Решение от 29 мая 2024 г. по делу № А40-38636/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-38636/24-122-232
г. Москва
30 мая 2024 г.
Резолютивная часть решения объявлена 16 мая 2024года

Полный текст решения изготовлен 30 мая 2024 года


Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Девицкой Н.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём Прожировой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Федеральное казенное учреждение «Российский государственный архив научно-технической документации» (117393, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 08.10.2002, ИНН: <***>, КПП: 772801001),

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по городу Москве (107078, <...>),

третье лицо – ООО «Репрограф» (127576, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 04.07.2003, ИНН: <***>, КПП: 771501001)

об оспаривании решения от 11.12.2023 по делу № 077/10/104-17234/2023

при участии:

от истца (заявителя): ФИО1 доверенность от 20.02.2024 г.

от заинтересованного лица: ФИО2 доверенность от 12.03.2024 г.

от третьего лица: не явился, извещён

УСТАНОВИЛ:

Федеральное казенное учреждение «Российский государственный архив научно-технической документации» (Заявитель, Заказчик, Учреждение) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением об оспаривании решения Московского УФАС России от 11.12.2023 по делу № 077/10/104-17234/2023 о проведении проверки по факту одностороннего отказа от исполнения государственного контракта.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено ООО «Репрограф» (Третье лицо, общество).

Представитель Заявителя в судебном заседании поддержала заявленные требования, указав на незаконность и необоснованность оспариваемого акта по доводам, изложенным в заявлении, отметив, что данный акт не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере ограничения возможности участия Третьего лица в закупочных процедурах с целью недопущения последующего срыва им исполнения государственных контрактов и причинения вреда Заявителю путем неисполнения обществом принятых на себя обязательств по государственному контракту. Также представитель Заявителя в судебном заседании обратила внимание суда на то обстоятельство, что даже несмотря на продление Учреждением срока поставки товара, названный товар поставлен ему обществом так и не был, что, в свою очередь, свидетельствует об отсутствии у Заявителя в принципе намерения к исполнению принятых на себя обязательств и привело к лишению Заказчика того товара, на получение которого он рассчитывал при заключении государственного контракта.

Представитель заинтересованного лица в судебном заседании требования не признала, возражала против их удовлетворения по доводам, изложенным в представленном отзыве, пояснив суду, что основанием для отказа со стороны контрольного органа во внесении сведений в отношении Третьего лица в реестр недобросовестных поставщиков послужили активные действия последнего, направленные на исполнение принятых на себя обязательств по Контракту, что, в свою очередь, исключило выводы контрольного органа о проявленной со стороны общества недобросовестности.

Представитель Третьего лица – ООО «Репрограф», будучи надлежащим образом извещенным о дате, времени и месте рассмотрения настоящего спора, в судебное заседание не явился, ввиду чего дело в настоящем случае рассмотрено на основании ст.ст. 123, 156 АПК РФ в отсутствие надлежащим образом извещенного Третьего лица.

Рассмотрев материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, изучив и оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, арбитражный суд приходит к выводу о том, что требования заявлены обоснованно и подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу приведенной нормы удовлетворение заявленных требований возможно при одновременном наличии двух условий: если оспариваемое решение уполномоченного органа не соответствует закону и нарушает права и охраняемые законом интересы заявителя.

Как следует из материалов дела и установлено в рассматриваемом случае судом, по результатам проведенных Учреждением электронных аукционов между Заявителем и Третьим лицом заключены государственные контракты на поставку фотопленки для микрофильмирования: от 10.04.2023 № ЭА23-11 (реестровый № 0373100020923000011), 360 рулонов, срок поставки 07.09.2023; от 11.04.2023 №ЭА23-13 (реестровый № 0373100020923000013), 46 рулонов, срок поставки 14.11.2023; от 11.04.2023 № ЭА23-14 (реестровый № 0373100020923000014), 47 рулонов, срок поставки 14.11.2023; от 11.04.2023 № ЭА23-15 (реестровый № 0373100020923000015), 47 рулонов, срок поставки 14.11.2023 (далее - Контракты).

При этом, согласно п. 3.1 Контрактов №№ ЭА23-13, ЭА23-14, ЭА23-15 поставка Товара по ним осуществляется одним этапом, в течение 150 рабочих дней со дня, следующего за днём подписания Контрактов обеими Сторонами.

Между тем, как видно из представленных в рассматриваемом случае материалов дела, Заказчиком были приняты решения об одностороннем отказе от исполнения упомянутых контрактов 21.11.2023 (закупки № № 0373100020923000013, 0373100020923000014, 0373100020923000015) и 23.11.2023 (закупка № 0373100020923000011) в связи с неисполнением обществом принятых на себя обязательств, что, в свою очередь, повлекло за собой лишение Заказчика того товара, на который он рассчитывал при заключении контрактов.

Впоследствии все собранные в ходе исполнения контрактов документы и сведения были направлены Учреждением в Московское УФАС России для рассмотрения вопроса о возможности применения к обществу мер публично-правовой ответственности в виде включения сведений о нем в реестр недобросовестных поставщиков.

Оспариваемым решением антимонопольный орган отказал Заявителю во включении таких сведений в реестр, поскольку счел представленные Заказчиком доказательства неисполнения обществом взятых на себя обязательств по Контракту недостаточными для применения к обществу мер публично-правовой ответственности, поскольку последнее в ходе исполнения государственных контрактов совершало активные действия, направленные на выполнение принятых на себя обязательств по контрактам.

В то же время, указанные обстоятельства, по мнению административного органа, не могли являться основанием к применению им к Третьему лицу мер публично-правовой ответственности.

Не согласившись с выводами антимонопольного органа об отсутствии у него правовых оснований ко включению сведений об обществе в реестр недобросовестных поставщиков, полагая исполнение последним своих обязательств по Контрактам ненадлежащим, свои собственные действия по расторжению этих Контрактов — правомерными, а выводы антимонопольного органа, изложенные в оспариваемом решении — ошибочными и не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, Заявитель обратился в Арбитражный суд г. Москвы с требованием о признании оспариваемого ненормативного правового акта недействительным.

Судом проверено и установлено соблюдение Заявителем срока на обращение в суд, предусмотренного ч. 4 ст. 198 АПК РФ.

Полномочия административного органа, рассмотревшего дело и вынесшего оспариваемый ненормативный правовой акт, определены постановлением Правительства Российской Федерации от 20.02.2006 № 94 «О федеральном органе исполнительной власти, уполномоченном на осуществление контроля в сфере размещения заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для федеральных государственных нужд».

Таким образом, оспариваемый ненормативный правовой акт Московского УФАС России вынесен в пределах предоставленных законодательством полномочий.

Удовлетворяя заявленные требования, суд соглашается с позицией Заявителя, при этом исходит из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом, между Заказчиком и поставщиком в рассматриваемом случае заключены государственные контракты на поставку фотопленки для микрофильмирования:

от 10.04.2023 № ЭА23-11 (реестровый № 0373100020923000011), 360 рулонов, срок поставки 07.09.2023,

от 11.04.2023 №ЭА23-13 (реестровый № 0373100020923000013), 46 рулонов, срок поставки 14.11.2023;

от 11.04.2023 № ЭА23-14 (реестровый № 0373100020923000014), 47 рулонов, срок поставки 14.11.2023;

от 11.04.2023 № ЭА23-15 (реестровый № 0373100020923000015), 47 рулонов, срок поставки 14.11.2023 (далее - Контракты).

Согласно ч. 8 ст. 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее — Закон о контрактной системе закупок) расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством.

В соответствии с ч. 9 вышеуказанной статьи закона заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации (далее — ГК РФ) для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

Учитывая то обстоятельство, что предметом Контракта в настоящем случае являлась поставка товаров, то в контексте постановления Президиума ВАС РФ от 14.02.2012 № 12632/11 предмет договора поставки, а также количество поставляемого товара относятся к существенным условиям такого договора.

Кроме того, к существенным условиям договора поставки стороны в настоящем случае отнесли и срок его поставки.

Согласно ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе в сфере закупок в реестр недобросовестных поставщиков включается информация об участниках закупок, уклонившихся от заключения контрактов, а также о поставщиках (подрядчиках, исполнителях), с которыми контракты расторгнуты по решению суда или в случае одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта в связи с существенным нарушением ими условий контрактов.

В свою очередь, в силу абз. 4 п. 2 ст. 450 ГК РФ существенным признается  нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Таким образом, из совокупного толкования ч.ч. 8, 9 ст. 95 Закона о контрактной системе в сфере закупок, ст.ст. 450, 523 ГК РФ следует, что основанием для одностороннего расторжения государственного контракта на поставку товара является существенное нарушение одной из сторон своих обязательств по этому контракту в случае, если возможность такого расторжения была предусмотрена государственным контрактом.

В настоящем случае, согласно п. 3.1 Контрактов №№ ЭА23-13, ЭА23-14, ЭА23-15 поставка Товара по ним осуществляется одним этапом, в течение 150 рабочих дней со дня, следующего за днём подписания Контрактов обеими Сторонами.

Из представленных в материалы судебного дела документов и доказательств видно, что в целях исполнения обязательств по Контрактам Поставщик заключил договор с ООО «ЛЭД» на поставку расходных материалов неперфорированной черно-белой рулонной пленки (далее – товары).

Вместе с тем, как указывало в ходе проведения проверки Третье лицо, в ходе осуществления поставки товаров ООО «ЛЭД» возникли обстоятельства, препятствующие своевременной доставке товаров на территорию Российской Федерации, что привело к увеличению сроков поставки товаров.

В частности, ООО «ЛЭД» указало, что товары находятся на границе Российской Федерации, но их поставка задерживается в связи с необходимостью предоставления дополнительных документов.

В связи с изложенными обстоятельствами Поставщик в соответствии с п. 9.1.4 Контрактов уведомил Заказчика об увеличении сроков поставки товаров (письмо зарегистрировано Заказчиком 08.09.2023).

В свою очередь, Заказчик в ответ на письмо от 08.09.2023 направил требование о предоставлении документов, подтверждающих совершение поставщиком действий, направленных на исполнение Контракта, а также требование об уплате штрафа в размере 1 000 руб. за ненадлежащее исполнение требований п. 9.1.4 Контрактов, устанавливающего обязанность незамедлительного уведомления об обстоятельствах, создающих невозможность завершения поставки Товара в установленные Контрактом сроки.

В этой связи, как видно из представленных материалов, 22.09.2023 Поставщик предложил Заказчику рассмотреть вопрос заключения дополнительного соглашения об увеличении сроков поставки товаров, а также сообщил об уплате штрафа за нарушение п. 9.1.4 контрактов.

Таким образом, Поставщик во исполнение обязательств по Контрактам заключил договор с ООО «ЛЭД», то есть предпринял действия, направленные исполнение обязательств по Контрактам, оплатил выставленный Заказчиком штраф за несоблюдение требований п. 9.1.4 Контрактов, предложил Заказчику заключить дополнительное соглашение об увеличении сроков поставки товаров в связи с задержкой товаров на этапе прохождения таможенного контроля.

При таких обстоятельствах административный орган пришел к выводу о том, что Поставщик совершал активные действия, направленные на соблюдение условий Контрактов, выражая намерение к их исполнению.

Указанные обстоятельства в своей совокупности и взаимной связи обусловили отказ заинтересованного лица в применении к обществу мер публично-правовой ответственности за допущенное нарушение принятых на себя обязательств.

В то же время, заинтересованным лицом, по мнению суда, не учтено следующее.

Так, в контексте ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе в сфере закупок включению в реестр недобросовестных поставщиков подлежит информация, в том числе о лицах, с которыми государственные контракты расторгнуты вследствие допущенных ими существенных нарушений условий исполнения таких контрактов.

При этом, учитывая то обстоятельство, что реестр недобросовестных поставщиков является мерой публично-правового характера, антимонопольный орган в каждом конкретном случае обязан выяснить причины неисполнения контракта и оценить существенность допущенного нарушения, что и было сделано административным органом в настоящем случае.

В этой связи суд отмечает, что решение Заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта само по себе ни к чему не обязывает антимонопольный орган, в исключительной компетенции которого находится оценка всех фактических обстоятельств дела и всех элементов поведения участника закупки в ходе исполнения контракта.

В то же время, разрешение контрольным органом указанного вопроса не может являться произвольным, а должно соответствовать представленным в материалы дела доказательствам и учитывать баланс интересов всех сторон государственного контракта.

Между тем, как усматривается из материалов дела, административный орган отказал Заявителю во включении сведений в отношении общества в реестр недобросовестных поставщиков, мотивировав свои выводы добросовестным поведением Третьего лица в ходе исполнения Контракта, фактом ведения им переписки с Заказчиком, а также оплатой Третьим лицом назначенных ему Учреждением штрафных санкций. Кроме того, административный орган в оспариваемом решении также указал, что обстоятельства дела в совокупности с представленными доказательствами не свидетельствуют о том, что действия Исполнителя направлены на умышленное несоблюдение условий Контракта.

Между тем, суд не может согласиться с подобным подходом административного органа к разрешению возникшего спора, исходя из следующего.

Так, материалами дела подтверждается, что товары в рамках государственных контрактов подлежали поставке одним этапом, в течение 150 рабочих дней со дня, следующего за днём подписания Контрактов обеими Сторонами, чего, однако же, в рассматриваемом случае сделано не было со ссылками на несвоевременное исполнение своих обязательств со стороны контрагента общества.

Вместе с тем, действия Третьего лица не соответствовали положениям ст. 309 ГК РФ, в силу которой обязательства должны исполняться должным образом и в полном объеме.

При этом, в силу прямого указания в ч. 3 ст. 401 ГК РФ неисполнение контрагентами хозяйствующих субъектов своих обязательств в рамках договорных правоотношений не является обстоятельством непреодолимой силы и не свидетельствует о необходимости освобождения таких субъектов от мер ответственности, в том числе публично-правовой.

Не соответствовали указанные действия общества и основополагающим принципам гражданского законодательства Российской Федерации, а именно добросовестной реализации и защите гражданских прав (ч. 3 ст. 1 ГК РФ), недопустимости извлечения преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения (ч. 4 ст. 1 ГК РФ), недопустимости злоупотребления правом (ч. 1 ст. 10 ГК РФ).

В этой связи суд соглашается с доводами Заявителя об отсутствии у Третьего лица правовых оснований для неисполнения принятых на себя обязательств по государственным контрактам и отсутствии у него объективных препятствий к исполнению своих обязательств по этим Контрактам.

Кроме того, в контексте ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться должным образом и своевременно, в то время как в настоящем случае обществом необходимый Заказчику в рамках государственных контрактов товар безосновательно не поставлен, что, в свою очередь, не может свидетельствовать о проявленной Третьим лицом добросовестности в рамках заключенного Контракта.

При этом суд отмечает, что одно только ведение переписки общества с Заказчиком в рамках исполнения Контракта, вопреки мнению контрольного органа, не может являться обстоятельством, исключающим применение мер публично-правовой ответственности, в отрыве от иных фактических обстоятельств дела.

Так, в настоящем случае заинтересованным лицом немотивированно и безосновательно не принято во внимание нарушение обществом срока поставки товара, а также систематический характер неисполнения обществом своих обязательств по государственным контрактам (как указал Заявитель, обществом не исполнены также и требования ранее заключенного государственного контракта от 10.04.2023 № ЭА23-12 на поставку 360 рулонов пленки для микрофильмирования со сроком поставки до 15.04.2023).

Совокупность указанных обстоятельств не позволяет суду согласиться с выводами административного органа об отсутствии в настоящем случае оснований для применения к обществу мер публично-правовой ответственности.

При таких данных суд приходит к выводу, что у Заявителя в настоящем случае имелись как правовые, так и фактические основания для отказа от исполнения Контракта, поскольку его условия в установленный срок обществом не были выполнены, а доказательств объективной невозможности такого выполнения Третьим лицом представлено не было.

На основании изложенного, суд признает, что административным органом дана неверная оценка фактическим обстоятельствам и представленным в дело доказательствам – письмам общества от 08.09.2023 и 22.09.2023, поскольку указанные документы невозможно расценить в качестве намерения Третьего лица своевременно и надлежащим образом исполнить принятые на себя обязательства по Контрактам, вопреки выводам административного органа об обратном.

Уплата же обществом назначенных ему Заказчиком штрафных санкций является безусловной обязанностью общества, но не свидетельством проявленной им добросовестности в ходе исполнения государственных контрактов, равно как и ведение немотивированной и беспредметной переписки с Заказчиком по вопросу исполнения своих обязательств в рамках заключенных контрактов.

Кроме того, формулируя вывод о незаконности и необоснованности оспоренного по делу решения контрольного органа суд также принимает во внимание и нормоположения ч. 14 ст. 95 Закона о контрактной системе в сфере закупок, согласно которой заказчик обязан отменить не вступившее в силу решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, если в течение десятидневного срока с даты надлежащего уведомления поставщика (подрядчика, исполнителя) о принятом решении об одностороннем отказе от исполнения контракта устранено нарушение условий контракта, послужившее основанием для принятия указанного решения, а также заказчику компенсированы затраты на проведение экспертизы в соответствии с ч. 10 вышеуказанной статьи закона. Данное правило не применяется в случае повторного нарушения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) условий контракта, которые в соответствии с гражданским законодательством являются основанием для одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта.

Таким образом, положения вышеуказанной нормы права предоставляют участнику закупки законное право устранить выявленные в ходе исполнения государственного контракта замечания, а на заказчика, в свою очередь, относят обязанность по отмене своего решения об отказе от исполнения контракта в случае такого устранения.

В то же время, как усматривается из материалов дела, решения Учреждения об отказе от исполнения Контрактов в настоящем случае вступили в силу 04.12.2023 и 05.12.2023 (по истечении десяти дней с даты надлежащего извещения общества об их принятии Заказчиком), однако до истечения указанного срока данные действия совершены обществом так и не были, что уже исключает выводы административного органа о проявленной Третьим лицом добросовестности в ходе исполнения Контракта.

При этом, длительное уклонение Третьего лица от исполнения принятых на себя обязательств по Контракту, по мнению суда, напрямую свидетельствует об отсутствии у общества желания и намерения к исполнению Контракта и об изыскании им любых возможных способов избежать применения к нему мер публично-правовой ответственности за неисполнение принятых на себя обязательств по Контракту.

В то же время, как следует из содержания оспариваемого ненормативного правового акта, вышеуказанные обстоятельства антимонопольным органом не выяснялись и не проверялись, какой-либо оценки указанным обстоятельствам административным органом в оспариваемом решении не дано, равно как и не дано оценки правомерности бездействия общества после принятия Заказчиком решения об отказе от исполнения Контракта.

При этом в оспариваемом решении административный орган ограничился исключительно констатацией того обстоятельства, что обществом совершались активные действия, направленные на исполнение принятых на себя обязательств по Контрактам, а также отсутствием в материалах дела документального подтверждения намеренного неисполнения обществом своих обязательств в рамках заключенных государственных контрактов (при этом в оспариваемом решении Ответчика не приведено ни единого доказательства действительной, а не мнимой возможности Третьего лица надлежащим образом исполнить условия Контракта).

При таких данных суд считает оспоренный по делу ненормативный правовой акт необоснованным, немотивированным, основанным исключительно на выборочной оценке контрольным органом фактических обстоятельств дела и поверхностном их изучении, а потому незаконным и нарушающим права и законные интересы Заявителя.

Кроме того, при рассмотрении настоящего спора суд также принимает во внимание и положения п. 42 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2017, согласно которому необоснованный отказ антимонопольного органа во включении недобросовестных участников закупок в реестр недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей) прямым образом затрагивает права заказчика, поскольку участие таких лиц в последующих закупках не позволит заказчику с оптимальными издержками добиться "заданных результатов", приведет к неэффективному использованию бюджетных средств и нарушению конкуренции.

При таких данных, выводы антимонопольного органа, изложенные в оспариваемом ненормативном правовом акте, признаются судом ошибочными, основанными на неправильном толковании и применении норм материального права и противоречащими фактическим обстоятельствам дела, поскольку, при перечисленных ранее фактических данных, у Заказчика имелись все правовые и фактические основания для расторжения Контракта, а у заинтересованного лица, наоборот, не имелось оснований к отказу во включении сведений в отношении Третьего лица в реестр недобросовестных поставщиков по доводам и основаниям, изложенным в оспариваемом ненормативном правовом акте.

При этом, как уже было указано выше, необоснованный отказ во включении сведений в отношении Третьего лица в реестр недобросовестных поставщиков нарушает права и законные интересы Заявителя, поскольку позволяет обществу и в дальнейшем участвовать в закупочных процедурах в отсутствие у него намерения и возможности исполнения государственных контрактов.

Следовательно, в данном случае имеются основания, предусмотренные ст. 13 ГК РФ и ч. 1 ст. 198 АПК РФ, которые одновременно необходимы для признания ненормативного акта органа, осуществляющего публичные полномочия, недействительным, а решения или действия незаконными.

Учитывая изложенное, требования Заявителя являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

При этом, в качестве способа восстановления нарушенного права Заявителя на полное, всестороннее и объективное рассмотрение уполномоченным органом представленных им документов и сведений в отношении ООО «Репрограф», суд полагает необходимым возложить на Московское УФАС России обязанность по повторному рассмотрению направленных Учреждением сведений относительно имевшего место с его стороны расторжения ранее упомянутых государственных контрактов.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 1-13, 15, 17, 27, 29, 49, 51, 64-68, 71, 75, 81, 123, 156, 163, 166-170, 176, 180, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 



РЕШИЛ:

Признать незаконным решение УФАС по г. Москве от 11.12.2023 по делу №077/10/104-17234/2023.

Обязать Московский УФАС России повторно рассмотреть обращение ФКУ «Российский государственный архив научно-технической документации» о включении сведений в отношении ООО «Репрограф» в реестр недобросовестных поставщиков.

Проверено на соответствие действующему законодательству.

Взыскать с Московского УФАС России в пользу ФКУ «Российский государственный архив научно-технической документации» расходы по оплате госпошлины в размере 3000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.



Судья                                                                                                               Н.Е. Девицкая