Постановление от 23 мая 2022 г. по делу № А76-27218/2021

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД






ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-4463/2022
г. Челябинск
23 мая 2022 года
Дело № А76-27218/2021


Резолютивная часть постановления объявлена 18 мая 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 мая 2022 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бояршиновой Е.В.,

судей Арямова А.А., Скобелкина А.П.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу муниципального бюджетного учреждения «Челябинский городской фонд энергоэффективности и инновационных технологий» на решение Арбитражного суда Челябинской области от 14.03.2022 по делу № А76-27218/2021.

В судебном заседании приняли участие представители:

индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 12.01.2022, диплом),

муниципального бюджетного учреждения «Челябинский городской фонд энергоэффективности и инновационных технологий» - ФИО4 (доверенность от 10.01.2022, диплом).


Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – истец, предприниматель) обратился в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к муниципальному бюджетному учреждению «Челябинский городской фонд энергоэффективности и инновационных технологий» (далее – ответчик, МБУ «Челябинский городской фонд энергоэффективности и инновационных технологий») о взыскании 14 880 руб. 92 коп. убытков, о признании требования муниципального бюджетного учреждения «Челябинский городской фонд энергоэффективности и инновационных технологий» № 263 от 01.06.2021 недостоверным и необоснованным.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 13.09.2021 исковое заявление принято к производству, к участию в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) привлечено акционерное общество Киви Банк (далее – третье лицо, Банк).

Решением суда первой инстанции исковое требование о признании требования муниципального бюджетного учреждения «Челябинский городской фонд энергоэффективности и инновационных технологий» № 263 от 01.06.2021 недостоверным и необоснованным оставлено без рассмотрения. Исковые требования удовлетворены, с МБУ «Челябинский городской фонд энергоэффективности и инновационных технологий» в пользу предпринимателя взысканы убытки в размере 14 880 руб. 92 коп., а также 2 000 руб. 00 коп. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины по иску. Предпринимателю из федерального бюджета возвращена государственная пошлина в размере 6 000 руб.

Ответчик, не согласившись с решением суда первой инстанции, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении требований отказать.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что заявки в адрес предпринимателя были переданы 10.03.2021 в устной форме, что предусмотрено контрактом. Заявки, представленные истцом, направлялись истцу на рассмотрение с целью заключения договора на проектирование узлов учета тепловой энергии. По заявкам от 10.03.2021 первые учетные документы поступили только 28.04.2021, у заказчика имелись замечания по документам. Контракт предусматривает, что работы могут считаться принятыми только после подписания сторонами учетных документов. В отсутствие оформленных документов в соответствии с условиями контракта, ответчик не считал работы выполненными. Документы были составлены с недостатками. Ответчик не препятствовал выполнению истцом работ. Полагает, что именно истец допустил бездействие. Ответчик не согласен с тем, что истец доказал вину ответчика в возникновении убытков, поскольку ответчик действовал правомерно.

В представленном отзыве истец ссылался на законность и обоснованность решения суда первой инстанции.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном Интернет-сайте. В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, между истцом (подрядчик) и ответчиком (заказчик) был заключен муниципальный контракт № 3/2021 от 09.03.2021 на выполнение работ по ремонту узлов учета тепловой энергии на муниципальных объектах города Челябинска (далее - контракт; т. 1, л.д. 13-17) в соответствии с п. 1.1 которого заказчик поручает, а подрядчик обязуется в период со следующего дня после заключения контракта до 31.12.2021 года выполнять работы по ремонту узлов учета тепловой энергии на муниципальных объектах города Челябинска (далее - УУТЭ) заказчика (далее также - работы) согласно Приложению № 1 «Техническое задание» к настоящему контракту.

Согласно п. 1.2 контракта, работы по контракту должны производиться подрядчиком в соответствии с техническим заданием (приложение № 1 к контракту), перечнем запасных частей к оборудованию и перечнем работ (приложение № 1 к контракту) на муниципальных объектах города Челябинска, по заявкам заказчика.

Подрядчик производит работы со следующего дня после заключения контракта до 31.12.2021 года. Подрядчик имеет право сдать работы досрочно (п. 2.1 контракта).

Пунктом 2.2 контракта предусмотрено, что работы считаются оконченными после подписания сторонами акта выполненных работ (форма КС-2), либо акта устранения выявленных недостатков, справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3).

Согласно п. 3.1 контракта, максимальное значение цены контракта составляет 1 378 708 рублей 37 копеек. Максимальное значение цены является твердым и не подлежит изменению в течение всего срока действия настоящего контракта. Цена за единицу работы, каждой запасной части к оборудованию формируется по результатам проведения аукциона в электронной форме № 0169300000121000036 от 24.02.2021 г. и составляет: 804 614,74 (Восемьсот четыре тысячи шестьсот четырнадцать рублей 74 копейки), в том числе НДС (если предусмотрен).

В целях обеспечения исполнения контракта подрядчик предоставляет банковскую гарантию, выданную банком, включенным в предусмотренный статьей 74.1 Налогового кодекса Российской Федерации перечень банков, отвечающих установленным требованиям для принятия банковских гарантий в целях налогообложения, включенную в реестр банковских гарантий и соответствующую требованиям статьи 45 Закона о контрактной системе, или внесением денежных средств на счет, указанный в п. 13 настоящего контракта, на котором в соответствии с законодательством Российской Федерации учитываются операции со средствами, поступающими заказчику (п. 4.1 контракта).

Согласно п. 4.4 контракта, размер обеспечения исполнения контракта определяется как 30% от максимального значения цены контракта и составляет 413 612,51 (Четыреста тринадцать тысяч шестьсот двенадцать) руб. 51 коп.

Согласно п. 5.1.3 контракта, подрядчик обязан приступить к работам по устранению неисправностей в оборудовании УУТЭ не позднее 5 часов с момента поступления заявки от заказчика об обнаружении неисправностей оборудования УУТЭ. Сроки проведения работ определяются подрядчиком от сложности неисправностей в оборудовании УУТЭ, максимальный срок проведения работ не может составлять более 10 календарных дней с момента поступления заявки от заказчика.

После завершения работ подрядчик передает заказчику акт о приемке выполненных работ (форма КС-2) и справку о стоимости выполненных работ (форма КС-3) в 2-х экземплярах (п. 6.5 контракта).

Согласно п. 7.6 контракта, в случае просрочки исполнения подрядчиком обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения подрядчиком обязательств, предусмотренных контрактом, заказчик направляет подрядчику требование об уплате неустоек (штрафов, пеней).

Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения подрядчиком обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается контрактом в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ключевой ставки Центрального банка российской федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных подрядчиком, за исключением случаев, если законодательством Российской Федерации установлен иной порядок начисления пени (п. 7.7 контракта).

Из материалов дела следует, что в обеспечение исполнения обязательств подрядчика по контракту заказчику выдана банковская гарантия № 25434-20КЭБГ/002 от 01.03.2021 КИВИ Банк (т. 1, л.д. 36).

Истцом работы по контракту выполнены, что подтверждается представленными в материалы дела подписанными сторонами контракта актами выполненных работ №№ 1-21 от 25.05.2021, № 22 от 28.05.2021 (т. 1, л.д. 37-56), а также справками о стоимости выполненных работ от 24.05.2021, от 28.05.2021 (т. 1, л.д. 51-53). Кроме того, в обоснование выполнения работ по контракту истцом в материалы дела представлен двусторонний акт сверки взаимных расчетов за период с 01.01.2021 по 23.06.2021 (т. 1, л.д. 54).

Ответчиком (заказчиком по контракту) выполненные истцом работы оплачены, что подтверждается платежным поручением № 334410 от 08.06.2021 на сумму 1 352 810 руб. 79 коп. (т. 1, л.д. 56).

Наряду с изложенными обстоятельствами ответчиком 18.05.2021 письмом № 235 в адрес истца направлена претензия о ненадлежащем исполнении обязательств по контракту (т. 1, л.д. 147-148).

Письмом № 251 от 26.05.2021 заказчик обратился к подрядчику с требованием об уплате неустойки, в связи с ненадлежащим исполнением обязательств по контракту, в части сроков выполнения работ по контракту. По расчету заказчика по контракту размер неустойки за просрочку выполнения работ составил 14 880 руб. 92 коп. за период с 20.03.2021 по 24.05.2021 составляет (т. 1, л.д. 158-159).

В связи с неисполнением подрядчиком данного требования заказчик письмом (требованием) № 263 от 01.06.2021 обратился к Банку (третьему лицу по настоящему делу) с требованием об осуществлении уплаты денежной суммы по банковской гарантии № 25434-20КЭБГ/002 от 01.03.2021 (т. 1, л.д. 57).

Письмом исх.№ 037-21 от 04.06.2021 истец направил Банку письменные возражения относительно заявленного ответчиком требования, указывая, что отсутствуют основания для его удовлетворения (т. 1, л.д. 59-61).

22.06.2021 Банк обратился к истцу с выставлением требования (досудебной претензии) о возмещении сумм, уплаченных по банковской гарантии № 25434-20КЭБГ/002 от 01.03.2021 (т. 1, л.д. 62).

Платежным поручением № 316195 от 22.06.2021 истцом произведена оплата по требованию Банка на сумму 14 880 руб. 92 коп. (т. 1, л.д. 63).

Не согласившись с заявленным ответчиком требованием № 263 от 01.06.2021, а также учитывая произведенную им выплату по требованию банка, истец обратился к ответчику с претензией исх.№ 041-21 от 29.06.2021, содержащее требование о возмещении ему убытков в размере 14 880 руб. 92 коп., выплаченных банку (т. 1, л.д. 10-11).

Неисполнение ответчиком требования, изложенного в претензии, послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии со стороны истца просрочки исполнения обязательств, что свидетельствует о необоснованность обращения заказчика к банку за выплатами по банковской гарантии.

Заслушав объяснения представителей сторон, исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции являются правильными, соответствуют обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Пунктом 2 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) установлено, что обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и иных оснований, указанных в Кодексе.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, при этом убытки определяются в соответствии со статьей 15 ГК РФ.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

По смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, для удовлетворения исковых требований о возмещении убытков необходимо установить совокупность следующих обстоятельств: наличие убытков, противоправность действий (бездействия) причинителя, причинно-следственную связь между противоправными действиями (бездействием) и наступлением вредных последствий, вину причинителя и размер убытков. Недоказанность одного из указанных обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании убытков.

Требования истца о взыскании убытков мотивированы необоснованным предъявлением ответчиком требования к гаранту о выплате неустойки по банковской гарантии, которой обеспечено исполнение обязательств истца как исполнителя перед ответчиком (заказчик) по муниципальному контракту № 3/2021 от 09.03.2021.

В соответствии с пунктом 1 статьи 368 ГК РФ по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

Согласно пункту 1 статьи 370 ГК РФ предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них.

Независимость гарантии обеспечивается наличием специальных (и при этом исчерпывающих) оснований для отказа гаранта в удовлетворении требования бенефициара, которые никак не связаны с основным обязательством (пункт 1 статьи 376 ГК РФ).

Статье 375.1 ГК РФ установлено, что бенефициар обязан возместить гаранту или принципалу убытки, которые причинены вследствие того, что представленные им документы являлись недостоверными либо предъявленное требование являлось необоснованным.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 30 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 28.06.2017), получение заказчиком денежных сумм по банковской гарантии в объеме, предусмотренном такой гарантией, не лишает исполнителя права на возмещение убытков в виде разницы между выплаченной суммой и размером имущественных требований, имевшихся у заказчика в соответствии с обеспечиваемым гарантией обязательством. При этом правила пункта 1 статьи 370 ГК РФ о независимости банковской гарантии не исключают требований принципала к бенефициару о возмещении убытков, вызванных недобросовестным поведением последнего при получении суммы по банковской гарантии. В силу статей 15, 375.1 ГК РФ бенефициар обязан возместить гаранту или принципалу убытки, которые причинены вследствие того, что представленные им документы являлись недостоверными либо предъявленное требование являлось необоснованным.

С учетом приведенных выше норм права, значимым обстоятельством в целях разрешения требования об удовлетворении иска о возмещении убытков, помимо факта наличия вреда, надлежит считать доказанность истцом неправомерных действий ответчика, предъявившего требование к гаранту о выплате, в отсутствие на то правовых оснований, в данном случае отсутствие у заказчика права на предъявление требования о выплате неустойки за нарушение исполнителем предусмотренных контрактом обязательств.

К спорным правоотношениям сторон подлежат применению общие положения гражданского законодательства и специальные нормы главы 37 ГК РФ и Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ, Закон о контрактной системе).

Согласно пункту 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно пункту 4 статьи 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляется актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом, и акт подписывается другой стороной.

Судом первой инстанции установлено, что требование МБУ «Челябинский городской фонд энергоэффективности и инновационных технологий» к Банку № 263 от 01.06.2021 было направлено в связи с выводом заказчика о допущенной просрочке выполнения работ со стороны предпринимателя.

Согласно пункту 4 статьи 34 Закона № 44-ФЗ в контракт включается обязательное условие об ответственности заказчика и поставщика (подрядчика, исполнителя) за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, предусмотренных контрактом.

В соответствии с частью 6 статьи 34 Закона № 44-ФЗ в случае просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, заказчик направляет поставщику (подрядчику, исполнителю) требование об уплате неустоек (штрафов, пеней).

Как указывалось выше, муниципальным контрактом предусмотрена ответственность подрядчика за просрочку выполнения работ.

Согласно п. 1.2 контракта, работы по контракту должны производиться подрядчиком в соответствии с техническим заданием (приложение № 1 к контракту), перечнем запасных частей к оборудованию и перечнем работ (приложение № 1 к контракту) на муниципальных объектах города Челябинска, по заявкам заказчика.

Истцом в материалы дела представлены заявки на выполнение работ, в которых указано, что подрядчик их получил с 20.04.2021 по 22.04.2021, 21.05.2021 (т. 1, л.д. 195-198).

Таким образом, подрядчик должен выполнить работы по контракту в сроки, установленные в п. 5.1.3 контракта (не может составлять более 10 календарных дней с момента поступления заявки от заказчика).

Как в суд первой инстанции, так и в суде апелляционной инстанции ответчик указывает, что заявки были поданы в день заключения договора – 10.03.2021, соответственно, работы должны были быть выполнены не позднее 20.03.2021, в то время как акты выполненных работ подписаны только 24.05.2021.

Однако, указанные доводы не подтверждены материалами дела.

Представленные акты о приемке выполненных работ с актами монтажа/демонтажа/ремонта не могут подтверждать факт направления заявок 10.03.2021.

Согласно пояснениям истца указанные в актах работы проводились истцом иждивением подрядчика и под его ответственность, информация о неисправностях поступала непосредственно от балансодержателей узлов учета тепловой энергии.

Пояснения истца подтверждаются материалами дела, в частности, отдельные акт датированы до заключения контракта (акт от 02.02.2021 – т.2, л.д. 2021, акто от 23.11.2020 – т.2, л.д. 29).

Также согласно пояснениям истца, учитывая потребность МБДОУ «Детский сад № 243 <...>, в коммерческом учете тепловой энергии в отопительном сезоне, работы на объекте № 02 были начаты в ноябре 2021 (Акт монтажа от 23.11.2021, ПР01) и выполнены иждивением подрядчика уже в декабре 2021 (Акт ввода в эксплуатацию с 01.12.2020, ПР02). Благодаря этому, расчеты по прибору учета МБДОУ №243 производились уже в отопительном сезоне 2020-2021 (т.2, л.д. 63-67).

В то же время, истец представил в материалы дела заявки от 20.04.2021,21.04.2021, 22.04.2021, 21.05.2021, подписанные со стороны МБУ «Челябинский городской фонд энергоэффективности и инновационных технологий» начальником тех.отдела. Заявки содержат виды выполняемых работ, наименование объекта работы, а также даты запуска в работу, контактные данные лиц на объектах выполнения работ (т.1, л.д. 195-198).

Доводы о том, что указанные заявки являлись заявками на проектирование, по которым предприниматель договоры заключать отказался, также являются голословными и не основанными на материалах настоящего дела. В частности, виды выполняемых работ явно не относятся к стадии проектирования. Например, указывались следующие виды работ: демонтаж приборов учета для прохождения поверки, проверка вычислителя, замена вычислителя и другие виды работ.

Таким образом, доводы подателя апелляционной жалобы о подаче заявок 10.03.2021 не подтверждены.

Податель апелляционной жалобы указывает, что работы им приняты только после приведения подрядчиком документации в соответствии с требованиями муниципального контракта, до указанного момента отсутствуют основания для вывода о выполнении работ.

Из условий пункта 2.2. контракта следует, что работы считаются оконченными после подписания сторонами акта выполненных работ (форма КС-2), либо акта устранения выявленных недостатков, справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3).

В силу статьи 702 ГК РФ в рамках договора подряда на стороне подрядчика имеется обязательство выполнить предусмотренные договором работы и передать их результат заказчику. По смыслу статьи 720 ГК РФ необходимым и достаточным доказательством выполнения подрядчиком своих обязательств является подписанный между сторонами договора акт сдачи-приемки работ.

Подрядчик обязан осуществлять строительство и связанные с ним работы в соответствии с технической документацией, определяющей объем, содержание работ и другие предъявляемые к ним требования, и со сметой, определяющей цену работ. При отсутствии иных указаний в договоре строительного подряда предполагается, что подрядчик обязан выполнить все работы, указанные в технической документации и в смете (пункт 1 статьи 743 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 4 статьи 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами.

Из материалов дела следует и ответчиком не оспаривается, что истцом в адрес ответчика направлены акты о приемке выполненных работ формы КС-2 №№ 1-23 от 28.04.2021, а также справки о стоимости выполненных работ и затрат (т. 1, л.д. 88-123), в отношении которых ответчик письмом № 215 от 30.04.2021 указал истцу о том, что все акты выполненных работ должны быть приведены в соответствии с условиями контракта (т. 1, л.д. 125).

Таким образом, данными актами подтверждается фактическое выполнение истцом работ по представленным в материалы дела заявкам и предъявление результата выполненных работ истцом как подрядчиком по контракту ответчику (заказчику по контракту) по адресам муниципальных объектов, указанных в заявках и актах формы КС-2, в период с даты получения подрядчиком данных заявок по 28.04.2021 - дату предъявления результатов выполненных работ для приемки заказчику.

Письмом № 223 от 06.05.2021 ответчик уведомил истца о том, что в адрес подрядчика было направлено уведомление об уточнении электронного документа (формы КС-2 в соответствии с приложенным файлом в ЕИС); указал подрядчику, что следует согласиться с уточнениями либо направить имеющиеся документы повторно в срок до 13 мая 2021 года в электронном виде или в виде первичных учетных документов со ссылкой на пункт 6.10. контракта. Кроме того, указанным письмом заказчик известил подрядчика о планируемом проведении экспертизы и предложил подрядчику принять в ней участие, указав на обязанность передать заказчику: акт по вводу в эксплуатацию узла учета тепловой энергии согласно п. 5.1.13 контракта, акт монтажа/демонтажа/ремонта узла учета тепловой энергии согласно п. 5.1.14. контракта (т. 1, л.д. 126-127).

В обоснование возражений относительно заявленных требований, ответчик ссылается на акты о несоответствии выполненных работ от 17.05.2021, от 21.05.2021 (т. 1, л.д. 141-143, 149-154), а также на акты выполненных работ и актов монтажа/демонтажа ремонта УУТС (т. 2, л.д. 5-52).

Судом проанализированы представленные ответчиком документы, из которых следует, что учреждение заявляло только о недостатках самой документации, возражений относительно качества выполненных работ не заявляло, как и возражения относительно факта исполнения.

Доказательств наличия в предъявленном истцом к приемке ответчику результате работ недостатков, которые исключают возможность его использования для указанной в контракте цели - технически исправное и работоспособное состояние узлов учета тепловой энергии (п. 2 технического задания) - и не могут быть устранены подрядчиком или заказчиком в материалы дела не представлено. Замечания, указанные ответчиком в актах приемке выполненных работ, в отношении которых истцом в указанных актах заявлены возражения, заключаются в указании заказчиком на неверное определение подрядчиком либо вида и объема выполненной работы, либо на отсутствие акта демонтажа/монтажа, ввода в эксплуатацию узла учета (т. 1, л.д. 126-143; т. 2, л.д. 5-52), которые подрядчиком устранены, что сторонами не оспаривается.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 30.07.2015 № 305-ЭС15-3990 по делу № А40-46471/2014, акты выполненных работ, хотя и являются наиболее распространенными в гражданском обороте документами, фиксирующими выполнение подрядчиком работ, в то же время не являются единственным средством доказывания соответствующих обстоятельств.

Фактическая дата завершения выполнения ответчиком работ и получение его результата заказчиком является юридически значимым обстоятельством, подлежащим исследованию и доказыванию при рассмотрении требований о взыскании неустойки за нарушение конечного срока выполнения работ.

Применительно к требованиям о взыскании неустойки, дата подписания сторонами акта приемки выполненных работ безусловным доказательством нарушения ответчиком договорных обязательств не является и не лишает сторону возможности предоставлять арбитражному суду доказательства того, что фактическое исполнение обязательств, обеспеченных неустойкой, завершено ранее даты подписания такого акта.

В данном случае неустойкой обеспечено право заказчика на выполнение работ подрядчиком и получения результата работ в установленный муниципальным контрактом срок.

Арбитражная практика исходит из того, что формальные недостатки оформления документации не могут служить основанием для отказа в приемке работ, если такие работы в действительности проведены.

Следовательно, формальные возражения против приемки работ ввиду ненадлежащим образом оформленной документации судом не принимаются

Таким образом, направление актов 28.04.2021, существо заявленных возражений со стороны МБУ «Челябинский городской фонд энергоэффективности и инновационных технологий» свидетельствует о том, что фактически работы были выполнены не позднее 28.04.2021, то есть с соблюдением установленного 10-дневного срока, длительная приемка была обусловлена приведением документации в соответствии с требованиями контракта.

Поскольку неустойкой обеспечено право заказчика на выполнение работ подрядчиком и получения результата работ, работы были выполнены в соответствии с условиями контракта, отсутствуют основания для начисления неустойки, в связи с чем требование № 263 от 01.06.2021 ответчика (заказчика) к банку об осуществлении уплаты денежной суммы по банковской гарантии № 25434-20КЭБГ/002 от 01.03.2021 (т. 1, л.д. 57) заявлено необоснованно, у ответчика основания для начисления неустойки по контракту за нарушение сроков выполнения работ отсутствовали.

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому по правилам статьи 15 ГК РФ лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками.

Между противоправным поведением одного лица и убытками, возникшими у другого лица, чье право нарушено, должна существовать прямая (непосредственная) причинная связь. Таким образом, для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненные убытки необходимо установление факта несения убытков, их размера, противоправности и виновности (в форме умысла или неосторожности) поведения лица, повлекшего наступление неблагоприятных последствий в виде убытков, а также причинно-следственной связи между действиями этого лица и наступившими неблагоприятными последствиями.

Истцом доказана совокупность условий, необходимых для удовлетворения иска о возмещении убытков. В данном случае установлено противоправное поведение ответчика, предъявившего требование к гаранту о выплате по банковской гарантии в связи с нарушением исполнителем условий контракта, в связи с чем суд первой инстанции правомерно удовлетворил требования истца о взыскании с ответчика соответствующей суммы убытков в размере 14 880 руб. 92 коп. - денежных средств, перечисленных ответчику, по банковской гарантии № 25434-20КЭБГ/002 от 01.03.2021.

Поскольку доводы апелляционной жалобы выражают несогласие с судебным актом, но не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого решения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

При таких обстоятельствах, решение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 176, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 14.03.2022 по делу № А76-27218/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу муниципального бюджетного учреждения «Челябинский городской фонд энергоэффективности и инновационных технологий» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий судья Е.В. Бояршинова


Судьи А.А. Арямов


А.П. Скобелкин