Постановление от 28 февраля 2020 г. по делу № А50-29150/2018




СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-10469/2019 (8)-АК

Дело №А50-29150/2018
28 февраля 2020 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 20 февраля 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 28 февраля 2020 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т.Ю.,

судей Васевой Е.Е., Чепурченко О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Леконцевым Я.Ю.,

при участии:

от финансового управляющего Князева А.А.: Машкин В.Ю., доверенность от 09.01.2020, диплом,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего Князева Алексея Алексеевича

на определение Арбитражного суда Пермского края от 13 декабря 2019 года

об отказе в признании сделки недействительной,

вынесенное судьей Рахматуллиным И.И.

в рамках дела № А50-29150/2018

о признании несостоятельным (банкротом) индивидуального предпринимателя Мерзлякова Дмитрия Вячеславовича (ИНН 593900899940, ОГРНИП 306590617200021)

ответчики: Горбунов Сергей Николаевич, Рачицкий Олег Анатольевич, Сергиенко Михаил Петрович, Негуляев Василий Алексеевич,

установил:

решением Арбитражного суда Пермского края от 12.03.2019 ИП Мерзляков Д.В. (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден Князев А.А. (далее – финансовый управляющий).

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №51 от 23.03.2019.

28.08.2019 финансовый управляющий должника Князев А.А. обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделками договоров займа от 24.03.2017 на сумму 1 500 000 руб. и от 31.03.2017 на сумму 1 000 000 руб., заключенных между должником и Рачицким Олегом Анатольевичем.

В качестве правового основания своих требований управляющим указаны положения п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а также ст.ст. 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 13.12.2019 (резолютивная часть от 04.12.2019) в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, требования управляющего удовлетворить, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

По мнению финансового управляющего, имеются все основания для признания оспариваемых сделок недействительным (ничтожными), поскольку Рачицкий О.А. не имел финансовой возможности предоставить должнику денежные средства, на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами, в счет погашения обязательств не было произведено ни одного платежа, не понятно, на какие цели были взяты денежные средства в заем, отсутствует реальное исполнение по сделке. Полагает, что Рачицкий О.А. является аффилированным лицом по отношении к должнику, усматривает в действиях должника и Рачицкого О.А. злоупотребление правом.

Письменных отзывов на жалобу не поступило.

В судебном заседании представитель финансового управляющего доводы апелляционной жалобы поддержал.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, что в силу ст.ст. 156, 266 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 24.03.2017 между Рачицким О.А. (займодавец) и Мерзляковым Д.В. (заемщик) заключен договор займа, по условиям которого займодавец передает заемщику 1 500 000 руб. на срок до 24.05.2017 под 5,5% в месяц. Обязательство обеспечивается залогом недвижимости в виде квартиры площадью 54,8 кв.м, расположенной по адресу: г. Пермь, ул. Ленская, 32-10, предоставленной ООО «Техстрой» (залогодателем) на основании договора залога недвижимости от 24.03.2017.

Факт получения денежных средств отражен в договоре подписью должника.

Решением Мотовилихинского районного суда г.Перми от 18.10.2017 по делу №2-4025 (2017) с Мерзлякова Д.В. в пользу Рачицкого О.А. взыскана задолженность по договору займа от 24.03.2017 в размере 1 500 000 руб., проценты за пользование займом в размере 322 767,12 руб., проценты за просрочку возврата займа в размере 44 208,90 руб., а также судебные расходы в размере 2 500 руб. и 17 534,88 руб. Кроме того, было обращено взыскание на предмет залога – квартиру, принадлежащую ООО «Техстрой» общей площадью 54,8 кв.м, расположенной по адресу: г. Пермь, ул. Ленская, 32-10 путем продажи заложенного имущества с публичных торгов, установив начальную продажную цену квартиру при ее реализации в размере 1 918 000 руб.

В дальнейшем, 27.07.2018 Рачицкий О.А. передал свои прав требования к заемщику, основанные на названных выше договоре и решении суда, Сергиенко М.П. За уступаемые права Сергенко М.П. произвел оплату в размере 2 500 000 руб., о чем имеется отметка в договоре.

Определением Мотовилихинского районного суда г.Перми от 26.10.2018 по делу №13-432/2018 произведена замена взыскателя с Рачицкого О.А. на правопреемника – Сергиенко М.П.

19.11.2018 Рачицким О.А. (цессионарий) вновь приобрел у Сергиенко М.П. (цедент) права требования к заемщику – Мерзлякову Д.В., возникшие на основании договора уступки права требования (цессии) от 27.07.2018, решения Мотовилихинского районного суда г.Перми от 18.10.2017 по делу №2-4025/2017, договора процентного денежного займа от 24.03.2017. За уступаемые права требования Рачицкий О.А. оплатил сумму в размере 1 000 000 руб., о чем сделана отметка в договоре.

Впоследствии, 25.12.2018 Рачицкий О.А. (цедент) уступил Горбунову С.Н. (цессионарий) права требования к заемщику – Мерзлякову Д.В., возникшие на основании договора уступки права требования (цессии) от 19.11.2018, определения Мотовилихинского районного суда г.Перми от 26.10.2018 по делу №13-432/2018, договора уступки требования (цессии) от 27.07.2018, решения Мотовилихинского районного суда г.Перми от 18.10.2017 по делу №2-4025/2017, договора процентного денежного займа от 24.03.2017. Горбунов С.Н. произвел оплату по договору в размере 1 500 000 руб., о чем имеется отметка в договоре.

Определением арбитражного суда 18.07.2019 в рамках настоящего дела требования Горбунова С.Н. включены в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника в размере 1 500 000 руб. основного долга, 322 767,12 руб. проценты за пользование займом, 44 208,90 руб. проценты за просрочку возврата займа, а также судебные расходы в размере 2 500 руб. и 17 534,88 руб.

Кроме того, 31.03.2017 между Рачицким О.А. (займодавец) и Мерзляковым Д.В. (заемщик) заключен договор процентного денежного займа, по условиям которого займодавец передает заемщику 1 000 000 руб. на срок до 30.04.2017 под 5,5% в месяц. Обязательство обеспечивается залогом недвижимости в виде квартиры площадью 44,9 кв.м, расположенной по адресу: г.Пермь, ул.Ленская, 32-28, предоставленной ООО «Техстрой» (залогодателем) на основании договора залога недвижимости от 31.03.2017.

Факт получения денежных средств отражен в договоре подписью должника.

Решением Мотовилихинского районного суда г.Перми от 18.10.2017 по делу №2-4026 (2017) с Мерзлякова Д.В. в пользу Рачицкого О.А. взыскана задолженность по договору займа от 31.03.2017 в размере 1 000 000 руб., проценты за пользование займом в размере 202 520,55 руб., проценты за просрочку возврата займа в размере 35 568,49 руб., а также судебные расходы в размере 2 500 руб. и 14 390, 45 руб. Кроме того, было обращено взыскание на предмет залога – квартиру, принадлежащую ООО «Техстрой» общей площадью 44,9 кв.м, расположенной по адресу: г.Пермь, ул.Ленская, 32-28, путем продажи заложенного имущества с публичных торгов, установив начальную продажную цену квартиру при ее реализации в размере 1 000 000 руб.

В дальнейшем, 27.07.2018 Рачицкий О.А. (цедент) уступил Сергиенко М.П. (цессонарий) право требования к заемщику Мерзлякову Д.В., возникшее по договору процентного денежного займа от 31.03.2017 и названному выше решения суда от 18.10.2017 по делу №2-4026 (2017).

Определением Мотовилихинского районного суда г.Перми от 26.10.2018 по делу №13-437/2018 произведена замена стороны взыскателя Рачицкого О.А. по исполнительному листу, выданному на основании решения суда от 18.10.2017 по делу №2-4026/2017 на его правопреемника – Сергиенко М.П.

Впоследствии, 16.11.2018 Сергиенко М.П. (цедент) уступил Негуляеву В.А. (цессионарий) права требования к заемщику – Мерзлякову Д.В., возникшие на основании договора уступки права требования (цессии) от 27.07.2018, определения Мотовилихинского районного суда г.Перми от 26.10.2018 по делу №13-437/2018, решения Мотовилихинского районного суда г.Перми от 18.10.2017 по делу №2-4026/2017, договора процентного денежного займа от 31.03.2017. Оплата по договору произведена в размере 1 000 000 руб., что отражено в договоре.

Определением арбитражного суда от 18.07.2019 по настоящему делу производство по заявлению Негуляева В.А. о включении в реестр требований кредиторов должника приостановлено до рассмотрения настоящего обособленного спор.

Полагая, что договоры займа от 24 и 31 марта 2017 года заключены при наличии у должника признаков неплатежеспособности, действуя разумно и добросовестно Рачицкий О.А. должен был осуществить действия по проверке своего контрагента, Рачицкий О.А. не имел финансовой возможности предоставить должнику денежные средства в общем размере 2 500 000 руб., заключая оспариваемые договоры Рачицкий О.А. и должник не имели цели создания реальных для себя правовых последствий (обязательства по возврату займа и уплате процентов; действия сторон направлены на создание искусственной задолженности, для целей последующего участия в распределении имуществ должника), финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании договоров займа недействительными.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что материалами дела не подтверждается совокупность признаков, необходимая для признания сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также отсутствуют основания для применения ст.ст. 10, 170 ГК РФ.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта.

Согласно п.п. 1, 3 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с нормами ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Правовым основанием настоящего заявления финансовым управляющим указаны п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве и ст.ст.10, 170 ГК РФ.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 5 Постановления от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснил, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В п. 6 названного Постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что согласно абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым-пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми и применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом ст. 2 Закона о банкротстве, в частности под недостаточность имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Для целей применения содержащихся в абзацах втором-пятом п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в ст. 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (п. 6 названного Постановления).

В силу п. 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Закон о банкротстве устанавливает презумпцию неплатежеспособности гражданина в случае прекращения им расчетов с кредиторами, то есть прекращения исполнения денежных обязательств, срок исполнения которых наступил (абзац 3 п. 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве). Под денежным обязательством закон понимает те обязательства, исполнение которых должно осуществляться путем передачи денежных средств.

Согласно п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Материалами дела установлено, что заявление о признании должника банкротом принято к производству арбитражного суда определением от 01.10.2018, в связи с чем, исходя из даты оспариваемых сделок (24 и 31 марта 2017 года), следует признать, что они подпадают под признаки подозрительности, установленные п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Материалами дела также подтверждается и участвующими в деле лицами не оспаривается, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись иные неисполненные обязательства перед другими кредиторами, что подтверждается решениями районных судов о взыскании задолженности с должника и возбужденными в отношении него исполнительными производствами в период с 2014 по 2016 годы.

Кроме того, настоящее дело о банкротстве возбуждено по заявлению ООО «Мир 25» в связи с неисполнением должником решения Мотовилихинского районного суда г. Перми от 20.01.2014 по делу № 2-244, которым с предпринимателя Мерзлякова Д.В. и ООО «Юнито-Риэл» взыскано солидарно в пользу ООО «МИР 25» 28 000 000 руб. Требования ООО «Мир 25» решением суда 12.03.2019 включены в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника в размере 24 999 000 руб. с учетом частичной оплаты.

Указанные обстоятельства свидетельствует о том, что на момент совершения оспариваемой сделки (действий) должник отвечал признакам неплатежеспособности (п. 1 ст. 213.4 Закона о банкротстве).

Согласно ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: юридическое лицо, которое является основным или дочерним по отношению к должнику в соответствии с гражданским законодательством; руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет) должника, коллегиальный исполнительный орган должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей, в течение трех лет, предшествующих дате возбуждения производства по делу о банкротстве; работники должника; иные лица в случаях, предусмотренных федеральным законом.

В соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в п.п. 11, 15 Постановления Пленума от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" под заинтересованными лицами в данной норме Закона понимаются лица, являющиеся заинтересованными по отношению к должнику и признаваемые таковыми на основании п.п. 1 и 2 ст. 19 Закона о банкротстве.

В силу п. 3 ст. 9 Закон о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

В силу положений п. 2 ст. 19 Закона о банкротстве под заинтересованными лицами по отношению к гражданину (должнику-гражданину) понимаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, сестры и братья супруга.

Вместе с тем, материалы дела не содержат доказательств того, что должник и Рачицкий О.А. являются заинтересованными либо аффилированными лицами по отношению друг к другу.

Каких-либо доказательств того, что Рачицкому О.А. было известно об ущемлении интересов кредиторов должника спорными займами либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, заявителем не представлено.

Судом установлено, и кредиторами не опровергнуто, что в рассматриваемом случае оспариваемая сделка совершена почти за два года до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина Мерзлякова Д.В., и с учетом этого обстоятельства у ответчика не имелось возможности узнать о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности из публикаций, произведенных в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о недоказанности информированности Рачицкого О.А. о неплатежеспособности должника и цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Доказательств того, что в результате совершения оспариваемой сделки должник лишился имущества без предоставления равноценного встречного предоставления либо того, что совершение сделки привело к иным неблагоприятным последствиям в виде уменьшения конкурсной массы и ущемления прав кредиторов, в материалы дела не представлено.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание и то, что оспариваемые сделки были обеспечены залогом имущества, принадлежащего не должнику, а иному лицу – ООО «Техстрой».

Иных доводов и доказательств, свидетельствующих о причинении вреда имущественным правам кредиторов, конкурсным кредитором не представлено.

При таких обстоятельствах, поскольку наличие совокупности условий, предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве заявителем доказано не было, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных им требований в отношении договоров займа по данному основанию.

Пунктом 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" установлено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст. 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. 10 и 168 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", в редакции, действовавшей до внесения изменений Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 60, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Как было указано выше, финансовым управляющим оспариваются договору займа.

В силу ст. 807 ГК РФ договор займа является реальным и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Из представленных в материалы дела договоров займа следует, что денежные средства должник получил при подписании договоров, о чем имеется его подпись. Также при подписании договоров присутствовало третье лицо, с которым в обеспечение договоров займа были заключены договоры залога имущества.

Кроме того, материалами дела подтверждена платежеспособность Рачицкого О.А. на момент выдачи займов.

Из пояснений Рачицкого О.А. следует, что денежные средства, переданные должнику в заем являлись его личными накоплениями, полученными в течение значительного периода времени в качестве прибыли по многочисленным сделкам купли-продажи автомобилей (от перепродажи бывших в употребление транспортных средств), вознаграждения по посредническим сделкам различного плана, прибыли по сделкам по выдаче займа, сделкам с недвижимостью и иное.

Так, до совершения оспариваемых сделок Рачицкий О.А. продал принадлежащее ему на праве собственности помещение Чураковой Н.Н. по договору от 07.10.2015, получив по сделке 2 900 000 руб.

Кроме того, Рачицкий О.А. получает доход от сдачи имущества в аренду, что подтверждается представленными в материалы дела договорами аренды.

Рачицкий О.А. с апреля 2015 года является индивидуальным предпринимателем, основным видом деятельности является аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом, дополнительным видом деятельности – торговля розничная.

Целью заключения договоров займа для Рачицкого О.А. было получение прибыли – процентов по займу. Такая деятельность для Рачицкого О.А. является обычной, что подтверждается выписками с его расчетного счета. Более того, оспариваемые сделки были обеспечены залогом имущества третьего лица, в связи с чем, у Рачицкого О.А. не было оснований полагать, что денежные средства возращены не будут.

Ссылка финансового управляющего на отсутствие цели в получении займа, судом апелляционной инстанции не принимается, ввиду того, что должник также являлся индивидуальным предпринимателем, и полученные денежные средства могли быть им использованы в целях осуществления предпринимательской деятельности.

Таким образом, оспариваемые договоры займов являются реальными сделками.

Как указывалось ранее, факт причинения вреда оспариваемой сделкой материалами дела не доказан.

Доказательств, подтверждающих наличия согласованных действий по выдаче займа, мнимости или притворности сделки или иные обстоятельства, подтверждающие злоупотребление правом, не представлены, а доводы в этой части основаны на предположениях.

Иного апелляционному суду не доказано и из материалов дела не усматривается (ст. 9, 65 АПК РФ).

Доводы, приведенные заявителем апелляционной жалобы, являлись предметом исследования суда первой инстанции и установленные по делу обстоятельства не опровергают, в связи с чем, основанием для отмены обжалуемого определения являться не могут.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о недоказанности финансовым управляющим мнимости сделки.

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о том, что заявителем не доказана совокупность указанных обстоятельств, что также исключает возможность признания сделки недействительной на основании статей 10, 170 ГК РФ.

При таких обстоятельствах судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительными договоров займа.

С учетом изложенного, оснований для отмены определения от 13.12.2019 предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ не имеется. Нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права судом апелляционной инстанции не установлено. В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

Государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в порядке ст. 110 АПК РФ подлежит отнесения на заявителя жалобы. Поскольку при принятии апелляционной жалобы заявителю была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета в размере 3 000 руб. (ст. 333.21 НК РФ).

Руководствуясь ст.ст. 110, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражный суд Пермского края от 13 декабря 2019 года по делу № А50-29150/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать за счет конкурсной массы индивидуального предпринимателя Мерзлякова Дмитрия Вячеславовича в доход федерального бюджета госпошлину по апелляционной жалобе в размере 3 000 (Три тысячи) рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.



Председательствующий


Т.Ю. Плахова



Судьи


Е.Е. (7) Васева



О.Н. Чепурченко