Постановление от 3 августа 2020 г. по делу № А40-44304/2017

№ 09АП-22761/2020

Дело № А40-118269/19
г. Москва
03 августа 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 21 июля 2020 года


Постановление изготовлено в полном объеме 03 августа 2020 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.Н. Григорьева,

судей И.М. Клеандрова, В.С. Гарипова

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 13 марта 2020 года по делу № А40-44304/17, принятое судьей Е.А. Пахомовым,по заявлению конкурсного управляющего должника - ФИО4, ООО «СМУ «Камское» и ООО «Центргазэнергоремонт» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности ответчики - ФИО2, ФИО5, ФИО3, Минибаев Марат Наилевичв рамках о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Капстройремонт»

при участии в судебном заседании:

ФИО2 лично паспорт

Иные лица не явились, извещены.



У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 31.07.2017 (27.07.2017 дата оглашения резолютивной части) Общество с ограниченной ответственностью «Капстройремонт» (ОГРН <***> ИНН <***>) признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, арбитражным управляющим утвержден член Союза АУ «Правосознание» ФИО4 (адрес для направления корреспонденции: 420049, г. Казань, а/я 102).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.07.2019 отказано конкурсному управляющему ФИО4, ООО «СМУ «Камское» и ООО «Центргазэнергоремонт» в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО5, ФИО3 и ФИО6 по обязательствам Общества с ограниченной ответственностью «Капстройремонт» (ОГРН <***> ИНН <***>).

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.09.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 17.07.2019 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 25.12.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 17.07.2019 по делу № А40-44304/17-175-67Б и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.09.2019 были отменены, а спор отправлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 13.03.2020 г. заявление конкурсного управляющего должника - ФИО4, ООО «СМУ «Камское» и ООО «Центргазэнергоремонт» признано обоснованным частично, привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Капстройремонт» ФИО2 и ФИО3, в удовлетворении остальной части отказано, рассмотрение вопроса об определении размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с определением суда, ФИО2 и ФИО3 обратились с апелляционными жалобами, в которых просили оспариваемое определение от 13.03.2020 г. отменить и принять по делу новый судебный акт, отказав в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционных жалоб заявители ссылались на несогласие с выводами суда.

В судебном заседании ФИО2 поддержала доводы своей апелляционной жалобы.

Апеллянт ФИО3 и иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статей 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Рассмотрев дело в порядке статей 266, 267, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, в силу следующих обстоятельств.

Как следует из материалов дела, единственным учредителем общества с 14.08.2014 по настоящее время является ФИО3 (размер доли 100%).

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, Приказе № 1 от 06.04.2016 г. о назначении руководителя ООО «Капстройремонт» руководителем (генеральным директором) должника в период: с 06.04.2016 по 15.05.2017 являлась ФИО2.

Конкурсный кредитор ООО СМУ «Камское», обращаясь с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, ссылался на п.п. 1 и 2 ст.ст. 61.11, 61.12, ст. 9 Закона о банкротстве.

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» изложена правовая позиция, в соответствии с которой положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. При этом, как указано в абзаце третьем названного пункта Информационного письма, предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Следовательно, поскольку обстоятельства, в связи с которыми подается настоящее заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в силу закона №266-ФЗ, а заявление направляется в суд после вступления в силу Закона №266-ФЗ, то настоящий спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве, и процессуальных норм, предусмотренных Законом №266-ФЗ.

Согласно п. 12 ст. 142 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) в случае, если требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа не были удовлетворены за счет конкурсной массы, конкурсный управляющий, конкурсные кредиторы и уполномоченный орган, требования которых не были удовлетворены, имеют право до завершения конкурсного производства подать заявление о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, указанных в статьях 9 и 10 Закона о банкротстве.

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (ч. 3 ст. 56 ГК РФ).

Согласно п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на руководителя обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ).

Таким образом, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

В силу ст. 2 Закона о банкротстве (в редакции, подлежащей применению) контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Из материалов дела усматривается, что заявление о признании должника банкротом принято к производству суда определением от 23.03.2017.

ФИО2 являлась руководителем ООО «Капстройремонт» в период с 06.04.2016 по 15.05.2017 г. Как руководитель должника ФИО2 выступала в гражданском обороте от имени ООО «Капстройремонт».

ФИО3 является участником должника с 100% долей в уставном капитале с 14.08.2014. и имел возможность влиять на должника и определять его действия, полностью согласующиеся с действиями руководителя ФИО2

Так, зная о наличии у ООО «Капстройремонт» задолженности, не позволяющей рассчитаться с кредиторами, контролирующие должника лица приняли решение о ликвидации должника, о чем ФИО2 было подписано уведомление о принятии решения о ликвидации ЮЛ по форме Р15001 и через представителя подано в МИФНС № 46 по г.Москве (дата внесения записи в ЕГРЮЛ 31.05.2017г.).

Определениями суда от 21.02.2019г. по настоящему делу установлены обстоятельства вывода имущества и денежных средств из ООО «Капстройремонт» и создания «искусственной задолженности». Указанное свидетельствует о том, что перечисленные лица действовали совместно, желая ликвидировать «парализованное» предприятие с целью уклонения от исполнения обязательств должника.

В результате указанных действий контролирующих лиц должника по выводу активов должника, на 22.05.2017 г. (момент решения должника о ликвидации ООО «Капстройремонт») дебиторская задолженность (код 1230) отсутствует, при этом должник с кредиторами не рассчитался, хотя на 31.12.2016 год согласно бухгалтерского баланса ООО «КапСтройРемонт» дебиторская задолженность (код 1230) составляла 382 703 000 руб. (л.д. 78-79 том 21).

Проанализировав приведенные выше сделки и данные из бухгалтерского баланса должника на 01.06.2017 г., суд приходит к выводу о том, что вышеизложенное свидетельствуют о намеренном выводе активов должника контролирующими его лицами, а также создании искусственной задолженности.

Таким образом, учитывая вышеуказанные доказательства о совершаемых ФИО3 действиях, ФИО2 их фактически одобрила, так как не предприняла никаких мер по пресечению действий ФИО3, что является явным свидетельством их одобрения.

В соответствии с п. 3 ст. 61.11 Закона о банкротстве, положения подпункта 1 пункта 2 данной статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен.

Согласно материалам дела, основная задолженность должника перед кредиторами возникла с начала 2016 г. и была сформирована в период, когда руководителем общества была ФИО2, данные факты подтверждаются материалами дела в рамках обособленных споров об удовлетворении требований кредиторов должника.

Вместе с тем, чтобы осуществить погашение задолженности перед кредиторами, аккумулировать денежные средства на счете с целью погашения долга, ФИО3 и ФИО2 фактически до середины мая 2017 года осуществляли вывод активов должника.

Из чего следует, что вывод суда первой инстанции о причинении существенного вреда кредиторам путем совершения учредителем с согласия руководителя должника спорных сделок при наличии признаков объективного банкротства является обоснованным.

Так, ответчик ФИО2 как руководитель должника, в момент совершения спорных сделок в полной мере сознавала негативные последствия их совершения для должника и его кредиторов, то есть действовала противоправно (ст.ст. 10, 53.1 ГК РФ) и виновно, и имеется причинно-следственная связь между её поведением и вышеописанными негативными последствиями сделок.

На основании изложенного, Арбитражный суд города Москвы установил наличие оснований для привлечения руководителя ФИО2 и учредителя ФИО3 к субсидиарной ответственности по п.п. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, поскольку действия указанных лиц фактически привели к невозможности погашения требований кредиторов должника и к его объективному банкротству.

Как разъяснено в пункте 4 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Также в пункте 16 названного постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 указано, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

При этом неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Также в пункте 17 постановления от 21.12.2017 № 53 Пленум Верховного Суда РФ обратил внимание на то, что контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (абзац первый пункта 17 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53). Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появлении признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям (абзац третий пункта 17 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).

Учредителем должника с момента основания общества является ФИО3, следовательно, он фактически является единственным бенефициарным владельцем должника со 100% контролем как основных направлений деятельности общества, так и финансово-экономических показателей деятельности общества с возможностью принятия соответствующих управленческих решений по результатам такого контроля.

Следовательно, в результате неправомерных действий учредитель ФИО3 и руководитель ФИО2 довели должника до банкротства. Кризисная ситуация на предприятии, ее развитие и переход в стадию объективного банкротства является последствием совершенных учредителем с одобрением руководителя сделок, поскольку вследствие вывода активов должника, последний был лишен возможности осуществлять хозяйственную деятельность и рассчитываться с кредиторами.

Ввиду того, что соответствующая субсидиарная ответственность является гражданско-правовой, она может наступить для субъекта лишь при наличии всей совокупности необходимых для этого условий, а именно противоправного и виновного поведения субъекта, вреда и причинно-следственной связи между таким поведением и наступившим от него вредом (ст. 15, 1064 ГК РФ).

В силу п. 3 ст. 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Следовательно, ФИО2, являясь директором должника в период с 06.04.2016 по 15.05.2017, должна была действовать в интересах данного предприятия добросовестно и разумно.

Так, согласно разъяснениям, изложенных в пункте 6 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 и заключающиеся в следующем. Руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее – номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность солидарно.

Таким образом, суд первой инстанции, учитывая вышеизложенные обстоятельства, считает, что необходимая совокупность условий, при которых ФИО2 и ФИО3 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности на основании п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, является установленной.

Вдобавок, в соответствии с п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с учредительными документами должника на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; в иных предусмотренных настоящим Федеральным законом случаях.

В силу п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Из содержания приведенных норм права следует необходимость определения точной даты возникновения у руководителя должника соответствующей обязанности.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения единоличным исполнительным органом обязанности, установленной Законом о банкротстве (обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в случае, предусмотренном п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве), необходимо установить вину субъекта ответственности (в данном случае - бывшего руководителя должника), исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (п. 1 ст. 401 ГК РФ); также имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Конкурсный управляющий должника полагает, что обязанность ФИО2 обратиться в суд возникла не позднее 22.06.2017 г.

Как определено статьей 2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно Решению №17 единственного учредителя должника, 22 мая 2017 г. было принято решение о ликвидации ООО «Капстройремонт».

На момент принятия Решения о ликвидации должника, сумма неоплаченной кредиторской задолженности (без судебных расходов и пеней) составляла 180 246 200,73 рублей.

Ликвидатор должника указал актив баланса на 26.07.2017 г. в размере 14 073 рублей.

Кроме того, деятельность должника в период его ликвидации не велась, вышеуказанным кредиторам задолженность не погашена, следовательно, на 22.05.2017 г. имелись все признаки неплатежеспособности должника и возникала обязанность руководителя должника по подаче заявления арбитражный суд о нахождении должника в стадии банкротства, что не было сделано ФИО2

В рассматриваемых условиях, суд первой инстанции верно установил доказанность наличия оснований для привлечения ответчиков ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводы апеллянтов, по сути, повторяют доводы отзыва на заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, представленные до направления настоящего обособленного спора на новое рассмотрение.

Таким образом, доводы, изложенные в апелляционных жалобах, были предметом исследования суда первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, и фактически свидетельствуют о несогласии заявителей с установленными судом обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку, что не может явиться основанием для отмены оспариваемого судебного акта при отсутствии доказательств того, что несвоевременная передача документации могла повлиять на проведение процедуры банкротства.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации



П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 13 марта 2020 года по делу № А40-44304/17 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.



Председательствующий судья: А.Н. Григорьев


Судьи: И.М. Клеандров


ФИО7