Постановление от 16 июля 2019 г. по делу № А60-37911/2018

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-507/2019(11)-АК

Дело №А60-37911/2018
16 июля 2019 года
город Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 июля 2019 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей Т.В. Макарова, Т.С. Нилоговой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Д.Д. Малышевой,

в отсутствии лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу должника Позина Александра Борисовича

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 25 марта 2019 года

о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества гаражного бокса, расположенного по адресу: г. Екатеринбург, ул. Николая Островского, д.4а, бокс 11, заключенного 18.08.2015 между должником и Позиным Михаилом Александровичем,

вынесенное судьей Д.Н. Морозовым

в рамках дела №А60-37911/2018

о признании индивидуального предпринимателя Позина Александра Борисовича (ИНН 666102944638, ОГРНИП 304667130600139) несостоятельным (банкротом),

заинтересованное лицо с правами ответчика Позин Михаил Александрович,



установил:

03.07.2018 Черноскутов Анатолий Николаевич обратился в арбитражный суд с заявлением о признании индивидуального предпринимателя Позина Александра Борисовича (далее – Позин А.Б., должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.07.2018 заявление Черноскутова А.Н. о признании ИП Позина А.Б. несостоятельным (банкротом) принято к производству, возбуждено настоящее дело о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.09.2018 (резолютивная часть от 05.09.2018) заявление Черноскутова Анатолия Николаевича признано обоснованным. В отношении индивидуального предпринимателя Позина Александра Борисовича (дата и место рождения: 22.04.1959, г. Свердловск; СНИЛС 023-382-491 33; ИНН 666102944638, ОГРНИП 304667130600139; адрес регистрации: Свердловская обл., г. Екатеринбург, ул. Большакова, д. 111, кв. 80) введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден Белов Алексей Константинович, член ассоциации «Краснодарская межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Единство».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №173 от 22.09.2018.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 20.12.2018 (резолютивная часть от 19.12.2018) индивидуальный предприниматель Позин Александр Борисович признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком до 19.06.2019. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден Белов Алексей Константинович, член ассоциации «Краснодарская межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Единство».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №4 от 12.01.2019.

В Арбитражный суд Свердловской области 28.12.2018 поступило заявление финансового управляющего (с учетом дополнений к нему) о признании недействительным договора купли-продажи объекта недвижимости – гаражныого бокса, номер на плане: 11, общей площадью 17,5 кв.м, 1 этаж, кадастровый номер 66:41:0501901:247, адрес (местоположение): г. Екатеринбург, ул. Николая Островского, д. 4а, бокс № 11 (Чк-4113), заключенного 18.08.2015 между должником и Позиным М.А., применении последствий его недействительности в виде возложения на Позина Михаила Александровича обязанности передать Позину Александру Борисовичу в лице финансового управляющего нежилое помещение, по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением суда от 14.01.2019 заявление финансового управляющего принято к производству суда.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.03.2019 (резолютивная часть от 18.03.2019) заявление финансового управляющего удовлетворено. Договор купли-продажи нежилого помещения, расположенного по адресу: г. Екатеринбург, ул. Николая Островского, д. 4а, бокс 11, заключенный 18.08.2015 между Позиным Александром Борисовичем и Позиным Михаилом Александровичем, признан недействительным; применены последствия недействительности сделки в виде возложения на Позина Михаила Александровича обязанности передать Позину Александру Борисовичу в лице финансового управляющего Белова Алексея Константиновича нежилое помещение, расположенное по адресу: г. Екатеринбург, ул. Николая Островского, д. 4а, бокс 11, кадастровый номер 66:41:0501901:247.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, должник Позин Александр Борисович обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 25.03.2019 отменить, в удовлетворении требований финансового управляющего отказать, ссылаясь на недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными; неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела; нарушение и неправильное применение норм материального и процессуального права.

Заявитель жалобы указывает на то, что финансовым управляющим не доказана недействительность (ничтожность) сделки применительно к положениям статьи 10 ГК РФ. Оспариваемая сделка была совершена после серьезной болезни должника и имела единственную цель - распоряжение имуществом в пользу ближайшего родственника (сына) в связи с реальными обоснованными опасениями должника за свои здоровье и жизнь. Не доказана осведомленность Позина М.А. о наличии неисполненных денежных обязательств должника, а также осведомленность о наличии иска Черноскутова А.Н. к Позину А.Б., поскольку иск был подан позже совершения сделки, Черноскутов А.Н. не имел финансовых претензий к Позину А.Б. В результате совершенной сделки причинение вреда имущественным правам кредиторов не доказано. Выражает несогласие с выводом суда о недействительности сделки по основаниям, предусмотренным статьей 170 ГК РФ. Финансовым управляющим избран неверный способ защиты права - оспаривание сделки по общим основаниям, поскольку у оспариваемой сделки отсутствуют пороки, выходящие за пределы дефектов, предусмотренных в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве. Финансовым управляющим не доказано отсутствие встречного предоставления, для физических лиц не установлена обязанность зачисления наличных денежных средств на расчетный счет после их получения, что не может свидетельствовать о притворности сделки.

До начала судебного заседания от финансового управляющего поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором указывает на законность и обоснованность определения суда, просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Полагает, что суд обоснованно признал сделку недействительной по общегражданским основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ. На безвозмездность договор купли-продажи от 18.08.2015 указывают отсутствие финансовой возможности у Позина М.А. для оплаты по сделке 500 000 рублей, отчуждение должником иных объектов недвижимости в пользу Позина М.А. на безвозмездной основе, отсутствие доказательств расходования полученных у Позина М.А. денежных средств в сумме 500 000 рублей. Суд обоснованно сделал вывод о притворности сделки. Доводы Позина А.Б. о том, что финансовым управляющим не был исследован вопрос о наличии у должника иного имущества достаточного для исполнения обязательств перед кредиторами является несостоятельным. Указывает на осведомленность Позина М.А. о финансовом состоянии Позина А.Б. и о цели совершения оспариваемой сделки в силу предъявленного Черноскутовым А.Н. требования о возврате долга, установленного факта проживания Позина М.А. и Позина А.Б. по одному адресу на момент рассмотрения данного обособленного спора в суде первой инстанции, наличия заинтересованности и доверительных отношений между сыном и отцом. Обстоятельства, имеющие значение для правильно разрешения спора, установлены правильно, основания для переоценки выводов суда отсутствуют.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, в порядке статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в их отсутствие. От финансового управляющего поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, процедура банкротства в отношении должника возбуждена 04.07.2018. Решением суда от 20.12.2018 в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена Белов А.К.

В ходе процедуры банкротства финансовым управляющим должника выявлены сделки, по которым должник произвел отчуждение имущества, в том числе по договору купли-продажи спорного нежилого помещения – гаражного бока в собственность своего сына Позина М.А.

Согласно представленному договору купли-продажи от 18.08.2015 должник произвел отчуждение нежилого помещения - гаражного бокса, номер на плане: 11, общей площадью 17,5 кв.м, 1 этаж, адрес (местоположение): г. Екатеринбург, ул. Николая Островского, д. 4а, бокс № 11 (Чк-4113),

Полагая, что указанный выше договор купли-продажи нежилого помещения от 18.08.2015, совершенный с заинтересованным лицом, в условиях наличия у должника неисполненных денежных обязательств, привел к отчуждению должником ликвидного имущества безвозмездно, обладает признаками недействительности сделки по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (статья 10 и 168 ГК РФ), финансовый управляющий обратился в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, арбитражный суд первой инстанции исходил из наличия оснований для признаний оспариваемой сделки притворной (ничтожной) по основаниям, предусмотренным статьями 10,168,170 ГК РФ, поскольку договором купли-продажи была прикрыта сделка дарения – по безвозмездному отчуждению должником имущества в собственность своего сына. При этом, суд сделал вывод о доказанности совокупности условий, позволяющих признать недействительной указанную сделку по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены (изменения) судебного акта.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с абзацем вторым пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В соответствии со статьей 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включённой в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включённой в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 3 той же статьи под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)» (пункт 1 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 63), под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III. 1 этого Закона, понимаются, в том числе, действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2016 №63, следует, что судам следует иметь в виду, что предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок.

В связи с этим в силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) такие сделки по указанным основаниям могут быть признаны недействительными только в порядке, определенном главой III.1 Закона о банкротстве.

В то же время наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В данном случае сделка совершена с индивидуальным предпринимателем, поэтому суд правильно сделал вывод о возможности оспаривания финансовым управляющим сделки как по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 (статья 61.2) Закона о банкротстве, так и по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации.

Из материалов дела следует и подтверждено документально, что в собственности должника Позина Александра Борисовича находилось недвижимое имущество - гаражный бокс №11, расположенный г. Екатеринбург, ул. Николая Островского, д. 4а.

22.12.1995 указанный объект зарегистрирован за Позиным Александром Борисовичем на основании справки ГСК о выплате пая от 19.12.1995 с выдачей регистрационного удостоверения БТИ от 22.12.1995.

18.08.2015 между должником Позиным А.Б. (продавец) и Позиным М.А. (покупатель) был подписан договор купли-продажи (далее - договор, договор купли- продажи), по условиям которого продавец продал, а покупатель приобрел в единоличную собственность недвижимое имущество, а именно - гаражный бокс, номер на плане: 11, общей площадью 17,5 кв.м, 1 этаж, кадастровый номер 66:41:0501901:247, адрес (местоположение): г. Екатеринбург, ул. Николая Островского, д. 4а, бокс № 11 (Чк-4113), именуемый в дальнейшем - гаражный бокс (пункт 1 договора купли-продажи).

В силу пункта 3 договора стоимость отчуждаемого гаражного бокса составляет 500 000 рублей. В договоре сделана отметка об оплате покупателем стоимости гаражного бокса наличными полностью продавцу до подписания настоящего договора.

Право собственности Позина М.А. на указанный объект зарегистрировано в установленном порядке 29.09.2015.

Соответственно, в результате совершенной сделки в собственность Позина М.А. перешло право собственности на гаражный бокс.

Полагая, что оспариваемый договор купли-продажи заключен должником с заинтересованным лицом в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов, вывод имущества из собственности должника носил явный характер злоупотребления правом в условиях наращивания должником кредиторской задолженности, финансовый управляющий обратился в суд с соответствующим заявлением об оспаривании сделки по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец (например, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве вместо статьи 61.3, или наоборот), то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской федерации (далее – ГК РФ) сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ. В связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10, 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 N14-П, от 19.12.2005 N 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника и т.д.).

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 N6526/10 по делу №А46-4670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения объекта недвижимости третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника.

Согласно статье 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Следовательно, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Соответственно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Таким образом, сделка может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 10 и пунктами 1 и 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2015 №25).

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу действующего законодательства притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений сторон. Общим правилом является применение закона, относящегося к прикрытой сделке, при этом она представляет собой произвольную комбинацию условий, прав и обязанностей, не образующих известного Кодексу состава сделки, и также может выходить за рамки гражданских сделок. Применение закона, относящегося к прикрытой сделке, состоит в оценке именно тех ее условий, которые указаны в законах, на которые ссылается истец.

Для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, а также, что сторонами в рамках исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки.

Как разъяснено в пункте 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Под притворной сделкой понимается сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. В этом случае фактически сделка совершается (в смысле статьи 153 ГК РФ), но только иная отличная от видимой. Например, «внешне» договор купли-продажи, на самом деле - договор дарения.

Чтобы определить, был ли между сторонами заключен договор, каковы его условия и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, необходимо применить правила толкования договора, установленные в статьи 431 ГК РФ.

При определении того, был ли между сторонами заключен договор, каким является содержание его условий и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, суду необходимо применить правила толкования договора, установленные статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно указанной статье Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Таким образом, основной способ толкования условий договора состоит в выяснении буквального значения содержащихся в договоре слов и выражений.

Суд первой инстанции пришел к выводу о притворности совершенной сделки исходя из обстоятельств, предшествовавших заключению договора, поведения сторон и установления действительной общей воли сторон с учетом цели договора.

Из материалов дела следует, что встречное предоставление по договору купли-продажи, подписанному должником и его сыном Позиным М.А. 18.08.2015, не производилось (денежные средства не уплачивались); сведений о поступлении 500 000 рублей на счета должника не представлено, доказательства наличия финансовой возможности у Позина М.А. уплатить указанную сумму отсутствуют (в совокупности с ценой договора купли-продажи квартиру, находящейся по адресу: г. Екатеринбург, ул. Большакова, д. 111, кв. 80, обстоятельства фактического дарения которой были установлены судом в определении от 19.03.2019).

Изложенные обстоятельства, рассмотренные в совокупности, позволили арбитражному суду установить, что договор купли-продажи от 18.08.2015 представляет собой притворную сделку, которая прикрывает фактически имевшую место в действительности сделку по безвозмездной передаче Позиным А.Б. в собственность своего сына Позина М.А. гаражного бокса, и признать ее недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 170 ГК РФ, как ничтожной сделки, в результате совершения которой выбыло ликвидное имущество с целью исключить обращение на него взыскания.

Таким образом, суд верно установил характер сложившихся правоотношений между должником и его сыном, и признал установленным волеизъявление сторон на совершение безвозмездной сделки (дарение), оформив его договором купли-продажи гаражного бокса.

При этом судом первой инстанции усмотрены признаки недействительности указанной сделки, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, хоть финансовый управляющий и не приводил указанную норму в качестве основания недействительности сделки.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что поскольку пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка), то для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица (абзац 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Пунктом 6 Постановления № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму-пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором-пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству суда определением от 04.07.2018, оспариваемая сделка совершена 18.08.2015, то есть в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, что отвечает условиям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В реестр требований кредиторов должника Позина А.Б. включены требования:

- Черноскутова Анатолия Николаевича в сумме 28 074 112,10 рубля, 6 554 770,24 рубля процентов за пользование займом и 625 000 рублей неустойки;

- ПАО «Сбербанк России» в сумме 50 894,80 рубля;

- администрации города Екатеринбурга (земельный комитет) в сумме 6 698,87 рубля;

- Патракова Вячеслава Ивановича в сумме 7 593 274,56 рубля;

- ИП Шаргунова Игоря Геннадьевича в сумме 6 495 111,84 рубля.

Материалами дела подтверждается, что на момент совершения оспариваемой сделки ИП Позин А.Б. уже отвечал признакам неплатежеспособности, так как ранее у должника возникли неисполненные обязательства перед Черноскутовым Анатолием Николаевичем по возврату займов, полученных по договорам от 29.10.2012, от 27.03.2014, от 29.09.2015.

В связи с неисполнением должником обязанности по возврату суммы займа в последующем решением Ленинского районного суда города Екатеринбурга от 20.10.2016 по делу №2-5041/2016(20) с Позина Александра Борисовича в пользу Черноскутова Анатолия Николаевича взыскан долг по договору займа от 29.10.2012 в размере 7 000 000.00 рублей, проценты за пользование займом в размере 4 259 835,62 рубля, проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 500 000,00 рублей; долг по договору займа от 27.03.2014 в размере 6 000 000,00 рублей, проценты за пользование займом в размере 3 060 000,00 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 500 000,00 рублей; долг по договору займа от 29.09.2015 в размере 6 000 000,00 рублей, проценты за пользование займом в размере 103 850,00 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 100 000,00 рублей, а также в возмещение судебных расходов 60 000 рублей.

По смыслу положений статьи 810 ГК РФ обязательство возвратить денежную сумму, предоставленную по договору займа или кредитному договору (статья 819 ГК РФ), возникает с момента предоставления денежных средств заемщику.

Таким образом, учитывая, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника, при наличии признаков неплатежеспособности, при отсутствии доказательств, свидетельствующих о том, что на момент совершения сделки у должника имелось имущество и денежные средства в размере, достаточном для исполнения всех денежных обязательств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись признаки неплатежеспособности.

Доказательств того, что неисполнение должником обязательств перед кредиторами связано не с отсутствием или недостаточностью денежных средств, а по каким-либо иным причинам, материалы дела не содержат (статья 65 АПК РФ). Доводов, опровергающих указанное, в апелляционной жалобе не приведено.

Договор дарения в силу своего характера является безвозмездной сделкой.

Поскольку спорный договор дарения оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, как указано выше, следует установить, имелись у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Наличие доказательств заинтересованности должника и ответчика в материалах дела, подтверждает, что ответчик не мог не осознавать противоправной цели совершения сделки.

Суд первой инстанции признал, что доказательства, представленные финансовым управляющим, подтверждают недобросовестность поведения должника при совершении оспариваемой сделки, в том числе направленность его действий на причинение вреда интересам кредиторов.

Учитывая всю совокупность вышеприведенных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что оспариваемый договор направлен на вывод активов должника в собственность заинтересованного лица с целью причинения вреда кредиторам. В связи с чем, суд первой инстанции усмотрел и специальные основания для признания сделки недействительной применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Признав сделку недействительной, суд первой инстанции применил последствия ее недействительности.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

В качестве применения последствий недействительности сделок должника финансовый управляющий просил обязать Позина Михаила Александровича передать Позину Александру Борисовичу в лице финансового управляющего Белова Алексея Константиновича нежилое помещение, расположенное по адресу: г. Екатеринбург, ул. Николая Островского, д. 4а, бокс 11, кадастровый номер 66:41:0501901:247.

Поскольку доказательства невозможности возврата указанного нежилого помещения в натуре суду не представлены, а также учитывая сведения о том, что спорное недвижимое имущество принадлежит Позину Михаилу Александровичу, суд первой инстанции обязал заинтересованное лицо возвратить должнику в лице финансового управляющего нежилое помещение площадью расположенное по адресу: г. Екатеринбург, ул. Николая Островского, д. 4а, бокс 11, кадастровый номер 66:41:0501901:247.

Таким образом, арбитражный суд первой инстанции одновременно с признанием оспариваемой конкурсным управляющим сделки недействительной разрешил вопрос о применении соответствующих последствий ее недействительности применительно к положениям пункта 2 статьи 167 ГК РФ требованию о приведении сторон сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Руководствуясь вышеуказанными положениями закона, учитывая установленные по делу обстоятельства, суд правомерно применил последствия недействительности сделки в виде односторонней реституции.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 2 пункта 52 постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», следует, что если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такой судебный акт является основанием для внесения записи в ЕГРП.

С учетом указанных разъяснений, суд правомерно указал на отсутствие оснований для применения последствий недействительности сделки в виде признания за должником права собственности на спорное нежилое помещение.

Доводы апеллянта об отсутствии доказательств осведомленности Позина М.А. о наличии неисполненных денежных обязательств должником перед кредиторами, а также осведомленности о предъявлении иска Черноскутова А.Н., суд апелляционной инстанции признает несостоятельным.

Оспариваемый договор дарения заключен между заинтересованными лицами, являются близкими родственниками (должником Позиным А.Б. со своим сыном Позиным М.А.).

Требование Черноскутовым А.Н. о возврате задолженности по договорам займа было предъявлено 07.08.2015, после чего 18.08.2015 Позин А.Б. стал последовательно отчуждать имущество в пользу своего сына Позина М.А., которые оспорены в рамках настоящего дела.

Позин А.Б. и Позин М.А. на дату совершения оспариваемой сделки жили по одному адресу: г. Екатеринбург, ул. Большакова, д.111, кв.80, и на момент рассмотрения спора в суде первой инстанции продолжали жить по одному адресу: г. Екатеринбург, ул. Амундсена, д.118, кв.157.

С учетом того, что даритель и одаряемый являются близкими родственниками, в данном случае действуют презумпции осведомленности стороны сделки о действительных целях должника при ее совершении, а также о его неплатежеспособности на момент совершения сделки.

Бремя опровержения презумпций лежит на аффилированных лицах.

Решение об отчуждении всего недвижимого имущества принято должником Позиным А.Б. непосредственно после предъявления требования Черноскутовым А.Н. требования о возврате задолженности, что подтверждается дачей согласия Позиной Верой Александровной (супругой Позина А.Б.) 18.08.2015 на отчуждение всех объектов недвижимости, зарегистрированных на тот момент за Позиным А.Б.

Целью совершения указанных сделок являлся вывод ликвидных активов от возможного обращения на них взыскания для погашения просроченных обязательств должника перед кредиторами.

Учитывая, что на момент совершения сделки должник обладал признаками недостаточности имущества и неплатежеспособности, при недоказанности обратного, в результате совершения сделки произошло уменьшение конкурсной массы без снижения размера долговых обязательств, то поведение сторон, направленное на заключение оспариваемой сделки, нельзя признать соответствующим принципам разумности.

Доказательств, опровергающих указанную выше осведомленность, Позиным М.А. ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции не представлено.

В связи с чем, доводы апеллянта в указанной части отклоняются судом апелляционной инстанции, как несостоятельные.

Довод о том, что в результате совершенной сделки вред имущественным правам кредиторов не был причинен подлежит отклонению, поскольку та задолженность, которая возникла у должника перед кредитором Черноскутовым А.Н. и подтверждена судебным актом, включена в реестр требований кредиторов должника.

Сведения о наличии у должника иного имущества, достаточного для погашения требований кредиторов, материалы дела не содержат.

Ссылка заявителя жалобы на то, что он распорядился имуществом путем заключения договора купли-продажи (фактически договора дарения), а не через институт наследования, с целью упростить процедуры перехода прав на имущество, поскольку у него было выявлено серьезное заболевание, судом апелляционной инстанции отклоняется, как не соответствующая принципу добросовестного поведения.

Следует отметить, что наличие цели, обычно преследуемой при совершении договора дарения (передача в дар имущества близкому родственнику), не исключает возможность наличия иной цели - вывести имущество из-под взыскания. В данном случае желание должника упростить процедуру перехода права собственности на ликвидное имущество в пользу близкого родственника не может быть противопоставлено интересам добросовестных кредиторов, обоснованно рассчитывающих на погашение задолженности перед ними за счет конкурсной массы.

Обстоятельства совершения сделки непосредственно после серьезной болезни Позина А.Б. с целью распоряжения имуществом в пользу сына в связи с опасениями должника за свои здоровье и жизнь, не имеют правового значения. Доводы должника в указанной части противоречат обстоятельствам дела (у должника имеется два сына, которые, следуя этой логике, должны были получить в дар от отца сопоставимые объемы активов, при этом регистрация должника в настоящее время в квартире Позина Алексея Александровича подтверждает наличие близких отношений и с ним).

Ссылка заявителя жалобы на отсутствие пороков сделки, выходящих за пределы дефектов, предусмотренных в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, и избрании неверного способа защиты права финансовым управляющим, основана на неверном толковании норм материального права, поскольку судом первой инстанции усмотрены как специальные основания, так и общегражданские основания для признания сделки недействительной и им дана надлежащая правовая оценка.

Довод апеллянта о недоказанности причинения убытков имущественным правам кредиторов судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку по договору от 18.08.2015 Позин М.А. получил спорное имущество по безвозмездной сделке от отца. Соответственно, произошло существенное уменьшение конкурсной массы должника в отсутствии равноценного встречного исполнения, что не способствовало уменьшению кредиторской задолженности.

Таким образом, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для признания совершенной сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

Основания для переоценки установленных судом первой инстанции обстоятельств, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы, поскольку в удовлетворении жалобы отказано.

При подаче апелляционной жалобы не представлены сведения об уплате должником государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы.

При таких обстоятельствах неуплаченная должником Позиным А.Б. государственная пошлина в размере 150,00 рублей подлежит взысканию за счет конкурсной массы должника в доход федерального бюджета Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 25 марта 2019 года по делу №А60-37911/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать за счет конкурсной массы должника Позина Александра Борисовича в федеральный бюджет Российской Федерации государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы 150,00 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


Л.М. Зарифуллина




Судьи


Т.В. Макаров



Т.С. Нилогова