Постановление от 5 июня 2025 г. по делу № А50-17730/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № Ф09-8778/22

Екатеринбург 06 июня 2025 г. Дело № А50-17730/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 02 июня 2025 г. Постановление изготовлено в полном объеме 06 июня 2025 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Беляевой Н.Г., судей Лазарева С.В., Скромовой Ю.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Федюниной Е.И. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Технострой» (далее – общество «Технострой», ответчик по первоначальному иску, истец по встречному иску) на решение Арбитражного суда Пермского края от 14.11.2024 по делу № А50-17730/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2025 по тому же делу.

Судебное заседание проведено путем использования системы веб- конференции в порядке статьи 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании, проведенном посредством использования систем онлайн-заседания в режиме веб-конференции, приняли участие представители:

общества «Технострой» – ФИО1 (доверенность от 05.10.2020), ФИО2 (доверенность от 05.06.2020);

муниципального казенного учреждения «Управление капитального строительства» (далее – МКУ «УКС», истец по первоначальному иску, ответчик по встречному иску) – ФИО3 (доверенность от 18.12.2024 № 278-01-04исх-525);

Администрации Очерского муниципального округа Пермского края – ФИО3 (доверенность от 07.02.2025 № 278-вн-196).

Администрация Очерского городского округа (в настоящее время - Администрация Очерского муниципального округа Пермского края, далее –

Администрация) обратилась в Арбитражный суд Пермского края с исковым заявлением к обществу «Технострой» о взыскании неосновательного обогащения в сумме 2 373 586 руб. 16 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 853 466 руб. 53 коп., с продолжением их начисления, а также убытков в сумме 20 496 511 руб. 28 коп. (с учетом уточнения исковых требований и отказа от исковых требований в части взыскания штрафа, принятых судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 12.10.2021 к участию в деле в качестве соистца привлечено МКУ «УКС».

Общество «Технострой» обратилось в Арбитражный суд Пермского края со встречным иском к МКУ «УКС» о взыскании задолженности за дополнительные работы в сумме 3 015 511 руб. 22 коп. (с учетом уменьшения размера исковых требований, принятого судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Аркаим» (далее – общество «Аркаим»), общество с ограниченной ответственностью «Зодчий» (далее – общество «Зодчий»), общество с ограниченной ответственностью «ГАП Инвест» (далее – общество «ГАП Инвест»), Министерство территориального развития Пермского края (далее - Министерство), Администрация, Инспекция государственного строительного надзора Пермского края.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 14.11.2024 первоначальные исковые требования удовлетворены, в удовлетворении встречного иска отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2025 решение оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество «Технострой», ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просит обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении первоначальных исковых требований отказать, встречный иск удовлетворить с отнесением судебных расходов на МКУ «УКС», либо оставить без рассмотрения требования МКУ «УКС» о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами, либо в случае, если суд не найдет оснований для оставления искового заявления в указанной части без рассмотрения – применить статью 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снизить размер процентов до

100 000 руб. Заявитель жалобы полагает, что суд первой инстанции в нарушение статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необоснованно принял к рассмотрению исковые требования МКУ «УКС» в части взыскания неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами, с учетом их неоднократного уточнения, не приняв во внимание, что истец по первоначальному иску одновременно изменил предмет и основание иска; настаивает на том, что данные требования также заявлены МКУ «УКС» с нарушением досудебного порядка урегулирования спора (часть 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в связи с чем подлежали оставлению без рассмотрения на основании пункта 2 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Кроме того, общество «Технострой» ссылается на то, что суды первой и апелляционной инстанций не дали надлежащей правовой оценки его доводам об избрании МКУ «УКС» ненадлежащего способа защиты права; считает, что указанное требование не является реализацией способа защиты, предусмотренного абзацем третьим пункта 1 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации (соразмерное уменьшение цены выполненных работ), поскольку не направлено на определение фактической цены (стоимости) выполненных работ, а является тем же требованием, что было заявлено в ходе многократных уточнений иска – взыскание стоимости устранения недостатков (абзац четвертый пункта 1 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации), право на которое у МКУ «УКС» отсутствует в силу согласованных сторонами условий контракта, не предусматривающих права заказчика на самостоятельное (без обязательного отказа подрядчика) устранение недостатков, а также с учетом того обстоятельства, что данным лицом не был соблюден порядок извещения подрядчика о составлении акта, фиксирующего дефекты. Ссылаясь на изложенные обстоятельства, а также указывая на то, что затягивание сроков выполнения работ и сдачи в эксплуатацию объекта строительства имело место по вине МКУ «УКС» (в частности, в связи с несоответствием проектно-сметной документации требованиям действующего законодательства, занижением стоимости выполнения работ), на то, что ранее вступившим в законную силу судебным актом по делу № А50-25719/2020 был установлен факт отсутствия вины общества «Технострой» в просрочке исполнения обязательств по контракту, заявитель жалобы приводит подробные доводы, сводящиеся к указанию на наличие в действиях данного лица признаков злоупотребления правом; отдельно выражает несогласие с указанием суда апелляционной инстанции на то, что общество «Технострой» в свою очередь не имело намерения устранять недостатки выполненных работ. Также общество «Технострой» возражает относительно представленного расчета процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму 2 373 586 руб. 16 коп. за период с 15.09.2020 по 31.10.2024; настаивает на том, что положения статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации предполагают критерий осведомленности о возникновении неосновательного

обогащения, в то время как возникновение указанного юридического факта в настоящем случае не может быть ранее даты принятия судебного акта о взыскании с общества «Технострой» неосновательного обогащения. Кроме того, заявитель жалобы считает необоснованными выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для снижения размера указанных процентов на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. Также общество «Технострой» выражает несогласие с выводами судов в части отказа в удовлетворении встречных исковых требований о взыскании стоимости дополнительных работ; обращает внимание суда округа на то, что условия спорного контракта в соответствии с нормами действующего законодательства предусматривают возможность изменения его цены пропорционально дополнительному объему работы, исходя из установленной в контракте цены работ, но не более чем на 10 процентов цены контракта, при возникновении необходимости выполнения таких работ; отмечает, что объемы дополнительных работ были согласованы с заказчиком, отражены в сопоставительной ведомости № 1 объемов работ при корректировке проектной документации и являлись необходимыми в целях исполнения контракта; с учетом изложенного полагает, что даже в случае отсутствия оснований для оставления без рассмотрения искового заявления МКУ «УКС» в части взыскания неосновательного обогащения, в любом случае имеются основания для удовлетворений встречных исковых требований и произведения сальдирования.

В отзывах на кассационную жалобу МКУ «УКС» и Министерство просят оставить обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, считая доводы, изложенные в ней, несостоятельными.

В соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции в обжалуемой части исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между МКУ «УКС» (заказчик) и обществом «Технострой» (генеральный подрядчик) заключен муниципальный контракт от 17.09.2014 № 27/14 (далее также – контракт), в соответствии с пунктом 1.1 которого генеральный подрядчик обязуется выполнить по заданию заказчика строительно-монтажные, пусконаладочные работы (далее – работы) на объекте «Детский сад на 150 мест в г. Очер» (далее – объект) в соответствии с условиями контракта, действующими строительными нормами и правилами, проектной документацией и в установленные контрактом сроки, а заказчик обязуется принять выполненные генеральным подрядчиком работы и оплатить их в установленном контрактом порядке.

В соответствии с пунктом 1.2 контракта место выполнения работ: <...>.

В пункте 2.1 контракта сторонами согласованы следующие сроки выполнения работ: начало работ – в течение семи дней с момента передачи генеральному подрядчику строительной площадки под строительство; окончание работ – 31.10.2015.

В силу пункта 3.1 контракта его цена определяется объектной ведомостью и составляет 80 136 733 руб.65 коп. в текущих ценах, в том числе НДС 18 % 12 224 247 руб. 51 коп., является твердой и не может изменяться в ходе исполнения контракта, за исключением случаев, предусмотренных контрактом и действующим законодательством.

Сторонами подписано дополнительное соглашение от 29.12.2014 № 1 к контракту, в соответствии с которым увеличен объем выполняемых работ на сумму 4 139 896 руб. 35 коп., вследствие чего цена контракта составила 84 276 630 руб.

Стороны также заключили дополнительное соглашение от 01.12.2015 № 2 к контракту, которым увеличен объем выполняемых работ по контракту на сумму 3 617 120 руб., в связи с чем его цена составила 87 893 750 руб.

Кроме того, между сторонами заключено дополнительное соглашение от 03.12.2015 № 3, в соответствии с которым оплата выполненных работ производится заказчиком после подписания сторонами актов КС-2, КС-3, выставленного генеральным подрядчиком счета-фактуры (счета) за фактически выполненные работы, оформленных в установленном порядке, после поступления субсидии (лимита) из бюджета Пермского края.

Указанным дополнительным соглашением также предусмотрено освобождение заказчика от ответственности в случае отсутствия бюджетного финансирования, предусмотрены разработка и согласование плана производства работ.

В соответствии с пунктом 1.5 данного дополнительного соглашения календарный срок окончания работ установлен до 20.12.2018.

Таким образом, окончательный срок окончания работ – 20.12.2018, цена контракта составляет 87 893 750 руб.

14.09.2020 стороны заключили соглашение о расторжении контракта в связи с истечением срока выполнения работ по нему.

Как указало МКУ «УКС», им был принят и оплачен результат работ по контракту на общую сумму 78 979 607 руб. 52 коп.

Поскольку работы по контракту в полном объеме выполнены не были и объект остался незавершенный строительством, между МКУ «УКС» (заказчик) и обществом «ГАП Инвест» (подрядчик) заключен муниципальный контракт от 08.02.2021 № 01-21 на выполнение работ на объекте: «Детский сад на 150 мест в г. Очер».

В соответствии с пунктом 1.2 указанного муниципального контракта результатом выполненных работ по нему является законченный объект, который полностью подготовлен к вводу в эксплуатацию и в отношении которого подписан акт сдачи-приемки законченного строительством объекта,

а также получено заключение органа государственного строительного надзора о соответствии построенного объекта требованиям технических регламентов и проектной документации.

На основании заключенного муниципального контракта общество «ГАП Инвест» обратилось к обществу с ограниченной ответственностью «Стройлаборатория» (далее – общество «Стройлаборатория») о проведении натурного обследования объекта.

По результатам проведенного натурного обследования и дополнительного натурного обследования общество «Стройлаборатория» подготовило техническое заключение от 10.06.2021 № 14-21 о состоянии объекта, который оценен как ограниченно-работоспособное здание. В данном заключении указано на то, что в целях эксплуатации объекта необходимо выполнить ряд мероприятий по восстановлению строительных конструкций, ремонт существующих конструкций, привести инженерные системы в удовлетворительное состояние.

Согласно представленному в материалы дела расчету стоимость некачественно выполненных работ, принятых заказчиком по актам формы КС-2 и КС-3 составляет 24 030 459 руб. 08 коп.

МКУ «УКС» в адрес общества «Технострой» направлена претензия от 30.07.2021 с требованием возместить убытки, уплатить проценты и штраф. Данная претензия осталась без удовлетворения со стороны ответчика по первоначальному иску.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца по первоначальному иску в арбитражный суд с заявленными требованиями (с учетом их уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В свою очередь общество «Технострой», указывая на то, что им были выполнены дополнительные работы, которые не оплачены, обратилось в арбитражный суд со встречным исковым заявлением к МКУ «УКС».

Удовлетворяя первоначальные исковые требования и отказывая в удовлетворении встречного иска, суд первой инстанции исходил из доказанности факта произведенной заказчиком в адрес генерального подрядчика стоимости работ по контракту на общую сумму 78 979 607 руб. 52 коп., при этом установил, что стоимость фактически выполненных ответчиком по первоначальному иску работ составляет 76 606 021 руб. 36 коп. С учетом изложенного с ответчика по первоначальному иску в пользу истца взыскано неосновательное обогащение в сумме 2 373 586 руб. 16 коп., а также проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 853 466 руб. 53 коп., с последующим их начислением по дату фактической уплаты суммы неосновательного обогащения. Кроме того, суд первой инстанции установил, что в связи с выявленными существенными недостатками в выполненной ответчиком работе истцом понесены убытки в сумме 20 496 511 руб. 28 коп., которые также подлежат взысканию с ответчика по первоначальному иску. При рассмотрении встречного иска суд установил, что общество «Технострой» не представило доказательства

предварительного согласования с МКУ «УКС» выполнения спорных дополнительных работ, в связи с чем указал на отсутствие оснований для их оплаты.

Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции поддержал.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа не находит оснований для их отмены.

С учетом предмета и оснований первоначальных и встречных исковых требований суды первой и апелляционной инстанций правомерно пришли к выводу о том, что к спорным правоотношениям сторон подлежат применению общие положения гражданского законодательства, специальные нормы главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре подряда и Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон о контрактной системе), а также нормы главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие неосновательного обогащения.

На основании статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В соответствии с пунктом 1 статьи 740 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

Исходя из пункта 1 статьи 763 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядные строительные работы (статья 740), проектные и изыскательские работы (статья 758), предназначенные для удовлетворения государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе государственного или муниципального контракта на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд.

В силу пункта 2 статьи 763 Гражданского кодекса Российской Федерации по государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату.

Согласно положениям статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

На основании пункта 1 статьи 746 Гражданского кодекса Российской Федерации оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда. При отсутствии соответствующих указаний в законе или договоре оплата работ производится в соответствии со статьей 711 настоящего Кодекса.

Основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику. Результат работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляется актом, подписанным обеими сторонами (пункт 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда»).

Как установлено судами и следует из материалов дела, спорный контракт расторгнут по соглашению сторон от 14.09.2020, при этом МКУ «УКС» произвело в адрес общества «Технострой» оплату работ в общей сумме 78 979 607 руб. 52 коп.

В рамках первоначального иска МКУ «УКС» заявило требования о взыскании с общества «Технострой» разницы между произведенной оплатой и фактически выполненными работами по контракту в сумме 2 373 586 руб. 16 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 853 466 руб. 53 коп., а также убытков в связи с некачественным выполнением работ в сумме 20 496 511 руб. 28 коп. (с учетом уточнения требований и отказа от части требований).

В свою очередь общество «Технострой» заявило встречное исковое требование о взыскании с МКУ «УКС» стоимости дополнительных работ в сумме 3 015 511 руб. 22 коп. (с учетом уменьшения размера требования).

Исходя из того, что между сторонами возник спор относительно стоимости и качества фактически выполненных работ, судом первой инстанции назначена судебная строительно-техническая экспертиза по делу,

проведение которой поручено экспертам общества с ограниченной ответственностью «Бизнес Эксперт», с постановкой перед ними следующих вопросов: определить фактический объем и стоимость выполненных обществом «Технострой» работ в соответствии с условиями контракта; определить, имеются ли существенные недостатки в выполненных работах, определить стоимость работ, в которых имеются существенные недостатки, возникшие по вине общества «Технострой»; определить, имеются ли несущественные недостатки в выполненных работах, определить объем и стоимость работ по устранению несущественных недостатков, возникших по вине общества «Технострой».

По результатам проведения экспертизы в материалы дела представлено экспертное заключение № 038-Э/2022 от 28.10.2022 (часть № 1) и от 09.11.2021 (часть № 2), содержащее следующие выводы экспертов:

- стоимость выполненных обществом «Технострой» работ в соответствии с условиями контракта составляет 87 688 182 руб. 68 коп. (в том числе НДС 13 376 163 руб. 46 коп.);

- стоимость работ, в которых имеются существенные недостатки, возникшие по вине общества «Технострой», составляет 22 654 716 руб. 85 коп. (в том числе НДС 3 455 804 руб. 27 коп.);

- стоимость работ по устранению несущественных недостатков, возникших по вине общества «Технострой», составляет 6 182 525 руб. 48 коп. (в том числе НДС 1 030 420 руб. 91 коп.).

В связи с необходимостью исследования экспертами дополнительных документов в соответствии с определением суда первой инстанции от 11.04.2023 назначена дополнительная судебная экспертиза по делу, проведение которой поручено экспертам общества с ограниченной ответственностью «Бизнес Эксперт».

По результатам проведения дополнительной экспертизы в материалы дела представлено заключение экспертов от 23.06.2023 № 115-Э/23, содержащее следующие выводы экспертов:

- стоимость выполненных обществом «Технострой» работ, предусмотренных (согласованных сторонами) в контракте, дополнительных соглашениях к контракту, локальных сметных расчетах, подписанных обеими сторонами муниципального контракта, составляет 76 606 021 руб. 36 коп., в том числе НДС – 11 685 664 руб. 28 коп.;

- стоимость работ, в которых имеются существенные недостатки, возникшие по вине общества «Технострой», составляет 20 496 511 руб. 28 коп., в том числе НДС – 3 126 586 руб. 47 коп.;

- стоимость фактически выполненных обществом «Технострой» работ, но не предусмотренных контрактом, дополнительных соглашениях к контракту и в локальных сметных расчетах, подписанных обеими сторонами, составляет 7 873 786 руб. 50 коп, в том числе НДС – 1 201 086 руб. 07 коп.;

- стоимость дополнительных работ (не согласованных сторонами в контракте), в которых имеются существенные недостатки, возникшие по

вине общества «Технострой», составляет 1 521 462 руб. 42 коп., в том числе НДС – 232 087 руб. 49 коп.

В соответствии с определением суда первой инстанции от 06.10.2023 по делу назначена дополнительная судебная экспертиза, проведение которой поручено экспертам общества «Бизнес Эксперт».

По результатам проведения дополнительной экспертизы в материалы дела поступило заключение экспертов от 21.02.2024 № 182-Э/23, из содержания которого следует, что стоимость дополнительных работ, выполнение которых было необходимо для завершения результата работ по контракту составляет 6 603 667 руб. 59 коп., в том числе НДС – 1 007 339 руб. 12 коп.

Определением суда первой инстанции от 07.06.2024 назначена дополнительная судебная экспертиза, проведение которой поручено экспертам общества «Бизнес Эксперт».

По результатам проведения дополнительной экспертизы в материалы дела представление заключение экспертов от 18.06.2024 № 066-Э/24, содержащее следующие выводы: стоимость фактически выполненных обществом «Технострой» дополнительных работ, выполнение которых было необходимо для завершения работ по контракту, в которых имеются существенные недостатки, возникшие по вине общества «Технострой», составляет 1 214 570 руб. 21 коп., в том числе НДС – 185 273 руб. 42 коп.

Данные экспертные заключения признаны судами соответствующими требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ясными и полными, не содержащими противоречий, содержащими однозначные ответы на поставленные судом вопросы, выполненными экспертами надлежащей квалификации, обладающими необходимыми специальными познаниями в области экспертного исследования, в установленном законом порядке предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в связи с чем приняты в качестве надлежащих доказательств по делу.

Согласно абзацу второму пункта 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда до расторжения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательно обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 названного Кодекса.

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания данной нормы следует, что для возникновения обязательства вследствие неосновательного обогащения необходимо наличие одновременно двух обстоятельств: обогащение одного лица за счет другого и приобретение или сбережение имущества без предусмотренных законом, правовым актом или сделкой оснований.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении», в предмет доказывания по данным спорам входят следующие обстоятельства: факт получения ответчиком имущества, принадлежащего истцу; факт пользования ответчиком этим имуществом; период пользования спорным имуществом в целях определения размера неосновательного обогащения; размер неосновательного обогащения.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации 1(2014), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.12.2014, сформулирован правовой подход, в силу которого в целях определения лица, с которого подлежит взысканию необоснованно полученное имущество, суду необходимо установить наличие самого факта неосновательного обогащения (то есть приобретения или сбережения имущества без установленных законом оснований), а также того обстоятельства, что именно это лицо, к которому предъявлен иск, является неосновательно обогатившимся лицом за счет лица, обратившегося с требованием о взыскании неосновательного обогащения.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание результаты проведенных по делу судебных экспертиз, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о доказанности факта выполнения обществом «Технострой» предусмотренных контрактом работ на сумму 76 606 021 руб. 36 коп., в то время как МКУ «УКС» была произведена оплата работ большей стоимости в сумме 78 979 607 руб. 52 коп., в связи с чем удовлетворили первоначальные исковые требования в части взыскания неосновательного обогащения в виде разницы в стоимости оплаченных и фактически выполненных работ в сумме 2 373 586 руб. 16 коп. (78 979 607 руб. 52 коп. – 76 606 021 руб. 36 коп.).

На основании пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила

применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

В силу пункта 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора», вне зависимости от основания для расторжения договора сторона, обязанная вернуть имущество, возмещает другой стороне все выгоды, которые были извлечены первой стороной в связи с использованием, потреблением или переработкой данного имущества, за вычетом понесенных ею необходимых расходов на его содержание. В частности, если возвращается имущество, бывшее в использовании, подлежит возмещению износ данного имущества, определяемый расчетным путем, при этом заинтересованное лицо может доказать, что фактический износ превышал расчетный ввиду чрезмерного использования, которому подвергалось имущество. Если возвращаются денежные средства, подлежат уплате проценты на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации с даты получения возвращаемой суммы другой стороной (ответчиком).

Руководствуясь указанными нормами и разъяснениями о порядке их применения, суд первой инстанции, установив факт наличия на стороне ответчика по первоначальному иску неосновательного обогащения в сумме 2 373 586 руб. 16 коп., проверив представленный МКУ «УКС» расчет и признав его арифметически верным, произведенным в соответствии с действующим законодательством, пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с общества «Технострой» процентов за пользование чужими средствами в сумме 853 466 руб. 53 коп. за период с 15.09.2020 (дата, следующая за датой расторжения контракта) по 31.10.2024 (за вычетом периода моратория), с продолжением начисления процентов по дату фактической уплаты суммы неосновательного обогащения (пункт 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление Пленума № 7)).

Возражения общества «Технострой» относительно представленного расчета процентов за пользование чужими денежными средствами в части периода взыскания являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и правомерно им отклонены, с учетом вышеприведенного правового регулирования и того обстоятельства, что неосновательное обогащение на стороне подрядчика фактически возникло в связи с расторжением спорного контракта.

Поскольку спорный контракт расторгнут сторонами в соответствии с дополнительным соглашением от 14.09.2020, суд апелляционной инстанции верно указал на то, что неосновательное обогащение на стороне подрядчика возникло именно с указанной даты, в связи с чем проценты за пользование чужими денежными средствами подлежат начислению с 15.09.2020.

Доводы общества «Технострой» о том, что положения статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации предполагают критерий осведомленности о возникновении неосновательного обогащения, в то время как возникновение указанного юридического факта в настоящем случае не может быть ранее даты принятия судебного акта о взыскании с него неосновательного обогащения, отклоняются судом округа как основанные на неверном толковании норм материального права применительно к вышеуказанным обстоятельствам настоящего спора, поскольку именно с даты расторжения спорного контракта данное лицо могло и должно было знать о наличии на его стороне неосновательного обогащения в виде разницы в стоимости оплаченных и фактически выполненных работ по контракту в условиях прекращения обязательств сторон по нему.

Суды первой и апелляционной инстанций также правомерно отклонили доводы общества «Технострой» о необходимости снижения размера подлежащих к взысканию с него процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом положений пункта 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым, если подлежащая уплате сумма процентов явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд по заявлению должника вправе уменьшить предусмотренные договором проценты, но не менее чем до суммы, определенной исходя из ставки, указанной в пункте 1 настоящей статьи.

Установив, что размер процентов в настоящем случае определен истцом по первоначальному иску исходя из ставки, предусмотренной пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, содержащихся в абзаце четвертом пункта 48 постановления Пленума № 7, суды первой и апелляционной инстанций верно указали на то, что в настоящем случае положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяются.

Доводы заявителя жалобы о том, что суд первой инстанции в нарушение статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необоснованно принял к рассмотрению исковые требования МКУ «УКС» в части взыскания неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами, в то время как МКУ «УКС» одновременно изменило предмет и основание иска, также являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и правомерно им отклонены.

В силу части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном

суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», изменение предмета иска означает изменение материально-правового требования истца к ответчику. Изменение основания иска означает изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование к ответчику.

По смыслу части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не допускается одновременное изменение предмета и основания иска, являющееся, по существу, предъявлением нового требования. Соблюдение данного запрета проверяется арбитражным судом вне зависимости от наименования представленного истцом документа (например, уточненное исковое заявление, заявление об уточнении требований).

Изменение правовой квалификации требования (например, со взыскания убытков на взыскание неосновательного обогащения) или правового обоснования требования (например, взыскания на основании норм о поставке на взыскание на основании норм об обязательствах вследствие причинения вреда) не является изменением предмета или основания иска, за исключением случаев, когда истец при изменении правовой квалификации изменяет также требование (предмет иска) и ссылается на иные фактические обстоятельства (основание иска).

Как верно указал суд апелляционной инстанции, изначально первоначальные исковые требования были обусловлены ненадлежащим исполнением обществом «Технострой» обязательств по контракту, в том числе в связи с принятием сторонами работ, которые по факту обществом не выполнялись, но которые были оплачены, что и повлекло возникновение на его стороне неосновательного обогащения.

Таким образом, основание заявленных истцом по первоначальному иску требований в ходе рассмотрения настоящего дела не менялось, заявленное им уточнение требований связано с различными формами и видами допущенного обществом «Технострой» нарушения условий спорного договора и изменением их правовой квалификации.

При этом суд округа также признает обоснованным вывод апелляционного суда о том, что требование о взыскании процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начисленных на сумму неосновательного обогащения, также обусловлено фактом ненадлежащего исполнения обществом «Технострой» спорного контракта (а именно наличием переплаты за фактически выполненные работы, предусмотренные спорным контрактом).

При этом суд апелляционной инстанции принял во внимание, что с учетом длительности периода рассмотрения дела (первоначальное исковое заявление поступило в суд первой инстанции 19.07.2021), предъявление

истцом по первоначальному иску самостоятельного иска о взыскании неосновательного обогащения и процентов повлекло бы неоправданное завышение сроков получения мер судебной защиты для восстановления нарушенных прав истца, что не соответствует принципу законности, предполагающего право каждого на своевременное, справедливое и эффективное правосудие.

Указанные обстоятельства в их совокупности исключают вывод о допущенном судом первой инстанции нарушении требований части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы заявителя жалобы о том, что данные требования заявлены с нарушением досудебного порядка урегулирования спора (часть 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в связи с чем подлежали оставлению без рассмотрения на основании пункта 2 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также правомерно отклонены судом апелляционной инстанции, с учетом того обстоятельства, что 02.08.2021 в адрес ответчика по первоначальному иску была направлена досудебная претензия от 30.07.2021. Данный факт подтверждается представленной в материалы дела копией почтового реестра от 02.08.2021, описью вложения.

Более того, суд апелляционной инстанции правомерно отметил, что, оставляя исковое заявление без рассмотрения ввиду несоблюдения претензионного порядка урегулирования спора, арбитражный суд должен исходить из реальной возможности погашения конфликта между сторонами при наличии воли сторон к совершению соответствующих действий, направленных на разрешение спора.

Так, под претензионным или иным досудебным порядком урегулирования спора понимается одна из форм защиты гражданских прав, которая заключается в попытке урегулирования возникшего спора самими спорящими сторонами до передачи этого спора в арбитражный или иной компетентный суд. Такой порядок урегулирования спора направлен на добровольное разрешение сторонами имеющегося гражданско-правового конфликта без обращения за защитой в суд. При этом претензионный порядок не должен являться препятствием для защиты лицом своих нарушенных прав в судебном порядке, в связи с чем при решении вопроса о возможности оставления иска без рассмотрения суду, исходя из указанных выше целей претензионного порядка, необходимо учитывать перспективы возможного досудебного урегулирования спора.

Формальные препятствия для признания соблюденным претензионного порядка урегулирования спора не должны автоматически влечь оставление заявления без рассмотрения, поскольку досудебный порядок урегулирования спора направлен на оперативное разрешение конфликта до обращения в арбитражный суд, а не является одним из способов получения отсрочки исполнения принятых на себя обязательств.

Кроме того, в силу разъяснений, изложенных в пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от

22.06.2021 № 18 «О некоторых вопросах досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства», суд первой инстанции или суд апелляционной инстанции, рассматривающий дело по правилам суда первой инстанции, удовлетворяет ходатайство ответчика об оставлении иска без рассмотрения в связи с несоблюдением истцом досудебного порядка урегулирования спора, если оно подано не позднее дня представления ответчиком первого заявления по существу спора и ответчик выразил намерение его урегулировать, а также если на момент подачи данного ходатайства не истек установленный законом или договором срок досудебного урегулирования и отсутствует ответ на обращение либо иной документ, подтверждающий соблюдение такого урегулирования (часть 5 статьи 3, пункт 5 части 1 статьи 148, часть 5 статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, принимая во внимание длительный период рассмотрения настоящего дела, в течение которого реальных попыток устранения недостатков выполненных работ общество «Технострой» не принимало, урегулировать возникший с заказчиком спор не пыталось, суд апелляционной инстанции сделал верный вывод о том, что предъявление уточненных требований в части взыскания неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами в любом случае не противоречит требованиям законодательства и не нарушает принципов досудебного урегулирования спора.

Таким образом, оснований для вывода о допущенных судами нарушениях норм материального и процессуального права в части рассмотрения первоначальных исковых требований о взыскании с общества «Технострой» в пользу МКУ «УКС» неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации суд округа не усматривает.

Кроме того, из материалов дела следует, что МКУ «УКС» заявлено требование о взыскании с общества «Технострой» убытков в связи с некачественным выполнением последним работ в сумме 20 496 511 руб. 28 коп.

В соответствии с пунктом 1 статьи 721 Гражданского кодекса Российской Федерации качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода.

Согласно пункту 1 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями

от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика: безвозмездного устранения недостатков в разумный срок; соразмерного уменьшения установленной за работу цены; возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда (статья 397).

В силу пункта 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Согласно положениям статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации в пункте от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5 постановления Пленума № 7, по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации). Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков. Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков за ненадлежащее исполнение обязательства суду необходимо установить состав правонарушения, включающий факт неисполнения ответчиком гражданско-правового обязательства либо ненадлежащего исполнения обязательства, факт наличия убытков, наличия причинно-следственной связи между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства и убытками, а также вины ответчика.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом заключения экспертов от 23.06.2023 № 115-Э/23, в соответствии с которым стоимость работ, в которых имеются существенные недостатки, возникшие по вине ответчика, составляет сумму 20 496 511 руб. 28 коп., в отсутствие в материалах дела доказательств возмещения обществом «Технострой» указанных убытков, суды первой и апелляционной инстанций также пришли к правомерному выводу о наличии оснований для удовлетворения первоначального иска в указанной части в полном объеме.

Вопреки возражениям заявителя жалобы его доводы о неверном избрании истцом по первоначальному иску способа зашиты своего права, со ссылкой на то, что уменьшение стоимости работ, заявленное в порядке пункта 1 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации, не предполагает взыскание денежных средств с подрядчика, являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и получили надлежащую правовую оценку с его стороны.

В соответствии со статьями 702, 708, 709 и 720 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательственное правоотношение по договору подряда состоит из двух основных встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства подрядчика выполнить в натуре работы надлежащего качества в согласованный срок и обязательства заказчика

уплатить обусловленную договором цену в порядке, предусмотренном сделкой (статья 328 названного выше Кодекса).

Из встречного характера указанных основных обязательств и положений пунктов 1 и 2 статьи 328, а также статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым при неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства должник обязан возместить причиненные кредитору убытки, следует, что в случае ненадлежащего исполнения принятого подрядчиком основного обязательства им не может быть получена та сумма, на которую он мог рассчитывать, если бы исполнил это обязательство должным образом.

В частности, неисправный подрядчик не вправе требовать выплаты полной договорной цены в случае невыполнения согласованного объема работ или выполнения работ с ненадлежащим качеством, ответственность за что, в том числе в виде возмещения причиненных убытков, установлена статьей 723 Гражданского кодекса Российской Федерации. Отклонение подрядчика от условий договора порождает необходимость перерасчета итогового платежа заказчика. Подобное сальдирование вытекает из существа отношений по подряду и происходит в силу встречного характера основных обязательств подрядчика и заказчика.

Судом апелляционной инстанции правомерно указано на то, что поскольку работы по контракту обществом «Технострой» выполнены некачественно, что подтверждено заключениями судебных экспертиз, при этом договорные отношения между сторонами прекращены, данное лицо не вправе получить всю сумму уплаченных денежных средств по контракту, в связи с чем МКУ «УКС» по своему выбору вправе требовать не только устранения выявленных недостатков, но и взыскания убытков в связи с выявленными существенными недостатками в выполненной работе.

Суд апелляционной инстанции также правомерно отметил, что попыток устранить недостатки общество «Технострой» не предпринимало, при том, что интерес МКУ «УКС» к устранению данным лицом недостатков спорного объекта, в настоящее время утрачен.

Возражения общества «Технострой» относительно указанного вывода суда апелляционной инстанции, в том числе со ссылкой на то, что препятствием для принятия им мер по устранению недостатков явилось несоблюдение МКУ «УКС» досудебного порядка урегулирования спора, несвоевременное направление им претензии, отклоняются судом округа.

С учетом длительности рассмотрения настоящего дела (первоначальное исковое заявление поступило в суд первой инстанции 19.07.2021), в условиях осведомленности об обстоятельствах, на которых основан первоначальный иск, общество «Технострой», действуя разумно и добросовестно, могло в течение периода судебного разбирательства принять реальные попытки устранения недостатков выполненных работ, вместе с тем соответствующих действий не совершило. Иного из материалов дела не следует (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы заявителя жалобы о том, что заказчиком не был соблюден порядок извещения подрядчика о составлении акта, фиксирующего дефекты, отклоняются судом округа как не имеющие правового значения для разрешения спора в указанной части, поскольку, как верно указал суд апелляционной инстанции, заявленная к взысканию сумма убытков в настоящем случае не является стоимостью работ по устранению недостатков работ, а составляет установленную заключением экспертов стоимость работ, выполненных с существенными недостатками, которые не подлежали оплате, однако были оплачены в полном объеме.

Ссылки заявителя жалобы на обстоятельства нарушения сроков выполнения работ и сдачи в эксплуатацию объекта строительства также отклоняются судом округа как не имеющие правового значения для рассмотрения настоящего дела, поскольку данные обстоятельства не входят в предмет доказывания как в рамках первоначальных исковых требований о взыскании неосновательного обогащения, процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, убытков, так и в рамках встречного иска о взыскании стоимости дополнительных работ.

Доводы заявителя жалобы о наличии в действиях МКУ «УКС» признаков злоупотребления правом отклоняются судом округа с учетом отсутствия в материалах дела доказательств наличия у него умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличия единственной цели причинения вреда обществу «Технострой» (отсутствие иных добросовестных целей) (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд кассационной инстанции также не усматривает оснований для несогласия с выводами судов первой и апелляционной инстанций в части рассмотрения встречных исковых требований общества «Технострой» о взыскании с МКУ «УКС» задолженности за дополнительные работы в сумме 3 015 511 руб. 22 коп.

В соответствии с пунктом 1 статьи 709 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре подряда указываются цена подлежащей выполнению работы или способы ее определения.

Цена работы может быть приблизительной или твердой. При отсутствии других указаний в договоре подряда цена работы считается твердой (пункт 4 статьи 709 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно части 2 статьи 34 Закона о контрактной системе при заключении муниципального контракта указывается, что цена контракта является твердой и определяется на весь срок исполнения контракта, а в случаях, установленных Правительством Российской Федерации, указывается ориентировочное значение цены контракта либо формула цены и максимальное значение цены контракта, установленные заказчиком в документации о закупке. При заключении и исполнении контракта изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных данной статьей и статьей 95 этого закона.

На основании пункта 1 статьи 95 Закона о контрактной системе изменение существенных условий государственного (муниципального)

контракта допускается только при одновременном соблюдении, в том числе следующих условий: если возможность изменения условий контракта была предусмотрена документацией о закупке и контрактом; при снижении цены контракта без изменения предусмотренных контрактом количества товара, объема работы или услуги, качества поставляемого товара, выполняемой работы, оказываемой услуги и иных условий контракта; если по предложению заказчика увеличиваются предусмотренные контрактом количество товара, объем работы или услуги не более чем на 10% или уменьшаются предусмотренные контрактом количество поставляемого товара, объем выполняемой работы или оказываемой услуги не более чем на 10%.

Таким образом, Законом о контрактной системе предусмотрены ограничения для изменения цены контракта. Данные ограничения установлены как для поставщика, так и для заказчика и обусловлены тем, что заключению контракта предшествует выбор поставщика на торгах, при проведении которых участники предлагают условия поставки заранее и победитель определяется исходя из предложенных им условий.

Согласно правовой позиции, отраженной в пункте 12 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, следует учитывать специфику отношений, складывающихся в сфере строительства, которая уже в силу своего существа создает возможность выявления в ходе исполнения обязательства дополнительных работ и в связи с этим обусловливает приоритетную необходимость применения норм статьи 743 Кодекса наряду с положениями Закона о контрактной системе.

В силу пункта 1 статьи 743 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик обязан осуществлять строительство и связанные с ним работы в соответствии с технической документацией, определяющей объем, содержание работ и другие предъявляемые к ним требования, и со сметой, определяющей цену работ. При отсутствии иных указаний в договоре строительного подряда предполагается, что подрядчик обязан выполнить все работы, указанные в технической документации и в смете.

Из положений пункта 3 статьи 743 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что подрядчик, обнаруживший в ходе строительства не учтенные в технической документации работы и в связи с этим необходимость проведения дополнительных работ и увеличения сметной стоимости строительства, обязан сообщить об этом заказчику.

При неполучении от заказчика ответа на свое сообщение в течение десяти дней, если законом или договором строительного подряда не предусмотрен для этого иной срок, подрядчик обязан приостановить соответствующие работы с отнесением убытков, вызванных простоем, на счет заказчика. Заказчик освобождается от возмещения этих убытков, если докажет отсутствие необходимости в проведении дополнительных работ.

К дополнительным работам, подлежащим оплате заказчиком, в отсутствие надлежащим образом оформленного дополнительного соглашения сторон, могут быть отнесены исключительно те работы, которые исходя из имеющейся информации на момент подготовки документации и заключения контракта объективно не могли быть учтены в технической документации, но должны быть произведены, поскольку без их выполнения подрядчик не может приступать к другим работам или продолжать уже начатые, либо ввести объект в эксплуатацию и достичь предусмотренного контрактом результата.

Критерием отнесения дополнительных работ к оплачиваемым либо неоплачиваемым является не их необходимость в целом для завершения работ по договору, поскольку такая необходимость в любом случае предполагается, а необходимость их проведения немедленно в интересах заказчика, в частности, в связи с тем, что приостановление работ могло привести к гибели или повреждению объекта строительства. При этом бремя доказывания того, что имелась необходимость немедленных действий в интересах заказчика, возложено на подрядчика.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 35 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.07.2020, подрядчик по государственному контракту не вправе взыскивать с государственного заказчика стоимость дополнительных работ, которые были оказаны в отсутствие согласия заказчика и в нарушение процедуры их согласования, установленной законом и договором.

Подтверждением одобрения заказчика на изменение условий контракта может быть только явное и утвердительное его согласие на изменение сметной стоимости контракта (определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.03.2020 № 303-ЭС19-21127).

Как установлено судами и следует из материалов дела, согласно объектной ведомости по объекту «Детский сад на 150 мест в г. Очер» (приложение № 1 к контракту) стоимость отдельных видов работ определяется на основании сметных расчетов.

В соответствии с пунктом 3.7 контракта в случае выявления потребности в дополнительном объеме работ, не предусмотренных контрактом, но связанных с работами, предусмотренными контрактом, или при сокращении потребности в предусмотренном контрактом объеме работ, заказчик вправе изменить объем работ, предусмотренный контрактом, но не более чем на 10 % такого объема. При этом заказчик по соглашению с генеральным подрядчиком вправе изменить цену контракта пропорционально дополнительному/сокращенному объему работ, но не более чем на десять процентов цены контракта.

Согласно пункту 16.1 контракта любые изменения и дополнения условий контракта оформляются сторонами в письменной форме в виде дополнительного соглашения, вступающего в законную силу с момента подписания уполномоченными представителями сторон.

Из материалов дела следует, что в нарушение указанных условий контракта доказательства предварительного согласования с заказчиком выполнения спорных дополнительных работ общество «Технострой» не представило, при том, что достоверно знало о порядке согласования выполнения дополнительных работ, с учетом установленного факта подписания сторонами в ходе исполнения контракта двух дополнительных соглашений об увеличении объемов и стоимости работ.

При этом судами правомерно учтено, что при заключении соглашения о расторжении контракта, которым была согласована стоимость фактически выполненных работ, общество «Технострой» о выполнении спорных дополнительных работ МКУ «УКС» также не сообщило.

Доказательств отсутствия у него возможности предварительно, до начала выполнения дополнительных спорных работ, согласовать их выполнение с заказчиком, равно как и доказательств того, что существовала угроза гибели или повреждения объекта в случае их немедленного невыполнения, общество «Технострой» в материалы дела также не представило (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд округа отмечает, что общество «Технострой», выполняя спорные работы без соответствующего государственного контракта (дополнительного соглашения), заключение которого является обязательным в соответствии с нормами Закона о контрактной системе, не могло не знать о выполнении спорных работ в отсутствие согласования государственным заказчиком соответствующего обязательства.

Являясь профессиональным участником рынка, ознакомившись с аукционной и проектной документацией, действуя без принуждения и в условиях конкурентной среды, общество «Технострой» приняло на себя обязательство по выполнению согласованного объема работ, ознакомилось с порядком согласования дополнительных работ, при этом, действуя разумно и добросовестно, должно было предвидеть возможные риски, связанные с выполнением дополнительных работ, не согласованных заблаговременно с заказчиком, в отсутствие соответствующего дополнительного соглашения к контракту.

С учетом изложенного, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения встречного иска.

Оснований для несогласия с изложенными выводами у суда кассационной инстанции не имеется. Фактические обстоятельства дела судами первой и апелляционной инстанций установлены и исследованы в полном объеме, выводы судов обоснованы и мотивированы, соответствуют доказательствам, представленным лицами, участвующими в деле, и нормам материального права, подлежащим применению при рассмотрении настоящих требований. Доказательств, опровергающих выводы судов, в материалы дела не представлено (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Все доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, по существу сводятся к повторению им утверждений, исследованных и правомерно отклоненных судами первой и апелляционной инстанций, не свидетельствуют о нарушении судами норм права, основаны на неверном толковании указанных норм и сводятся лишь к переоценке имеющихся в деле доказательств и сделанных на их основании выводов судов, полномочий для которой у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При рассмотрении спора имеющиеся в материалах дела доказательства исследованы судами по правилам, предусмотренным статьями 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, им дана надлежащая правовая оценка согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Пермского края от 14.11.2024 по делу № А50- 17730/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Технострой» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Н.Г. Беляева

Судьи С.В. Лазарев

Ю.В. Скромова