Постановление от 26 августа 2023 г. по делу № А60-8281/2022

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-12558/2022(18,19)-АК

Дело № А60-8281/2022
26 августа 2023 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 22 августа 2023 года.


Постановление в полном объеме изготовлено 26 августа 2023 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Нилоговой Т.С.,

судей Гладких Е.О., Макарова Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания до и после перерыва секретарем ФИО1,

в отсутствие до и после перерыва представителей лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы должника ФИО2 и заинтересованного лица ФИО3

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 12 июля 2023 года

об удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Траст» и признании обязательства по кредитному договору от 25.04.2016 №ДО056/15/00241-16 общим обязательством супругов должника и ФИО3,

вынесенное в рамках дела № А60-8281/2022

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 (ИНН <***>),



установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 18.02.2022 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Траст» (далее – общество «Управляющая компания Траст») о признании ФИО2 (далее – ФИО2, должник) несостоятельной (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.06.2022 (резолютивная часть от 14.06.2022) заявление кредитора признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО4 (далее – ФИО4), член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Этим же определением в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование общества «Управляющая компания Траст» в общем размере 4 598 889 руб. 64 коп. (в том числе 2 864 795 руб. 01 коп. основного долга, 1 688 419 руб. 85 коп. процентов, 43 407 руб. 15 коп. неустойки, 2 267 руб. 63 коп. расходов по уплате государственной пошлины).

Информационное сообщение о введении процедуры реструктуризации долгов опубликовано в газете «Коммерсантъ» 25.06.2022 №112(7313).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.10.2022 ФИО4 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.12.2022 (резолютивная часть от 06.12.2022) финансовым управляющим утвержден ФИО5 (далее – ФИО5), являющийся членом Ассоциации «Национальная организация арбитражных управляющих».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.01.2023 (резолютивная часть от 12.01.2023) ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО5

Информационное сообщение о признании должника банкротом, введении процедуры реализации имущества опубликовано в газете «Коммерсантъ» 21.01.2023 №11(7456).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.04.2023 на основании заявления должника внесены изменения в реестр требований кредиторов ФИО2 в отношении размера требований общества «Управляющая компания Траст». С учетом исправленной определением Первоуральского городского суда от 27.08.2018 технической опечатки, арбитражным судом указано на включение в третью очередь реестра требований кредиторов должника требований общества «Управляющая компания Траст» в размере 2 864 795 руб. 01 коп. основного долга, 1 688 419 руб. 85 коп. процентов, 4 340 руб. 72 коп. неустойки, 2 267 руб. 63 коп. расходов по уплате государственной пошлины.

27.01.2023 в арбитражный суд поступило заявление кредитора общества «Управляющая компания Траст» о признании включенного в реестр требований кредиторов ФИО2 требования общества «Управляющая компания Траст» общим обязательством супругов Г-вых.

Определением суда от 06.04.2023 к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве заинтересованного лица привлечен супруг должника ФИО3 (далее – ФИО3).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.07.2023 (резолютивная часть от 20.06.2023) заявление общества «Управляющая компания Траст» удовлетворено. Признано общим обязательством супругов ФИО2 и ФИО3 обязательство по кредитному договору от 25.04.2016 №ДО056/15/00241-16 в размере 4 598 889 руб. 64 коп.

Не согласившись с указанным судебным актом, должник ФИО2 и заинтересованное лицо ФИО3 обратились с апелляционными жалобами (с учетом дополнения к жалобе должника), в которых просят определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленного требования общества «Управляющая компания Траст».

В апелляционных жалобах должник и заинтересованное лицо приводят, по сути, аналогичные доводы о том, что оспариваемое определение принято судом с нарушением норм материального права, поскольку заключение одним из супругов в период брака кредитного договора само по себе не влечет безусловный вывод об общем характере такого обязательства, судом неверно применены правила о сроке исковой давности. Указывают, что для признания кредитных обязательств общим долгом супругов само кредитное обязательство должно быть либо общим (т.е. как следует из положений пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ), обязательство должно возникнуть по инициативе обоих супругов в интересах семьи; например, когда супруги являются созаемщиками), либо обязательством одного из супругов, по которому все полученное было использовано на нужды семьи. Апеллянты настаивают на том, что в рассматриваемом случае кредитные отношения ФИО2 были оформлены без получения согласия супруга ФИО3, о кредитных отношениях ФИО3 уведомлен не был, согласие на получение ФИО2 кредита не оформлял. Обращают внимание, что согласно индивидуальным условиям кредитования в качестве цели получения кредита указано «иные потребительские цели». Заявляя требование о признании обязательств по кредитному договору общим обязательством супругов, кредитор должен доказать общий характер возникшего обязательства. Между тем, общество «Управляющая компания Траст» не предоставило достаточных и неопровержимых доказательств того, что должник ФИО2 брала кредит на семейные нужды, после получения кредита данные денежные средства были израсходованы должником в интересах семьи (в том числе улучшилось имущественное положение семьи), при этом фактов приобретения супругами какого-либо имущества после оформления кредита установлено не было. Считают, что представленная суду анкета должника на получение кредита, согласно которой денежные средства требуются на ремонт, таким доказательством не является. Настаивают на том, что расходование кредитных средств было произведено в личных интересах ФИО2, при этом в период 2014-2016 годов супруг должника по адресу регистрации должника (<...>) не проживал, фактически проживал в ином месте, ухаживая за пожилым отцом; совместное хозяйство в указанный период супруги Г-вы не вели. Обращают внимание, что часть кредитных средств была направлена на оплату в рамках программы страхования клиентов банка, при этом супруг должника (ФИО3) не являлся ни застрахованным лицом, ни выгодоприобретателем. При оформлении кредита договоров страхования жизни и здоровья, страхование было оформлено исключительно в личных интересах ФИО2, как заемщика, что не относится к улучшению имущественного положения семьи. Следовательно, все нажитое каждым из супругов в период их раздельного проживания при прекращении семейных отношений (имущество, долги), является собственностью каждого из них.

Кроме того, апеллянты отмечают неправильное применение судом норм материального права при рассмотрении заявления ФИО2 и ФИО3 о применении срока исковой давности по заявлению общества «Управляющая компания Траст» о признании долга совместным обязательством супругов. Судом не учтено, что в качестве основания к возбуждению дела о банкротстве физического лица ФИО2 обществом «Управляющая компания Траст» предоставлен договор уступки прав требований (цессии) от 18.11.2019, в соответствии с которым к кредитору перешло право требования задолженности по кредитному договору от 25.04.2016, заключенному между Банком ВТБ (публичным акционерным обществом) (далее – Банк ВТБ, Банк) и должником ФИО2; задолженность по кредитному договору взыскана с ФИО2 в пользу Банка решением Первоуральского городского суда от 08.06.2018, следовательно, учитывая, что заключение договора цессии не влияет на течение срока исковой давности (исковые требования к должнику о признании обязательства совместным должны предъявляться в пределах общего срока исковой давности), на момент обращения в суд с рассматриваемыми требованиями (27.01.2023), срок исковой давности кредитором был пропущен. По мнению апеллянтов, вышеприведенные обстоятельства также свидетельствуют о наличии признаков злоупотребления правом со стороны кредитора общества «Управляющая компания Траст», в том числе учитывая, что в материалы дела ФИО2 представлены уведомления об отзыве согласия на уступку прав требований и о расторжении кредитного договора от 25.04.2016.

С апелляционной жалобой должником ФИО2 представлены дополнительные доказательства: приходный кассовый ордер от 31.07.2015 №639 Банка Москвы на сумму 1 500 000 руб., документы по взаимоотношениям с обществом с ограниченной ответственностью «Спутник» (дополнительное соглашение от 10.08.2015 к договору инвестирования №263, акт приема-передачи денежных средств от 10.08.2015 по дополнительному соглашению от 10.08.2015 к договору инвестирования №263, квитанция к приходному кассовому ордеру от 10.08.2015 №80 на сумму 1 500 000 руб.), а также уведомление заемщика ФИО2 от 24.10.2018 о расторжении кредитного договора, уведомление Банка ВТБ от 19.03.2020 о расторжении кредитного договора от 25.04.2016 №ДО056/15/00241-16 с 24.11.2018, уведомление заемщика от 11.05.2018 об отзыве согласия от 25.04.2016 о передаче (сообщении) третьим лицам или предоставления доступа для них к сведениям о заемщике, о просроченной задолженности и ее взыскании и любым другим персональным данным заемщика.

В дополнениях к апелляционной жалобе ФИО2 указывает на ошибочность представления с апелляционной жалобой дополнительных документов по взаимоотношениям с обществом с ограниченной ответственностью «Спутник»; поясняет, что полученные кредитные денежные средства были использованы ею по договору инвестиционного страхования жизни с открытым акционерным обществом «Страховая группа МСК» (далее – общество «Страховая группа МСК»), представлен полис от 31.07.2015 №СВ-1-07-38 по программе инвестиционного страхования жизни №ОТА/5510/-11812711.

С апелляционной жалобой ФИО3 представлено письмо Банка ВТБ от 19.03.2020 о получении уведомления о заключении брачного договора между супругами Г-выми от 11.05.2018, уведомление заемщика ФИО2 от 24.10.2018 о расторжении кредитного договора (дублирует аналогичное уведомление, представленное должником).

08.08.2023 обществом «Управляющая компания Траст» представлены отзывы на апелляционные жалобы должника и заинтересованного лица, по доводам которых кредитор выводы суда поддерживает, просит определение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

15.08.2023 заинтересованным лицом ФИО3 представлены возражения на отзыв общества «Управляющая компания Траст».

Кроме того, 14.08.2023 от ФИО2 и ФИО3 поступили ходатайства об отложении судебного заседания с целью реализации возможности ознакомления с отзывом общества «Управляющая компания Траст».

Судом апелляционной инстанции рассмотрены ходатайства апеллянтов об отложении судебного заседания по рассмотрению апелляционных жалоб, поступившие до судебного заседания, в их удовлетворении отказано в связи с отсутствием оснований, предусмотренных положениями части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Отзывы общества «Управляющая компания Траст» направлены судом ФИО2 и ФИО3 посредством электронной почты. Факт получения отзывов кредитора подтверждается представлением письменных возражений на данные отзывы.

Вместе с тем, суд счел возможным объявить перерыв в судебном заседании.

Протокольным определением апелляционного суда от 16.08.2023 в порядке статьи 163 АПК РФ в судебном заседании объявлен перерыв до 22.08.2023, после чего судебное заседание продолжено в том же составе суда.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, представителей до и после объявленного перерыва для участия в заседании суда апелляционной инстанции не направили, своим правом на участие в судебном заседании посредством веб-конференции не воспользовались, что на основании части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела судом.

Представленные ФИО2 и ФИО3 дополнительные документы суд апелляционной инстанции счел возможным приобщить к материалам дела на основании части 2 статьи 268 АПК РФ (за исключением документов по взаимоотношениям с обществом с ограниченной ответственностью «Спутник»).

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Из материалов дела следует, что настоящее дело о банкротстве возбуждено на основании заявления общества «Управляющая компания Траст» в связи с наличием задолженности ФИО2 по кредитным обязательствам в сумме свыше 500 000 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.06.2022 (резолютивная часть от 14.06.2022) заявление кредитора признано обоснованным, в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина.

Этим же определением в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование общества «Управляющая компания Траст» в общем размере 4 598 889 руб. 64 коп. (в том числе 2 864 795 руб. 01 коп. основного долга, 1 688 419 руб. 85 коп. процентов, 43 407 руб. 15 коп. неустойки, 2 267 руб. 63 коп. расходов по уплате государственной пошлины).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.04.2023 внесены изменения в реестр требований кредиторов ФИО2 в отношении размера требований кредитора. С учетом исправленной определением Первоуральского городского суда от 27.08.2018 технической опечатки, арбитражным судом указано на включение в третью очередь реестра требований кредиторов должника требований общества «Управляющая компания Траст» в размере 2 864 795 руб. 01 коп. основного долга, 1 688 419 руб. 85 коп. процентов, 4 340 руб. 72 коп. неустойки, 2 267 руб. 63 коп. расходов по уплате государственной пошлины.

При этом, включая требования общества «Управляющая компания Траст» в реестр, суд первой инстанции исходил из того, что кредитные обязательства ФИО2 возникли из кредитного договора от 25.04.2016 №639/0612-0001401 и подтверждены решением Первоуральского городского суда Свердловской области от 08.06.2018.

Фактически в данном случае задолженность ФИО2 возникла в связи с неисполнением ею кредитных обязательств по кредитному договору от 25.04.2016 №ДО056/15/00241-16.

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции исходит из того, что в рамках настоящего обособленного спора обсуждается вопрос о наличии/отсутствии оснований для признания кредитных обязательств перед обществом «Управляющая компания Траст», вытекающих из кредитного договора от 25.04.2016 №ДО056/15/00241-16, общим обязательством супругов Г-вых.

Материалами настоящего обособленного спора подтверждается, что между Банком Москвы, правопреемником которого является Банк ВТБ, и ФИО2 заключен кредитный договор от 25.04.2016 №ДО056/15/00241-16, в соответствии с условиями которого, Банк обязался предоставить заемщику денежные средства в сумме 3 000 000 руб. под 23,9 % годовых на срок до 03.10.2018.

ФИО2 воспользовалась полученными денежными средствами, однако не выполнила свои обязательства по кредитному договору, в связи с чем Банк обратился в суд за взысканием кредитной задолженности.

Решением Первоуральского городского суда Свердловская область от 08.06.2018 по гражданскому делу №2-1590/2018 удовлетворены требования Банка ВТБ к ФИО2 о взыскании задолженности по кредитному договору от 25.04.2016 №ДО056/15/00241-16. С ФИО2 в пользу Банка взыскано 2 864 795 руб. 01 коп. просроченного основного долга, 51 950 руб. 23 коп. просроченных процентов за пользование кредитом, 50 665 руб. 68 коп. процентов на просроченный долг, 4 340 руб. 72 коп. неустойки, 25 363 руб. 76 коп. расходов по уплате государственной пошлины (с учетом исправленной определением Первоуральского городского суда от 27.08.2018 технической опечатки). Апелляционным определением Свердловского областного суда решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Между Банком ВТБ (цедент) и обществом «Управляющая компания Траст» (цессионарий) заключен договор уступки прав (требований) от 18.11.2019 №193/2019/ДРВ, согласно условиям которого к обществу «Управляющая компания Траст» перешло, в том числе и право требования задолженности по кредитному договору, заключенному между Банком ВТБ и должником.

Определением Первоуральского городского суда Свердловской области от 07.07.2020 произведена замена взыскателя на общество «Управляющая компания «Траст».

В отношении ФИО2 возбуждено исполнительное производство от 14.03.2019 №36102/19/66043-ИП, в ходе которого решение суда должником не исполнено.

В связи имеющейся задолженностью по кредитному договору обществом «Управляющая компания Траст» инициировано настоящее дело о банкротстве, требования кредитора в размере 4 598 889 руб. 64 коп. определением арбитражного суда от 17.06.2022 включены в реестр требований кредиторов должника ФИО2

Полагая, что полученные по кредитному договору от 25.04.2016 №ДО056/15/00241-16 денежные средства были получены ФИО2 в период брака с ФИО3 и использованы должником на общие нужды семьи, общество «Управляющая компания Траст» обратилось в суд с заявлением о признании обязательств по кредитному договору общим обязательством супругов Г-вых.

Принимая во внимание, что ни должник, ни заинтересованное лицо по существу аргументированно доводы кредитора не опровергли, доказательств ведения раздельного хозяйства, раздельного проживания длительное время и отсутствие взаимных отношений между супругами, в том числе объективно свидетельствующих о том, что заемные денежные средства были израсходованы на личные цели должника, не представили, учитывая, что брачный договор не заключался, раздел имущества не осуществлялся, суд пришел к выводу о том, что полученные денежные средства по указанному кредитному обязательству должником использованы на нужды семьи, что влечет удовлетворение заявления кредитора о признании обязательств по кредитному договору общим обязательство супругов Г-вых. Также суд пришел к выводу о неприменимости в данном случае норм о сроках исковой давности, в связи с чем, отклонил заявления должника и заинтересованного лица об истечении исковой давности.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционных жалоб и отзывов на них, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проверив правильность применения судом норм материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу положений пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

В соответствии с пунктом 2 статьи 45 СК РФ обращение взыскания на общее имущество супругов, а также субсидиарно на личное имущество каждого из них допускается, во-первых, по общим долгам супругов и, во-вторых, по долгам одного из них, если все полученное по сделке было направлено супругом на нужды семьи.

В силу указанного положения общими прежде всего следует считать те обязательства, которые возникли в период брака и возникли одновременно для обоих супругов из единого правового основания, обязательства, в которых участвуют оба супруга и, соответственно, оба выступают должниками перед третьими лицами, а также обязательства, возникшие из сделок одного из супругов, совершенных им с согласия другого.

Ко второй группе обязательств, названной в статье 45 СК РФ, отнесены обязательства одного из супругов, по которым все полученное использовано на нужды семьи.

Вопрос о признании обязательства общим разрешается судом в деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования (пункт 2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213.19, пункт 4 статьи 213.24 Закон о банкротстве), и к участию в таком обособленном споре привлекается супруг должника, который обладает правами ответчика, а, если кредитор, заявляя в деле о банкротстве требование, не ссылался на наличие общего обязательства супругов, вследствие чего суд установил требование как личное, то впоследствии такой кредитор вправе обратиться с заявлением о признании его требования общим обязательством супругов, и соответствующее заявление подлежит разрешению по правилам пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве с участием супруга должника (пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 №48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 25.12.2018 №48).

Определение статуса обязательства как общего либо личного имеет значение при распределении средств, вырученных от продажи имущества в деле о банкротстве должника.

Таким образом, кредитор, требования которого уже включены в реестр требований кредиторов должника-гражданина, не лишен права обратиться с заявлением о признании его требования общим обязательством супругов, и разрешение соответствующих требований судом в самостоятельном обособленном споре.

Как следует из материалов дела, должник ФИО2 состоит в зарегистрированном браке с ФИО3 (свидетельство о заключении брака от 25.04.2009).

Согласно пункту 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 СК РФ, согласно которым, взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все, полученное по обязательствам одним из супругов, было использовано на нужды семьи. Бремя доказывания обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 СК РФ, лежит на стороне, претендующей на распределение долга.

В то же время, исходя из специфики дел о банкротстве (конфликт между кредиторами и должником ввиду недостаточности средств, конкуренция кредиторов, высокая вероятность злоупотребления правом) в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 №1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 №309-ЭС15-13978 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Предъявление в таком случае к кредиторам высоких требований по доказыванию, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей, так как они по существу оказываются вынужденными представлять доказательства, доступ к которым у них отсутствует в силу их невовлеченности в спорные правоотношения.

Вместе с тем, супругам не представляет сложности представить суду доказательства, объективно свидетельствующие о том, на какие цели были израсходованы заемные денежные средства.

Таким образом, если кредитор приводит достаточно серьезные доводы и представляет существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительным его аргумент о предоставлении денежных средств на нужды семьи, в силу статьи 65 АПК РФ, бремя доказывания личного характера данного обязательства переходит на супругов.

Существуют объективные основания для возложения на супругов, возражающих против обращения взыскания на общее имущество или против признания обязательства общим, бремени опровержения общего характера обязательства, поскольку в силу доверительных, личных и, как правило, закрытых от третьих лиц внутрисемейных отношений пояснить обстоятельства и представить в опровержении приводимых кредитором доводов доказательства того, что денежные средства, полученные от кредитора одним из супругов (или обоими), были израсходованы на личные нужды или на нужды семьи, могут лишь сами супруги.

Очевидно, что супруги не заинтересованы в том, чтобы обязательство, оформленное на одного из них, было признано общим, поскольку это увеличит объем ответственности того супруга, который не был стороной договора. Поэтому они не заинтересованы и в том, чтобы оказывать кредитору содействие и представлять доказательства того, что все полученное по обязательству потрачено на нужды семьи.

В законодательстве отсутствует четкое определение нужд семьи, однако в судебной практике сложилось понимание под указанным определением расходов на жилище, питание, одежду, медицинские услуги, образование детей, приобретение и ремонт жилья для совместного проживания и иные расходы на поддержание необходимого уровня жизни семьи.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством по настоящему обособленному спору является установление цели получения кредита (займа), а также использование привлеченных денежных средств на нужды семьи.

В данном случае задолженность возникла в связи с неисполнением кредитных обязательств, возникших из кредитного договора от 25.04.2016 №ДО056/15/00241-16.

Таким образом, для возложения на супруга должника солидарной обязанности по возврату взысканных с должника денежных средств, обязательство должно являться общим, то есть, в силу пункта 2 статьи 45 СК РФ, должно возникнуть по инициативе обоих супругов в интересах семьи либо являться обязательством одного из супругов, по которому все полученное было использовано на нужды семьи.

Как отмечалось выше, бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 №309-ЭС15-13978).

При рассмотрении настоящего спора судом первой инстанции обоснованно принято во внимание, что согласно анкете – заявлению на получение кредита ФИО2 указано, что целью получения потребительского кредита является гашение иного кредита по договору №ДО056/15/00480-15 и ремонт.

Согласно индивидуальным условиям договора потребительского кредита от 25.04.2016 №ДО056/15/00241-16 кредитные средства предоставлены должнику для полного погашения первичного договора (кредитного договора от 31.07.2015 №ДО056/15/00480-15) в сумме 2 021 268 руб. 41 коп. и на иные потребительские цели в сумме 978 731 руб. 59 коп.

В момент получения кредита, а также в настоящее время должнику на праве общей совместной собственности с супругом ФИО3 принадлежит квартира по адресу: <...>.

Иного имущества у должника, на ремонт которого потребовалась бы значительная сумма денежных средств, взятая в кредит, судом не установлено.

Если обратить внимание на условия предыдущих первичных кредитных договоров, заключенных должником с Банком и которые погашались за счет последующих кредитов, то все предыдущие кредиты были предоставлены ФИО2 на потребительские цели.

Так, согласно кредитному договору от 02.12.2014 №ДО056/15/00813-14 ФИО2 был предоставлен потребительский кредит в сумме 330 000 руб. (без указания цели использования заемщиком потребительского кредита).

Обязательства по указанному кредитному договору были прекращены за счет средств, предоставленных по следующему кредитному договору.

Согласно индивидуальным условиям договора потребительского кредита от 31.07.2015 №ДО056/15/00480-15 на общую сумму 2 013 000 руб. ФИО2 предоставлены кредитные средства для полного погашения первичного договора (кредитного договора от 02.12.2014 №ДО056/15/00813-14) в сумме 284 500 руб. 56 коп. и на иные потребительские цели в сумме 1 728 499 руб. 44 коп.

Доказательства того, что полученные как в 2014 и 2015 годах, так и в 2016 году, кредитные средства были направлены ФИО2 исключительно на личные цели, которые никоим образом не связаны с поддержанием благосостояния семьи, в материалах дела отсутствуют и суду апелляционной инстанции не представлены (статья 65 АПК РФ).

Таким образом, вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о том, что долг, возникший по кредитному договору от 25.04.2016 №ДО056/15/00241-16, является общим долгом супругов ФИО2 и ФИО3

Доводы заявителей жалобы о том, что кредитором не предоставлены доказательства использования денежных средств на какие-либо иные нужды семьи, подлежат отклонению.

С учетом описанных выше норм права и правил распределения бремени доказывания обстоятельств, имеющих значение для дела, именно супруги Г-вы несут бремя доказывания по представлению достаточных доказательств расходования кредитных денежных средств на иные нужды, а не нужды семьи.

В рассматриваемом случае именно супруги должны опровергнуть позицию кредитора и представить подтверждающие доказательства.

Доказательства ведения раздельного хозяйства, раздельного проживания длительное время и отсутствие взаимных отношений между супругами, а также того, что полученные по договору денежные средства были потрачены не в интересах семьи, а на личные нужды должника, не представлены ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции.

Кроме того, из материалов дела не следует, что между супругами заключался брачный договор, предусматривающий раздельный бюджет супругов, раздел имущества супругов не производился.

Представленные сведения о местах регистрации ФИО2 и супруга ФИО3 такими доказательствами не являются, поскольку место регистрации только презюмирует проживание гражданина по соответствующему адресу и не является подтверждением прекращения фактических брачных отношений и ведения совместного хозяйства.

Более того, ФИО3, оставаясь сособственником квартиры по адресу: <...>, несет бремя содержания данного имущества. Следовательно, получение одним из супругов кредитных средств потребительского назначения (ремонт) свидетельствует о возникновении общего обязательства супругов.

Доводы жалоб о том, что часть кредитных средств была направлена на оплату дополнительных услуг, связанных с участием ФИО2 в программе страхования клиентов банка, и такое расходование не связано с нуждами семьи, являются несостоятельными. Оплата сопутствующих получению кредита услуг и цель таких расходов не может отличаться от цели получения кредита; без участия в программе страхования ФИО2 не смогла бы получить кредиты на тех условиях, на которых были заключены договоры; расходы по страхованию снижали расходы на иные банковские услуги и способствовали более благоприятным условиям кредитования.

При заключении кредитных договоров ФИО2 против страхования не возражала. Договор страхования является видом страхования, как обеспечение обязательств супругов, что верно отмечено судом первой инстанции.

Апелляционным судом также отклоняются доводы должника и заинтересованного лица ФИО3 об истечении исковой давности и неправильном применении судом норм материального права.

При рассмотрении довода ФИО2 и ФИО3 о применении срока исковой давности суд пришел к правомерному выводу о том, что с учетом рассматриваемого предмета спора исковая давность не применима.

Арбитражный суд первой инстанции верно исходил из того, что в соответствии со статьями 195, 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) исковой давностью признается срок для защиты нарушенного права по иску лица; общий срок исковой давности устанавливается в три года; согласно статье 201 ГК РФ перемена лиц в обязательстве не прерывает срок исковой давности. Вместе с тем, предметом рассматриваемого заявления является требование о признании обязательства должника общим с его супругом, а не требование о взыскании задолженности с последнего.

Определение общего характера обязательства перед конкретным кредитором имеет значение для распределения средств от реализации имущества, находящегося в общей собственности супругов. В указанной связи нормы о сроках исковой давности к подобного рода заявлениям не применимы.

В связи с изложенным, следует признать, что судом правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального и процессуального права, с учетом заявленных предмета и оснований требований.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права и сводятся лишь к несогласию с оценкой правильно установленных по делу обстоятельств, что не может являться основанием к отмене обжалуемого судебного акта.

При изложенных обстоятельствах оснований для отмены определения суда и удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционных жалоб заявителями не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 12 июля 2023 года по делу № А60-8281/2022 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


Т.С. Нилогова


Судьи



Е.О. Гладких


Т.В. Макаров