Постановление от 14 июня 2019 г. по делу № А45-31250/2017

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Томск Дело № А45-31250/2017 Резолютивная часть постановления объявлена 10 июня 2019 г.

Полный текст постановления изготовлен 14 июня 2019 г.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Назарова А.В., судей: Иванова О.А.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании, апелляционную жалобу Банка «СИБЭС» (АО) (644007, <...>, ИНН <***> ОГРН <***>) в лице конкурсного управляющего – Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (109240, <...>, ИНН 7708514824ОГРН 1047796046198) ( № 07АП-12307/2018(2)) на определение от 08.04.2019 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Свиридова Г.В.) по делу № А45-31250/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Новосибирская инвестиционная компания» (630055, <...> дам 3/1, этаж 6, офис 6, ИНН <***> ОГРН <***>), принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью Микрокредитная компания «Тиара» (115184, <...>, ИНН 7751041204ОГРН 1177746338461) о включении требования в размере 2 444 351,75 рублей в реестр требований кредиторов должника,

при участии в судебном заседании:

от государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО3 по доверенности от 21.03.2019, паспорт,

от ООО МКК «Тиара» - Уханов Ф.В. по доверенности от 09.08.2018, паспорт,

установил:

в деле о банкротстве обществ с ограниченной ответственностью «Новосибирская инвестиционная компания» (далее – ООО «НИК», должник) общество с ограниченной ответственностью Микрокредитная компания «Тиарар» (далее – ООО МКК «Тиара», кредитор) обратилось в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о включении в реестр требований кредиторов должника задолженность по договору займа № 8/ДЗ-НИК от 17.08.2017 в размере 2 444 351 рубля 78 копеек, из них: 2 300 000 рублей долга, 144 351 рубля 78 копеек процентов за пользование займом за период с 18.08.2017 по 23.04.2018.

Определением от 08.04.2019 Арбитражного суда Новосибирской области требование кредитора в заявленном размере включено в реестр требований кредиторов с отнесением к третьей очереди удовлетворения.

Не согласившись с принятым судебным актом, Банк «Сибэс» (акционерное общество) в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее - Банк «Сибэс», Банк) обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и отказать кредитору во включении требования в реестр.

В обоснование к отмене судебного акта указано, что судом первой инстанции не учтено, что ООО «НИК» и ООО МКК «Тиара» являются заинтересованными лицами. Кредитор и Банк входят в одну группу лиц, применительно к пунктам 2, 6, 8 части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции». Условиях банкротства ООО «НИК» и конкуренции его кредиторов интересы должника- банкрота и аффилированного с ним «дружественного» кредитора в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. При этом, реальной целью сторон может быть создание подконтрольной кредиторской задолженности должника-банкрота для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов и распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора. Договор займа, положенный в основу требования кредитора, заключен 17.08.2017. При этом, с 20.10.2017 в Арбитражном суде Новосибирской области рассматривалось заявление обществ с ограниченной

ответственностью «Монтажстрой» о признании ООО «НИК» банкротом. Должником не представлено разумных объяснений получения займа от заинтересованного лица, а кредитором не раскрыт источник средств, за счет которых предоставлен займ.

В порядке статьи 262 АПК РФ кредитор представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В обоснование своей позиции ООО МКК «Тиара» указывает, что предоставило должнику займ в размере 2 300 000 рублей, который не возвращен до настоящего времени. Довод о взаимосвязи между ООО «НИК» и ООО МКК «Тиара» через генерального директора ФИО5, является несостоятельным, поскольку ФИО5 был учредителем ООО «НИК» с 22.06.2011 по 25.12.2013, а генеральным директором должника с 30.05.2013 по 25.06.2013. При этом договор займа заключен 17.08.2017, т.е. спустя 4 года после того, как ФИО5 перестал был руководителем и учредителем должника. Договор займа является реальной сделкой и исполнен кредитором в полном объеме. Кроме того, действующее законодательство не предусматривает запрета на совершение сделок как между аффилированными лицами, так и между заинтересованными лицами, а также между лицами, входящими в одну группу лиц.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель апеллянта поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель кредитора возражал, представил дополнительный отзыв, в котором отразил, что само по себе наличие аффилированности у кредитора и должника не указывает на безусловный факт причинения вреда интересам иных кредиторов. Банк не представил доказательств того каким образом обжалуемый судебный акт способен повлиять на права Банка, учитывая, что размер требования Банк «Сибэс» намного больше, чем требование кредитора.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотреть апелляционную жалобу при имеющейся явке.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на него, с учетом дополнений, проверив в соответствии со статьей 268 АПК РФ законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, дело о

банкротстве возбуждено определением суда от 23.10.2017.

Определением суда от 26.04.2018 в отношении ООО «НИК» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО6, член Союза арбитражных управляющих «Авангард».

Сообщение о введении процедуры наблюдения в отношении должника опубликовано 28.04.2018 в газете «Коммерсантъ» № 75.

17.08.2017 между ООО «НИК» (заемщик) и ООО МКК «Тиара» (займодавец) заключен договор займа № 8/ДЗ-НИК, по условиям которого займодавец передает заемщику денежные средства в размере 2 300 000 рублей, а заемщик обязуется возвратить заем не позднее 14.08.2018, а так же уплатить займодавцу проценты на сумму займа, из расчета 9,2% годовых (т. 1 л.д. 38-39).

Заемщик обязуется уплатить проценты на сумму займа одновременно с возвратом всей суммы займа, но не позднее даты возврата займа, указанной в п. 1.1 договора.

Факт предоставления суммы займа подтверждается платежным поручением № 59 от 17.08.2017 (т. 1 л.д. 40).

Между тем, в платежном поручении № 59 от 17.08.2017 в графе назначение платежа указано - по договору займа № 7/ДЗ-НИК от 17.08.2017.

В связи с допущенной опечаткой в назначении платежа, ООО МКК «Тиара» направило в адрес должника письмо за исх. № 16 от 17.08.2017 года, полученное должником 18.08.2017, о том, что в платежном поручении № 59 от 17.08.2017 допущена ошибка, просит считать назначение платежа оплата по договору займа № 8/ДЗ-НИК от 17.08.2017 (т. 1 л.д. 41).

Оценив в совокупности собранные по делу доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу, что между ООО МКК «Тиара» и должником, договор займа № 7/ДЗ- НИК от 17.08.2017 (ошибочно указанный в платежном поручении), не заключался, доказательств, свидетельствующих об обратном, не представлено.

Включая требование в реестр, суд первой инстанции исходил из того, что договор займа от 17.08.2017 № 8/ДЗ-НИК от 17.08.2017 являлся реальной сделкой и исполнен со стороны кредитора в полном объеме; доказательства, свидетельствующие о мнимости договора, в материалы дела не представлены, как и не представлены доказательства аффилированности кредитора и должника.

Так, судом установлено, что ФИО5 был учредителем ООО «НИК» в период с 22.06.2011 по 25.12.2013, а генеральным директором ООО «НИК» с 30.05.2013 по 25.06.2013. Однако на момент заключения договора займа (17.08.2017) , он не являлся ни учредителем, ни директором ООО «НИК, следовательно, ООО МКК «Тиара», где

Притула А.А. является директором с 11.08.2017 и являлся учредителем с июля 2017 г. по июль 2018 г., не отвечает признакам аффилированности юридического лица.

ООО МКК «Тиара» не является учредителем (участником) ООО «Ник», а ООО «Ник» не является учредителем (участником) ООО МКК «Тиара».

Арбитражный апелляционный суд поддерживает выводы суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 32 Закон о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника в порядке, определенном в статьях 71 и 100 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

С учетом специфики дел о банкротстве, при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Исходя из указанных норм права, арбитражному суду необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности и применения мер ответственности на основе положений норм материального права.

Соответственно, общие правила доказывания при рассмотрении обособленного спора по включению в реестр требований кредиторов предполагают, что заявитель, обратившийся с требованием о включении в реестр, обязан представить первичные документы в подтверждение факта передачи кредитором должнику какого-либо имущества (в том числе и денежных средств), иные участники процесса при наличии возражений обязаны подтвердить их документально (например, представить доказательства встречного предоставления со стороны должника по рассматриваемому обязательству).

Однако в ситуации предъявления к должнику требований аффилированного кредитора сложившейся судебной практикой, выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308- ЭС16-7060; от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647 (1); от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647 (7); от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)).

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально с целью искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Таким образом, сам по себе факт аффилированности кредитора, предъявившего требование о включении в реестр, и должника хотя и не свидетельствует о намерении

сторон искусственно создать задолженность, однако при заявлении иными незаинтересованными участниками процесса обоснованных возражений возлагает бремя опровержения таких возражений на аффилированного кредитора.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщик) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

Заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа (пункт 1 статьи 810 ГК РФ).

Из совокупности приведенных норм права следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Материалами дела подтверждается, что договор займа являлся реальной сделкой, денежные средства перечислены должника платежным поручением № 59 от 17.08.2017.

При этом, из материалов дела не следует, что передача должнику от кредитора денежных средств носило корпоративную природу капиталозамещающего финансирования.

Как установлено судом первой инстанции, ФИО5 был учредителем руководителем должника за 4 года до заключения договора займа.

На момент заключения договора займа ФИО5 не являлся ни учредителем, ни директором ООО «НИК».

Следовательно, кредитор, где ФИО5 является директором с 11.08.2017 и являлся учредителем с июля 2017 г. по июль 2018 г., не отвечает признакам аффилированности юридического лица.

ООО МКК «Тиара» не является учредителем (участником) ООО «НИК», а ООО «НИК» не является учредителем (участником) ООО МКК «Тиара».

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления Пленума Верховного Суда

Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Указанная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 7204/12от 18.10.2012, определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума от 01.11.2005 № 2521/05, реально исполненный договор не может являться мнимой или притворной сделкой.

Материалами дела подтверждается, что договор займа исполнен со стороны кредитора, денежные средства поступили на расчетный счет должника.

Тот факт, что другая сторона не исполнила своих обязательств, сам по себе не свидетельствует о мнимом характере сделки.

Данный правовой подход отражен в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2005 № 10505/04.

Неисполнимость сделки не свидетельствует о его мнимости, поскольку возможность исполнения не связана с волеизъявлением сторон договора, и невозможность исполнить обязательство в момент заключения сделки не означает, что у стороны не будет возможности удовлетворить требования кредитора в будущем (Определение Верховного Суда РФ от 24.11.2015 N 89-КГ15-13).

Выводы о мнимости кредитных договоров из-за отсутствия со стороны заемщика обеспечительных обязательств, из-за отсутствия доказательств возможности возврата кредита заемщиком, также не основан на нормах права.

Судом первой инстанции установлен факт реального исполнения договора займа со стороны заимодавца, что исключает квалификацию спорного договора в качестве мнимого в соответствии с частью 1 статьи 170 ГК РФ.

Действующее законодательство не предусматривает запрет коммерческой деятельности между аффилированными и заинтересованными лицами, Закон о банкротстве также не содержит запрета на включение в реестр требований кредиторов должника требований аффилированных к нему лиц.

Системное толкование действующего законодательства позволяет суду сделать вывод о том, что злоупотребление правом при банкротстве заинтересованного лица, может иметь место в следующих случаях: во-первых, создание видимости существования денежного обязательства и, как следствие, увеличение размера реестра требований кредиторов в условиях реального отсутствия долга; во-вторых, формирование задолженности исключительно с целью осуществления контроля за процедурами банкротства юридического лица.

Между тем, реальный характер возникновения денежного обязательства, являющегося предметом настоящего обособленного спора, подтверждается представленными кредитором и должником документами, и он не связан ни формально, ни фактически с корпоративными правоотношениями, отсутствуют признаки злоупотребления правом в действиях кредитора, предоставившего должнику реальные денежные средства.

Арбитражный апелляционный суд также отмечает, что Банк «Сибэс» не представил доказательств того, каким образом принятый по делу судебный акт может повлиять на его права и обязанности, в том числе создать препятствия для реализации субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора, с учётом преобладающего размера требования банка.

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции установил, что в них отсутствуют ссылки на факты, которые имели бы

юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу.

Суд апелляционной инстанции не установил нарушений норм материального и норм процессуального права судом первой инстанции.

Оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены определения у суда апелляционной инстанции не имеется. Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Седьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение от 08.04.2019 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45- 31250/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Председательствующий А.В. Назаров

Судьи О.А. Иванов

ФИО1