выясненных обстоятельств апелляционная коллегия считает правильным вывод суда первой инстанции о доказанности управляющим совокупности условий для признании оспариваемых платежей недействительными сделками на основании п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В свою очередь, апелляционная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции в части размера платежей, подлежащих признанию недействительными.

Так, главой 27 Трудового кодекса Российской Федерации определены гарантии и компенсации работникам, связанные с расторжением трудового договора.

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" обращено внимание на то, что при реализации гарантий, предоставляемых Трудовым кодексом Российской Федерации работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом.

В частности, в статье 178 Трудового кодекса Российской Федерации приведен перечень оснований для выплаты работникам выходных пособий в различных размерах и в определенных случаях прекращения трудового договора.

В апелляционной жалобе с учетом представленных доказательств, ФИО2 ссылается на то, что оспариваемые управляющим перечисления представляют собой компенсацию при увольнении (выходное пособие за три месяца), компенсацию за отпуск и выплату за период с 01.02.22 по 14.02.22.

Как указывает заявитель жалобы, перечисления осуществлены в пользу ФИО2 в соответствии с положениями ст. 178 ТК РФ.

Представитель заявителя жалобы пояснил, что компенсация при увольнении в размере выходных пособий за три месяца выплачена ФИО2 в соответствии с устной договоренностью с руководством Общества. Также пояснил, что ФИО2 была уволена в связи с сокращением штата, однако, в ТК РФ закреплен запрет на увольнение по инициативе работодателя одиноких матерей, воспитывающих ребенка в возрасте до 14 лет, который распространяется и на случаи сокращения численности штата.

Ответчик на момент получения уведомления о предстоящем увольнении в связи с сокращением штата являлась матерью-одиночкой, не состоящей в браке, воспитывающей ребенка в возрасте до 14 лет.

Действительно, нормы Трудового кодекса РФ (ст. 3 Кодекса) запрещают ограничивать кого-либо в трудовых правах и свободах в зависимости от должностного положения. Увольнение руководителя организации (учреждения) в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о досрочном прекращении трудового договора, по существу, является увольнением по инициативе работодателя. Глава 43 Трудового кодекса РФ, регулирующая особенности труда руководителя организации, не содержит норм, исключающих предоставление этим лицам гарантии, установленной частью 4 статьи 261 Трудового кодекса РФ в виде запрета на увольнение по инициативе работодателя одиноких матерей, воспитывающих ребенка в возрасте до четырнадцати лет, за исключением увольнения по основаниям, перечисленным в указанной части.

Вместе с тем, согласно представленным в материалы дела документам, в адрес ФИО2 было направлено соответствующее уведомление о расторжении договора в связи с сокращением штата, которая, в свою очередь, дала согласие на увольнение по данному основанию.

Устная договоренность о выплате ей компенсации в связи с увольнением в ином размере, чем это предусмотрено действующим трудовым законодательством, в отсутствие локального акта Общества, не является основанием для такой выплаты.

Таким образом, доводы ФИО2, изложенные в жалобе относительно условий ее увольнения и размера оговоренных выплат в отсутствие их документального подтверждения, не могут быть признаны апелляционной коллегией обоснованными.

В Десятый арбитражный апелляционный суд от конкурсного управляющего должником поступил отзыв на апелляционную жалобу.

Апелляционной коллегией в рамках проверки доводов апелляционной жалобы, с учетом представленных ответчиком доказательств, а также доводов отзыва конкурсного управляющего должником и расчета, установлено следующее.

В статье 178 Трудового кодекса Российской Федерации приведен перечень оснований для выплаты работникам выходных пособий в различных размерах и в определенных случаях прекращения трудового договора.

Так, выходные пособия в размерах, устанавливаемых данной нормой, выплачиваются работникам при расторжении трудового договора в связи с ликвидацией организации либо сокращением численности или штата работников организации.

В силу приведенных положений действующего трудового законодательства выплата работнику компенсаций, в том числе связанных с расторжением заключенного с ним трудового договора, должна быть предусмотрена законом или действующей в организации системой оплаты труда, коллективным договором, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативно-правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Само уведомление о расторжении трудового договора не является актом, содержащим нормы трудового права.

Статьей 178 Трудового кодекса РФ предусмотрены гарантии при увольнении сотрудников в связи с сокращением численности или штата работников организации пункт 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 178 Трудового кодекса РФ при расторжении трудового договора в связи с сокращением численности или штата работников организации увольняемому работнику выплачивается выходное пособие в размере среднего месячного заработка.

Согласно абзацу 5 статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации Работодатель взамен выплат среднего месячного заработка за период трудоустройства (части вторая и третья статьи) вправе выплатить работнику единовременную компенсацию в размере двукратного среднего месячного заработка. Если работнику уже была произведена выплата среднего месячного заработка за второй месяц со дня увольнения, единовременная компенсация выплачивается ему с зачетом указанной выплаты.

Однако данное положение применяется только к работнику, уволенному в связи с ликвидацией организации.

В силу пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при реализации гарантий, предоставляемых ТК РФ работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом.

В Определении Верховного Суда РФ от 15.10.2018 N 1-КГ18-13 указано, что "установленная работнику трудовым договором оплата труда, включая выплаты стимулирующего характера (премии, иные поощрительные выплаты), а также выходное пособие, компенсации и иные выплаты в связи с прекращением заключенного с ним трудового договора, в том числе в случае расторжения трудового договора по инициативе работника, должны быть предусмотрены законом или действующей у работодателя системой оплаты труда, устанавливаемой коллективным договором, соглашениями, другими локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. При установлении в трудовом договоре с конкретным работником названных выплат должны учитываться законные

интересы организации, других работников, иных лиц (например, собственника имущества организации), то есть должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом".

Таким образом, довод заявителя жалобы о компенсационном характере сумм, выплаченных за три месяца, противоречит действующему законодательству.

В материалы дела не представлено локальных актов, которые подтверждали бы законность произведенных в пользу ФИО2 компенсационных выплат в размере выходного пособия за три месяца.

Положениями ТК РФ также не предусмотрена компенсационная выплата при увольнении по сокращению в размере выходного пособия за три месяца.

Выплата не предусмотренного законом или действующей в организации системой оплаты труда, локальными нормативными актами выходного пособия приведет к безосновательному уменьшению конкурсной массы, что нарушит законные интересы кредиторов должника.

Из материалов дела усматривается и судом установлено, что ФИО2 всего было перечислено 4 407 465,81 рублей.

ФИО2 представлен расчет в обоснование оспариваемых конкурсным управляющим должником перечислений.

Апелляционная коллегия не может принять во внимание расчет, представленный ФИО2, поскольку ответчика с учетом положений ст. 178 ТК РФ может претендовать в данном конкретном случае на выплату выходного пособия при увольнении по сокращению штата в размере среднего месячного заработка.

Из представленного управляющим расчета усматривается следующее. 4 407 465,81 руб. – общая сумма перечислений ответчику;

870 000 руб. - заработная плата за январь 2022 года (выплачена); 457 894,74 руб. - заработная плата за февраль 2022 года;

1 334 538,48 руб. - компенсация за неиспользованный отпуск;

50 265,17 руб. - компенсация за просрочку выплаты заработной платы. 4 407 465,81-457 894,74-1 334 538,48-50 265,17=2 797 783,74 руб.

Расчет с учетом предполагаемого выходного пособия: 965 440,2 руб. – предполагаемое выходное пособие.

Итого: 4 407 465,81-457 894,74-1 334 538,48-50 265,17-965 440,2=1 599 327,22 руб.

С учетом установленных конкретных обстоятельств дела, представленных доказательств, апелляционная коллегия принимает во внимание, что расчет излишне перечисленных сумму в пользу ФИО2 с учетом положений ст. 178 ТК РФ, произведенный конкурсным управляющим должником является арифметически правильным.

Таким образом, перечисления ООО СПХ «Наука» в пользу ФИО2 подлежат признанию недействительными сделками в размере 1 599 327, 22 руб. как перечисленные заинтересованному лицу в отсутствие правовых оснований, что повлекло за собой нарушение прав кредиторов.

В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) - возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом; целью двусторонней реституции является полное устранение имущественных последствий недействительности сделки, возникших в результате ее

исполнения, путем приведения сторон в первоначальное положение, которое имело место до исполнения недействительной сделки.

Пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве закреплено, что в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В качестве применения последствий недействительности сделки в данном случае с ФИО2 в конкурсную массу ООО СПХ «Наука» подлежит взысканию 1 599 327, 22 руб.

С учетом изложенных обстоятельств определение суда от 04.03.24 подлежит изменению в части размера подлежащих признанию недействительными перечислений ООО СПХ «Наука» в пользу ФИО2

Руководствуясь статьями 223, 266-269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 04 марта 2024 года по делу №

А41-77425/21 изменить.

Признать недействительными безналичные перечисления ООО СПХ «Наука» в размере

1 599 327, 22 руб. в пользу ФИО2.

Взыскать с ФИО2 в конкурсную массу ООО СПХ «Наука»

денежные средства в размере 1 599 327, 22 руб.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 6 000

(шесть тысяч) руб. расходов по уплате госпошлины. В остальной части отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через

Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня принятия.

Председательствующий В.А. Мурина Судьи: Н.Н. Катькина

Н.В. Шальнева