Постановление от 9 ноября 2025 г. по делу № А49-902/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, <...>, тел. <***>

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: i№fo@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-46309/2019

Дело № А49-902/2018
г. Казань
10 ноября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 30 октября 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 10 ноября 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Мухаметшина Р.Р.,

судей Мосунова С.В., Селезнева И.В.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и ФИО2

на определение Арбитражного суда Пензенской области от 03.04.2025 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.08.2025

по делу № А49-902/2018

по заявлению государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Пензенский областной клинический центр крови» (ОГРН <***>, ИНН <***>) и общества с ограниченной ответственностью «Проект Инжиниринг Девелопмент» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Пензенской области (ОГРН <***>, ИНН <***>), с участием прокурора Пензенской области об оспаривании решения от 22.12.2017 по делу № 3-09/40-2017, предписания от 22.12.2017 № 3-09/40-2017-1 и предписания от 22.12.2017 № 3-09/40-2017-2,

УСТАНОВИЛ:

Государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Пензенский областной клинический центр крови» (далее – ГБУЗ «Пензенский областной клинический центр крови», Центр крови,  1 заявитель) обратилось в Арбитражный суд Пензенской области с заявлением, уточненным в порядке в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Пензенской области (далее - Управление, антимонопольный орган, ответчик), с участием прокурора Пензенской области, о признании недействительным решения антимонопольного органа от 22.12.2017 № 5486-2 по делу № 3-09/40-2017 и предписания антимонопольного органа от 22.12.2017 № 3-09/40-2017-1 о прекращении нарушения антимонопольного законодательства (с учетом последующего увеличения требований).

Общество с ограниченной ответственностью «Проект Инжиниринг Девелопмент» (далее - ООО «Проект Инжиниринг Девелопмент», общество) также обратилось в суд с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Пензенской области о признании незаконным решения Управления от 22.12.2017 по делу № 3-09/40-2017 и предписания от 22.12.2017  № 3-09/40-2017-2.

Решением Арбитражного суда Пензенской области от  06.08.2018 по делу № А49-902/2018, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от  30.01.2019 постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 28.05.2019, в удовлетворении заявленных ГБУЗ «Пензенский областной клинический центр крови» и ООО «Проект Инжиниринг Девелопмент» требований отказано в полном объеме.

Определением Верховного суда Российской Федерации от 12.09.2019 ООО «Проект Инжиниринг Девелопмент» отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 07.10.2019 заявление ООО «Проект Инжиниринг Девелопмент» о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Пензенской области от 06.08.2018 по делу № А49-902/2018 возвращено заявителю.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 11.11.2019 ООО «Проект Инжиниринг Девелопмент» отказано в удовлетворении заявления о пересмотре решения Арбитражного суда Пензенской области от 06.08.2018 по делу № А49-902/2018 по вновь открывшимся обстоятельствам.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2020 определение суда первой инстанции от 11.11.2019 оставлено без изменения, апелляционная жалоба общества - без удовлетворения.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 21.01.2020 заявление ООО «Проект Инжиниринг Девелопмент» о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Пензенской области от 06.08.2018 по делу № А49-902/2018 возвращено заявителю.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2024 отказано в удовлетворении ходатайств ФИО1, ФИО3, финансового управляющего ИП ФИО1 ФИО4 о восстановлении срока подачи апелляционной жалобы. Производство по апелляционным жалобам ФИО1, ФИО3, финансового управляющего ИП ФИО1 ФИО4 на решение Арбитражного суда Пензенской области от 06.08.2018 по делу N А49-902/2018 прекращены на основании пункта 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 18.04.2024 определение Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2024 по делу № А49-902/2018 оставлено без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Определением суда от 25.09.2024 заявление ФИО1 об отмене решения Арбитражного суда Пензенской области от 06.08.2018 по настоящему делу по правилам пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам было возвращено заявителю.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 03.04.2025 в удовлетворении заявления о пересмотре решения Арбитражного суда Пензенской области от 06.08.2018 по делу N А49-902/2018 по вновь открывшимся обстоятельствам ФИО1 отказано. В удовлетворении заявления ФИО2 о вступлении в дело в качестве соистца отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.08.2025 определение суда первой инстанции от 03.04.2025 оставлено без изменения, апелляционные жалобы ФИО1 и ФИО2 - без удовлетворения.

В кассационное жалобе ФИО1 просит отменить вышеуказанные судебные акты по основаниям, изложенным в кассационной жалобе и разрешить вопрос по существу, удовлетворив заявление о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам, мотивируя неправильным применением судом норм права.

ФИО2, также, не согласившись с определением суда первой инстанции от 03.04.2025 и постановлением суда апелляционной инстанции от 25.08.2025, подала кассационную жалобу, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить и разрешить вопрос по существу, удовлетворив заявление о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам.

Антимонопольный орган, в представленном в соответствии со статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отзыве на кассационную жалобу просит оставить судебный акт без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

В соответствии со статьями 156, 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) кассационные жалобы рассмотрены судебной коллегией в отсутствие представителей участвующих в деле лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела.

ФИО1 представил дополнительные пояснения к кассационной жалобе, в которых просит кассационные жалобы ФИО1 и ФИО2 удовлетворить.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о дате, времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Поволжского округа в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", явку своих представителей в суд округа не обеспечили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность применения судами норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационных  жалоб, отзыва на них, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационных жалоб в связи со следующим.

В соответствии со статьей 309 АПК РФ арбитражный суд может пересмотреть принятый им и вступивший в законную силу судебный акт по новым или вновь открывшимся обстоятельствам по основаниям и в порядке, которые предусмотрены главой 37 настоящего Кодекса.

Согласно части 1 статьи 311 АПК РФ основаниями пересмотра судебных актов по правилам настоящей главы являются: вновь открывшиеся обстоятельства - указанные в части 2 настоящей статьи и существовавшие на момент принятия судебного акта обстоятельства по делу; новые обстоятельства - указанные в части 3 настоящей статьи, возникшие после принятия судебного акта, но имеющие существенное значение для правильного разрешения дела обстоятельства.

В силу части 2 статьи 311 АПК РФ вновь открывшимися обстоятельствами являются: существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны заявителю; установленные вступившим в законную силу приговором суда фальсификация доказательства, заведомо ложное заключение эксперта, заведомо ложные показания свидетеля, заведомо неправильный перевод, которые повлекли за собой принятие незаконного или необоснованного судебного акта по данному делу; установленные вступившим в законную силу приговором суда преступные деяния лица, участвующего в деле, или его представителя либо преступные деяния судьи, совершенные при рассмотрении данного дела.

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 52 «О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам» (далее - постановление Пленума от 30.06.2011 № 52) разъяснено, что обстоятельства, которые согласно пункту 1 статьи 311 АПК РФ являются основаниями для пересмотра судебного акта, должны быть существенными, то есть способными повлиять на выводы суда при принятии судебного акта. При рассмотрении заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам суд должен установить, свидетельствуют ли факты, приведенные заявителем, о наличии существенных для дела обстоятельств, которые не были предметом судебного разбирательства по данному делу.

В связи с этим суду следует проверить, не свидетельствуют ли факты, на которые ссылается заявитель, о представлении новых доказательств, имеющих отношение к уже исследовавшимся ранее судом обстоятельствам. Представление новых доказательств не может служить основанием для пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам по правилам главы 37 АПК РФ. В таком случае заявление о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам удовлетворению не подлежит.

В пункте 5 постановления Пленума от 30.06.2011 № 52 разъяснено, что существенным для дела обстоятельством может быть признано указанное в заявлении вновь обнаруженное обстоятельство, которое не было и не могло быть известно заявителю, неоспоримо свидетельствующее о том, что если бы оно было известно, то это привело бы к принятию другого решения.

По общим правилам механизм пересмотра судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам может быть задействован лишь в исключительных случаях, в том числе в целях исключения очевидной судебной ошибки, произошедшей из-за отсутствия сведений об обстоятельствах, имеющих существенное значение для правильного решения по существу спора.

Иное понимание института пересмотра судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам привело бы к нарушению принципа правовой определенности, то есть окончательности судебного решения. Данный принцип содержит требование, что стороны не вправе добиваться пересмотра окончательного и подлежащего исполнению судебного решения лишь в целях пересмотра и вынесения судебного решения по делу. Пересмотр не должен рассматриваться как замаскированное обжалование.

В обоснование заявления о пересмотре решения суда по вновь открывшимся обстоятельствам ФИО1 приводит следующие доводы и доказательства.

Заявитель в качестве нового обстоятельства ссылается на Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17.02.2022 № 7-П "По делу о проверке конституционности статей 14.8 и 51 Федерального закона "О защите конкуренции", которым взаимосвязанные положения статьи 14.8 и части 3 статьи 51 части 3 статьи 51 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" были признаны не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования они предполагают, что участие хозяйствующего субъекта в электронном аукционе и исполнение заключенного по его результатам контракта в отсутствие у него надлежаще оформленной лицензии, позволяющей осуществлять деятельность по исполнению государственного (муниципального) контракта, не может быть признано недобросовестной конкуренцией и влечь возложение на него обязанности перечислить в федеральный бюджет доход, полученный им по этому государственному (муниципальному) контракту, на одном лишь том основании, что у него отсутствует такое разрешение, если данное несоответствие положениям законодательства, требующим наличия разрешения, могло быть установлено комиссией по осуществлению закупок в рамках исполнения ею своих обязанностей при обычной внимательности и осмотрительности, а хозяйствующий субъект не совершил какихлибо действий (бездействия), направленных на сокрытие этого несоответствия; выявленный конституционно-правовой смысл указанных законоположений является общеобязательным, что исключает их применение в истолковании, расходящемся с данным КС РФ в настоящем постановлении истолкованием. Следовательно, по мнению заявителя, подлежащее отмене решение арбитражного суда от 06.08.2018 является ошибочным судебным актом, поскольку было принято с ошибкой в применении норм материального права, а именно положений части 3 статьи 51 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции", поскольку при фактических установленных судом обстоятельствах часть 3 статьи 51 указанного Федерального закона уже в ее конституционно-правовом смысле, выявленным Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 17.02.2022 N 7-П, не образует состав правонарушения антимонопольного законодательства со стороны ООО "ПИ-ДВЛ".

Кроме того, в качестве вновь открывшихся обстоятельств ФИО1 указывает на отзыв регистрационного удостоверения у ООО "ПИ-ДВЛ", а также отзывы регистрационных удостоверений у иных производителей аналога изделия "Центр крови", и следовательно, на отсутствие обязанности в регистрации в качестве медицинских изделий "Модуль медицинский "Служба крови", а также на ошибочную квалификацию действий ООО "ПИ-ДВЛ" и ГБУЗ ПОКЦК как нарушение статьи 16 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции", что, по мнению ФИО1, подтверждается решениями ФАС России.

Таким образом, в качестве вновь открывшихся обстоятельств ФИО1 указывает: на отзыв регистрационного удостоверения у ООО "Проект инжиниринг ДЕВЕЛОПМЕНТ" и предположение об отсутствии обязанности в регистрации в качестве медицинских изделий "Модуль медицинский "Служба крови"; и на ошибочную квалификация действий ООО "Проект инжиниринг ДЕВЕЛОПМЕНТ" и ГБУЗ "Пензенский областной клинический центр крови" как нарушение статьи 16 Закона о защите конкуренции, что, по мнению ФИО1, подтверждается решениями ФАС России.

В качестве новых обстоятельств ФИО1 указывает на принятие Постановления Конституционного Суда РФ от 17.02.2022 № 7-П; принятие Федерального закона от 29.05.2024 N 107-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации"; принятие Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2024 N 40 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29.05.2024 N 107-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации".

Рассмотрев доводы ФИО1, суды первой и апелляционной инстанции исходили из того, что отзыв регистрационного удостоверения на основании указанного выше экспертного заключения у ООО "ПИ-ДВЛ", а также у иных производителей и предположение в этой связи заявителя об отсутствии обязанности в регистрации медицинских изделий "Модуль медицинский "Службы крови" не отвечают признакам вновь открывшегося обстоятельства, предусмотренного статьей 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при этом суды указали, что в рассматриваемом случае заявитель фактически представляет новые доказательства, полученные после рассмотрения дела по существу, и имеющие отношение к уже исследованным ранее судом обстоятельствам.

Согласно решению от 06.08.2018 по делу № А49-902/2018 судом в рамках дела исследовались, в частности, обстоятельства отнесения/неотнесения спорного модуля к медицинским изделиям, а также необходимости его государственной регистрации с целью введения в оборот на территории Российской Федерации.

Суды отметили, что доказательства, в отличие от обстоятельств - это свидетельства о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для разрешения дела в суде. Получение новых доказательств законодатель не отождествляет с фактом открытия новых обстоятельств. По смыслу закона, не могут рассматриваться в качестве вновь открывшихся обстоятельств новые доказательства, в том числе по причине того, что лицо, участвующее в деле, не знало об их существовании на момент судебного заседания и вынесения судебного акта.

ФИО1 в качестве вновь открывшихся обстоятельств ссылается на решения ФАС России № СП.89201.19, N СП.83316.21, принятые в 2019 году и в 2021 году, которыми, по мнению ФИО1, подтверждается ошибочная квалификация действий ООО "ПИ-ДВЛ" и ГБУЗ ПОКЦК как нарушение статьи 16 Закона о защите конкуренции, так как указанные лица не являются субъектами, нарушившими положения данной статьи.

При этом, как установлено судами, приведенный довод об ошибочной квалификации действий ООО "ПИ-ДВЛ" и ГБУЗ ПОКЦК как нарушение статьи 16 Закона о защите конкуренции заявлялся ООО "ПИ-ДВЛ" (в лице ФИО1) в рамках рассмотрения дела № А49-902/2018. Данные обстоятельства отражены в решении УФАС России по Пензенской области от 22.12.2017 и были  предметом проверки при принятии судебных актов по делу N А49-902/2018.

Также судами установлено, что представленные решения ФАС России основаны на иных обстоятельствах, и данные выводы не опровергают выводы, отраженные в судебных актах по делу № А49-902/2018.

Следовательно, суды правомерно признали, что решения ФАС России также не отвечают признакам вновь открывшихся обстоятельства в понимании статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того,  суды пришли к выводу, что Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17.02.2022 № 7-П также не свидетельствует о наличии нового обстоятельства в понимании статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом судами указано, что предметом рассмотрения по делу, по результатам рассмотрения которого вынесено Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17.02.2022 № 7-П, являются взаимосвязанные положения статьи 14.8 и части 3 статьи 51 Федерального закона "О защите конкуренции" в части решения вопроса о признании недобросовестной конкуренцией действий хозяйствующего субъекта, подавшего заявку на участие в электронном аукционе в рамках контрактной системы в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд в отсутствие у него надлежаще оформленной лицензии на осуществление деятельности, необходимой для исполнения государственного (муниципального) контракта, и о доходе, полученном от недобросовестной конкуренции, который в указанном случае подлежит на основании предписания антимонопольного органа перечислению в федеральный бюджет. Оспоренные законоположения были признаны не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования они предполагают, что участие хозяйствующего субъекта в электронном аукционе и исполнение заключенного по его результатам контракта в отсутствие у него указанной лицензии не может быть признано недобросовестной конкуренцией и влечь возложение на него обязанности перечислить в федеральный бюджет доход, полученный им по этому государственному (муниципальному) контракту, на одном лишь том основании, что у него отсутствует такое разрешение, если данное несоответствие положениям законодательства, требующим наличия разрешения, могло быть установлено комиссией по осуществлению закупок в рамках исполнения ею своих обязанностей при обычной внимательности и осмотрительности, а хозяйствующий субъект не совершил каких-либо действий (бездействия), направленных на сокрытие этого несоответствия.

Между тем действия ГБУЗ ПО КЦК и ООО "ПИ-ДВЛ" признаны нарушившими требования статьи 16 Закона о защите конкуренции.

Таким образом, как правомерно отмечено судами обстоятельства совершения нарушения антимонопольного законодательства ООО "ПИ ДВЛ" (заключение антиконкурентного соглашения, статья 16 Закона о защите конкуренции) отличны от обстоятельств, которые изложены в указанном постановлении.

Более того, суды правомерно пришли к выводу, что ФИО1 не обладает правом на подачу с заявлением, предусмотренное пунктом 12 статьи 16 Закона о банкротстве, ФИО1

В соответствии с пунктом 27 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2023), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.07.2023, контролирующее должника лицо, в отношении которого предъявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве, вправе обжаловать решение суда, явившееся основанием для включения требований кредиторов в реестр требований кредиторов, в апелляционном, кассационном порядке применительно к статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 310-ЭС19-28370 от 06.03.2023 по делу № А54-2037/2017).

Как указано выше, с 29.05.2024 Законом о банкротстве установлен порядок пересмотра судебных актов по заявлению конкурсных кредиторов по правилам пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам (в отличие от ранее действовавшего экстраординарного обжалования судебного акта).

Положения пункта 12 статьи 16 Закона о банкротстве применяются не только к делам, в рамках которых с должника были взысканы денежные средства, но и к иным делам, исполнение судебного акта по которым способно повлиять на формирование конкурсной массы и обязательств должника, уменьшив объем удовлетворения требований кредиторов и (или) увеличив размер субсидиарной ответственности контролирующего лица.

Подпунктом "б" пункта 3 статьи 1 Федерального закона № 107-ФЗ статья 16 Закона о банкротстве дополнена пунктом 12, которым установлено, что если арбитражный управляющий и (или) кредиторы полагают, что права и законные интересы кредиторов нарушены судебным актом (включая постановление суда общей юрисдикции и судебный акт арбитражного суда, а также определение о принудительном исполнении решения третейского суда), на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование кредитора, указанные лица вправе обратиться в установленном процессуальным законодательством порядке с заявлением об отмене судебного акта по правилам пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам. Предусмотренный процессуальным законодательством срок на подачу заявления об отмене судебного акта по правилам пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам исчисляется с момента, когда указанные лица узнали или должны были узнать о нарушении их прав и законных интересов данным судебным актом.

В силу разъяснений пункта 47 Постановления № 40, с учетом положений абзаца второго пункта 4 статьи 34 Закона о банкротстве заявление, предусмотренное пунктом 12 статьи 16 Закона о банкротстве, может быть предъявлено, в том числе контролирующим должника лицом, однако только в случаях, когда такое лицо подтвердит, что оно не имело возможности представлять интересы должника или иным образом формировать позицию должника по делу при вынесении обжалуемого судебного акта. Предполагается, что единоличный исполнительный орган должника, осуществлявший полномочия в период вынесения обжалуемого судебного акта, обладал такой возможностью (статья 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как указано в пункте 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве, возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 названной статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Судами отмечено, что ФИО1, как единственный учредитель общества-должника, участвует в деле о его банкротстве в силу закона, а именно на основании абзаца четвертого пункта 1 статьи 35 Закона о банкротстве. Открытие конкурсного производства наделяет представителей учредителей (участников) должника правами лиц, участвующих в деле о банкротстве (пункт 3 статьи 126 Закона о банкротстве, пункт 41 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве").

Согласно третьему абзацу пункта 1 статьи 61.15 Закона о банкротстве, если указанное в абзаце первом указанного пункта лицо до подачи заявления о привлечении его к субсидиарной ответственности участвовало в деле о банкротстве, в том числе в качестве конкурсного кредитора, либо имело возможность участвовать в деле о банкротстве в соответствии с пунктом 4 статьи 34 настоящего Федерального закона, подача такого заявления не является основанием для восстановления пропущенного им срока на обжалование судебных актов, принятых до подачи заявления, за исключением случаев, если указанное лицо не вступило в дело о банкротстве ввиду того, что оно добросовестно заблуждалось относительно наличия у него статуса контролирующего должника лица.

Судами установлено и следует из постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2024 по делу N А49-902/2018, что ФИО1 (как учредитель должника) являлся постоянным участником практически всех обособленных споров, обеспечивал личную явку.

Следовательно, ФИО1 имел право на обжалование судебных актов, вынесенных в рамках дела о банкротстве общества-должника, еще до принятия судом заявления конкурсного управляющего о привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (определение от 21.06.2023).

Более того, ФИО1 было известно о состоявшихся судебных актах по делу № А49-902/2018, поскольку принимал участие во всех судебных заседаниях при обжаловании решения Арбитражного суда Пензенской области от 06.08.2018 по делу № А49-902/2018, а, следовательно, ФИО1 представлял интересы и формировал позицию по делу при вынесении обжалуемого судебного акта.

Из материалов дела следует, что ФИО1 использовал предусмотренный действующим на тот момент правовым регулированием способ защиты своего права путем апелляционного и кассационного обжалования решения Арбитражного суда Пензенской области от 06.08.2018 по делу № А49-902/2018.

Таким образом, суды пришли к выводу, что правом на подачу с заявлением, предусмотренное пунктом 12 статьи 16 Закона о банкротстве, ФИО1 не обладает, поскольку применительно к изложенным выше разъяснениям пункта 47 Постановление № 40 в данном случае обратившееся с заявлением контролирующее должника лицо - ФИО1 не подтвердил, что он не имел возможности представлять интересы должника или иным образом формировать позицию должника по делу при вынесении обжалуемого судебного акта.

Кроме того, суды указали, что заявляя ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу заявления об отмене судебного акта по правилам пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам ФИО1, просил учесть изменения законодательства о банкротстве, а именно в статью 16 Закона о банкротстве с 29.05.2024, пояснил, что право на обращение в суд с рассматриваемым заявлением у него появилось только с 29.05.2024, при этом первоначально с заявлением о пересмотре он обращался в установленный срок – 27.08.2024, однако оно было возвращено.

Согласно части 2 статьи 312 АПК РФ по ходатайству лица, обратившегося с заявлением, пропущенный срок подачи заявления может быть восстановлен арбитражным судом при условии, если ходатайство подано не позднее шести месяцев со дня появления или открытия обстоятельств, являющихся основанием пересмотра, и арбитражный суд признает причины пропуска срока уважительными.

Ходатайство о восстановлении срока подачи заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам рассматривается арбитражным судом в порядке, установленном статьей 117 АПК РФ.

С учетом вышеизложенного, разрешая вопрос о соблюдении или несоблюдении заявителем срока на подачу заявления суды установили пропуск срока на его подачу (заявление было направлено в суд по почте 03.10.2024), судами не установлено оснований для восстановления срока, в частности, указанные в заявлении о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам ссылки на Постановление КС РФ от 17.02.2022 № 7-П и доводы о неверной квалификации действий ООО «ПИ-ДВЛ» и ГБУЗ ПОКЦОК по статье 16 Закона о защите конкуренции приводились ФИО1 еще в дополнениях к апелляционной жалобе на решение от 06.08.2018 по делу № А49-902/2018, следовательно, были известны заявителю задолго до обращения в суд с настоящим заявлением, иные доводы, изложенные заявителем, не являются вновь открывшимися обстоятельствами, а являются новыми доказательствами, полученными после рассмотрения дела по существу.

Ссылка ФИО1 на положения Федерального закона № 107-ФЗ, которыми внесены изменения в статью 16 Закона о банкротстве на восстановление пропущенного процессуального срока на пересмотр судебного акта, основана на неправильном толковании норм права и в обход установленного порядка пересмотра вступившего в законную силу судебного акта.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций, оценив содержание заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам ФИО1, установив, что изложенные заявителем обстоятельства не являются ни вновь открывшимися обстоятельствами ни новыми обстоятельствами по смыслу статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в данном случае заявитель правом на подачу с заявлением, предусмотренное пунктом 12 статьи 16 Закона о банкротстве, не обладает, а также с учетом пропуска срока на обращение суд, судами правомерно отказано в пересмотре вступившего в законную силу судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам.

Доводы ФИО2 и ФИО1 о неправомерном отклонении судами ходатайства о привлечении в качестве соистца ФИО2 были предметом исследования судов.

Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 46, 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрев заявленное ФИО2 ходатайство, остановив  отсутствие процессуального основания для удовлетворения ходатайства на стадии решения вопроса об обоснованности заявления о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельства, определил его отклонить, при этом суд указал, что приведенные ФИО2 доводы будут оценены как позиция к заявлению.

Суд апелляционной инстанции, повторно оценив вышеуказанное ходатайство, согласился с указанными выводами первой инстанции.

У суда кассационной инстанции отсутствуют основания для переоценки выводов судов обеих инстанций.

Доводы заявителей, изложенные в кассационных жалобах, судебной коллегией рассмотрены и отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм права, а сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Оснований для их переоценки в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации у суда кассационной инстанции не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом округа не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа приходит к выводу о том, что обжалуемые судебные акты на основании пункта 1 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежат оставлению без изменения.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пензенской области от 03.04.2025 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.08.2025 по делу № А49-902/2018 оставить без изменения, кассационные  жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья                                                Р.Р. Мухаметшин


Судьи                                                                                        С.В. Мосунов


                                                                                                    И.В. Селезнев