Постановление от 21 июля 2025 г. по делу № А40-1710/2025

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№09АП-18859/2025-ГК

Дело №А40-1710/25
г.Москва
22 июля 2025 года
Девятый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Веклича Б.С.,

рассмотрев апелляционную жалобу АО «СОГАЗ»

на решение Арбитражного суда г.Москвы от 31.03.2025 по делу №А40-1710/25

по иску ООО «Газпром Трансгаз Краснодар»

к АО «СОГАЗ»

о взыскании убытков, неустойки,

без вызова сторон,

У С Т А Н О В И Л:

ООО «Газпром Трансгаз Краснодар» обратилось в Арбитражный суд г.Москвы с иском к АО «СОГАЗ» о взыскании убытков в размере 712 463 руб. 60 коп., неустойки в размере 51 950 руб. 47 коп. (с учетом уточнения иска в порядке ст.49 АПК РФ).

Решением суда от 31.03.2025 иск удовлетворен.

Не согласившись с принятым по делу решением, ответчик обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на нарушение и неправильное применение судом норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела.

Истец возражает против доводов жалобы по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Дело рассмотрено без вызова сторон в порядке ст.272.1 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного решения проверены судом апелляционной инстанции в порядке ст.ст.266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ООО «Газпром Трансгаз Краснодар» в соответствии с договором от 30.11.2020 №01/1600-Д-27/21 является арендатором имущества ПАО «Газпром», застрахованного на основании заключенного с АО «СОГАЗ» договора от 13.07.2021 №21РТ0210

Согласно п.1.1 договора АО «СОГАЗ» обязуется возместить страхователю или выгодоприобретателю причиненные вследствие страхового случая убытки (выплатить страховое возмещение).

В соответствии с п.1.2 договора ООО «Газпром Трансгаз Краснодар» является выгодоприобретателем по договору.

16.09.2021 на объекте КС «Майкопская» Майкопского ЛПУМГ ООО «Газпром Трансгаз Краснодар» произошел вынужденный останов ГПА-4РМ-03 ст.3 (инв №559912) зав. №Н5А034 по причине износа шлиц шестерен коробки приводов. При разборке коробки приводов выявлен взаимный износ в шлицевом соединении шестерен Н40600180 и Н40600045, находящихся в цепи привода между «блоком конических шестерен», приводом маслонасоса и валом индуктора.

Истец в соответствии с условиями договора страхования уведомил страховщика о произошедшем событии (письмо от 23.09.2021 №04/0410/6593).

Письмом от 03.02.2022 №СГ-13580 ответчик подтвердил, что заявленное обществом событие обладает признаками страхового случая.

Согласно п.3.1.6.2 договора в отношении страхования в соответствии с условиями раздела 3 ст.3 для определения суммы убытка в случае повреждения машин и механизмов основой для расчета величины страхового возмещения является стоимость его восстановления.

Стоимость восстановления означает все необходимые расходы, которые понес или мог понести страхователь (выгодоприобретатель) для ремонта или замены с использованием новых материалов, деталей и агрегатов аналогичного типа и качества, включая необходимые затраты по доставке имущества к месту ремонта и обратно, по приемке, дефектации, разборке, монтажу и проведению испытаний в соответствии с установленными регламентирующими документами и техническими нормами для целей проведения ремонта.

Аварийно-восстановительный ремонт двигателя произведен на основании заключенного между обществом и ООО «ОДК Инжиниринг» договора от 08.06.2020 №126-20и/16/СТРСЛ/0297 и спецификации от 25.04.2022 №7.

Сумма аварийно-восстановительного ремонта двигателя с учетом изменения от 29.09.2022 №1 к спецификации от 25.04.2022 №7 к договору составила 4 274 781,60 руб., в том числе НДС (20%) 712 463,60 руб.

Акт сдачи-приемки выполненных работ от 14.11.2022 №141122/0002 сторонами подписан.

Оплата на общую сумму 4 274 781,60 руб. за выполненные работы произведена истцом в полном объеме платежными поручениями от 12.07.2022 №27451, от 22.1.2022 №54381.

В соответствии с условиями договора (п.п.2.3.1.5.3) истец представил в адрес страховщика заявление от 24.01.2023 №02/0410/0440 на выплату страхового возмещения в размере 4 274 781,60 руб. с приложением полного пакета обосновывающих документов.

Платежным поручением от 27.03.2023 №24992 АО «СОГАЗ» произвело частичную выплату страхового возмещения в размере 3 562 318 руб.

Согласно представленному расчету страховщика от 04.04.2023 №СГи-00000771 из суммы заявленного страхового возмещения исключен НДС в сумме 712 463,60 руб., что по мнению истца противоречит условиям раздела 3 п.2.3.2 договора.

Ответчик требования истца в порядке досудебного урегулирования спора не удовлетворил, что послужило основанием для обращения с иском в суд.

По договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы). По договору имущественного страхования могут быть, в частности, застрахован риск утраты (гибели), недостачи или повреждения определенного имущества (ст.929 ГК РФ, ст.930 ГК РФ).

Основанием возникновения обязательства страховщика по выплате страхового возмещения является наступление предусмотренного в договоре события (страхового случая) (п.1 ст.929 ГК РФ, п.2 ст.9 Закона РФ «Об организации страхового дела в Российской Федерации»). Пункт 2 ст.9 Закона РФ «Об организации страхового дела в Российской Федерации» определяет страховой случай как совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю либо иным лицам.

В соответствии с п. 2.3.2 договора страхования имущества страховщик в пределах установленных лимитов и подлимитов ответственности страховой компании возмещает при любых убытках по любым страховым случаям суммы налога на добавленную стоимость, предъявленные к оплате страхователю (выгодоприобретателю) или уже им оплаченные как в процессе ремонта поврежденного в результате страхового случая имущества, так и в процессе приобретения имущества, в том числе взамен погибшего/утраченного.

Суд, оценив представленные в материалы дела доказательства на основании положений ст.71 АПК РФ, удовлетворил исковые требования, отклонив ходатайство о применении положений ст.333 ГК РФ.

Суд указал, что из буквального толкования п.2.3.2 следует, что НДС возмещается страховщиком в составе страхового возмещения во всех случаях и это не зависит от наличия у страховщика права на получение налогового вычета по НДС и/или реализации им такого права. В договоре также отсутствуют условия, в соответствии с которыми страховщик вправе выплачивать страховое возмещение без НДС.

Рассматривая спор, суд первой инстанции, вопреки доводам апелляционной жалобы, на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, правильно установил фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, и применил нормы материального права.

Доводы апелляционной жалобы о нарушении судом норм процессуального права при принятии уточнений иск в порядке ст.49 АПК РФ отклоняются как основанные на ошибочном толковании ответчиком норм права.

Надлежит учитывать, что в действующей системе нормативного регулирования независимо от того, каким образом при обращении за судебной защитой инициатор спора поименовал вид правовосстановительной меры или тип ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции, вопреки ответчика, корректно реализовал установленный Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации стандарт проверки переданных на его рассмотрение притязаний, дал верную квалификацию предъявленному требованию и применил соответствующие этому нормы материального права.

Как следует из решения, вывод суда в своей содержательной части базируется преимущественно на специальных предписаниях Гражданского кодекса Российской Федерации, посвященных регулированию страховых обязательств, а также нормах Закона РФ от 27.11.1992 №4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации».

Согласно ч.2 ст.15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение данной меры ответственности возможно лишь при наличии условий наступления ответственности, предусмотренных законом. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие и размер убытков, причинно-следственную связь между наличием убытков и действиями ответчика.

В рассматриваемом споре убытки Общества, обусловленные необходимостью восстановления поврежденного имущества, находятся в прямой причинно-следственной связи не только с событиями страхового случая, но и неправомерными действиями Ответчика по отказу в возмещении убытков (выплате страхового возмещения).

Возможность взыскания со страховой компании убытков вследствие неправомерных действий страховой компании по отказу в выплате страхового возмещения предусмотрена пунктом 16 Обзора судебной практики по делам, связанным с защитой финансовых услуг (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.09.2017), п.4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3 (2018) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018).

Взыскание убытков со страховой компании вследствие невозможности произвести надлежащее исполнение договора страхования в рассматриваемых примерах судебной практики производилось в рамках рассматриваемых спорах, то есть не квалифицировалось судами как изменение предмета и основания требования.

АО «СОГАЗ» полагает, что судом оставлен без внимания факт исчерпания установленного договором страхования суммарного лимита ответственности (общей суммы выплат страхового возмещения).

Соответствующий довод заявителя апелляционной жалобы также не может быть признан обоснованным.

Само по себе установление договорного ограничения (лимита) страховых выплат не противоречит положениям действующего гражданского законодательства, которое исходит из принципа свободы договора в части определения предела обязательств страховой компании.

Материалами дела подтверждается, что предусмотренный договором страхования от 13.07.2021 лимит страхового возмещения (подпункт «б» п.3.4.2 договора – 2 000 000 000 руб.) не исчерпан ни на момент обращения ООО «Газпром Трансгаз Краснодар» к АО «СОГАЗ» с заявлением и с приложением полного пакета обосновывающих документов (30.01.2023), ни на дату частичной выплаты (27.03.2023).

При этом страховщик осуществлял выплаты по событиям, в том числе до сентября 2024 года (реестр заявлений, поданных в рамках договора страхования, строка 55), то есть спустя значительный период времени с момента надлежащего обращения страхователя.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерацией от 07.09.2021 №4-КГ21-39-К1, исчерпание страхового лимита, произошедшее после неправомерного отказа страховой компании в удовлетворении своевременно заявленного требования об осуществлении страхового возмещения, не может служить безусловным основанием для возложения на выгодоприобретателя связанных с этим неблагоприятных последствий и освобождения страховщика от ответственности.

Своевременное выполнение страховой компанией возложенных на нее законом и договором обязательств позволяло беспрепятственно исключить заявленный риск исчерпания лимитов в отношении выгодоприобретателя (ООО «Газпром Трансгаз Краснодар»).

Непринятие такого рода мер, которое фактически и явилось первопричиной инициирования судебного разбирательства, не может быть приведено ответчиком в качестве законного основания для подтверждения своей правовой позиции.

Подобный отказ в осуществлении страхового возмещения в пользу одного из выгодоприобретателей, заявление о выплате которым было подано ранее других выгодоприобретателей, выплата которым впоследствии была произведена в полном объеме, фактически нарушает права такого конкретного выгодоприобретателя, приводит к необоснованной приоритетности имущественного предоставления в пользу одного из множества заинтересованных лиц.

Несмотря на то, что обязательство АО «СОГАЗ» по выплате страхового возмещения возникает на основании единого договора страхования, заключенного с ПАО «Газпром», выгодоприобретатели действуют в гражданском обороте как самостоятельные субъекты права с различными дифференцированными имущественными массами.

Произвольный отказ страховой компании в выплате страхового возмещения в пользу одного из выгодоприобретателей, который обратился за выплатой страхового возмещения в установленном порядке, в надлежащий срок, когда пределы ответственности страховщика еще не были исчерпаны, неминуемо приводит к нарушению его прав и законных интересов, устанавливает необоснованную преференцию в пользу иного выгодоприобретателя, выплата которому будет произведена в полном объеме, несмотря на более позднее обращение за выплатой.

Данная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 19.06.2025 по делу №А40-71188/2024.

Между тем с позиции действующего гражданского законодательства (ст.ст.929, 930, 947 ГК РФ), специальных предписаний Закона об организации страхового дела (в частности, ст.10 указанного Закона), а также норм законодательства о налогах и сборах (ст.ст.171, 172, 250 Налогового кодекса Российской Федерации) страховое возмещение рассматривается в качестве консолидированной денежной суммы, составляющие которой для целей выплаты характеризуются единством правовой судьбы.

О необходимости именно такой квалификации соответствующей суммы свидетельствует и устойчивая практика Верховного Суда Российской Федерации (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации №140 305-ЭС23-15315, 305-ЭС23-17711 и иные).

Из указанного следует, что фискальная составляющая страхового возмещения носит производный характер по отношению к базовой сумме возмещения (отражающей собственно степень имущественных потерь) и всецело следует ее судьбе.

Учитывая такую особенность, стороны при заключении договора в прямой постановке предусмотрели обязанность страховщика возместить НДС в составе страхового возмещения, независимо от конкретного основания для его начисления (п.2.3.2).

В рассматриваемой ситуации повреждения были причинены объекту, параметры страхования в отношении которого зафиксированы в разделе 4 договора.

По утверждению страховой компании, к спорному случаю подлежали применению условия подпункта «б» п.3.4.2 договора, в соответствии с которым суммарный лимит ответственности установлен в размере 2 000 000 000 руб. за весь период действия договора.

Учитывая положения ст.65 АПК РФ, а также принимая во внимание специфику распределения обязанности по доказыванию по рассматриваемой категории споров, АО «СОГАЗ», ссылающееся на данное обстоятельство, должно было представить подтверждения не только формального превышения поименованного показателя, но и того, что произведенные ранее выплаты были связаны именно с возмещением по страхованию, осуществляемому в соответствии с условиями Раздела 3 ст.3 договора («поломка машин и оборудования»), в связи с чем подлежали учету именно в составе заявленного лимита, а не иных установленных договором предельных пороговых значений, например, в пределах лимита, установленного по страхованию риска «Прямая физическая гибель, утрата и повреждение имущества» (лимит по которому составляет 3 500 000 000 руб.).

АО «СОГАЗ» не представлены в материалы дела данные, которые с разумной степенью достоверности подтверждают структуру произведенных выплат и позволяют констатировать, что заявленные страховые возмещения состоялись вследствие корректного, целевого расходования денежных средств, не были сопряжены с включением в состав выплат тех элементов, которые не подлежали компенсации.

Довод ответчика о несоразмерности неустойки и необходимости применения положений ст.333 ГК РФ подлежит отклонению.

Согласно п.71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (п.1 ст.2, п.1 ст.6, п.1 ст.333 ГК РФ).

В п.72 Постановления Пленума указано, что заявление ответчика о применении положений статьи 333 ГК РФ может быть сделано исключительно при рассмотрении дела судом первой инстанции или судом апелляционной инстанции в случае, если он перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (ч.5 ст.330, ст.387 ГПК РФ, ч.6.1 ст.268,  ч.1 ст.286 АПК РФ).

В соответствии с п.73 Постановления Пленума бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (ч.1 ст.56 ГПК РФ, ч.1 ст.65 АПК РФ).

Пунктом 75 указанного Постановления Пленума предусмотрено, что при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (п.п.3, 4 ст.1 ГК РФ).

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

Оснований для снижения размера неустойки не имеется.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных ст.270 АПК РФ, для изменения или отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь ст.ст.266, 268, 269, 271, 272.1 АПК РФ,

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда г.Москвы от 31.03.2025 по делу №А40-1710/25 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.


Судья:                                                                                                                      Б.С. Веклич