Постановление от 9 сентября 2025 г. по делу № А63-11175/2023

ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. <***>, факс: <***>
ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ессентуки Дело № А63-11175/2023 10.09.2025

Резолютивная часть постановления объявлена 27.08.2025. Постановление в полном объеме изготовлено 10.09.2025.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Белова Д.А., судей: Годило Н.Н., Макаровой Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Мизиевым Ш.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании в режиме веб-конференции апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 29.04.2025 по делу № А63- 11175/2023, принятое по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>) об установлении и включении требований в реестр требований кредиторов должника, заявлению общества с ограниченной ответственностью «Гарант» о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Харвест» (ИНН <***>, ОГРН <***>), ответчики: ИП ФИО1, ООО «Александрийский элеватор», в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Харвест» (далее - должник) в арбитражный суд обратился ИП ФИО1 с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 4 540 000 рублей, из которых 3 000 000 руб. обеспеченных залогом имущества должника - автотранспортным средством TOYOTA CAMRY, 2020 года

выпуска, VIN <***> (с учетом уточнения заявленных требований, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

13.12.2023 ООО «Гарант» обратилось в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки должника. С учетом уточнения заявленных требований, общество просило признать недействительным договор залога транспортного средства № 1 от 14.07.2021 (предмет залога - транспортное средство TOYOTA CAMRY, 2020 года выпуска, VIN <***>), заключенный между индивидуальным предпринимателем ФИО1 и ООО «Харвест», и применить последствия недействительности данной сделки в виде обязания ИП ФИО1 передать конкурсному управляющему ООО «Харвест» транспортное средство TOYOTA CAMRY, 2020 года выпуска, VIN <***>; признать отсутствующим обременение в виде залога, оформленное записью № 2023-008-372148-730 от 25.08.2023 в Реестре уведомлений о залоге движимого имущества Федеральной нотариальной палаты о возникновении залога в отношении транспортного средства TOYOTA CAMRY, 2020 года выпуска, VIN <***> (залогодатель: ООО «Харвест»; залогодержатель: ФИО1).

Определением суда от 20.12.2023 заявление кредитора принято судом к производству, назначено к рассмотрению совместно с заявлением ИП ФИО1

03.09.2024 в арбитражный суд обратилось ООО «Гарант» с заявлением о признании недействительными договоров, заключенных между ООО «Харвест» и ООО «Александрийский элеватор», а именно: поставки кукурузы № 25/12/20 от 25.12.2020; поставки кукурузы № 01/04/21 от 01.04.2021; договора уступки права требования № 30/062Щ02 от 30.06.2021.

Определением суда от 23.09.2024 заявление кредитора принято судом к производству, назначено к рассмотрению совместно с заявлениями ИП ФИО1 и ООО «Гарант».

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 29.04.2025 по делу № А63-11175/2023 признано обоснованным требование ИП ФИО1 к ООО «Харвест» в сумме 4 540 000 рублей с удовлетворением данного требования после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации. Признан недействительным договор залога от 14.07.2021 № 1, заключенный между ООО «Харвест»

и ИП ФИО1. Применены последствия недействительности сделки. Признано отсутствующим обременение в виде залога, оформленное записью от 25.08.2023 № 2023-008-372148-730 в реестре уведомлений о залоге движимого имущества Федеральной нотариальной палаты о возникновении залога в отношении транспортного средства Toyota Camry, 2020 года выпуска, VIN <***>. Суд обязал ИП ФИО1 возвратить в конкурсную массу ООО «Харвест» транспортное средство Toyota Camry, 2020 года выпуска, VIN <***>. В удовлетворении требований ООО «Гарант» о признании недействительными договоров поставки, заключенных между ООО «Александрий элеватор» и ООО «Харвест». Требование ООО «Гарант» о признании недействительным договора уступки права требования, заключенного между ООО «Александрийский элеватор» и ИП ФИО1 оставлено без рассмотрения.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ИП ФИО1 обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, мотивированной отсутствием оснований для признания договора залога недействительной сделкой.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 АПК РФ.

Судом апелляционной инстанции удовлетворено ходатайство представителя ООО «Гарант» об участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции.

Шестнадцатым арбитражным апелляционным судом в полном объеме обеспечена возможность участия представителя ООО «Гарант» в судебном заседании в режиме веб- конференции. Однако, представителем ООО «Гарант» не обеспечено подключение к онлайн-заседанию. Проверено техническое оборудование, обеспечивающие подключение к системе веб-конференции. Оборудование находится в исправном состоянии, доступ в личный кабинет для использования системы веб-конференции предоставлен, ведется запись, представителем ООО «Гарант» не обеспечено подключение к онлайн-заседанию. Председательствующий в судебном заседании констатировал исправность технического оборудования суда. После неоднократных проверок работоспособности оборудования, в связи с неподключением представителя ООО «Гарант» к системе веб-конференции, суд перешел в обычный порядок рассмотрения дела без использования режима веб- конференции.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не

направили, в связи с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов, и проверив законность обжалуемого судебного акта, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Ставропольского края от 29.04.2025 по делу № А63- 11175/2023 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Из материалов дела усматривается, что акционерное общество «Российский банк поддержки малого и среднего предпринимательства» (далее - АО «МСП Банк») обратилось в арбитражный суд в порядке статьи 39 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Харвест» (далее - ООО «Харвест») несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 19.06.2023 заявление принято к рассмотрению, в отношении должника возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Определением суда от 22.08.2023 (резолютивная часть определения от 22.08.2023) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения временным управляющим в порядке статьи 28 Закона о банкротстве опубликованы в периодическом издании - газете «Коммерсантъ» № 162 (7607) от 02.09.2023 (объявление № 34030287612).

Решением суда 28.12.2023 (резолютивная часть решения объявлена 26.12.2023) в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

В арбитражный суд обратились ИП ФИО1 и ООО «Гарант» с рассматриваемыми заявлениями.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей определяются на дату подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом, если иное не предусмотрено названным Федеральным законом.

В соответствии с абзацем 7 статьи 2 Закона о банкротстве кредиторами являются лица, имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам

и иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих по трудовому договору.

Исходя из пункта 1 статьи 100 Закона о банкротстве, кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд в электронном виде в порядке, установленном процессуальным законодательством, и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

На основании пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве, требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

По смыслу разъяснений пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29.05.2024 года № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», при применении положений статей 71 и 100 Закона о банкротстве арбитражному суду следует исходить из того, что в реестр подлежат включению только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом с учетом возражений против указанных требований, заявленных арбитражным управляющим, другими кредиторами или другими лицами, участвующими в деле о банкротстве. Признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При рассмотрении обособленного спора суд с учетом поступивших возражений проверяет требование кредитора на предмет мнимости или предоставления компенсационного финансирования. При осуществлении такой проверки суды вправе использовать предоставленные уполномоченным и другими органами данные информационных и аналитических ресурсов, а также сформированные на их основе структурированные выписки.

При этом обязанностью кредитора в соответствии с процессуальными правилами доказывания (нормы главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) является документальное подтверждение правомерности своего требования, вытекающего из неисполнения обязательств должника на основе положений норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

Установление судом, рассматривающим дело о банкротстве, фактов злоупотребления правом, недобросовестного поведения сторон при совершении сделки, положенной в основу требования о включении в реестр требований кредиторов должника, является основанием для отказа во включении такого требования в реестр. Указанные обстоятельства входят в предмет доказывания при рассмотрении обособленного спора о включении требования кредитора в реестр требований кредиторов должника.

Ввиду правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 № 14-П и от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер, разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

В процессе проверки обоснованности требования кредитора необходимо учитывать, что реальной целью заявления требования может быть, например, искусственное создание задолженности для последующего необоснованного включения в реестр требований кредиторов и участия в распределении имущества должника. В таком случае сокрытие действительного смысла сделок находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

При оценке достоверности факта наличия требования, суду надлежит учитывать среди прочего следующее: обстоятельства и факты, свидетельствующие о заключении и действительности договора; оценка лиц, заключивших договор, анализ документов о финансово-хозяйственной деятельности сторон договора, отражалось ли сделка в

бухгалтерском и налоговом учете и отчетности, установление экономической оправданности совершаемых сделок (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060).

Статьей 40 Закона о банкротстве установлено, что кроме документов, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам; доказательства оснований возникновения задолженности (счета-фактуры, акты, товарно-транспортные накладные и иные документы); иные обстоятельства, на которых основывается заявление кредитора. К заявлению кредитора должны быть приложены вступившие в законную силу решения суда, арбитражного суда, третейского суда, рассматривавших требование конкурсного кредитора к должнику.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Учитывая, что должник находится в банкротстве, суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к удовлетворению заявления о включении требования в реестр является представление заявителем доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения лиц, заявивших возражение против требования (определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 № 305-ЭС16-20992 (3)).

Исходя из статей 16, 71, 100 Закона о банкротстве с учетом разъяснений пункта 26 Постановления Пленума № 35 и сформировавшейся судебной практики кредитор, заявляющий о включении своего требования в реестр, должен ясно и убедительно подтвердить реальность долга, то есть его наличие и размер. При этом он должен обосновать существование именно той задолженности, включить в реестр которую он просит суд (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.08.2019 № 305-ЭС18-19688 (2)).

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

В соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьи 65, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) заявитель обязан

предоставить допустимые доказательства, подтверждающие правомерность его требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

В связи с чем, для включения в реестр требований кредиторов должника кредитору необходимо доказать наличие у него денежного требования к должнику.

В обоснование заявленных требований ИП ФИО1 ссылается, что 01.04.2021 между ООО «Александрийский элеватор» (поставщик) и ООО «Харвест» (покупатель) заключен договор поставки кукурузы № 01/04/21, в соответствии с которым поставщик обязуется продать, а покупатель - принять оплатить зерно злаковых культур (далее - товар), количество и ассортимент которого устанавливается в спецификации, являющейся неотъемлемой частью настоящего договора (пункт 1.1. договора).

В соответствии с пунктом 2.1 договора, условия поставки товара регламентируются спецификацией.

Стоимость каждой партии товара определяется на основании спецификации и указывается в счете, выставленном от поставщика покупателю (пункт 2.2. договора).

Расчеты за поставляемые по настоящему договору товары осуществляются в безналичной форме путем перечисления соответствующих сумм в российских рублях на счет поставщика (пункт 2.3. договора).

Согласно спецификации от 02.04.2021 № 1 (приложение № 1 к договору поставки кукурузы № 01/04/21 от 01.04.2021), ООО «Александрийский элеватор» осуществлена поставка товара (зерно кукурузы) в количестве 181 255 кг на сумму 2 827 578 рублей.

Срок оплаты товара по договору до 15.07.2021.

Порядок поставки: поставщик передает товар покупателю на складе, расположенном по адресу: <...>, путем подписания Торг-12 и акта приема-передачи товара.

В свою очередь, покупатель обязуется выбрать (отгрузить) товар не позднее 30.04.2021. До указанной даты товар находится на ответственном хранении у поставщика без начисления услуг по хранению.

02.04.2021 в соответствии с пунктом 2 спецификации от 02.04.2021 № 1 между ООО «Александрийский элеватор» и ООО «Харвест» составлен акт приема-передачи товара (кукуруза) в вышеуказанном размере.

25.12.2020 между ООО «Александрийский элеватор» (поставщик) и ООО «Харвест» (покупатель) заключен договор поставки кукурузы № 25/12/20, в соответствии с которым поставщик обязуется продать, а покупатель - принять и оплатить зерно злаковых культур (далее - товар), количество и ассортимент которого устанавливается в спецификации, являющейся неотъемлемой частью названного договора.

В соответствии с пунктом 2.1 договора, условия поставки товара регламентируются

спецификацией.

Стоимость каждой партии товара определяется на основании спецификации и указывается в счете, выставленном от поставщика покупателю (пункт 2.2. договора).

Расчеты за поставляемые по настоящему договору товары осуществляются в безналичной форме путем перечисления соответствующих сумм в российских рублях на счет поставщика (пункт 2.3. договора).

В соответствии со спецификацией от 29.12.2020 № 1 (приложение № 1 к договору поставки кукурузы № 25/12/20 от 25.12.2020), ООО «Александрийский элеватор» осуществлена поставка товара (зерно кукурузы) в количестве 314 480 кг на сумму 4 905 888 рублей.

Срок оплаты товара по договору до 15.07.2021.

Порядок поставки: поставщик передает товар покупателю на складе, расположенном по адресу: <...>, путем подписания Торг-12 и акта приема-передачи товара.

Покупатель обязуется выбрать (отгрузить) товар не позднее 30.04.2021. До указанной даты товар находится на ответственном хранении у поставщика без начисления услуг по хранению.

29.12.2020 в соответствии с пунктом 2 спецификации от 29.12.2020 № 1 между ООО «Александрийский элеватор» и ООО «Харвест» составлен акт приема-передачи товара (кукуруза) в вышеуказанном размере.

30.06.2021 между ООО «Александрийский элеватор» (цедент) и ИП ФИО1 (цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии) № 30/06/21Ц-2, в соответствии с которым цедент передает (уступает), а цессионарий принимает права (требования) к ООО «Харвест» в размере 7 200 000 рублей, принадлежащие цеденту на основании договора поставки кукурузы от 01.04.2021 № 04/04/21 и договора поставки кукурузы от 25.12.2020 № 25/12/20, заключенных между цедентом и должником.

Общая сумма прав (требований) цедента к должнику на дату заключения названного соглашения составляет 7 200 000 рублей (пункт 2 договора).

Уступка прав (требований), осуществляемая по названному договору, является возмездной, ввиду чего цессионарий обязуется уплатить цеденту денежные средства в размере 7 200 000 рублей в срок до 10.07.2021 либо закрыть задолженность любым другим способом, не противоречащим действующему законодательству (пункт 3 договора).

ООО «Гарант», возражая против предъявленных требований, кредитором указывает, что должником и заявителем сформирован формальный документооборот для создания искусственной задолженности с целью причинения имущественного вреда независимым

конкурсным кредиторам.

Общество указывает, что документы, представленные предпринимателем в обоснование заявленных требований, носят фиктивный (мнимый) характер, на что указывают следующие признаки:

1) Отсутствуют обязательные документы по перемещению товара, предусмотренные пунктом 3.5. договоров поставки: товарные накладные ТОРГ-12, товарно-транспортные накладные. При этом обязанность вывоза товара была возложена на должника (ООО «Харвест»), который обязан предоставлять собственный транспорт (пункт 2.4. договоров поставки). Учитывая значительное количество товара (кукурузы) более 495 тонн, подвижной транспортный состав должен обладать значительным количеством (около 45 КАМАЗов или около 8 железнодорожных вагонов).

2) Отсутствуют обязательные документы по качеству товара (кукурузы), предусмотренные пунктом 3.2. договоров поставки: сертификаты соответствия, качественные удостоверения и т.п. Поскольку предметом поставки является сельскохозяйственная культура (кукуруза) наличие сертификата соответствия является обязательным. При этом обязанность предоставить документы по качеству возлагались на поставщика, который был обязан предоставить документы по качеству и количеству (пункт 3.3. договоров поставки).

3) Отсутствуют документы по расчетам за товар (кукуруза) при том, что стоимость товара по двум актам приема-передачи составляет 7 733 466 рублей, а сумма уступленной заявителю задолженности составляет 7 200 000 рублей. В этой связи частичная оплата должником товара ничем не подтверждена.

4) Отсутствуют документы по расчетам по договору уступки права требования (цессии) от 30.06.2021. При этом пунктом 3 договора уступки предусмотрен срок оплаты уступленного права до 10.07.2021. Доказательств оплаты заявителем не представлено.

5) В обстоятельствах длительной просрочки задолженности (просрочка с 16.07.2021) отсутствуют официальные требования об оплате заявителя к ООО «Харвест», равно как и отсутствуют требования ООО «Александрийский элеватор» к заявителю об оплате уступленного права (просрочка с 11.07.021 года): не предъявлено претензий, не подано исковых заявлений о взыскании.

6) Со стороны ООО «Александрийский элеватор» не подтверждено наличие у него урожая кукурузы 2020 года в количестве более 495 тонн, указанном в спорных актах приема-передачи, а также отражение данного количества кукурузы в бухгалтерском учете ООО «Александрийский элеватор», равно как и документально не подтвержден вывоз должником кукурузы со склада ООО «Александрийский элеватор», находящегося в <...>, на склад должника

в Буденновском районе, село Архангельское.

При изложенных обстоятельствах, ООО «Гарант» полагает, что формально подписанные договоры и акты приема-передачи без подтверждения реальными документами (такими как сертификаты соответствия качества сельхозпродукции, товарно-транспортные накладные на перевозку, платежные поручения об оплате кукурузы и уступленного права) не подтверждают наличие реальных отношений по поставке товара, а свидетельствуют о намерении заявителя при содействии должника нарастить искусственную задолженность с целью необоснованного получения удовлетворения из конкурсной массы должника в ущерб имущественным интересам независимых кредиторов.

Суд первой инстанции определениями от 21.12.2023, от 18.01.2024, 14.02.2024 предлагал ИП ФИО1 представить, в частности, сертификаты соответствия качества сельхозпродукции, товарно-транспортные накладные на перевозку, платежные поручения об оплате кукурузы и уступленного права.

12.03.2024 во исполнение определений суда предпринимателем представлены дополнительные пояснения по существу заявленных требований, а также заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, а именно: копии товарной накладной от 29.12.2020 № 19, копии товарной накладной от 02.04.2021 № 34, копий товарно-транспортных накладных, копии акта сверки за период с 01.01.2023 по 13.11.2023.

Определениями суда от 10.04.2024, от 05.06.2024 ИП ФИО1 предложено представить оригиналы товарно-транспортных накладных, датируемых периодом с 02.04.2021 по 12.04.2021, относящихся к договорам поставки кукурузы от 25.12.2020 № 25/12/20 и от 01.04.2021 № 01/04/21.

Также судом из налогового органа в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истребованы: книги покупок и продаж в отношении ООО «Александрийский элеватор» за 2020-2021гг.; книги покупок и продаж за 2020 год в отношении ООО «Харвест» (аналогичные данные по 2021 году были истребованы судом в рамках иного обособленного спора).

Налоговым органом во исполнение определений суда представлены книги покупок и продаж в отношении должника за 2020 год; а также книга доходов и расходов в отношении ООО «Александрийский элеватор» за 2020 год, аналогичная книга за 2021 год отсутствует.

В книге доходов и расходов ООО «Александрийский элеватор» за 2020 год отсутствует отражение операции по договору поставки от 25.12.2020.

В книге покупок и продаж ООО «Харвест» за 2020-2021 гг. сведения о приобретении товара у ООО «Александрийский элеватор» не отражены.

С учетом поступивших в материалы дела дополнительных доказательств, в

дополнении к отзыву ООО «Гарант» обращено внимание суда на то, что представленные копии ТТН противоречат копиям актов приема-передачи и ТН.

Заявителем были представлены копии актов приема-передачи и товарных накладных (форма ТОРГ-12) по договорам поставки кукурузы № 25/12/20 от 25.12.2020 и № 01/04/21 от 01.04.2021. Для договора поставки кукурузы № 25/12/20 от 25.12.2020 - акт приема-передачи от 29.12.2020 и товарная накладная № 19 от 29.12.2020; Для договора поставки кукурузы № 01/04/21 от 01.04.2021 - акт приема-передачи от 02.04.2021 и товарная накладная № 34 от 02.04.2021.

Затем заявителем были представлены копии товарно-транспортных накладных в количестве 21 шт., датируемые периодом с 02.04.2021 по 12.04.2021.

При этом, при сопоставлении содержания вышеперечисленных документов обнаружилось значительное противоречие.

Факт представления заявителем противоречащих друг другу документов прямо свидетельствует о фиктивности отношений между ООО «Александрийский элеватор» и должником, и как следствие, отношений между Заявителем и Должником.

Каждая из 21 шт. товарно-транспортных накладных не содержит ссылок на декларацию соответствия (документ о качестве сельхозпродукции), что может подтверждать реальное отсутствие этой сельхозпродукции.

Кроме того, имеются сомнения в действительности сведений ТТН, поскольку перевозчиком указан ИП ФИО3, являющийся одновременно единственным участником и директором должника, т.е. ТТН составлены без участия независимых перевозчиков, и, по сути, также как договоры с актами приема-передачи и ТН, являются двусторонними документами заявителя и должника.

Пояснения заявителя противоречат представленным им документам.

Копия акта сверки на 13.11.2023 представлена в ненадлежащем виде в связи с нечитаемым содержанием.

Кредитор обращает внимание суда, что в книге покупок и продаж ООО «Александрийский элеватор» отсутствуют операции между ним и должником.

По мнению кредитора, сделки, заключенные между ООО «Александрийский элеватор» и должником, носят нереальный характер; у указанной организации отсутствовало право требования к должнику; ООО «Александрийский элеватор» - участник мнимых сделок и заключенный между сторонами договор уступки не оплачен (является безвозмездным, фактически между сторонами заключен договор дарения, что запрещено), поскольку ООО «Александрийский элеватор» не получил встречного предоставления, доказательств иного в материалы дела представлено не было.

При этом в пункте 3 договора уступки права требования № 30/062Щ02 от 30.06.2021

указано, о возможности и об обязанности ИП ФИО1 оплатить денежные средства в размере 7 200 000 руб. или иным способом закрыть задолженность. ООО «Александрийский элеватор» не предпринял никаких действий по взысканию задолженности, возникшей у заявителя на основании договора уступки права требования № 30/06/21Ц-2 от 30.06.2021. Данное обстоятельство подтверждается отсутствием в Картотеке арбитражный дел (kad.arbitr.ru) судебных дел, направленных на получение цедентом (ООО «Александрийский элеватор») встречного предоставления от цессионария (ИП ФИО1).

Кредитором указано на отсутствие экономической целесообразности у общества для заключения названного договора (уступлено право требования на 7,2 млн рублей, при этом поставка осуществлена на сумму более 7 700 000 рублей).

Предпринимателем во исполнение требований суда в материалы обособленного спора представлены подлинники товарных накладных, товарно-транспортных накладных, датируемых периодом с 02.04.2021 по 12.04.2021, относящихся к договорам поставки кукурузы от 25.12.2020 № 25/12/20 и от 01.04.2021 № 01/04/21, акта сверки.

ООО «Гарант» также обратилось с заявлением о признании недействительными договоров, заключенных между ООО «Харвест» и ООО «Александрийский элеватор», а именно: поставки кукурузы № 25/12/20 от 25.12.2020; поставки кукурузы № 01/04/21 от 01.04.2021.

Суд первой инстанции, разрешая спор по существу, обоснованно руководствовался следующим.

Кредитор ссылается на мнимый характер, заключенных между ООО «Александрийский элеватор» и должником сделок.

Пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве установлено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Голоса кредитора, в отношении которого или в отношении аффилированных лиц которого совершена сделка, не учитываются при определении кворума и принятии решения собранием (комитетом) кредиторов по вопросу о подаче заявления об оспаривании этой сделки. Если заявление об оспаривании сделки во исполнение решения собрания (комитета) кредиторов не будет подано арбитражным управляющим в течение установленного данным решением срока, такое заявление может быть подано представителем собрания (комитета) кредиторов или иным лицом,

уполномоченным решением собрания (комитета) кредиторов.

В силу пункта 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 названной статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 28.11.2023 требование ООО «Гарант» установлено в третьей очереди реестра требований кредиторов должника в размере 22 604 083, 17 рублей, в том числе 17 736 664 рубля основного долга, 4 867 419, 17 рублей неустойки.

Таким образом, на момент обращения с заявлениями, общество имело право на обращение с рассматриваемым заявлением (19,23%).

Согласно пункту 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Ввиду статьи 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

На основании пункта 1 статьи 516 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

К поставке товаров применяются общие положения Гражданского кодекса Российской Федерации о купле-продаже, если иное не предусмотрено правилами данного Кодекса об этих видах договоров (пункт 5 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено данным Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства

(пункт 1 статьи Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если иное не предусмотрено договором купли-продажи, обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент: вручения товара покупателю или указанному им лицу, если договором предусмотрена обязанность продавца по доставке товара; предоставления товара в распоряжение покупателя, если товар должен быть передан покупателю или указанному им лицу в месте нахождения товара. Товар считается предоставленным в распоряжение покупателя, когда к сроку, предусмотренному договором, товар готов к передаче в надлежащем месте и покупатель в соответствии с условиями договора осведомлен о готовности товара к передаче. Товар не признается готовым к передаче, если он не идентифицирован для целей договора путем маркировки или иным образом (пункт 1 статьи 458 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случаях, когда из договора купли-продажи не вытекает обязанность продавца по доставке товара или передаче товара в месте его нахождения покупателю, обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент сдачи товара перевозчику или организации связи для доставки покупателю, если договором не предусмотрено иное (пункт 2 статьи 458 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительная с момента ее совершения.

В силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся мнимая или притворная сделка (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом, порочность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения

волеизъявления с волей устанавливается путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

На основании изложенного, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

Характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия (пункт 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», далее – Постановление Пленума № 25).

Наличие или отсутствие фактических отношений по сделке является юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению по делу. При этом отсутствие оспаривания мнимой сделки сторонами само по себе не свидетельствует о том, что указанная сделка не нарушает ничьих прав и обязанностей.

Данная правовая позиция содержится в ответе на вопрос № 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020.

В пункте 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц отмечено, что в ситуации, когда не связанный с должником кредитор представил косвенные доказательства, поставившие под сомнение факт существования долга, аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов в подтверждение реальности отношений.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.04.2019 № 309-ЭС18-22030 отмечено, что сам по себе факт аффилированности кредитора и должника, не свидетельствует о том, что сделка, положена в основу требований кредитора, являлась притворной либо мнимой.

Аффилированность участников сделки не является неопровержимой презумпцией недействительности сделки, иное противоречило бы обычаям делового оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для

последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

Ввиду части 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.

Применительно к рассматриваемому спору, товарные накладные являются первичными документами, которые подтверждают факт наличия определенных обстоятельств - поставки элеватором и принятия должником товара.

Данные первичных документов, составленные при совершении хозяйственной операции, в том числе об осуществлении поставки, приемки груза, должны соответствовать фактическим обстоятельствам. Учитывая назначение первичных документов, они должны содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает правовые последствия.

Только при доказанности отсутствия воли обеих сторон на совершение сделки возможно удовлетворение требования ООО «Гарант» о признании сделок, заключенных между элеватором и должником, недействительными по причине их мнимости.

В рассматриваемом случае, в материалы дела предпринимателем представлены договоры поставки, товарные накладные, товарно-транспортные накладные, акты сверки взаимных расчетов, подписанные сторонами без замечаний и возражений.

Кредитором о фальсификации указанных документов кредитором не заявлено.

В обоснование заявленных требований кредитором ООО «Гарант», в частности, указано, что книга доходов и расходов ООО «Александрийский элеватор» за 2020 год не содержит сведений о реализации товаров должнику; книги покупок ООО «Харвест» не содержат операций по покупке товара у ООО «Александрийский элеватор».

Между тем, книга покупок и книга продаж представляют собой реестры документов, составляемый для цели налогообложения, и не служат самостоятельным (единственным и достаточным) доказательством совершения либо несовершения хозяйственных операций (поставка, погрузка, сдача груза к перевозке, перевозка, разгрузка, сдача груза перевозчиком в пункте назначения уполномоченному лицу), которые могут быть подтверждены совокупностью иных доказательств, в данном случае - универсальными передаточными документами и товарно-транспортными накладными. Соответственно, книга покупок и книга продаж не являются достаточным подтверждением наличия или отсутствия между кредитором и должником взаимоотношений по спорной поставке товара и размера долга по договору поставки, поскольку содержащиеся в данной книге сведения используются для иных, не связанных с гражданско-правовыми обязательствами сторон настоящего спора, правоотношений

Аналогичная правовая позиция отражена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 30.11.2023 № Ф09-8083/2023 по делу № А07-7075/2022.

Кредитор ссылается, что представленные в материалы обособленного спора товарно-транспортные накладные, датируемые периодом с 02.04.2021 по 12.04.2021, не соответствуют актам приема-передачи и товарным накладным от 29.12.2020.

Как указано ООО «Гарант», в соответствии с актом приема-передачи и товарной накладной, товар по договору поставки от 25.12.2020 передан поставщиком в пользу покупателя 29.12.2020; однако, исходя из товарно-транспортных накладных, тот же товар был поставлен в адрес должника в апреле 2021 года (02.04.2021-12.04.2021). Данные обстоятельства, по мнению кредитора, свидетельствуют о мнимости договоров.

Согласно пункту 2.1 договора от 25.12.2020, условия поставки товара регламентируются спецификацией.

В соответствии со спецификацией от 29.12.2020 № 1 (приложение № 1 к договору поставки кукурузы № 25/12/20 от 25.12.2020), ООО «Александрийский элеватор» осуществлена поставка товара (зерно кукурузы) в количестве 314 480 кг на сумму 4 905 888 рублей.

В спецификации установлен срок оплаты товара по договору (до 15.07.2021), а также порядок поставки: поставщик передает товар покупателю на складе, расположенном по адресу: <...>, путем подписания Торг-12 и акта приема-передачи товара.

В свою очередь, покупатель обязуется выбрать (отгрузить) товар не позднее 30.04.2021.

Действительно, в соответствии с пунктом 2 спецификации от 29.12.2020 № 1, 29.12.2020 между ООО «Александрийский элеватор» и ООО «Харвест» составлен акт приема-передачи товара (кукуруза) в вышеуказанном размере, а также товарная накладная от 29.12.2020 № 19 на сумму 4 905 888 рублей.

В тоже время, исходя из согласованных сторонами условий, покупатель имел право не отгружать товар до 30.04.2021. До указанной даты товар находился на ответственном хранении у поставщика без начисления услуг по хранению.

В связи с чем, в соответствии с согласованными сторонами условиями, товар по договору был передан в собственность должнику на основании акта приема-передачи и товарной накладной от 29.12.2020, но фактически отгружен только в апреле 2021 года (совместно с товаром, приобретенным по договору от 01.04.2021), что законом не запрещено и не свидетельствует о противоречии в представленных документах.

Кредитор также ссылается, что перевозка товара по договорам от 25.12.2020 и от 01.04.2021 осуществлялась ИП Германом Е.Н., являющимся одновременно единственным

участником и директором должника, т.е. ТТН составлены без участия независимых перевозчиков, и, по сути, также как договоры с актами приема-передачи и ТН, являются двусторонними документами заявителя и должника, что вызывает сомнения в действительности сведений ТТН.

Между тем, действующее законодательство не предусматривает запрет коммерческой деятельности между аффилированными лицами.

Юридические лица действуют в гражданском обороте от своего имени как самостоятельные субъекты, и, несмотря на отношения аффилированности, на них распространяются все положения гражданского законодательства относительно возмездности, добросовестности, целевой направленности к извлечению прибыли и т.д.

Так, наличие между ИП Германом Е.Н. и должником отношений аффилированности не исключает существования реальных, экономически разумных отношений, в рамках которых может быть осуществлена защита нарушенных прав и интересов их участников при соблюдении ими правил правомерного распоряжения своими правами.

Само по себе вхождение ИП Германа Е.Н. и должника в одну группу не опровергает обычного поведения этих лиц в хозяйственном обороте.

Осуществление перевозки с помощью транспорта, принадлежащего ИП Герману Е.Н., в данном случае не свидетельствует о мнимости договоров поставки.

В порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации из ГУ МВД России по Ставропольскому краю истребована информация о зарегистрированных на имя Германа Е.Н. транспортных средствах, согласно которой по состоянию на 23.05.2024, на имя Германа Е.Н. зарегистрировано 13 единиц транспортных средств, в том числе и та, которая была использована при перевозке товара по оспариваемым договорам.

Кроме того кредитор указывает на отсутствие обязательных документов по качеству товара (кукурузы), предусмотренных пунктом 3.2. договоров поставки: сертификаты соответствия, качественные удостоверения и т.п.

В соответствии с пунктами 3.2 договоров поставки, качество товара, поставляемого по договору, должно соответствовать ГОСТам и техническим условиям (ТУ) на данный вид товара. Качество товара подтверждается необходимыми документами: сертификатом соответствия, качественным удостоверением, ветеринарным свидетельством, гигиеническим сертификатом производителя на все количество товара, подлежащего поставке по приложению.

Поставщик гарантирует соответствие поставляемого товара ТУ и ГОСТ при ее использовании и хранении и несет все расходы по его замене в случае ненадлежащего качества.

Согласно пункту 3.3. договора, к каждой партии поставляемого товара поставщик обязан приложить всю необходимую документацию для приемки по качеству и количеству.

В связи с чем, предполагается, что соответствующая документация должна была быть передана поставщиком (первоначальным кредитором, элеватором) должнику при передаче товара.

Однако, доказательств, что документация по качеству должна была быть передана цессионарию при заключении договора уступки, в материалы дела не представлено.

Товар принят должником без претензий по количеству и качеству, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Представленными в материалы дела доказательствами (договор поставки от 10.11.2020 № 10/11/20, УПД от 16.11.2020, договор поставки от 17.11.2020 № 17/11/20, спецификация от 17.11.2020 № 17/11/20 на 401 000 кг, спецификация от 17.11.2020 № 1 на 860 000 кг, спецификация от 17.11.2020 № 2 на 786 451, 60 кг, товарные накладные от 25.11.2020 № 13/6, от 02.12.2020 № 15, от 03.12.2020 № 16, от 16.12.2020 № 18, от 19.12.2020 № 19, от 24.12.2020 № 24), которые в установленном порядке не оспорены, недействительными не признаны, достоверно подтверждается наличие у поставщика (ООО «Александрийский элеватор») товара (кукурузы) в количестве, достаточном для поставки ООО «Харвест».

Согласно бухгалтерским балансам ООО «Александрийский элеватор», опубликованным в открытом доступе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» судом установлено, что активы предприятия по состоянию на конец 2020 года составили 43 768 000 рублей (внеоборотные - 19 091 000 рублей, оборотные - 24 677 000 рублей), на конец 2021 года - 39 652 000 рублей (внеоборотные 18 728 000 рублей, оборотные - 20 924 000 рублей).

Организация по настоящее время является действующей, а ее активы по итогам 2024 года составили 26 693 000 рублей.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что реальность сделок, на которых основано требование кредитора, должным образом подтверждена; требования кредитора ООО «Гарант» об оспаривании сделок в указанной части удовлетворению не подлежат.

ООО «Гарант» также просило признать недействительной сделкой договор уступки прав требований от 30.06.2021 № 30/06/21Ц-2, заключенный между ООО «Александрийский элеватор» и ИП ФИО1

Суд первой инстанции, оставляя без рассмотрения требование ООО «Гарант» в указанной части, верно руководствовался следующим.

В силу пункта 1 статьи 61. 1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником

или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)» к сделкам, совершенным не должником, а другими лицами за счет должника, которые в силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве могут быть признаны недействительными по правилам главы Ш.1 этого Закона (в том числе на основании статей 61.2 или 61.3), могут, в частности, относиться:

1) сделанное кредитором должника заявление о зачете;

2) списание банком в безакцептном порядке денежных средств со счета клиента-должника в счет погашения задолженности клиента перед банком или перед другими лицами, в том числе на основании представленного взыскателем в банк исполнительного листа;

3) перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника или списанных со счета должника;

4) оставление за собой взыскателем в исполнительном производстве имущества должника или залогодержателем предмета залога.

Содержание положений приведенных норм и разъяснений свидетельствует о том, что в рамках дела о банкротстве должника подлежат рассмотрению заявления о признании недействительными сделок, которые совершены должником или другими лицами за счет должника.

Заявитель оспаривает договор уступки права требования от 30.06.2021 № 30/06/21Ц-2, заключенный между ООО «Александрийский элеватор» и ИП ФИО1

Между тем, должник - ООО «Харвест» не является стороной оспариваемой сделки.

В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если после его принятия к производству установит, что заявлено требование, которое в соответствии с федеральным законом должно быть рассмотрено в деле о банкротстве.

Поскольку должник не является стороной указанной сделки, оспариваемые сделки не относятся к сделкам, совершенным за счет имущества должника, суд первой инстанции

верно заключил, что заявление в части признания недействительным договора уступки права требования от 30.06.2021 № 30/06/21Ц-2, заключенного между ООО «Александрийский элеватор» т предпринимателем, подлежит оставлению без рассмотрения применительно к пункту 4 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кредитор, возражая по существу заявленных требований, без ссылок на недействительность договора, указывал также на отсутствие доказательств оплаты по договору уступки, а также отсутствие экономической целесообразности уступки права требования с дисконтом.

Установление факта оплаты по договору уступки и оценка согласованных сторонами (в том числе, установление дисконта) в настоящем случае не имеют правового значение, поскольку в случае не исполнения цессионарием каких-либо обязательств по оплате, данные обстоятельства являются лишь основанием для возникновения спора непосредственно между ООО «Александрийский элеватор» и ИП ФИО1, а не должника.

Договор уступки в установленном законом порядке не оспорен, недействительным не признан. Доказательств того, что права требования приобретались за счет средств должника, в материалах дела не имеется, такие доводы не заявлены. В отсутствие указанного обстоятельства ссылки общества на порядок расчетов между ООО «Александрийский элеватор» и ИП ФИО1 правового значения не имеют.

Схожая правовая позиция отражена в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 22.02.2019 по делу № А40-47400/2018.

В связи с чем, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о реальном характере требований заявителя ИП ФИО1, вытекающих из ненадлежащего исполнения должником обязательств по договорам поставки.

Вместе с тем, делая вывод о наличии правовых оснований для понижения очередности требования кредитора, суд первой инстанции верно исходил из следующего.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Само по себе нахождение в реестре аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным.

Из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах

банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор), обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

В пункте 6.2 Обзора раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.

Требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Аффилированное лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции выплаты за должника его долгов, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 отмечено, что доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической

деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.02.2019 № 305-3018-17063, определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 по делу № А12-45751/2015, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308- ЭС16-1475).

Фактическая аффилированность двух лиц может быть установлена на основании анализа совокупности согласованных друг с другом косвенных доказательств, характеризующих поведение указанных лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472 (4,5,7) по делу № A33-1677/2013).

При этом, о наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В связи с чем, формальное отсутствие установленных пунктами 1 и 3 статьи 19 Закона о банкротстве признаков заинтересованности между должником и предпринимателем не препятствует оценить обстоятельства, свидетельствующие о фактической аффилированности.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В данном случае, исполнение обязательств по договорам поставок, требования по которым приобретены ИП ФИО1, производилось на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Договорами поставок с учетом спецификаций, было предусмотрено условие о произведении оплаты по договорам в срок до 15.07.2021. Договором уступки права требования от 30.06.2021 согласованные сроки оплаты изменены не были.

Обращаясь с первоначальным требованием, кредитором указано на наличие задолженности в неизмененном размере - 7 200 000 рублей.

Доказательств предъявления к должнику требований кредитором не представлено.

При изложенных обстоятельствах, в период действия договоров отсутствовало встречное исполнение обязательств по оплате должником поставленного товара. Вопреки разумным экономическим целям, направленным на извлечение прибыли и принудительное взыскание неуплаченной задолженности ИП ФИО1 в течение двух лет, не обращался с требованием о возврате задолженности по договорам.

Длительное существование задолженности без осуществления должником мер по ее погашению и без осуществления действий кредитором по ее взысканию свидетельствует об отсутствии намерения сторон получить положительный результат, свойственный для сделки, совершаемой в обычной хозяйственной деятельности субъекта, занимающегося предпринимательской деятельностью с целью получения прибыли.

Впоследствии (12.03.2024) в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора кредитором уточнены требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации со ссылкой на акт верки взаимных расчетов.

В соответствии с представленным актом, должником произведено частичное погашение задолженности по договорам поставки на сумму 1 520 000 рублей (оплаты в апреле и августе 2023 года); также в акте есть ссылки на оплаты по иному договору купли-продажи от 24.04.2023.

Право формулирования требований, изменение размера является прерогативой заявителя, которое предоставлено ему в силу прямого указания данного в законе. В связи с чем, суд, руководствуясь положениями части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал заявленное ходатайство подлежащим удовлетворению, уточнения судом приняты.

Однако, фактических доказательств оплаты (платежные поручения, квитанции к приходным кассовым ордерам и др.) представлено не было; названные оплаты в любом случае произведены с существенной просрочкой, а одна из оплат - от 14.08.2023 на сумму 820 000 рублей, осуществлена уже после возбуждения дела о банкротстве.

Даже если принять во внимание названные оплаты, их осуществление не подтверждает рыночный характер исполнения должником обязательств по договорам.

При обращении с рассматриваемым требованием, предприниматель просил установить задолженность в размере 3 000 000 рублей как обеспеченной залогом имущества должника - автотранспортным средством TOYOTA CAMRY, 2020 года выпуска, VIN <***>.

Кредитор в обоснование требований в указанной части ссылался на договор залога от 14.07.2021 № 1.

14.07.2021 между ИП ФИО4 (залогодержатель) и ООО «Харвест» (залогодатель) заключен договор залог, в соответствии с которым залогодатель передает в

залог залогодержателю автомобилю, указанный в пункте 1.3. договора, в частичное обеспечение исполнения обязательств по договору уступки права требования (цессии) от 30.06.2021 № 30/06/21Ц-2. Условия исполнения обязательства, частично обеспечиваемого залогом, в том числе размер, согласованы в настоящем договоре и известным залогодателю. Срок исполнения обязательств: до 31.08.2024.

Уведомление о возникновении залога транспортного средства № 2023-008-372148-730 зарегистрировано в реестре уведомлений о залоге движимого имущества единой информационной системы нотариата 25.08.2023.

ООО «Гарант» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора залога транспортного средства № 1 от 14.07.2021, заключенного между индивидуальным предпринимателем ФИО1 и ООО «Харвест», и применении последствий недействительности сделки в виде обязания ИП ФИО1 передать конкурсному управляющему ООО «Харвест» транспортное средство TOYOTA CAMRY, 2020 года выпуска, VIN <***>; а также признания отсутствующим обременения в виде залога, оформленное записью № 2023-008-372148-730 от 25.08.2023 в Реестре уведомлений о залоге движимого имущества Федеральной нотариальной палаты о возникновении залога в отношении транспортного средства TOYOTA CAMRY, 2020 года выпуска,VIN <***> (залогодатель: ООО «Харвест»; залогодержатель: ФИО1).

Кредитор ссылается на позднюю регистрацию (спустя 2 года после заключения) залога в реестре уведомлений о залоге движимого имущества единой информационной системы нотариата, нерыночный характер согласованных условий договора, а именно, условие о наличии у ИП ФИО1 права на безвозмездное пользование предметом залога в течение действия договора. Кроме того, из общедоступных сведений, кредитором установлено, что в настоящее время страхователем имущества выступает третье лицо - ООО СХП «Добровольное».

Согласно пункту 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Голоса кредитора, в отношении которого или в отношении аффилированных лиц которого совершена сделка, не учитываются при определении кворума и принятии решения собранием (комитетом) кредиторов по вопросу о подаче заявления об

оспаривании этой сделки. Если заявление об оспаривании сделки во исполнение решения собрания (комитета) кредиторов не будет подано арбитражным управляющим в течение установленного данным решением срока, такое заявление может быть подано представителем собрания (комитета) кредиторов или иным лицом, уполномоченным решением собрания (комитета) кредиторов.

Положениями пункта 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве, установлено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 названной статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 28.11.2023 требование ООО «Гарант» установлено в третьей очереди реестра требований кредиторов должника в размере 22 604 083, 17 рублей, в том числе 17 736 664 рубля основного долга, 4 867 419, 17 рублей неустойки.

Таким образом, на момент обращения с заявлениями, общество имело право на обращение с рассматриваемым заявлением (19,58%).

Ввиду пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В силу статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» по правилам главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента

перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

Специальные основания для оспаривания сделок должника перечислены в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Цель оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным основаниям главы Закона о банкротстве подчинена общей цели названной процедуры - наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности.

В связи с чем, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 № 305-ЭС17-3098(2) № А40-140251/2013).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

На основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 указанной статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Настоящее дело о банкротстве возбуждено 19.06.2023, договор залога заключен 14.07.2021, однако зарегистрирован в реестре уведомлений о залоге движимого имущества 25.08.2023, следовательно, для третьих лиц оспариваемый договор приобрел юридическую силу 25.08.2023, то есть после даты возбуждения производства по делу о банкротстве должника, следовательно, договор может быть оспорен по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума № 63 если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3 Закона, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В рассматриваемом случае подлежат доказыванию следующие обстоятельства: совершение сделки в период подозрительности (после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом), наличие признаков предпочтительного удовлетворения требований одного кредитора - общества перед другими кредиторами должника, так как сделка совершена в пределах периода, установленного пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Пунктом 10 Постановления Пленума № 63 разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований (сделка с предпочтением).

Применяя перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, приведенный в абзацах втором - пятом пункта 1 указанной статьи, судам следует иметь в виду, что для признания наличия такого предпочтения достаточно хотя бы одного из этих условий.

Кроме того, поскольку данный перечень является открытым, предпочтение может иметь место и в иных случаях, кроме содержащихся в этом перечне.

Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице.

Исходя из содержания пунктов 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, а также разъяснений, изложенных в абзацах 1 и 2 пункта 12 Постановления Пленума № 63, следует,

что независимо от того, совершена ли сделка в пределах шести либо одного месяца до возбуждения дела о банкротстве, а также после возбуждения данного дела, при наличии условий, предусмотренных абзацами 2 и 3 пункта 1 указанной статьи, недобросовестность контрагента по сделке не подлежит доказыванию. Следовательно, при наличии соответствующих условий состав недействительности сделки с предпочтением, по сути, носит формальный характер. Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721.

Абзацем 5 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве установлено, что сделка может быть признана недействительной, если такая сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства имеющие значение для правильного рассмотрения дела (часть 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На дату совершения спорной сделки у ООО «Харвест» имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, впоследствии включенными в реестр требований кредиторов должника.

Между АО «Российский банк поддержки малого и среднего предпринимательства» и ООО «ХАРВЕСТ» заключен кредитный договор от 19.08.2019 № 12Р-К-2696/19 об открытии возобновляемой кредитной линии в размере 60 000 000,00 рублей. Должник обязательства не исполнил, на дату возбуждения дела о банкротстве задолженность по договору составила 65 285 573,53 руб. Требования кредитора в указанной сумме включены в реестр требований кредиторов на основании определения Арбитражного суда Ставропольского края от 22.08.2023 по делу № А63-11175/2023.

Также на дату возбуждения дела о банкротстве должник ООО «Харвест» не исполнял обязательства по уплате налогов, в связи с чем образовалась задолженность перед уполномоченным органом по уплате НДС за 2 кв. 2022 года и 1 кв. 2023 года, НДФЛ за 1,2 кв. 2022 года, налога на прибыль за 1 кв. 2023 года, транспортного налога за 1 кв. 2022 и 4 кв. 2022 года, страховых взносов, пени и штрафов в размере 9 197 942,85 руб. Требования уполномоченного органа в указанной сумме включены в реестр требований кредиторов на основании определения Арбитражного суда Ставропольского края от 22.11.2023 по делу №

А63-11175/2023.

19.07.2022 между ООО «Гарант» и ООО «Харвест» заключен договор купли-продажи сельскохозяйственной продукции № 19/07/22-1. За весь период действия обязательства по поставке партии товара (т.е. спецификации № 1 от 19.07.2022) ООО «Харвест» поставило товара на общую сумму 4 263 336 рублей. В остальной части обязательство по поставке согласованного количества товара (на сумму 17 736 664 руб.) не было исполнено. Требования кредитора в сумме 22 604 083,17 руб. включены в реестр требований кредиторов на основании определения Арбитражного суда Ставропольского края от 28.11.2023 по делу № А63-11175/2023.

ООО «МЗК ВОСТОК» обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 1 473 230 руб. Требования кредитора основаны на неисполнении должником обязательств по договору купли-продажи № 81/04/21СП от 01.04.2021. Требования кредитора в указанной сумме включены в реестр требований кредиторов на основании определения Арбитражного суда Ставропольского края от 09.04.2024 по делу № А63-11175/2023.

ООО «ТАРА» обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 196 950 руб. Требования кредитора основаны на неисполнении должником обязательств по договору поставки от 20.02.2017 с 27.04.2023. Требования кредитора в указанной сумме включены в реестр требований кредиторов на основании определения Арбитражного суда Ставропольского края от 15.05.2024 по делу № А63-11175/2023.

Принимая во внимание юридическую регистрацию залогов 25.08.2023, когда они стали доступны для третьих лиц, сделка по установлению залога обладает признаками предпочтительности, предусмотренными в абзацах втором и третьем пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, поскольку оспариваемая сделка отвечает признакам предпочтительности, входящим в объективную сторону усеченного состава оснований недействительности сделки, то вопрос о добросовестности не входит в предмет доказывания по рассматриваемому спору.

Регистрация уведомления (публичное раскрытие залога) состоялась после возбуждения дела о банкротстве, и эта регистрация направлена на изменение очередности удовлетворения требования предпринимателя (на придание данному требованию приоритета по отношению к требованиям иных кредиторов).

Схожая правовая позиция отражена в пункте 3 Обзора судебной практики по спорам об установлении требований залогодержателей при банкротстве залогодателей, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.12.2022.

Таким образом, суд первой инстанции верно заключил о доказанности совокупности

обстоятельств, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, требования ООО «Гарант» в указанной части подлежат удовлетворению, договор залога от 14.07.2021 № 1 - признанию недействительным.

В свою очередь, в удовлетворении требования заявителя о признании задолженности, обеспеченной залогом имущества должника, надлежит отказать.

Сам по себе факт заключения договора залога на согласованных условиях свидетельствует о нерыночном характере взаимоотношений между ИП ФИО1 и ООО «Харвест».

В соответствии с пунктом 3.1 договора залога, предмет залога находится у залогодержателя. Залогодержатель имеет право пользоваться предметом залога в соответствии с его назначением. Залогодержатель отвечает за утрату и повреждение предмета залога, находящегося в его владении и пользовании. Залогодержатель несет риск случайной гибели или случайного повреждения заложенного имущества.

Учитывая изложенное, предполагается, что залогодержатель уже на протяжении 46 месяцев (с 14.07.2021 по дату судебного заседания) безвозмездно использует автомобиль, в то время как стоимость аренды автомобиля аналогичной марки, модели и года выпуска в месяц ориентировочно составляет 30 000 рублей и от 2 000 рублей до 7 000 рублей в день.

Положениями пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации

об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Как разъяснено в пункте 29 Постановления Пленума № 63 в случае, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Исходя из данных разъяснений, суд должен применить последствия недействительности сделки, предусмотренные Законом о банкротстве, независимо от формулировки указанных последствий в заявлении об оспаривании сделки.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Таким образом, применяя последствия признания сделки недействительной, суд первой инстанции пришел к верному выводу о признании отсутствующим обременения в виде залога, оформленное записью от 25.08.2023 № 2023-008-372148-730 в реестре уведомлений о залоге движимого имущества Федеральной нотариальной палаты о возникновении залога в отношении транспортного средства Toyota Camry, 2020 года выпуска, VIN <***>, на индивидуального предпринимателя ФИО1 возложена обязанность возвратить в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Харвест» транспортное средство Toyota Camry, 2020 года выпуска, VI № XW7BZYHK70S11259.

Иные доводы, приведенные в апелляционной жалобе, не могут служить основанием для отмены обжалованного судебного акта, поскольку не опровергают сделанных судом выводов и направлены по существу на переоценку доказательств и обстоятельств, установленных судом первой инстанций.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм материального права и не влияют на правильность принятого по делу судебного акта, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

При указанных обстоятельствах у апелляционного суда отсутствуют предусмотренные статьей 270 АПК РФ основания для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 29.04.2025 по делу № А63-11175/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Д.А. Белов Судьи Н.Н. Годило Н.В. Макарова