Постановление от 27 сентября 2018 г. по делу № А60-63704/2017

/


СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-11667/2018-АК
г. Пермь
27 сентября 2018 года
Дело № А60-63704/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 20 сентября 2018 года

Постановление в полном объёме изготовлено 27 сентября 2018 года


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Даниловой И.П.,

судей Зарифуллиной Л.М., Мармазовой С.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём Малышевой Д.Д.,

от лиц, участвующих в деле: не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу апелляционную жалобу Шкоп Людмилы Васильевны

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 03 июля 2018 года

об отказе в удовлетворении заявления ИП Шкоп Людмилы Васильевны о включении требования в размере 2 408 520 руб. 82 коп. в реестр требований кредиторов должника,

вынесенное судьей Маниным В.Н.,

в рамках дела№ А60-63704/2017

о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Профессиональная красота» (ОГРН 1116670024734, ИНН 6670349373)

третьи лица: ИП Демина Л.А. (ИНН 665803797411), ИП Лопанович Р.Л. (ИНН 667400759135), ООО «Бумага сервис ЕК» (ИНН 6658461690), ООО «Каскад» (ИНН 6670319315), ООО «Планета» (ИНН 6670241010), ООО «Фирма «Скит» (ИНН 6658267117), ООО «СМТ-Урал» (ИНН 6685068713), ООО «Торговый дом «Марлен» (ИНН 6670367132), ООО «Компания «Марлен» (ИНН 6670184932), ПАО «Ростелеком» (ИНН 7707049388),



установил:

Определением суда от 30.03.2018 в отношении общества с ограниченной ООО «Профессиональная красота» (далее – ООО «Профессиональная красота», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена кандидатура Зелютина Кирилла Петровича (ИНН 666000773574), члена Саморегулируемой организации «Союз менеджеров и арбитражных управляющих».

Сообщение о введении в отношении должника наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 55 от 31.03.2018.

В адрес суда 03.05.2018 поступило заявление индивидуального предпринимателя Шкоп Людмилы Васильевны (далее – ИП Шкоп Л.В., кредитор) о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 2 408 520 руб. 82 коп.

Определением суда от 11.05.2018 заявление кредитора принято к производству, назначено в судебное заседание на 23.05.2018.

Суд первой инстанции по своей инициативе привлек к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: индивидуального предпринимателя Демину Ладу Альбертовну, индивидуального предпринимателя Лопанович Романа Леонидовича, общество с ограниченной ответственностью «Бумага сервис ЕК» (ИНН 6658461690), общество с ограниченной ответственностью «Каскад» (ИНН 6670319315), общество с ограниченной ответственностью «Планета» (ИНН 6670241010), общество с ограниченной ответственностью «Фирма «СКИТ» (ИНН 6658267117), общество с ограниченной ответственностью «СМТ-УРАЛ» (ИНН 6685068713), общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Марлен» (ИНН 6670367132), общество с ограниченной ответственностью Компания «Марлен» (ИНН 6670184932), публичное акционерное общество междугородной и международной электрической связи «Ростелеком» (ИНН 7707049388).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.07.2018 в удовлетворении заявления ИП Шкоп Л.В. о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 2 408 520 руб. 82 коп. отказано.

Кредитор, не согласившись с вынесенным определением, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе ссылается на то, что вывод суда об отсутствии доказательств происхождения у кредитора товара, переданного должнику по договорам от 27.10.2014 и от 28.09.2016 не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что действия ИП Шкоп Л.В. не могут быть квалифицированы как возникающие из корпоративных отношений, поскольку единственным учредителем и директором должника является физическое лицо Шкоп Л.В., а кредитором и заявителем настоящей апелляционной жалобы индивидуальный предприниматель Шкоп Л.В., не являющаяся учредителем и директором должника.

В материалы дела от конкурсного кредитора ООО «Приоритет» поступил письменный отзыв, в котором просит оставить определение первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, извещённые надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, между кредитором и должником заключен договор купли-продажи оборудования от 27.10.2014, сумма которого составила 1 770 000 руб.: 1 500 000 руб. - Аппарат для фототерапии Lovely II с насадками; 200 000 руб. - Аппарат BIO-Ultimate Gold; 77 000 руб. - кушетка косметологическая.

ИП Шкоп Л.В. в обоснование заявленных требований, указывала, что поставленное оборудование оплачено должником частично, задолженность ООО «Профессиональная красота» перед кредитором по договору купли-продажи оборудования от 27.10.2017 составляет 1 270 000 руб.

Кроме того, 28.09.2016 между должником и кредитором заключен договор купли-продажи оборудования (тележка косметологическая; 3 стеклянные полки) на сумму 48 285 руб. Факт поставки товара на сумму 48 285 руб. подтверждается товарной накладной №2 от 28.09.2016. Должником товар не оплачен.

Также, между ООО «СМТ-Урал» и ООО «Профессиональная красота» заключен договор поставки № У141106/2 от 06.11.2014.

Соглашением от 23.03.2017 установлено, что ИП Шкоп Людмила Васильевна, выступая в качестве третьего лица, обязуется по поручению должника погасить задолженность последнего перед кредитором по договору поставки в размере 220 000 руб. путем передачи оборудования.

Во исполнение данного соглашения соответствующее оборудование передано ООО «СМТ-Урал», что подтверждается товарными накладными №1,2 от 20.03.2017. В дальнейшем ИП Шкоп Л.В. в пользу ООО «СМТ-Урал» задолженности по счетам за материалы за ООО «Профессиональная красота» были перечислены денежные средства на сумму 193 661 руб., что подтверждается платежными поручениями.

Кроме того, кредитором по обязательствам ООО «Профессиональная красота» в пользу третьих лиц ООО Компания «Марлен», ООО «Бумага сервис ЕК», Макрорегиональный филиал «Урал» ОАО «Ростелеком», ИП Демина Лада Альбертовна, ООО «Планета» на сумму 6075 руб., Форма Скит, ООО «Каскад», ИП Лопанович Роман Леонидович были перечислены денежные средства в размере 897 559 руб.

Поскольку должником задолженность погашена не была и в общей сумме составила 2 408 520 руб. 82 коп., кредитор обратился в суд с заявлением о включении требований в реестр.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что экономическая целесообразность совершения сделок не доказана, подобная схема правоотношений избрана кредитором и должником исключительно с учётом признака их аффилированности друг к другу и не обусловлена конкретными хозяйственными интересами, входящими в одну группу лиц и являющимися заинтересованными. Требование основанное на договоре купли-продажи оборудования от 27.10.2014 г. в размере 1 270 000 рублей не подлежит удовлетворению, в том числе в связи с пропуском исковой давности.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В силу пункта 1 ст. 63 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены к должнику только с соблюдением установленного настоящим Федеральным законом порядка предъявления требований к должнику.

Согласно пункту 1 ст. 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В соответствии со ст.ст. 71 и 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 ст. 71 и пунктов 3 - 5 ст. 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Таким образом, при рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов в силу требований ст.ст. 71, 100, 142, 201.1 Закона о банкротстве судом проверяется обоснованность заявленных требований, определяется их характер, размер и обязательства, не исполненные должником.

В силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

В обоснование заявленных требований кредитор ссылается на наличие у должника задолженности возникшей на основании: договора купли-продажи оборудования от 27.10.2014; договора купли-продажи оборудования от 28.09.2016; перечисления денежных средств по обязательствам должника третьим лицам в порядке ст. 313 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) всего в общей сумме 2 408 520 руб. 82 коп.

Согласно пункту 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 ст. 10 ГК РФ).

В силу пункта 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дела о банкротстве", п. 13 утвержденного Президиумом ВС РФ 20.12.2016 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота предъявляются повышенные требования.

Согласно ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Шкоп Л.В. является заинтересованным лицом по отношению к должнику, поскольку является его участником, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц (л.д. 140-144).

Исходя из сложившейся судебной практики при рассмотрении требований в ситуации включения в реестр аффилированного кредитора выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (правовая позиция, изложенная в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)).

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально с целью искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Как было указано выше, согласно данным из ЕГРЮЛ Шкоп Людмила Васильевна является с момента регистрации должника и по настоящий момент единственным его участником и директором.

Доказательства экономической целесообразности заключения сделок (договоров купли-продажи, перечисления денежных средств в пользу третьих лиц по обязательствам должника) в материалы дела не представлены.

При отсутствии обоснования экономических мотивов заключения сделок должником, суд первой инстанции пришёл к верному выводу об экономической нецелесообразности действий сторон и несоответствии поведения кредитора поведению обычного разумного участника гражданского оборота, что подобная схема правоотношений не обусловлена конкретными хозяйственными интересами каждой из сторон, избрана исключительно с учётом признака их аффилированности друг к другу.

Кроме того, выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве каждого из арендаторов (субарендаторов). Подобные факты могут свидетельствовать о подаче обществом заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (ст. 10 ГК РФ). При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац четвертый п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных кредитором требований о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 2 408 520 руб. 82 коп.

Таким образом, вывод суда об отсутствии оснований для удовлетворения требования кредитора с учётом защиты прав и законных интересов добросовестных кредиторов должника от недобросовестных действий должника и аффилированного лица является обоснованным.

Доводы апеллянта о том, что вывод суда об отсутствии доказательств происхождения у кредитора товара, переданного должнику по договорам от 27.10.2014 и от 28.09.2016 не соответствует фактическим обстоятельствам дела судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку в материалах дела отсутствуют достаточные доказательства наличия фактических отношений по указанным сделкам.

Доводы апеллянта о том, что действия индивидуального предпринимателя Шкоп Л.В. не могут быть квалифицированы как возникающие из корпоративных отношений, поскольку единственным учредителем и директором должника является физическое лицо Шкоп Л.В., а кредитором и заявителем настоящей апелляционной жалобы индивидуальный предприниматель Шкоп Л.В., не являющаяся учредителем и директором должника судом апелляционной инстанции отклоняются как основанные на неверном толковании норм права и наличие статуса индивидуального предпринимателя не имеет значения.

Иные обстоятельства, приведённые в апелляционной жалобе, не имеют правового значения, так как основанием для удовлетворения апелляционной жалобы не являются.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 28 июня 2018 года по делу № А60-63704/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


И.П. Данилова


Судьи


Л.М. Зарифуллина



С.И. Мармазова