Постановление от 20 мая 2022 г. по делу № А29-12450/2020

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-12450/2020
г. Киров
20 мая 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 18 мая 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 мая 2022 года.


Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Хорошевой Е.Н.,

судейДьяконовой Т.М., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,


без участия в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле,


рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МИГ» ФИО3

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 11.03.2022 по делу № А29-12450/2020 (З-131733/2021), принятое


по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МИГ» ФИО3

об оспаривании сделки и применении последствий недействительности сделок

с участием лица, в отношении которого совершена сделка, ФИО4

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «МИГ» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>),

установил:

решением Арбитражного суда Республики Коми от 08.07.2021 общество с ограниченной ответственностью «МИГ» (далее – ООО «МИГ», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве – конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий ФИО3).

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением, в котором просил:

- признать сделку купли-продажи транспортного средства от 15.03.2018 между ООО «МИГ» и индивидуальным предпринимателем ФИО4 (далее – ИП ФИО4) недействительной;

- применить последствия недействительности сделок в виде взыскания в конкурсную массу ООО «МИГ» с ИП ФИО4 денежных средств в размере 300 000 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 21.12.2021 назначена судебная экспертиза по определению рыночной стоимости спорного транспортного средства по состоянию на 15.03.2018.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 11.03.2022 в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказано.

Конкурсный управляющий с принятым определением суда не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить оспариваемое определение, направить дело на новое рассмотрение.

По мнению заявителя жалобы, судом первой инстанции неполно исследованы обстоятельства, подтверждающие экономическую целесообразность сделки. Как отмечает апеллянт, Верховный Суд Российской Федерации неоднократно высказывал правовую позицию, согласно которой сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда при оспаривании сделки по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) не исключает возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной; цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе, на общих основаниях. Апеллянт ссылается на наличие признаков злоупотребления правом сторонами сделки, а также их фактическую аффилированность. Заявитель жалобы отмечает, что в адрес ответчика выбыло 8 единиц техники. Конкурсным управляющим оспариваются договоры купли-продажи всех 8 единиц в обособленных спорах в суде первой инстанции. При этом исходя из выводов судебных экспертиз можно сделать однозначный вывод, что все единицы техники были проданы по заниженным ценам. Как полагает апеллянт, действия сторон по заключению актов взаимозачета и совокупности сделок по продаже транспортных средств по заниженной стоимости направлены на вывод активов должника. По мнению конкурсного управляющего, судом первой инстанции не дана оценка рецензии на судебную экспертизу. Экспертом допущены ошибки при проведении экспертизы. Заявитель жалобы отмечает, что если учитывать ошибочные выводы судебной экспертизы касательно рыночной стоимости автомобиля, отклонение при правильном расчете могло бы выйти за пределы 30% погрешности, в связи с чем было заявлено ходатайство о назначении повторной экспертизы.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 01.04.2022 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 02.04.2022.

ИП ФИО4 в отзыве на апелляционную жалобу просит оставить оспариваемый судебный акт без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Ссылается на недоказанность аффилированности либо заинтересованности между ним и должником, на неосведомленность о наличии у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения спорной сделки, указывает, что с учетом динамики и последовательности снижения цены продажи транспортного средства, учитывая выводы эксперта, сделка носила равноценный характер, цель причинить вред кредиторам должника оспариваемая сделка не носила.

От заявителя апелляционной жалобы поступили дополнения.

Лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассматривается в отсутствие неявившихся лиц.

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 28.02.2017 ООО «МИГ» (покупатель) прибрело у ФИО5 (продавец) транспортное средство MAZDA ВТ-50, 2008 года выпуска, стоимость согласована в сторонами в размере 600 000 руб. (т.д. 1, л.д. 31).

15.03.2018между ООО «МИГ» (продавец) и ИП ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства, в соответствии с которым продавец продает принадлежащее ему транспортное средство MAZDA ВТ-50, 2008 года выпуска, сторонами согласована стоимость в размере 435 000 руб. (т.д. 1, л.д. 13).

Оплата по спорному договору произведена путем зачета взаимных требований, что подтверждено актом от 05.04.2018 № 4 (т.д. 1, л.д. 91).

26.08.2019 между ИП ФИО4 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи, в соответствии с которым реализовано транспортное средство MAZDA ВТ-50, 2008 года выпуска; сторонами согласована стоимость товара в размере 350 000 руб. (т.д. 1, л.д. 29).

Согласно сведениям, представленным органами ГИБДД, спорное транспортное средство MAZDA ВТ-50, 2008 года выпуска зарегистрировано за ФИО6 (т.д. 1, л.д. 34).

Согласно экспертному заключению рыночная стоимость транспортного средства MAZDA BT-50, 2008 года выпуска по состоянию на 15.03.2018 составляет 552 800 руб. (т.д.1, л.д. 158).

Конкурсный управляющий, полагая, что имеются основания для признания сделки купли-продажи транспортного средства от 15.03.2018 недействительной на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и статьей 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания недействительной подозрительной сделки, исходя из пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо доказать одновременное наличие следующих обстоятельств:

сделка совершена должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления;

условия сделки о встречном исполнении обязательств другой стороной сделки неравноценны предоставлению должника по сделке, при этом неравноценность имеет место в пользу другой стороны и в нарушение интересов должника.

Неравноценность встречного исполнения признается, в частности, в тех случаях, когда:

а) цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки;

б) осуществлена любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Из разъяснений, изложенных в абзаце 4 пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) следует, что при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления № 63).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (абзац 4 пункта 9 Постановления № 63).

Судами установлено, что производство по делу о банкротстве ООО «МИГ» возбуждено определением арбитражного суда от 30.12.2020, оспариваемая сделка совершена 15.03.2018, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, предусмотренных абзацами 3-5 вышеназванного пункта.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Вместе с тем документальное подтверждение того, что условия сделки на момент ее заключения существенно в худшую сторону отличались от условий по аналогичным сделкам, отсутствует.

Положения статьи 61.2 Закона о банкротстве не содержат критериев существенности причиненного кредиторам вреда.

Такие критерии могут быть определены по аналогии в рамках сложившейся правоприменительной практики.

В пункте 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» указано, что о наличии явного ущерба для стороны сделки свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке обществом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного обществом в пользу контрагента.

В абзаце 3 пункта 93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» указано, что о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента.

Аналогичное разъяснение также дано в абзаце 7 пункта 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», где сказано, что под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

В обоих случаях применен критерий кратности, явный и очевидный для любого участника рынка.

В целях установления факта неравноценного встречного исполнения обязательства конкурсным управляющим в рамках рассмотрения обособленного спора судом первой инстанции заявлено ходатайство о назначении по делу судебной оценочной экспертизы.

Согласно экспертному заключению рыночная стоимость транспортного средства MAZDA BT-50, 2008 года выпуска по состоянию на 15.03.2018 составляет 552 800 руб., в то время как стоимость спорного объекта в договоре установлена сторонами в размере 435 000 руб. Следовательно, соотношение цены, определенной экспертом, и ценой договора составляет менее 30%.

Из материалов дела следует и лицами, участвующими в деле, не оспаривается осуществление оплаты стоимости спорного транспортно средства путем проведения взаимозачета по акту от 05.04.2018 № 4, доказательств признания недействительности которого не представлено.

Суд первой инстанции обоснованно принял во внимание обстоятельства совершения предшествующей и последующей сделки по продаже спорного объекта. Так, ООО «МИГ» приобрело спорную технику в 2017 году за 600 000 руб., цена последующей реализации техники ответчиком в 2019 году составила 350 000 руб., что не существенно отличаются от цены, согласованной в спорном договоре купли-продажи (2018 год – 435 000 руб.) с учетом специфики объекта и инфляционных процессов в экономике.

Судебная коллегия полагает, что отклонение менее 30% между рыночной стоимостью транспортного средства и суммой, отраженной в договоре купли-продажи (не в 2 раза), является допустимым в условиях свободного определения независимыми хозяйствующими субъектами цены в договоре купли-продажи с учетом сопутствующих факторов (статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопреки позиции апеллянта суд первой инстанции оценил рецензию № 035 от 01.03.2022 совместно с отзывом эксперта от 02.03.2022, в котором мотивированно отклонены доводы рецензента. Дополнительной позиции от конкурсного управляющего относительно письменных пояснений эксперта в материалы дела не представлено, в апелляционной жалобе указаны аналогичные возражения против принятия заключения эксперта в качестве допустимого доказательства, ответы на которые изложены в отзыве эксперта от 02.03.2022.

Оценив представленное в материалы дела заключение эксперта № 02/5942/01 от 31.01.2022, суд апелляционной инстанции признает его относимым и допустимым доказательством по делу.

Экспертное заключение составлено в соответствии с требованиями действующего законодательства, при проведении экспертизы эксперт руководствовался нормами Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» и федеральных стандартов оценки, в заключение приведено обоснование по выбору конкретных объектов-аналогов, в связи с чем подлежит отклонению доводы заявителя жалобы о нарушении экспертом методологии оценки, о ненадлежащем подборе объектов-аналогов.

Представленная в материалы дела рецензия на заключение эксперта не может являться доказательством, опровергающим выводы данной экспертизы, поскольку не содержит аргументов, в силу которых результат судебной экспертизы следовало бы признать недопустимым доказательством. Рецензия не содержит каких-либо выводов, которые бы опровергали достоверность выводов судебной экспертизы.

Представленная рецензия составлена лицом, не привлеченным к участию в деле, не предупреждавшимся судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, квалификация данного лица не проверялась в установленном порядке.

Ссылка апеллянта на необоснованное отклонение судом ходатайства о назначении повторной экспертизы не принимается.

Вопрос о необходимости проведения экспертизы, в том числе повторной, согласно статьям 82 и 87 АПК РФ, относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу, проведение повторной экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора. Между тем в рассматриваемом заключении даны полные, конкретные и ясные ответы на поставленные вопросы, не допускающие противоречивых выводов или неоднозначного толкования, следовательно, указанное заключение является допустимым и достоверным доказательством по настоящему делу.

Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; лица, участвующие в деле, отводов эксперту не заявляли, эксперт имеет надлежащую квалификацию; компетентность данного эксперта не опровергнута допустимыми доказательствами.

Само по себе несогласие стороны с выводами эксперта, а также наличие у него сомнений в обоснованности заключения эксперта, не являются достаточными основаниями для признания экспертного заключения ненадлежащим доказательством по делу и не влечет необходимости проведения дополнительной либо повторной экспертизы в порядке, предусмотренном в статье 87 АПК РФ.

Заявитель жалобы отмечает, что в адрес ответчика выбыло 8 единиц техники. Конкурсным управляющим оспариваются договоры купли-продажи всех 8 единиц в обособленных спорах в суде первой инстанции. При этом исходя из выводов судебных экспертиз можно сделать однозначный вывод, что все единицы техники были проданы по заниженным ценам.

Вместе с тем указанные доводы о заниженной стоимости по иным сделкам должника не принимаются судебной коллегией во внимание, поскольку иные объекты ООО «МИГ» не являются предметом настоящего обособленного спора, иные экспертные заключения по другим отчужденным объектам подлежат оценке в рамках конкретных обособленных споров и не обладают признаком относимости к настоящему спору. При этом судебные акты, устанавливающие неравноценность встречного предоставления по сделкам должника, или намеренный вывод его активов, в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, надлежащих и достоверных доказательств существенного отличия цены сделки и (или) иных условий в худшую для должника сторону от аналогичных сделок конкурсным управляющим суду не представлено, как и не представлено доказательств того, что стоимость спорного транспортного средства, установленная в договоре, существенно занижена.

На основании изложенного суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим, что оспариваемая сделка совершена при неравноценном встречном предоставлении. Оспариваемый договор по своим условиям выражает волю сторон на совершение возмездной сделки, по которой должник получил надлежащее встречное предоставление, поскольку частично погасил кредиторскую задолженность по договорам № 01-17/У от 01.02.2017, № 2-17/А от 15.01.2017, № 3-17/А от 01.03.2017, реальность правоотношений по которым не опровергнута.

Кроме того, конкурсным управляющим также не доказано причинение вреда имущественным правам кредиторов оспариваемой сделкой.

Для установления цели причинения вреда имущественным правам кредиторов необходимо одновременное наличие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника и наличие хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления № 63).

Действительно, согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной, в частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях.

Между тем в настоящем случае конкурсный управляющий в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ не представил соответствующих доказательств, позволяющих прийти к выводу о совершении оспариваемой сделки с целью причинения вреда имущественным права кредиторам.

Для констатации факта нарушения прав кредиторов необходимо установить, что стоимость, установленная сторонами в договоре от 15.03.2018, была существенно ниже его рыночной цены, однако данное обстоятельство не доказано конкурсным управляющим.

В материалах дела не имеется доказательств того, что ИП ФИО4 знал о наличии у должника просроченной задолженности перед кредиторами или является аффилированным по отношению к должнику лицом.

Принимая во внимание отсутствие иных оснований для признания сделки недействительной в соответствии с положениями Закона о банкротстве, различие цены сделки и экспертной оценки не свидетельствует ни о причинении ущерба имущественным интересам кредиторов, ни о цели причинения подобного ущерба.

В соответствии с пунктом 4 Постановления № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Однако необходимо учитывать, что нельзя оспаривать сделку, причиняющую вред кредиторам, на основании статей 10 и 168 ГК РФ, если она не выходит за рамки понятия подозрительной сделки (данная позиция отражена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069).

Согласно статье 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как установлено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Вместе с тем заявитель жалобы не представил доказательств, свидетельствующих о совершении сделки сторонами со злоупотреблением правом, не указал на пороки сделки, выходящие за пределы дефектов подозрительной сделки. Презумпция добросовестности контрагента должника по сделке конкурсным управляющим не опровергнута.

Следовательно, при недоказанности умысла участников сделки на причинение вреда иным лицам, а также факта причинения вреда, доказательств, свидетельствующих о недействительности (ничтожности) оспариваемой сделки, у суда первой инстанции не имелось правовых оснований для признания сделки недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Апеллянтом также не доказано, что стороны сделки не имели намерения создать соответствующие правовые последствия либо имели цель прикрыть другую сделку. В материалах дела отсутствуют доказательства, бесспорно указывающих на мнимость или притворность оспариваемой сделки, доказательств, ставящих под сомнение реальность правоотношений сторон.

Судебная коллегия обращает внимание, что распределение бремени доказывания вытекает из процессуального правила, закрепленного в части 1 статьи 65 АПК РФ, согласно которому каждое лицо должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

Следовательно, именно на стороне, заявляющей о недействительности сделки, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ лежит бремя доказывания обстоятельств, указывающих на то, что данная сделка в действительности не исполнялась, либо исполнялась формально без реального создания тех последствий, на достижение которых направлена соответствующая договорная конструкция, причинила вред иным лицам.

Однако конкурсный управляющий таких доказательств не представил.

При данных обстоятельствах судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего о признании сделки недействительной.

Выводы суда первой инстанции документально заявителем жалобы не опровергнуты. Несогласие апеллянта с выводами суда первой инстанции и оценкой представленных доказательств не может являться основанием для признания оспариваемого судебного акта незаконным.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального и процессуального права.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 11.03.2022 по делу № А29-12450/2020 (З-131733/2021) оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МИГ» ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий


Судьи



Е.Н. Хорошева


ФИО7


ФИО1