Постановление от 18 сентября 2018 г. по делу № А57-13003/2017

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-13003/2017
г. Саратов
18 сентября 2018 года
Резолютивная часть постановления объявлена 12 сентября 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 18 сентября 2018 года.


Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего – судьи Т.Н. Телегиной,

судей В.А. Камериловой, О.В. Лыткиной

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Саратовской области, г. Саратов,

на решение Арбитражного суда Саратовской области от 17 июля 2018 года по делу № А57-13003/2017, принятое судьей Д.Ю. Игнатьевым,

по иску Управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования

по Саратовской области, г. Саратов, (ОГРН <***>, ИНН <***>),

к обществу с ограниченной ответственностью «Волжский Прайд», с. Усть-Курдюм

Саратовского района Саратовской области, (ОГРН <***>, ИНН <***>),

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, гражданин ФИО2, с. Усть-Курдюм Саратовского района Саратовской области,

о взыскании 459613 руб.,

при участии в заседании: от истца – ФИО3, главного специалиста-эксперта отдела правового и кадрового обеспечения, доверенность от 14.11.2016 № 5851/ДМ (ксерокопия в деле), от ответчика – ФИО4, директора, лично (паспорт), третье лицо не явилось, извещено о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом в порядке частей 1, 6 статьи 121, части 1 статьи 122, части 1 статьи 123, части 1 статьи 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что подтверждается отчетом о публикации судебных актов от 16.08.2018,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области обратилось Управление Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Саратовской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Волжский Прайд» о взыскании 459613 руб. ущерба, причиненного водному объекту в результате сброса вредных (загрязняющих) веществ в р. Волга в составе сточных вод за период с 16 марта по 28 декабря 2016 года

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 17 июля 2018 года по делу № А57-13003/2017 в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, Управление Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Саратовской области обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение арбитражного суда первой инстанции отменить, как незаконное и необоснованное, принять новый судебный акт.

Заявитель апелляционной жалобы считает, что арбитражным судом первой инстанции неправильно применены нормы материального и процессуального права, выводы, содержащиеся в решении, не соответствуют обстоятельствам дела: факт нарушения ответчиком требований водного законодательства вследствие сбрасывания в водный объект сточных вод установлен вступившими в законную силу постановлениями о назначении административного наказания от 27 февраля 2017 года № 02-22/2017, от 6 марта 2018 года № 02-24/2017, сброс сточных вод без проведения их очистки и обезвреживания с концентрацией вредных веществ, превышающей предельно допустимые нормативы, что причиняет вред водному объекту, выводы суда ошибочны и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства.

Общество с ограниченной ответственностью «Волжский Прайд» представило отзыв на апелляционную жалобу, с доводами, изложенными в ней, не согласно, просит решение арбитражного суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Третье лицо не представило отзыв на апелляционную жалобу.

Арбитражный апелляционный суд в порядке части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

Решение суда является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права (пункт 10 раздела «Разрешение споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав». Судебная коллегия по гражданским делам. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 4 марта 2015 года № 1 (2015).

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, отзыве на нее, выступлениях присутствующих в судебном заседании представителей участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд не считает, что обжалуемый судебный акт подлежит отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, в ходе осуществления проверочных мероприятий было установлено, что в процессе своей деятельности общество с ограниченной ответственностью «Волжский Прайд» осуществляет сброс сточных вод, прошедших биологическую очистку, в Волгоградское водохранилище на 993 км от устья р. Волга.

Общество с ограниченной ответственностью «Волжский Прайд» осуществляет использование Волгоградского водохранилища для сброса сточных вод на основании решения о предоставлении водного объекта в пользование от 23 января 2015 года № 64-11.01.00.022-Х-РСВХ-Т-2015-01560/00.

Факт сброса недостаточно очищенных сточных вод подтверждается, по мнению истца, протоколами испытаний Федерального государственного бюджетного учреждения «Саратовский государственный технический университет имени Ю.А. Гагарина» в лице Энгельсского технологического института (филиала) от 9 января 2017 года № 1356, от 7 октября 2016 года № 956, от 5 июля 2016 года № 548, от 21 марта 2016 года № 206. Согласно указанным протоколам установлено превышение максимального содержания загрязняющих веществ в сточных водах за период с 16 марта по 28 декабря 2016 года по ионам аммония и по сульфатам.

Управлением Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Саратовской области вынесено постановление от 6 марта 2017 года № 02-25/2017 о назначении административного наказания директору общества с ограниченной ответственностью «Волжский Прайд» ФИО5, который признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 4 статьи 8.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях Российской Федерации, ему был назначен административный штраф в размере 3000 руб. за нарушение водного законодательства.

В системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Статья 307 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

На основании статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу положений пункта 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Истец обратился к ответчику с претензией от 24 апреля 2017 года, в которой просил возместить ущерб, причиненный водному объекту за период с 16 марта по 28 декабря 2016 года, в размере 459613 руб. в течение 30-ти дней со дня получения претензии. Претензия оставлена ответчиком без ответа и исполнения.

Неисполнение ответчиком обязательств по возмещению причиненного ущерба послужило основанием для обращения истца с настоящим иском в арбитражный суд первой инстанции.

Согласно нормам части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Частью 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав, направленных на восстановление имущественных прав потерпевшего лица.

Лицо, право которого нарушено, в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившем вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

Обязательства вследствие причинения вреда (деликтные обязательства) являются внедоговорными обязательствами. Причинитель вреда в этом обязательстве выступает должником, а потерпевшее лицо – кредитором. Из существа обязательства очевидно, что его стороны не были связаны договорными отношениями либо причинение вреда не следовало из существующего договора. Содержанием деликтных обязательств выступает гражданско-правовая ответственность, т. е. претерпевание, несение известных тягот, дополнительного бремени, выступающее в качестве правового последствия за совершенное правонарушение. Сущность деликтного обязательства обусловлена и его основными функциями – компенсационной (восстановительной) и охранительной.

В силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации для наступления деликтной ответственности, являющейся видом гражданско-правовой ответственности, необходимо наличие состава правонарушения, включающего: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между двумя первыми элементами и вину причинителя вреда. Для возникновения деликтного обязательства их наличие требуется во всех случаях. Сторона, требующая возмещения вреда, должна доказать и его размер.

Основанием возникновения деликтного обязательства и одновременно юридическим фактом, порождающим соответствующее правоотношение, является вред, причиненный личности или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица. Под вредом понимается материальный ущерб, который выражается в уменьшении имущества потерпевшего в результате нарушения принадлежащего ему материального права.

Основной принцип обязательства вследствие причинения вреда заключается в полном возмещении вреда лицом, его причинившим, что соответствует положениям статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации. В литературе этот принцип именуется генеральным деликтом, в соответствии с которым противоправность действия и виновность причинителя вреда презюмируются.

Противоправность означает любое нарушение чужого субъективного права, причинившее вред. Обязательства из причинения вреда опираются на принцип генерального деликта, согласно которому каждому запрещено причинять вред имуществу или личности и всякое причинение вреда другому является противоправным, если лицо не было управомочено нанести вред.

Причинная связь между противоправным действием причинителя и наступившим вредом является обязательным условием деликтной ответственности и выражается в том, что первое предшествует второму по времени и первое порождает второе.

В силу пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»

по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Современный механизм возмещения вреда, причиненного окружающей среде, требует пересмотра существующих и выработки новых теоретико-правовых положений и концептуальных подходов, обеспечивающих учет его специфики, преодоление коллизий экологического и гражданского законодательства. В числе дискуссионных вопросов, требующих решения на доктринальном и легальном уровнях, по-прежнему остаются проблемы терминологического несоответствия, определения и соотношения понятий «экологический вред», «экологический ущерб», «вред окружающей среде» и др.

Правовая природа вреда, причиненного окружающей среде и ее отдельным компонентам, его специфические особенности, в том числе прошлого, вызывают необходимость дальнейшего развития теоретического обоснования действующего законодательства в данной сфере, определения направлений его совершенствования на основе экологического законодательства. Гражданско-правовые нормы являются применимыми к пониманию вреда, причиненного здоровью и имуществу граждан негативным воздействием окружающей среды в результате хозяйственной и иной деятельности юридических и физических лиц, определению размера и порядку возмещения такого вреда, а также в отношении вреда, причиненного источником повышенной опасности.

Не менее проблемными являются и вопросы, связанные с возмещением вреда, причиненного компонентам окружающей среды. Как показывает анализ природоохранного и природоресурсного законодательства, в нем отсутствует легальное определение понятия вреда, причиненного подавляющему большинству компонентов окружающей среды.

На эффективность возмещения экологического вреда оказывают влияние существующие пробелы в нормативных правовых актах, регулирующих определение вреда отдельным компонентам окружающей среды, которые приводят к правоприменительным проблемам, в том числе при проведении государственного экологического надзора и рассмотрении судебных споров. В теории экологического права, экологической доктрине, а также в правоприменительной практике не сформировано единого методологического подхода к пониманию правовой природы, сущности и специфики данного вреда, а также унифицированного подхода к его измерению и оценке.

Экологический вред - как материальный вред, причиняемый государству, юридическим или физическим лицам в результате умышленного или неосторожного нарушения правовых экологических требований, выступает в двух значениях: экологический (вред окружающей среде, выраженный в виде повреждения или уничтожения природного объекта) и экогенный (уничтожение или повреждение имущества, не имеющего признаков природного объекта, вред здоровью граждан, вызванный нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, расходы на восстановление имущественных прав и упущенная выгода), различающиеся по объекту противоправного посягательства

Как следует из правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18 октября 2012 года № 21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования», гражданско-правовая (имущественная) ответственность за вред, причиненный окружающей среде, может возникать в результате нарушения договора в сфере природопользования (например, договора аренды лесного участка), а также в результате внедоговорного (деликтного) причинения вреда (пункт 33). По сути, возмещение экологического вреда признается видом гражданско-правовой (имущественной) ответственности, а понятие «экологический вред», «вред окружающей среде» - разновидностью вреда (имущественного вреда) как категории гражданского права. Такой подход разделяется не только цивилистами, но и представителями других отраслей права, которыми, в частности, признается предпочтительным дальнейшее развитие гражданско-правовой ответственности, прежде всего в виде возмещения вреда, причиненного окружающей среде и природным, в том числе биологическим, ресурсам.

Однако такой подход не учитывает специфики и особенностей правовой природы экологического вреда, не позволяющей отождествлять его с имущественным вредом, причиненным имущественным объектам, на которых распространяется гражданско-правовой режим вещи в системе объектов гражданских прав.

В настоящее время нормы отраслевого природоресурсного законодательства, устанавливающие общие основания возмещения вреда, причиненного тем или иным природным ресурсам, носят отсылочный характер, вследствие чего особенности и порядок возмещения вреда, причиненного тому или иному природному ресурсу, определяются на подзаконном уровне с учетом специфики понятия соответствующего природного объекта, исходя из его качественных, количественных и иных специфических свойств, а также в зависимости от видов негативного воздействия.

Правовая природа вреда, причиненного окружающей среде и ее отдельным компонентам, специфические особенности экологического вреда вызывают необходимость дальнейшего развития теоретического обоснования действующего законодательства в данной сфере. Об этом свидетельствуют материалы правоприменительной практики.

Исследование проблем возмещения вреда окружающей среде предполагает обращение к его нормативному понятию, закрепленному в статье 1 Закона об охране окружающей среды, который определяется, как негативное изменение окружающей среды в результате ее загрязнения, повлекшее за собой деградацию естественных экологических систем и истощение природных ресурсов.

Как следует из определений, предусмотренных в статье 1 Закона об охране окружающей среды понятий «загрязнение окружающей среды» и «загрязняющее вещество», во-первых, к загрязнению приводит поступление в окружающую среду не только вещества, но и (или) энергии, свойства, местоположение или количество которых оказывают негативное воздействие на окружающую среду. Во-вторых, их количество и (или) концентрация превышают установленные нормативы и оказывают негативное воздействие на окружающую среду. В-третьих, как показывает анализ нормативных правовых актов, регулирующих возмещение вреда отдельным компонентам окружающей среды, он причиняется не только в результате загрязнения (поступления в вещества и (или) энергии, оказывающих негативное воздействие), но и в результате совершения иных неправомерных действий - самовольного пользования (самовольного занятия земельного участка, самовольного пользования недрами и др.). В-четвертых, поступление загрязняющих веществ в окружающую среду может быть не только в результате неправомерных действий, но и стихийных бедствий.

Указанные критерии вреда, предусмотренные природоресурсным законодательством, не учитываются при определении легального понятия вреда окружающей среде.

Кроме того, нормативное определение вреда, причиненного окружающей среде, используемое, прежде всего в судебной (арбитражной) практике, является достаточно узким по своему содержанию и не соответствует содержанию более общего понятия окружающей среды, под которой понимается совокупность компонентов природной среды, природных и природно-антропогенных объектов, а также антропогенных объектов.

Закрепленное статьей 1 Закона об охране окружающей среды понятие «вред окружающей среде» не является тождественным понятию вреда, используемому в гражданско-правовом смысле.

Понятие вреда, причиненного окружающей среде, не должно сводиться лишь к загрязнению либо к какому-либо негативному воздействию на окружающую среду в целом. Тем самым понятие «вред, причиненный окружающей среде» должно быть комплексным и содержать не только те или иные негативные последствия для окружающей среды, но и те возможные действия, которые приводят к причинению данного вреда.

В комплексное понятие «вред окружающей среде» следует включать:

- вред, причиненный окружающей среде в результате ее загрязнения;

- вред, причиненный отдельным компонентам природной среды, возмещаемый в соответствии с утвержденными таксами и методиками возмещения вреда;

- вред, причиненный здоровью и имуществу граждан в результате нарушения законодательства в области охраны окружающей среды;

- прошлый (накопленный) экологический вред;

- вред окружающей среде, возникающий из правомерных действий субъекта хозяйственной деятельности (имеющий неделиктный характер).

Согласно пункту 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» для определения его размера судами подлежат применению утвержденные в установленном порядке таксы и методики исчисления размера вреда (ущерба), причиненного окружающей среде, отдельным компонентам природной среды (землям, водным объектам, лесам, животному миру и др.).

Распоряжение Правительства Российской Федерации от 31 августа 2002 года № 1225-р принято для выполнения задачи создания эффективного правового механизма обеспечения сохранения природной среды и экологической безопасности, совершенствования правоприменительной практики в целях обеспечения адекватной ответственности за экологические правонарушения и ее неотвратимости.

Сам по себе факт сброса сточных вод с превышением нормативных показателей, установленных ответчику, не является доказательством загрязнения водного объекта. Такое нарушение влечет обязанность нарушителя вносить плату за сверхлимитное загрязнение окружающей природной среды. Подобная судебная практика начала активно складываться после изменения Федеральным законом от 29 декабря 2015 года № 404-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об охране окружающей среды» и отдельные законодательные акты Российской Федерации» статьи 16 Закона об охране окружающей среды, в которой исключен пункт 4, ранее предусматривавший, что внесение платы за негативное воздействие на окружающую среду не освобождает субъектов хозяйственной и иной деятельности от выполнения мероприятий по охране окружающей среды и возмещения вреда окружающей среде.

Из системного анализа положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и законодательства об охране окружающей среды следует, что вред, причиненный окружающей среде, подлежит возмещению виновным лицом независимо от того, причинен он в результате умышленных действий (бездействия), или по неосторожности. Исключение составляют случаи, установленные в статье 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, когда вред причинен юридическим лицом или гражданином, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающей среды. В указанных случаях ответственность наступает независимо от вины, если причинитель вреда не докажет, что вред наступил вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Вопросы владения, пользования, распоряжения природными ресурсами, природопользования, охраны окружающей среды и обеспечения экологической безопасности пунктами «в» и «д» статьи 72 Конституции Российской Федерации отнесены к совместному ведению Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 2 Водного кодекса Российской Федерации водное законодательство состоит из Водного кодекса, других федеральных законов и принимаемых в соответствии с ними законов субъектов Российской Федерации.

Водопользователем является физическое или юридическое лицо, которым предоставлено право пользования водным объектом (пункт 8 статья 1 Водного кодекса Российской Федерации).

На основании части 1 статьи 16 Закона об охране окружающей среды сбросы загрязняющих веществ в водные объекты относятся к видам негативного воздействия на окружающую среду.

На основании пункта 6 статьи 56 Водного кодекса Российской Федерации сброс в водные объекты сточных вод, содержание в которых радиоактивных веществ, пестицидов, агрохимикатов и других опасных для здоровья человека веществ и соединений превышает нормативы допустимого воздействия на водные объекты, запрещается.

В соответствии со статьей 60 Водного кодекса Российской Федерации при эксплуатации водохозяйственной системы запрещается: осуществлять сброс в водные объекты сточных вод, не подвергшихся санитарной очистке, обезвреживанию (исходя из недопустимости превышения нормативов допустимого воздействия на водные объекты и нормативов предельно допустимых концентраций вредных веществ в водных объектах), а также сточных вод, не соответствующих требованиям технических регламентов; производить забор (изъятие) водных ресурсов из водного объекта в объеме, оказывающем негативное воздействие на водный объект; осуществлять сброс в водные объекты сточных вод, в которых содержатся возбудители инфекционных заболеваний, а также вредные вещества, для которых не установлены нормативы предельно допустимых концентраций.

Причиненный окружающей среде вред подлежит возмещению, его размер определяется в соответствии с утвержденными в установленном порядке методиками исчисления размера вреда окружающей среде, а при их отсутствии - исходя из фактических затрат.

На основании части 1 статьи 69 Водного кодекса Российской Федерации лица, причинившие вред водным объектам, возмещают его добровольно или в судебном порядке.

В соответствии с частью 1 статьи 77 Федерального закона от 10 января 2002 года № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи, уничтожения, нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшафтов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством.

Вред окружающей среде, причиненный субъектом хозяйственной и иной деятельности, возмещается в соответствии с утвержденными в установленном порядке таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, а при их отсутствии исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды (пункт 3 статьи 77 Закона об охране окружающей среды).

При этом методика исчисления размера вреда, причиненного объектам охраны окружающей среды, в том числе водным, вследствие нарушения соответствующего законодательства, во всяком случае, не может носить произвольный характер и должна строиться исходя из количественных параметров негативного воздействия на окружающую среду (постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 30 января 2018 года № Ф06-27719/2017 по делу № А12-11856/2017).

Согласно статье 78 Закона об охране окружающей среды компенсация вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется добровольно либо по решению суда или арбитражного суда. Определение размера вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды, а также в соответствии с проектами рекультивационных и иных восстановительных работ, при их отсутствии в соответствии с таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, утвержденными органами исполнительной власти, осуществляющими государственное управление в области охраны окружающей среды.

В соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 4 ноября 2006 года № 639 «О порядке утверждения методики исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения водного законодательства» Приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 13 апреля 2009 года № 87 утверждена Методика исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения водного законодательства.

Согласно пунктам 6-9 вышеуказанной Методики исчисление размера вреда основывается на компенсационном принципе оценки и возмещения размера вреда по величине затрат, необходимых для установления факта причинения вреда и устранения его причин и последствий, в том числе затрат, связанных с разработкой проектно-сметной документации, и затрат, связанных с ликвидацией допущенного нарушения и восстановлением состояния водного объекта до показателей, наблюдаемых до выявленного нарушения, а также для устранения последствий нарушения.

Исчисление размера вреда может осуществляться, исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния водного объекта, а также в соответствии с проектами восстановительных работ.

Исчисление размера вреда водному объекту, исходя из фактических затрат осуществляется на основании данных о стоимости основных видов работ и (или) фактически произведенных расходах по следующим основным мероприятиям и работам, в том числе: проведение анализов качества вод и донных отложений водного объекта; расчет затрат или разработка проектно-сметной документации по устранению последствий нарушения водного законодательства; мероприятия по оценке распространения вредных (загрязняющих) веществ в водном объекте и последующего их влияния на использование водного объекта для водоснабжения, рекреации и иных целей водопользования.

Исчисление размера вреда производится с учетом факторов, влияющих на его величину и к которым относятся: состояние водных объектов, природно-климатические условия, длительность и интенсивность воздействия вредных (загрязняющих) веществ на водный объект.

Помимо восполнимого экологического вреда, который характеризуется возможностью восстановления нарушенного состояния природной среды, в результате хозяйственной деятельности окружающей среде может быть причинен трудновосполнимый и невосполнимый вред. Проявление последствий причинения вреда окружающей среде в силу своей природы не может иметь четко определенных ни временных, ни пространственных границ. Так, последствия причиненного окружающей среде вреда могут быть отдалены на несколько лет и распространяться на значительное географическое пространство. Таким образом, условный характер определения вреда окружающей среде, используемый в методиках исчисления размера вреда, основывается на признании необходимости особой охраны окружающей среды и ее компонентов, а также объективной невозможности его точной оценки в силу неопределенности последствий причиняющего воздействия.

Размер ущерба, причиненного водному объекту, определен истцом на основании Методики исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения водного законодательства, утвержденной Приказом Министерством природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 13 апреля 2009 года № 87. Методика, примененная истцом, не направлена на определения факта причинения вреда водному объекту, а предназначена для стоимостного исчисления вреда, причинение которого установлено ранее.

Арбитражный апелляционный суд, проанализировав вышеназванные нормы права, приходит к выводу, что для возложения гражданско-правовой ответственности на основании статьи 77 Закона об охране окружающей среды за гражданско-правовой деликт лицу, обратившемуся с соответствующим требованием, необходимо доказать совокупность следующих обстоятельств: противоправный характер действий (бездействия) причинителя вреда, вину данного лица, наличие вреда окружающей среде, факт и размер причиненных противоправными действиями этого лица убытков, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями (бездействием) причинителя вреда и возникшим вредом.

Таким образом, для удовлетворения требований истца по возмещению вреда, причиненного водному объекту, недостаточно установления только факта нарушения экологического законодательства в виде сброса в водный объект сточных вод с повышенным содержанием загрязняющих веществ, превышающих уровень установленных нормативов допустимого сброса.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные сторонами доказательства, арбитражный суд первой инстанции пришел к обоснованному и правомерному выводу о недоказанности истцом факта наступления негативных изменений состояния водного объекта, деградации естественных экологических систем и истощения природных ресурсов вследствие сброса ответчиком сточных вод в указанный в иске период.

Постановления о назначении административного наказания в отношении директора ответчика по части 4 статьи 8.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, на которые ссылается апеллянт, как на доказательства вины ответчика, не являются для суда безусловным доказательством факта причинения вреда водному объекту, поскольку им не установлена совокупность обстоятельств, свидетельствующих о наличии деликта.

Протоколы испытаний сточной воды федерального государственного бюджетного учреждения «Саратовский государственный технический университет имени Ю.А. Гагарина» в лице Энгельсского технологического института (филиала) от 9 января 2017 года № 1356, от 7 октября 2016 года № 956, от 5 июля 2016 года № 548, от 21 марта 2016 года № 206 распространяются только на образец, подвергнутый испытанию. Указанные исследования не подтверждают наличие негативных последствий, поскольку содержат только информацию о превышении допустимой концентрации вредных веществ в сточной воде, а не в водном объекте, что не свидетельствует о наличии причинения вреда водному объекту.

Довод апеллянта о том, что сам факт сброса сточных вод с превышением определенной концентрации загрязняющих вредных веществ свидетельствует о причинении вреда водному объекту, арбитражный апелляционный суд расценивает, как противоречащий положениям статьей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» для правильного разрешения вопросов, требующих специальных знаний, в том числе в области определения источника происхождения вреда, механизма его причинения, его размера, объема необходимых восстановительных работ, возможности и сроках их проведения, по делу могут проводиться соответствующие

экспертизы с привлечением специалистов: экологов, санитарных врачей, зоологов, ихтиологов, охотоведов, почвоведов, лесоводов и других (статья 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Апеллянт не воспользовался своим процессуальным правом на обращение к суду с ходатайством о назначении по делу судебной экологической экспертизы с целью установления наличия или отсутствия факта причинения действиями ответчика вреда водному объекту за период с 16 марта по 28 декабря 2016 года ни при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции, ни при подаче апелляционной жалобы.

Согласно пункту 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», основанием для привлечения лица к имущественной ответственности является причинение им вреда, выражающееся в негативном изменении состояния окружающей среды, в частности ее загрязнении, истощении, порче, уничтожении природных ресурсов, деградации и разрушении естественных экологических систем, гибели или повреждении объектов животного и растительного мира и иных неблагоприятных последствиях (статьи 1, 77 Закона об охране окружающей среды).

В силу пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», по смыслу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 77 Закона об охране окружающей среды лицо, которое обращается с требованием о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, представляет доказательства, подтверждающие наличие вреда, обосновывающие с разумной степенью достоверности его размер и причинно-следственную связь между действиями (бездействием) ответчика и причиненным вредом.

В соответствии с положениями статьи 1 и 77 Закона об охране окружающей среды обязательным признаком нанесения вреда окружающей среде является не только факт нарушения требований природоохранного законодательства, но и наличие последствий в виде деградации естественных экологических систем и истощения природных ресурсов.

Учитывая вышеизложенное и исследовав представленные в материалы дела доказательства, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу, что апеллянт не представил никаких доказательств деградации естественных экологических систем, истощения природных ресурсов и наступления иных негативных последствий сброса неочищенных сточных вод обществом с ограниченной ответственностью «Волжский Прайд» для окружающей среды.

Арбитражный суд первой инстанции пришел к верному выводу, что из представленных истцом доказательства не следует ни одного факта ухудшения состояния экосистемы Волгоградского водохранилища ни по химическим, ни по каким-либо иным показателям, факт и размер ущерба, причиненного загрязнением водного объекта, истцом не доказаны, факт сброса сточных вод не является доказательством загрязнения водного объекта.

В дополнении к отзыву на иск (т. 1, л. д. 111-116) ответчик указал, что осуществляет сброс сточных вод с использованием комплекса очистных сооружений ЭКО-Р-70 (КОС ЭКО-Р-70), предназначенных для очистки бытовых и приравненных к ним по составу сточных вод, в подтверждение чего представил договор безвозмездного пользования (ссуды) от 1 июля 2017 года, заключенный гражданином ФИО2 (ссудодателем) и обществом с ограниченной ответственностью «Волжский прайд» (ссудополучателем).

По условиям вышеназванного договора ссудодатель обязуется передать в безвозмездное пользование ссудополучателю комплекс очистных сооружений ЭКО-Р-70, а ссудополучатель обязуется вернуть имущество в порядке и сроки установленные договором.

Факт передачи комплекса очистных сооружений ЭКО-Р-70 ответчику в безвозмездное пользование подтвержден актом приема-передачи имущества от 10 июля 2017 года по договору безвозмездного пользования (ссуды) от 1 июля 2017 года, подписанному уполномоченными представителями сторон и скрепленного печатью общества с ограниченной ответственностью «Волжский прайд».

При проектировании и строительстве комплекса очистных сооружений ЭКО-Р-70 последний проходил, в том числе, обязательную экологическую экспертизу, не позволяющую производить сверхнормативный сброс загрязняющих веществ.

Ответчик указал, что по мере возникновения необходимости при использовании очистных сооружений производил следующие мероприятия: очистку оголовка водозаборной линии от ила и грязи; промывку фильтров очистки воды; откачку осадка из илонакопителя и застойных зон с привлечением специализированной организации (общества с ограниченной ответственностью «МК-СПЕЦСТРОЙ») согласно представленному в материалы дела акту от 13 апреля 2016 года № 63; промывку бактерицидных ламп УФО; комплексную промывку резервуаров канализационной насосной станции; регламентные работы водяного насоса станции; регламентные работы компрессора; обновление биоматериала.

Ответчик также представил доказательства, свидетельствующие об улучшении работоспособности очистных сооружений и отсутствие в сточной воде превышения концентрации загрязняющих вредных веществ (протокол испытаний от 31 марта 2017 года № 221).

Ответчик, действуя разумно и добросовестно, предпринимал все возможные меры по предотвращению и устранению загрязнения поверхностных вод, которое могло привести к ухудшений условий водопользования населения.

Кроме того, истец основывает свои требования на пробах, отобранных по заявлению заказчика в <...>, как указано в направлениях на исследование от 29 сентября, 28 декабря 2016 года, что не свидетельствует об отборе проб непосредственно из водного объекта, которому причинен вред.

Из решения Нижне-Волжского бассейнового водного управления Федерального агентства водных ресурсов о предоставлении водного объекта в пользование от 23 января 2015 года № 64-11.01.00.022-Х-РСВХ-Т-2015-01560/00 следует, что сброс сточных вод, прошедших биологическую очистку, осуществляется через овраг и далее в Волгоградское водохранилище, на 993 км от устья р. Волга: водовыпуск береговой, географические координаты места впадения оврага в Волгоградское водохранилище: 51039121,5511 северной широты, 46011147,9711 восточной долготы, т.е. отбор проб сточных вод должен быть произведен в конкретно указанном месте. Во исполнение вышеуказанного решения Нижне-Волжского бассейнового водного управления Федерального агентства водных ресурсов мог быть также заключен соответствующий договор на использование водного объекта с определением конкретных прав и обязанностей пользователя водного объекта с указанием места отбора проб сточных вод для определения их концентрации.

Учитывая вышеизложенное, арбитражный суд первой инстанции правомерно отказал истцу в привлечении ответчика к гражданско-правой ответственности в виде взыскания причиненного ущерба, поскольку истец не доказал факт, размер причиненного вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика по сбросу сточных вод и нанесением вреда водному объекту. Арбитражный суд первой инстанции вынес законное и обоснованное решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Апеллянт вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил доказательства, являющиеся основаниями для отмены оспариваемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

В соответствии с частью 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Положения частей 1, 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают, что лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

По смыслу правовой позиции, содержащейся в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», не проявление должником хотя бы минимальной степени заботливости и осмотрительности при исполнении обязательства признается умышленным нарушением обязательства.

Факт надлежащего исполнения обязательств, равно как и отсутствие вины в неисполнении либо ненадлежащем исполнении обязательства, по общему правилу, доказывается обязанным лицом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 (в редакции от 7 февраля 2017 года) «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», разъяснено, если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности.

Арбитражный суд апелляционной инстанции обращает внимание, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция разумности и добросовестности участников гражданских, в том числе, корпоративных правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При наличии доказательств, свидетельствующих о недобросовестном поведении стороны по делу, эта сторона несет бремя доказывания добросовестности и разумности своих действий (пункт 1 раздела 1 «Основные положения гражданского законодательства». Судебная коллегия по экономическим спорам. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2015 года № 2 (2015).

Согласно статье 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации одной из задач судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность.

В соответствии с положениями статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон. Стороны пользуются равными правами на представление доказательств, участие в их исследовании, осуществление иных процессуальных прав и обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

В силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, оказывает содействие в реализации лицами, участвующими в деле, их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

В силу закрепленного в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации принципа состязательности задача лиц, участвующих в деле, собрать и представить в суд доказательства, подтверждающие их правовые позиции, арбитражный суд не является самостоятельным субъектом собирания доказательств.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд не может обязать сторону спора представлять доказательства, как в обоснование своей позиции, так и в обоснование правовой позиции другой стороны, поскольку в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, самостоятельно доказывает обстоятельства, на которых основывает свои требования и возражения.

В ходе рассмотрения спора арбитражный суд первой инстанции предоставил сторонам достаточно времени для подготовки своей позиции по делу, представлении доказательств в обоснование своих требований и возражений.

Процессуальные права лиц, участвующих в деле, определены в части 1 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами (часть 2 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку на основании части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности, то непредставление доказательств должно квалифицироваться исключительно, как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент, участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 6 марта 2012 года № 12505/11).

Всем доводам, содержащимся в апелляционной жалобе, арбитражный суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку при разрешении спора по существу заявленных исковых требований в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив все доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности, правовые основания для переоценки доказательств отсутствуют.

Согласно Постановлению Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года № 62 «О внесении дополнений в пункт 61.9 главы 12 Регламента арбитражных судов Российской Федерации» считается определенной практика применения законодательства по вопросам, разъяснения по которым содержатся в постановлениях Пленума и информационных письмах Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации».

Пунктом 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что в соответствии со статьей 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации или статьей 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения возник спор, и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

По смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений, определив при этом, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, какие законы и иные нормативные правовые акты подлежат применению в конкретном спорном правоотношении (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2010 года № 8467/10, Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 марта 2013 года № ВАС-1877/13).

Представленные в материалы дела доказательства исследованы полно и всесторонне, оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, выводы, содержащиеся в решении, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, не установлено нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта.

При таких обстоятельствах у арбитражного суда апелляционной инстанции не имеется правовых оснований для отмены обжалуемого судебного акта в соответствии с положениями статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Саратовской области от 17 июля 2018 года по делу № А57-13003/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу Управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Саратовской области - без удовлетворения.

Направить копии постановления арбитражного суда апелляционной инстанции лицам, участвующим в деле, в соответствии с требованиями части 4 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий Т.Н. Телегина



Судьи В.А. Камерилова



ФИО6