Постановление от 26 апреля 2021 г. по делу № А13-6835/2018

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-6835/2018
г. Вологда
26 апреля 2021 года


Резолютивная часть постановления объявлена 19 апреля 2021 года.

В полном объёме постановление изготовлено 26 апреля 2021 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Писаревой О.Г. и Селецкой С.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии от ФИО2 и ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 03.12.2020,

рассмотрев в открытом судебном заседании ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 25 февраля 2021 года по делу № А13-6835/2018,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «МТК-Челябинск» (далее – ООО «МТК-Челябинск») 08.05.2018 обратилось в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Вологодский завод металлоконструкций» (далее – ООО «ВЗМК», должник).

Определением суда от 28.05.2018 заявление принято, назначено судебное заседание по проверке обоснованности требований заявителя к должнику, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «ВЗМК».

Определением от 25.07.2018 (резолютивная часть объявлена 17.07.2018) в отношении ООО «ВЗМК» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО5.

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в издании «Коммерсантъ» от 28.07.2018 № 133.

Решением суда от 31.01.2019 (резолютивная часть оглашена 18.01.2019) ООО «ВЗМК» признано несостоятельным (банкротом) в отношении него открыта процедура конкурсного производства; исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника назначена ФИО5 до утверждения судом кандидатуры конкурсного управляющего должника.

Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в издании «Коммерсантъ» от 02.02.2019 № 19.

Определением суда от 11.02.2019 конкурсным управляющим ООО «ВЗМК» утвержден ФИО6.

Конкурсный управляющий ФИО6 11.11.2019 посредством системы «Мой Арбитр» обратился в суд с заявлением к ФИО2, ФИО3 (далее – при совместном упоминании ответчики) о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 94 118 200 руб. 89 коп.

Определением суда от 18.11.2019 заявление конкурсного управляющего принято к производству, назначено предварительное судебное заседание по его рассмотрению.

Определением суда от 27.01.2020 назначено судебное заседание по рассмотрению заявления конкурсного управляющего.

Определениями суда от 26.03.2020, от 16.06.2020 судебное заседание отложено.

На основании определения исполняющего обязанности председателя первого судебного состава Арбитражного суда Вологодской области ФИО7 от 28.07.2020 настоящее дело передано на рассмотрение судье Юшковой Н.С.

Конкурсный управляющий требования поддержал (с учетом принятого в порядке статьи 49 АПК РФ уточнения заявленных требований). Пояснил, что датой возникновения признаков неплатежеспособности должника является 15.11.2017 – дата получения должником претензии кредитора ООО «МТК-Челябинск» о необходимости погасить задолженность по поставке товара в октябре 2017 года. В связи с этим полагает, что ФИО2, являющийся руководителем должника, должен был обратиться в суд с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом) не позднее 16.12.2017. Указанная обязанность руководителем должника не исполнена, что привело к увеличению задолженности ООО «ВЗМК» перед кредиторами, возникновению задолженности по текущим платежам.

В качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 конкурсный управляющий указал также на факт непередачи бывшим руководителем документации должника, что существенно затруднило формирование конкурсной массы. Также считает, что в результате совершения (одобрения) руководителем и учредителем должника сделок, признанных в последующем недействительными, причинен вред имущественным права кредиторов.

По указанным основаниям просит привлечь солидарно бывшего руководителя ООО «ВЗМК» ФИО2 и учредителя ООО «ВЗМК» ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества. Размер субсидиарной ответственности установить после реализации имущества и удовлетворения требований кредиторов.

Представитель конкурсного кредитора ООО «ГСП-4» требование конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности поддержал. Однако указал, что признаки банкротства Общества имелись по состоянию на 01.11.2016 (три месяца с даты возбуждения исполнительного производства на основании выданного Арбитражным судом города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.04.2017 по делу № А56-87240/2015 исполнительного листа о взыскании с ООО «ВЗМК» в пользу ООО «НПО «Феникс» задолженности в сумме 837 000 руб. основного долга). В связи с этим полагает, что ФИО2, являющийся руководителем должника, должен был обратиться в суд с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом) не позднее 01.12.2016, а ФИО3, являющаяся учредителем должника, не позднее 11.12.2016. В остальной части требования конкурсного управляющего поддержал.

Представитель ответчиков в судебном заседании возражал против удовлетворения требований конкурсного управляющего, а также доводов конкурсного кредитора по основаниям, изложенным в отзыве и дополнениях к нему. Считает, что ФИО3 не было известно о признаках неплатежеспособности Общества на даты, указанные конкурсным управляющим и конкурсным кредитором, полагает, что признаки объективного банкротства у ООО «ВЗМК» отсутствовали. При этом ФИО3 в 2017-2018 годах находилась на лечении, в связи с чем, в указанный период непосредственного участия в управлении Обществом не принимала. С учетом изложенного считает требования конкурсного управляющего не подлежащими удовлетворению.

Определением суда от 25.02.2021 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично, признано доказанным наличие оснований, предусмотренных абзацем третьим пункта 4 статьи 10, статьями 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» для привлечения ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Вологодский завод металлоконструкций». Производство по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Вологодский завод металлоконструкций» ФИО6 о привлечении ФИО2, ФИО3 на основании абзаца третьего пункта 4 статьи 10, статей 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Вологодский завод металлоконструкций» приостановлено до окончания расчётов с кредиторами. В отдельное производство выделено заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Вологодский завод металлоконструкций» ФИО6 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за непередачу документации конкурсному управляющему.

ФИО2 и ФИО3 с определением суда не согласились, в апелляционной жалобе просят его отменить, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных требований. В обоснование жалобы указали, что судом неправильно определены момент возникновения признаков объективного банкротства у ООО «ВЗМК» и даты возникновения обязанностей руководителя и учредителя ООО «ВЗМК» по обращению в суд заявлениями о банкротстве.

Согласно заключению эксперта от 08.11.2019 № 1/2019, в период ООО «ВЗМК» с 01.01.2016 по 31.12.2018 произведены выплаты работникам должника в общей сумме 27 695 392 руб. 63 коп., перечислены денежные средства поставщикам в сумме 126 188 326 руб. 44 коп.

В судебное заседание были представлены инвентаризационные ведомости имущества ООО «ВЗМК», из которых следует, что ООО «ВЗМК» располагало имуществом, размер которого обеспечивал удовлетворение требований кредиторов.

Факт обращения ООО «ВЗМК» в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о предоставлении рассрочки исполнения решения по делу № А56-87240/2015, не может свидетельствовать о признаках объективного банкротства, тем более что в предоставлении отсрочки было отказано.

У суда не имелось оснований для привлечения ФИО2, ФИО3 для привлечения их к субсидиарной ответственности в соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве.

Совершенные ФИО2 сделки, на которые суд указывает в своем решении не могли привести ООО «ВЗМК» к банкротству т.к. на момент их совершения должник обладал имуществом для удовлетворения требований кредиторов, что подтверждается представленными инвентаризационными ведомостями имущества ООО «ВЗМК».

Несмотря на то, что ФИО2, совершил действия по снятию денежных средств в размере 8 000 000 руб. и перечислению денежных средств в размере 19 485 000 руб., эти действия не могли привести ООО «ВЗМК» к банкротству, т.к. во-первых, размер имеющегося на балансе ООО «ВЗМК» имущества позволял произвести все расчеты с кредиторами, во-вторых, в мае 2017 года ООО «ВЗМК» был заключен договор поставки с ООО «СГП-4», согласно условий которого на расчетный счет ООО «ВЗМК» поступило более 90 000 000 руб.

Действия и сделки по снятию и перечислению денежных средств в силу пункта 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» обстоятельств указанных выше не являлись значимыми для ООО «ВЗМК» а также не являлись убыточными.

У ФИО3 не было оснований как у учредителя для особого контроля деятельностью ООО «ВЗМК». ФИО3 не устранялась от управления делами общества. Суд не указывает, каким образом ФИО3 определяла действия должника, какие доказательства свидетельствуют о вовлеченности ФИО3 в непосредственное управление Обществом, влияние ФИО3 на принятие управленческих ключевых решений и обстоятельств.

В деле отсутствуют доказательства, что действиями ФИО3 причинен вред кредиторам, она является участником ООО «ВЗМК», но участие в управлении обществом и получение информации о деятельности общества является правом ФИО3, а не ее обязанностью, следовательно, у суда не имелось оснований указывать, что она отстранилась от контроля за деятельностью должника.

В настоящем судебном заседании представитель апеллянтов поддержал доводы жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

В соответствии со статьёй 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным указанным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Из положений пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) и правовой позиции, содержащейся в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» следует, что к спорным правоотношениям в части установления наличия/отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В связи с тем, что обстоятельства, указанные в качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности имели место как до 01.07.2017 (возникновение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) по инициативе ФИО2 01.12.2016, ФИО3 11.12.2016 (по мнению конкурсного кредитора), совершение ФИО2 сделок в апреле-июне 2017 года), так и после 01.07.2017 (возникновение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) по инициативе ФИО2 16.12.2017, совершение ФИО2 сделок в июле, сентябре 2017 года), а также, поскольку заявление подано в суд 11.11.2019 (после 01.07.2017), процессуальные нормы о порядке рассмотрения Заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению в редакции Закона № 266-ФЗ, а материальные нормы – в редакции Закона о банкротстве, действовавшей как до, так и после вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Как видно из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «ВЗМК» зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц 31.01.2006 за основным государственным регистрационным номером 1033500005032.

Участником должника является ФИО3, лицом, имеющим право действовать от имени юридического лица, являлся ФИО2

Судом первой инстанции со ссылкой на пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве сделан правильный вывод, что ответчики являются лицами, контролирующими должника.

Доводы представителя ответчиков о том, что ФИО3 не занималась хозяйственной деятельностью, и не оказывала определяющего влияния на деятельность организации, в связи с тем, что с января 2018 года ей требовалось лечение, судом обоснованно отклонены, поскольку перечисленные обстоятельства не приостанавливают статус участника юридического лица, и не освобождают его от исполнения обязанностей, возложенных законодательством. С заявлением о выходе из состава участников ООО «ВЗМК» ФИО3 не обращалась.

Следовательно, презумпция, установленная пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, не опровергнута

В силу статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечёт за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно. Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Аналогичная норма действовала до вступления в силу Закона № 266-ФЗ. Так в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии со статьёй 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объёме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трёх месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Кроме того, в соответствии с пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ) если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым-восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока:

собственник имущества должника - унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым-восьмым пункта 1 настоящей статьи.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий связывает наступление соответствующей обязанности у ФИО2 в связи с возникновением у должника признаков неплатежеспособности с 15.11.2017, конкурсный кредитор связывает наступление соответствующей обязанности у ФИО2 и ФИО3 в связи с возникновением у должника признаков неплатежеспособности с 01.11.2016.

Конкурсный кредитор в качестве такой даты указал период по истечении месяца с 01.11.2016 в отношении ФИО2 как директора, по истечении десяти дней с 01.12.2016 в отношении ФИО3 как участника.

В обоснование своих доводов конкурсный кредитор приводит решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.02.2016 по делу № А56-87240/2015 (далее – Решение), а также определение от 03.04.2017 по указанному делу.

Решением с должника в пользу ООО «НПО «Феникс» взыскана задолженность по договору поставки от 02.07.2015 № 35/15 за июль 2015 года в сумме 837 000 руб. основного долга, 27 126 руб. 01 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, 20 283 руб. расходов по уплате государственной пошлины. Указанное Решение 02.03.2016 вступило в законную силу, 10.03.2016 выдан исполнительный лист.

Согласно Картотеке арбитражных дел от ООО «ВЗМК» 31.01.2017 поступило заявление о рассрочке исполнения Решения.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.04.2017 по делу № А56-87240/2015 суд установил, что 01.08.2016 судебным приставом возбуждено исполнительное производство № 51055/16/35022-ИП, в рамках которого Решение не исполнено, срок неисполнения обязательств перед ООО «НПО «Феникс» составляет 1 год 7 месяцев.

Отклонив доводы Общества о тяжелом материальном положении, наличии иных текущих обязательств перед другими кредиторами (задолженности по налогам, задолженности перед поставщиками, задолженности перед работниками), возможного прекращения деятельности Общества, как не являющиеся основанием для предоставления рассрочки исполнения судебного акта, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области отказал ООО «ВЗМК» в удовлетворении заявления.

Согласно бухгалтерскому балансу должника за 2015 год (т. 1, л. 129-134) его активы составляли 71 118 тыс.руб.: нематериальные активы – 338 тыс.руб., основные средства 14 835 тыс.руб., запасы – 33 399 тыс.руб., денежные средства – 5 тыс.руб., прочие оборотные активы – 22 611 тыс.руб.; пассивы: нераспределенная прибыль – 28 073 тыс.руб., заемные средства 1050 тыс.руб., дебиторская задолженность – 42 065 тыс.руб.

Возникновение в 2016 году задолженности перед конкретным кредитором не свидетельствует о том, что должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве.

Имеющиеся неисполненные перед отдельными кредиторами обязательства не влекут безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Суд первой инстанции, проанализировав материалы дела, пришел к верному выводу о том, что представленные доказательства не свидетельствуют о наличии у должника на указанные даты признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества и, соответственно, обязанности ответчиков обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (принять такое решение).

Однако, такие обстоятельства имели место по состоянию на 31.01.2017 - дата обращения ООО «ВЗМК» в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о предоставлении рассрочки исполнения Решения, поскольку в качестве основания своих требований Общество сослалось на тяжелое материальное положение, наличие иных текущих обязательств перед другими кредиторами (задолженности по налогам, задолженности перед поставщиками, задолженности перед работниками), возможное прекращение деятельности Общества при исполнении обязательств ООО «НПО «Феникс».

Бездействие руководителя должника, выразившееся в уклонении от подачи в суд заявления о признании ООО «ВЗМК» банкротом, привело к наращиванию кредиторской задолженности, в частности, возникновение задолженности перед кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов: ООО «МТК-Челябинск», ООО «Метакон», бюджетом, ООО «ГСП4», работниками.

В материалы дела не представлено доказательств того, что руководителем должника принимались меры по финансовому оздоровлению общества, о принятии контролирующим должника лицом мер на преодоление тяжелого финансового положения, доказательства того, что у должника имелась возможность исполнения просроченных обязательств с учетом имеющихся активов и специфики осуществления деятельности, в материалы дела также не представлены.

В соответствии с позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом и седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

В нарушение статьи 65 АПК РФ ФИО2 не представил доказательства того, что он, как руководитель, добросовестно рассчитывал на преодоление финансовых затруднений в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполнял экономически обоснованный план.

Исходя из вышеизложенного, приняв во внимание, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника возникла у его руководителя не позднее 28.02.2017, то есть по истечении месяца после возникновения объективного банкротства, указанная обязанность ФИО2 не исполнена, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности совокупности элементов, необходимой для привлечения руководителя Общества – ФИО2 к субсидиарной ответственности в соответствии со статьей 61.12 Закона о банкротстве.

При этом суд учел, что обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления Пленума ВС РФ № 53).

ФИО2, зная об обязательствах должника на значительную сумму, неисполненных в течение длительного периода времени (при наличии признаков банкротства, предусмотренных статьей 3 Закона о банкротстве), не обратился с заявлением о признании должника банкротом, тогда как такая обязанность установлена Законом о банкротстве (статьи 9).

Тот факт, что ООО «НПО «Феникс» не обращалось с заявлением о включении задолженности в реестр требований кредиторов, не имеет правового значения для рассмотрения настоящего дела ввиду установления судом на определенную дату признаков объективного банкротства, с наличием которого закон связывает возникновение у контролирующих должника лиц обязанности по обращению в суд с заявлением о признании банкротом.

Более того, кредитор вправе в любое время до завершения процедуры конкурсного производства обратиться в суд с соответствующим требованием.

Кроме того, в связи с вступлением в силу пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве ФИО3 обязана была инициировать созыв внеочередного общего собрания участников должника для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 09.08.2017, а провести данное собрание не позднее 19.08.2017.

После этой даты у должника возникли обязательства перед кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника: ООО «МТК-Челябинск», ООО «Метакон», бюджетом, работниками.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в соответствии со статьей 61.12 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий в обоснование заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности сослался также на совершение в 2017 году сделок по отчуждению имущества должника, которые привели к его банкротству.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, применяемой к спорным правоотношениям, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

В связи с принятием Закона № 266-ФЗ статьи 10 Закона о банкротстве с 30.07.2017 утратила силу, однако основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, ранее содержавшиеся в ее пункте 4, не устранены и в настоящее время содержатся в статье 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Как видно из материалов дела и установлено судом, ФИО2, являвшийся руководителем должника, в апреле 2017 года совершил действия по снятию денежных средств по чековой книжке с расчетного счета Общества на общую сумму 8 100 000 руб. Указанная сделка признана недействительной постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2021 на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Также ФИО2 от имени должника в апреле-июле, сентябре 2017 года совершил сделки по перечислению денежных средств аффилированному лицу - обществу с ограниченной ответственностью «Торговый Дом ВЗМК» на сумму 19 485 000 руб.

Указанная сделка признана недействительной определением Арбитражного суда Вологодской области от 02.11.2020 по настоящему делу.

По указанным судебным актам конкурсным управляющим получены и направлены на исполнение исполнительные листы.

Денежные средства в конкурсную массу не поступили. Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что ФИО2 были совершены сделки, в результате которых из конкурсной массы выбыли денежные средства и тем самым был причинен вред имущественным правам кредиторов, обратился в суд с настоящим заявлением.

Согласно пункту 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам названной статьи в случае, если:

1) невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено;

2) должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 16 Постановления Пленума ВС РФ № 53, неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Кроме того, согласно разъяснениям пункта 17 Постановления Пленума ВС РФ № 53 в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В силу приведенной нормы в случае выводов об отсутствии причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов вследствие совершения руководителем от имени должника сделок либо о том, что причиненный вред не является существенным, судам надлежит проверить, допустило ли контролирующее должника лицо действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Данная позиция также отражена в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62).

Согласно разъяснениям, изложенным в подпункте 5 пункта 2 Постановления № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица. Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации (пункт 3 Постановления № 62).

Судом установлено, что сделки, на которые сослался конкурсный управляющий в обоснование заявленных требований, совершались от имени Общества его руководителем, в результате их совершения на счет ФИО2 и аффилированного с ООО «ВЗМК» лица (ООО «ТД «ВЗМК») были перечислены денежные средства в общем размере 27 584 000 руб.

Таким образом, в период исполнения ФИО2 обязанностей руководителя Общества с целью причинения вреда кредиторам в условиях существования признаков объективного банкротства был совершен ряд подозрительных сделок, направленных на уменьшение активов Общества.

Действия ФИО2 усугубило и без того плохое финансовое состояние должника, что по сути привело к его банкротству.

При наличии нестабильного финансового состояния в 2017 году контролирующим лицом систематически совершались признанные недействительными сделки по выводу денежных средств со счетов должника в пользу аффилированных лиц.

Доказательств, свидетельствующих о добросовестности и разумности названных действий, в материалы дела не представлено.

Напротив, вступившими в законную силу судебными актами о признании недействительными оспариваемых конкурсным управляющим сделок, установлены факты неправомерных действий Общества.

В силу части 1 статьи 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Судебные акты по настоящему делу, в которых установлены факты недействительности сделок Общества, вступили в законную силу, следовательно, в силу статьи 16 АПК РФ обладают свойством общеобязательности.

В данном случае при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами, перечисление должником денежных средств в пользу контролирующего должника лица и аффилированных с ним лиц, свидетельствует о совершении таких сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также об осведомленности таких лиц о противоправной цели.

При этом вред имущественным правам кредиторов носит явный характер, так как осуществление оспариваемых платежей привело к уменьшению активов должника, и как следствие к необоснованному уменьшению конкурсной массы, за счет которой подлежат удовлетворению требования кредиторов.

Таким образом, учитывая разъяснения пунктов 17, 23 Постановления ВС РФ № 53, совершение контролирующими должника лицами сделок, признанных судом недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, также прямо свидетельствует о наличии оснований для привлечения вышеуказанных контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

С учетом размера денежных средств, выведенных со счетов Общества, размера кредиторской задолженности и иного имущества должника, оснований для квалификации действий руководителя в качестве убытков (абзац четвертый пункта 20 Постановления ВС РФ № 53), у суда не имелось.

На основании изложенного, суд пришел к верному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за доведение должника до банкротства (подпункт 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Утверждение ФИО3 о том, что она не является по смыслу норм Закона о банкротстве контролирующим должника лицом и участие в управлении делами является ее правом, отклоняется.

Системный анализ статей 8, 34 и 35 Закона об обществах с ограниченной ответственностью позволяет сделать вывод о том, что формулировка указанных норм предполагает активную позицию участника в отношении деятельности общества. То есть в определенный момент времени участник может не располагать информацией о деятельности и сделках общества, однако реальную возможность узнать об этом он имеет и может ее реализовать посредством реализации права на получение информации о деятельности общества (ознакомление с бухгалтерской и иной документацией), а также права на участие в управлении делами общества (требование о созыве внеочередного общего собрания участников и другое).

Вместе с тем ФИО3, владеющая 100% уставного капитала должника, устранившись от контроля за финансово-хозяйственной деятельностью последнего, не проявив должной степени заботливости и осмотрительности для надлежащего исполнения обязанности по контролю за деятельностью должника, в силу положений статей 15, 401 ГК РФ несет ответственность за бездействие, которое привело к нерациональной хозяйственной деятельности и невозможности расчетов с кредитором, что в свою очередь привело к признанию ООО «ВЗМК» несостоятельным (банкротом).

Факт отсутствия контроля за обществом со стороны учредителя не оспаривался и представителем. В частности, в суде первой инстанции ответчиком было указано на то, что участие в управлении обществом и получение информации о деятельности общества является правом ответчика, а не его обязанностью.

Как разъяснено в пункте 6 Постановления ВС РФ № 5, руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Таким же образом должны решаться вопросы, связанные с наличием статуса контролирующего лица у номинальных и фактических членов органов должника (в том числе участников корпораций, учредителей унитарных организаций), ликвидаторов и членов ликвидационных комиссий, а также вопросы, касающиеся привлечения их к субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 6 ГК РФ, пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Сделки относились к сделкам с заинтересованными лицами, ФИО3 и ФИО2 являются супругами, при этом ФИО3 в силу своих корпоративных полномочий, а также в силу прямого интереса Общества и его аффилированных лиц, не могла не знать о существе или о результатах этих сделок.

Являясь единственным учредителем должника, ФИО3 имела право и возможность участвовать в управлении делами Общества, получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном его уставом порядке; бездействие ФИО3, устранившейся от контроля за деятельностью должника, а также неправомерные действия руководителя должника повлекли неблагоприятные последствия для Общества, вследствие которых оно стало неспособным отвечать по своим обязательствам перед кредиторами.

Доказательства в опровержение указанной выше презумпции ответчиками суду не представлено. Кроме того, ответчиками не представлено доказательств того, что банкротство должника было обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенными изменениями условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями).

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что ФИО3, будучи участником должника, а ФИО2 его директором, находясь в близком родстве, имели возможность совместно определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

При таких обстоятельствах суд пришел к верному выводу о наличии оснований для привлечения директора и единственного учредителя должника к субсидиарной ответственности ввиду доведения должника до банкротства (подпункт 2 пункта 12 статья 61.11 Закона о банкротстве).

Размер субсидиарной ответственности устанавливается в соответствии с нормами Закона о банкротстве, является дополнительной ответственностью и не может превышать размер убытков, причинённых должнику и его кредиторам.

Из материалов дела усматривается, что до настоящего времени мероприятия по формированию конкурсной массы, в том числе в связи с взысканием дебиторской задолженности не окончены, в связи с отсутствием доказательств исполнения (невозможности исполнения) судебных актов, вынесенных по результатам рассмотрения требований конкурсного управляющего об оспаривании сделок должника. Доказательства невозможности пополнения конкурсной массы, за счёт которой могут быть произведены расчёты с кредиторами, не представлены.

На основании изложенного и со ссылкой на пункт 1 статьи 143 АПК РФ и пункт 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, арбитражный суд обоснованно приостановил производство по рассмотрению заявления до окончания расчетов с кредиторами.

Самостоятельных доводов в части выделения в отдельное производство заявления конкурсного управляющего ООО «ВЗМК» ФИО6 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за непередачу документации конкурсному управляющему по причине направления материалов дела в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой ООО «ГСП-4», апелляционная жалоба не содержит.

Несогласие апеллянтов с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование законодательства о банкротстве не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают нарушение судом норм материального права, в связи этим оснований для отмены судебного акта не имеется.

Нарушений норм процессуального права, в том числе предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, при рассмотрении заявлений не допущено. При таких обстоятельствах апелляционная жалоба по приведенным в ней доводам удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 25 февраля 2021 года по делу № А13-6835/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2, ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

К.А. Кузнецов

Судьи

О.Г. Писарева

С.В. Селецкая