Постановление от 19 марта 2025 г. по делу № А06-2160/2024

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А06-2160/2024
г. Саратов
20 марта 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена «18 » марта 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен « 20 » марта 2025 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего - судьи Шалкина В.Б.,

судей Лыткиной О.В., Самохваловой А.Ю.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Дроздовой В.С., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Вимар Оффшор» на решение Арбитражного суда Астраханской области от 31 октября 2024 года по делу № А06-2160/2024 по иску общества с ограниченной ответственностью «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» (ИНН <***>, ОГРН <***>), г. Астрахань,

к обществу с ограниченной ответственностью «Вимар Оффшор» (ИНН <***>, ОГРН <***>), г. Астрахань,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: временный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Вимар Оффшор» ФИО1, г. Москва,

о взыскании 725140696 руб. 84 коп.,

при участии в судебном заседании представителей: от ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» - ФИО2 по доверенности от 22.11.2024 № ЛНВН-2024 11 22 326Б, ФИО3 по доверенности от 14.11.2024 № ЛНВН-2024 11 14 287Б, от ООО «Вимар Оффшор» - ФИО4 по доверенности от 14.11.2024 № 33-14/11/2024, ФИО5 по доверенности от 05.02.2025 № 15-05/02/2025, в отсутствие третьего лица, извещенного надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» (далее – ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть», истец, заказчик) обратилось в Арбитражный суд Астраханской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Вимар Оффшор» (далее – ООО «Вимар Оффшор», ответчик, подрядчик) о взыскании неустойки в размере 740303376 руб. 84 коп. за нарушение сроков выполнения работ по договору от 08.07.2019 № 19V0500 (далее – договор).

Представитель истца в суде первой инстанции заявил ходатайство об уменьшении размера исковых требований до 725140696 руб. 84 коп. в связи с техническими правками в расчете неустойки и исключением периодов, попадающих под действие моратория, введенного постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами».

Судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принято уменьшение размера исковых требований.

Решением Арбитражного суда Астраханской области от 31 октября 2024 года по делу № А06-2160/2024 иск удовлетворен частично. С ООО «Вимар Оффшор» в пользу ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» взысканы неустойка в размере 313355568 руб. 92 коп. по договору от 08.07.2019 № 19V0500, судебные расходы по уплате госпошлины в сумме 199317 руб. В остальной части иска отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом в части удовлетворенных требований, ООО «Вимар Оффшор» обратилось в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить в части, отказав истцу во взыскании с ответчика 719827361 руб. 84 коп.

Впоследствии ООО «Вимар Оффшор» представило проект судебного акта, в котором фактически уточнило просительную часть апелляционной жалобы и просило обжалуемое решение отменить, взыскать с ООО «Вимар Оффшор» в пользу ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» неустойку в размере 5504795,99 руб., в удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

В обоснование жалобы заявитель указывает на то, что суд первой инстанции нарушил нормы материального и процессуального права, в частности, не исключил из общего периода просрочки периоды отсутствия вины ответчика, а именно: периоды действия обстоятельств непреодолимой силы и ожидания доступа ответчика к участку выполнения работ; спорный договор является договором присоединения и неустойка не может быть рассчитана, исходя из всей цены договора, а также по каждому этапу договора одновременно; суд первой инстанции принял решение по делу в отсутствие документов, истребованных у Минстроя России, а также не учел поведение ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть», выражающееся в отсутствии активных действий, направленных на итоговую приемку работ; ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» злоупотребляет своими правами, не исключая из периода неустойки периоды действия обстоятельств непреодолимой силы (с 19.08.2021 по 14.09.2021, подтвержденные заключением Астраханской ТПП от 28.09.2021 № 441/01-08), которые были приняты и/или оплачены ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть»; между сторонами отсутствует спор в отношении размера неустойки по следующим этапам: этап № 1 – 3308827,20 руб., этап № 10/2 – 0 руб., этап № 4.Г/3 – 0 руб., этап № 4.Г/4.2 – 0 руб., этап № 4.Г/4.3 – 0 руб., по этапу № 1 ответчик полностью согласен с произведенным расчетом истца, в отношении этапов №№ 10/2, 4.Г/3, 4.Г/4.2, 4.Г/4.3 действует мораторий на взыскание неустойки, введенный постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами»; доказанным является период календарной просрочки по этапам (без анализа и учета уважительности причин такой просрочки): № 2 – 05.09.2020-04.11.2020, № 3.А - 04.10.2020-26.10.2020, № 5 - 22.11.2020-18.12.2020; размер неустойки (за период простоя по погоде) по этапам подлежит соразмерному уменьшению до 12125787,56 руб.; размер неустойки (за период простоя по погоде) по итоговой сдаче-приемке объектов заказчику по акту приемки законченного строительством объекта по форме № КС-11 НКЛ подлежит соразмерному уменьшению на период простоев по погоде по приложению Q в 2022 году до 581953817,31 руб.; простои по погоде по критериям, установленным проектом и технической документацией (ниже приложения Q), влияют на продолжительность проведения работ по этапам и на возможность сдачи в срок итогового результата работ, данные простои являются уважительными причинами, находящимися вне контроля подрядчика, подлежащими исключению из общего срока простоев подрядчика; судом не учтено, что работы на объекте выполнялись и иным подрядчиком, которому была передана часть работ, которые ранее должен быть выполнять ответчик, в условиях выполнения работ в приложении Q к договору между ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» и иным подрядчиком погодные ограничения полностью соответствуют проектной и технической документации, т. е. истцом произведена необходимая корректировка приложения Q к договору при привлечении нового подрядчика для проведения тех же работ, однако, не внесены необходимые изменения в договор с ответчиком, что потенциально направленно на уклонение от возмещения понесенных ООО «Вимар Оффшор» расходов в связи с такими простоями; невозможность выполнения работ в соответствии с требованиями технической документации привела к смещению сроков выполнения работ по отдельным этапам, в связи с чем, периоды таких простоев подлежат исключению из расчета неустойки, а размер неустойки (за период простоя по погоде) по этапам подлежит соразмерному уменьшению до 14870233,25 руб.; размер неустойки (за период простоя по погоде) по итоговой сдаче-приемке объектов заказчику по акту приемки законченного строительством объекта по форме № КС-11 НКЛ подлежит соразмерному уменьшению на период простоев в соответствии с технической документацией (ниже приложения Q), зафиксированных актами, подписанными сторонами, до 168140309,51 руб.; не подлежит взысканию неустойка за период, когда подрядчик находился в ожидании доступа в связи с тем, что не был допущен к месту проведения работ заказчиком; размер неустойки (за период простоя в связи с ожиданием доступа) по этапам подлежит соразмерному уменьшению до 3321176,80 руб.; размер неустойки (за период простоя) по итоговой сдаче-приемке объектов заказчику по акту приемки законченного строительством объекта по форме № КС-11 НКЛ подлежит соразмерному уменьшению на период простоев в ожидании доступа к объекту за 2022 год, зафиксированных актами, подписанными сторонами и оплаченными истцом, до 329149056,15 руб.; истцом пропущен срок исковой давности; в связи с тем, что простои по погоде по приложению Q, простои по погоде по критериям, установленным проектом и технической документацией (ниже приложения Q) и простои в ожидании доступа являются обоснованными, а также истек срок исковой давности по требованиям по этапам № 1, № 2, № 3.А, № 5, итоговый размер подлежащей взысканию неустойки составляет 5504795,99 руб.; с учетом уважительных причин простоя подрядчика просрочка в итоговой сдаче объекта (работ) по форме № КС-11НКЛ на стороне подрядчика отсутствовала, в связи с тем, что неустойка за указанный период составляет 0 руб., оснований для применения к п. 13.2.2 договора положений закона о договоре присоединения и снижения размера неустойки не имеется.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, предусмотренным статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

Поскольку апеллянт частично обжалует судебное решение, судебный акт подлежит пересмотру только в обжалуемой части.

Суд апелляционной инстанции в порядке частей 1, 5 статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам, проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, т. к. лица, участвующие в деле, не заявили возражений.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, отзыве на нее, письменных пояснениях, заслушав выступления представителей сторон, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд считает, что решение суда не подлежит изменению или отмене в обжалуемой части по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела и правильно установлено судом первой инстанции,

ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» (заказчик) и ООО «Вимар Оффшор» (подрядчик) по результатам проведения конкурентных переговоров заключили договор от 08.07.2019 № 19V0500, по условиям которого подрядчик обязался выполнить работы по разработке рабочей документации, закупке материалов и строительству подводных межпромысловых трубопроводов от ЛСП м/р Ракушечное до ЛСП-2 им. В. Филановского и иные виды работ и услуг, предусмотренные договором, в отношении объектов, указанных в пункте 1.2 статьи 1 Приложения А «Объем работ».

В соответствии с пунктом 2.2 раздела 2 договора работы по договору выполняются подрядчиком поэтапно. Сроки выполнения работ (поэтапные и итоговый) установлены Приложением С к договору. Сдача-приемка объектов заказчику по акту № КС-11 НКЛ планировалась в период с 01.10.2021 по 01.12.2021.

Согласно письму исх. № 2109-6123 от 20.08.2021 подрядчик в ходе выполнения работ по договору уведомил заказчика о приостановке исполнения договора на период с 20.08.2021 по 06.09.2021 из-за COVID-19.

Заказчик письмом № 35-11-04-8348 от 24.08.2021 запросил у подрядчика план-график выполнения работ вместе с планом мобилизации персонала.

Ответчик в письме № 404-6123 от 01.03.2021 сделал заверение для заказчика о наличии у себя в достаточном количестве профессиональных работников, технических средств для выполнения работ, запланированных в 2021 году, а также указал на недобросовестные действия субподрядчиков при выполнении работ в 2020 году, которые повлияли на сроки выполнения работ.

Подрядчик в письме № 2166-6123 от 26.08.2021 сообщил заказчику о мерах, принимаемых для продолжения работ на морском участке, и изложил график выполнения работ: этап № 4.Г/2 «Разработка траншеи, прокладка линейной части подводного водовода диаметром 273,1 x12,7 не менее 1,2 км от ЛСП-2 месторождения В. Филановского до ЛСП месторождения имени В.И. Грайфера, протяженностью 4,36 км» будет завершен к 22.09.2021, а этап 4.Г/3 «Разработка траншеи, прокладка линейной части подводного трубопровода газлифта диаметром 168,3x12,7 не менее 1,2 км от ЛСП-2 месторождения им. В. Филановского до ЛСП месторождения имени В.И. Грайфера, протяженностью 4,36 км, будет завершен к 30.09.2021.

Стороны заключили дополнительное соглашение от 15.12.2022 № 19V0500 016 к договору, которым в том числе продлили сроки выполнения этапов работ по договору. Согласно приложению C к договору в редакции дополнительного соглашения № 19V0500 016 (Приложение № 2 к дополнительному соглашению № 19V0500 016) сдача-приемка объектов заказчику по акту № КС-11 НКЛ перенесена на 30.11.2022.

Согласно актам приемки завершенного строительством объекта по форме № КС-11 НКЛ от 14.03.2023, представленным в материалы дела, строительство объектов было окончено в марте 2023 года.

Сроки поэтапной сдачи выполненных работ заказчику зафиксированы в актах о завершении этапов работ, подписанных обеими сторонами. Копии актов приобщены к материалам дела.

Согласно представленным актам работы по всем этапам выполнены подрядчиком и сданы заказчику за пределами сроков, установленных договором, в том числе, в редакции дополнительного соглашения от 15.12.2022 № 19V0500 016.

В связи с нарушением ответчиком срока выполнения работ истец произвел начисление неустойки. Требование о выплате неустойки истец изложил в направленной ответчику претензии от 15.02.2024 № 16/16-824.

Ответчик не оплатил неустойку в досудебном порядке.

Поскольку требования истца об оплате неустойки не исполнены ответчиком в добровольном порядке, истец обратился с настоящим иском в суд первой инстанции.

Оценив обстоятельства дела и представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимосвязи на основании статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости частичного удовлетворения исковых требований на основании следующего.

Согласно статье 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В соответствии с пунктом 1 статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

Следовательно, сроки выполнения работ являются существенными условиями договора подряда.

Согласно части 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу части 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пенями) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения.

На основании пункта 4.3 договора за нарушение сроков окончания выполнения этапов работ предусмотренных договором и графиком выполнения работ подрядчик выплачивает заказчику неустойку в размере 0,01% от стоимости (с НДС) несвоевременного выполненного этапа работ за каждый день просрочки.

В силу пункта 13.2.1 договора подрядчик обязан завершить строительством объект в пределах срока завершения работ на объекте, включая завершение всех работ, которые, как указано в договоре, необходимо выполнить, чтобы объект считался завершенным и готовым к приемке работ заказчиком в соответствии со статьей 15 договора (приемка работ).

В соответствии с абзацем 2 пункта 13.2.2 договора в случае несоблюдения подрядчиком требований, предусмотренных пунктом 13.2.1 договора, подрядчик обязан оплатить неустойку за такое неисполнение обязательств в размере 0,1% цены договора за каждый день просрочки до даты, указанной в акте приемки законченного строительством объекта по форме № КС-11 НКЛ.

Заказчик представил в материалы дела расчет размера неустойки с учетом периодов действия моратория, установленного постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами».

Акты о завершении этапов работ и акты приемки законченного строительством объекта, представленные в материалы дела, подтверждают выполнение работ подрядчиком с просрочкой как по каждому этапу работ, так и по итоговой дате завершения объектов строительством.

Следовательно, расчет заказчика подтвержден первичной документацией:

Наименование этапа работ

Период просрочки

Сумма задолженности, руб. (в т.ч. НДС)

Процентная ставка, %

Неустойка, руб.

Этап № 1

21.03.2020

01.06.2020

453 264 000,00

0,01

3 308 827,20

Этап № 2

05.09.2020

29.12.2020

353 035 200,00

0,01

4 095 208,32

Этап № 3.А

04.10.2020

07.04.2021

339 812 238,00

0,01

6 320 507,63

Этап № 5

22.11.2020

26.03.2021

328 137 600,00

0,01

4 101 720,00

Этап № 3.А/2

16.07.2021

28.07.2021

387 741 150,93

0,01

504 063,50

Этап № 3.Б

29.09.2021

20.10.2021

225 381 062,40

0,01

495 838,34

Этап № 3.В/2

30.10.2021

27.12.2021

683 164 300,24

0,01

4 030 669,37

Этап № 4.Б

02.08.2021

09.08.2021

95 150 559,53

0,01

76 120,45

Этап № 4.Г/2

21.09.2021

16.12.2021

281 333 561,74

0,01

2 447 601,99

Этап № 9

16.12.2021

28.12.2021

175 286 400,00

0,01

227 872,32

Этап № 10/2 с учетом Постановления № 497 от 28.03.2022

02.05.2022

15.07.2022

382 369 783,78

0,01

-
Этап № 4.Г/3 с учетом Постановления № 497 от 28.03.2022

02.06.2022

15.07.2022

277 080 194,75

0,01

-
Этап № 4.Г/4.2 с учетом Постановления № 497 от 28.03.2022

02.04.2022

31.05.2022

66 046 731,37

0,01

-
Этап № 4.Г/4.3 с учетом Постановления № 497 от 28.03.2022

02.08.2022

01.09.2022

330 507 793,37

0,01

-
Этап № 7.А/1

08.11.2022

15.12.2022

416 398 405,58

0,01

1 582 313,94

Этап № 7.А/2

01.12.2022

27.12.2022

592 772 611,33

0,01

1 600 486,05

Этап № 8.А

01.12.2022

13.03.2023

15 773 555,50

0,01

162 467,62

Этап № 11/1

11.11.2022

19.12.2022

188 826 549,74

0,01

736 423,54

Этапа № 11/2

01.12.2022

03.02.2023

89 284 147,21

0,01

580 346,96

Сдача-приемка объектов (КС-11 НКЛ)

29.12.2022

14.03.2023

9 143 029 337,16

0,1

694 870 229,62

ИТОГО:

725 140 696,84

Ответчик не согласился с указанным расчетом неустойки, представил контррасчет, полагает, что из общего периода просрочки необходимо исключить следующие периоды:

1. с 30.03.2020 по 16.05.2020, с 05.05.2022 по 31.05.2022, с 17.06.2022 по 08.07.2022 – действие обстоятельств непреодолимой силы;

2. с 18.07.2022 по 10.08.2022, 29.10.2022 по 31.10.2022, с 06.11.2022 по 18.11.2022 – ожидание допуска к участку работ;

3. периоды действия неблагоприятных погодных условий, зафиксированные в актах о простое;

4. периоды приемки этапов работ №№ 2, 3А, 5.

Суд первой инстанции, оценив указанные доводы ответчика, правомерно посчитал их необоснованными и не усмотрел наличие оснований для освобождения подрядчика от имущественной ответственности за нарушение договорных обязательств.

Согласно пункту 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

В силу пункта 1 статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации, если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

Согласно доводам ответчика в отдельные периоды нахождения в просрочке исполнение обязательств было невозможным по независящим от него причинам.

Так, ответчик утверждает, что обстоятельствами непреодолимой силы, освобождающими его ответственности, являются: введение режима повышенной готовности в связи с COVID-19, прекращение поставок в Россию товара, предусмотренного договором, запрет на вывоз судна основного субподрядчика с территории России. В подтверждение указанных обстоятельств ответчик представил в материалы дела заключения Союза «Астраханская торгово-промышленная палата» о наличии форс-мажора.

Согласно письму Торгово-Промышленной палаты Российской Федерации от 17.04.2020 № 04в/0088 выдаваемые торгово-промышленными палатами субъектов Российской Федерации заключения об обстоятельствах непреодолимой силы по договорам, заключаемым между российскими хозяйствующими субъектами, являются по своей правовой природе заключением независимой специализированной экспертной организации, которая вправе их выдавать на основании подпунктов «д» и «з» пункта 1 статьи 12 Закона Российской Федерации от 07.07.1993 № 5340-1 «О торгово-промышленных палатах в Российской Федерации», а также пункта 1 раздела IV протокола заседания Правительственной комиссии по повышению устойчивости развития российской экономики от 20.03.2020 № 3.

При этом установление наличия или отсутствия обстоятельств непреодолимой силы при исполнении договорных обязательств является правовым вопросом, разрешение которого в случае возникновения спора отнесено к компетенции соответствующего суда.

Согласно письму Торгово-промышленной палаты РФ от 27.03.2020 № 02в/0241 «О Методических рекомендациях по вопросам выдачи торгово-промышленными палатами заключений об обстоятельствах непреодолимой силы по договорам, заключаемым между российскими субъектами предпринимательской деятельности» к обстоятельствам непреодолимой силы не могут быть отнесены предпринимательские риски, такие как нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения обязательств товаров.

Заключение Торгово-промышленной палаты о форс-мажоре не содержит юридически властного волеизъявления либо предписания, не направлено на возникновение, изменение или прекращение прав и обязанностей, а является лишь одним из возможных подтверждений позиции стороны договора.

Даже при наличии заключения торгово-промышленной палаты о форс-мажоре сторона договора вправе не согласиться с позицией другой стороны и с экспертным мнением Торгово-промышленной палаты. При возникновении спора между сторонами договора о наличии либо отсутствии обстоятельств непреодолимой силы применительно к конкретному договору он подлежит разрешению в судебном порядке.

Таким образом, соответствующие документы (заключения, свидетельства), подтверждающие наличие обстоятельств непреодолимой силы, выданные уполномоченными на то органами или организациями, не могут являться единственными и безусловными доказательствами обстоятельств непреодолимой силы. Указанный вывод согласуется с позицией арбитражных окружных судов в делах № А55-11684/2023, № А60-37133/2023 и др.

По смыслу вышеприведенных норм права и сведений, для подтверждения невозможности исполнения обязательств по договору в связи с форс-мажорными обстоятельствами необходима совокупность факторов, подтвержденных документально.

Вместе с тем, ответчик подтверждает наличие таких обстоятельств только заключениями Торгово-промышленной палаты, при этом, не представив надлежащее обоснование влияния называемых форс-мажорных обстоятельств на способность своевременно исполнять договорные обязательства. Сами по себе указанные заключения не подтверждают невозможность исполнения обязательств в обозначенные периоды времени, изложенные в них доводы оценены судом первой инстанции критически.

В заключении от 29.04.2020 № 252/05-08 Союзом «Астраханская торгово-промышленная палата» сделан вывод о наличии форс-мажора в связи с COVID-19.

Вместе с тем, согласно Обзору по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020, признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

Так, в указанном заключении не отражено, каким образом режим повышенной готовности в связи с новой коронавирусной инфекцией, в частности, передвижение по территории Астраханской области по пропускам, препятствует выполнению работ. Кроме того, в заключении не учтена специфика работ по договору (в том числе работы проводятся в море), выводы сделаны без учета принятых или принимаемых мер предосторожности и профилактики распространения новой коронавирусной инфекции на участке работ.

В заключении Союза «Астраханская торгово-промышленная палата» от 11.07.2022 № 268/01-08 сделан вывод о том, что обстоятельство непреодолимой силы вызвано внешнеэкономическим санкциями. Вместе с тем, санкции Европейского союза и США не подлежат применению на территории России как противоречащие публичному порядку, что соответствует устоявшейся позиции Верховного Суда Российской Федерации. В заключении не дана оценка возможности приобретения соответствующего товара, поставки которого прекратились из-за санкций, у иных поставщиков или путем использования иных правовых механизмов, не установлены попытки подрядчика исполнить обязательство иным образом.

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, заключение Астраханской Торгово-промышленной палаты от 27.07.2022 № 295/01-08, указывающее на запрет на вывоз судна «Suleyman Vezirof» из России, не доказывает факты реальной действительности, а содержит предположение относительно возможного запрета на вывоз, доказательств которого ответчиком не представлено.

В заключениях Союза «Астраханская торгово-промышленная палата» от 11.07.2022 № 268/01-08 и от 27.07.2022 № 295/01-08 в качестве обстоятельств непреодолимой силы квалифицировано неисполнение субподрядчиками своих обязательств. Указанное, как и отсутствие того или иного товара на рынке, не может свидетельствовать о наличии форс-мажора в силу положений пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку заключения Астраханской Торгово-промышленной палаты о наличии обстоятельств непреодолимой силы являются по своей правовой природе заключениями независимой специализированной экспертной организации, которые подлежат оценке наравне с другими доказательствами, они сами по себе не являются достаточными и безусловными доказательствами, подтверждающими факт невозможности исполнения ответчиком обязательств.

Кроме того, вышеуказанные заключения представлены подрядчиком в отсутствие иных доказательств (в том числе, подтверждающих обстоятельства, указанные в самих заключениях).

Следовательно, все обстоятельства, указанные в приведенных заключениях, не могут быть расценены в качестве форс-мажора, поскольку относятся к зоне предпринимательского риска хозяйствующего субъекта и не приводят к непреодолимой невозможности исполнения обязательств. Кроме того, ответчик является профессиональным участником рынка в области морских операций и подводно-технических работ и обязан был предпринять необходимые приготовления и действия для надлежащего исполнения своих обязательств.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что довод подрядчика о невозможности выполнить работы в срок из-за обстоятельств непреодолимой силы был обоснованно отклонен судом первой инстанции как несостоятельный.

Арбитражный апелляционный суд также полагает необходимым обратить внимание на то, что периоды, указанные в заключениях Астраханской Торгово-промышленной палаты от 11.07.2022 № 268/01-08 и от 27.07.2022 № 295/01-08, относятся к периоду действия постановления Правительства РФ от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами», за который не была начислена неустойка.

Кроме того, ответчик указывал на невозможность исполнять обязанности по договору в отдельные периоды в связи с непредставлением ему доступа к участку работ.

Арбитражный апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что представленные в материалы дела акты простоев не подтверждают факт отсутствия вины подрядчика в нарушении сроков выполнения работ по договору.

В подтверждение своего довода ответчик представил составленные подрядчиком и подписанные двумя сторонами акты простоя и завершения простоя в связи с ожиданием предоставления доступа к ЛСП м/р им. В.И. Грайфера. Причина такого ожидания в актах не указана.

Вместе с тем, как указал истец и не опроверг ответчик, непредставление доступа к участку работ связано с нарушением самим ответчиком согласованного графика выполнения работ в море и необходимостью совмещать свою деятельность на море с иными подрядчиками.

Специфика выполнения работ на море заключается в необходимости согласования периодов выполнения морских операций, в связи с чем любое, даже незначительное, нарушение согласованного графика может повлечь утрату возможности выполнения соответствующей операции в том числе в связи с выполнением работ иными лицами.

Особенности порядка выполнения морских операций зафиксированы в Приложении А к договору.

Согласно пункту 2.3.9 приложении А подрядчик должен учитывать одновременное выполнение работ (морских операций) в одно время на одном строительном участке в море с несколькими подрядчиками заказчика (подрядчик по морским операциям, подрядчик по строительству платформ, подрядчик на прокладку кабельных линий) и планировать работы таким образом, чтобы не создавать препятствия в свободном доступе иных подрядчиков к участку работ.

В соответствии с пунктом 2.3.12 приложении А подрядчик должен предусматривать и учитывать, что работы по строительству трубопроводов будут выполняться в период выполнения иных работ на этом же участке. Также для подрядчика не будут являться препятствием выступающие части строительных конструкций Верхних строений ЛСП и ПЖМ м/р Ракушечное.

Приложением А также установлено, что указанные условия не будут препятствовать или являться основанием для того, чтобы подрядчик не мог выполнить объем работ по договору в установленные сроки и не служат основанием для последующих действий подрядчика, направленных на получение компенсации (оплаты) за простой судов, машин и оборудования персонала подрядчика в связи с их исполнением. Указания руководства (п. 2.3.13) выполняются подрядчиком за его счет и без изменения цены договора, сроков выполнения работ и дополнительных требований к заказчику.

Согласно части 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Следовательно, подрядчик был уведомлен о необходимости взаимодействовать и сотрудничать с иными лицами на этапе заключения договора. Неспособность спланировать свою деятельность так, чтобы надлежащим образом исполнить свою часть обязательств с учетом работы иных подрядчиков, относится к ответственности самого подрядчика.

Вышеуказанное утверждение истца о том, что недопуск к участку работ связан с выполнением работ на участке иными подрядчиками, ответчиком не опровергнуто, доказательств, свидетельствующих о том, что недопуск к месту выполнения работ был связан с виной кредитора или непредвиденными обстоятельствами, не представлено. Суд первой инстанции отнес бездействие ответчика в части опровержения указанного факта при наличии такой процессуальной возможности к процессуальному риску последнего с учетом принципа состязательности осуществления правосудия (часть 1 статьи 9, часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом обязанность доказать наличие обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от ответственности за нарушение обязательства, лежит именно на ответчике (пункт 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», далее – постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7).

Так как подрядчик не доказал, что доступ к участку работ был затруднен по независящим от него причинам, ссылки последнего на простой, связанный с этим обстоятельством, не могут выступать основанием для освобождения его от ответственности за нарушение договорных сроков.

Апелляционный суд также отмечает, что все вышеуказанные условия договора свидетельствуют о том, что подрядчик, выполняя работы в согласованные сроки, не столкнется с необходимостью ожидания доступа к участку работ, и такое ожидание не послужит основанием для освобождения подрядчика за просрочку.

Указывая на обратное, подрядчик должен доказать, что ожидание доступа к участку работ было вызвано действиями третьих лиц или иными обстоятельствами, не зависящими от воли подрядчика (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Основываясь на том, что согласно пункту 2 статьи 401 ГК РФ обязанность доказать отсутствие вины в нарушении обязательства, факт которого установлен, лежит на подрядчике, но представленные подрядчиком документы лишь подтверждают факт ожидания предоставления доступа к участку работ, но не факт того, что послужило этому причиной, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод об отсутствии оснований для освобождения подрядчика от ответственности в заявленные периоды.

В связи с тем, что из представленных документов нельзя установить причину заявленного простоя, отсутствие вины подрядчика в нарушении договорных сроков подрядчиком не доказано.

Кроме того, заявляемый ответчиком в письменных объяснениях довод о том, что он не был уведомлен о привлечении нового подрядчика, не соответствует действительности.

Как верно указало ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» в письменных объяснениях от 12.03.2025, подрядчик был уведомлен о принятом решении о привлечении иного лица в качестве нового подрядчика для строительства мультифазного подводного межпромыслового трубопровода письмом заказчика от 02.04.2021 № 35-11-3171 (приложение № 2 к письменным объяснениям истца).

Ответным письмом от 13.04.2021 № 949-6123 ООО «Вимар Оффшор» сообщило заказчику, что подготовило календарный план выполнения работ без учета изъятых объемов работ (приложение № 3 к письменным объяснениям истца).

Подрядчик не возражал против таких изменений, изначально подтвердил свое намерение руководствоваться решением заказчика без каких-либо оговорок (приложение № 4 к письменным объяснениям истца).

Более того, как следует из письма подрядчика, до направления уведомления о привлечении иного лица в качестве нового подрядчика данный вопрос являлся предметом обсуждения на очных совещаниях с участием ответчика.

Довод ответчика о том, что совмещенный график с новым подрядчиком не доводился до его сведения, опровергается совмещенным графиком на 2022 год, представленным заказчиком в материалы дела.

Направление совмещенного графика в адрес ответчика осуществлялось посредством электронной почты в качестве подготовки к очному совещанию по соответствующему вопросу.

Следовательно, ответчик заранее знал о том, что к выполнению работ будет привлечен новый подрядчик, поэтому его утверждение об обратном не соответствует действительности.

При этом ответчик осуществлял взаимодействие с новым подрядчиком в ходевыполнения работ.

ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» достоверно известно о взаимодействии ООО «Вимар Оффшор» и нового подрядчика в части работ в море в 2022 году.

Как обоснованно указывает ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть», 29.09.2022 руководитель проекта нового подрядчика обратился, в том числе, к директору ООО «Вимар Оффшор» ФИО6 и руководителю проекта ООО «Вимар Оффшор» ФИО7 по вопросу расстановки якорей ООО «Вимар Оффшор» у ЛСП-2 в связи планируемыми работами в море.

29.09.2022 ООО «Вимар Оффшор» ответило новому подрядчику на поставленные вопросы, а также сообщило о запланированной постановке судна «Атлантик Суппортер» к ОБ ЛСП-2 м/р Филановского-2.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ООО «Вимар Оффшор» знало о привлеченном подрядчике и осуществляло взаимодействие с ним в рамках организации работ в море.

Следовательно, ответчик имел все возможности для исполнения своих обязательств по совместной работе с иными подрядчиками, что подтверждает тот факт, что простои возникли не вследствие действий заказчика, а в результате ненадлежащей организации работ в море со стороны ООО «Вимар Оффшор».

Таким образом, заявленные ответчиком простои вследствие ожидания доступа к участку работ не являются основанием для исключения его ответственности за просрочку и не могут уменьшать период начисления неустойки.

В письменных пояснениях ООО «Вимар Оффшор» указало, что просрочка выполнения работ по внутритрубной диагностике (ВТД) находится в зоне ответственности ООО «ЛУКОИЛ-Нижневолжскнефть» и в качестве обоснования своей позиции сослалось на переписку заказчика и подрядчика как факт наличия в действиях заказчика виновных действий, повлиявших на возможность своевременного выполнения работ.

Вместе с тем, представленная «Вимар Оффшор» переписка свидетельствует лишь о том, что ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть», как заказчик, оказывало подрядчику содействие при выполнении работ.

Как обоснованно указывает ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть», ООО «Вимар Оффшор» не учло тот факт, что просрочка выполнения работ по договору, в том числе по работам ВТД, а также описанная подрядчиком ситуация со сложностями по диагностике стояков трубопроводов на МЛСК-2 им. В. Филановского возникла вследствие ненадлежащего исполнения ООО «ВИМАР ОФФШОР» своих обязательств, предусмотренных договором.

Как обоснованно указывает ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть», пунктом 2.9.4 Приложения А к договору стороны определили, что до начала работ по внутритрубной диагностике подрядчик выполняет работы по осмотру всех трубопроводов и его элементов (камер СОД и ее технологическую обвязку), инспекции клапанов на полное открытие/закрытие, толщинометрии каждого элемента трубопровода транспортного стояка ЛСП м/р Ракушечное и ЛСП-2 м/р им. В. Филановского с измерением толщин стенок и диаметров, овальности, для определения внутреннего проходного сечения, на основании полученных измерений и технических данных заказчика. Также выполняется толщинометрия всех элементов трубопроводов транспортных стояков в пределах от подводного фланца до крышки камеры СОД (при необходимости) с предоставлением актов по результатам замеров, карт замеров, исполнительных схем.

На основании выполненных замеров элементов трубопроводов транспортных стояков подрядчик выполняет подбор (определяет минимальное проходное сечение) для поршней и диагностических снарядов для их пропуска по линейной части построенных трубопроводов и транспортным стоякам и его элементам (камер СОД) ЛСП-Р и ЛСП-2.

Таким образом, как обоснованно указывает ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть», в случае надлежащего исполнения ООО «Вимар Оффшор» своих обязательств и надлежащего проведения исследования трубопроводов подрядчик изначально бы смог осуществить подбор необходимого оборудования для проведения диагностики.

Указанные обстоятельства, включая представленную ООО «Вимар Оффшор» переписку, свидетельствуют лишь о ненадлежащем исполнении ООО «Вимар Оффшор» своих обязательств, предусмотренных договором.

Между тем, суд первой инстанции, рассмотрев довод ответчика о том, что неустойка не подлежит начислению в периоды простоев в связи с неблагоприятными погодными условиями, оплаченными заказчиком, посчитал его заслуживающим внимания.

Суд первой инстанции установил, что согласно представленным в дело доказательствам оплата соответствующих простоев произошла в порядке компенсации дополнительных расходов подрядчика, предусмотренных пунктами 3.1.2 и 4.2.4 Договора, а также условиями приложения Q к договору, то есть за счет переменной части цены договора.

Затраты на простой в связи с неблагоприятными погодными условиями, компенсированные заказчиком, были согласованы сторонами в соответствии с названными условиями договора. В материалы дела представлены акты выполненных работ, счета-фактуры и платежные документы, свидетельствующие о принятии на себя и исполнении заказчиком обязательства по оплате простоев вследствие неблагоприятных погодных условий.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции сделал вывод о том, что периоды оплаченных простоев подрядчика, образовавшихся вследствие неблагоприятных погодных условий из приложения Q к договору, подлежат исключению из общего периода начисления неустойки.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что простои по погоде по критериям, установленным проектом и технической документацией ниже приложения Q, что влияет на продолжительность проведения работ по этапам и на возможность сдачи в срок итогового результата работ, соответственно, данные простои являются уважительными причинами, находящимися вне контроля подрядчика, подлежащими исключению из общего срока простоев подрядчика отклоняются по следующим основаниям.

Пунктом 1 раздела II договора определено, что неблагоприятные погодные условия - условия, при которых выполнение работ подрядчиком на водных путях и на участке работ в Каспийском море является невозможным, и которые превышают условия, указанные в приложении Q «Ограничения по неблагоприятным погодным условиям».

Простои по неблагоприятным погодным условиям - простои в связи с превышением средних значений расчетных параметров гидрометеорологических условий на участке работ, которые превышают условия, указанные в приложении Q «Ограничения по неблагоприятным погодным условиям», повлекших остановку в выполнении работ морских средств подрядчика, оборудования и персонала Подрядчика.

Приложением Q «Ограничения по неблагоприятным погодным условиям» к договору определено, что выполнение работ разрешено при следующих параметрах гидрометеорологических условий:

- скорость ветра до 17 м/с;

- высота волны максимальная Hs - 2,5 м.

Из изложенного следует, что согласно условиям договора оплате подлежат простои, которые произошли по причине гидрометеорологических условий, превышающих параметры, установленные приложением Q к Договору.

Приложение Q к договору подписано обеими сторонами, является неотъемлемой частью договора и не менялось с момента его заключения.

Следовательно, подрядчик с 2019 года был ознакомлен с указанными условиями компенсации соответствующих простоев, несогласия не выражал.

Акты о приостановке выполнения работ в связи с неблагоприятными погодными условиями, представленные подрядчиком, составлены в периоды 2020, 2021 и 2022 годов.

Указанные акты, как сообщает сам подрядчик, свидетельствуют о том, что фактические погодные условия (скорость ветра и высота волны) не превышали предельно допустимые параметры, установленные приложением Q к договору.

В части исключения из общего периода просрочки периодов приемки по этапам №№ 2, 3А, 5 суд первой инстанции сделал следующий обоснованный вывод.

Согласно актам о завершении этапов работ №№ 2, 3А, 5 окончание работ отмечено более ранней датой, чем составление самих актов. Подрядчик полагает, что неустойка должна начисляться именно по дату окончания работ, а не по дату составления акта.

Согласно пункту 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Следовательно, обязательство заказчика по приемке результата работ и его оплате возникает в случае сдачи его подрядчиком, что представляет собой встречное исполнение обязательств по смыслу статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 15.1.2 договора подрядчик должен направить заказчику уведомление о выдаче акта о завершении работ этапа работ с приложением всех документов, указанных в приложении М и Н, не позднее 3 (трех) рабочих дней с даты завершения работ по этапу, в том числе товарной накладной по форме ТОРГ-12 (для приема-передачи материалов, указанных в пункте 15.2.8 настоящего договора), но не позднее последнего числа отчетного месяца.

По смыслу указанных положений Гражданского кодекса Российской Федерации и договора обязанность заказчика по приемке работ возникает после того, как он узнает о факте их выполнения.

Подрядчик известил заказчика о завершении выполнения спорных этапов работ письмами, датированными той же датой, что и акты о завершении этапов работ.

Следовательно, даты окончания работ, на которые ссылается подрядчик, не находят своего подтверждения в представленных материалах, в отличие от дат самих актов о завершении спорных этапов, даты которых подтверждаются иной сопутствующей документацией.

Приемка работ не могла начаться в указанные подрядчиком даты, так как заказчик еще не знал о том, что работы выполнены и могут быть приняты.

Таким образом, ответчик не доказал, что неисполнение им своих обязательств в срок является следствием непреодолимой силы или связано с виной истца, поэтому периоды, которые подрядчик просит исключить из общего периода просрочки, не подлежат исключению.

Суд первой инстанции также отметил факт заключения сторонами дополнительного соглашения к договору от 15.12.2022 № 19V0500 016, которым был установлен, в том числе, новый график выполнения работ и график платежей и погашения авансов.

Заключая дополнительное соглашение, стороны выразили свою свободную волю и подтвердили необходимость выполнения работ в согласованные сроки. Основания для освобождения подрядчика от ответственности, приведенные им, имели место до заключения дополнительного соглашения от 15.12.2022 № 19V0500 016 к договору.

Подрядчик, заключая дополнительное соглашение к договору от 15.12.2022 № 19V0500 016, должен был предвидеть и осознавать последствия совершения указанных действий в виде применения контрагентом санкций, предусмотренных договором.

Расчет неустойки выполнен заказчиком на основании графика работ, установленного указанным дополнительным соглашением, в то время как обстоятельства, которые, по мнению подрядчика, исключали его ответственность за просрочку, имели место до его заключения.

Следовательно, заключая дополнительное соглашение к договору от 15.12.2022 № 19V0500 016, стороны не могли не знать об обстоятельствах, произошедших ранее, но не учли их при определении договорных сроков.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу, что расчет размера неустойки, согласно которому истец заявляет свои требования, составлен с учетом измененных сроков, следовательно, является обоснованным.

Таким образом, суд первой инстанции посчитал установленным факт нарушения ответчиком сроков выполнения работ по договору как по каждому из заявленных этапов выполнения работ, так и срока завершения объектов строительством.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что отсутствие вины подрядчика в связи с неблагоприятными погодными условиями при выполнении этапов работ должно быть учтено при определении размера ответственности за нарушение срока завершения объектов строительством, апелляционным судом отклоняются по следующим основаниям.

Как обоснованно указывает ООО «ЛУКОЙЛ-Нижневолжскнефть» (т. 9, л.д.226), как следует из графика выполнения работ в редакции дополнительного соглашения к договору от 15.12.2022 № 19V0500 016, каждый этап также является самостоятельным видом работ, поскольку согласно утвержденным периодам они могли выполняться одновременно.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не дал оценку доводу ответчика о том, что расчет неустойки не может быть рассчитан из общей цены договора, является несостоятельным.

При этом судебная коллегия полагает необходимым отметить следующее.

В силу пункта 13.2.1 договора подрядчик обязан завершить строительством объект в пределах срока завершения работ на объекте, включая завершение всех работ, которые как указано в договоре, необходимо выполнить, чтобы объект считался завершенным и готовым к приемке работ заказчиком в соответствии со статьей 15 договора (приемка работ).

Согласно пункту 13.2.2 договора в случае несоблюдения подрядчиком сроков окончания выполнения этапов работ, установленных приложением «С» к договору, заказчик имеет право взыскать с подрядчика неустойку за каждый день просрочки исполнения обязательств в размере 0,01% от стоимости соответствующего этапа работ.

Как верно установлено судом первой инстанции, условия договора предусматривают неустойку за нарушение подрядчиком сроков как соответствующего этапа работ, так и за нарушение сроков завершения всех работ на объекте.

Условия договора о порядке начисления неустойки не оспаривались подрядчиком, в материалы дела не представлены доказательства обратного либо подтверждения несогласия подрядчика с ними.

Подрядчик при заключении договора действовал добровольно и в своих интересах, и оснований полагать, что условие о неустойке навязано подрядчику заказчиком, не имеется.

Доводы апелляционной жалобы о несправедливом условии договора о начислении подрядчику неустойки за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств на общую сумму договора без учета исполненной части, отсутствии у ответчика возможности повлиять на содержание договора, заключенного по итогам закупочных процедур, отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку условия договора не противоречат положениям статей 421 и 431 ГК РФ и разъяснениям, приведенным в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах».

Заключая договор, подрядчик, как коммерческая организация и профессиональный участник рынка, принял на себя, в том числе, предпринимательские риски (абзац 3 пункт 1 статья 2 ГК РФ) неисполнения обязательств по выполнению работ в срок.

Кроме того, у суда первой инстанции не имелось оснований для применения иных, не согласованных сторонами, условий договора о порядке расчета неустойки. Норм закона, которые суд первой инстанции необоснованно не применил, подрядчик также не указал.

При таких обстоятельствах судебная коллегия делает вывод, что условия договора о неустойке не являются несправедливыми или существенным образом нарушающими баланс интересов сторон, в связи с чем, расчет неустойки выполнен заказчиком в соответствии с установленным порядком и обоснованно принят судом первой инстанции.

По мнению ответчика, спорный договор является договором присоединения, к которому могут быть применены положения постановления президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.07.2024 № 5467/14, определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.10.2016 № 305-ЭС16-7657, от 14.12.2020 № 305-ЭС20-18939 и постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16.

Ответчик обосновывает указанный довод тем, что договор заключен в результате тендерных процедур и у ответчика отсутствовала возможность выразить свою волю и повлиять на внесение изменений в договор.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на разъяснения, изложенные в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.07.2014 № 5467/14 о невозможности начисления неустойки на общую сумму контракта, а не на стоимость просроченного обязательства, апелляционным судом отклоняются, поскольку настоящий спор возник не в рамках отношений, связанных с размещением заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных, муниципальных нужд.

В соответствии с правовой позицией Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащейся в пункте 9 постановления от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», в тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 Кодекса о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.

Согласно пункту 1 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом.

На основании пункта 2 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора. Если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства, в случае изменения или расторжения договора судом по требованию присоединившейся к договору стороны договор считается действовавшим в измененной редакции либо соответственно не действовавшим с момента его заключения.

Норма статьи 428 ГК РФ направлена на защиту прав присоединившейся, а не присоединяющей стороны.

По смыслу пункта 1 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации именно присоединяющая сторона имеет возможность предложить неограниченному кругу лиц определенный товар, работу, услугу на определенных данной стороной условиях, не подлежащих пересмотру, а нуждающейся стороной является присоединяющееся лицо.

Обстоятельства настоящего дела исключают саму возможность признания заказчика присоединяющей стороной, а подрядчика присоединившейся по смыслу ст. 428 ГК РФ, так как именно заказчик нуждается в выполнении в его пользу определенных работ, а не подрядчик, который имеет возможность выполнить работы, в исполнении которых нуждается заказчик, поэтому положения статьи 428 ГК РФ не подлежат применению.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлениях Арбитражного суда Уральского округа от 11.06.2024 № Ф09-2340/24 по делу № А07-37735/2022, Арбитражного суда Дальневосточного округа от 02.07.2024 № Ф03-2635/2024 по делу № А73-20207/2023.

Заключая спорный договор, ответчик действовал своей волей и в своем интересе, не возражал против оспариваемых условий договора, вопрос о необходимости изменения условий договоров не ставил.

Нежелание субъекта, осуществляющего на свой страх и риск предпринимательскую деятельность, предпринять меры для поиска иных предложений, не может обеспечиваться защитой со стороны суда, поскольку при такой ситуации дестабилизируется гражданский оборот, основанный на согласовании и предполагаемой неизменности (помимо как по соглашению сторон) условий делового сотрудничества, а сторона, не проявившая должной осмотрительности при заключении договора, условия которого были известны заранее.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ о видах экономической деятельности ответчика основным видом деятельности последнего является деятельность морского грузового транспорта. Кроме того, ответчик осуществляет еще 36 видов деятельности, в связи с чем, он был вправе, не заключая договор с истцом, заключить любой договор исходя из сферы своей деятельности для извлечения прибыли.

Кроме того, при рассмотрении настоящего спора подрядчик заявил о снижении неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, считая заявленную сумму несоразмерной последствиям нарушения обязательства.

В силу пункта 13.2.1 договора подрядчик обязан завершить строительством объект в пределах срока завершения работ на объекте, включая завершение всех работ, которые как указано в договоре, необходимо выполнить, чтобы объект считался завершенным и готовым к приемке работ в соответствии со статьей 15 договора (приемка работ).

Согласно пункту 13.2.2 договора в случае несоблюдения подрядчиком сроков окончания выполнения этапов работ, установленных приложением «С» к договору, Заказчик имеет право взыскать с подрядчика неустойку за каждый день просрочки исполнения обязательств в размере 0,01% от стоимости соответствующего этапа работ.

В случае несоблюдения подрядчиком требований, предусмотренных в пункте 13.2.1 договора, подрядчик обязан оплатить заказчику неустойку за такое неисполнение обязательств в размере 0,1% от цены договора, начиная со дня, следующего за сроком завершения работ, за каждый день просрочки до даты, указанной в акте приемки законченного строительством объекта по форме № КС-11 НКЛ. Указанная неустойка не применяется за период задержки, во время которой работы были приостановлены Заказчиком по причинам, не зависящим от подрядчика.

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 69 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7, подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (пункт 73 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7).

Как следует из пункта 77 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7, снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом. Степень несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, четких критериев ее определения применительно к тем или иным категориям дел, рассматриваемым спорным правоотношениям сторон законодательством не предусмотрено.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, позицию Конституционного Суда РФ, приведенную в определении № 263-О, суд первой инстанции посчитал, что размер неустойки за нарушение срока завершения объектов строительством, рассчитанный исходя из ставки 0,1% за каждый день просрочки (абзац 2 пункта 13.2.2 договора), является несоразмерным последствиям допущенного нарушения.

Суд первой инстанции посчитал необходимым уменьшить размер неустойки, взыскиваемой истцом за нарушение срока завершения объектов строительством (абзац 2 пункта 13.2.2 договора), рассчитав его, исходя из двукратной учетной ставки Банка России за каждый день просрочки.

Из разъяснений Верховного Суда РФ, изложенных в пункте 26 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2019), а также из определений Верховного Суда РФ от 04.12.2018 по делу № А33-16241/2017 и от 18.09.2019 по делу № А15-1198/2018, следует, что при расчете неустойки суду следует применять ставку Банка России, действующую на дату исполнения обязательства.

Определенность в отношениях сторон по вопросу о размере неустойки, подлежащей уплате в связи с допущенной Подрядчиком просрочкой выполнения работ по договору, наступила в момент окончания исполнения таких обязательств, в связи с чем при расчете неустойки следует руководствоваться ставкой Банка России, действовавшей на день исполнения обязательства.

Таким образом, размер неустойки, начисленной за нарушение подрядчиком срока завершения объектов строительством, должен составить 285563108 руб. 06 коп.

С учетом судебной практики по данному вопросу суд первой инстанции посчитал неустойку, начисляемую за нарушение сроков окончания выполнения этапов работ в размере 0,01% за каждый день просрочки (абзац 1 пункта 13.2.2 договора), обычно принятой в деловом обороте и не чрезмерно высокой.

Размер неустойки за нарушение сроков окончания выполнения этапов работ, исходя из 0,01% за каждый день просрочки, составляет 30270467 руб. 22 коп., что, по мнению суда первой инстанции, соответствует принципам разумности и последствиям допущенного нарушения. С учетом исключенного судом первой инстанции периода указанный размер неустойки уменьшен до 27792460 руб. 86 коп.

При указанных обстоятельствах общий размер неустойки, подлежащий взысканию с подрядчика, составил 313355568 руб. 92 коп.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы истца по уплате государственной пошлины относятся на ответчика как на проигравшую сторону арбитражного процесса.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 12.03.2024 частично удовлетворено заявление истца о принятии обеспечительных мер: наложен арест на денежные средства ответчика (в том числе денежные средства, которые будут поступать в будущем), находящиеся в банках или в иных кредитных организациях на сумму 740303376 руб. 84 коп. (в пределах суммы исковых требований заявителя, за исключением денежных средств, составляющих размер расходов, необходимых для выплаты заработной платы работникам ответчика, уплаты налогов, сборов и страховых взносов).

Согласно части 4 статьи 96 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае удовлетворения иска обеспечительные меры сохраняют свое действие до фактического исполнения судебного акта, которым закончено рассмотрение дела по существу.

Довод апеллянта о пропуске истцом срока исковой давности также подлежит отклонению в связи со следующим.

Пунктом 2 ст. 199 ГК РФ предусмотрено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Согласно п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» пунктом 2 статьи 199 ГК РФ не предусмотрено какого-либо требования к форме заявления о пропуске исковой давности: оно может быть сделано как в письменной, так и в устной форме, при подготовке дела к судебному разбирательству или непосредственно при рассмотрении дела по существу, а также в судебных прениях в суде первой инстанции, в суде апелляционной инстанции в случае, если суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (часть 5 статьи 330 ГПК РФ, часть 6.1 статьи 268 АПК РФ). Если заявление было сделано устно, это указывается в протоколе судебного заседания.

В силу положений части 7 статьи 268 АПК РФ, пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2020 года № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» новые требования, которые не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, не принимаются и не рассматриваются арбитражным судом апелляционной инстанции.

Ответчик впервые заявил о пропуске срока исковой давности в суде апелляционной инстанции, т. е. данное требование, которое не было предметом рассмотрения в суде первой инстанции, является новым, поэтому не принимается и не рассматривается арбитражным судом апелляционной инстанции.

Оценив все представленные в материалы дела доказательства в их взаимосвязи и совокупности, как того требуют положения пункта 2 статьи 71 АПК РФ, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, письменных пояснений, судебная коллегия соглашается со всеми выводами, сделанными судом первой инстанции, и также считает, что иск подлежит частичному удовлетворению.

Суд апелляционной инстанции считает, что, разрешая спор, суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделал правильные выводы по существу требований заявителя, а также не допустил при этом неправильного применения норм материального и процессуального права.

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции считает, что в ней отсутствуют ссылки на факты, которые не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленных требований по существу. Податель апелляционной жалобы не ссылается на доказательства, опровергающие выводы суда первой инстанции, и таких доказательств к апелляционной жалобе не прилагает. В целом доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, поскольку, не опровергая их, они сводятся исключительно к несогласию с оценкой, представленных в материалы дела доказательств, что в силу положений статьи 270 АПК РФ не является основанием для изменения или отмены судебного акта в обжалуемой части.

Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление суда, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после его принятия.

Руководствуясь статьями 110, 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двенадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Астраханской области от 31 октября 2024 года по делу № А06-2160/2024 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийВ.Б. Шалкин

СудьиО.В. Лыткина

А.Ю. Самохвалова