Постановление от 30 мая 2024 г. по делу № А32-24877/2021

ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-24877/2021
город Ростов-на-Дону
31 мая 2024 года
15АП-4218/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 29 мая 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 31 мая 2024 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Деминой Я.А., Долговой М.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представитель по доверенности от 15.04.2024 ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 17.01.2024 по делу № А32-24877/2021 по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Созидание",

ответчик: ФИО2

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Созидание" (далее также – должник, ООО "Созидание") в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО4 (далее также – конкурсный управляющий) о признании недействительным договора купли-продажи от 06.03.2019, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью "Созидание" и ФИО2 (далее также – ответчик), применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника недвижимого имущества: квартиры № 5, общей площадью 27,4 кв.м., кадастровый номер 23:31:0311035:144, расположенной по адресу: <...> А.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.01.2024 признан недействительным договор купли-продажи квартиры от 06.03.2019, заключенный между ООО "Созидание" и ФИО2. Применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника недвижимого имущества: квартиры № 5, общей площадью 27,4 кв.м., кадастровый номер 23:31:0311035:144, расположенной по адресу: <...> А.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обжаловала определение суда первой инстанции от 17.01.2024 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просила обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что передача денежных средств подтверждается платежным поручением № 2 от 03.03.2015, выданным ФКБ "Петрокоммерц". Также передача денежных средств подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 1 от 10.01.2018. Как указывает податель апелляционной жалобы, все существенные условия соблюдены сторонами при заключении как предварительного, так и основного договора купли-продажи. Оснований для признания недействительным договора купли-продажи квартиры от 06.03.2019 у суда первой инстанции не имелось.

Отзыв на апелляционную жалобу в материалы дела не представлен.

Представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение отменить.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФНС России обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании ООО "Созидание" несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.07.2021 заявление принято, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 08.11.2021 заявление уполномоченного органа о несостоятельности (банкротстве) признано обоснованным. В отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим ООО "Созидание" утвержден ФИО5.

Сообщение временного управляющего о введении процедуры наблюдения опубликовано на официальном сайте "КоммерсантЪ" № 211(7173) от 20.11.2021.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 21.02.2022 ООО "Созидание" признано несостоятельным (банкротом). В отношении должника введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим ООО "Созидание" утвержден ФИО4.

Сообщение конкурсного управляющего о введении процедуры конкурсного производства опубликовано на официальном сайте "КоммерсантЪ" № 47(7248) от 19.03.2022.

01 марта 2023 года в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указал на наличие оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования, пришел к выводу, что ответчиком не представлены доказательства оплаты по договору, конкурсным управляющим напротив, представлена выписка по счету должника, свидетельствующая об отсутствии поступления денежных средств. По мнению суда первой инстанции, факт заключения спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждение актива при отсутствии доказательств оплаты в своей совокупности являются обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения названной сделки, в связи с чем, суд приходит к выводу о наличии у оспариваемой сделки состава подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Признавая выводы суда первой инстанции ошибочными, судебная коллегия руководствуется следующим.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Специальные основания для оспаривания сделок должника перечислены в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Цель оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным основаниям главы Закона о банкротстве подчинена общей цели названной процедуры - наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности. Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 N 305-ЭС17-3098(2) N А40-140251/2013).

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N63), при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).

По смыслу правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", периоды предпочтительности и подозрительности исчисляются с момента возбуждения дела о банкротстве на основании заявления первого кредитора даже независимо от того, что обоснованным может быть признано только следующее заявление, поданное в рамках указанного дела.

Данная правовая позиция нашла отражение и в судебной практике, что подтверждается определением Верховного Суда Российской Федерации от 23.10.2018 N308-ЭС18-16378 по делу N А63-5243/2016.

Как следует из материалов дела, настоящее дело о банкротстве возбуждено 23.07.2021, оспариваемый договор заключен 06.03.2019, то есть, в пределах периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления N 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по названному основанию.

В пункте 6 постановления N 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.

Так, в соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В обоснование заявленных требований конкурсным управляющим указано на следующие обстоятельства.

По результатам анализа выписки из Единого государственного реестра недвижимости о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости должника конкурсному управляющему стало известно, что 07.03.2019 было прекращено право собственности ООО "Созидание" в отношении недвижимого имущества: квартиры № 5, общей площадью 27,4 кв.м., кадастровый номер 23:31:0311035:144, расположенная по адресу: Краснодарский край, Тимашевский район, г. Тимашевск, ул. Пролетарская, д. 11А.

Из материалов дела следует, что 06 марта 2019 года между ООО "Созидание" (далее также – продавец) и ФИО2 (далее также – покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры.

Согласно пункту 1 договора, продавец продал, а покупатель купил принадлежащую продавцу на праве собственности квартиру 5, расположенную на 2-ом этаже, общей площадью 27,4 кв.м., кадастровый номер 23:31:0311035:144, расположенную по адресу: <...> А.

Согласно пункту 3 договора, отчуждаемое имущество оценивается сторонами и продается по цене 1000000 (один миллион) руб., уплачиваемых покупателем продавцу полностью до подписания названного договора. Ответственность за указанную в договоре фактическую сумму сделки стороны несут самостоятельно. Финансовых и имущественных претензий стороны не имеют.

Конкурсный управляющий, полагая, что данные перечисления направлены на причинение вреда кредиторам, совершены при неравноценном встречном исполнении, обратился в суд с настоящим заявлением.

Как указывает конкурсный управляющий, что у ООО "Созидание" на дату совершения сделки имелись неисполненные обязательства по уплате обязательных платежей в бюджеты субъекта Российской Федерации, что подтверждается заявлением МИФНС России № 10 по Краснодарскому краю о включении в реестр требований кредиторов должника, на основании решения от 23.05.2019 о взыскании задолженности по уплате обязательных платежей, вынесенного на основании Деклараций ООО "Созидание" по УСН за 2018 год.

В связи с чем, конкурсный управляющий полагает, что договор купли-продажи недвижимого имущества был заключен со злоупотреблением правом, о котором свидетельствует то, что квартира была отчуждена без какого-либо встречного предоставления со стороны покупателя.

Действиями (бездействием) ФИО2 в том числе, был причинен вред имущественным правам кредиторов, в частности бюджету субъекта Российской Федерации в лице МИФНС России № 10 по Краснодарскому краю.

Вместе с тем, само по себе наличие признаков неплатежеспособности не является достаточным основанием для признания сделки недействительной.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо, если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Верховным Судом Российской Федерации последовательно сформирована правоприменительная практика, определяющая для судов ориентиры в исследовании вопросов аффилированности участников хозяйственного оборота, обстоятельств и доказательств, которые могут и должны быть исследованы для проверки соответствующих доводов. Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо через подтверждение аффилированности как юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), так и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона Российской Советской Федеративной Социалистической Республики от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475).

Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757 (2,3) доказывание соответствующего контроля может осуществляться путем приведения доводов о существовании между лицами формально юридических связей, позволяющих ответчику в силу закона либо иных оснований (например, учредительных документов) давать такие указания, а также путем приведения доводов о наличии между лицами фактической аффилированности в ситуации, когда путем сложного и непрозрачного структурирования корпоративных связей (в том числе с использованием офшорных организаций) или иным способом скрывается информация, отражающая объективное положение дел по вопросу осуществления контроля над должником.

Согласно статье 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником.

Согласно подпункту 3 пункта 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции группой лиц признается хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания.

Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием (отсутствием) юридических признаков аффилированности (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"). Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2019 N 307-ЭС17-11745 (2).

Согласно позициям, изложенным в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475 и от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6), фактическая аффилированность доказывается через подтверждение возможности контролирующего лица оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения должником предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Руководствуясь доводами определения Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2019 N 305-ЭС18-17629, при указании на фактическую аффилированность судам следует проанализировать поведение лиц, которые, по мнению конкурсного управляющего, входят в одну группу. О наличии их подконтрольности единому центру, в частности, могут свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д.

Доказательств того, что должник и ответчик являются аффилированными лицами, в материалы дела не представлено, такие доводы конкурсным управляющим не заявлены.

Основания для выводов о наличии юридической или фактической аффилированности между ответчиком и должником у суда не имеется. Доказательств того, что ответчик знал и должен был знать о тяжелом финансовом состоянии должника, в материалы дела не представлено, такие доводы не заявлены.

Необходимым элементом недействительности сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является осведомленность ответчика о признаках неплатежеспособности должника в момент заключения спорной сделки, доказанность заключения такой сделки с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов.

Как указано выше, из материалов дела следует, что в момент заключения спорной сделки у должника отсутствовали взысканные судами неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых включены в реестр требования кредиторов должника, доказательств того, что ответчик, не являясь аффилированным с должником лицом, знал или должен был знать о неплатежеспособности должника, о его финансовом состоянии, в отсутствие таких сведений в общедоступных источниках информации, в материалы дела не представлено. Кроме того, ответчик является физическим лицом, не является профессиональным хозяйствующим субъектом.

Указанные обстоятельства являются самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделки.

Как указал конкурсный управляющий, сделка по отчуждению недвижимого имущества в пользу ФИО2 совершена безвозмездно.

Согласно балансу за 2018 год стоимость активов должника по состоянию на 31.12.2018 составляла 49 819 000,00 руб. по строке 1600, в том числе:

- 26 182 000,00 руб. "Материальные внеоборотные активы" по стоке 1150;

- 1 116 000,00 руб. "Запасы" по строке 1210;

- 22 520 000,00 руб. "Финансовые и другие внеоборотные активы" по строке 1230.

Согласно балансу за 2019 год стоимость активов должника на 31.12.2019 составила 87 782 000,00 руб., в том числе:

- 7 159 000,00 руб. "Материальные внеоборотные активы" по стоке 1150;

- 1 853 000,00 руб. "Запасы" по строке 1210;

- 78 769 000,00 руб. "Финансовые и другие внеоборотные активы" по строке 1230.

В свою очередь, строка 1150 баланса отражает основные средства, принадлежащие обществу, строка с кодом 1230 - дебиторскую задолженность общества.

Таким образом, за 2019 год уменьшился объем основных средств по строке 1150, увеличился объем дебиторской задолженности по строке 1230 Баланса. Из чего следует, по мнению конкурсного управляющего, что оплаты за реализуемое имущество должника от покупателей не поступали, что в свою очередь, также косвенно подтверждает безвозмездность оспариваемой сделки.

Между тем, возражая против заявленных требований, ФИО2 указала на следующие обстоятельства.

03 марта 2025 года между ООО "Созидание" (далее также – продавец) и ФИО2 (далее также – покупатель) заключен предварительный договор купли-продажи недвижимости № 5.

Согласно пункту 1.1 договора, по договору продавец и покупатель обязуются заключить в будущем договор купли-продажи квартиры, с долей земельного участка, выраженной в виде жилого помещения со строительным номером 5, общей площадью 33,18 кв.м., расположенного на 2-м этаже 5-го этажного жилого дома, именуемые в дальнейшем "недвижимость", находящиеся по адресу: <...>, на земельном участке площадью 1917 кв.м., кадастровый номер 23:31:0311035:48, принадлежащим продавцу на основании: договора купли-продажи недвижимого имущества от 14.07.2014, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации 23-АН № 309039, выданным 13.11.2014, Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущества и сделок с ним 22.07.2014 сделана запись регистрации № 23-23-05/052/2014-117.

Согласно пункту 3.1 договора, полная сумма продажи указанного объекта недвижимости составляет 1000000 (один миллион) руб.

Согласно пункту 3.2 договора, в обеспечение взаимных обязательств по данному предварительному договору купли-продажи на недвижимость. Покупатель передал продавцу, а продавец принял от покупателя сумму аванса за указанный объект недвижимости в размере 550000 руб.

Согласно пункту 3.3 договора, оставшаяся денежная сумма с учетом вычета аванса за указанный объект недвижимости составляет 450000 руб. и передается следующим путем: покупатель обязуется передать продавцу при подписании основного договора купли-продажи перед государственной регистрацией перехода права собственности.

Пунктом 3.4 договора, передача денежных средств покупателем продавцу подтверждается актом передачи денежных средств, являющимся неотъемлемой частью названного предварительного договора.

Согласно акту передачи денежных средств к предварительному договору № 5 от 03.03.2015, ООО "Созидание" и ФИО2 настоящим актом подтверждают передачу денежных средств в размере 550000 руб. в качестве аванса за приобретаемую квартиру и долю земельного участка, выраженной в виде жилого помещения со строительным номером 5, общей площадью 33,18 кв.м., расположенного на 2-м этаже 5-ти этажного жилого дома, находящиеся по адресу: <...>, согласно предварительному договору купли-продажи недвижимости № 5 от 03.03.2015.

В обоснование своих доводов об оплате по спорному договору, ответчиком представлено платежное поручение № 2 от 03.03.2015 на сумму 550000 руб., в назначение платежа указано: "Оплата по предварительному договору купли-продажи недвижимости № 5 от 03.03.2015, согл.заявл.клиента о перев. № б/н от 03.03.2015".

10 января 2018 года между ООО "Созидание" и ФИО2 составлен акт передачи денежных средств к предварительному договору от 03.03.2015, согласно которого стороны подтвердили передачу денежных средств в размере 450000 руб. в качестве полной оплаты за приобретаемую квартиру, выраженную в виде жилого помещения со строительным номером 5, общей площадью 33,18 кв.м., расположенного на 2-м этаже 5-ти этажного жилого дома, находящиеся по адресу: <...>, согласно предварительному договору купли-продажи недвижимости № 5 от 03.03.2015.

ФИО2 представила копию квитанции к приходному кассовому ордеру № 1 от 10.01.2018 на сумму 450000 руб., в основании платежа указано: предварительный договор купли-продажи квартиры № 5 по адресу: <...>.

Подлинники всех доказательств были представлены на обозрение суда.

Рассмотрев ходатайство ответчика о приобщении к материалам настоящего обособленного спора дополнительных доказательств, суд признает подлежащим его удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", поскольку арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.

Принятие дополнительных доказательств судом апелляционной инстанции не может служить основанием для отмены постановления суда апелляционной инстанции;

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце пятом пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", непринятие судом апелляционной инстанции новых доказательств при наличии к тому оснований является основанием для отмены постановления суда апелляционной инстанции, если это могло привести к принятию неправильного постановления.

Исследование и оценка дополнительных доказательств, принятых судом апелляционной инстанции, должны быть направлены на наиболее полное и всестороннее выяснение юридически значимых обстоятельств по делу в целях правильного разрешения спора и принятия законного и обоснованного судебного акта с учетом специфики производства в суде апелляционной инстанции.

Судебные акты, принимаемые арбитражными судами, должны быть законными, обоснованными и мотивированными (часть 4 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), что достигается, помимо прочего, выполнением лицами, участвующими в деле, обязанностей по доказыванию обстоятельств, на которые они ссылаются как на основания своих требований и возражений (статьи 8, 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а также выполнением арбитражным судом обязанности по оценке представленных доказательств и разрешению прочих вопросов, касающихся существа спора (статьи 71, 168 - 175, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение вопроса о принятии дополнительных доказательств судом апелляционной инстанции должно осуществляться с учетом основополагающих принципов равноправия сторон и состязательности сторон (статьи 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нормы части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации направлены на возможность устранения нарушений и повторного рассмотрения дела по существу, в том числе по дополнительно представленным доказательствам, с соответствующими выводами о законности обжалуемого судебного акта суда первой инстанции. Данные правила подлежат применению судом апелляционной инстанции в каждом конкретном случае и с учетом того, насколько новые доводы (доказательства) могут повлиять на результат рассмотрения дела. Суды при рассмотрении дела обязаны исследовать по существу его фактические обстоятельства и не должны ограничиваться только установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное может привести к существенному нарушению права на судебную защиту.

Ответчик не участвовал в судебных заседаниях суда первой инстанции, доказательства и отзыва им в суд первой инстанции не представлялись.

Несмотря на принятие судом первой инстанции надлежащих мер по извещению ответчика путем  направления судебной корреспонденции адресу регистрации ответчика, последний фактически не участвовал в судебном заседании, заявляя об отсутствии у него такой возможности по независящим от него обстоятельствам.

В свою очередь, выводы суда первой инстанции о недействительности сделки основаны исключительно на отсутствии доказательств встречного исполнения по сделке.

 В своем ходатайстве о восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы ответчик указал, что о принятом судебном акте он узнал после получения от конкурсного управляющего письма о взыскании судебного штрафа и начислении неустойки. Материалы дела доказательств обратного не содержат, сторонами возражений по заявленным ответчиком доводам не представлены. Определением суда апелляционной инстанции от 21.03.2024 причины пропуска срока подачи апелляционной жалобы признаны уважительными, восстановлен срок подачи апелляционной жалобы.

Поскольку исследование представленных ответчиком доказательств влияет на определение правовой природы спорных правоотношений и результат рассмотрения спора по существу, представленные доказательства являются относимыми и допустимыми доказательствами в смысле статей 64, 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, необходимы для полного и всестороннего выяснения и установления юридически значимых обстоятельств по спору, в целях правильного разрешения спора и принятия законного и обоснованного судебного акта, суд апелляционной инстанции в порядке части статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации протокольным определением приобщил вышеуказанные представленные ответчиком доказательствам к материалам настоящего обособленного спора.

В свою очередь, отказ в приобщении представленных ответчиком доказательств по формальному основанию приведет к существенному ущемлению прав на судебную защиту и принятию заведомо незаконного судебного акта, что недопустимо.

Аналогичная правовая позиция по вопросу приобщения к материалам дела дополнительных доказательств судом апелляционной инстанции изложены в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 20.01.2022 N 305-ЭС21-22562 по делу N А40-211941/2020, от 14.02.2022 N 305-ЭС16-13099(81) по делу N А40-209505/2014, постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 26.12.2023 по делу N А32-19856/2023, от 25.12.2023 по делу N А32-44430/2022, от 28.08.2023 по делу N А53-31264/2022, от 05.10.2023 по делу N А53-15514/2017, от 25.11.2022 по делу N А32-48178/2021, постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 04.07.2023 по делу N А57-15774/2021, Арбитражного суда Московского округа от 05.02.2024 по делу N А40-252052/18, постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2024 по делу N А32-31610/2023 и т.д.

В суде апелляционной инстанции в судебном заседании, состоявшемся 17.04.2024, представитель ФИО2 представил на обозрение суда подлинники предварительного договора купли-продажи, акта приема-передачи, приходно-кассового ордера, расписки.

Исследовав представленные ответчиком оригиналы документов, суд пришел к выводу о том, что они являются надлежащим доказательством уплаты ответчиком денежных средств.

Представленные документы подписаны и заверены печатью общества-должника.

В силу пункта 5 статьи 2 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" общество вправе иметь штампы и бланки со своим фирменным наименованием, собственную эмблему, а также зарегистрированный в установленном порядке товарный знак и другие средства индивидуализации. Юридическое значение штампа (печати) общества заключается в удостоверении его оттиском подлинности подписи (подписей) лица (лиц), управомоченного представлять общество, а также того факта, что соответствующий документ исходит от индивидуально определенного общества как юридического лица, являющегося самостоятельным участником гражданского оборота.

Печать юридического лица является средством индивидуализации хозяйственного общества.

Следовательно, наличие печати компании в процессуальных документах, представленных в материалы дела, позволяет установить (индивидуализировать) юридическое лицо, от имени которого подписаны соответствующие документы.

В отсутствие доказательств утраты или похищения печати, суд апелляционной инстанции исходит из того, что лицо, владевшее печатью данного юридического лица, действовало от имени юридического лица, то есть его полномочия в силу владения печатью явствовали из обстановки, так как по своей правовой сути проставление оттиска печати на документе преследует основную цель дополнительного удостоверения подлинности документа, а свободное распоряжение печатью организации свидетельствует о полномочиях лица на совершение операций от лица данной организации.

Определением от 24.04.2024 суд апелляционной инстанции предложил сторонам ознакомиться с представленными ответчиком подлинниками предварительного договора купли-продажи недвижимости № 5 от 03.03.2015, акта приема-передачи от 03.03.2015, платежного поручения от 03.03.2015 №2 на сумму 550000 рублей, дополнительного соглашения к предварительному договору от 30.01.2016, акта приема-передачи денежных средств в сумме 450 000 рублей от 10.01.2018, квитанции к приходному кассовому ордеру от 10.01.2018. Стороны не лишены права на заявление о фальсификации доказательств в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, инициирование проведения судебной экспертизы на предмет определения давности изготовления и подлинности подписей сторон в установленном статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации порядке. В этом случае, сторонам необходимо обеспечить явку представителя в судебное заседание для предупреждения об уголовной ответственности по статьям 303, 306 Уголовного кодекса Российской Федерации в письменном виде.

О фальсификации и проведении экспертизы ни конкурсный управляющий, ни иные лица, участвующие в деле, не заявили, возражений относительно представленных доказательств не представили.

Доказательства, опровергающие факт оплаты ФИО2 должнику денежных средств, не представлены.

Само по себе отсутствие у конкурсного управляющего документов, свидетельствующих о внесении денежных средств в кассу должника о недействительности сделки не свидетельствует.

При этом, судебная коллегия отмечает, что ответчик является физическим лицом, не обладающим специальными познаниями в области права, в связи с чем, неразумно возлагать на него обязанность по проведению широкого спектра мероприятий как таковых (например, ознакомление на сайте службы судебных приставов с информацией о возбужденных в отношении должника исполнительных производствах, на сайте судов о наличии дел с участием должника; запрос у должника справки из налогового органа о наличии (отсутствии) задолженности по обязательным платежами т.п.) и касающихся выявления реального финансового состояния должника на момент совершения оспариваемой сделки, а также цели ее совершения.

Таким образом, оценив, представленные в материалы дела доказательства в их совокупности в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности конкурсным управляющим совокупности обязательных условий для признания спорной сделки должника недействительной, в соответствии с нормами пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил суду доказательства того, что оспариваемая сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и того, что в результате совершения данной сделки такой вред был фактически причинен.

Таким образом, конкурсным управляющим не доказана совокупность условий для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Доводы управляющего о совершении оспариваемой сделки с противоправной целью - причинения вреда кредиторам должника не нашли своего подтверждения.

В отношении возможности применения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации судебная коллегия учитывает, что судебной практикой выработан подход при разграничении оснований оспаривания, согласно которому наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 постановления N 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061 по делу N А46-12910/2013, от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034 по делу N А12-24106/2014).

Для применения статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, в условиях конкуренции норм о действительности сделки, необходимы обстоятельства, выходящие за пределы диспозиции специальных норм статьи 61.2. Закона о банкротстве.

Из содержания приведенных норм и разъяснений, изложенных в пунктах 5 - 7 постановления Пленума N 63, следует, что такие обстоятельства как противоправность цели совершения сделки и осведомленность контрагента об этой цели охватываются составом подозрительной сделки и не требуют самостоятельной квалификации по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доказательств о наличии в сделке пороков, а также превышения пределов дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок в материалы дела заявителем не представлено.

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии совокупности оснований для признания недействительной сделки должника.

Таким образом, суд первой инстанции неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, что в силу положений пункта 1 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены обжалуемого определения.

Распределение судебных расходов между лицами, участвующими в деле, регулируется статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Из разъяснений абзаца 4 пункта 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" следует, что по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Разрешая вопрос о судебных расходах, понесенных и не понесенных участвующими в настоящем деле лицами, арбитражный суд апелляционной инстанции установил, что при обращении в арбитражный суд с настоящим заявлением управляющему была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины за рассмотрение заявления об оспаривании сделки.

Расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 руб. по оспариванию сделки относятся на должника в связи с отказом в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы на судебный акт, принятый по результатам рассмотрения в деле о банкротстве заявления о признании сделки недействительной, подлежит уплате государственная пошлина в размере 3 000 руб.

С учетом изложенного, с должника в пользу ФИО2 надлежит взыскать уплаченную по чеку от 11.02.2024 государственную пошлину в размере 3 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 17.01.2024 по делу № А32-24877/2021 отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Созидание", ИНН <***>, в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу заявления в сумме 6000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Созидание", ИНН <***>, в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в сумме 3000 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                                         Г.А. Сурмалян

Судьи                                                                                                                       Я.А. Демина

                                                                                                                                  М.Ю. Долгова