Постановление от 29 июля 2024 г. по делу № А50-28040/2023

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-5686/2024-ГК
г. Пермь
29 июля 2024 года
Дело № А50-28040/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 25 июля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 июля 2024 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Власовой О.Г.,

судей Гладких Д.Ю., Яринского С.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Макаровой С.Н.,

при участии:

от ответчика, ФИО1, представитель по доверенности от 12.01.2024, паспорт, диплом;

иные лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы истца, индивидуального предпринимателя ФИО2, ответчика, общества с ограниченной ответственностью «Велс»

на решение Арбитражного суда Пермского края

от 02 мая 2024 года

по делу № А50-28040/2023

по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Велс» (ОГРН <***>; ИНН <***>),

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «Завод зубных щеток» (ОГРН <***>, ИНН <***>), общество с ограниченной ответственностью «ОРАПРО» (ОГРН <***>, ИНН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Крон» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на промышленный образец и на произведение дизайна

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее - истец) обратился в Арбитражный суд Пермского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Велс» (далее - ответчик) о взыскании 230 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав, в том числе на промышленный образец по патенту № 123868 в сумме 180 000 руб. и на произведение дизайна рукоятки зубной щетки в сумме 50 000 руб. (с учетом уточнения).

На основании ст. 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Завод зубных щеток», общество с ограниченной ответственностью «ОРАПРО», общество с ограниченной ответственностью «Крон».

Решением Арбитражного суда Пермского края от 02 мая 2024 года (резолютивная часть от 02.05.2024) исковые требования удовлетворены частично, суд взыскал с ООО «Велс» в пользу ИП ФИО2 компенсацию за нарушение исключительного права на произведение дизайна рукоятки зубной щетки в размере 50 000 руб., а также расходы по приобретению спорного товара в сумме 28,04 руб. и расходы по оплате государственной пошлины в сумме 1 652,24 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец и ответчик обратились в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят решение первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

Истец в своей апелляционной жалобе оспаривает решение арбитражного суда в отношении отказа в удовлетворении требований во взыскании компенсации за нарушение исключительного права правообладателя по патенту №123868. Полагает неправомерным вывод суда относительного того, что правообладатель патента лишается статуса правообладателя в момент подписания лицензионного договора и возможности, требовать по своему выбору от нарушителя возмещения убытков или выплаты компенсации.

Кроме того заявитель не согласен с пропорциональным удовлетворением требований в части распределения судебных издержек в виде стоимости приобретенного товара.

Ответчик в своей апелляционной жалобе ссылается на ошибочный вывод суда о законности предоставления двойной защиты и возможности взыскания двойной компенсации за один результат интеллектуальной деятельности.

По мнению ответчика, объектом патента «Рукоятка зубной щетки» на промышленный образен «Рукоятка зубной щетка» № 123868 от 16.02.2021, так и в отношении произведения дизайна «Рукоятка зубной щетки» фактически является один результат интеллектуальной деятельности - дизайн промышленного изделия «Рукоятка зубной щетки».

Заявитель указывает на ошибочность выводов суда о возможности единовременной защиты одного результата интеллектуальной собственности несколькими способами: как дизайна и как патента.

Ответчик полагает, поскольку между истцом и третьим лицом (ООО «Завод зубных щеток») заключен лицензионный договор, в соответствии с которым правообладателем переданы исключительные права на промышленный образец, в последующем, лицензиатов взыскана компенсация по патенту №123868, следовательно, суд ошибочно пришел к выводу о наличии оснований для взыскания повторной компенсации, поскольку на дату закупки истец не являлся обладателем исключительного права на рассматриваемый результат интеллектуальной деятельности и то, что компенсация в отношении данного результата уже была взыскана в пользу третьего лица.

Ответчик, ссылаясь на п. 1.1 ст. 1236 ГК РФ считает ФИО2 ненадлежащим истцом по настоящему делу.

От истца до начала судебного заседания поступило ходатайство об отложении судебного заседания.

В соответствии с частью 3 статьи 158 АПК РФ в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине (часть 4 статьи 158 АПК РФ).

Согласно части 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, возникновения у суда обоснованных сомнений относительно того, что в судебном заседании участвует лицо, прошедшее идентификацию или аутентификацию, либо относительно волеизъявления такого лица, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видео-конференц-связи либо системы веб-конференции, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Исходя из положений статьи 158 АПК РФ суд по своему усмотрению с учетом характера и сложности дела решает вопрос о возможности рассмотрения дела по существу либо отложении судебного разбирательства, то есть отложение судебного разбирательства является правом суда, а не обязанностью. При рассмотрении соответствующего ходатайства суд учитывает конкретные обстоятельства дела.

С учетом того, что ИП ФИО2 извещен надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, его явка не признана судом обязательной, при отсутствии доказательств в подтверждение невозможности обеспечить явку иного представителя, принимая во внимание, что отложение судебного заседания приведет к необоснованному затягиванию судебного разбирательства, иных причин для отложения судебного разбирательства, предусмотренных статьей 158 АПК РФ, не установлено, позиция ИП ФИО2 изложена в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции отказывает в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства.

Представитель ответчика поддержал в судебном заседании ранее изложенную в апелляционной жалобе позицию. Просил отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме. В удовлетворении жалобы истца просит отказать.

Апелляционным судом жалоба рассмотрена в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие истца, третьих лиц извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, ФИО2 является правообладателем патента на промышленный образец «Рукоятка зубной щетки» № 123868, что подтверждается данными публичного Реестра промышленных образцов ФИПС. Дата приоритета 22.11.2019.

Обращаясь в суд истец указал, что в ходе мониторинга рынка зубных щёток стали обнаруживаться факты того, что в сети интернет и в стационарных торговых точках (магазинах, аптеках и т.д.) осуществляется размещение предложений о продаже и реализуются зубные щётки «DR.DENTE» в сети аптек под торговой маркой «ПЛАНЕТА ЗДОРОВЬЯ», в которых использован промышленный образец истца.

16.02.2021 между ФИО2 (лицензиар) и ООО «Завод зубных щеток» (лицензиат) заключен лицензионный договор № 123868, по условиям которого лицензиату предоставлено исключительное право на использование промышленного образца № 123868 на условиях исключительной лицензии на срок действия патента на территории РФ. Указанный лицензионный договор зарегистрирован в Роспатенте 11.05.2021.

Кроме того, истец ФИО2 является правообладателем в отношении произведения дизайна «Рукоятка зубной щетки», в подтверждение чего представлены скриншоты из программы для трехмерного моделирования «Rhinoceros 3D» (файл «Facet_2 Финальная модель.3dm»), чертежи рукоятки зубной щетки Facet2 от 02.11.2016 с указанием имени дизайнера «Belov Aleksandr», а также вступившее в силу решение Суда по интеллектуальным правам от 10.10.2022 по делу № СИП-1058/2021, которым установлено, что решение внешнего вида рукоятки зубной щетки в окончательном варианте было создано ФИО2 к 02.11.2016 (абз. 6 стр. 13 решения).

Как указывает истец, коммерческая деятельность ответчика осуществляется путем реализации товаров в 36 торговых точках в розничной сети аптек «Планета здоровья».

Протоколом осмотра доказательств от 31.05.2021 нотариусом Удомельского городского нотариального округа Тверской области ФИО3 зафиксированы данные о фактах размещения в интернет-аптеке под торговой маркой «Планета здоровья» (сайт https://planetazdorovo.ru) зубных щеток Dr. Dente.

28.05.2021 истцом проведена закупка товара «Dr. Dente щетка зубная средней жесткости оранжевая» в аптеке «Планета здоровья», в которой осуществляет торговую деятельность ответчик, находящейся по адресу: <...>, в подтверждение чего представлен кассовый чек № 4561 от 28.05.2021 на сумму 129 руб.

В связи с чем истец считает, что доказал факт нарушения ответчиком его исключительных прав на промышленный образец.

Своего согласия (разрешения) на использование произведения дизайна или промышленного образца истец ответчику не давал, в связи с чем просит суд взыскать с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав, в том числе на промышленный образец по патенту № 123868 в сумме 180 000 руб. и на произведение дизайна рукоятки зубной щетки в сумме 50 000 руб.

Истцом в адрес ответчика направления претензия о возмещении убытков, которая была оставлена ответчиком без удовлетворения.

Неисполнение претензионных требований истца послужило основанием для обращения в суд с настоящим исковым заявлением.

Удовлетворяя исковые требования частично, суд первой инстанции исходил из доказанности наличия у истца права на защиту исключительного права на промышленный образец по патенту Российской Федерации № 123868 и произведения дизайна «Рукоятка зубной щетки», вместе с тем, суд признал нарушение прав истца только в части прав на произведения дизайна.

Рассмотрев материалы дела повторно, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Согласно статье 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) произведения науки, литературы и искусства, промышленные образцы являются результатами интеллектуальной деятельности, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

В соответствии со статьей 1346 ГК РФ на территории Российской Федерации признаются исключительные права на изобретения, полезные модели и промышленные образцы, удостоверенные патентами, выданными федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, или патентами, имеющими силу на территории Российской Федерации в соответствии с международными договорами Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1352 ГК РФ в качестве промышленного образца охраняется решение внешнего вида изделия промышленного или кустарно-ремесленного производства.

Промышленному образцу предоставляется правовая охрана, если по своим существенным признакам он является новым и оригинальным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1354 ГК РФ патент на промышленный образец удостоверяет приоритет промышленного образца, авторство и исключительное право на промышленный образец.

Охрана интеллектуальных прав на промышленный образец предоставляется на основании патента в объеме, определяемом совокупностью существенных признаков промышленного образца, нашедших отражение на изображениях внешнего вида изделия, содержащихся в патенте на промышленный образец (пункт 3 статьи 1354 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 120 Постановления № 10, к существенным признакам промышленного образца, учитываемым при предоставлении правовой охраны, в соответствии с абзацем третьим пункта 1 статьи 1352 ГК РФ относятся признаки, определяющие эстетические особенности внешнего вида изделия, в частности форма, конфигурация, орнамент, сочетание цветов, линий, контуры изделия, текстура или фактура материала изделия. Признаки внешнего вида изделия, обусловленные исключительно технической функцией изделия, не являются охраняемыми признаками промышленного образца.

В пункте 123 Постановления № 10 разъяснено, что использование без согласия патентообладателя не всех существенных признаков промышленного образца, а равно не всей совокупности признаков промышленного образца, производящих на информированного потребителя такое же общее впечатление, исключительное право патентообладателя не нарушает.

Таким образом, в предмет доказывания по рассматриваемому спору о нарушении исключительного права на промышленные образцы входит установление обстоятельств использования в изделиях ответчика всех существенных признаков промышленного образца или совокупности признаков, производящей на информированного потребителя такое же общее впечатление.

При этом перечень существенных признаков промышленного образца включает существенные признаки промышленного образца, обуславливающие эстетические и (или) эргономические особенности внешнего вида изделия, представленного на его изображениях, и признаки, указывающие на назначение изделия.

Признаки должны быть выражены понятиями, смысловое содержание которых однозначно понятно пользователю изделия.

Вопрос об использовании промышленного образца истца в производимым и реализуемым ответчиком товаре является вопросом факта, в связи с чем может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

В силу абзаца 5 пункта 123 Постановления № 10 промышленный образец признается использованным в изделии, если это изделие содержит все существенные признаки промышленного образца или совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такое же общее впечатление, какое производит запатентованный промышленный образец, при условии, что изделия имеют сходное назначение.

Аналогичная правовая позиция отражена в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 03.02.2020 по делу № А28-9060/2018 (определением Верховного Суда Российской Федерации от 09.04.2020 № 301-ЭС20-2936 в передаче дела в Судебную коллегию по экономическим спорам ВС РФ отказано).

При этом в пункте 124 Постановления № 10 разъяснено, что при наличии у истца обоснованных предположений о том, что ответчиком допускается использование изобретения, полезной модели или промышленного образца, исключительное право на которое принадлежит истцу, у ответчика могут быть истребованы доказательства в порядке, предусмотренном статьей 66 АПК РФ, позволяющие установить, совершаются ли ответчиком действия, охватываемые исключительным правом патентообладателя (статья 1358 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1358 ГК РФ патентообладателю принадлежит исключительное право использования изобретения, полезной модели или промышленного образца в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец), в том числе способами, предусмотренными пунктом 2 настоящей статьи. Патентообладатель может распоряжаться исключительным правом на изобретение, полезную модель или промышленный образец.

Пунктом 2 статьи 1358 ГК РФ установлено, что использованием изобретения, полезной модели или промышленного образца считается, в частности:

1) ввоз на территорию Российской Федерации, изготовление, применение, предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использованы изобретение или полезная модель, либо изделия, в котором использован промышленный образец;

2) совершение действий, предусмотренных подпунктом 1 настоящего пункта, в отношении продукта, полученного непосредственно запатентованным способом. Если продукт, получаемый запатентованным способом, является новым, идентичный продукт считается полученным путем использования запатентованного способа, поскольку не доказано иное;

3) совершение действий, предусмотренных подпунктом 1 настоящего пункта, в отношении устройства, при функционировании (эксплуатации) которого в соответствии с его назначением автоматически осуществляется запатентованный способ;

4) совершение действий, предусмотренных подпунктом 1 настоящего пункта, в отношении продукта, предназначенного для его применения в соответствии с назначением, указанным в формуле изобретения, при охране изобретения в виде применения продукта по определенному назначению;

5) осуществление способа, в котором используется изобретение, в том числе путем применения этого способа.

При этом промышленный образец признается использованным в изделии, если это изделие содержит все существенные признаки промышленного образца или совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такое же общее впечатление, какое производит запатентованный промышленный образец, при условии, что изделия имеют сходное назначение (пункт 3 статьи 1358 ГК РФ).

В силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Как отмечено в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных ГК РФ, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Исходя из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 154, 162 Постановления № 10, в предмет доказывания применительно к настоящему спору в предмет доказывания со стороны истца входит права на защиту исключительного права на промышленный образец, а также факт нарушения ответчиком этого права одним из способов, перечисленных в пункте 2 статьи 1358 ГК РФ. В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при изготовлении и продаже изделий, содержащих признаки названного изобретения, а также при использовании товарного знака либо сходного с ними до степени смешения обозначения.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор по существу.

Вместе с тем законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения, поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет».

Исходя из принципа состязательности сторон, по общему правилу, обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле.

В случае непредставления стороной доказательств, необходимых для правильного рассмотрения дела, в том числе если предложение об их представлении было указано в определении суда, арбитражный суд рассматривает дело по имеющимся в материалах дела доказательствам с учетом установленного частью 1 статьи 65 АПК РФ распределения бремени доказывания (часть 1 статьи 156 АПК РФ).

Как следует из материалов дела, в подтверждение факта нарушения исключительных прав истцом представлено доказательство приобретения спорного товара у ответчика – кассовый чек от 28.05.2021. На данном чеке в качестве продавца указано ООО «Велс» (ст. 493 ГК РФ).

Оценив нотариальный протокол осмотра сайта от 31.05.2021, осмотрев спорный товар (зубную щетку), приобщенную к материалам дела в качестве вещественного доказательства, сличив патент на промышленный образец «Рукоятка зубной щетки» № 123868 с предлагаемыми ответчиком к продаже товарами, суд установил, что внешние признаки промышленного образца воспроизведены в спорном товаре, реализованном ответчиком. Кроме того, по назначению, набору выполняемых функций изделия истца и ответчика являются также идентичными.

Проведя сравнение представленных истцом в материалы дела скриншотов из программы для трехмерного моделирования «Rhinoceros 3D» (файл «Facet_2 Финальная модель.3dm») со спорным товаром, суд пришел к выводу о том, что принадлежащее истцу произведение дизайна рукоятки зубной щетки нашло свое объемно[1]пространственное воплощение в спорном товаре, реализованном ответчиком.

Исследовав и оценив по правилам статей 71 и 162 АПК РФ представленные лицами, участвующих в деле, доказательства, суд первой инстанций пришел к выводу о доказанности реализации товара (зубной щетки), содержащего существенные признаки промышленного образца и произведение дизайна рукоятки зубной щетки. Поскольку покупка товара оформлена в соответствии с требованиями статьи 493 ГК РФ, кассовый чек является доказательством, подтверждающим факт розничной купли-продажи товара в торговой точке ответчика.

При этом доказательств того, что согласно представленному чеку ответчик реализовал иной товар, последний суду не представил (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

В отношении содержащегося в апелляционной жалобе довода о необоснованности определенного судами первой инстанций размера компенсации суд отмечает следующее.

Согласно статье 1406.1 ГК РФ в случае нарушения исключительного права на изобретение, полезную модель или промышленный образец автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости права использования изобретения, полезной модели или промышленного образца, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующих изобретения, полезной модели, промышленного образца тем способом, который использовал нарушитель.

Истец просит суд взыскать компенсацию за нарушение исключительного права на промышленный образец в сумме 180 000 руб.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По смыслу данной правовой нормы злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений, так как по общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Злоупотребление правом в отношении одного лица само по себе не означает злоупотребления правом по отношению к другому лицу, поскольку соответствующий факт устанавливается исходя из характера возникших разногласий в той или иной отдельно взятой ситуации. Следовательно, для отказа в судебной защите в рамках данного спора должно быть установлено, что истец при подаче искового заявления по настоящему делу намеревался причинить вред именно ответчику.

Вывод суда первой инстанции относительно того, что лицензиар (истец ФИО2) одновременно с предоставлением ООО «Завод зубных щеток» права использования спорного промышленного образца по исключительной лицензии, одновременно с этим утратил право на судебную защиту в форме взыскания компенсации за нарушение исключительных прав на промышленный образец в объеме предоставленных лицензиату (ООО «Завод зубных щеток») прав является неверным, но вместе с тем не привел к принятию не правильного решения.

Как уже указывалось ранее, 16.02.2021 между ФИО2 (лицензиар) и ООО «Завод зубных щеток» (лицензиат) заключен лицензионный договор № 123868, по условиям которого лицензиату предоставлено исключительное право на использование промышленного образца № 123868 на условиях исключительной лицензии на срок действия патента на территории РФ. Указанный лицензионный договор зарегистрирован в Роспатенте 11.05.2021.

Суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что контрольная закупка товара «Dr. Dente щетка зубная средней жесткости оранжевая» истцом произведена 28.05.2021, при этом в ходе рассмотрения дела №А50-11514/2023 судом установлено, что также 28.05.2021 ООО «Завод зубных щеток» проведена закупка товара «Dr. Dente щетка зубная средней жесткости сиреневая».

Таким образом, на момент контрольных закупок, стороны (ФИО2 и ООО «Завод зубных щеток») не могли не знать о заключенном между ними лицензионном договоре от 16.02.2021 № 123868, вместе с тем, произвели закупку товара у ответчика в одной торговой точке (<...>) и в один и тот же день и час (28.05.2021 время приобретения товара 19:11).

При этом, первоначально с исковыми требованиями о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на промышленный образец обратился лицензиат (ООО «Завод зубных щеток») и на следующий день после вступления в законную силу решения суда от 09.10.2023, сам правообладатель обратился в суд с исковыми требованиями о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на промышленный образец (дата подачи искового заявления 10.11.2023).

Доказательств наличия добросовестных целей в действиях упомянутых лиц в материалы настоящего дела не представлено.

Суд апелляционной инстанции также считает необходимым отметить, что при «дроблении» исковых требований ответчик, в целях минимизации своих потерь, лишается права заявить в данном случае о единстве намерений.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о злоупотреблении правом со стороны истца, поскольку истец, предъявляя настоящий иск о взыскании компенсации за одновременное предложение к продаже товаров и их реализацию, ссылается на те же обстоятельства, на основании которых с ответчика была взыскана компенсация в пользу исключительного лицензиата истца, при наличии у истца информации об арбитражном споре по делу № А50-11514/2023, при этом взысканная ранее судом компенсация уже охватывала нарушение ответчиком прав на промышленный образец при предложении к продаже и продаже зубных щеток.

Помимо этого истцом заявлено требование о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на произведение дизайна «Рукоятка зубной щетки» в сумме 50 000 руб.

Отказ истцу во взыскании компенсации в отношении промышленного образца не лишает его права на получение компенсации в части нарушенного исключительного права на произведение дизайна рукоятки зубной щетки.

Из материалов дела следует, что истцом выбран способ определения компенсации из расчета от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, исходя из характера нарушения.

При определении подлежащей взысканию с ответчика компенсации суд учитывает, что защищаемое истцом спорное произведение дизайна, хотя и сохранив статус самостоятельного объекта исключительных прав, было в конечном итоге претворено истцом в зарегистрированном патенте № 123868 на промышленный образец. Таким образом, суд отмечает необходимость различия между подходами к определению величины компенсации за промышленный образец и за произведение дизайна.

Применительно к спорному произведению дизайна рукоятки зубной щетки суд учитывает, что его использование в коммерческой деятельности ответчика следует из материалов дела и ответчиком не опровергнуто (ст. 65 АПК РФ). В то же время оснований для использования произведения дизайна применительно к каждой из торговых точек ответчика, в которых могли быть реализованы спорные зубные щетки Dr. Dente, суд не усматривает с учетом сущностных различий между промышленным образцом и произведением дизайна.

В отношении довода истца о неверном распределении судебных издержек по возмещению расходов на приобретение товара пропорционально удовлетворенным требованиям, суд апелляционной инстанции указывает следующее.

В соответствии со статьей 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

В соответствии со статьей 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если Федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

При обращении с иском истец также просил взыскать с ответчика расходы на приобретение спорного товара в размере 129 рублей. В подтверждение чего представил кассовый чек от 28.05.2021.

Истцом заявлены требования о взыскании 230 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав, в том числе на промышленный образец по патенту № 123868 в сумме 180 000 руб. и на произведение дизайна рукоятки зубной щетки в сумме 50 000 руб.

При этом, судом удовлетворены требований частично, только в части требований о взыскании компенсации на произведение дизайна рукоятки зубной щетки в сумме 50 000 руб., что составляет 21,74% от суммы исковых требований заявленных истцом.

При этом, как следует из разъяснений высшей судебной инстанции, изложенных в пункте 47 Обзора, размер компенсации определяется судом при рассмотрении дела не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств, то есть в рамках состязательного процесса.

На этом основана и правовая позиция, изложенная в пункте 48 Обзора от 23.09.2015, в котором прямо отмечено, что при взыскании компенсации за незаконное использование результатов интеллектуальной деятельности судебные расходы на оплату государственной пошлины относятся на истца пропорционально размеру необоснованно заявленной им компенсации.

Таким образом, поскольку имущественное требование истца было удовлетворено частично (не снижения ниже установленного законом предела), то взыскание судебных расходов должно быть произведено пропорционально удовлетворенным требованиям.

Доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы опровергали выводы суда первой инстанции, влияли бы на законность и обоснованность решения суда первой инстанции, апелляционные жалобы не содержат.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы на уплату государственной пошлины, понесенные при подаче апелляционной жалобы, относятся на ее заявителей.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Пермского края от 02 мая 2024 года по делу № А50-28040/2023 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационногопроизводства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Пермского края.



Председательствующий


О.Г. Власова


Судьи


Д.Ю. Гладких



С.А. Яринский