Постановление от 19 января 2024 г. по делу № А23-11148/2021

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула Дело № А23-11148/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 17.01.2024

Постановление изготовлено в полном объеме 19.01.2024

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Капустиной Л.А., судей Дайнеко М.М. и Мосиной Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии от истца – общества с ограниченной ответственностью «Калугарембытхолод» (г. Калуга, ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО2 (доверенность от 30.11.2023), от третьих лиц – ФИО3 и ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 12.12.2023), лично ФИО3 (паспорт), в отсутствие ответчика – городской управы города Калуги (г. Калуга, ОГРН <***>, ИНН <***>) и третьих лиц – управления архитектуры, градостроительства и земельных отношений города Калуги, ФИО6, ФИО7, ФИО8, Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Калужской области (г. Калуга, ОГРН <***>, ИНН <***>), рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3, ФИО4, ФИО8, ФИО6 на решение Арбитражного суда Калужской области от 29.09.2023 по делу № А23-11148/2021 (судья Бураков А.В.),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Калугарембытхолод» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Калужской области с исковым заявлением к Межрегиональному территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Калужской, Брянской и Смоленской областях о признании в силу приобретательской давности права собственности на нежилое помещение - гараж, расположенный на земельном участке с кадастровым номером 40:26:000312:5 по адресу: <...>, площадью 65,5 кв. метров.

Определением суда от 04.03.2022, принятым на основании статьи 47 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, произведена замена ненадлежащего ответчика на надлежащего – городскую управу города Калуги (далее – управа).

Определениями суда от 30.05.2022, от 13.07.2023, принятыми на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены управление архитектуры, градостроительства и земельных отношений города Калуги (далее – управление), ФИО6, ФИО3, ФИО4, ФИО7, ФИО8, Главное управление Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Калужской области.

Решением суда от 29.09.2023 исковые требования удовлетворены.

В апелляционной жалобе ФИО6, ФИО3, ФИО4, ФИО8, просят решение отменить, в удовлетворении исковых требований отказать. Оспаривая судебный акт, заявители ссылаются на то, что спорным гаражом заблокирован въезд для специального и личного транспорта на придомовую территорию дома № 62 по ул. Дзержинского, а также к земельному участку с расположенной на нем хозяйственной постройкой, поясняя, что имеющийся ограниченный с двух сторон опасный проход, находится под угрозой схода снега, наледи и сосулек с крыши дома № 58 по ул. Дзержинского. Сообщают, что с четырех сторон к жилому дому № 62 отсутствует подъезд; длительное время такой проезд осуществлялся через въездные ворота, однако неизвестными лицами данные ворота были снесены и установлен первоначально небольшой металлический гараж, а затем его длина увеличена на всю длину въездного проема. Утверждают, что спорное строение является самовольной постройкой, а земельный участок, на котором расположен гараж, предоставлен обществу, ошибочно. Указывают, что земельный участок примыкает к зданию котельной, принадлежащей МУП «Калугатеплосеть», которое не привлечено к участию в деле.

В отзыве общество просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Ссылается на то, что при приватизации ТОО «Калугарембытхолод», являющегося правопредшественником истца, выкуплены основные производственные здания и сооружения, а также оборотные средства, предназначенные для производственной деятельности, в том числе нежилые помещения, расположенные по адресу: <...>. Сообщает, что общество более 27 лет открыто, добросовестно и непрерывно владеет, как своим собственным, гаражом, общей площадью 65,5 кв. метров, расположенным на земельном участке с кадастровым номером 40:26:000312:16 по адресу: <...>. В связи с этим заявляет о наличии оснований, предусмотренных статьей 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания за ним права собственности на спорное имущество. Отмечает, что возможность проезда специализированных транспортных средств к дому № 62 по ул. Дзержинского подтверждается выводами экспертного заключения № 615/СТЭ-16146/1022 от 31.01.2023, отзывом Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Калужской области. Обращает внимание на то, что согласно документам, полученным для реконструкции спорного объекта недвижимости, его площадь уменьшена с 88,2 кв. метров до 65,5 кв. метров. Ссылается на получение от жителей дома № 62 по ул. Дзержинского согласия на реконструкцию спорного объекта недвижимости. Отмечает, что земельный участок под спорным строением предоставлен обществу по договору аренды от 03.07.2022, который до настоящего времени является действующим, не оспорен и не признан недействительным. Указывает, что спорное имущество не является самовольной постройкой, поскольку создано с получением необходимых разрешений.

В отзыве ответчик и третье лицо – управление, ссылаются на то, что определением Калужского районного суда Калужской области от 17.06.2022 по делу № 2-1-2895/2022 производство по иску ФИО3 к обществу об устранении нарушений прав собственника, установлении сервитута приостановлено до разрешения настоящего дела № А23-11148/2021. Сообщают, что земельный участок с кадастровым номером 40:26:000312:0005, общей площадью 646 кв. метров, по адресу: <...> предоставлен обществу в соответствии с земельным законодательством по договору аренды от 03.07.2002 № 2652 для эксплуатации производственных помещений и сооружений. Указывают, что границы земельного участка были определены в соответствии с данными технического паспорта, составленного ГУП Калужской области «Бюро оценки и технической инвентаризации», по состоянию на 26.03.1999, где в территорию общества входили помещения (лит. А корпус № 1, лит. В корпус № 3), гараж, навес, палатка (лит. Г, Г1, Г2). Отмечают, что гараж лит. Г находится на земельном участке с кадастровым номером 40:26:000312:16 с видом разрешенного использования «под иными объектами специального назначения», входящем в состав единого землепользования с кадастровым номером 40:26:000312:0005. Поясняет, что целевое назначение земельного участка с кадастровым номером 40:26:000312:0005 предусматривает размещение металлического сооружения, в связи с чем дальнейшее проведение мероприятий, направленных на демонтаж (снос) указанного сооружения, управлением не осуществлялось. Сообщают, что информация о выдаче разрешения на строительство, реконструкцию объекта капитального строительства и уведомление о планируемом строительстве на земельном участке по указанному адресу отсутствует. Ссылаются на то, что 27.12.1996 ТОО «Калугарембытхолод» на основании договора аренды от 27.12.1996 № 478 сроком на пять лет был предоставлен земельный участок площадью 660 кв. метров по ул. Дзержинского, д. 58, корп. 3 для эксплуатации производственных зданий и сооружений. При этом, согласно плану земельного участка ТОО «Калугарембытхолод» (прилагается в 4 частях,) вплотную к трехэтажному кирпичному нежилому зданию (ЗКН) на указанном участке располагалось металлическое нежилое строение (МН), а на момент заключения с обществом договора аренды от 03.07.2002 № 2652 земельного участка площадью 646 кв. метров с кадастровым номером 40:26:000312:0005 с целевым использованием: для эксплуатации производственных помещений и сооружений, на земельном участке уже находилось отдельно стоящее металлическое нежилое строение (МН), что подтверждается планом земельного участка от 12.03.2002.

В судебном заседании представители истца и третьих лиц – ФИО4 и ФИО3, а также лично ФИО3, поддержали позиции, изложенные в апелляционной жалобе и отзыве на нее.

Ответчик и иные третьи лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в том числе путем размещения информации о движении дела в сети Интернет, в суд представителей не направили. С учетом мнений представителей истца и третьих лиц – ФИО4 и ФИО3, а также лично ФИО3, судебное заседание проводилось в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Заявленное ответчиком и третьим лицом – управлением ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие их представителей удовлетворено судебной коллегией на основании статей 41, 159, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, выслушав прибывших представителей истца и третьих лиц – ФИО4 и ФИО3, а также лично ФИО3, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что жалоба подлежит удовлетворению.

Как видно из материалов дела, общество является правопреемником товарищества с ограниченной ответственностью «Калугарембытхолод», созданного в результате приватизации арендного предприятия.

В перечне основных и оборотных средств ТОО «Калугарембытхолод» (т. 1, л. д. 83) содержится рукописная запись о том, что площадь помещений распределена согласно протоколу заседания Совета арендаторов от 19.07.1994 № 5 (т. 1, л. д. 81) и отражена в паспорте БТИ.

Согласно указанному протоколу, на котором решался вопрос о закреплении металлических сооружений (гаражей, складов, сараев), за ТОО «Калугарембытхолод» закреплены металлические сооружения – позиции № 17, 18, 21, которые отражены на прилагаемой к протоколу схеме планировки территории АП «Рембыттехника» (т.1, л.д. 82).

Из схемы планировка территории, приложенной к указанному протоколу, усматривается, что металлическое сооружение под № 17 примыкает непосредственно к кирпичному зданию № 18 и расположено рядом с проходом (въездом) между сооружением № 17 и котельной, который ведет на территорию дома № 62 по ул. Дзержинского (т. 1, л. д. 82).

08.09.1994 ТОО «Калугарембытхолод» выдано свидетельство о собственности № 422 с указанием суммы выкупаемого имущества – участка по ремонту холодильников и ритуальных услуг с помещением по адресу: <...> (т. 1, л. д. 80).

18.10.1994 между Фондом имущества г. Калуги и ТОО «Калугарембытхолод» заключен договор № 108, предметом которого является имущество с помещением участка по ремонту холодильников, ранее арендованное по договору аренды, состоящее из основных и оборотных средств (в том числе - помещения по ул. Дзержинского, корпус № 1 – 13, 2 кв.м; корпус № 3 – 669 кв.м (т. 1, л. д. 78). На указанном договоре проставлена регистрационная отметка ГУМДП «Техническая инвентаризация» от 10.12.1996, согласно которой за ТОО «Калугарембытхолод» по праву собственности зарегистрировано помещение - корпус № 1 площадью 13, 2 кв.м и корпус № 3 площадью 669 кв.м.

В соответствии с дополнительным соглашением к договору купли-продажи (выкупа арендованного имущества) от 18.10.1994 № 108 пункт 1 изложен в редакции, согласно которой предметом выкупа является имущество с помещением участка по ремонту холодильников, состоящее из основных и оборотных средств, в том числе помещение по ул. Дзержинского, 58: к. 1, эт. 1 производственное помещение – 13,2 кв. м, места общего пользования- 5,4 кв.м без выделения в натуре; к.3, эт.1 производственное помещение – 588, 4 кв.м, места общего пользования – 79,7 кв.м без выделения в натуре.

Таким образом, дополнительным соглашением уточнены площади выкупаемых помещений в связи с указанием в них мест общего пользования.

Согласно техническому паспорту по состоянию на 26.03.1999 (т. 1, л.д. 37-47) по адресу: Дзержинского, 58 имелись основные строения лит. А (к.1) и В (к.3), пристройка лит. В, гараж лит. Г, навес лит. Г1, палатка лит. Г2 (т. 1, л.д. 39-40, 44). Согласно описанию гаража лит. Г, он имел металлические стены, крышу, ворота, асфальтированные полы (т.1, л. д. 44) и площадь 88,2 кв. м.

Инвентарной карточкой учета основных средств ТОО «Калугарембытхолод» на 01.01.1998 подтверждается принятие на учет металлического гаража (т. 1, л. д. 103).

Впоследствии общим собранием учредителей общества от 27.06.2000 (т. 1, л. д. 84) принято решение провести реконструкцию металлического гаража по ул. Дзержинского, 58, корп.3, уменьшив площадь на 20 кв.м, с указанием на то, что он вплотную прилегает к зданию, а обслуживание и реконструкцию производить не представляется возможным (т.1, л. д. 84). В протоколе общего собрания указано на принятое решение обратиться в городскую управу г. Калуги за выдачей разрешения на реконструкцию металлического гаража.

Распоряжением управы от 06.12.2000 № 4201-р (т. 3, л. д. 136) обществу разрешено разработать проект реконструкции металлического гаража под здание капитального гаража с надстройкой 2-го этажа под административное помещение в существующих границах на земельном участке, предоставленном в аренду по ул. Дзержинского, 58,к.3, и на общество возложены обязанности выполнить:

- топогеодезические работы, получив разрешение на их производство в комитете по планированию развития города;

- инженерно-геологические изыскания, получив разрешение на их производство в управлении архитектуры и градостроительства;

- проектную документацию разработать согласно архитектурно-планировочному заданию, утвержденному в управлении архитектуры и градостроительства.

Пунктом 3 распоряжения обществу предложено обратиться в управу для подготовки правовых документов, разрешающих реконструкцию объекта после разработки и согласования проектной документации в установленном порядке.

Распоряжением управы от 24.05.2001 № 1956-р (т. 3, л. д. 137) изменено целевое назначение надстройки 2-го этажа (с административного помещения на помещения подсобного назначения).

Во исполнение распоряжений обществом получено заключение об инженерно-геологических изысканиях на площадке проектирования и строительства 2-х этажного кирпичного гаража по ул. Дзержинского (т. 4, л. д. 170) . Из указанного заключения следует, что на момент изысканий на площадке находилось здание металлического гаража на 4 автомашины (т. 4, л. д. 172) и было рекомендовано перед заложением фундаментных подушек, в случае необходимости, применить щебеночную подготовку, а также предусмотреть мероприятия по защите котлована в процессе строительства (т. 4, л. д. 175).

Остальные условия распоряжения от 06.12.2000 № 4201-р (в том числе в части разработки проектной документации, получения разрешений на реконструкцию) обществом не выполнены.

Согласно техническому паспорту по состоянию на 19.11.2003 (т. 1, л. д. 24), гараж лит. Г (т. 1, л. д. 25) имел площадь 88,2 кв.м (аналогичную указанно в техпаспорте на 26.03.1999) и характеристики – бетонный фундамент, металлические стены, перегородки и крышу, асфальтированные полы (т. 1, л. д. 30).

Обращаясь в суд, общество представило составленный по его заказу технический паспорт на гараж, лит. Г (т. 1, л. д. 15). по состоянию на 06.12.2021, в котором его площадь указана в 65,5 кв. м, имеющим бетонное основание, стены – деревянные, металлические, крышу – профнастил, полы – бетонная стяжка, двери – металлические, электроснабжение – центральное (отопление, водопровод, канализация, газоснабжение – отсутствуют).

Ссылаясь на то, что гараж лит. Г, расположен на земельном участке с кадастровым номером 40:26:000312:0005, который предоставлен истцу на основании договора аренды от 03.07.2002 (т. 1, л. д. 73) для эксплуатации производственных зданий и сооружений, он открыто, непрерывно, добросовестно владеет им в качестве собственного имущества более 27 лет, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

В качестве правового обоснования общество сослалось на нормы статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее – постановление Пленума № 10/22) разъяснено, что по смыслу статей 225 и 234 ГК РФ право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Таким образом, признать право в порядке приобретательной давности можно на объект, который не принадлежит истцу (имеет иного собственника либо собственник имущества неизвестен).

В обоснование своих требований истец сослался на то, что ранее спорное сооружение было выкуплено им в порядке приватизации в связи с выкупом ранее арендованного имущества.

В соответствии со статьей 15 Закона РСФСР «О приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации» от 03.07.1991 года к числу одного из возможных способов приватизации имущества относился выкуп имущества государственного или муниципального предприятия, сданного в аренду, который производился в случаях, когда:

- договор аренды указанного имущества с правом его выкупа был заключен до вступления в силу настоящего Закона;

- арендатор, признанный покупателем в соответствии со статьей 9 настоящего Закона, получил право на приобретение приватизируемого предприятия в порядке, установленном статьями 20, 21, 24 настоящего Закона.

Пунктом 7 Указа Президента Российской Федерации от 14.10.1992 года №1230 «О регулировании арендных отношений и приватизации имущества государственных и муниципальных предприятий, сданного в аренду» устанавливалось, что выкуп имущества по договорам аренды с правом выкупа, заключенным до вступления в силу Закона РСФСР «О приватизации государственных и муниципальных предприятий в РСФСР», в которых не определены или сроки, или величина, или порядок, или условия внесения выкупа, осуществляется:

в случаях, когда стоимость государственного (муниципального) имущества, указанная в договоре, на момент сдачи его в аренду составляла не более 1 млн. руб., - на основании дополнительного соглашения о выкупе арендованного имущества и определении величины выкупа по заявлению арендодателя;

в случаях, когда стоимость государственного (муниципального) имущества, указанная в договоре, на момент сдачи его в аренду составляла более 1 млн. руб., - путем преобразования предприятия - арендатора в акционерное общество открытого типа.

Из представленных материалов видно, что истец выкупил ранее арендованное имущество по договору купли-продажи (выкупа арендованного имущества) от 18.10.1994 № 108, заключенному между Фондом имущества г. Калуги и его правопредшественником - ТОО «Калугарембытхолод». Предметом указанного договора являлось имущество с помещением участка по ремонту холодильников, ранее арендованное по договору аренды, состоящее из основных и оборотных средств (в том числе - помещения по ул. Дзержинского, корпус № 1 площадью 13, 2 кв.м; корпус № 3 площадью 669 кв.м (т. 1, л. д. 78).

Инвентарной карточкой учета основных средств на 01.01.1998 подтверждается принятие правопредшественником общества на учет металлического гаража (т. 1, л. д. 103).

Из технического паспорта по состоянию на 26.03.1999 (т. 1, л.д. 37-47) по адресу: Дзержинского, 58 видно, что имелись основные строения лит. А (к.1) и В (к.3), пристройка лит. В, гараж лит. Г, навес лит. Г1, палатка лит. Г2 (т. 1, л.д. 39-40, 44).

Впоследствии общим собранием учредителей общества от 27.06.2000 (т. 1, л. д. 84) принято решение провести реконструкцию металлического гаража по ул. Дзержинского, 58, корп.3, уменьшив его площадь на 20 кв.м и указанием на то, что он вплотную прилегает к зданию, а обслуживание и реконструкцию производить не представляется возможным (т.1, л. д. 84).

Таким образом, правовые нормы статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не применимы к возникшему спору.

Фактически истец просит признать право собственности на объект, реконструированный им без получения необходимой разрешительной документации.

Согласно пункту 26 Обзора судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.11.2022, суд не вправе отказать в иске виду неправильного указания истцом нормы права. Правоотношения, из которых возник спор, и нормы права, подлежащие применению, определяются судом при разрешении спора.

Отсутствие разрешения на строительство и на ввод в эксплуатацию свидетельствует о том, что возникшие правоотношения регулируются нормами о самовольной постройке. В связи с чем ссылка общества на статью 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из указанных разъяснений, не является основанием для нерассмотрения его требований по существу.

В пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.12.2023 № 44 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке» (далее – постановление Пленума № 44) разъяснено, что право собственности на самовольную постройку может быть признано за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором возведен (создан) объект, при одновременном соблюдении следующих условий:

- если в отношении земельного участка лицо, осуществившее постройку, имеет права, допускающие строительство на нем данного объекта;

- если на день обращения в суд постройка соответствует установленным требованиям;

- если сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан (пункт 3 статьи 222 ГК РФ).

При этом необходимо учитывать, что для целей признания права собственности самовольная постройка должна отвечать требованиям, установленным правилами землепользования и застройки, документации по планировке территории, обязательным требованиям к параметрам постройки, установленным на день обращения в суд (абзац четвертый пункта 2, абзац третий пункта 3 статьи 222 ГК РФ, пункты 4, 7 статьи 2 ГрК РФ).

Признание права собственности на самовольную постройку является основанием возникновения права собственности по решению суда. В связи с этим при рассмотрении иска о признании права собственности на самовольную постройку применению подлежат положения пункта 3 статьи 222 ГК РФ в той редакции, которая действовала на момент принятия решения суда (пункт 2 статьи 4 ГК РФ) (пункт 40 постановления Пленума № 44).

Как разъяснено в пункте 28 постановления Пленума № 10/22, положения статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации распространяются на самовольную реконструкцию недвижимого имущества, в результате которой возник новый объект.

Согласно пункту 41 постановления Пленума № 44 арендатор земельного участка, в том числе находящегося в публичной собственности, вправе обращаться с иском о признании права собственности на самовольную постройку, если земельный участок предоставлялся для строительства соответствующего объекта.

В данном случае земельный участок предоставлен обществу в аренду по договору от 03.07.2002 для эксплуатации производственных помещений и сооружений на срок 49 лет (т. 1, л.д. 73). При этом, как указано выше, ранее обществом в процессе приватизации было приобретено движимое и недвижимое имущество, в том числе и спорный гараж.

При этом из материалов дела следует, что изменение параметров спорного строения (уменьшение площади) было осуществлено истцом после 2003 года.

Данное обстоятельство подтверждается техническими паспортами по состоянию на 26.03.1999 (т. 1, л.д. 37-47) (согласно описанию гаража лит. Г, он имел металлические стены, крышу, ворота, асфальтированные полы (т.1, л. д. 44) и площадь 88,2 кв. м), по состоянию на 19.11.2003 (т. 1, л. д. 24) (согласно описанию гараж лит. Г (т .1, л. д. 25) имел площадь 88,2 кв.м (аналогичную указанно в техпаспорте на 26.03.1999) и характеристики – бетонный фундамент, металлические стены, перегородки и крышу и асфальтированные полы (т. 1, л. д. 30)), по состоянию на 06.12.2021 (площадь гаража, лит. Г, указана в 65,5 кв.м, с бетонным основанием, стенами – деревянные, металлические, крышей – профнастил, полами – бетонная стяжка, дверьми – металлические, электроснабжением – центральное, отопление, водопровод, канализация, газоснабжение – отсутствуют).

Поскольку реконструкция ранее включенного в состав выкупаемого при приватизации имущества была осуществлена после 2003 года (иных доказательств суду не представлено), общество должно было соблюдать действующее на момент такой реконструкции законодательство, в связи с чем к реконструкции, осуществленной с нарушением этого законодательства, применимы нормы статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вывод суда о том, что спорный объект был создан до введения в действие Гражданского кодекса Российской Федерации, ввиду чего к нему не могут быть применены нормы статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, признается ошибочным, поскольку само по себе существование объекта до введения Гражданского кодекса Российской Федерации, не означает правомерности осуществления его реконструкции после введения в действие названного Кодекса без соблюдения его норм.

Как видно из материалов дела, общество просит признать право собственности не на объект, созданный до введения в действие Гражданского кодекса Российской Федерации, и сохранившийся в том же состоянии, а на объект, реконструированный (измененный в параметрах) после введения в действие Гражданского кодекса Российской Федерации.

Осуществление реконструкции после введения в действие Гражданского кодекса Российской Федерации подтверждается следующими доказательствами.

Протоколом общего собрания учредителей общества от 27.06.2000 (т. 1, л. д. 84) принято решение провести реконструкцию металлического гаража по ул. Дзержинского, 58, корп.3, уменьшив его площадь на 20 кв.м, с указанием на то, что он вплотную прилегает к зданию, а обслуживание и реконструкцию производить не представляется возможным (т.1, л. д. 84); в протоколе указано на принятое решение обратиться в городскую управу г. Калуги за выдачей разрешения на реконструкцию металлического гаража.

Распоряжением управы от 06.12.2000 № 4201-р (т. 3, л. д. 136) обществу разрешено разработать проект реконструкции металлического гаража под здание капитального гаража с надстройкой 2-го этажа под административное помещение в существующих границах на земельном участке, предоставленном в аренду по ул. Дзержинского, 58,к.3 и на общество возложены обязанности выполнить:

- топогеодезические работы, получив разрешение на их производство в комитете по планированию развития города;

- инженерно-геологические изыскания, получив разрешение на их производство в управлении архитектуры и градостроительства;

- проектную документацию разработать согласно архитектурно-планировочному заданию, утвержденному в управлении архитектуры и градостроительства.

Пунктом 3 распоряжения обществу предложено обратиться в управу для подготовки правовых документов, разрешающих реконструкцию объекта после разработки и согласования проектной документации в установленном порядке.

Распоряжением управы от 24.05.2001 № 1956-р (т. 3, л. д. 137) изменено целевое назначение надстройки 2-го этажа (с административного помещения на помещения подсобного назначения).

Между тем во исполнение распоряжений обществом получено лишь заключение об инженерно-геологических изысканиях на площадке проектирования и строительства 2-х этажного кирпичного гаража по ул. Дзержинского (т. 4, л. д. 170) . Из указанного заключения следует, что на момент изысканий на площадке находилось здание металлического гаража на 4 автомашины (т. 4, л. д. 172) и было рекомендовано перед заложением фундаментных подушек, в случае необходимости, применить щебеночную подготовку, а также предусмотреть мероприятия по защите котлована в процессе строительства (т. 4, л. д. 175).

Остальные условия распоряжения от 06.12.2000 № 4201-р (в том числе в части разработки проектной документации, получения разрешений на реконструкцию) обществом не выполнены.

Согласно техническому паспорту по состоянию на 19.11.2003 (т. 1, л. д. 24), гараж лит. Г (т .1, л. д. 25), имел площадь 88,2 кв.м (аналогичную указанно в техпаспорте на 26.03.1999) и характеристики – бетонный фундамент, металлические стены, перегородки и крышу и асфальтированные полы (т. 1, л. д. 30).

Обращаясь в суд, общество представило составленный по его заказу технический паспорт на гараж, лит. Г (т. 1, л. д. 15), по состоянию на 06.12.2021, в котором его площадь указана в 65,5 кв.м, имеющим бетонное основание, стены – деревянные, металлические, крыша – профнастил, полы – бетонная стяжка, двери – металлические, электроснабжение – центральное, отопление, водопровод, канализация, газоснабжение – отсутствуют.

Между тем, на момент осуществления реконструкции (если исходить из того, что она начата в 2003 году) действовал Федеральный закон от 17.11.1995 № 169-ФЗ «Об архитектурной деятельности в Российской Федерации», пункт 1 статьи 3 которого предусматривал, что заказчик (застройщик) - гражданин или юридическое лицо, имеющие намерение осуществить строительство, реконструкцию (далее - строительство) архитектурного объекта, для строительства которого требуется разрешение на строительство, - обязан иметь архитектурный проект, выполненный в соответствии с архитектурно - планировочным заданием архитектором, имеющим лицензию на архитектурную деятельность (далее - лицензия).

Разрешение на строительство выдается соответствующим органом архитектуры и градостроительства в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (пункт 5 статьи 3 Закона № 169-ФЗ).

Доказательств принятия обществом надлежащих мер к получению указанного разрешения, вопреки статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено.

Согласно пункту 43 постановления Пленума № 44 признание права собственности на самовольную постройку в судебном порядке является исключительным способом защиты права, который может применяться в отсутствие со стороны истца очевидных признаков явного и намеренного недобросовестного поведения. Если иное не установлено законом, иск о признании права собственности на самовольную постройку подлежит удовлетворению, если единственным признаком самовольной постройки является отсутствие необходимых в силу закона согласований, разрешений, к получению которых лицо, создавшее самовольную постройку, принимало надлежащие меры. При установлении факта недобросовестного поведения застройщика, создавшего самовольную постройку (например, в случае, если такое лицо обращалось за выдачей разрешения на строительство лишь для вида, действуя в обход закона), суд вправе отказать в признании права собственности на самовольную постройку (статья 10 ГК РФ).

Аналогичная позиция изложена в пункте 26 постановления Пленума № 10/22, пункте 9 Обзора судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.11.2022.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.07.2020, иск о признании права собственности на самовольную постройку может быть удовлетворен при наличии условий, указанных в пункте 3 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, в отсутствие со стороны лица, осуществившего постройку, очевидных признаков явного и намеренного недобросовестного поведения.

Поскольку признаков добросовестного поведения общества не установлено, оснований для удовлетворения его требований не имеется.

Кроме того, обращение с иском о признании права на спорный объект (иск подан 21.12.2021) последовало после предъявления третьим лицом – ФИО3 в Калужский районный суд иска к обществу об устранении нарушений прав, не связанных с лишением владения (согласно представленному в апелляционную инстанцию определению Калужского районного суда по делу № 2-1-2895/2022 такой иск подан 06.12.2021).

При этом в обосновании поданного в суд общей юрисдикции иска ФИО3 сослалась на то, что в результате размещения спорного объекта, оказался невозможным проезд к жилому многоквартирному дому № 62 по ул. Дзержинского (ранее существовавший проезд был уменьшен, что не позволяет проезжать личным и специализированным автомобилям – управляющей организации, скорой помощи, пожарной технике и т.п.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Принимая во внимание изложенное, следует, что ожидаемым поведением лица, имеющего намерение реконструировать объект, является совершение каких-либо действий, направленных на получение необходимых разрешений и согласований для осуществления реконструкции объекта до начала или в период такой реконструкции. Проект реконструкции обществом не разработан, за его согласованием оно не обращалось; разрешение на реконструкцию не получено, равно как и не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что ему было необоснованно отказано в выдаче соответствующих разрешительных документов.

Между тем о надлежащем характере мер, предпринятых лицом, самовольно реконструировавшего постройку, свидетельствует, в частности, своевременное обращение в соответствующие органы за получением необходимой документации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.09.2012 № 5698/12).

Таким образом, реконструкция металлического сооружения в отсутствие действий по получению надлежащей разрешительной документации, не свидетельствует о добросовестности поведения и не является основанием для легализации правонарушения, которым является самовольное строительство (реконструкция).

В этой связи суд апелляционной инстанции, приходит к выводу о том, что реконструкция объекта осуществлялось с нарушением установленного порядка исключительно по вине истца, а потому основания для признания права собственности на него отсутствуют.

Иной подход ставит добросовестного застройщика, получающего необходимые для строительства (реконструкции) документы в установленном порядке, в худшее положение по сравнению с самовольным застройщиком, который не принимал действий по исполнению установленных законом требований (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2020 № 306-ЭС20-118).

Признавая общество действующим недобросовестно, суд апелляционной инстанции также отмечает следующее.

Как видно из перечня основных и оборотных средств правопредшественника истца – ТОО «Калугарембытхолод» (т. 1, л. д. 83), до приватизации площадь помещений распределена согласно протоколу заседания Совета арендаторов от 19.07.1994 № 5 (т. 1, л. д. 81) и отражена в паспорте БТИ.

Согласно указанному протоколу, на котором решался вопрос о закреплении металлических сооружений (гаражей, складов, сараев), за ТОО «Калугарембытхолод» закреплены металлические сооружения – позиции № 17, 18, 21, которые отражены на прилагаемой к протоколу схеме планировки территории АП «Рембыттехника» (т.1, л.д. 82).

Из схемы планировка территории, приложенной к указанному протоколу, усматривается, что металлическое сооружение под № 17 примыкает непосредственно к кирпичному зданию № 18 и расположено рядом с проходом (въездом) между сооружением № 17 и котельной, который ведет на территорию дома № 62 по ул. Дзержинского (т. 1, л. д. 82).

Впоследствии (после завершения приватизации) общим собранием учредителей общества от 27.06.2000 (т. 1, л. д. 84) принято решение провести реконструкцию металлического гаража по ул. Дзержинского, 58, корп.3, уменьшив его площадь на 20 кв.м, с указанием на то, что он вплотную прилегает к зданию, а обслуживание и реконструкцию производить не представляется возможным (т.1, л. д. 84).

В исследовательской части экспертного заключения по вопросам № 1 и 2 также указано, что здание металлического гаража, литер Г, площадью 88,2 кв. метров было построено до 1994 года и по произведенной позднее реконструкции (уменьшении площади с 88,2 кв. метров до 65,5 кв. м, которая согласно исследованиям экспертов осуществлена с декабря 2003 года – по декабрь 2021 года) примыкало к нежилому двухэтажному зданию с кадастровым номером 40:26:000312:1005.

Согласно пояснениям управы, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу, 27.12.1996 ТОО «Калугарембытхолод» на основании договора аренды от 27.12.1996 № 478 сроком на пять лет был предоставлен земельный участок площадью 660 кв. метров по ул. Дзержинского, д. 58, корп. 3 для эксплуатации производственных зданий и сооружений. При этом, согласно плану земельного участка ТОО «Калугарембытхолод» (прилагается в 4 частях,) вплотную к трехэтажному кирпичному нежилому зданию (ЗКН) на указанном участке располагалось металлическое нежилое строение (МН).

Между тем, исходя из представленных в дело фотографий (как истцом, так и третьими лицами, а также содержащихся в экспертном заключении), видно, что спорный гараж является отдельно стоящим строением, не имеющего непосредственного примыкания к иному объекту (т.4, л.д. 60); между гаражом и соседними строениями с одной стороны находится калитка, с другой - ограждение из профлиста. Согласно экспертному заключению проход через калитку составляет 2 метра, что подтверждает позицию третьих лиц о том, что спорный гараж был перемещен истцом с ранее расположенного на иное место, тем самым уменьшив ранее существовавший проезд.

С учетом изложенного, при недоказанности добросовестности действий общества по получению необходимой разрешительной документации на реконструкцию, отсутствии объективных причин невозможности ее получения (при том, что им начато, но не завершено исполнение распоряжения управы от 06.12.2000 № 4201-р (т. 3, л. д. 136)), иск о признании права не может быть удовлетворен.

Признание права собственности на самовольно реконструированный гараж в порядке статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации также невозможно в силу того, что исходный объект был создан до введения в действие Гражданского кодекса Российской Федерации, а самовольная реконструкция осуществлена в период после введения в действие указанного Кодекса. При этом исходный объект приобретен обществом в процессе приватизации, т.е. сам истец является его собственником, ввиду чего к нему не могут быть применены нормы статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, исходя из исследованных доказательств, суд не может признать спорный объект недвижимым имуществом, в то время как согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5 постановления Пленума № 44, положения статьи 222 ГК РФ регулируют отношения, связанные с самовольным возведением (созданием) зданий, сооружений, отвечающих критериям недвижимого имущества вследствие прочной связи с землей, исключающей их перемещение без несоразмерного ущерба назначению этих объектов (абзацы первый, третий пункта 1 статьи 130, пункт 1 статьи 141.3 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимся в пункте 29 постановления Пленума № 10/22, положения статьи 222 Гражданского кодекса не распространяются на отношения, связанные с созданием самовольно возведенных объектов, не являющихся недвижимым имуществом, а также на перепланировку, переустройство (переоборудование) недвижимого имущества, в результате которых не создан новый объект недвижимости.

По смыслу приведенной правовой нормы самовольной постройкой может быть признан исключительно объект недвижимости (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.07.2016 № 18-КГ16-61).

Приходя к выводу об отсутствии у спорного гаража признаков недвижимой вещи, апелляционная инстанция исходит из следующего.

Как видно из материалов дела, спорный объект, как до приватизации, так и после в представленных документах поименован как металлический гараж, в составе выкупаемого имущества отдельно не обозначен (в договоре выкупа от 18.10.1994 № 108 между Фондом имущества г. Калуги и ТОО «Калугарембытхолод» указано имущество с помещением участка по ремонту холодильников, ранее арендованное по договору аренды, состоящее из основных и оборотных средств (в том числе - помещения по ул. Дзержинского, корпус № 1 – 13, 2 кв.м; корпус № 3 – 669 кв.м (т. 1, л. д. 78); в протоколе общего собрания учредителей общества от 27.06.2000 (т. 1, л. д. 84) указано на принятие решения о реконструкции металлического гаража; распоряжением управы от 06.12.2000 № 4201-р (т. 3, л. д. 136) обществу разрешено разработать проект реконструкции металлического гаража; в технических паспортах гараж также указан как металлический). Таким образом, по существу данный объект представлял собой типовую вспомогательную хозяйственную постройку, отраженную в документах приватизации в составе движимого имущества.

Само по себе наличие у него бетонного основания и электроснабжения, появившегося в техпаспортах, не свидетельствует о неразрывной связи с землей и невозможности перемещения.

Согласно статье 130 Гражданского кодекса Российской Федерации к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр, обособленные водные объекты и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба по назначению, невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.

Вещь является недвижимой либо в силу своих природных свойств (абзац первый пункта 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо в силу прямого указания закона, что такой объект подчинен режиму недвижимых вещей (абзац второй пункта 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации закон в целях обеспечения стабильности гражданского оборота устанавливает необходимость государственной регистрации права собственности и других вещных прав на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение. При этом по общему правилу государственная регистрация права на вещь не является обязательным условием для признания ее объектом недвижимости (пункт 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», далее – постановление Пленума № 25).

В силу пункта 10 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации объект капитального строительства представляет собой здание, строение, сооружение, объекты, строительство которых не завершено, за исключением некапитальных строений, сооружений и неотделимых улучшений земельного участка (замощение, покрытие и другие).

Согласно подпунктам 2, 3 пункта 17 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации выдача разрешения на строительство не требуется в случае строительства объектов, не являющихся объектами капитального строительства; строительства на земельном участке строений и сооружений вспомогательного использования.

Термин «объект капитального строительства» является специальным понятием градостроительного законодательства, поэтому он не может подменять собой правовую категорию «объект недвижимого имущества», имеющую иную отраслевую принадлежность, объем и содержание (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.09.2013 № 1160/13).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 11052/09, суд при рассмотрении спора должен дать квалификацию объекту, основываясь на установленных фактических обстоятельствах, определить, имеется ли самостоятельный объект недвижимого имущества, отвечающий признакам, указанным в пункте 1 статьи 130 Гражданского кодекса.

Из изложенного следует, что понятие капитальности строения, сооружения, относящиеся к их техническим признакам, включается в более широкую категорию объектов, прочно связанных с землей, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно. Именно с этими правовыми категориями закон связывает отнесение объекта к недвижимому имуществу, в связи с чем, в каждом конкретном случае, с учетом совокупности всех обстоятельств суд, рассматривающий спор, должен определить, несколько прочно как физически, так и функционально объект связан с земельным участком, на котором располагается, и будет ли сохранено его предназначение при перемещении.

Наличие у объектов признаков капитальности (фундамента) само по себе не означает наличие условий, названных в статье 130 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 № 304-ЭС15-11476 сформулирован правовой подход, в силу которого при решении вопроса о признании вещи недвижимостью, независимо от осуществления государственной регистрации права собственности на нее, необходимо установить наличие у нее признаков, способных относить ее в силу природных свойств или на основании закона к недвижимым объектам.

Применительно к разъяснениям, изложенным в пункте 1 Обзора судебной практики по делам, связанным с оспариванием отказа в осуществлении кадастрового учета, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.11.2016, не является капитальным объект, являющийся типовым, изготовленным в заводских условиях, части и соединительные элементы которого поставляются в разобранном состоянии, собранная конструкция крепится на бетонную площадку креплениями, обеспечивающими временную прочную связь с такой площадкой, установка объекта производится без устройства заглубленного в землю фундамента, который свидетельствовал бы о наличие прочной связи с землей. Размещение строений на металлических трубах не может рассматриваться как доказательство строительства капитального здания, поскольку такого рода фундамент используется и для возведения временных сооружений.

Таким образом, вопрос квалификации объекта в качестве недвижимой вещи является вопросом права, а не вопросом специальных познаний.

Использование специальных познаний возможно для установления технических (строительных) вопросов создания строения в целях последующей правовой квалификации объекта в качестве движимой или недвижимой вещи.

Приходя к выводу о наличии у спорного объекта признаков недвижимой вещи, суд руководствовался заключением судебной экспертизы от 31.01.2023 № 615/СТЭ-16146/1022 (т. 4, л. д. 27), выполненной ООО «МАЛТОН» во исполнение определения суда первой инстанции от 27.09.2022, согласно которому металлический гараж, литер Г, площадью 65,5 кв. метров, расположенный на земельном участке с кадастровым номером 40:26:000312:16 по адресу: <...>, обладает признаками объекта капитального строительства и объекта недвижимого имущества; строение классифицируется экспертами как стационарно неподвижный объект, перемещение объекта без несоразмерного ущерба его назначению невозможно; связь исследуемого объекта с землей обеспечена устройством комбинированного фундамента; работоспособное техническое состояние, жесткость и устойчивость строительных конструкций, качество выполненных при строительстве и реконструкции работ, периодические действия собственника для поддержания объекта в надлежащем техническом состоянии обеспечивают безопасную эксплуатацию стационарно неподвижного производственного объекта и характеризуют его как объект, не создающий угрозу жизни и здоровью граждан.

Между тем в исследовательской части экспертного заключения указано, что спорный объект представляет собой одноэтажное металлическое здание гаража, литер Г, стены – металлический каркас из профильной трубы и уголков разного сечения, обшит листовым железом; крыша (перекрытие) – металлические треугольные фермы и прогоны, покрытие - листовое железо, кровля – профлист. Все соединения металлических конструкций (рамный каркас, листовая обшивка) выполнены сваркой. Гараж, литер Г, имеет в своем составе одно помещение площадью 65,5 кв. м, вход в которое организован со стороны южного фасада через дверь, установленную в распашных воротах; в помещении гаража оборудована смотровая яма, заглубленная на 1,25 м ниже уровня пола. У объекта фактически неразборная конструкция стен и перекрытия: металлический каркас из профильной трубы и уголков разного сечения на сварных соединениях с обшивкой листовым железом не предусматривает перемещение и установку конструкции на иное место без нанесения несоразмерного ущерба его назначению. Конструкции не подлежат разборке на составляющие элементы по причине отсутствия болтовых соединений рамного металлического каркаса стен и перекрытия. Работы по разборке (демонтажу) объекта приведут к образованию набора частично годны остатков – фрагменты металлических балок, листового железа, профилированного кровельного железа и строительного мусора. Установлено наличие у объекта комбинированного фундамента и узлов сопряжения: «Несущая стена – фундамент и основание» со стороны главного (южного) и частично бокового (восточного) фасадов (второй основной признак капитальности на спорном объекте соблюдается частично).

В пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» разъяснено, что согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами. Суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 Кодекса. При этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Не принимая выводы экспертизы в качестве безусловных доказательств наличия у гаража признаков недвижимости, суд апелляционной инстанции исходит из того, что понятия «капитальный объект» и «объект недвижимости» не являются тождественными, а отнесение того или иного объекта к недвижимой вещи относится к сфере правовой квалификации.

Наличие у спорного объекта комбинированного фундамента, на который указано экспертизой, не делает его недвижимостью, не является единственным и достаточным признаком для отнесения сооружения к недвижимому имуществу и не свидетельствует о невозможности его перемещения без несоразмерного ущерба его назначению. Напротив, из имеющегося в материалах дела документов (технических паспортов) следует, что указанный объект является металлической конструкцией, что не исключает фактической возможности ее перемещения, а указанная экспертами прочная связь с землей в виде фундаментной плиты является не единственным признаком, по которому объект может быть отнесен к недвижимости.

Поскольку понятие «недвижимость» является правовой категорией, признание объекта недвижимой вещью на том лишь основании, что он связан с землей невозможно.

Металлическое сооружение, размещенное на комбинированном фундаменте, в силу своих физических свойств не может быть отнесено к объектам недвижимости.

Исходя из этого, спорный объект соответствует понятию части 10.2 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации, согласно которой к некапитальным строениям, сооружениям относятся строения, сооружения, которые не имеют прочной связи с землей и конструктивные характеристики которых позволяют осуществить их перемещение и (или) демонтаж и последующую сборку без несоразмерного ущерба назначению и без изменения основных характеристик строений, сооружений (в том числе киосков, навесов и других подобных строений, сооружений).

Наличие у объекта фундамента в виде фундаментной плиты не означает его соответствия понятию недвижимой вещи (постановления Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 03.09.2008 по делу № А32-13304/2007, Федерального арбитражного суда Московского округа от 15.10.2012 по делу № А40-144062/10, Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 14.02.2012 по делу № А12-20796/10, Арбитражного суда Северо-Западного округа от 30.01.2017 по делу № А26-1062/2016).

По изложенным основаниям судом отказано в удовлетворении заявленного третьими лицами ходатайства о проведении по делу повторной судебной строительно-технической экспертизы.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 по делу № 304-ЭС15-11476 недвижимой признается вещь, которая в установленном порядке была создана именно как недвижимость.

Исследовав документы, связанные с возникновением у общества права собственности на спорный гараж, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что он был приватизирован в составе выкупаемого имущества как движимая вещь, представляющая собой металлическую конструкцию вспомогательного хозяйственного назначения.

Согласно ранее действовавшему законодательству, прием в эксплуатацию сооружений (складов, электроподстанций, компрессорных и насосных станций, пожарных депо, ремонтных цехов, подъездных дорог и др.), входящих в состав крупных предприятий (их очередей, пусковых комплексов), по мере их готовности рабочими комиссиями застройщика (заказчика) до приемки предприятия в целом (его очереди, пускового комплекса) осуществлялся государственной приемочной комиссией, актами рабочих комиссий на основании пункта 1.7 СНиП, утвержденных Госстроем СССР от 30.12.1962 (часть III, раздел А, глава 10). При этом датой ввода в эксплуатацию вспомогательных сооружений, принимаемых рабочими комиссиями в соответствии с названным пунктом, считалась дата подписания акта рабочей комиссии (пункт 1.12 СНиП).

В данном случае таких документов суду не представлено, что не позволяет сделать вывод о создании исходного объекта (металлического гаража) как недвижимой вещи.

Таким образом, отсутствие у спорного имущества признаков недвижимой вещи, является самостоятельным основанием для отказа в иске по правилам статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, решение суда подлежит отмене, исковые требования – оставлению без удовлетворения.

В соответствии со статьей 110, частью 3 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате госпошлины за подачу апелляционной жалобы подлежат возмещению обществом в пользу заявителей жалоб по 150 рублей каждому.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 269, статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Калужской области от 29.09.2023 по делу № А23-11148/2021 отменить.

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Калугарембытхолод» в пользу ФИО3, ФИО4, ФИО8, ФИО6 в возмещение судебных расходов по уплате госпошлины по 150 рублей каждому.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской

Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

Л.А. Капустина

М.М. Дайнеко

Е.В. Мосина