Решение от 10 февраля 2025 г. по делу № А29-9085/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КОМИ

ул. Ленина, д. 60, г. Сыктывкар, 167000

8(8212) 300-800, 300-810, http://komi.arbitr.ru, е-mail: info@komi.arbitr.ru  


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А29-9085/2022
11 февраля 2025 года
г. Сыктывкар



Резолютивная часть решения объявлена 28 января 2025 года, полный текст решения изготовлен 11 февраля 2025 года.


Арбитражный суд Республики Коми в составе судьи Бебякиной Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Тяжких О.А.,

рассмотрев в судебном заседании дело

по иску акционерного общества «Бункерная компания» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

к акционерному обществу «Коми тепловая компания» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>)       

о взыскании долга и неустойки

и встречному иску акционерного общества «Коми тепловая компания» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

к акционерному обществу «Бункерная компания» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки

с участием в деле прокуратуры Республики Коми,

с участием в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора:

акционерного общества «Коми коммунальные технологии» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

ФИО1,

ФИО2,

ФИО3,

ФИО4,

ФИО5,

ФИО6, 


при участии:

представителя истца ФИО7 по доверенности,

представителя ответчика и АО «ККТ» ФИО8 по доверенности,

от прокурора: Эдигер Е.Г. по удостоверению,


установил

акционерное  общество «Бункерная компания» (далее – АО «Бункерная компания», Общество-1) обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявлением от 12.01.2023, к акционерному обществу «Коми тепловая компания» (далее – АО «КТК», Общество-2)  о взыскании по договору поставки № 048ЕП-УД/2021/05-01 от 16.12.2021 задолженности в сумме 86 140 728 руб. 89 коп., неустойки в сумме 7 321 939 руб. 38 коп. за период с 28.03.2022 по 17.01.2023 (за исключением периода моратория), а также неустойки с 18.01.2023 по дату фактической оплаты задолженности (т.д. 3 л.д. 95).

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены акционерное общество «Коми коммунальные технологии» (далее – АО «ККТ»), ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6.

В соответствии с частью 5 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в дело вступил прокурор.

Ответчик требования отклонил, полагает, что договор заключен на заведомо невыгодных для него условиях в части фактической рыночной цены мазута; ходатайствует о снижении неустойки. Подробно доводы изложены в отзыве на иск и дополнениях к нему (т.д. 2 л.д. 47, 63-64, 78-85, т.д. 4 л.д. 1-9), поддержаны представителем в судебных заседаниях.

Кроме того, ответчиком вновь заявлено ходатайство о приостановлении производства по настоящему делу до принятия судом общей юрисдикции уголовного дела, возбужденного в отношении ФИО3,  ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО1 (т.д. 9 л.д. 6-7).

Протокольным определением суда от 28.01.2025 в удовлетворении ходатайства отказано.

АО «ККТ» и прокурор поддерживают возражения ответчика.

АО «КТК» подано встречное исковое заявление о признании договора поставки № 048ЕП-УД/2021/05-01 от 16.12.2021 недействительной сделкой и применении последствий недействительности сделки посредством осуществления взаиморасчетов между сторонами за поставленную и принятую продукцию по фактической рыночной стоимости топочного мазута (т.д. 3 л.д. 47-53).

Определением суда от 13.12.2022 встречное исковое заявление принято к производству для совместного рассмотрения с первоначальным иском (т.д. 3 л.д. 73-74).

В отзыве на встречное исковое заявление и объяснениях истец требования отклонил, указав, что ответчиком не представлено доказательств заключения оспариваемого договора в ущерб интересам АО «КТК» (т.д. 3 л.д. 128-131, т.д. 4 л.д. 145-148).

Как следует из материалов дела, Общество-2 (заказчик) и Общество-1 (поставщик) заключили договор № 048ЕП-УД/2021/05-01 от 16.12.2021, согласно пункту 1.1 которого поставщик обязуется поставить заказчику топочный мазут марки 100, характеристики, количество которого указаны в Спецификации (Приложение № 1 к договору), а заказчик обязуется принять и оплатить товар (т.д. 1 л.д. 22-28).

Порядок расчетов по договору согласован в разделе 4 договора.

В Спецификации согласованы объем поставки, технические характеристики товара, место и срок поставки, цена поставки (т.д. 1 л.д. 27-28).

Стоимость поставленного товара согласована сторонами в протоколах согласования цены (т.д. 1 л.д. 32-36).

Цена договора включает стоимость товара, стоимость услуг по доставке автомобильным транспортом до места поставки, включая стоимость услуг по наливу автоцистерн на НПЗ,  налоги (НДС) (пункт 1 протокола согласования цены).

При этом в соответствии со Спецификацией оплата товара производится в течение 15 календарных дней с момента поставки товара.

24.03.2022 стороны подписали дополнительное соглашение (т.д. 1 л.д. 31).

Как указало Общество-1, им передан мазут топочный на общую сумму 184 037 087 руб. 00 коп., в подтверждение чего представлены товарные накладные; Обществом-2 оплачено за поставленный товар 97 896 358 руб. 11 коп.

Таким образом, по расчету поставщика, задолженность Общества-2 перед Обществом-1 составляет 86 140 728 руб. 89 коп. по товарным накладным № 271 от 17.03.2022, № 276 от 20.03.2022, № 289 от 24.03.2022, № 290 от 24.03.2022, № 368 от 12.04.2022, № 370 от 14.04.2022, № 372 от 20.04.2022, № 374 от 21.04.2022, ввиду чего последнее направило претензию от 08.06.2022 № 01/319 (т.д. 1 л.д. 19), неисполнение которой послужило основанием для обращения Общества-1 в арбитражный суд с иском.

Факт получения мазута, как и его оплаты в обозначенном выше размере, ответчик не оспорил, однако считает, что договор является недействительным ввиду нарушения положений Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (далее – Закон № 223-ФЗ), в связи с чем сделка ничтожна (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), заключен со злоупотреблением правом, по завышенной цене (статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), недействителен на основании пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, что послужило основанием для обращения ответчика со встречным иском.

В соответствии со статьями 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

По договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием (статья 506 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 516 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Оценив собранную по делу доказательственную базу в порядке приведенной процессуальной нормы суд счел доказанным факт поставки истцом ответчику товара и факт частичной его оплаты.

При этом суд полагает, что доводы ответчика о том, что при заключении договора допущены нарушения Закона № 223-ФЗ не должны приниматься во внимание в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 70 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума № 25), сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Норма, изложенная в пункте 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, и разъяснения о порядке ее применения направлены на укрепление действительности сделок и преследует своей целью пресечение недобросовестности в поведении стороны, намеревающейся изначально принять исполнение и, зная о наличии оснований для ее оспаривания, впоследствии такую сделку оспорить.

Стороны исполняли договор № 048ЕП-УД/2021/05-01 от 16.12.2021. До обращения Общества-1 в суд с настоящим иском Общество-2 не заявляло о нарушении процедуры заключения договора и приняло товар от истца без замечаний.

С учетом изложенного довод ответчика о недействительности (ничтожности) договора противоречит принципу добросовестности, так как поведение ответчика после его заключения давало основание истцу полагаться на действительность спорной сделки.

Указанный вывод соответствует разъяснениям, изложенным в пункте 20 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с применением Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.05.2018, и в пункте 34 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.07.2020.

Довод о том, что договор ничтожен, как совершенный с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, судом отклонен.

В пунктах 74, 75 Постановления № 25 разъяснено, что ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц; применительно к статьям 166 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

В качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

Нарушение стороной сделки закона или иного правового акта само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности.

Ответчик просит признать сделку недействительной на основании пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с данной нормой права сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 93 Постановления Пленума № 25, пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица.

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

В силу пунктов 1, 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения данных требований арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом, а поскольку злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, то такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь вышеприведенными положениями действующего законодательства, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о том, что основания для признания договора недействительным по пункту 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют, поскольку истец по встречному иску не доказал факт заключения оспоренного договора на заведомо и значительно невыгодных условиях для АО «КТК» либо наличия обстоятельств, которые бы свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки (АО «Бункерная компания») в ущерб интересам АО «КТК».

Факты сговора бывших руководителей истца и ответчика либо их иных совместных действий в ущерб интересам АО «КТК» (приведших к причинению материального ущерба, утрате собственником корпоративного контроля, умалению деловой репутации) в рассмотренном случае не установлены. Вступившего в силу приговора суда по данным обстоятельствам на дату вынесения судом решения не имеется. Между тем, в случае появления приговора суда, в котором будут установлены обстоятельства, влекущие пересмотр настоящего дела, ответчик не лишен процессуального права по подаче заявления в порядке главы 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Указание АО «КТК» на тот факт, что цена договора является, по его мнению, завышенной, не подтверждена материалами дела.

В рамках дела проведена судебная экспертиза на предмет определения рыночной стоимости мазута марки 100, поставленного в соответствии с договором поставки № 048ЕП-УД/2021/05-01 от 16.12.2021, при аналогичных условиях (дата заключения сделки, технические характеристики товара, период поставки, место поставки, услуги по доставке, перевозной транспорт, условия оплаты, прочие условия, схожие спорной сделке).

Согласно заключению эксперта от 06.12.2023 № 1520/11-3 (т.д. 6 л.д. 30-78) рыночная стоимость мазута марки 100, поставленного в соответствии с договором поставки № 048ЕП-УД/2021/05-01 от 16.12.2021, составляет 184 056 648 руб. 48 коп. с учетом НДС.

Статьей 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что экспертное заключение относится к доказательствам по делу и оценивается судами наравне со всеми представленными по делу доказательствами по правилам статьи 71 Кодекса, в том числе как допустимое доказательство.

Заключение эксперта Федерального бюджетного учреждения Северо-Западного регионального центра судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации соответствует требованиям статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, содержит все предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения, является ясным, выводы полными, заключение составлено квалифицированным экспертом, имеющим соответствующее образование, специальность и стаж работы и обладающим специальными познаниями, выводы эксперта в достаточной степени обоснованы и мотивированы, не содержат противоречий. Экспертное заключение отвечает принципам относимости и допустимости, недостоверность его не доказана, буквальное толкование подготовленного заключения позволяет определить, что спорный вопрос экспертом исследовался, на основании чего суд не находит оснований усомниться в выводах, изложенных в названном заключении. Доказательств, безусловно свидетельствующих о недостоверности сведений, изложенных в заключении, ответчиком не представлено. Нарушений порядка проведения экспертизы, предусмотренных статьями 82, 83 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом не установлено, соответственно, с учетом официальных разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» основания сомневаться в достоверности результатов исследования отсутствуют.

Оценивая рецензию на заключение судебной экспертизы, представленную ответчиком в материалы дела (т.д. 9 л.д. 28-36), суд не принимает ее в качестве надлежащего доказательства по настоящему делу, поскольку она изготовлена во внесудебной процедуре и без участия истца. Рецензия не может быть принята во внимание, поскольку представляет собой частное мнение иного лица, не привлеченного к участию в деле в качестве эксперта или специалиста с позиции статей 55, 55.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом нормами Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не предусмотрено оспаривание судебного экспертного заключения рецензией другого эксперта.

Заключение эксперта может быть признано судом ненадлежащим доказательством в случае, если экспертом нарушены требования законодательства, регулирующего порядок проведения экспертного исследования, использованы объекты исследования, полученные не от суда, назначившего экспертизу, а от иных лиц, выводы, сделанные экспертом, противоречат содержанию представленных на исследование документов, а также в силу иных причин. В этом случае заключение эксперта может быть исключено из числа доказательств, на основании которых суд разрешает рассматриваемый спор по существу.

При этом действующее законодательство не содержит указаний о том, какие именно средства и методы должны быть использованы экспертом при проведении исследования. Решение данного вопроса относится к компетенции самого эксперта. Для получения законного, обоснованного и достоверного заключения эксперт вправе использовать любые доступные способы и методы исследования.

Вопреки мнению представителя ответчика о заинтересованности эксперта, озвученному в судебном заседании 28.01.2025, доказательств заинтересованности эксперта по отношению к истцу ответчиком не представлено. Эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

С учетом отсутствия сомнений в выводах эксперта, суд не усмотрел необходимости его вызова в судебное заседание, протокольным определением суда от 28.01.2025 отказано в удовлетворении ходатайства ответчика о вызове эксперта.

Довод ответчика о  том, что результаты экспертизы опровергаются заключением эксперта по результатам проведения бухгалтерской судебной экспертизы в рамках уголовного дела, также отклонен судом.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу. Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом суд учитывает, что в рамках уголовного дела на разрешение эксперту не ставился вопрос об определении рыночной стоимости поставленного товара. Исходя из поставленных перед экспертом вопросов, устанавливались: сумма задолженности по договору; расходы, которые понес бы ответчик при условии применения цены, предлагаемой иными поставщиками; разница в стоимости поставок топочного мазута, осуществленных истцом, и расчетной стоимостью поставок по ценам ООО «ЛУКОЙЛ-Ухтанефтепереработка».

Истцом заявлено требование о взыскании неустойки на основании пункта 5.9 договора, согласно которому в случае нарушения заказчиком срока оплаты продукции, указанного в Спецификации, поставщик вправе предъявить неустойку в размере 1/365 ключевой ставки Центрального Банка Российской Федерации, увеличенной на 5%, за каждый день просрочки от суммы просроченной оплаты.

Не опровергнув арифметически расчет неустойки, ответчик просит снизить ее на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд, проверив расчет неустойки, произведенный истцом, считает его арифметически правильным, не противоречащим условиям договора.

В соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд наделен правом уменьшить неустойку, если установит, что подлежащая неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. При этом суд в каждом конкретном случае, исходя из установленных по делу обстоятельств, определяет критерии такой несоразмерности.

В соответствии постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ) (пункт 69).

Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

В пункте 73 того же постановления Пленума разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

В пункте 77 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» обращено внимание на то, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае, исходя из обстоятельств дела, в целях сохранения баланса прав и законных интересов сторон, принимая во внимание, что размер неустойки, установленный договором, соответствует общераспространенной практике делового оборота, суд не находит правовых оснований для снижения заявленной ко взысканию неустойки, в связи с чем в удовлетворении заявленного ответчиком ходатайства о ее снижении отказывает.

Истцом заявлено требование о взыскании неустойки, начисленной на сумму задолженности, по день фактической оплаты задолженности.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», согласно которым истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).

Поскольку Общество-2 не исполнило обязательства по оплате, за нарушение обязательств подлежит взысканию неустойка, начисленная истцом за период с 18.01.2023 по дату фактической оплаты задолженности, исходя из 1/365 ключевой ставки Центрального Банка Российской Федерации, увеличенной на 5% от суммы задолженности, за каждый день просрочки.

С учетом изложенного, суд удовлетворяет исковые требования о взыскании задолженности и неустойки в заявленном размере, в удовлетворении встречных требований отказывает.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 180-181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Первоначальные исковые требования удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества «Коми тепловая компания» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) в пользу акционерного общества «Бункерная компания» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) задолженность в сумме 86 140 728 руб. 89 коп., неустойку в сумме 7 321 939 руб. 38 коп. по состоянию на 17.01.2023,  неустойку с 18.01.2023 по дату фактической оплаты задолженности, исходя из 1/365 ключевой ставки Центрального Банка Российской Федерации, увеличенной на 5% от суммы задолженности, за каждый день просрочки, расходы по уплате государственной пошлины в сумме 200 000 руб.

В удовлетворении встречных исковых требований отказать.

Разъяснить, что решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке во Второй арбитражный апелляционный суд (г. Киров) с подачей жалобы через Арбитражный суд Республики Коми в месячный срок со дня изготовления в полном объеме.

Судья                                                                                               Е.А. Бебякина