Постановление от 22 сентября 2020 г. по делу № А40-130329/2019

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-27046/2020

Дело № А40-130329/19
г. Москва
22 сентября 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 22 сентября 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Яниной Е.Н.,

судей: Ким Е.А., Лялиной Т.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Архангельское специализированное энергетическое предприятие» на решение Арбитражного суда города Москвы от 13.03.2020г, по делу № А40-130329/19, принятое судьей Агеевой Л.Н. по иску ООО «Архангельское специализированное энергетическое предприятие» к АКБ «Мосуралбанк» о признании недействительными договоров залога

при участии в судебном заседании:

от истца – не явился, извещен;

от ответчика – не явился, извещен,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Архангельское специализированное энергетическое предприятие» обратилось в суд с иском к Акционерному коммерческому банку «Мосуралбанк» (далее – ответчик, банк) о признании недействительными: договора залога № 4681/3 от 28.02.2018 г., договора последующего залога № 4702/3 от 20.04.2018 г., договора последующего залога № 4704/3 от 20.04.2018 г., договора последующего залога № 4712/31 от 11.05.2018 г., договора последующего залога № 4713/3 от 17.05.2018 г., договора последующего залога № 4715/3 от 23.05.2018 г., договора последующего залога № 4716/3 от 25.05.2018 г., договора последующего залога № 4719/3 от 28.05.2018 г.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 13.03.2020г по делу № А40-130329/2019 в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ООО «Архангельское специализированное энергетическое предприятие» обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просило указанное решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование доводов жалобы заявитель ссылается на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее- АПК РФ).

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о дате и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание своих представителей не направили, в связи с чем, апелляционная жалоба рассмотрена в порядке части 3 статьи 156, части 1 статьи 266 АПК РФ в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

От ответчика письменного мотивированного отзыва по существу заявленной апелляционной жалобы, в материалы дела не представлено.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 20.04.2018г. между истцом и ответчиком заключен договор № 4702 о предоставлении кредитной линии с лимитом выдачи, в соответствии с условиями которого, банк предоставил заемщику, кредит на следующих условиях: сумма кредита - 5 000 000 руб., целевое назначение - для пополнения оборотных средств, срок возврата кредита - до 15.05.2018г., процентная ставка за пользование кредитом - 18 % годовых.

В целях обеспечения исполнения обязательств заемщика перед банком по данному кредитному договору, сторонами заключен договор залога № 4702/3 от 20.04.2018г., согласно условиями которого, в обеспечение обязательств по кредитному договору в залог банку передано имущество, являющееся предметом залога, поименованное в приложении № 1 к договору залога, являющемуся неотъемлемой его частью.

В соответствии с п. 1.5 договора залога, на дату его заключения, согласно приложению № 1 к договору, залоговая стоимость предмета залога устанавливается, по соглашению сторон в сумме 193 818 308,46 руб.

20.04.2018 г. между истцом и ответчиком заключен договор № 4704 о предоставлении кредитной линии с лимитом выдачи, в соответствии с условиями которого банк предоставил заемщику, кредит на следующих условиях: сумма кредита - 15 000 000 руб., целевое назначение - для пополнения оборотных средств, срок возврата кредита - до 18.07.2018 г., процентная ставка за пользование кредитом - 18 % годовых.

В целях обеспечения исполнения обязательств заемщика перед банком по данному кредитному договору, сторонами был заключен договор залога № 4704/3 от 20.04.2018 г., согласно условиями которого, в обеспечение обязательств по кредитному договору в залог банку было передано имущество, являющееся предметом залога, поименованное в приложении № 1 к договору залога, являющемуся неотъемлемой его частью.

В соответствии с п. 1.5 договора залога, на дату его заключения, согласно приложению № 1 к договору, залоговая стоимость предмета залога устанавливается, по соглашению сторон в сумме 193 818 308,46 руб.

11.05.2018 г. между истцом и ответчиком заключен договор № 4712 о предоставлении кредитной линии с лимитом выдачи, в соответствии с условиями которого, банк предоставил заемщику, кредит на следующих условиях; сумма кредита - 8 000 000 руб., целевое назначение - для пополнения оборотных средств, срок возврата кредита - до 08.08.2018 г., процентная ставка за пользование кредитом - 18 % годовых.

В целях обеспечения исполнения обязательств заемщика перед банком по данному кредитному договору, сторонами заключен договор залога № 4712/31 от 11.05.2018 г., согласно условиями которого, в обеспечение обязательств по кредитному договору в залог банку передано имущество, являющееся предметом залога, поименованное в приложении № 1 к договору залога, являющемуся неотъемлемой его частью.

В соответствии с п. 1.5 договора залога, на дату его заключения, согласно приложению № 1 к договору, залоговая стоимость предмета залога устанавливается, по соглашению сторон в сумме 193 818 308,46 руб.

17.05.2018г. между истцом и ответчиком заключен договор № 4713 о предоставлении кредитной линии с лимитом выдачи, в соответствии с условиями которого банк предоставил заемщику, кредит на следующих условиях: сумма кредита - 4 000 000 руб., целевое назначение - для пополнения оборотных средств, срок возврата кредита - до 14.08.2018г., процентная ставка за пользование кредитом - 18 % годовых.

В целях обеспечения исполнения обязательств заемщика перед банком по данному кредитному договору, сторонами заключен договор залога № 4713/3 от 17.05.2018г., согласно условиями которого, в обеспечение обязательств по кредитному договору в залог банку передано имущество, являющееся предметом залога, поименованное в приложении № 1 к договору залога, являющемуся неотъемлемой его частью.

В соответствии с п. 1.5 договора залога, на дату его заключения, согласно приложению № 1 к договору, залоговая стоимость предмета залога устанавливается, по соглашению сторон в сумме 193 818 308,46 руб.

23.05.2018 г. между истцом и ответчиком заключен договор № 4715 о предоставлении кредитной линии с лимитом выдачи, в соответствии с условиями которого банк предоставил заемщику, кредит на следующих условиях: сумма кредита - 18 000 000 руб., целевое назначение - для пополнения оборотных средств, срок возврата кредита - до 21.08.2018 г., процентная ставка за пользование кредитом - 18 % годовых.

В целях обеспечения исполнения обязательств заемщика перед банком по данному кредитному договору, сторонами заключен договор залога № 4715/3 от 23.05.2018, согласно условиями которого, в обеспечение обязательств по кредитному договору в залог банку передано имущество, являющееся предметом залога, поименованное в приложении № 1 к договору залога, являющемуся неотъемлемой его частью.

В соответствии с п. 1.5 договора залога, на дату его заключения, согласно приложению № 1 к договору, залоговая стоимость предмета залога устанавливается, по соглашению сторон в сумме 193 818 308,46 руб.

Истец ссылается также на то, что 25.05.2018 г. между истцом и ответчиком договор № 4716 о предоставлении кредитной линии с лимитом выдачи, в соответствии с условиями которого банк предоставил заемщику, кредит на следующих условиях: сумма кредита - 6 500 000 руб., целевое назначение - для пополнения оборотных средств, срок возврата кредита - до 21.08.2018 г., процентная ставка за пользование кредитом - 18 % годовых.

В целях обеспечения исполнения обязательств заемщика перед банком по данному кредитному договору, сторонами был заключен договор залога № 4716/3 от 25.05.2018, согласно условиями которого, в обеспечение обязательств по кредитному договору в залог банку передано имущество, являющееся предметом залога, поименованное в приложении № 1 к договору залога, являющемуся неотъемлемой его частью. В соответствии с п. 1.5 договора залога, на дату его заключения, согласно приложению № 1 к договору, залоговая стоимость предмета залога устанавливается, по соглашению сторон в сумме 193 818 308,46 руб.

Истец в обоснование заявленных требований ссылается на то обстоятельство, что названные сделки о передаче имущества в залог совершены с нарушением 339.1 ГК РФ, поскольку не прошли государственную регистрацию в установленном законом порядке, а также, что из заключенных договоров следует, что при определении предмета залога стороны не применили формулировку, позволяющую достоверно определить, какое конкретно имущество являлось предметом залога (индивидуализировать заложенное имущество), что влечет невозможность определения предмета залога, в связи с чем, истец обратился в суд с настоящими требованиями о признании договора залога № 4681/3 от 28.02.2018 г. и договоров последующего залога № 4702/3 от 20.04.2018 г., № 4704/3 от 20.04.2018 г., № 4712/31 от 11.05.2018 г., № 4713/3 от 17.05.2018 г., № 4715/3 от 23.05.2018 г., № 4716/3 от 25.05.2018 г., № 4719/3 от 28.05.2018 г. недействительными сделками на основании п. 2 ст. 168 ГК РФ.

Истец сослался на мнимый характер указанных сделок, учитывая, что стороны не исполнили ни одного из обязательств, предусмотренных договорами, кроме их подписания, а именно: залоговая стоимость имущества была определена по соглашению сторон, то есть стороны не осматривали предмет залога, акт оценки имущества не составлялся; в предмете залога имущество точно не определено, на ряд транспортных средств отсутствует информация о VIN номерах, информация из ПТС и свидетельств о регистрации, на воздушные линии отсутствует информация о длинах, точных местах расположения, оборудование в ТП указано конкретно (ячейки, разъединители), щиты учета поименованы без инверторных номеров; переписка по указанным договорам не велась, исполнение условий договоров залога не осуществлялось, контроль за предметом залога не обеспечивался; согласно п. 2.6 договора залогодержатель обязан вести книгу записи залогов и предоставлять ее по залогодержателю, однако, за время действия договоров и заключения последующих договоров залога указанная книга не была запрошена стороной залогодержателя; согласно п. 2.9. в обязанности залогодержателя входит обязанность предоставлять документы за отчетный период, такие документы также ни разу не запрашивались стороной залогодержателя; за неисполнение условий договора установлено начисление неустойки, вместе с тем, с требованиями о неисполнении условий залога и начислении неустойки стороны к друг другу не обращались; разделом 4 договоров предусмотрено, что взыскание на предмет залога может быть обращено во внесудебном порядке, не смотря на не возврат денежных средств, сторона Залогодержателя данным правом не воспользовалась.

Также, по мнению истца, доводом, свидетельствующим о мнимом характере спорных сделок, свидетельствует то, что стороны, на момент заключения сделок, являлись аффилированными между собой лицами по основанию принадлежности к одной группе компаний.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, суд певрой инстанции исходил из того, что из приложений № 1 к договорам залога № 4861/3 от 28.02.2018 г., № 4702/3 от 20.04.2018 г., № 4704/3 от 20.04.2018 г., № 4712/3 от 11.05.2018 г., № 4713/3 от 17.05.2018 г., № 4715/3 от 23.05.2018 г., № 4716/3 от 25.05.2018 г., № 4719/3 от 28.05.2018 г., в которых поименовано имущество, переданное в обеспечение исполнения обязательств по кредитным договорам, заключенным между истцом и ответчиком, указана необходимая идентифицирующая информация, включая серийные номера и индивидуальные родовые признаки объектов, в отношении которых возникает обременение в виде залога.

Судом установлено, что при заключении сторонами спорных договоров залога сторонами согласованы все существенные условия, включая предмет данного обязательства, указанный в приложении № 1, соответственно, волеизъявление сторон по данному обязательству направлено на возникновение обременения в отношении того имущества, которое указано в приложениях № 1 к договорам.

При этом, суд первой инстанции при изучении материалов дела установил, что спорные договоры залога № 4861/3 от 28.02.2018г., № 4702/3 от 20.04.2018г., № 4704/3 от 20.04.2018г., № 4712/3 от 11.05.2018г., № 4713/3 от 17.05.2018г., № 4715/3 от 23.05.2018г., № 4716/3 от 25.05.2018г., № 4719/3 от 28.05.2018г. подлежали государственной регистрации, правовые последствия, в виде обременения объекта залога в пользу залогодержателя могли наступить только после его государственной регистрации.

Ввиду данных обстоятельств, суд пришел к тому, что договор залога недвижимости (ипотеки) вступает в силу и начинает свое действие с момента его государственной регистрации. Следовательно, с этого момента начинается и исполнение договор залога недвижимости (ипотеки).

Суд, при этом, в оспариваемом решении отметил, что в отсутствие доказательств прекращения обязательств из спорных договоров не утрачена возможность осуществления регистрации соответствующих обременений.

Согласно доводам заявителя апелляционной жалобы, установив факт отсутствия государственной регистрации договоров, суд обязан был признать их недействительными (ничтожными), в любом случае, в части, предусматривающей ипотеку недвижимого имущества.

Как отмечает апеллянт, по всем объектам, перечисленным в спорных договорах залога, не указаны такие идентифицирующие признаки объектов недвижимого имущества как год ввода в эксплуатацию, площадь, протяженность объектов и литер, а также не указано точное местоположение объектов, не содержится достаточных сведений о переданном в залог имуществе, позволяющих его индивидуализировать.

По мнению апеллянта, выводы суда об отсутствии признаков мнимости у оспариваемых сделок, опровергаются как имеющими в деле доказательствами, так и поведением сторон договоров залога.

Заявитель жалобы, в том числе, опровергает обоснованность ссылки суда первой инстанции на дело № А40-72268/2019, согласно которому обращено взыскание на имущество, заложенное по спорным сделкам, оперируя тем, что обстоятельства ничтожности договоров залога не являлись предметом исследования судом при рассмотрении дела № А40-72268/2019, ввиду того, по мнению истца, оснований для применения п. 2 ст. 69 АПК РФ, не имеется.

Апелляционный суд повторно исследовав и оценив, представленные в дело доказательства, не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции по примененным нормам материального права и переоценке фактических обстоятельств дела в виду следующего.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее- ГК РФ) (сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

По смыслу статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона и иных нормативных правовых актов, ничтожна.

Следовательно, основанием для признания недействительной (ничтожной) сделки является несоответствие условий сделки императивным (обязательным для сторон) требованиям и запретам, которые не могут быть изменены или отменены сторонами при определении условий сделки.

В Гражданском кодексе Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным Гражданским кодексом РФ, в силу признания ее таковой судом либо независимо от такого признания. Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью. Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Пунктом 2 статьи 174 ГК РФ установлено, что сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В пункте 93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель).

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

В силу пунктов 2 и 5 статьи 166 ГК РФ, пунктов 70 и 72 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации»:

-сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражения ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки;

-сторона сделки, из поведения которой явствует воля сохранить силу оспоримой сделки, не вправе оспаривать эту сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать, когда проявляла волю на сохранение сделки.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Пунктом 1 ст. 336 ГК РФ предусмотрено, что предметом залога может быть всякое имущество, в том числе вещи и имущественные права (требования), за исключением имущества, изъятого из оборота, требований, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и иных прав, уступка которых другому лицу запрещена законом.

Исходя из существа залогового обязательства при определении в договоре предмета залога должна быть названа не только видовая принадлежность имущества, но и должны быть указаны индивидуальные характеристики предмета залога, позволяющие вычленить его из однородных вещей.

Согласно п. 1 ст. 339 ГК РФ в договоре залога должны быть указаны предмет залога, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом. Условия, относящиеся к основному обязательству, считаются согласованными, если в договоре залога имеется отсылка к договору, из которого возникло или возникнет в будущем обеспечиваемое обязательство.

В договоре залога, залогодателем по которому является лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, предмет залога может быть описан любым способом, позволяющим идентифицировать имущество в качестве предмета залога на момент обращения взыскания, в том числе путем указания на залог всего имущества залогодателя или определенной части его имущества либо на залог имущества определенных рода или вида.

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно Информационному письму Президиума ВАС РФ от 15.01.1998 г. № 26 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением арбитражными судами норм ГК РФ о залоге», в соответствии с п. 1 ст. 339 ГК РФ, в договоре о залоге должны быть указаны предмет залога, его оценка, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом.

Согласно материалам дела, стороны подписали договоры залога, определив перечень имущества, подлежащего передаче в залог банку, что свидетельствует о намерении сторон создать соответствующие правовые последствия.

Вопреки доводам апеллянта, последним не представлено доказательств наличие иной воли, чем совершение сделки по предоставлению в залог имущества с целью обеспечения обязательств, вытекающих из кредитных договоров. Само по себе заключение договора залога между аффилированными лицами, не противоречит нормам Гражданского кодекса РФ.

Судом первой инстанции, верно установлено, что вынесенное решение суда по делу № А40-72268/19, согласно которому, обращено взыскание на имущество заложенное по спорным сделкам, принимая во внимание, что вынося данное решение, вне зависимости от доводов сторон суд должен был оценить договоры залога на предмет заключенности и наличия признаков ничтожности. Вместе с тем, исходя из результатов рассмотрения дела, такие обстоятельства судом установлены не были.

Согласно п. 1 ст. 339.1 ГК РФ залог подлежит государственной регистрации и возникает с момента такой регистрации в случае, если в соответствии с законом права, закрепляющие принадлежность имущества определенному лицу, подлежат государственной регистрации (ст. 8.1) или в случае, если предметом залога являются права участника (учредителя) общества с ограниченной ответственностью (ст. 358.15).

Пунктом 4 ст. 339.1 ГК РФ, предусмотрено, что залог иного имущества, не относящегося к недвижимым вещам, помимо указанного в п.п. 1 - 3 этой статьи имущества, может быть учтен путем регистрации уведомлений о залоге, поступивших от залогодателя, залогодержателя или в случаях, установленных законодательством о нотариате, от другого лица, в реестре уведомлений о залоге такого имущества (реестр уведомлений о залоге движимого имущества).

Реестр уведомлений о залоге движимого имущества ведется в порядке, установленном законодательством о нотариате.

В соответствии с п. 1 ст. 164 ГК РФ, в случаях, если законом предусмотрена государственная регистрация сделок, правовые последствия сделки наступают после ее регистрации.

Поскольку спорные договоры залога № 4861/3 от 28.02.2018 г., № 4702/3 от 20.04.2018 г., № 4704/3 от 20.04.2018 г., № 4712/3 от 11.05.2018 г., № 4713/3 от 17.05.2018 г., № 4715/3 от 23.05.2018 г., № 4716/3 от 25.05.2018 г., № 4719/3 от 28.05.2018 г. подлежали государственной регистрации, то правовые последствия в виде обременения объекта залога в пользу залогодержателя могли наступить только после его государственной регистрации.

В соответствии с п. 3 ст. 433 ГК РФ, договор, подлежащий государственной регистрации, считается для третьих лиц заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

В силу п. 1 ст. 2 Федерального закона от 21.07.1997 г. № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее также - государственная регистрация прав) - юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации.

Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Датой государственной регистрации прав является день внесения соответствующих записей о правах в Единый государственный реестр прав. Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ, не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 ст. 10 ГК РФ, суд, с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Положениями п. 1 ст. 10 ГК РФ определено, что не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Назначение субъективного права состоит в предоставлении уполномоченному субъекту юридически гарантированной возможности удовлетворять потребности, не нарушая при этом интересов других лиц, общества и государства. Если субъективное право осуществляется в противоречии с назначением, происходит конфликт между интересами общества и конкретного лица.

Следовательно, под злоупотреблением правом, по смыслу ст. 10 ГК РФ, понимается осуществление уполномоченным субъектом своего субъективного права в пределах предоставленных ему прав, но в противоречии с его назначением, без соотнесения своего поведения с интересами общества и государства, и при неисполнении корреспондирующей данному праву юридической обязанности.

Вопреки доводам апеллянта, суд первой инстанции пришел к верным убеждениям о том, что в данном случае имеет место недобросовестность действий обеих сторон спорных сделок, в момент оформления спорных правоотношений, учитывая, что стороны договоров залога не предприняли мер к государственной регистрации сделок, с соответствующим заявлением в регистрирующий орган не обратились, при этом из условий заключенных сторонами договоров залога не следует, что обязанность по осуществлению государственной регистрации возложена конкретно на какую-либо из сторон договора, что влечет отказ в удовлетворении заявленных требований.

Согласно п. 1 ст. 341 ГК РФ права залогодержателя в отношениях с залогодателем возникают с момента заключения договора залога, если иное не установлено договором, настоящим Кодексом и другими законами.

По договору о залоге недвижимого имущества (договору об ипотеке) одна сторона- залогодержатель, являющийся кредитором по обязательству, обеспеченному ипотекой, имеет право получить удовлетворение своих денежных требований к должнику по этому обязательству из стоимости заложенного недвижимого имущества другой стороны- залогодателя преимущественно перед другими кредиторами залогодателя (первый абзац п. 1 ст. 1 Федерального закона от 16.07.1998 г. № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее - Закона об ипотеке)).

Договор об ипотеке заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами, и подлежит государственной регистрации. Договор об ипотеке считается заключенным и вступает в силу с момента его государственной регистрации (п. 1, 2 ст. 10 Закона об ипотеке).

Суд первой инстанции пришел к верному убеждению, что договор залога недвижимости (ипотеки) вступает в силу и начинает свое действие с момента его государственной регистрации, следовательно, с этого момента начинается и исполнение договор залога недвижимости (ипотеки).

Вопреки заявленным доводам истца, материалами дела установлено, что стороны подписали договоры залога, определив перечень имущества, подлежащего передаче в залог банку, что свидетельствует о намерении сторон создать соответствующие правовые последствия.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Доводы апелляционной жалобы сводятся фактически к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных арбитражным судом первой инстанции, они не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права, а лишь указывают на несогласие с оценкой суда доказательств.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены решения, апелляционным судом не установлено.

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-268, п. 1 ст. 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 13.03.2020г, по делу № А40-130329/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий судьяЕ.Н. Янина

Судьи: Е.А. Ким

Т.А. Лялина