Постановление от 28 сентября 2023 г. по делу № А40-218279/2020

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-37224/2023


г. Москва Дело № А40-218279/20

«28» сентября 2023г.


Резолютивная часть постановления объявлена «10» августа 2023г.

Постановление изготовлено в полном объеме «28» сентября 2023г.


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Р.Г. Нагаева,

судей А.Н. Григорьева, А.А. Дурановского

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО СК «ОРБИТА» в лице конкурсного управляющего ГК АСВ на определение Арбитражного суда г. Москвы от 05.05.2023 г. по делу № А40-218279/20 о признании недействительной сделкой соглашение об оказании финансовой помощи от 24.11.2018 г., заключенное между ФИО2 и ООО СК «ОРБИТА», о применении последствия недействительности сделки, при участии в судебном заседании:

от ГК «АСВ»: ФИО3 по дов. от 09.01.2023

иные лица не явились, извещены



УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 21.01.2021 принято к производству заявление ФНС России в лице Инспекции ФНС России № 14 по г. Москве о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: г. Москва, ИНН <***>), возбуждено производство по делу № А40-218279/20-186-395Ф. Определением Арбитражного суда города Москвы от 01 июня 2021 г. в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4 (адрес для направления корреспонденции: 140412, <...>). Сообщение опубликовано в газете "Коммерсантъ" № №134(7096) от 31.07.2021, стр. 63. Определением Арбитражного суда города Москвы от 24 августа 2022 г. финансовым управляющим ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: г. Москва, ИНН <***>) утвержден ФИО5 (ИНН: <***>, адрес для направления корреспонденции: 440000, <...> эт., оф. 12), являющийся членом СРО ААУ «СИНЕРГИЯ».


Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.05.2023 г. удовлетворено заявление финансового управляющего ФИО2 - ФИО5 о признании сделки должника (соглашения об оказании финансовой помощи) недействительной и применении последствий ее недействительности. Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ООО СК «ОРБИТА» в лице ГК «АСВ» обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 05.05.2023 г. отменить, принять новый судебный акт. В судебном заседании представитель конкурсный управляющий ООО СК «ОРБИТА» в лице ГК «АСВ» поддержал доводы апелляционной жалобы.


Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.


Рассмотрев дело в отсутствие иных участников процесса, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статей 123, 156, 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения представителя конкурсного управляющего ООО СК «ОРБИТА» в лице ГК «АСВ», суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного решения, принятого в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела.


Как установлено судом первой инстанции основанием для обращения финансового управляющего ФИО2 - ФИО5 с заявлением о признании сделки должника (соглашения об оказании финансовой помощи) недействительной и применении последствий ее недействительности, послужили следующие обстоятельства. По условиям оспариваемой сделки ФИО2 безвозмездно отчужден в пользу ООО СК «ОРБИТА» земельный участок: кадастровый номер 39:03:080821:72, площадью 128 001 ,00 кв.м., адрес (местоположение): Калининградская обл., Гурьевский р-н, п. Голубево. В связи с наличием у должника в момент совершения сделок иных кредиторов, а также при отсутствии встречного исполнения со стороны ООО СК «ОРБИТА» и его аффилированности с должником, финансовый управляющий заявил о том, что соглашение об оказании финансовой помощи от 24.11.2018 г., является недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее по тексту также – Закон о банкротстве), как совершенной с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. ООО СК «ОРБИТА» в ходе рассмотрения судом первой инстанции настоящего обособленного спора заявило о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности на предъявление заявления об оспаривании сделки.


Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее - ВАС РФ), изложенным в пункте 32 Постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее, также - Постановление N 63) заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).


В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Пунктом 2 статьи 181 ГК РФ установлено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.


Пунктом 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве предусмотрено, что право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона оснований.


В пункте 32 упомянутого Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ); исковая давность по заявлению об оспаривании сделки применяется в силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ по заявлению другой стороны оспариваемой сделки, при этом на них лежит бремя доказывания истечения давности. В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный управляющий (в том числе 8 исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.


Согласно данным разъяснениям, само по себе признание должника банкротом не приводит к началу течения срока давности, однако, при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.


В данном случае судом первой инстанции установлено, что определением Арбитражного суда г. Москвы от 01.06.2021 г. в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. При этом с рассматриваемым заявлением финансовый управляющий обратился 14.09.2022 г. путем загрузки его в систему «Мой Арбитр», то есть по истечении одного года со дня введения в отношении должника процедуры реструктуризации долгов.


Исходя из разъяснений, изложенных в абзаце 2 пункта 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.


В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.


Из материалов дела следует, что с рассматриваемым заявлением об оспаривании сделки обратился арбитражный управляющий ФИО5, утвержденный в качестве финансового управляющего ФИО2 определением Арбитражного суда города Москвы от 24 августа 2022 г. по настоящему делу. Предшествующий финансовый управляющий ФИО2 - ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего определением суда от 29 июня 2022 г.


Судом первой инстанции установлено, что 11.02.2022 г. по настоящему делу вынесено частное определение, которым обращено внимание руководителей Управления Росреестра по г. Москве и СРО ААУ «СИНЕРГИЯ» на ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим ФИО4 обязанностей финансового управляющего ФИО2. В частности, указанным определением установлено, что ФИО4 требования действующего законодательства, а также требования определения суда от 01.06.2021 г. не исполнены, в том числе требования представить в арбитражный суд документально обоснованный отчет о своей деятельности, протокол первого собрания кредиторов, сведения о финансовом состоянии и об имуществе должника, проект плана реструктуризации долгов гражданина (при его наличии) и иные документы в соответствии с требованиями Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».


Таким образом, в материалах настоящего дела отсутствуют доказательства исполнения предшествующим финансовым управляющим требований действующего законодательства, в том числе исполнения возложенных на него обязанностей, установленных п. 8 ст. 213.9 Законом о банкротстве (принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества; проводить анализ финансового состояния гражданина; выявлять признаки преднамеренного и фиктивного банкротства; вести реестр требований кредиторов; уведомлять кредиторов о проведении собраний кредиторов в соответствии с пунктом 5 статьи 213.8 настоящего Федерального закона; созывать и (или) проводить собрания кредиторов для рассмотрения вопросов, отнесенных к компетенции собрания кредиторов настоящим Федеральным законом; уведомлять кредиторов, а также кредитные организации, в которых у гражданина-должника имеются банковский счет и (или) банковский вклад, включая счета по банковским картам, и иных дебиторов должника о введении реструктуризации долгов гражданина не позднее чем в течение пяти рабочих дней со дня, когда финансовый управляющий узнал о наличии кредитора или дебитора; направлять кредиторам отчет финансового управляющего не реже чем один раз в квартал, если иное не установлено собранием кредиторов; исполнять иные предусмотренные настоящим Федеральным законом обязанности.).


Как указал действующий финансовый управляющий должника - ФИО5, являющийся заявителем по настоящему обособленному спору, указанные обстоятельства свидетельствуют о необходимости исчисления срока исковой давности с момента его утверждения.


Также суд первой инстанции обоснованно учел, что в материалах дела отсутствуют документы, доказывающие, что первоначально утвержденный управляющий знал или должен был знать о наличии совершенных должником сделок, в том числе о наличии в сделках оснований, указанных в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве для оспаривания, годичный срок не может исчисляться с момента утверждения первоначального управляющего и введении процедуры реструктуризации. При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в силу разъяснений, изложенных в абзаце 2 пункта 32 Постановления Пленуме ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 действующий финансовый управляющий должника - ФИО5, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, мог установить наличие обстоятельств для оспаривания сделки не ранее даты своего утверждения, в связи с чем срок исковой давности подлежит исчислению не ранее чем с даты оглашения резолютивной части определения об утверждении данного финансового управляющего - 18 августа 2022 г.


Судом первой инстанции из представленных заявителем доказательств установлено, что запросы на получение выписки из ЕГРП на спорный земельный участок был сделан через личный кабинет финансового управляющего ФИО5 на сайте Росреестра 30.08.2022, а 21.09.2022 и позднее 26.09.2022 были направлены запросы на получение документов, которые являлись основанием для регистрации перехода права собственности на спорный земельный участок. В рассматриваемом случае заявление финансового управляющего ФИО5 об оспаривании сделки подано в арбитражный суд 14.09.2022, то есть через месяц после утверждения. Таким образом, течение годичного срока следует исчислять с 30.08.2022 - момента получения сведений о наличии совершенных Должником сделок. С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что годичный срок исковой давности финансовым управляющим должника - ФИО5 не пропущен.


В соответствии с п.1 ст. 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. Согласно п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.


Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.


В соответствии с разъяснениями Пленума ВАС РФ, изложенными в пункте 5 Постановления от 23.12.2010 № 63 для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:


а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.


В данном случае из материалов дела следует, что между ООО СК «ОРБИТА» и ФИО2 24.11.2018 г. заключено соглашение об оказании финансовой помощи. По условиям указанной сделки ФИО2 безвозмездно отчужден в пользу ООО СК «ОРБИТА» земельный участок: кадастровый номер 39:03:080821:72, площадью 128 001,00 кв.м., адрес (местоположение): Калининградская обл., Гурьевский р-н, п. Голубево. Согласно п. 1.6 указанной сделки, земельный участок передается обществу на безвозмездной основе в целях увеличения чистых активов общества. Согласно выписке из ЕГРН, переход права собственности от ФИО2 к ООО СК «ОРБИТА» на данный земельный участок произведен 30.11.2018 г.


Судом первой инстанции установлено, что оспариваемая сделка совершена в трехлетний период, предшествующий возбуждению дела о банкротстве ФИО2, в связи с чем, суд признал соблюденными условия абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.


Согласно ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. В соответствии с п.2 ст.3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены. Согласно п. 2 ст. 6 Закона о банкротстве производство по делу о банкротстве может быть возбуждено арбитражным судом при условии, что требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем триста тысяч рублей.


Понятие объективное банкротство разъяснено в п. 4 постановления Пленума ВС РФ от 23.12.2017 № 53 как неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.


Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17- 11710 (3), по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.


В данном случае судом первой инстанции установлено, что на момент совершения оспариваемых перечислений у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами. Из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда г. Москвы от 15.02.2022 г. по настоящему делу в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование ООО «ТАС» в размере 41 623 000 руб. – основной долг, а также 4 338 662 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами. При этом в указанном определении судом установлено, что требование ООО «ТАС» подтверждено копией решения Савеловского районного суда от 25.02.2021 по делу № 2- 0673/2021, вступившего в законную силу 06.04.2021 г., которым с Должника в пользу ООО «ТАС» взыскана задолженность по договору купли-продажи земельного участка № 2018- 12/11 от 12.11.2018 в сумме 41 623 000 руб., а также проценты за пользование чужими денежными средствам в сумме 4 338 662 руб. Соответственно, на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись обязательства перед ООО «ТАС», которые впоследствии не были исполнены, в связи с чем требования ООО «ТАС» были включены в реестр требований кредиторов должника. Таким образом, на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись обязательства перед кредиторами, что подтверждается судебными актами по настоящему делу, которыми требования кредиторов, включены в реестр требований кредиторов должника и остаются не погашенными до настоящего времени. Учитывая, что факт недостаточности денежных средств не опровергнут, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что у должника на момент заключения оспариваемого договора займа и предоставления ответчику денежных средств имелись признаки неплатежеспособности.


Также судом первой инстанции обоснованно учтено, что из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не препятствует возможности квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Указанный правовой подход изложен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 N 305-ЭС17- 11710 (4)).


В данном случае из материалов дела следует, что в реестр включены требования кредиторов, обязательства перед которыми возникли до совершения оспариваемой сделки (в том числе требования ООО «ТАС»).


В соответствии с разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.


В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Закрепленные в Законе о банкротстве презумпции о направленности действий должника на причинение вреда кредиторам (абзацы 2-5 пункта 2 статьи 61.2) и об осведомленности другой стороны сделки об этой цели (абзац 1 пункта 2 статьи 61.2) являются опровержимыми: контрагент вправе доказать обратное.


Согласно п. 1 ст. 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: - лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; - лицо, которое является аффилированным лицом должника. В соответствии с абз. 4 и 7 ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" аффилированными лицами юридического лица являются лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица.


В данном случае из материалов дела, из содержания соглашения об оказании финансовой помощи от 24.11.2018 г. следует, что ФИО2 на момент совершения оспариваемой сделки являлся участником ООО СК «ОРБИТА» с долей 40 % в уставном капитале Общества. Таким образом, на дату совершения сделок, ООО СК «ОРБИТА» являлся аффилированным должнику лицом. Следовательно, по смыслу ст. 19 Закона о банкротстве ООО СК «ОРБИТА» относится к числу заинтересованных по отношению к должнику лиц, что не оспорено заинтересованным лицом. Таким образом, безвозмездное отчуждение недвижимого имущества в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, осведомленность ООО СК «ОРБИТА» об ухудшающемся финансовом состоянии общества – в своей совокупности являются обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения названной сделки, в связи с чем суд пришел выводу о наличии у оспариваемой сделки состава подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.


Согласно доводам заинтересованного лица увеличение чистых активов ООО СК «ОРБИТА» за счет получения последним земельного участка увеличило и рыночную стоимость доли должника в уставном капитале ООО СК «Орбита».


Также, действие должника, направленное на соблюдение ООО СК «ОРБИТА» лицензионных требований, предусмотренных Законом о страховании, было направлено на сохранение ООО СК «Орбита» права на осуществление страхования, а, следовательно, предотвращало обесценивание доли Попеты А.В. в уставном капитале ООО СК «ОРБИТА». Суд первой инстанции также пришел к выводу о необоснованности данных доводов, поскольку сама по себе необходимость соблюдения ООО СК «ОРБИТА» лицензионных требований и увеличения чистых активов общества не исключает факт наличия цели причинения вреда имущественным правам кредиторов ФИО2, как и факта причинения такого вреда совершенной сделкой. Кроме того, соблюдение данных требований и увеличение чистых активов общества за счет кредиторов ФИО2, при причинении вреда их имущественным правам также не может исключать недействительность оспариваемой сделки по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. При изложенных обстоятельствах, возражения ООО СК «ОРБИТА» судом первой инстанции обоснованно отклонены.


В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6. Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения. В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При признании сделки недействительной каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.


Принимая во внимание положение статьи 61.6 Закона о банкротстве, разъяснения Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации, изложенные в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, учитывая, что в материалы дела не представлены доказательства последующего отчуждения земельного участка, суд пришел к выводу о применении последствий недействительности сделки в виде обязания ООО СК «ОРБИТА» возвратить ФИО2 земельный участок кадастровый номер 39:03:080821:72, площадью 128 001,00 кв.м., адрес (местоположение): Калининградская обл., Гурьевский р-н, п. Голубево.


Исходя из изложенного, суд первой инстанции обоснованно признал соглашение об оказании финансовой помощи от 24.11.2018 г., заключенное между ФИО2 и ООО СК «ОРБИТА», недействительной сделкой. Применил последствия недействительности сделки. Обязал ООО СК «ОРБИТА» возвратить в конкурсную массу ФИО2 земельный участок кадастровый номер 39:03:080821:72, площадью 128 001,00 кв.м., адрес (местоположение): Калининградская обл., Гурьевский р-н, п. Голубево, о чем внести запись в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним и восстановить право собственности ФИО2 на недвижимое имущество.


Что касается доводов апелляционной жалобы, то суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.


В соответствии со статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. По правилам пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Пунктом 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве предусмотрено, что право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона оснований.


В пункте 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ); исковая давность по заявлению об оспаривании сделки применяется в силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ по заявлению другой стороны оспариваемой сделки, при этом на них лежит бремя доказывания истечения давности. В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный управляющий (в том числе 8 исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.


Согласно данным разъяснениям, само по себе признание должника банкротом не приводит к началу течения срока давности, однако, при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.


Из материалов дела следует, что процедура реструктуризации долгов введена 25.05.2021 (резолютивная часть; полный текст от 01.06.2021), финансовым управляющим утвержден ФИО4 (ИНН <***>). Для выявления оспариваемой сделки и установления наличия оснований для ее оспаривания управляющему необходимо было получить информацию: о наличии зарегистрированного/расторгнутого брака должника; о наличии/отсутствии сделок, совершенных Должником и супругой/бывшей супругой в отношении совместного имущества; при выявлении такой сделки - проверить на соответствие ее стоимости рыночной цене а, так же провести полный анализ наличия либо отсутствия оснований для оспаривания сделки по нормам ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве либо иные оснований предусмотренным гражданским кодексом Российской Федерации. Однако, предыдущий арбитражный управляющий ФИО4 не надлежащим образом исполнял возложенные судом обязанности финансового управляющего Должника и сделки, совершенные Должником, не были им выявлены и надлежащим образом проанализированы. Неисполнение финансовым управляющим требований действующего законодательства отражено в частном определение Арбитражного суда города Москвы от 11.02.2022.


Из материалов дела следует, что вопреки положениям ч.1 ст.16 АПК РФ и требованиям определений от 01.06.2021 г. от 25.11.2021 г. ни в установленный упомянутыми судебными актами срок, ни в судебное заседание 03.02.2022 г. не представлены сведения об уважительности причин неисполнения ФИО4 требований норм закона, положения ч.8 ст.66 АПК РФ ФИО4 в установленный срок не исполнены. То есть, от первоначально утвержденного финансового управляющего в материалы дела не поступило ни одного документа, подтверждающего надлежащее исполнение возложенных на него обязательств.


В опровержение доводов конкурсного кредитора, что только финансовым управляющим ФИО5 были выявлены ненадлежащие действия (бездействия) со стороны предшествующего финансового управляющего и отсутствии в деле о банкротстве жалоб о признании действий (бездействий) арбитражного управляющего ФИО4, финансовый управляющий ФИО5 приводит вынесенное Арбитражным судом города Москвы 11.02.2022 (Резолютивная часть определения объявлена 03 февраля 2022 г) по делу № А40-218279/20-186-395Ф в котором суд обращает внимание руководителей Управления Росреестра по г. Москве и СРО ААУ «СИНЕРГИЯ» (350063, КРАСНОДАРСКИЙ КРАЙ, КРАСНОДАР ГОРОД, КОМСОМОЛЬСКАЯ УЛИЦА, 45) на ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим ФИО4 обязанностей финансового управляющего ФИО2. Согласно информации, полученной на официальном сайте СРО ААУ «СИНЕРГИЯ», в отношении арбитражного управляющего была проведена внеплановая проверка 31.03.2022, в результате которой были выявлены нарушения. Акт проверки от 31.03.2022 № 53 ДВО (А) был передан в Дисциплинарный комитет. 05.04.2022 от арбитражного управляющего в Арбитражный суд города Москвы поступило ходатайство об освобождении от исполнения обязанностей финансового управляющего Должника.


Учитывая, что в материалах дела отсутствуют документы, доказывающие то, что первоначально утвержденный управляющий знал или должен был знать о наличии совершенных должником сделок, в том числе о наличии в сделках оснований указанных в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве для оспаривания, годичный срок не может исчисляться с момента утверждения первоначального управляющего и введении процедуры реструктуризации.


Как указано в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10.04.2003 N 5-П, течение этого срока должно начинаться с того момента, когда правомочное лицо узнало или реально имело возможность узнать не только о факте совершения сделки, но и о том, что она совершена лицами, заинтересованными в ее совершении. Таким образом, в целях применения срока исковой давности необходимо оценивать не только фактическую информированность истца, но и наличие возможности быть информированным о совершении оспариваемой сделки и наличии оснований для признания ее недействительной. Иное понимание указанной нормы не отвечало бы принципам стабильности гражданского оборота и добросовестного осуществления гражданских прав.


Руководствуясь, в том числе, пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 61.9 Закона о банкротстве, пунктом 32 постановления N 63 и исходили из того, что о наличии оснований для оспаривания действий должника арбитражный управляющий мог узнать лишь в момент получения документов, послуживших основанием для перехода права.


Для оспаривания сделки финансовому управляющему необходимо располагать сведениями не только о факте совершения сделки, но и о наличии оснований для ее оспаривания, что предполагает получение сведений об обстоятельствах ее совершения, положенных в основу требования о признании сделки недействительной (условиях сделки, бенефициаре, характере встречного исполнения). Исходя из того, что первоначальным арбитражным управляющим не были исполнены возложенные на него полномочия, финансовый управляющий ФИО5 после утверждения, был вынужден провести все мероприятия в рамках возложенных на него полномочий с самого начала. То есть, полное исполнение обязательств, предусмотренных п. 8 ст. 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", согласно которому финансовый управляющий в рамках процедуры реструктуризации долгов обязан:


- принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества;

- проводить анализ финансового состояния гражданина;

- выявлять признаки преднамеренного и фиктивного банкротства; - вести реестр требований кредиторов;

- уведомлять кредиторов о проведении собраний кредиторов в соответствии с пунктом 5 статьи 213.8 настоящего Федерального закона;

- созывать и (или) проводить собрания кредиторов для рассмотрения вопросов, отнесенных к компетенции собрания кредиторов настоящим Федеральным законом;

- уведомлять кредиторов, а также кредитные организации, в которых у гражданина-должника имеются банковский счет и (или) банковский вклад, включая счета по банковским картам, и иных дебиторов должника о введении реструктуризации долгов гражданина не позднее чем в течение пяти рабочих дней со дня, когда финансовый управляющий узнал о наличии кредитора или дебитора; - направлять кредиторам отчет финансового управляющего не реже чем один раз в квартал, если иное не установлено собранием кредиторов; - исполнять иные предусмотренные настоящим Федеральным законом обязанности.


Факт исполнения финансовым управляющим ФИО5 обязательств в полном объеме подтверждаются материалами дела № А40-218279/2020. Запросы на получение выписки из ЕГРП на спорный земельный участок был сделан через личный кабинет финансового управляющего ФИО5 на сайте Росреестра 30.08.2022, а 21.09.2022 и позднее 26.09.2022 были направлены запросы на получение документов, которые являлись основанием для регистрации перехода права собственности на спорный земельный участок. В рассматриваемом случае заявление финансового управляющего ФИО5 об оспаривании сделки подано в арбитражный суд 14.09.2022, то есть через месяц после утверждения. Таким образом, течение годичного срока начинается с 30.08.2022, с момента получения сведений о наличии совершенных Должником сделок. Изложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что финансовым управляющим ФИО5 годичный срок для обращения в суд с заявлением об оспаривании сделки не был пропущен. Соответственно, доводы конкурсного управляющего ООО СК «Орбита» о пропуске срока являются несостоятельными.


Относительно доводов подателя жалобы об отсутствии при заключении сделки цели причинения вреда имущественным правам кредиторов Должника и отсутствии у Должника на момент заключения спорной сделки просроченных обязательств, коллегия приходит к следующим выводам.


Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из иных перечисленных в данной норме условий.


Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.


При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним, в частности, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника, приведшее или могущее привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.


При определении признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, согласно которым под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств; при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.


На момент заключения спорного Соглашения Должник имел неисполненные обязательства. Наличие данной задолженности на момент совершения сделки подтверждается Определением Арбитражного суда г. Москвы от 01 июня 2021 г. по Делу №А40-218279/20-186- 395Ф. Таким образом, на момент заключения спорного Соглашения у должника уже имелись просроченные обязательства.


Также, в рамках дела о банкротстве ООО «Отделение Дальних Передач», 08.06.2018 в Арбитражный суд г. Москвы подано заявление Инспекции ФНС России № 18 по г. Москве о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица - ФИО2, на основании пунктов 1, 2 ст. 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ (далее по тексту - Закон о банкротстве). Сделка по передачи земельного участка была осуществлена по спорному Соглашению от 24.11.2018.


Определением Арбитражного суда г. Москвы от 08.07.2019 (резолютивная часть определения объявлена 01.07.2019) ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности и взысканию в пользу ООО «ОДП» суммы в размере 141 523 369 руб. Данное определение в части привлечения Попеты А.В. к субсидиарной ответственности, вступило в законную силу 08.07.2019. Данный факт подтверждает вынесенное решение Арбитражного суда г. Москвы от 12.03.2021 по Делу № А40-254133/20-21-1722 о привлечении ФИО2 к административной ответственности по ч. 8 ст. 14.13 КоАП РФ на основании протокола об административном правонарушении от 17.12.2020 г. в виде дисквалификации сроком на шесть месяцев. То есть в условиях своей неплатежеспособности и преддверии привлечения Должника к субсидиарной ответственности, должник подарил ликвидное имущество аффилированному лицу.


Так же податель жалобы в апелляционной жалобе сообщает, что передача земельного участка Обществу, в которой Должник являлся учредителем, была осуществлена с целью устранения выявленных Банком России в ходе проверки нарушения порядка инвестирования собственных средств в недвижимое имущество и не соблюдения условий доходности и ликвидности, предусмотренных п.2 ст.25 Закона о страховании, по итогам которой Банком России был составлен акт. То есть, Должником юридически созданы условия для сокрытия имущества от возможного обращения взыскания и устранения нарушений, выявленных Банком России.


Таким образом, содержание апелляционной жалобы конкурсного управляющего ООО СК «ОРБИТА» в лице ГК «АСВ» обусловлено несогласием с выводами суда первой инстанции, при отсутствии в материалах апелляционной жалобы доказательств, которые могли бы поставить под сомнение правильность вывода суд первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для иной оценки выводов суда первой инстанции и отмены обжалуемого судебного акта.


С учетом изложенного, руководствуясь ст. ст. 102, 110, 269-271, 272 Арбитражного процессуального кодекса РФ, Девятый Арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 05.05.2023 г. по делу №А40-218279/20 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО СК «ОРБИТА» в лице ГК «АСВ» – без удовлетворения.


Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.




Председательствующий судья: Р.Г. Нагаев

Судьи: А.Н. Григорьев

А.А. Дурановский





Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.