Постановление от 12 августа 2025 г. по делу № А43-230/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА ул. Большая Покровская, д. 1, Нижний Новгород, 603000 http://fasvvo.arbitr.ru/

______________________________________________________________________________


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда кассационной инстанции

Нижний Новгород Дело № А43-230/2021 13 августа 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 30 июля 2025 года.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе: председательствующего Ионычевой С.В., судей Елисеевой Е.В., Кузнецовой Л.В.

при участии представителей

от ФИО1: ФИО2 по доверенности от 28.12.2023 от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Магнит-НН» ФИО3:

ФИО4 по доверенности от 29.07.2025, от общества с ограниченной ответственностью «Магнит-Инвест»:

ФИО5 по доверенности от 29.03.2023,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 06.12.2024 и на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2025 по делу № А43-230/2021,

по заявлению ФИО1

об исключении требования

общества с ограниченной ответственностью «Магнит-Инвест»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>) из реестра требований кредиторов

общества с ограниченной ответственностью «Магнит-НН»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

и у с т а н о в и л :

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Магнит-НН» (далее – ООО «Магнит-НН», должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился участник должника ФИО1 с заявлением об исключении из реестра требований кредиторов должника требования общества с ограниченной ответственностью «Магнит Инвест» (далее – ООО «Магнит Инвест») в размере 38 116 636рублей 05 копеек, понижении требования до очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Суд первой инстанции определением от 06.12.2024, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2025, отказал в удовлетворении заявленного требования.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить.

Заявитель жалобы считает, что требования кредитора подлежали субординированию в реестре в связи с наличием корпоративного конфликта, который используется вторым участником ООО «Магнит-НН» ФИО6 с целью введения в отношении иных членов группы контролируемых процедур банкротства. По мнению подателя жалобы, судам необходимо было учесть выводы, к которым пришел Верховный Суд Российской Федерации в определении от 15.05.2024 по делу № 301-ЭС21-23374(4), относительно сути конфликта и его влияния на права и обязанности лиц, вовлеченных в настоящую процедуру банкротства. ФИО1 отмечает, что изначально получение кредитных денежных средств осуществлялось группой компаний в целях осуществления ее деятельности. Впоследствии ФИО6 приобрел право требования к должнику через подконтрольное ему ООО «Магнит Инвест», не воспользовавшись правом обратить взыскание на имущество поручителя общества с ограниченной ответственностью Строительно-монтажная фирма «Промстрой». Требования к самому ФИО6 ООО «Магнит Инвест» также не предъявило. Нарушение своих прав ФИО1 видит в том, что при таких обстоятельствах он не получит право на предъявление реституционного требования к остальным лицам, предоставившим обеспечение. По мнению заявителя, в действиях ООО «Магнит Инвест» имеются признаки злоупотребления правом, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении его требований. ФИО1 считает, что требования кредитора в любом случае обладают признаками корпоративных, поскольку ООО «Магнит Инвест» выкупило их у независимого кредитора на денежные средства, предоставленные супругой ФИО6

ФИО1 полагает, что на момент спорных правоотношений ООО «Магнит-НН» находилось в состоянии имущественного и финансового кризиса, поскольку имело неисполненные обязательства перед иными кредиторами за более ранний период, что подтверждено определениями суда о включении требований указанных кредиторов в реестр. Заявитель обращает внимание, что в рамках дела № А43-325/2020 по иску ООО «Магнит Инвест» о взыскании задолженности с ООО «Магнит-НН» рассматривалось заявление ООО «Магнит Инвест» о принятии обеспечительных мер. Определением от 14.01.2020 Арбитражный суд Нижегородской области установил, что должник с сентября 2019 года не осуществляет хозяйственную деятельность, что привело к отсутствию денежных средств на счетах общества; у ООО «Магнит-НН» имеется задолженность по уплате налога на добавленную стоимость; в производстве Арбитражного суда Нижегородской области имеются иные дела по спорам о взыскании с ООО «Магнит-НН» задолженности. Податель жалобы отмечает, что должник не сдавал бухгалтерскую и финансовую отчетность, начиная с 2018 года, что, по его мнению также

подтверждает факт нахождения ООО «Магнит-НН» в состоянии имущественного и финансового кризиса.

Заявитель жалобы указывает на процессуальные нарушения, допущенные, как он полагает, судом первой инстанции. ФИО1 считает, что суд должен был привлечь к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц ООО СМФ «Промстрой» (залогодатель, поручитель), ФИО6 (поручитель, участник ООО «Магнит-НН»), ФИО7 (бывший руководитель ООО «Магнит-НН» и лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности). По мнению подателя жалобы, судебными актами по настоящему спору затрагиваются права указанных лиц, поскольку требования ООО «Магнит-НН» непосредственно связаны с правами сопоручителей, а также с правами лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности (размер его ответственности).

ФИО1 ссылается на то, что с 2023 года проходит военную службу по контракту, однако суд первой инстанции не извещал его о начавшемся споре по месту несения службы и рассмотрел спор без надлежащего извещения заявителя. Податель жалобы указывает на позднее размещение текста определения суда первой инстанции в автоматизированной системе «Картотека арбитражных дел» в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и на отсутствие в материалах обособленного спора аудиопротокола судебного заседания.

В судебном заседании окружного суда представитель заявителя поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

ООО «Магнит Инвест» и конкурсный управляющий ООО «Магнит-НН» ФИО3 в письменных отзывах на кассационную жалобу и их представители в судебном заседании возразили относительно приведенных в жалобе доводов и просили оставить состоявшиеся судебные акты без изменения, как законные и обоснованные.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к доводам кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, ознакомившись с отзывами на нее, заслушав лиц, явившихся в судебное заседание, суд округа не нашел оснований для отмены принятых судебных актов в силу следующего.

Как следует из материалов обособленного спора, публичное акционерное общество «НБД-Банк» заключило с ООО «Магнит-НН» кредитное соглашение от 07.07.2016

№ 1944/07.16-С, условия которого предполагали единовременную задолженность в размере, не превышающем 50 000 000 рублей. В рамках этого соглашения стороны заключили договор возобновляемого краткосрочного кредита от 22.05.2018 № 1144/05.18, в соответствии с которым банк предоставил денежные средства заемщику на срок до 28.06.2020, а заемщик, в свою очередь, обязался возвратить банку полученный кредит и уплатить проценты за пользование кредитом в размере 11,5 процентов годовых.

Исполнение ООО «Магнит-НН» обязательств по договору обеспечено договорами поручительства от 22.05.2018 №№ 1144/05.181, 144/05.18-2, 1144/05.18-3, заключенными ПАО «НБД-Банк» с ФИО1, ФИО6 и ООО «СМФ «Промстрой». С

ООО «СМФ «Промстрой» банк также заключил договор залога движимого имущества от 14.06.2018 № 1144/05.18-4.

ООО «Магнит-НН» не исполнило обязательства по возврату кредита надлежащим образом, задолженность составила 23 315 995 рублей 96 копеек основного долга и 1 260 083 рубля 59 копеек процентов, начисленных с 04.12.2019 по 29.02.2020.

ПАО «НБД-Банк» уступило ООО «Магнит-Инвест» право требования к ООО «Магнит-НН» по договору уступки прав требования от 04.12.2019 № 2977/11.9.

ООО «Магнит-Инвест» 13.12.2019 уведомило ООО «Магнит-НН» о состоявшейся уступке, а также потребовало погасить долг. В связи с неисполнением претензии новый кредитор обратился с иском в суд. Арбитражный суд Нижегородской области вступившим в силу решением от 28.08.2020 по делу № А43-325/2020 взыскал с ООО «Магнит-НН» в пользу ООО «Магнит Инвест» 23 315 995 рублей 96 копеек долга, 1 260 083 рубля 59 копеек процентов, начисленных с 04.12.2019 по 29.02.2020, а также проценты за пользование заемными денежными средствами, начисленными на сумму основного долга за период с 01.03.2020 по день фактической уплаты долга исходя из ставки 12,5 процентов годовых.

Арбитражный суд Нижегородской области решением от 16.03.2021 признал ООО «Магнит-НН» несостоятельным (банкротом), открыл в отношении него процедуру конкурсного производства, утвердил конкурсным управляющим ФИО3; включил в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование ООО «Магнит-Инвест» в размере 24 576 079 рублей.

ФИО1 обратился в суд с заявлением о пересмотре решения от 16.03.2021 по новым (вновь открывшимся) обстоятельствам, ссылаясь на необходимость понижения требования ООО «Магнит-Инвест» в реестре до очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, в связи с его корпоративной природой. Суд вступившим в силу определением от 09.07.2021 отказал в удовлетворении заявления, указав, что обстоятельства, на которые ссылается ФИО1, являлись предметом исследования суда при принятии определения и не являются новыми (вновь открывшимися) по смыслу статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определениями от 31.05.2021 и от 21.07.2021 суд первой инстанции включил в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Магнит-НН» требования ООО «Магнит-Инвест» в размере 2 931 778 рублей 35 копеек и 10 608 778 рублей 15 копеек (учитываются отдельно в реестре) соответственно.

ФИО1, посчитав, что имеются обстоятельства, влекущие исключение требований ООО «Магнит-Инвест» в общей сумме 38 116 636 рублей 05 копеек из реестра требований кредиторов ООО «Магнит-НН», их субординировании, обратился в суд с настоящим заявлением.

В соответствии с пунктом 6 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено указанным пунктом.

Возможность исключения требования из реестра требований кредиторов, предусмотренная пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве, реализуется в исключительных случаях, в частности, в результате отмены в предусмотренном процессуальным законодательством порядке судебного акта, на основании которого требование было включено в реестр, признания в установленном порядке

недействительным решения налогового органа о взыскании недоимки, в случае замены кредитора, по заявлениям кредиторов об исключении их собственных требований из реестра кредиторов (пункт 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Закона о банкротстве»).

При рассмотрении заявления об исключении требования кредитора из реестра судебный акт, которым требование было включено в реестр, не пересматривается. Предметом проверки является правомерность нахождения требования в реестре после возникновения оснований, в связи с наступлением которых заинтересованное лицо просит исключить требование из реестра.

Арбитражный суд, рассматривая заявление заинтересованного лица об исключении требований кредитора из реестра, разрешает вопрос о правомерности нахождения соответствующих требований в реестре после возникновения оснований, в связи с которыми заявитель просит данные требования исключить. То есть установлению подлежат безусловные обстоятельства, свидетельствующие о неправомерном нахождении требования кредитора в реестре требований кредиторов должника после включения в реестр данного кредитора в связи с наличием таких оснований, которые исключают возможность нахождения требований кредитора в реестре.

Данные основания (доказательства) должны иметь бесспорный характер, безусловно свидетельствовать о неправомерности нахождения в реестре требований кредитора, поскольку обоснованность требований кредитора была проверена судом при рассмотрении вопроса о включении данных требований в реестр.

Аналогичные разъяснения приведены в пунктах 31 и 32 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29.05.2024 № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 40).

Согласно пункту 33 Постановления № 40 по смыслу пункта 8 статьи 71 и пункта 8 статьи 100 Закона о банкротстве в качестве основания для исключения требования кредитора из реестра или для изменения его очередности не могут быть приняты доводы и доказательства, которые заявлялись при рассмотрении обособленного спора по существу.

Оценив представленные в дело доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций не усмотрели оснований для исключения требований ООО «Магнит Инвест» из реестра требований кредиторов ООО «Магнит-НН» путем понижения их очередности.

Несмотря на то, что действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием как для отказа во включении в реестр требований кредиторов, так и основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

В пункте 3.1 Обзора от 29.01.2020 раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты). Так, контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, в частности, с использованием конструкции договора займа и других договорных конструкций, то есть, избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства должника. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поэтому при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты).

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица. Не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020).

В пункте 6.2 Обзора от 29.01.2020 указано, что очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника, предоставив ему возможность осуществлять предпринимательскую деятельность, не исполняя обязанность по подаче заявления о банкротстве (пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве).

Таким образом, по смыслу приведенных разъяснений, для понижения очередности требований кредитора необходимо установление совокупности следующих обстоятельств: наличие у кредитора статуса контролирующего должника лица (либо финансирование должника под воздействием такого лица); требование такого кредитора носит компенсационный характер. Понятие компенсационного финансирования применимо при доказанности осуществления такого финансирования контролирующим лицом денежными средствами либо иными ресурсами подконтрольного общества для целей ведения им своей деятельности.

Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота следует право каждого определять правовую форму инвестирования, в частности посредством внесения взносов в уставный капитал подконтрольной организации или выдачи ей займов. Если внутреннее финансирование с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц – других

кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании.

При рассмотрении подобной категории дел в каждом конкретном случае надлежит исследовать всю совокупность правоотношений, сложившихся между независимыми кредиторами, должником и лицами, предоставившими финансирование, цели и экономическую целесообразность сделки, предшествующее и последующее поведение ее участников.

Суды установили, что ООО «Магнит Инвест» имеет заинтересованность по отношению к ООО «Магнит-НН» через ФИО6 Право требования задолженности с ООО «Магнит-НН» приобретено аффилированным ООО «Магнит Инвест» у независимого кредитора (ПАО «НБД-Банк»). Уступка права осуществлена в соответствии с нормами действующего законодательства, договор уступки недействительным не признан.

Само по себе нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным. Финансирование предполагает предоставление цессионарием возможности продолжать осуществление должником предпринимательской деятельности, в то время как ООО «Магнит Инвест» непосредственно после приобретения права требования к ООО «Магнит-НН» (04.12.2019) обратилось к нему с претензией (13.12.2019), а затем в суд с иском о взыскании задолженности (13.01.2020). Впоследствии именно ООО «Магнит Инвест» обратилось с заявлением о признании ООО «Магнит-НН» несостоятельным (банкротом) после вступления решения Арбитражного суда Нижегородской области от 28.08.2020 по делу № А43-325/2020 в силу. Указанная хронология событий исключает цель ООО «Магнит Инвест» отсрочить банкротство должника и ввести в заблуждение кредиторов, соответственно, требования такого кредитора не носят характер вытекающих из предоставления должнику компенсационного финансирования.

В этой связи суд округа отмечает, что в кассационной жалобе отсутствует указание на независимых кредиторов, от которых ФИО6 скрывал истинное финансовое положение ООО «Магнит-НН». При таких обстоятельствах доводы ФИО1 о кризисе, в котором находился должник на момент приобретения ООО «Магнит Инвест» требований к нему, не имеют правового значения.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2022 № 301-ЭС21-23374 установлены фактические обстоятельства, подлежащие учету в настоящем споре в порядке части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, свидетельствующие об отсутствии у должника на момент приобретения кредитором права требования к нему иных неисполненных обязательств, а также признаков недостаточности имущества.

Судебные инстанции обратили внимание на отсутствие доказательств воспрепятствования заявителю в исполнении за должника его кредитных обязательств перед банком, в том числе, в добровольном погашении требований оплатившего этот долг общества.

Намерение ООО «Магнит Инвест» путем покупки спорного права требования приобрести статус мажоритарного кредитора ООО «Магнит-НН» не может служить основанием для признания его поведения недобросовестным, о злоупотреблении им правом, а свидетельствует лишь о цели извлечения выгоды от выкупа требования банка. Гипотетическая возможность недобросовестных действий ООО «Магнит Инвест» в настоящем деле о банкротстве сама по себе не является основанием для понижения очередности его требования в реестре требований кредиторов. Решения собрания кредиторов, имеющие значимые для должника и кредиторов последствия, деятельность

арбитражного управляющего, назначенного с подачи данного кредитора, выкупившего требование к должнику (при наличии соответствующих обстоятельств), в любом случае подлежат отдельной судебной проверке в рамках дела о банкротстве должника.

Следует отметить, что указанные обстоятельства исследовались судами при включении требований кредитора в реестр и установлении их очередности, сделанные ими выводы учтены при рассмотрении настоящего заявления в соответствии со статьей 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Ревизия судебных актов, в которых констатирована обоснованность требования кредитора, а также установлена их очередность, возможна лишь в рамках регламентированного процессуальным законом порядка обжалования этих судебных актов либо инициирования процедуры пересмотра по вновь открывшимся (новым) обстоятельствам.

В рамках настоящего спора суды не усмотрели в действиях кредитора иных признаков недобросовестного поведения, злоупотребления им правом и, как следствие, оснований для применения к рассматриваемым правоотношениям положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Обстоятельства, порождающие у заявителя жалобы сомнения в добросовестности ООО «Магнит Инвест», по мнению ФИО1, получившего право требования задолженности с ООО «Магнит-НН» исключительно с целью разрешения корпоративного конфликта, не могут служить основанием для признания его поведения недобросовестным, поскольку прямо не следуют из фактических обстоятельств. Верховный Суд Российской Федерации в определении от 15.05.2024 № 301-ЭС21-23374(4) не сделал однозначных выводов в отношении намерений ФИО6 реализовать противоправные цели в настоящей процедуре банкротства, в том числе, путем отказа от более быстрого способа погашения задолженности, и дал указания исследовать обстоятельства, связанные с привлечением бывшего руководителя должника ФИО7 к ответственности в условиях наличия корпоративного конфликта между участниками общества. Следует отметить, что ФИО1, не являясь независимым кредитором должника, также является участником корпоративного конфликта и может использовать процессуальные инструменты, регламентированные процедурой банкротства, для реализации собственных интересов, на что справедливо обратили внимание суды.

Оценка поведения участвующего в деле лица в качестве добросовестного либо недобросовестного относится к вопросам факта, а не права, поэтому является прерогативой судов первой и апелляционной инстанций, разрешающих спор по существу исходя из присущих им дискреционных полномочий. У суда округа компетенция на переоценку фактических обстоятельств отсутствует, в связи с чем соответствующие доводы ФИО1 не могут быть приняты во внимание.

При изложенных обстоятельствах у судов не имелось оснований для понижения очередности удовлетворения требований заявителя, не осуществлявшим финансирование должника в рамках публично нераскрытого плана выхода его из кризиса, а взаимодействовавшего с ним на обычных рыночных условиях. Суды констатировали отсутствие бесспорных оснований для вывода, что действия ООО «Магнит Инвест» были направлены исключительно на причинение ущерба ФИО1 и иным вовлеченным лицам. Судебные акты о включении требований кредитора в реестр не отменены и не изменены, доказательств погашения задолженности не представлено. В этой связи требование ООО «Магнит Инвест» в заявленном размере не подлежало исключению из третьей очереди реестра требований кредиторов должника.

Суд кассационной инстанции, признавая выводы судов первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными, исходит из их соответствия установленным в

рамках настоящего обособленного спора обстоятельствам при отсутствии бесспорных подтверждений обратному со стороны заявителя.

Приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы не содержат ссылок на обстоятельства, которые не были проверены и учтены судами при рассмотрении дела и влияли бы на обоснованность и законность обжалованных судебных актов.

Окружной суд также не обнаружил подтверждений тому, что имели место существенные нарушения норм процессуального права судом первой инстанции, на которые указал в кассационной жалобе ФИО1

Ссылки заявителя на отсутствие извещения о начавшемся процессе по месту прохождения военной службы и несвоевременное размещение определения в автоматизированной системе «Картотека арбитражных дел» в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» не повлекли нарушение прав заявителя на судебную защиту. Представитель ФИО1 своевременно обратился с апелляционной жалобой, в которой изложил свои доводы в отношении вынесенного определения, всем заявленным доводам апелляционный суд дал надлежащую оценку в мотивировочной части постановления.

Доводы подателя жалобы о непривлечении к рассмотрению спора в качестве третьих лиц сопоручителей за ООО «Магнит-НН», а также ФИО7, в отношении которого имеется спор о привлечении к субсидиарной ответственности, основанием для вывода о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права не являются.

Состоявшиеся судебные акты не предоставляют ООО СМФ «Промстрой» и ФИО6 каких-либо прав и не возлагают на них обязанностей. Правоотношения указанных лиц с должником и кредитором не входили в предмет исследования в рамках настоящего спора. Изложенное исключает необходимость их привлечения к участию в споре (часть 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Следует отметить, что указанные лица с заявлениями об их привлечении в качестве третьих лиц в настоящем споре не обращались.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.15 Закона о банкротстве лицо, в отношении которого в рамках дела о банкротстве подано заявление о привлечении к ответственности, наделено правами и обязанностями участвующего в деле о банкротстве лица в пределах рассмотрения обособленного спора по заявлению о привлечении его к субсидиарной ответственности, имеет права и несет обязанности как ответчик по этому заявлению. В силу пункта 2 названной статьи указанное лицо вправе участвовать в деле о банкротстве при рассмотрении иных вопросов, указанных в абзаце втором пункта 4 статьи 34 Закона о банкротстве. Подача ходатайства о привлечении к участию в деле о банкротстве в этом случае не требуется.

Таким образом, права ФИО7 не нарушены.

Суд кассационной инстанции считает ошибочным довод заявителя о наличии безусловного основания для отмены принятого судебного акта применительно к пункту 6 части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку при наличии письменного протокола судебного заседания отсутствие аудиозаписи судебного заседания на материальном носителе не является основанием для отмены обжалованного судебного акта. Отсутствие аудиозаписи судебного заседания является основанием к отмене судебного акта только в случае, когда посредством аудиозаписи были зафиксированы сведения, послужившие основанием для принятия данного судебного акта (абзац 2 пункта 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный

процессуальный кодекс Российской Федерации»). В материалах обособленного спора имеется протокол судебного заседания, состоявшегося 29.10.2024 (том дела 1, лист дела 18).

Оснований для отмены обжалованных судебных актов с учетом приведенных в кассационной жалобе доводов не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд кассационной инстанции не установил.

Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы составляет 20 000 рублей, расходы по ее уплате относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 06.12.2024 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2025 по делу № А43-230/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 20 000 рублей государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

Арбитражному суду Нижегородской области выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий С.В. Ионычева

Судьи Е.В. Елисеева

Л.В. Кузнецова