Постановление от 15 апреля 2024 г. по делу № А65-8080/2023

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции


15 апреля 2024 года Дело № А65-8080/2023

№ 11АП-14752/2023

г. Самара


Резолютивная часть постановления объявлена «02» апреля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен «15» апреля 2024 года.


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Дегтярева Д.А., судей: Коршиковой Е.В., Романенко С.Ш.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Герасимовой Е.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании 02 апреля 2024 года апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью "Грандстрой", ФИО1 на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.12.2023 по делу № А65-8080/2023 (судья Аппакова Л.Р.)

по иску Общества с ограниченной ответственностью "МонтажЭнергоСервис", г.Нижнекамск, (ОГРН <***>, ИНН <***>) к ФИО1, г.Альметьевск (ИНН <***>) и Обществу с ограниченной ответственностью "Грандстрой", г.Альметьевск, (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании солидарно 4 897 896 руб. 96 коп. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности,

с привлечением на основании ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО2 (ИНН <***>),


при участии в судебном заседании:

от истца – не явились, извещены надлежащим образом,

от ответчиков:

- ФИО1 – представитель ФИО3 по доверенности от 16.06.2023,

- Обществу с ограниченной ответственностью "Грандстрой"- представитель ФИО3 по доверенности от 14.04.2023,

от третьего лица - не явились, извещены надлежащим образом,



УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "МонтажЭнергоСервис" (далее - истец), обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к ФИО1 и Обществу с ограниченной ответственностью "Грандстрой" о взыскании солидарно 4 897 896 руб. 96 коп. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности.

Истец представил письменные пояснения, иск поддержал, указал, что просит взыскать долг с ответчиков солидарно.

Уточнение принято судом.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.12.2023 по делу №А65-8080/2023 иск удовлетворен, взыскано солидарно с ФИО1, г. Альметьевск (ИНН <***>) и Общества с ограниченной ответственностью "Грандстрой", г.Альметьевск, (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью "МонтажЭнергоСервис", г. Нижнекамск, (ОГРН <***>, ИНН <***>) 4 897 896 руб. 96 коп. долга в порядке привлечения к субсидиарной ответственности.

Ответчики, Общество с ограниченной ответственностью "Грандстрой", ФИО1, не согласившись с принятым судебным актом, обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просят решение суда отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований. В обоснование апелляционной жалобы ответчики полагают необоснованными ссылки суда первой инстанции в основание привлечения к субсидиарной ответственности на финансовые операции между обществом с ограниченной ответственностью «Гранстрой» (ОГРН <***>, ИНН <***>) и обществом с ограниченной ответственностью «Грандстрой» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), совершенное в 2018 году, тогда как в указанный период времени задолженность на основании судебного решения у общества с ограниченной ответственностью «Гранстрой» (ОГРН <***>, ИНН <***>) перед истцом отсутствовала. Ответчики указывают, что судом первой инстанции необоснованно отклонены доводы ответчиков о необходимости исчисления срока исковой давности с момента, когда ФИО1 перестал быть учредителем и директором общества с ограниченной ответственностью «Гранстрой» (ОГРН <***>, ИНН <***>), то есть с 29 ноября 2017 года. По мнению ответчиков, обстоятельства, установленные решением Арбитражного суда РТ от 15.09.2020 по делу №А65-11977/2020 не могут служить доказательствами при рассмотрении дела №А65-8080/2023, поскольку в данном случае положения статьи 69 АПК РФ об основания освобождения от доказывания неприменимы ввиду непривлечения ООО «Грандстрой» и ФИО1 к участию в деле №А65-11977/2020. При этом, поскольку ФИО1 являлся директором ООО «Гранстрой» с 29.10.2015 по 29.11.2017, следовательно ФИО1 не имел права подписывать акт о приемке выполненных работ за декабрь 2017 года. Ответчики также ссылаются, что ООО «МонтажЭнергоСервис» не воспользовалось своим правом, предусмотренным ч. 8 ст. 22 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», согласно которой исключение юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц может быть обжаловано кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, в течение года. Ответчики также ссылаются на неисполнение истцом обязанности, предусмотренной пунктом 53 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" публичного извещения потенциальных участников группы о предъявлении требования о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2024 апелляционная жалоба истца принята к производству, судебное заседание по рассмотрению жалобы назначено на 27.02.2024.

Определением от 28.02.2024 рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 02.04.2024.

01.04.2024 от истца поступил отзыв на апелляционную жалобу.

Отзыв на апелляционную жалобу в порядке ст. 262 АПК РФ приобщен к материалам дела.

В судебном заседании представитель ответчиков ходатайствовал о приобщении доказательств направления апелляционной жалобы в адрес третьего лица, апелляционную жалобу поддержал, просил решение суда отменить, в иске отказать.

Истец, третье лицо в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьями 123 и 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неявка лица, участвующего в деле, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного заседания, не является препятствием для рассмотрения дела.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверяется в соответствии со статьями 266 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, отзыва, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены/изменения судебного акта арбитражного суда первой инстанции, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15 сентября 2020 года по делу №А65-11977/2020 с общества с ограниченной ответственностью "ГранСтрой" (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "МонтажЭнергоСервис" (ОГРН <***>, ИНН <***>) взыскано 3 904 143, 42 руб. задолженности, 946 500, 54 руб. договорной неустойки за период с 16.05.2017 по 16.04.2020, а также 47 253 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины, а всего 4 897 896, 96 руб.

Указанным решением установлено, что 01.03.2017 между ООО "МонтажЭнергоСервис" (субподрядчик) и ООО "ГранСтрой" (ОГРН <***>, ИНН <***>) (подрядчик) был заключен договор № 2/17-СП на строительно-монтажные и прочие работы по капитальному ремонту, по условиям которого подрядчик поручает, а субподрядчик принимает на себя выполнение строительно-монтажных и прочих работ по капитальному ремонту, в том числе установку и монтаж оборудования (работы), в соответствии с условиями настоящего договора и технической документацией согласно приложению № 3 к настоящему договору на объектах: ... согласно приложению № 1 к настоящему договору (объекты) (п. 1.1 договора).

ООО "МонтажЭнергоСервис" исполнило взятые на себя обязательства, в обоснование чего представлены акты о приемке выполненных работ, справки о стоимости выполненных работ и затрат за апрель, август, декабрь 2017 года на общую сумму 9 906 370, 74 руб. Акты и справки о стоимости выполненных работ подписаны директором ответчика ФИО1, а также имеется печать ООО "ГранСтрой", ИНН <***>.

ООО "ГранСтрой", ИНН <***> частично оплатило задолженность в размере 6 002 227, 32 руб., недоплата составила 3 904 143, 42 руб. Отсутствие выплаты ответчиком в добровольном порядке послужило основанием для обращения в суд с исковыми требованиями.

Решение суда должником не исполнено.

Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №18 по Республики Татарстан 25 марта 2022 г. в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении деятельности ООО "ГРАНСТРОЙ" (ОГРН <***>, ИНН <***>) в связи с исключением по причине наличия в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

ФИО1 являлся директором ООО "ГРАНСТРОЙ" (ОГРН <***>, ИНН <***>) с 29 октября 2015 г. по 29 ноября 2017 года.

25.04.2016 в ЕГРЮЛ было зарегистрировано ООО «РТ-Авто» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), которое в последующем было переименовано в ООО "ГРАНДСТРОЙ".

С 16.06.2016 ФИО1 является учредителем ООО "ГРАНДСТРОЙ" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) со 100% долей в уставном капитале.

Истец в исковом заявлении указал, что имеются основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности в силу того, что он намеренно уклонился от исполнения обязательств при помощи ликвидации основного общества ООО "ГРАНСТРОЙ" и перевода активов на "зеркальное" аффилированное общество ООО "ГРАНДСТРОЙ".

Истец также указал, что имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности ООО "ГРАНДСТРОЙ", как зеркального в силу того, что оно также подлежит отнесению к лицам, контролирующим должника, с учетом сходства в видах деятельности, осуществляемых зеркальным и основным обществом, практически полном сходстве в наименованиях обществ и идентичном составе контролирующих лиц.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 53.1, 64.2, 419, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", разъяснениями, изложенными в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пунктах 1, 7, 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", установив совокупность обстоятельств для привлечения ответчиков к ответственности в виде взыскания убытков, исковые требования удовлетворил.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции, признает их законными и обоснованными.

В силу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Поскольку любое Общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

На основании статьи 419 ГК РФ обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо (по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и др.).

Согласно пункту 2 статьи 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные данным Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. При этом исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 Кодекса (пункт 3 статьи 64.2 ГК РФ).

По правилу пункта 1 статьи 53.1. ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности доказыванию подлежит в силу статьи 65 АПК РФ состав правонарушения, включающий наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Юридически значимые обстоятельства, порядок распределения бремени доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о возмещении убытков разъяснены в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. Бремя доказывания обратного (опровержение презумпции наличия причинной связи между противоправным бездействием и возникновением убытков, оспаривание размера убытков) лежало на ответчиках, но не реализовано ими (статьи 9, 65 АПК РФ).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» отражена правовая позиция, согласно которой предусмотренная оспариваемой нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

При этом, как отмечается Верховным Судом Российской Федерации, долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК РФ) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007 (2)).

Согласно правовым позициям Конституционного суда Российской Федерации, изложенным в Постановлении от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки ФИО4», исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

Распространенность случаев уклонения от ликвидации обществ с ограниченной ответственностью с имеющимися долгами и последующим исключением указанных обществ из единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке побудила федерального законодателя в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" (введенном Федеральным законом от 28 декабря 2016 года N 488-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации") предусмотреть компенсирующий негативные последствия прекращения общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Предусмотренная оспариваемой нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом, как отмечается Верховным Судом Российской Федерации, долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10 июня 2020 года; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 3 июля 2020 года N 305-ЭС19-17007(2)).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

Соответственно, привлечение к ней возможно если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия).

Истец обратился с требованием о привлечении ООО «Грандстрой» (как лица, извлекшего выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ - пп. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Гранстрой»

В соответствии с пунктами 1, 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий

На основании пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Предполагается, что такой выгодоприобретатель является контролирующим лицом, извлекшим существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

В судебной практике сложился устойчивый подход, согласно которому общество, на которое был переведен бизнес должника отвечает по обязательствам должника солидарно с контролирующим лицом, привлеченным к субсидиарной ответственности.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2020 N 310-ЭС20-6760, компания в отсутствие статуса контролирующего лица может быть признана действующей совместно с контролирующим должника лицом (ст. 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку фактически выступала в качестве соисполнителя (пункт 22 Постановления N 53), что приводит к одним и тем же материально-правовым последствиям для ответчика в случае удовлетворения иска.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 1 5сентября 2020 года по делу №А65-11977/2020 с общества с ограниченной ответственностью "ГранСтрой" (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "МонтажЭнергоСервис" (ОГРН <***>, ИНН <***>) взыскано 3 904 143, 42 руб. задолженности, 946 500, 54 руб. договорной неустойки за период с 16.05.2017 по 16.04.2020, а также 47 253 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины, а всего 4 897 896, 96 руб.

Фактически данным решением установлены обстоятельства, свидетельствующие о наличии у ООО "ГРАНСТРОЙ" признаков банкротства (наличие просроченной более чем на три месяца задолженности на сумму более трехсот тысяч рублей).

Из выписки из ЕГРЮЛ, а также из поступивших по запросу суда материалов регистрационного дела в отношении ООО "ГРАНСТРОЙ" (ОГРН <***>, ИНН <***>) судом первой инстанции установлено следующее.

ФИО1 являлся директором ООО "ГРАНСТРОЙ" (ОГРН <***>, ИНН <***>) с 29 октября 2015 года по 29 ноября 2017 года.

ФИО1 являлся также единственным участником и владельцем 100 процентов доли в уставном капитале ООО "ГРАНСТРОЙ" (ОГРН <***>, ИНН <***>) в период с 04.10.2016 по 26.02.2018 (дата вынесения решения о передачи доли обществу).

С 09.01.2018 и до момента исключения из Единого государственного реестра юридических лиц директором ООО "ГРАНСТРОЙ" являлся ФИО2, который также являлся единственным участником общества с 29.01.2018 по дату прекращения деятельности.

25.04.2016 в ЕГРЮЛ было зарегистрировано ООО «РТ-Авто» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), которое в последующем было переименовано в ООО "ГРАНДСТРОЙ".

С 16.06.2016 ФИО1 является учредителем ООО "ГРАНДСТРОЙ" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) со 100% долей в уставном капитале.

На момент заключения договора № 2/17-СП от 01 марта 2017 г., по которому в пользу истца взыскан долг, директором ООО "ГРАНСТРОИ" являлся ФИО1 Акты о приемке выполненных работ, справки о стоимости выполненных работ и затрат за апрель, август, декабрь 2017 года на общую сумму 9 906 370, 74 руб., подписаны директором ООО "ГРАНСТРОИ ФИО1, что отражено во вступившем в законную силу решении Арбитражного суда Республики Татарстан от 15 сентября 2020 г. по делу №А65-11977/2020.

Основным видом деятельности ООО "ГРАНСТРОИ" согласно выписке из ЕГРЮЛ являлось "Строительство жилых и нежилых зданий" (ОКВЭД, код 41.20), дополнительными видами деятельности являлись, в том числе, «42.11 Строительство автомобильных дорог и автомагистралей», «42.99 Строительство прочих инженерных сооружений, не включенных в другие группировки», «43.31 Производство штукатурных работ», «43.32 Работы столярные и плотничные», «43.34.1 Производство малярных работ», «43.39 Производство прочих отделочных и завершающих работ».

Основным видом деятельности ООО "ГРАНДСТРОИ" согласно выписке по состоянию на дату рассмотрения дела является «43.11 Разборка и снос зданий», а в качестве дополнительных видов деятельности указаны, в том числе, те же самые виды деятельности, что и у ООО "ГРАНСТРОИ".

Таким образом, у сравниваемых обществ имеются большой процент совпадения в видах деятельности, практически полное сходство в наименованиях обществ, и подконтрольность ФИО1

О взаимосвязи и аффилированности указанных лиц свидетельствует также договор уступки права требования (цессии) от 9 октября 2018 г., заключенный между ООО "ГРАНСТРОИ" (цедент) и ООО "ГРАНДСТРОЙ" (цессионарий) по условиям которого цессионарию было уступлено право требования с МУП "Уруссинское предприятие по благоустройству и озеленению" денежных средств в размере 576 900 рублей оплаты за проектно-сметную документацию. Данные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 28 марта 2019 года по делу А65-36276/2018, в материалах электронного дела Картотеки арбитражных дел которого содержится указанный договор. При этом, из текста договора судом установлено, что оплата за уступаемое право составила всего 50 000 руб.

Судом из банков были запрошены выписки о движении денежных средств по счетам ООО "ГРАНСТРОИ" и ООО "ГРАНДСТРОЙ".

В 2018 году по расчетному счету ООО «ГРАНСТРОЙ» в ПАО «Ак Барс Банк» прослеживается 2 поступления от ООО «СК «СТРОЙИНВЕСТИНЖИНИРИНГ» (ИНН: <***>) на общую сумму 800 000 рублей:

- 26.03.2018г. поступление на сумму 500 000 рублей с назначением платежа «предоплата за СМР по дог 71/11-ск от 29.11.17 АльметРЭС»;

- 24.04.2018г. поступление на сумму 300 000 рублей с назначением платежа «оплата за СМР по дог 71/11-ск от 29.11.17 АльметРЭС».

В 2018 году по расчетному счету ООО «ГРАНДСТРОИ» в ПАО «Ак Барс Банк» прослеживается 3 поступления от ООО «СК «СТРОИИНВЕСТИНЖИНИРИНГ» (ИНН: <***>) на общую сумму 1 450 000 рублей:

- 23.05.2018г. поступление на сумму 500 000 рублей с назначением платежа «оплата по догов.уступки права требования от 22.05.18 за СМР по дог. № 71/11-ск от 29.11.17».

- 07.06.2018г. поступление на сумму 500 000 рублей с назначением платежа «2-ой транш оплата по догов.уступки права требования от 22.05.18 за СМР по дог. № 71/11-ск от 29.11.17»;

- 21.06.2018г. поступление на сумму 450 000 рублей с назначением платежа «3-ий транш оплата по догов.уступки права требования от 22.05.18 за СМР по дог. № 71/11-ск от 29.11.17».

Таким образом, первоначально оплата ООО «СК «СТРОЙИНВЕСТИНЖИНИРИНГ» по договору 71/11-ск от 29.11.17 производилась в адрес ООО «ГРАНСТРОЙ», а в последующем оплата производилась уже в адрес ООО «ГРАНДСТРОЙ» со ссылкой на договор уступки от 22.05.18.

Из указанного следует вывод о том, что ФИО1 22.05.2018 заключил между ООО «ГРАНСТРОЙ» и ООО «ГРАНДСТРОЙ» договор уступки права требования к ООО «СК «СТРОЙИНВЕСТИНЖИНИРИНГ» (ИНН: <***>).

На тот момент имея обязательство по оплате выполненных работ перед истцом, поскольку, как следует из решения от 15 сентября 2020 г. по делу №А65-11977/2020 акты о приемке выполненных работ, справки о стоимости выполненных работ и затрат подписаны за апрель, август, декабрь 2017 года на общую сумму 9 906 370, 74 руб. ФИО1 лично.

Таким образом, в результате действий ФИО1 с общества - должника была выведена задолженность на общую сумму 1 450 000 рублей.

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что прибыль от активной хозяйственной деятельности аккумулировало общество ООО "ГРАНДСТРОЙ" являясь, таким образом, центром прибыли, в то время как общество ООО "ГРАНСТРОИ" генерировало убытки.

В 2018 году по расчетному счету в ПАО «Ак Барс Банк» ООО «ГРАНДСТРОИ» прослеживается, что ФИО1 после продажи ООО «ГРАНСТРОЙ» ФИО2 продолжил от имени ООО «ГРАНДСТРОЙ» осуществлять платежи за ООО «ГРАНСТРОИ», что указывает на подконтрольность должника как ФИО1, так и ООО «ГРАНДСТРОИ». Об указанном свидетельствуют перечисления

- от 27.04.2018 в адрес ИП ФИО5 на сумму 20570 руб. с назначением платежа «Оплата за зап/части по счету № БИА0001709 от 06.04.2018 г. за ООО ГранСтрой Сумма 20570»,

- от 30.05.2018 в адрес ООО "КОЛЛЕГИЯ ЮРИСТОВ" на сумму 16 400 руб. с назначением платежа «Оплата за юридические услуги согласно договора №НФФР-487 от 21.12.2017 г. за ООО Гранстрой Сумма 16400-00 Без налога (НДС)»,

- от 03.07.2018 в адрес ООО "УРАЛЭНЕРГО-ПОВОЛЖЬЕ" на сумму 180232,94 руб. с назначением платежа «Оплата неустойки, основного долга по счету №13501-02320 от 29.06.2018 за ООО ГранСтрой <***>»,

- от 06.08.2018 в адрес ООО "БАССЕЙН ПРО" на сумму 300 000 руб. с назначением платежа «Оплата за материалы по счету № 4 от 03.07.2018 за ООО Гранстрой <***>. Сумма 300000».

Кроме того, на подконтрольность ООО «ГРАНСТРОЙ» ФИО1 после продажи общества ФИО2 указывают перечисления в 2018 году на расчет счет самого ФИО1: перечисление от 06.03.2018 на сумму 60 000 руб., от 02.04.2018 на сумму 15 000 руб. с назначением платежа «на хозяйственные нужды ФИО1».

ООО «ГРАНСТРОЙ» в адрес ООО "Татнефть-АЗС Центр" осуществлял перечисления 15.01.2018, 25.01.2018, 01.08.2018, 26.03.2018 с назначением платежей «Оплата за ГСМ по пластиковым карточкам согласно договору № 2017-01/ПК от 01.01.2017».

ФИО1 оплачивал топливо в адрес ООО "Татнефть-АЗС Центр" с расчетного счета ООО "ГРАНДСТРОЙ" в ПАО «Ак Барс Банк» по договору с идентичным номером № 2017-01/ПК от 01.01.2017, о чем свидетельствуют многочисленные платежи в 2018 году.

Также 13.04.2018, 31.05.2018, 08.05.2018, 25.05.2018, 13.06.2018 14.06.2018 с расчетного счета ООО "ГРАНДСТРОЙ" в ПАО ПАО «Ак Барс Банк» в адрес АО "ЛК "ЕВРОПЛАН" осуществлены платежи с назначением платежа «….за ООО "ГранСтрой" ИНН <***> по договору № 1610871-ФЛ/НБЧ-17 от 16.05.2017».

Между тем, 02.07.2018 осуществлен платеж с расчетного счета ООО "ГРАНДСТРОЙ" в ПАО «Ак Барс Банк» в адрес АО "ЛК "ЕВРОПЛАН" с назначением платежа «Оплата перевода долга лизингополуч на третье лицо (с предост обеспеч) № 1610871-ФЛ/НБЧ-17».

С 12.07.2018 платежи по договору № 1610871-ФЛ/НБЧ-17 от 16.05.2017 производило ООО "ГРАНДСТРОЙ".

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что в результате действий вовлеченного в управление ООО "ГРАНДСТРОЙ" и ООО "ГРАНСТРОЙ" ФИО1, ООО "ГРАНДСТРОЙ" продолжило осуществлять хозяйственную деятельность по тем же договорам и без установленных к тому разумных экономических причин, приобрело активы и бизнес должника ООО "ГРАНСТРОЙ", тогда как на последнем была аккумулирована долговая нагрузка в виде обязательств перед истцом.

Создавая "зеркальное общество" и формально прекращая осуществление хозяйственной деятельности ООО "ГРАНСТРОЙ", ФИО6 создал ситуацию, при которой все активы ООО "ГРАНСТРОЙ" были переданы ООО "ГРАНДСТРОЙ", что исключило возможность кредиторов получить возмещение задолженности.

Совершение совокупности данных согласованных действий привело к фактическому прекращению осуществления должником хозяйственной деятельности, аккумулированию долговой нагрузки на нем и возникновению признаков объективного банкротства.

При этом совершение указанных действий, направленных на полный вывод активов и прекращение хозяйственной деятельности, не имело под собой каких-либо разумных экономических оснований, встречной выгоды для должника, а преследовало своей целью уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами.

Согласно п. 1 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 при рассмотрении вопроса о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности необходимо учитывать запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Согласно п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи 1080 ГК РФ).

Ответчики заявили о пропуске истцом срока исковой давности на подачу иска, указав, что течение срока исковой давности по требованиям к ФИО1 должно исчисляться с того момента, когда ФИО1 перестал быть учредителем и директором ООО «Гранстрой» - «22» февраля 2018 года.

В силу пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Кодекса.

В соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком но иску о защите этого права.

Учитывая, что начало течения срока исковой давности по иску к субсидиарному должнику связано с моментом установления невозможности взыскания долга с основного должника, в данном случае таким моментом является дата внесения записи в ЕГРЮЛ о прекращении деятельности юридического лица.

Таким образом, судом первой инстанции обоснованно указано на исчисление срока исковой давности с даты прекращения деятельности ООО «ГРАНСТРОЙ» (ИНН <***>) - 25.03.2022.

Иск подан 23.03.2023, на момент подачи иска трехлетний срок исковой давности не истек, в связи с чем заявление о пропуске истцом срока исковой давности отклонено.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о доказанности всей совокупности условий, необходимых для привлечения ответчиков к субсидиарной солидарной ответственности по обязательствам должника, в связи с чем иск удовлетворен.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не доказывают нарушения судом первой инстанции норм материального или процессуального права либо несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Довод ответчиков об истечении срока исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности апелляционным судом отклоняется, поскольку смена директора общества не свидетельствует о невозможности исполнения обществом своих обязательств по сделке перед контрагентом, в связи с чем до момента прекращения деятельности юридического лица – ООО «Гранстрой» истец не мог знать о нарушении его права.

Довод ответчиков об отсутствии в 2018 году задолженности на основании судебного решения у общества с ограниченной ответственностью «Гранстрой» (ОГРН <***>, ИНН <***>) перед истцом также отклоняется апелляционным судом, поскольку момент возникновения задолженности по оплате за выполненные работы не зависит от взыскания указанной задолженности по решению суда.

Довод ответчиков о том, что истец не воспользовался правом на обжалование исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, апелляционным судом отклоняется в силу следующего.

При наличии одновременно всех признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (статья 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон N 129 ФЗ).

Согласно статье 21.1 Закона N 129 ФЗ одновременно с решением о предстоящем исключении должны быть опубликованы сведения о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, с указанием адреса, по которому могут быть направлены заявления.

Лицам, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, законом предоставляется возможность подать мотивированное заявление, при подаче которого решение об исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не принимается, что, в частности, создает предпосылки для инициирования кредитором в дальнейшем процедуры банкротства в отношении должника. Во всяком случае, решение о предстоящем исключении не принимается при наличии у регистрирующего органа сведений о возбуждении производства по делу о банкротстве юридического лица, о проводимых в отношении юридического лица процедурах, применяемых в деле о банкротстве. Это дает возможность кредиторам при наличии соответствующих оснований своевременно инициировать процедуру банкротства должника.

Принимая спорное решение о привлечении к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что само по себе то обстоятельство, что кредиторы общества не воспользовались подобной возможностью для пресечения исключения общества из ЕГРЮЛ, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании п. 3.1 ст. 3 Закона N 14-ФЗ.

При таких обстоятельствах, суд пришел к правомерному и обоснованному выводу о том, что истец воспользовался единственным доступным ему правом на защиту нарушенного права, представил достаточный объем косвенных доказательств в обоснование своих требований, а ответчик не представил доказательств разумности своих действий, что привело суд первой инстанции к принятию законного решения о привлечении ФИО1, Общества с ограниченной ответственностью "Грандстрой" к субсидиарной ответственности.

Доводы ответчиков о неисполнении истцом обязанности, предусмотренной пунктом 53 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", по предложению другим кредиторам, обладающим правом на присоединение, присоединиться к его требованию, апелляционным судом отклоняется.

В данном случае истцом заявлено требование о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ликвидированного юридического лица общества с ограниченной ответственностью «Гранстрой» перед истцом на основании пункта 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ, статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Рассмотрение судом соответствующих требований осуществляется по общим правилам искового производства, поскольку Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации не содержит указания на иной порядок, в том числе и на предусмотренный главой 28.2 данного Кодекса.

При указанных обстоятельствах, учитывая, что в данном случае общество с ограниченной ответственностью "МонтажЭнергоСервис" являлось единственным заявителем, совокупность условий, предусмотренных частью 1 статьи 225.10 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отсутствовала, в связи с чем доводы ответчика о необходимости извещения истцом иных кредиторов основаны на неправильном применении норм процессуального права.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13 марта 2018 года N 580-О, N 581-О и N 582-О, от 29 сентября 2020 года N 2128-О и др.).

В ситуации, когда в результате недобросовестного вывода активов из имущественной сферы должника контролирующее лицо прямо или косвенно получает выгоду, с высокой степенью вероятности следует вывод, что именно оно являлось инициатором такого недобросовестного поведения, формируя волю на вывод активов. В любом случае на это лицо должна быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические основания получения выгоды (либо указать, что выгода как таковая отсутствовала).

При этом исходя из принципа состязательности, подразумевающего, в числе прочего, обязанность раскрывать доказательства, а также сообщать суду и другим сторонам информацию, имеющую значение для разрешения спора, нежелание стороны опровергать позицию процессуального оппонента может быть истолковано против нее (статья 9, часть 3 статьи 65, часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции установлено, что доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Материалы дела исследованы судом первой инстанции полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 N 16549/12 сформулирована правовая позиция, согласно которой из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции. Следовательно, несогласие заявителя жалобы с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела, представленных доказательств и иное толкование положений закона не являются основанием для отмены судебного акта суда первой инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Принимая во внимание изложенное, арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в связи с чем основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Расходы по оплате госпошлины по апелляционной жалобе в соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на заявителей жалобы.

При подаче апелляционной жалобы ООО «Грандстрой» и ФИО1 уплачена государственная пошлина в размере по 3000 руб. каждым на основании платежный поручений №№526252, 601106 от 12.01.2024.

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, при подаче апелляционной жалобы на решения и (или) постановления арбитражного суда, государственная пошлина уплачивается в размере 50 процентов размера государственной пошлины, подлежащей уплате при подаче искового заявления неимущественного характера, т.е. размер государственной пошлины составляет 3 000 руб.

В связи с указанным, государственная пошлина в размере 1500 руб., уплаченная ответчиками при обращении с апелляционной жалобой, подлежит возврату апеллянтам из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд



П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.12.2023 по делу № А65-8080/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить Обществу с ограниченной ответственностью "Грандстрой", г.Альметьевск, (ОГРН <***>, ИНН <***>) из федерального бюджета 1 500 рублей государственной пошлины, оплаченной по платежному поручению № 526252 от 12.01.2024.

Возвратить ФИО1, г.Альметьевск (ИНН <***>) из федерального бюджета 1 500 рублей государственной пошлины, оплаченной по платежному поручению № 601106 от 12.01.2024.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа с направлением кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий Д.А. Дегтярев



Судьи Е.В. Коршикова



С.Ш. Романенко