Постановление от 10 сентября 2025 г. по делу № А09-1047/2024

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, <...>, тел.: <***>, факс <***> e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула Дело № А09-1047/2024

20АП-2341/2025 резолютивная часть постановления объявлена 10.09.2025 постановление изготовлено в полном объеме 11.09.2025

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Воронцова И.Ю., судей Капустиной Л.А. и Устинова В.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Петруниной А.О., при участии в судебном заседании: от ООО «Медикус-плюс» – представителя ФИО1 (доверенность от 10.01.2025), в отсутствие истца, извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу открытого акционерного общества «Московская Медицинская лизинговая компания» на решение Арбитражного суда Брянской области от 09.04.2025 по делу № А09-1047/2024,

УСТАНОВИЛ:

открытое акционерное общество «Московская Медицинская лизинговая компания» (далее - ОАО «ММЛК», истец) обратилось в Арбитражный суд Брянской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Медикус-плюс» (далее – ООО «Медикус-плюс», ответчик) о взыскании 17 109 669 руб. 30 коп., в том числе 11 277 817 руб. 68 коп. основного долга по исполнительному листу за поставленное оборудование и 5 831 851 руб. 62 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, а также признании недействительными договоров аренды от 10.05.2017, от 01.10.2018 и применении последствий недействительности данных сделок в виде компенсации стоимости полученного по сделке имущества.

В процессе рассмотрения дела истец неоднократно уточнял исковые требования. Ходатайства удовлетворены судом, в соответствии со ст. 49 АПК РФ. Согласно последнему уточнению исковых требований истец просил признать недействительными

договоры аренды от 10.05.2017 и 01.10.2018 и применить последствия недействительности данных сделок в виде взыскания с ответчика 8 561 173 руб. 93 коп. стоимости неоплаченной части медицинского оборудования по исполнительному листу, выданному в отношении ООО «Медикус» от 19.06.2019 серии ФС № 020397250. Истцом также заявлено ходатайство об отказе от исковых требований в части взыскания 5 831 851 руб. 62 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Решением суда от 09.04.2025 по настоящему делу исковые требования о признании недействительными договоров аренды от 10.05.2017, от 01.10.2018 и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания 8 561 173 руб. 93 коп. оставлены без удовлетворения, производство по делу в части требования о взыскании

5 831 851 руб. 62 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами прекращено, распределены судебные расходы.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец (заявитель) обратился в суд апелляционной инстанции с жалобой о его отмене. В апелляционной жалобе заявителя не содержится мотивированного несогласия с конкретными сделанными судом выводами относительно установленных в ходе рассмотрения дела фактических обстоятельств на основании имеющихся в материалах дела доказательств.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против доводов апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в возражениях на нее, просил оставить обжалуемое решение без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Истец, извещенный надлежащим образом о времени и месте его рассмотрения, в том числе путем размещения информации о движении дела в сети Интернет, в суд представителя не направил. Судебное заседание проводилось в его отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266 и 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив доводы апелляционной жалобы, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что судебный акт не подлежит отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между ООО «Медикус» (арендодатель) и ООО «Медикус-плюс» (арендатор) были заключены договоры аренды медицинского оборудования от 10.05.2017, от 01.10.2018 по условиям которых арендодатель обязуется предоставить во временное пользование арендатору медицинское оборудование, перечень которого определен в акте приема-передачи, являющемся неотъемлемой частью настоящего договора (приложение № 1), а арендатор обязуется своевременно вносить

арендную плату в порядке и на условиях, определенных настоящим договором, и при прекращении договора возвратить оборудование в том состоянии, в котором оно было получено с учетом нормального износа (п.1.1 договора).

Согласно п. 3.3 договоров срок действия договора 3 года с момента передачи оборудования по акту приема-передачи.

Арендодатель передал в аренду арендатору медицинское оборудование по актам приемапередачи от 11.05.2017 (т.1 л.д.41-51), от 01.10.2018 (т.1 л.д.55-69).

Истец, ссылаясь на то, что поскольку медицинское оборудование было приобретено ООО «Медикус» у истца по договору внутренней финансовой аренды (лизинга) № ФЛ53/13 от 18.07.2023, и в нарушение п.2.3.12 договора лизинга ООО «Медикус» передало в аренду ООО «Медикус-плюс» по вышеуказанным договорам аренды медицинское оборудование без письменного разрешения истца (лизингодателя), а также ссылаясь на ст.170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), данные договоры аренды являются мнимыми и притворными сделками, при этом, поскольку оборудование истцу не возвращено ответчиком, а также поскольку должником по исполнительному производству ООО «Медикус» невыплачена в полном объеме взысканная задолженность, обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

По существу спора, исходя из доводов апелляционной жалобы, возражений на нее, суд апелляционной инстанции находит выводы суда первой инстанции законными и обоснованными.

Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое

требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (п.п.1,2,3 ст.166 ГК РФ).

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Согласно ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу п.1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (п.2 ст. 170 ГК РФ).

Согласно п.1 ст. 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Судом установлено, что между ОАО «Московская медицинская лизинговая компания» (Лизингодатель) и ООО «Медикус» (Лизингополучатель) заключен договор внутренней финансовой аренды (лизинга) № ФЛ-53/13 от 18.07.2013, по условиям которого Лизингодатель обязался приобрести в собственность указанное Лизингополучателем имущество у определенного им Продавца и передать это имущество Лизингополучателю в финансовую аренду (лизинг) для предпринимательских целей за плату на условиях, установленных настоящим договором (п.1.1 договора). Имущество, приобретаемое Лизингодателем для его передачи в лизинг Лизингополучателю (предмет

лизинга), указывается в Приложении № 1 к настоящему договору в соответствии со спецификацией к договору купли-продажи данного имущества (п.1.2 договора). Лизингодатель передает Лизингополучателю предмет лизинга в финансовую аренду сроком на 12 месяцев, с правом владения и пользования им в полном объеме в течение указанного срока, а также с обязательным его выкупом по истечении срока действия договора либо до его истечения (п.1.3 договора). Указанное имущество (предмет лизинга - медицинское оборудование 124 позиции и мебель 310 позиций) было передано истцом ООО «Медикус» по акту приема-передачи от 31.10.2013.

Решением Арбитражного суда Брянской области от 21.12.2015 по делу

№ А09-10549/2014, оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного суда от 21.12.2015 и постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 07.10.2016, исковые требования ОАО «ММЛК» удовлетворены частично, с ООО «Медикус» в пользу ОАО «ММЛК» взыскано 12 216 643 руб. 75 коп., в том числе 9 500 000 руб. основного долга и 2 716 643 руб. 75 коп. неустойки, в части взыскания 2 716 643 руб. 75 коп. неустойки отказано, в остальной части производство по делу прекращено.

Решением Арбитражного суда Брянской области от 13.08.2018 по делу

№ А09-10549/2014 удовлетворено заявление ООО «Медикус» о пересмотре решения по настоящему делу по вновь открывшимся обстоятельствам, решение от 21.12.2015 отменено по вновь открывшимся обстоятельствам.

При новом рассмотрении дела ОАО «ММЛК» уточнило размер исковых требований до 13 994 461 руб. 43 коп., в том числе 8 561 173 руб. 93 коп. основного долга и 5 433 287 руб. 50 коп. неустойки, в связи с частичным погашением долга ответчиком в ходе исполнительного производства, а также поддержал ходатайство об отказе от требований о расторжении договора финансовой аренды (лизинга) и возврате переданного имущества. Ходатайства истца были удовлетворены судом в порядке ст.49 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Решением Арбитражного суда Брянской области от 02.11.2018 по делу

№ А09-10549/2014, оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного суда от 10.06.2019 и постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 23.09.2019, исковые требования ОАО «ММЛК» удовлетворены частично, с ООО «Медикус» в пользу ОАО «ММЛК» взыскано 11 277 817 руб. 68 коп., в том числе 8 561 173 руб. 93 коп. долга и 2716643 руб. 75 коп. неустойки, в части взыскания 2 716 434 руб. 75 коп. неустойки отказано, в части расторжении договора финансовой аренды (лизинга) № ФЛ-53/13 от 18.07.2013 и возврате переданного по договору имущества производство по делу прекращено.

При этом судом установлено, что ОАО «ММЛК» обратилось в Арбитражный суд Брянской области с иском к ООО «Медикус», третье лицо ООО «Компания ЛабМед», о взыскании неосновательного обогащения в размере 26 763 750 руб. за пользование имуществом, переданным по договору внутренней финансовой аренды (лизинга) № ФЛ53/13 от 18.07.2013 и изъятии указанного имущества (дело № А09-13348/2015).

Решением Арбитражного суда Брянской области от 07.07.2020 по делу

№ А09-13348/2015, при рассмотрении по вновь открывшимся обстоятельствам, исковые требования истца были удовлетворены частично, с ООО «Медикус» взыскано

4 918 838 руб. 71 коп. долга, в остальной части исковые требования оставлены без удовлетворения.

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.11.2020 решение Арбитражного суда Брянской области от 07.07.2020 по делу № А09-13348/2015 отменено, в иске отказано.

Судом также установлено, что ОАО «ММЛК» обратилось в Арбитражный суд Брянской области с заявлением о признании ООО «Медикус» несостоятельным должником (банкротом) (дело № А09-9019/2016).

Определением от 28.11.2016 (резолютивная часть определения от 22.11.2016) по делу № А09-9019/2016 заявление ОАО «ММЛК» о признании ООО «Медикус» несостоятельным должником (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника ООО «Медикус» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением Арбитражного суда Брянской области от 29.05.2017 (резолютивная часть решения от 24.05.2017) ООО «Медикус» признано несостоятельным должником (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

В рамках дела № А09-9019/2016 в арбитражный суд 03.05.2017 поступило заявление временного управляющего ООО «Медикус» ФИО2 к ООО «Медикусплюс», в котором заявитель просит суд признать недействительным договор уступки прав требований от 14.04.2017, заключенный между ООО «Медикус-плюс» и ООО «Медикус», а также применить последствия недействительности сделки. 25.07.2017 в арбитражный суд по делу № А09-9019/2016 поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Медикус» ФИО2 к ООО «Медикус-плюс», в котором заявитель просит суд признать недействительным договор уступки прав требований от 17.04.2017, заключенный между ООО «Медикус-плюс» и ООО «Медикус», а также применить последствия недействительности сделки.

Определением от 31.08.2017 по делу № А09-9019/2016 объединены в одно производство для совместного рассмотрения заявления конкурсного управляющего ООО «Медикус» ФИО2 к ООО «Медикус-плюс» и временного управляющего ООО «Медикус» ФИО2 к ООО «Медикус-плюс» об оспаривании сделки должника, а так же к участию в данном обособленном споре в качестве заинтересованного лица привлечено ООО «Компания ЛабМед».

Определением суда от 02.10.2017 по делу № А09-9019/2016 удовлетворено ходатайство ОАО «ММЛК» о привлечении его к участию в данном обособленном споре в качестве заинтересованного лица, к участию в данном обособленном споре в качестве заинтересованного лица привлечено ОАО «ММЛК».

Определением суда от 01.11.2017 по делу № А09-9019/2016 в судебном заседании при участии представителя ОАО «ММЛК», было удовлетворено ходатайство заявителя об уточнении исковых требований согласно ст.49 АПК РФ. Согласно уточненным исковым требованиям в рамках данного спора рассматривались требования: о признании недействительным договора уступки прав требований от 17.04.2017, заключенного между ООО «Медикус-плюс» и ООО «Медикус», и применении последствий недействительности данной сделки; о признании недействительным договор уступки прав требований от 14.04.2017, заключенного между ООО «Медикус-плюс» и ООО «Компания ЛабМед», и применении последствий недействительности данной сделки; о признать недействительным договор аренды медицинского оборудования от 10.05.2017, заключенного между ООО «Медикус» (арендодатель) и ООО «Медикус-плюс» (арендополучатель), согласно которому арендодатель обязуется предоставить во временное пользование медицинское оборудование, перечень которого определен в акте приема-передачи (приложение № 1 к договору) в части передачи оборудования, приобретенного и принадлежащего ОАО «ММЛК» по договору купли-продажи для целей финансовой аренды № 250 от 18.07.2017 и переданное ООО «Медикус» по договору финансовой аренды (лизинга) № ФЛ-53/13 от 18.07.2013 и применении последствий недействительности данной сделки в виде истребования у ООО «Медикус-плюс» данного оборудования.

Определением суда от 01.11.2017 по делу № А09-9019/2016 удовлетворено заявление конкурсного управляющего ООО «Медикус» ФИО2, наложены обеспечительные меры в виде запрета ООО «Медикус-плюс» пользоваться и распоряжаться (передавать, сдавать в аренду, отчуждать третьим лицам и т.п.) имуществом, полученным от ООО «Медикус» по договору аренды медицинского

оборудования от 10.05.2017 (305 позиций оборудования согласно акту приема-передачи к указанному договору аренды).

Определением суда от 27.02.2018 (резолютивная часть от 20.02.2018) по делу № А09-9019/2016 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего ООО «Медикус» ФИО2 о прекращении производства по делу, производство по делу

№ А09-9019/2016 по заявлению ОАО «Московская Медицинская Лизинговая Компания» о признании ООО «Медикус» несостоятельным должником (банкротом) прекращено. В указанном определении суд также установил, что в соответствии с требованиями Закона о банкротстве конкурсным управляющим ООО «Медикус» проведены действия, направленные на поиск имущества должника, сделаны запросы в соответствующие государственные органы и учреждения. Указанные действия отражены в отчете конкурсного управляющего о ходе проведения конкурсного производства. По сведениям регистрирующих органов, имущество (зарегистрированные на него права) у должника отсутствует. Согласно отчету конкурсного управляющего, имущество, подлежащее включению в конкурсную массу должника, не выявлено.

Определением суда от 10.04.2018 по делу № А09-9019/2016 производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «Медикус» ФИО2 к ООО «Медикусплюс» и ООО «Компания ЛабМед» о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности прекращено, в соответствии с п.1 ч.1 ст.150 АПК РФ.

При таких обстоятельствах, суд области правомерно исходил из того, что истцу было известно о наличии договора аренды медицинского оборудования от 10.05.2017, заключенного между ООО «Медикус» (арендодатель) и ООО «Медикус-плюс» (арендатор), с 01.11.2017 (определение суда по делу № А09-9019/2016).

Судом также установлено, что согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц № ЮЭ9965-25-8824562 в отношении ООО «Медикус» по состоянию на 26.01.2025, ООО «Медикус» исключено из Единого государственного реестра юридических лиц как недействующее юридическое лицо, о чем 16.06.2021 МИФНС № 10 по Брянской области внесена соответствующая запись.

Кроме того, ОАО «ММЛК» обратилось в Арбитражный суд Брянской области с иском к ООО «Медикус-плюс» об истребовании из чужого незаконного владения имущества (медицинского оборудования переданного ООО «Медикус»), принадлежащего на праве собственности ОАО «ММЛК» (дело № А09-3843/2024).

Определением Арбитражного суда Брянской области от 22.01.2025 производство по делу № А09-3843/2024 прекращено, в связи с отказом истца от иска.

В обоснование заявленных исковых требований ОАО «ММЛК» ссылалось на то, что договоры аренды медицинского оборудования от 10.05.2017, от 01.10.2018, заключенные между ООО «Медикус» (арендодатель) и ООО «Медикус-плюс» (арендатор), были заключены с нарушением п.2 ст.8 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)», условий п.2.3.12 договора финансовой аренды (лизинга) № ФЛ-53/13 от 18.07.2013, заключенного между ОАО «ММЛК» (лизингодатель) и ООО «Медикус» (лизингополучатель), без письменного разрешения лизингодателя. Также истец ссылался на то, что в силу ст.170 ГК РФ данные договоры аренды от 10.05.2017, от 01.10.2018 являются мнимыми и притворными сделками.

Согласно ст. 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Договор аренды заключается на срок, определенный договором (п.1 ст.610 ГК РФ).

В соответствии с п.2 ст. 615 ГК РФ арендатор вправе с согласия арендодателя сдавать арендованное имущество в субаренду (поднаем) и передавать свои права и обязанности по договору аренды другому лицу (перенаем), предоставлять арендованное имущество в безвозмездное пользование, а также отдавать арендные права в залог и вносить их в качестве вклада в уставный капитал хозяйственных товариществ и обществ или паевого взноса в производственный кооператив, если иное не установлено настоящим Кодексом, другим законом или иными правовыми актами. В указанных случаях, за исключением перенайма, ответственным по договору перед арендодателем остается арендатор. Договор субаренды не может быть заключен на срок, превышающий срок договора аренды.

К отдельным видам договора аренды и договорам аренды отдельных видов имущества (прокат, аренда транспортных средств, аренда зданий и сооружений, аренда предприятий, финансовая аренда) положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если иное не установлено правилами настоящего Кодекса об этих договорах (ст. 625 ГК РФ).

Согласно п.2 ст.8 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» при передаче предмета лизинга в сублизинг обязательным является согласие лизингодателя в письменной форме.

В соответствии со ст.173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых

последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе. Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность. Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.

Согласно п.1.3 договора финансовой аренды (лизинга) № ФЛ-53/13 от 18.07.2013 лизингодатель передает лизингополучателю предмет лизинга в финансовую аренду сроком на 12 месяцев, с правом владения и пользования им в полном объеме в течение указанного срока, а также с обязательным его выкупом по истечении срока действия договора либо до его истечения.

Лизингодатель имеет право: изъять предмет лизинга из владения и пользования у лизингополучателя на основании п.3 ст.11 ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)». В случае не перечисления лизингополучателем лизинговых платежей более двух раз подряд по истечении установленного настоящим договором сроков платежей лизингодатель может односторонне расторгнуть настоящий договор и изъять предмет лизинга из владения и пользования лизингополучателя, при этом ранее оплаченные лизинговые платежи возмещению лизингополучателю не подлежат (п.2.2.8 договора).

Согласно п.2.3.12 данного договора лизингополучатель обязуется не передавать предмет лизинга в сублизинг (субаренду) без письменного разрешения лизингодателя, а также не закладывать и не отчуждать предмет лизинга каким-либо образом в течение всего срока действия настоящего договора.

Данный пункт договора соответствует п.2 ст.615 ГК РФ и п.2 ст.8 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)».

Однако, как установлено судом в рамках рассмотрения арбитражного дела № А09-13348/2015 в постановлении Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.11.2020, которым было отменено решение Арбитражного суда Брянской области от 07.07.2020, и отказано в иске ОАО «ММЛК» к ООО «Медикус» о взыскании платы за пользование предметом лизинга за период с 21.10.2014 по 11.11.2015 и изъятии имущества, судом апелляционной инстанции указано следующее.

Под договором выкупного лизинга в соответствии с ч.1 ст.624 ГК РФ и ст.19 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее Закон о лизинге) понимается договор, который содержит условие о переходе права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю при внесении им всех лизинговых платежей, включая выкупную цену, если ее уплата предусмотрена договором. Согласно ст.ст. 665, 624 ГК РФ, ст.2 Закон о лизинге, правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 25.07.2011 № 3318/11, позиции Конституционного суда РФ, изложенной в определении от 40.02.2014 № 222-О, применительно к лизингу с правом выкупа законный имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении денежных средств (посредством приобретения в собственность указанного лизингополучателем имущества и предоставления последнему этого имущества за плату), а интерес лизингополучателя - в пользовании имуществом и последующем его выкупе.

В соответствии с п.1 ст. 28 Закона о лизинге в общую сумму платежей по договору лизинга с правом выкупа входят: возмещение затрат лизингодателя, его доход и выкупная цена предмета лизинга.

Особенностью договора лизинга является то, что лизингополучателю предоставляется определенный сторонами размер финансирования (денежные средства), а не имущество в аренду и не рассрочка в приобретение товара. При этом плата за такое финансирование определяется как размер процентов, начисленный на всю сумму инвестиций лизингодателя, составляющей общую сумму договора лизинга (в том числе выкупную цену предмета лизинга).

Приложением № 2 к договору лизинга стороны определили, что стоимость договора лизинга составляет 33 950 000 руб., сумма ежемесячного лизингового платежа составляет 2 287 500 руб., в состав которого входят инвестиционные затраты, включая полный выкуп предмета лизинга, сумма уплачиваемых налогов, вознаграждение лизингодателя. По окончанию действия настоящего договора лизинга, при условии оплаты лизингополучателем всех лизинговых платежей, предмет лизинга по договору куплипродажи и актов приема-передачи передается в собственность лизингополучателю с указанием его остаточной стоимости и оплаченного НДС.

Таким образом, в силу закона выплата лизингополучателем цены договора лизинга, а также возможных санкций (проценты, неустойка) за нарушение сроков такой выплаты полностью удовлетворяет материальный интерес лизингодателя в размещении денежных средств.

Решением Арбитражного суда Брянской области от 02.11.2018 по делу № А09-10549/2014, вступившим в законную силу, с ответчика в пользу истца полностью взыскана

вся затребованная лизингодателем по договору задолженность в полном объеме (8 561 173 руб. 93 коп.), а также неустойка по состоянию на 23.11.2015 (2 716 643 руб. 75 коп.).

Таким образом, в данном случае, поскольку в состав лизинговых платежей истцом (ОАО «ММЛК») включена и плата за предоставленное финансирование, и выкупная цена оборудования, то взыскание задолженности по всем лизинговым платежам и пени за нарушение сроков их внесения свидетельствует о полном удовлетворении материального интереса лизингодателя (ОАО «ММЛК») в размещении денежных средств по спорному договору. В данном случае, истцу (ОАО «ММЛК») присуждено ко взысканию все, на что он вправе был рассчитывать при надлежащем исполнении ответчиком договора лизинга, а также мера ответственности за нарушение сроков исполнения обязательств лизингополучателем. Поскольку иной платы за пользование имуществом с учетом присужденной вступившим в законную силу судебным актом всей задолженности по лизинговым платежам, в данном случае приведет к неосновательному обогащению истца (ОАО «ММЛК»), и фактически направлено на изменение условий договора, определяющего выкупную стоимость имущества и размер финансирования лизингодателя, то иск удовлетворению не подлежит в связи с отсутствием для этого правовых оснований.

В то же время судебная коллегия разъяснила, что истец (ОАО «ММЛК») не лишен права на обращение с заявлением об изменении порядка и способа исполнения решения суда по делу № А09-10549/2014, в том числе с требованием о взыскании меры ответственности за неисполнение вступившего в законную силу судебного акта (судебной неустойки).

Таким образом, с учетом указанных обстоятельств и выводов судов, правоотношения сторон между ОАО «ММЛК» и ООО «Медикус» по договору финансовой аренды (лизинга) № ФЛ-53/13 от 18.07.2013 были прекращены, с учетом вступления в законную силу вышеуказанных судебных актов.

Доказательств обратного, истцом в материалы дела в нарушение положений ст.65 Арбитражного процессуального кодекса РФ не представлено.

Кроме того, учитывая, что срок договора лизинга № ФЛ-53/13 от 18.07.2013, установленный п.1.3 данного договора (12 месяцев) истек, и как указали суды, данный срок сторонами не продлевался. При этом, в силу п.2 ст.615 ГК РФ договор субаренды не может быть заключен на срок, превышающий срок договора аренды. Таким образом, доводы истца о том, что договоры аренды медицинского оборудования от 10.05.2017, от 01.10.2018, заключенные между ООО «Медикус» (арендодатель) и ООО «Медикус-плюс» (арендатор), являются договорами субаренды, и при их заключении необходимо было

разрешение истца как лизингодателя, в данном случае являются неправомерными, и подлежат отклонению.

Неисполнение ООО «Медикус» судебного решения по делу № А09-10549/2014 не является основанием, для продления действия договора лизинга, данное обстоятельство влечет иные правовые последствия.

Проанализировав представленные сторонами документы, учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд первой инстанции сделал правильный вывод об отсутствии оснований для признания оспариваемых договоров аренды медицинского оборудования от 10.05.2017, от 01.10.2018, заключенных между ООО «Медикус» и ООО «Медикус-плюс», недействительными на основании ст.173.1 ГК РФ, как нарушающих положения п.2 ст.8 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» и п.2.3.12 договора лизинга.

В силу п.1 ст.170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла п.1 ст. 170 ГК РФ, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Пункт 1 статьи 170 ГК РФ направлен на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна в соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ. Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (п.2 ст.170 ГК РФ).

В пунктах 87, 88 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее Постановление № 25) разъяснено, что согласно

пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Применяя правила о притворных сделках, судам следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок, и в таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (п.2 ст.170 ГК РФ).

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

По правилу п.3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора (многосторонней сделки) необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

Как усматривается из материалов дела, между ООО «Медикус» (арендодатель) и ООО «Медикус-плюс» (арендатор) были заключены договоры аренды медицинского оборудования от 10.05.2017, от 01.10.2018.

Согласно п.3.3 договоров срок действия договора 3 года с момента передачи оборудования по акту приема-передачи.

Факт передачи ООО «Медикус» (арендодателем) медицинского оборудования в аренду ООО «Медикус-плюс» (арендатору) подтверждается актами приема-передачи от 11.05.2017 (т.1 л.д.41-51), от 01.10.2018 (т.1 л.д.55-69) к указанным договорам аренды, и не оспаривается ответчиком.

Данные обстоятельства также подтверждаются, вступившим в законную силу определением суда от 01.11.2017 по делу № А09-9019/2016 о наложении обеспечительной меры в виде запрета ООО «Медикус-плюс» пользоваться и распоряжаться (передавать, сдавать в аренду, отчуждать третьим лицам и т.п.) имуществом, полученным от ООО «Медикус» по договору аренды медицинского оборудования от 10.05.2017. А также пояснениями истца в исковом заявлении о том, что в рамках дела № 2а-2637/2023 представитель Департамента здравоохранения Брянской области подтвердила факт заключения договора аренды медицинского оборудования от 01.10.2018 и его передачи,

для получения ООО «Медикус-плюс» лицензии на осуществление медицинской деятельности.

Доказательств свидетельствующих об отсутствии у сторон, участвующих в данных сделках, намерений их исполнять или требовать исполнения, не направленность подлинной воли сторон на создание тех правовых последствий, которые наступают при их совершении, истцом в материалы дела не представлено.

Лицо, не участвующее в договоре, заявляющее иск о признании договора недействительным, должно доказать наличие своего материально-правового интереса в удовлетворении иска, указав, какие его права или охраняемые законом интересы нарушены или оспариваются лицами, к которым предъявлен иск, а также каким образом эти права и интересы будут восстановлены в случае реализации избранного способа судебной защиты.

В рассматриваемом случае судом области справедливо учтено, что истец стороной спорных сделок не является, доказательств наличия у истца каких-либо вещных прав в отношении спорного движимого имущества, которые могут быть восстановлены в результате признания спорных сделок недействительными, в материалы дела не представлены. Удовлетворение заявленных требований в любом случае не приведет к восстановлению какого-либо вещного права истца, учитывая ликвидацию ООО «Медикус», и что в качестве последствий недействительности данных сделок истец просит взыскать с ООО «Медикус-плюс» денежных средств, невыплаченных ООО «Медикус» по исполнительному листу, выданному на основании судебного решения по делу № А09-10549/2014, в отсутствие на то оснований.

В пункте 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо; исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке.

Между тем истец не представил доказательств того, что оспариваемыми сделками были нарушены его права как субъекта вещных гражданских правоотношений, и что в результате признания данных сделок недействительными и применении последствий недействительности ничтожных сделок эти права будут восстановлены, учитывая обстоятельства совершения спорных сделок по воле ее участников.

Таким образом, истец не доказал наличие у него законного интереса в оспаривании данных сделок.

По смыслу абзаца 2 пункта 2 статьи 166 ГК РФ и статьи 4 АПК РФ отсутствие у истца заинтересованности в оспаривании сделки является основанием для отказа в иске.

Как указал суд апелляционной инстанции в постановлении от 06.11.2020 по делу № А09-13348/2015, истец (ОАО «ММЛК») в связи с неисполнением ООО «Медикус» решения суда по делу № А09-10549/2014 вправе был обратиться с заявлением об изменении порядка и способа исполнения данного решения суда по делу № А09-10549/2014. Однако, данным правом не воспользовался.

Кроме того, не заявил в налоговый орган о приостановлении ликвидации ООО «Медикус», в связи с неисполненными обязательствами. В рамках дела о банкротстве ООО «Медикус» не оспаривал определение суда о прекращении производства по данному делу.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции, учитывая, что истцом, в нарушение ст. 65 АПК РФ, не представлено доказательств, свидетельствующих о мнимом или притворном характере спорных договоров аренды, правомерно отказал в удовлетворении требования о признании договоров аренды медицинского оборудования от 10.05.2017, от 01.10.2018 недействительным по основаниям, предусмотренным ст. 170 ГК РФ.

Ответчиком в суде первой инстанции заявлено о применении исковой давности.

В силу ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии со ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Статьей 197 ГК РФ предусмотрено, что для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (ст.181 ГК РФ).

Согласно п.2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Довод истца о том, что о существовании договоров аренды медицинского оборудования от 10.05.2017, от 01.10.2028 истец узнал из письма УМВД России по Брянской области № 3/237720161166 от 09.10.2023, суд области справедливо счел необоснованным в части наличия сведений о договоре от 10.05.2017, поскольку как было указано выше о наличии данного договора истцу, участвующему в рамках обособленного спора по делу о банкротстве ООО «Медикус» было известно о наличии договора аренды медицинского оборудования от 10.05.2017, заключенного между ООО «Медикус»

(арендодатель) и ООО «Медикус-плюс» (арендатор), с 01.11.2017 (определение суда по делу № А09-9019/2016).

Учитывая вышеизложенное, а также принимая во внимание, что с требованием о признании договоров аренды медицинского оборудования от 10.05.2017, от 01.10.2028 недействительными и применении последствий недействительности данных сделок, взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, истец обратился 30.01.2024 (направление иска в суд почтовым отправлением), суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что срок исковой давности в силу ст.181 ГК РФ как годичный, так и трехгодичный, пропущен истцом по требованию о признании договора аренды медицинского оборудования от 10.05.2017 недействительным по основаниям ст.170, ст.173.1 ГК РФ, и соответственно о применении последствий недействительности данной сделки.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 43 от 29.09.2015 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

Доказательств наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, а также доказательств наличия уважительных причин пропуска срока исковой давности по данному требованию, о применении которого заявил ответчик, в материалы дела истцом в нарушение положений ст.65 АПК РФ не представлено, в связи с чем, ходатайство истца о восстановлении пропущенного процессуального срока справедливо оставлено судом без удовлетворения.

С учетом изложенного, установив, что истцом пропущен трехгодичный срок исковой давности на предъявление настоящего иска в части требования о признании недействительным договора аренды медицинского оборудования от 10.05.2017, и соответственно о применении последствий недействительности данной сделки, о применении которого ходатайствовал ответчик, что в силу п.2 ст. 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в иске в указанной части, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении исковых требований о признании недействительными договоров аренды медицинского оборудования от 10.05.2017, от 01.10.2028 и о применении последствий недействительности данных сделок (ст. 167 ГК РФ).

При этом в связи с принятием отказа истца от иска в части требования о взыскании 5 831 851 руб. 62 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, суд

области обоснованно прекратил производство по делу в указанной части требования в порядке пункта 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

По сути, жалоба истца лишь выражает его несогласие с принятым судом судебным актом и не содержит существенных доводов, которые бы могли послужить основанием для его отмены.

В силу изложенного суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и сделаны при правильном применении норм действующего законодательства.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора, апелляционным судом не установлено.

Таким образом, оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется.

Нарушений процессуальных норм, влекущих безусловную отмену судебного акта (часть 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлено.

В соответствии со статьей 110, частью 3 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат отнесению на заявителя.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Брянской области от 09.04.2025 по делу № А09-1047/2024

оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья И.Ю. Воронцов

Судьи Л.А. Капустина В.А. Устинов