Постановление от 14 сентября 2020 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-8733/2020(1)-АК

Дело №А60-6656/2020
15 сентября 2020 года
г. Пермь


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Герасименко Т.С.,

судей Мартемьянова В.И., ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Леконцевым Я.Ю.,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле

(истец и ответчик в заседание суда не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично путем размещения информации на Интернет-сайте суда),

рассмотрев в открытом судебном заседании

апелляционную жалобу истца, ОАО «Уральский научно-исследовательский технологический институт» в лице конкурсного управляющего ФИО2,

на решение Арбитражного суда Свердловской области

от 25 июня 2020 года

по делу № А60-6656/2020

по иску ОАО «Уральский научно-исследовательский технологический институт» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к ФИО3

о привлечении к субсидиарной ответственности,

установил:

ОАО «Уральский научно-исследовательский технологический институт» в лице конкурсного управляющего ФИО2 (далее – истец, ОАО «УралНити») обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к ФИО3 (далее – ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 138304 руб. задолженности по обязательствам ООО «Уралсервис».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 25.06.2020 (резолютивная часть от 18.06.2020) в удовлетворении исковых требований отказано.

Истец обжаловал решение от 25.06.2020 в апелляционном порядке, просит его отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления истца в полном объеме.

В апелляционной жалобе истец указывает, что недобросовестность действий ответчика выражается в том, что в ЕГРЮЛ внесены недостоверные сведения об адресе места нахождения ООО «Уралсервис», о чем имеется отметка в строке 11 расширенной выписки. Также полагает, что поскольку ответчик каких-либо пояснений по делу не дал, то бремя доказывания отсутствия нарушений обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Письменный отзыв на жалобу не поступил.

Истец и ответчик надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, представителей в судебное заседание не направили, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ООО «Уралсервис» (ИНН <***>) зарегистрировано в ЕГРЮЛ в качестве юридического лица 20.12.2017, с момента регистрации общества его директором являлся ФИО3, участником – ФИО4 (л.д. 24).

Арбитражным судом Свердловской области в рамках дела №А60-71185/2018 вынесен судебный приказ о взыскании с должника ООО «Уралсервис» в пользу ОАО «УралНити» 135 767, 35 руб., в том числе 116 200 руб. долга по договору аренды №ПВН 18/53 от 01.03.2018 за период март-сентябрь 2018 г., 19 567,35 руб. неустойки, начисленной за период с 15.03.2018 по 20.11.2018, а также 2 537 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за подачу заявления о выдаче судебного приказа.

07.02.2019 ОАО «УралНити» на основании данного судебного приказа обратилось в Железнодорожный районный отдел судебных приставов г.Екатеринбурга с заявлением о возбуждении исполнительного производства.

Судебным приставом-исполнителем постановлением от 14.02.2019 возбуждено исполнительное производство №5718/19/66002-ИП (л.д. 11).

19.12.2019 ОАО «УралНити» в адрес ФИО3 направило досудебную претензию с требованием о погашении им задолженности за ООО «Уралсервис» (л.д. 14-15).

Истец указывает, что в ходе исполнительного производства судебным приставом-исполнителем установлено, что движимое и недвижимое имущество, зарегистрированное на имя ООО «Уралсервис», а также счета в банках, отсутствуют.

В связи с неисполнением ООО «Уралсервис» вышеуказанного судебного приказа, а также в связи с неисполнением директором Общества ФИО3 требований претензии в добровольном порядке, взыскатель - истец обратился в арбитражный суд с иском о привлечении ФИО3, являющегося руководителем ООО «Уралсервис», к субсидиарной ответственности по обязательствам основного должника перед истцом в размере 138 304,55 руб.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности обстоятельств, позволяющих привлечь ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого решения в силу следующего.

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом.

В силу положений п. 2 ст. 56 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или другим законом.

Аналогичные положения содержатся и в п. 1 ст. 87 ГК РФ, п. 1 ст. 2 Закона N 14-ФЗ от 08.02.1998 "Об обществах с ограниченной ответственностью" (Закона N 14-ФЗ).

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 ст. 53.1 ГК РФ, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ).

Частью 3.1 ст. 3 Закона N 14-ФЗ установлено, что исключение общества из Единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред обществу и его кредиторам, и т.д.

Участие в экономической деятельности может осуществляться гражданами как непосредственно, так и путем создания коммерческой организации, в том числе в форме общества с ограниченной ответственностью.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора-документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя. Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц-руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности необходимо доказать наличие убытков у потерпевшего лица, противоправность действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственную связь между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) - кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица-руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Бремя опровержения обоснованных доводов заявителя лежит на лице, привлекаемом к ответственности.

Таким образом, само по себе наличие презумпций (вины, причинно-следственной связи и т.д.) означает лишь определенное распределение бремени доказывания между участниками спора, что не исключает ни право ответчика на опровержение приведенных заявителем доводов, ни обязанности суда исследовать и устанавливать наличие всей совокупности элементов, необходимых для привлечения ответчиков к ответственности.

Соответственно, при рассмотрении такой категории дел как привлечение руководителя, участника к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества) суд должен исследовать и давать оценку не только заявленным требованиям и приведенным в обосновании требований доводам, но и исследовать и оценивать по существу приводимые ответчиком возражения, которые должны быть мотивированы и документально подтверждены.

В силу положений статей 9, 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений; лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

В качестве основания для привлечения ответчика (руководителя общества) к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица истец указывает на то, что ходе исполнительного производства №5718/19/66002-ИП судебным приставом-исполнителем движимое и недвижимое имущество, зарегистрированное на имя ООО «Уралсервис», а также счета в банках, не обнаружены, принудительное исполнение судебного приказа, вынесенного в рамках дела №А60-71185/2018, не возможно.

Вместе с тем, как верно отмечено судом первой инстанции, ООО «Уралсервис» из ЕГРЮЛ не исключено, является действующим лицом, в процедуре банкротства не находится.

Ссылка истца на наличие возбужденного в отношении ООО «Уралсервис» исполнительного производства не свидетельствует об отсутствии у общества имущества, на которое может быть обращено взыскание.

При этом согласно общедоступным сведениям с сайта Федеральной службы судебных приставов исполнительное производство №5718/19/66002-ИП не окончено и не прекращено.

Исходя из изложенного, довод о недостаточности имущества ООО «Уралсервис» документально не подтвержден, в связи с чем признается несостоятельным.

Наличие у ООО «Уралсервис», непогашенной задолженности само по себе не может являться бесспорным доказательством вины руководителя общества, в неуплате указанного долга, равно как свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга.

Кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица-руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Однако, доказательств наличия соответствующих обстоятельств, в частности того, что при наличии достаточных денежных средств (имущества) ответчик уклонялся от погашения задолженности перед истцом, скрывал имущество общества, выводили активы и т.д., истцом не представлено, в связи с чем не усматривается причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) ФИО3, обстоятельствами исполнения/неисполнения обязательства ООО «Уралсервис» перед истцом, и наличием убытков истца в заявленном размере.

Вопреки доводам апеллянта, то обстоятельство, что в ЕГРЮЛ внесено указание на недостоверные сведения об адресе места нахождения ООО «Уралсервис» не может свидетельствовать о недобросовестности или неразумности действий ответчика, поскольку для внесения достоверных сведений об адресе юридического лица необходимо внесение соответствующих изменений в устав, которые вносятся на основании решения его участников.

Также апеллянт полагает, что поскольку ответчик каких-либо пояснений по делу не дал, то бремя доказывания отсутствия нарушений обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Тот факт, что ответчик отзыв на заявленные требования не представил, каких-либо письменных пояснений не давал, не может служить основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности в отсутствие необходимых доказательств наличия в его действиях состава правонарушения.

При изложенных обстоятельствах, у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения требований о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Уралсервис».

Доводы истца, содержащиеся в жалобе, не влияют на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой суда установленных обстоятельств по делу и имеющихся в деле доказательств, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

При указанных обстоятельствах решение суда является законным и обоснованным.

Иного из материалов дела не следует, суду не доказано.

Основания для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам отсутствуют, нормы материального и процессуального права применены судом верно.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со ст. 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя. Поскольку апеллянт не представил доказательств уплаты госпошлины, с него в доход федерального бюджета подлежит взысканию 3 000 рублей.

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 25 июня 2020 года по делу № А60-6656/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ОАО «Уральский научно-исследовательский технологический институт» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

ФИО5

Судьи

ФИО6

ФИО1