Постановление от 3 июня 2024 г. по делу № А15-2008/2018

ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Ессентуки                                                                                            Дело № А15-2008/2018

04.06.2024


Резолютивная часть постановления объявлена 21.05.2024

Постановление изготовлено в полном объёме 04.06.2024


Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе  председательствующего Годило Н.Н., судей: Бейтуганова З.А., Белова Д.А., при участии в судебном заседании представителя конкурсного управляющего ООО «Кикунинский консервный завод» ФИО1: ФИО2 по доверенности от 09.03.2023 (после перерыва), представителя конкурсного управляющего ООО «Дагэнергобанк» государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»: ФИО3 по доверенности от 17.01.2024 (после перерыва), при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Погорецкой О.А., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего ООО «Кикунинский консервный завод» ФИО1 и ООО «Дагэнергобанк» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 16.10.2023 по делу № А15-2008/2018, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Кикунинский консервный завод» (Республика Дагестан, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении бывшего руководителя ООО «Кикунинский консервный завод» ФИО4 и учредителя ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Кикунинский консервный завод», 



УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Кикунинский консервный завод» (далее – ООО «Кикунинский консервный завод», должник) конкурсный управляющий должника ФИО1 (далее – ФИО1) обратился с заявлением о привлечении бывшего руководителя ООО «Кикунинский консервный завод» ФИО4 (далее – ФИО4) и учредителя ФИО5 (далее – ФИО5) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Кикунинский консервный завод» за неподачу заявления о признании должника банкротом; взыскании с ФИО4 убытков в размере 4 700 290 руб. вследствие пропуска срока исковой давности для взыскания дебиторской задолженности; убытков в размере 8 600 000 руб. ввиду не передачи полных сведений конкурсному управляющему о составе и размере дебиторской задолженности.

Определением суда от 16.10.2023 в удовлетворении заявления отказано. Судебный акт мотивирован тем, что конкурсный управляющий не указал дату, когда у руководителя должника или учредителя возникла обязанность обратиться с заявлением о признании должника банкротом. Также в материалы настоящего обособленного спора не представлены ни бухгалтерские балансы общества, ни выписки с расчетных счетов должника, что не позволяет оценить наличие признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника. В связи с чем, суд первой инстанции пришел к выводу о не доказанности конкурсным управляющим всей совокупности условий для возложения солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на контролирующих лиц должника по основанию не обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом. Относительно доводов о причинении убытков руководителем должника ФИО4, суд посчитал, что при должном исполнении своих обязанностей, исследовании и изучении выписок по счетам должника, конкурсный управляющий мог узнать о денежных операциях с контрагентами и обратиться с исками в пределах срока исковой давности, в связи с чем, оснований для взыскания убытков не имеется.

Конкурсный управляющий должника ФИО1 и ООО «Дагэнергобанк» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» просили обжалуемое определение отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований.

В жалобе ООО «Дагэнергобанк» указывает, что им в суд первой инстанции направлялся отзыв, в котором поддержана позиция конкурсного управляющего, а также указана дату, когда у руководителя должника или учредителя возникла обязанность обратиться с заявлением о признании должника банкротом. Однако, судом первой инстанции правовая оценка доводам банка не дана. Ссылается на то, что должник стал отвечать признакам неплатежеспособности 31.04.2016 в результате наличия просрочки по кредитному договору перед ООО «Дагэнергобанк», в связи с чем, обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникла у контролирующих должника лиц не позднее 31.05.2016. Также полагает, что само по себе не применение конкурсным управляющим мер по оспариванию сделок не является основанием для освобождения руководителя должника от возмещения убытков.

Конкурсный управляющий должника ФИО1 в апелляционной жалобе и письменных пояснениях также ссылается на то, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникла у контролирующих должника лиц не позднее 31.05.2016.

В отзыве на апелляционные жалобы ФИО5 и ФИО4 с доводами апелляционных жалоб не согласились, просили определение суда оставить без изменения. Указывают на пропуск управляющим срока исковой давности на подачу заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности.

Судебное разбирательство по рассмотрению апелляционных жалоб откладывалось, в том числе по ходатайству финансового управляющего ФИО4 - ФИО6 Конкурсному управляющему ООО «Кикунинский консервный завод» ФИО1 предлагалось представить информацию по обязательствам, возникшим после 31.05.2016 (с расшифровкой по каждой задолженности: основания и дата возникновения обязательства), информацию о наращенной задолженности; также суд предлагал представить пояснения в отношении размера убытков с конкретизацией сумм причиненных убытков, причинно-следственную связь между противоправным бездействием бывшего руководителя и ущербом, причиненным конкурсной массе должника.

Банк в дополнительных пояснениях указал, что бывший руководитель должника ФИО4 обязан был обратиться с заявлением о признании должника банкротом до 31.05.2016, а учредитель должника ФИО5 в срок до 10.05.2017 (после ознакомления с годовой бухгалтерской (финансовой) отчетностью и проведением общего собрания участников, которое должно было состояться не позднее 31.04.2017). Также ссылается на неполную передачу документации управляющему по дебиторской задолженности и пропуск срока исковой давности по ее взысканию.

Конкурсный управляющий должника в дополнительных пояснениях указал, что бывшим руководителем должника ФИО4 переданы документация в отношении дебиторской задолженности на общую сумму 7 882 995 руб., из которой осталась не взысканной задолженность КФХ «Горец» в размере 4 030 000 руб. по причине пропуска срока исковой давности, в связи с чем, указанная сумма является убытками ввиду неправомерности бездействия ФИО4 Кроме того, согласно данным бухгалтерского баланса дебиторская задолженность составляла 16 482 тыс. руб., следовательно, конкурсному управляющему не передана документация в отношении дебиторской задолженности на сумму 8 599 005 руб. (с учетом округления 8 600 000 руб.).

ФИО5 дополнительно отметил, что должник практически до возбуждения дела о банкротстве продолжал осуществлять хозяйственную деятельность и производить расчеты по обязательствам, в связи с чем, безусловная обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника отсутствовала. В подтверждение данных обстоятельств представлен анализ финансового состояния от 20.06.2022.

Информация о времени и месте судебного заседания вместе с соответствующим файлом размещена на сайте http://kad.arbitr.ru/ в соответствии положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В порядке статьи 163 АПК РФ в судебном заседании 09.04.2024 объявлен перерыв до 23.04.2024, 23.04.2024 до 07.05.2024, поскольку лица, участвующие в деле, не подключились к судебному заседанию.

В порядке статьи 163 АПК РФ в судебном заседании 07.05.2024 объявлен перерыв до 21.05.2024.

В судебном заседании представители сторон озвучили свои позиции.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалоб, отзывов, проверив законность обжалуемого судебного акта  в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 16.10.2023 по делу № А15-2008/2018 в части отказа в удовлетворении заявления о взыскании убытков подлежит отмене, исходя из следующего.

Как усматривается из материалов дела, ООО «Кикунинский консервный завод» зарегистрировано в качестве юридического лица 09.02.2003. Основным видом деятельности должника является производство соковой продукции из фруктов и овощей.

Согласно записям из ЕГРЮЛ ФИО5 является учредителем должника с 04.03.2004 с уставной долей капитала стоимостью 38,5 млн. руб. (99,99% от общего количества). ФИО4 являлся руководителем должника начиная с 20.11.2012 до введения процедуры конкурсного производства в отношении ООО «Кикунинский консервный завод».

Ссылаясь на то, что руководитель и учредитель должника не исполнили обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом в соответствии со статьей 9 Закона о банкротстве, что влечет за собой субсидиарную ответственность в соответствии со статьей 61.12 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Также конкурсный управляющий просил взыскать с ФИО4 убытки в размере 4 700 290 руб. ввиду пропуска срока исковой давности для взыскания дебиторской задолженности с КФХ «Горец», а также убытки в размере 8 600 000 руб. за не передачу документации в отношении иной дебиторской задолженности, указанной в бухгалтерском балансе за 2018 год.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении руководителя и учредителя должника к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом ввиду следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения (пункт 1 статьи 10 Закона о банкротстве).

Ответственность за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением должника о банкротстве предусмотрена и действующей редакцией Закона о банкротстве (часть 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по пункту 1 статьи 10, статье 61.12 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий в силу норм статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен доказать: когда именно у руководителя должника наступила обязанность обратиться с заявлением о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713 по делу № А50-4524/2013, руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы.

Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации. Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, необходимо установить вину субъекта ответственности. Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности, для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 10 и пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Наличие лишь факта не обращения контролирующих должника лиц в арбитражный суд в определенный период с заявлением о признании должника банкротом не свидетельствует о том, что данные действия повлекли неплатежеспособность общества, установление задолженности само по себе не свидетельствует о совершении руководителем должника виновных и противоправных действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния должника. Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует.

Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

При этом, само по себе наличие задолженности не может являться основанием для вывода о возникновении обязанности по подаче заявления.

В статье 2 Закона о банкротстве приведены понятия недостаточности имущества и неплатежеспособности, которые являются признаками наступлении объективного банкротства.

Так под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Неплатежеспособность не является тождественным понятием неоплаты конкретного долга отдельному кредитору. Неоплатность, как критерий очевидной несостоятельности для целей привлечения бывших руководителей к субсидиарной ответственности нельзя отнести к критериям, воспринятым судебной практикой, как основание для привлечения к субсидиарной ответственности.

При этом суд также отмечает, что наличие кредиторской задолженности в определенный момент само по себе не может являться свидетельством невозможности организации исполнить свои обязательства, и, соответственно, не порождает у обязанных лиц обязанности по принятию решения и подаче заявления должника о признании его банкротом.

Равно как и факт подачи исков к должнику сам по себе не свидетельствует о неплатежеспособности последнего либо о недостаточности у него имущества.

Факт наличия кредиторской задолженности не отнесен Законом о банкротстве к обстоятельствам, из которых возникает обязанность руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности.

Таким образом, для разрешения вопроса о наступлении у контролирующего должника лица обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом судам необходимо установить наступление признаков объективного банкротства у должника. При этом, сам по себе факт наличия у должника перед кредитором задолженности не может свидетельствовать о наступлении признаков объективного банкротства.

Согласно позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412 по делу № А40-170315/2015, неоплата конкретного долга отдельному кредитору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

Конкурсный управляющий и банк полагают, что должник стал отвечать признакам неплатежеспособности 31.04.2016 в результате наличия просрочки по кредитному договору перед ООО «Дагэнергобанк», в связи с чем, бывший руководитель должника ФИО4 обязан был обратиться с заявлением о признании должника банкротом до 31.05.2016, а учредитель должника ФИО5 - в срок до 10.05.2017 (после ознакомления с годовой бухгалтерской (финансовой) отчетностью и проведением общего собрания участников, которое должно было состояться не позднее 31.04.2017).

Судом апелляционной инстанции установлено, что в материалы дела представлено заключение о финансовом состоянии должника от 20.06.2022, в котором конкурсным управляющим отражены основные показатели финансово-хозяйственной деятельности должника за период с 2015 года по 20.06.2022.

Из отраженных в заключении показателей следует, что основные финансовые проблемы у должника возникли в период после возбуждения дела о его банкротстве, а потому общество не обладало признаками несостоятельности и неплатежеспособности по состоянию на 31.04.2016, как на это указывают конкурсный управляющий и банк.

Доводы конкурсного управляющего и банка носят вероятностный характер, не содержат однозначного (объективного, бесспорного) довода о дате наступления у должника признаков объективного банкротства, не отражают последовательную и логическую цепочку данных, позволивших им сделать вывод о недостаточности у должника активов.

Должник фактически до возбуждения дела о банкротстве продолжал осуществлять хозяйственную деятельность и производить расчеты по обязательствам, что отражено в том числе в судебных актах по настоящему делу.

Кроме того, вышеприведенные нормы права относительно возможности привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности касаются недобросовестных действий руководителя должника, его учредителя, которые, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывают от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Таким образом, привлечение к субсидиарной ответственности за несвоевременное обращение в суд с заявлением о банкротстве возможно в случае если данное обстоятельство привело к дополнительному наращиванию у должника задолженности перед кредиторами.

Следовательно, в данном случае, не обращение руководителя и учредителя с заявлением о банкротстве общества не привело к возникновению (наращиванию) дополнительной задолженности.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении бывшего руководителя ФИО4 и учредителя ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Кикунинский консервный завод» за неподачу заявления о признании должника банкротом.

Отказывая в удовлетворении требований управляющего о взыскании с ФИО4 убытков в размере 4 700 290 руб. вследствие пропуска срока исковой давности для взыскания дебиторской задолженности; убытков в размере 8 600 000 руб. ввиду не передачи полных сведений конкурсному управляющему о составе и размере дебиторской задолженности, суд первой инстанции посчитал, что при должном исполнении своих обязанностей, исследовании и изучении выписок по счетам должника, конкурсный управляющий мог узнать о денежных операциях с контрагентами и обратиться с исками в пределах срока исковой давности, в связи с чем, оснований для взыскания убытков не имеется.

Вместе с тем, апелляционная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции ввиду следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Аналогичные нормы содержатся в статье 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление Пленума № 62) разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 названной статьи).

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: недобросовестности поведения ответчика, наличия и размера убытков, причинно-следственной связи между недобросовестным поведением ответчика и возникшими убытками, вины причинителя вреда.

Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении убытков.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 2 постановления Пленума № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействия) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора (четвертый и пятый абзацы пункта 1 Постановления Пленума № 62).

В обоснование заявленных требований (с учетом дополнительных пояснений в суде апелляционной инстанции) конкурсный управляющий сослался на то, что руководителем должника ФИО4 передана документация в отношении дебиторской задолженности на общую сумму 7 882 995 руб., из которой осталась не взысканной задолженность КФХ «Горец» в размере 4 030 000 руб. по причине пропуска срока исковой давности, в связи с чем, указанная сумма является убытками ввиду неправомерности бездействия ФИО4 Кроме того, согласно данным бухгалтерского баланса дебиторская задолженность составляла 16 482 тыс. руб., следовательно, конкурсному управляющему не передана документация в отношении дебиторской задолженности на сумму 8 599 005 руб. (с учетом округления 8 600 000 руб.).

В отношении убытков по причине пропуска срока исковой давности по взысканию дебиторской задолженности КФХ «Горец» судом апелляционной инстанции установлено следующее.

Решением суда от 02.12.2020 ООО «Кикунинский консервный завод» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство.

По акту 15.02.2021 бывший руководитель должника передал конкурсному управляющему документы, в том числе в отношении дебиторской задолженности по четырем контрагентам на общую сумму 7 882 995 руб., в том числе к КФХ «Горец» на сумму 4 030 000 руб. (т. 1, л. д. 56).

В связи с чем, конкурсным управляющим инициированы споры о взыскании указанной задолженности.

Так, 09.04.2021 конкурсный управляющий ООО «Кикунинский консервный завод» обратился в суд с заявлением о признании обоснованными и включении в реестр требований кредиторов КФХ «Горец» задолженности в размере 4 030 000 руб. (уточненные требования).

Определением Арбитражного суда Республики Дагестан от 22.06.2021 по делу № А15-135-3/2021 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Кикунинский консервный завод» о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника КФХ «Горец» отказано. Судебный акт мотивирован тем, что согласно пункту 2.1 договора № 2 от 28.04.2016 поставщик осуществляет поставку в течение сезона с 01.07.2016 по 01.11.2016. Платежные поручения №69 и №87 датированы 29.01.2016 и 16.05.2016. Акт сверки подписан по состоянию на 28.12.2016. Таким образом, с учетом неисполнения обязательств по поставке товара, заявитель 02.11.2016 (следующий день после последнего дня поставки согласно условиям договора) и 28.12.2016 знал и должен был знать о наличии задолженности. Следовательно, срок для обращения за принудительным взысканием истек 28.12.2019.

Таким образом, срок исковой давности истек до даты открытия конкурсного производства и получения конкурсным управляющим документов должника.

Оценив данные обстоятельства, апелляционный суд приходит к выводу, что начиная с 26.12.2019 до истечения срока исковой давности у ФИО4 имелась возможность для взыскания дебиторской задолженности с КФХ «Горец» в сумме 4 030 000 руб., которая фактически являлась бесспорной, что подтверждается подписанным актом сверки взаимных расчетов (т. 1, л. д. 60).

Следовательно, ввиду непринятия бывшим руководителем мер по взысканию дебиторской задолженности утрачена возможность пополнения конкурсной массы за счет взыскания дебиторской задолженности с КФХ «Горец» в сумме 4 030 000 руб., ввиду пропуска срока исковой давности, что подтверждено судебным актом, в связи с чем, заявленные конкурсным управляющим требования в указанной части подлежат удовлетворению.

Довод ФИО4 о том, что сторонами в последующем подписывались акты сверки взаимных расчетов, не соответствует фактическим обстоятельствам и документально не подтвержден ни в суде первой, ни апелляционной инстанции.

При этом, суд апелляционной инстанции отмечает, что конкурсный управляющий просил взыскать убытки по данному эпизоду в размере 4 700 290 руб.

Вместе с тем, в акте приема-передачи от 15.02.2021 указана сумма 4 030 000 руб., которая была заявлена к включению (с учетом уточнений) в реестр в рамках дела № А15-135-3/2021, в связи с чем, требования о взыскании убытков подлежат удовлетворению именно в указанной сумме.

В отношении убытков по причине не полной передачи документации по дебиторской задолженности судом апелляционной инстанции установлено следующее.

Как было указано выше, бывшим руководителем должника передана конкурсному управляющему документация по дебиторской задолженности на общую сумму 7 882 995 руб.

Вместе с тем, в строке бухгалтерского баланса должника за 2018 год указаны сведения о дебиторской задолженности в размере 16 482 тыс. руб.

Следовательно, в установленные сроки конкурсному управляющему не передана документация в отношении дебиторской задолженности на сумму 8 599 005 руб.

Конкурсный управляющий ФИО1 обращался в суд ходатайством об обязании бывшего руководителя должника ФИО4 передать конкурсному управляющему необходимую документацию.

Определением от 02.08.2021 суд обязал ФИО4 представить управляющему следующие документы: бухгалтерская электронная база; документы первичного бухгалтерского учета за трехгодовалый срок до признания должника банкротом по настоящее время; бухгалтерская отчетность (форма № 1, 2, 3, 4, 5) за три календарных года, предшествующих дате принятия заявления о признании должника банкротом; налоговая отчетность, отчеты во внебюджетные фонды и органы статистики за три календарных года, предшествующих дате принятия заявления о признании должника банкротом; книги покупок и продаж, авансовые отчеты, кассовые книги и отчеты за трехгодовалый срок до признания должника банкротом по настоящее время; расшифровка авансов, выданных поставщикам и подрядчикам, обоснованность авансов; последние акты инвентаризации имущества и финансовых обязательств, последние инвентаризационные ведомости (в том числе акций, облигаций, ценных бумаг) по установленным формам; договоры, соглашения, контракты, заключенные с юридическими, физическими лицами, индивидуальными предпринимателями за период 5 (пять) последних лет; акты приема-передачи по договорам, справки о выполненных работах, протоколы согласования, прочие документы, связанные с исполнением обязанностей по договорам; сведения о наличии судебных споров с участием должника, решений судов, решений государственных органов в отношении должника и его руководства; полный перечень дебиторов с указанием размера дебиторской задолженности по каждому дебитору (ИНН, адреса дебитора, основания возникновения задолженности, а также соответствующие подтверждающие первичные бухгалтерские документы договоры, акты, накладные и др. документы) за 3 годовалый срок с момента признания должника банкротом; сведения о задолженности перед бюджетами всех уровней и внебюджетными фондами; перечень расчетных счетов, реквизиты расчетных и иных счетов, открытых должником в кредитных организациях; лицензии и сертификаты, выданные должнику; сведения о наличии и степени готовности незавершенного производства; о размере запасов сырья и материалов, которые могут быть реализованы без ущерба для производственного процесса.

Судебный акт об истребовании у ФИО4 документов должника вступил в законную силу, доказательств передачи ФИО4 конкурсному управляющему должника всего объема документов не представлено.

Таким образом, ввиду ненадлежащего исполнения ФИО4 обязанности по передаче документации, а именно документов первичного бухгалтерского учета в полном объеме (по дебиторской задолженности) у конкурсного управляющего отсутствуют сведения о периоде и об основаниях возникновения дебиторской задолженности, отраженной в балансе должника, возможность анализа сделок должника, , что повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы в этой части и, как следствие, невозможность удовлетворения требований кредиторов за счет данных активов должника.

Возможное отсутствие у бывшего руководителя документации должника не может являться безусловным основанием для освобождения его от ответственности в связи с не передачей документации должника конкурсному управляющему. В данной ситуации оценке подлежали как обстоятельства, связанные с наличием у ФИО4 объективной возможности исполнить возложенную законом обязанность по передаче документации должника, так и обстоятельства, связанные с принятием им всех разумных и достаточных мер по истребованию и (или) восстановлению документации.

В материалах дела отсутствуют сведения о том, какие меры были предприняты ФИО4 в целях восстановления документации должника (по дебиторской задолженности) в случае ее отсутствия.

ФИО4 не опровергнуты названные выше презумпции, не доказано отсутствие вины в не передаче документации по дебиторской задолженности должника в полном объеме, не подтверждено, что им своевременно были приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него как от руководителя требовалась.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанций приходит к выводу, что требование управляющего о взыскании с ФИО4 убытков в размере 8 599 005 руб. (без учета заявленного управляющим округления) также является обоснованным и подлежит удовлетворению.

С учетом изложенного, в соответствии с пунктами 3, 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с несоответствием выводов изложенных в определении фактическим обстоятельствам дела, а также ввиду нарушения норм материального права, определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 16.10.2023 по делу № А15-2008/2018 в части отказа в удовлетворении заявления о взыскании убытков подлежит отмене с принятием по делу в указанной части нового судебного акта о частичном удовлетворении заявления.

Определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 16.10.2023 по делу № А15-2008/2018 в части отказа в привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом следует оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Доводы ответчиков относительно пропуска срока на подачу заявления подлежат отклонению апелляционным судом, поскольку с заявленными требованиями о взыскании убытков конкурсный управляющий обратился в пределах срока исковой давности.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью                4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены судебного акта в любом случае, апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь статьями 265, 266, 268, 269, 270, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 16.10.2023 по делу                             № А15-2008/2018 в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Кикунинский консервный завод» ФИО1 о взыскании убытков отменить, принять по делу в указанной части новый судебный акт.

Взыскать с ФИО4 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Кикунинский консервный завод» убытки в размере 12 629 005 руб.

В удовлетворении остальной части заявления конкурсного управляющего конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Кикунинский консервный завод» ФИО1 о взыскании убытков отказать.

Определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 16.10.2023 по делу № А15-2008/2018 в части отказа в привлечении ФИО4 и учредителя ФИО5 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд  Северо-Кавказского округа в месячный срок через суд первой инстанции.


Председательствующий                                                                                          Н.Н. Годило


Судьи                                                                                                                                  З.А. Бейтуганов


                Д.А. Белов