Постановление от 21 октября 2021 г. по делу № А81-10636/2017

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А81-10636/2017
21 октября 2021 года
город Омск


Резолютивная часть постановления объявлена 14 октября 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 21 октября 2021 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зюков В.А.

судей Дубок О.В., Зориной О.В.

при ведении протокола судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-6688/2021) Очкасова Сергея Викторовича на определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 12.05.2021 по делу № А81-10636/2017 (судья Р.Б. Джанибекова), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего Гавриловой Гульнары Глюсовны о взыскании убытков, о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Комфорт Сервис» (ИНН 8904073896, ОГРН 1138904003952),

при участии в судебном заседании:

конкурсного управляющего ФИО3 посредством системы веб-конференции – представитель ФИО4 (паспорт, доверенность от 18.01.2020 сроком действия два года),

установил:

открытое акционерное общество «Уренгойтеплогенерация-1» (далее – ОАО «Уренгойтеплогенерация-1») обратилось в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Комфорт Сервис» (далее - ООО «Комфорт Сервис», должник).

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 25.12.2017 заявление ОАО «Уренгойтеплогенерация-1» принято к производству.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 14.02.2018 производство по заявлению ОАО «Уренгойтеплогенерация-1» о признании ООО «Комфорт Сервис» несостоятельным (банкротом) прекращено.

ОАО «Уренгойтеплогенерация-1» направило 19.01.2018 в арбитражный суд заявление о признании ООО «Комфорт Сервис» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 01.03.2018 заявление ОАО «Уренгойтеплогенерация-1» принято к производству.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 15.05.2018 заявление ОАО «Уренгойтеплогенерация-1» признано обоснованным, в отношении ООО «Комфорт Сервис» введена процедура банкротства - наблюдение сроком на пять месяцев. Временным управляющим должника утверждена ФИО3 (далее – ФИО3), член Ассоциации «Евросибирское саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Соответствующее объявление опубликовано в газете «Коммерсантъ» 26.05.2018.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 21.03.2019 в отношении ООО «Комфорт Сервис» введена процедура внешнего управления сроком на 18 месяцев. Внешним управляющим должника утверждена ФИО3 (ИНН <***>), член Ассоциации «Евросибирское саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Соответствующее объявление опубликовано в газете «Коммерсантъ» 30.03.2019.

Решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 30.07.2019 внешнее управление в отношении ООО «Комфорт Сервис» прекращено. ООО «Комфорт Сервис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, то есть до 30.01.2020. Конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3 (ИНН <***>, регистрационный номер в реестре ФРС №10378 от 12.07.2010, адрес для корреспонденции: 628611, <...>, а/я 1017), член Ассоциации «Евросибирское саморегулируемая организация арбитражных управляющих» (ОГРН <***> ИНН <***>, почтовый адрес: 450078, <...>).

Соответствующее объявление опубликовано в газете «Коммерсантъ» 10.08.2019.

Срок конкурсного производства неоднократно продлевался судом.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 30.11.2020 срок конкурсного производства в отношении должника продлен на шесть месяцев.

Конкурсный управляющий ФИО3 обратилась 11.03.2020 в арбитражный суд с заявлением, в котором просила:

1. Взыскать солидарно с ФИО2 (далее – ФИО2), с ФИО5 (далее – ФИО5) денежные средства, оплаченные по договору № 4 от 01.12.2016, в сумме 1 308 555 руб., а также начисленные проценты в соответствии со статьей 395 ГК РФ в размере 296 444 руб. 57 коп. за период с 22.03.2017 по 27.02.2020, а всего 1 604 999,57 руб., а также взыскать проценты за период с 28.02.2020 по день фактического исполнения решения суда.

2. Взыскать солидарно с ФИО2, с ФИО5, с ФИО6 денежные средства, оплаченные по договору № 5 от 01.05.2017 в сумме 1 103 622 руб., а также начисленные проценты в соответствии со статьей 395 ГК РФ в размере 233 185 руб. 07 коп. за период с 18.05.2017 по 27.02.2020, а всего 1 336 807,07 руб., а также взыскать проценты за период с 28.02.2020 по день фактического исполнения решения суда.

3. Признать недействительным договор № 10/16 от 14.10.2016, заключенный между ООО «Комфорт Сервис» и ФИО6, и применить последствия недействительности сделки в виде взыскания в конкурсную массу ООО «Комфорт Сервис» оплаченные по договору денежные средства в размере 1 206 897 руб., а также начисленные проценты в соответствии со статьей 395 ГК РФ в размере 279 485 руб. 81 коп., а всего 1 486 382 руб. 81 коп., а также взыскать проценты за период с 28.02.2020 по день фактического исполнения решения суда.

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 12.05.2021 заявленные требования конкурсного управляющего ФИО3 удовлетворены в полном объеме.

Не соглашаясь с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился в Восьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 12.05.2021 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении заявленных требований отказать.

В обоснование жалобы её заявитель указал, что:

1. В адрес ФИО2 и его представителя не поступали письменные возражения с доказательствами от конкурсного управляющего с новыми сравнительными таблицами (где сравниваются работы, предусмотренные по договору № 4 и № 5 и якобы работы, выполненные ООО «Комфорт Сервис»).

В связи с чем, суд первой инстанции нарушил процессуальные права ФИО2 на возможность предоставления отзыва на новые доказательства конкурсного управляющего, и как следствие, был лишен процессуальной возможности заявить ходатайство о назначении судебно-технической экспертизы (нарушение принципа состязательности и равноправия сторон).

Таким образом, суд первой инстанции нарушил применение норм процессуального права (п. 4 ч. 1 ст. 270 АПК РФ), что является самостоятельным основанием для отмены принятого судебного акта.

2. Не обладая специальными познаниями в области строительства, суд первой инстанции не предложил сторонам по делу провести судебную строительно-техническую экспертизу по делу, которая установила бы фактический объем, стоимость и сроки проведения ремонта (давность выполнения) работ, и в отсутствии специальных познаний, без экономических и сметных расчетов вынес судебный акт.

Также суду надлежало вынести на обсуждение сторон вопрос о назначении экспертизы с целью определения стоимости права аренды спорного имущества, переданного должнику, запросить дополнительные документы, подтверждающие позицию сторон, более подробно исследовать правоотношения сложившиеся между участниками сделки

3. Положения статьи 61.10 Закона о банкротстве, о признании ФИО5, ФИО6 контролирующими лицами должника (и ФИО2) не применимы в настоящем споре, в связи с чем, суд первой инстанции неправильно применил нормы материального права, что является самостоятельным основанием для отмены судебного акта.

Вывод суда первой инстанции об аффилированности ФИО2 с ФИО5 ФИО6 полностью несостоятелен, и необоснованно был положен в основу решения суда первой инстанции, так как аффилированность (заинтересованность) в настоящем споре отсутствует.

4. Суд первой инстанции, основываясь на доводах конкурсного управляющего (сравнительная таблица расходов), ошибочно посчитал, что имеющиеся затраты должника на ремонт (что представлены были конкурным управляющим) были отнесены к спорным договорам № 4 и № 5 .

Суд первой инстанции, не выяснил важное обстоятельство, мог ли реально должник (ООО «Комфорт Сервис» самостоятельно, силами 2 маляров и 6 плотников (как указал суд в абзац 3 на страница 19 Определения) произвести ремонт в спорных помещениях, при условии, что в спорный период должник (в том числе маляры и плотники) обслуживал в среднем 80 жилых домов.

Суд первой инстанции ошибочно пришел к выводу об отсутствии экономической целесообразности по оспариваемым договорам № 4 и № 5, конкурсный управляющий не представила никаких контррасчетов, подтверждающие, что оспариваемые договоры были полностью или частично экономически не обоснованы, где цены на услуги (работы) были завышены.

Для установления фактических отношений между сторонами по оспариваемымдоговорам № 4 и № 5, суд должен был удостоверится в том, производился ли ремонт в действительности (если да, то в каком объеме) Соответствует ли объем выполненных работ сметам к оспариваемым договорам.

5. Суд первой инстанции ошибочно посчитал недоказанные и имеющие значение для дела обстоятельства, установленными, а именно рыночную стоимость аренды ТС, что привело к вынесению необоснованного решения.

Суд первой инстанции формально подошел к оценке представленных конкурсным управляющим доказательств, и оценил их без учета реальных отношений на период аренды.

Определением от 05.07.2021 апелляционная жалоба ФИО2 принята к производству Восьмого арбитражного апелляционного суда.

От конкурсного управляющего ФИО3 28.07.2021 в материалы дела поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, в которой просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

От ФИО2 03.08.2021 в материалы дела поступили письменные пояснения.

От конкурсного управляющего ФИО3 03.08.2021 в материалы дела потупили возражения на письменные пояснения ФИО2

Представитель конкурсного управляющего ФИО3 считает, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, являются несостоятельными. Просит оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие деле, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.

В материалы дела поступили дополнитлеьные пояснения, дкоументы

Суд апелляционной инстанции приобщает документы в материалы дела с целью полного и всестороннего рассмотрения дела.

Повторно рассмотрев материалы дела, суд апелляционной инстанции установил основания для изменения обжалуемого определения в части.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

В рассматриваемом случае ФИО2, ФИО5, ФИО6 вменяется причинение убытков за совершение действий, имевших место в 2016 году, в мае 2017 года, то есть до вступления в силу Закона № 266-ФЗ (30.07.2017).

Таким образом, положения статьи 61.20 Закона о банкротстве об основаниях ответственности в рассматриваемом случае применению не подлежат. Одним из способов защиты гражданских прав является возмещение убытков, применяемое в качестве меры гражданско-правовой ответственности и направленное на восстановление имущественных прав потерпевшего лица (статья 12 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

Пунктом 3 данной статьи предусмотрено, что лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В пункте 53 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона № 14-ФЗ и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.

По общему правилу общество, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие убытков, причинно-следственную связь между поведением ответчика и наступившими у юридического лица неблагоприятными последствиями.

По делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (пункты 1, 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62)).

Таким образом, для наступления гражданско-правовой ответственности ФИО2, ФИО5, ФИО6 по статье 15 ГК РФ конкурсным управляющим должны быть доказаны: факт причинения ущерба и его размер; вина и противоправность действий ответчиков, наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением ответчиков и наступившим ущербом.

Бремя доказывания совокупности условий для привлечения ФИО2, ФИО5, ФИО6 к гражданско-правовой ответственности в виде убытков в силу статьи 65 АПК РФ и вышеприведенных разъяснений Постановления № 62 возложено именно на конкурсного управляющего.

Как следует из заявления и представленных документов, 24.07.2016 между ООО «АИС» (Продавец) и Должником (Покупатель) заключен договор № 3, по которому Продавец обязался передать в собственность Покупателю бывшую в употреблении офисную мебель, цена, количество которой определялось в спецификации № 1 к Договору, а Покупатель обязался принять и оплатить Товар.

Согласно спецификации Должником приобретался товар, состоящий из 21 позиции, на общую сумму 16 510 руб.

24.07.2016 подписана сторонами товарная накладная № 12 на сумму 16 510 руб., в соответствии с которой Должнику передавалось имущество, согласованное в спецификации.

Согласно данным бухгалтерского учета в программе 1С: Бухгалтерия указанное имущество принято к учету Должником 04.10.2017.

10.10.2017 указанное имущество списано Должником с баланса.

01.12.2016 между ООО «АИС» (Подрядчик) и Должником (Заказчик) заключен договор № 4 на проведение ремонтно-отделочных работ, по которому Подрядчик обязался произвести ремонтно-отделочные работы согласно прилагаемым сметам, обеспечить работы материалами согласно перечню строительных материалов.

Договор со стороны Подрядчика подписан ФИО5, со стороны Должника – ФИО2

В соответствии с пунктом 1.1 Договора Подрядчик обязуется в установленный договором срок произвести ремонтно-отделочные работы, согласно прилагаемым сметам (приложение № 1, приложение № 2), обязуется обеспечить работы материалами согласно перечню строительных материалов (приложение № 1, приложение № 2).

Таким образом, выполнение работ предусматривалось иждивением Подрядчика.

Пунктом 2.1.1 договора определено, что Подрядчик обязан выполнить работы в срок с 01.01.2017 по 31.03.2017.

Стоимость работ определялась сметами к договору.

По договору между сторонами подписаны локальные сметы:

- № 13-1-1 на сумму 619 594 руб. на выравнивание полов (офисное помещение);

- № 13-2-1 на сумму 721 989 руб. на выравнивание полов (вспомогательные помещения).

Стоимость ремонта составила 1 341 583,30 руб., что подтверждается подписанной сторонами справкой о стоимости работ по форме КС-3 от 20.03.2017.

22.03.2017 Должником в пользу ООО «АИС» перечислено 630 000 руб. по договору № 4.

23.03.2017 Должником в пользу ООО «АИС» перечислено 678 555 руб. по договору № 4.

Таким образом, всего оплачено по указанному договору на сумму 1 308 555 руб.

Вместе с тем работы приняты к учету в бухгалтерской отчетности должника 03.10.2017 на сумму 1 308 555 руб., тогда как справка по форме КС-3 подписана на сумму 1 341 583,30 руб. и датирована 20.03.2017.

01.05.2017 между ООО «АИС» (Подрядчик) и Должником (Заказчик) заключен договор № 5 на проведение ремонтно-отделочных работ, по которому Подрядчик обязался произвести ремонтно-отделочные работы согласно прилагаемым сметам, обеспечить работы материалами согласно перечню строительных материалов.

Договор со стороны Подрядчика подписан ФИО6, со стороны Должника – ФИО2

Стоимость ремонта составила 1 080 622 руб., что подтверждается подписанным сторонами актом № 00000002 от 31.05.2017.

18.05.2017 Должником в пользу ООО «АИС» перечислено 500 000 руб. по договору № 5.

19.05.2017 Должником в пользу ООО «АИС» перечислено 580 622 руб. по договору № 5, а в общей сумме указанные платежи составляют 1 080 622 руб.

29.06.2017 по указанному договору Должник за ООО «АИС» на основании письма б/н от 29.06.2017 перечислил в пользу ИП ФИО7 4 000 руб. согласно счету № 273 от 28.06.2017, 3 000 руб. согласно счету № 274 от 28.06.2017, а также 16 000 руб. в пользу ООО «Техноком» согласно счету № 483 от 28.06.2017.

При этом работы приняты к учету в бухгалтерской отчетности должника 31.10.2017 на сумму 1 080 622 руб., тогда как акт выполненных работ датирован 31.05.2017.

К договору прилагалась локальная смета № 13-1-3 на сумму 1 080 622 руб., которой были предусмотрены общестроительные работы в офисном помещении, находящемся по адресу: ул. Комсомольская, д. 8А (цокольный этаж).

Помимо этого к учету в рамках указанного договора была принята сумма в размере 16 510 руб., которая соответствует стоимости мебели по договору № 3, тогда как каких-либо подтверждающих первичных документов, обосновывающих указанную сумму, не имеется.

Суд первой инстанции правомерно принял доводы конкурсного управляющего о том, что договоры № 3, 4, 5, заключенные между ООО «АИС» и ООО «Комфорт Сервис», являются фиктивными в соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ ввиду следующего.

Во-первых, выполненные работы, поставленные товары принимаются к бухгалтерскому учету либо в день отгрузки (передачи) товаров (работ, услуг), либо в день оплаты, частичной оплаты в счет предстоящих поставок товаров (выполнения работ, оказания услуг), передачи имущественных прав (подпункты 1, 2 пункта 1 статьи 167 НК РФ).

В соответствии с пунктом 53 Приказа Минфина России от 28.12.2001 № 119н (ред. от 24.10.2016) «Об утверждении Методических указаний по бухгалтерскому учету материально-производственных запасов» приемные акты и приходные ордера должны, как правило, составляться в день поступления соответствующих материалов на склад или в другие установленные в организации сроки, но не позже сроков, установленных нормативными актами для приемки поступающих грузов.

В соответствии с пунктом 210 указанного Приказа на основании накладных на отпуск готовой продукции и иных аналогичных первичных учетных документов организация (как правило, отдел сбыта) выписывает счета-фактуры по установленной форме в двух экземплярах, первый из которых не позднее 10 дней с даты отгрузки продукции (товара) высылается (передается) покупателю, а второй остается у организации-поставщика для отражения в книге продаж и начисления налога на добавленную стоимость.

Согласно пункту 18 Приказа Минфина России от 06.05.1999 № 33н «Об утверждении Положения по бухгалтерскому учету «Расходы организации» ПБУ 10/99» расходы признаются в том отчетном периоде, в котором они имели место, независимо от времени фактической выплаты денежных средств и иной формы осуществления (допущение временной определенности фактов хозяйственной деятельности).

Таким образом, расходы, подтвержденные полученными актами выполненных работ, оказанных услуг, товарными накладными, должны быть отражены в бухгалтерской отчетности предприятия в день их поступления, подписания и отражаться в том отчетном периоде, в котором они имели место.

Вместе с тем работы по договору № 4 от 01.12.2016 приняты к учету в бухгалтерской отчетности Должника 03.10.2017 на сумму 1 308 555 руб., тогда как справка по форме КС-3 подписана на сумму 1 341 583,30 руб. и датирована 20.03.2017, то есть по истечении 7 месяцев после выполнения работ.

Аналогично в отношении договора № 5 от 01.05.2017, где работы приняты к учету в бухгалтерской отчетности Должника 31.10.2017 на сумму 1 080 622 руб., тогда как акт выполненных работ датирован 31.05.2017, то есть по истечении 5 месяцев после выполнения работ.

Во-вторых, по договору № 3 (реализация мебели) 24.07.2016 подписана сторонами товарная накладная № 12 на сумму 16 510 руб., в соответствии с которой Должнику передавалось имущество, согласованное в спецификации, тогда как согласно данным бухгалтерского учета в программе 1С:Бухгалтерия указанное имущество принято к учету Должником 04.10.2017.

При этом к учету в рамках договора № 5 была принята сумма в размере 16 510 руб., которая соответствует стоимости мебели по договору № 3, тогда как каких-либо подтверждающих первичных документов, обосновывающих указанную сумму, не имеется, сметой указанные расходы не предусмотрены, акт выполненных работ № 00000002 от 31.05.2017 указанную стоимость в себя не включает, дополнительных актов в отношении указанной суммы не подписывалось.

10.10.2017 указанное имущество списано Должником с бухгалтерского счета № 10.09 (Инвентарь и хозяйственные принадлежности) на 26 счет баланса (Общехозяйственные расходы), что подтверждается выпиской из программы 1С:Бухгалтерия за указанный период.

Учитывая тот факт, что приобретенная мебель является физически непотребляемым предметом, а указанное имущество на каком-либо ином счете после списания отражено не было (например, на «забалансовом», что приводит к невозможности обнаружить его при инвентаризации в дальнейшем), представляется, что передачи имущества фактически не происходило.

В-третьих, согласно договорам № 4, 5 подрядные работы выполнялись иждивением подрядчика, то есть из его материалов, его силами и средствами. Вместе с тем материалы приобретались за счет Должника, что подтверждается товарными накладными с ООО «ТК Стройтехсервис», ООО «Феникс», ИП ФИО8, авансовыми отчетами работников Должника ФИО9, ФИО10, ФИО11

В-четвертых, по данным ФНС за 2018 год количество работников ООО «АИС» составляло всего 3 человека, что свидетельствует о недостаточности сотрудников для выполнения подрядных работ в объеме, предусмотренном договорами.

Заключение фиктивных сделок, направленных на вывод денежных средств на подконтрольные, аффилированных лиц не отвечает стандартам разумного и добросовестного поведения, противоречит интересам должника как коммерческой организации и ущемляет кредиторов должника, так как создаются условия для снижения уровня обеспеченности общества собственными активами для надлежащего исполнения обязательств перед такими внешними независимыми кредиторами.

Сделки изначально совершены на условиях, исключающих извлечение прибыли, без всякого обеспечения, в пользу аффилированных с должником лиц.

ФИО5 до 13.07.2016 являлся единственным участником ООО «Комфорт Сервис», тогда как ФИО2 в период с 04.05.2015 по 28.03.2016, а также с 01.08.2016 по 29.11.2018 являлся генеральным директором Должника, а ФИО6 на момент заключения договора № 5 от 01.05.2017 осуществлял функции генерального директора ООО «АИС» и осуществлял подписание указанного договора.

Учитывая, что в настоящее время ООО «АИС» ликвидировано, оспаривание совершенных сделок невозможно, что послужило основанием для обращения с заявлением о взыскании убытков с указанных лиц.

О неплатежеспособности должника указанные лица не могли не знать ввиду их аффилированности с должником.

16.12.2013 ООО «УК «Градорика», 14.07.2016 переименованное в ООО «Комфорт Сервис», было создано путем выделения из ООО «Градорика» (ИНН <***>).

ФИО5 в период с 20.10.2015 по 21.03.2017 владел 50% доли в уставном капитале ООО «АИС», с 22.03.2017 по 28.06.2017 – 100%-ой долей; в период с 21.10.2014 по 21.03.2017 осуществлял функции генерального директора ООО «АИС».

В период со 02.10.2014 по 21.03.2017 50% доли в уставном капитале принадлежало самому обществу ООО «АИС».

ФИО6 в период с 29.06.2017 по 14.10.2019 владел 100%-ой долей в уставном капитале ООО «АИС»; в период с 22.03.2017 по 14.10.2019 осуществлял функции генерального директора ООО «АИС».

Таким образом, после того, как ФИО5 приобретает 100%-ую долю в ООО «АИС», он назначает генеральным директором ФИО6, который впоследствии с 29.06.2017 становится единственным участником и руководителем ООО «АИС».

Следовательно, при заключении вышеуказанных договоров участниками и руководителями общества являлись:

Договор № 3 от 24.07.2016 (поставка мебели)

Договор № 4 от 01.12.2016 (ремонтно-отделочные работы)

Договор № 5 от 01.05.2017

(ремонтно-отделочные работы)

Генеральный директор

ФИО5

ФИО5

ФИО6

Участники общества

ФИО5 (50%)

ООО «АИС» (50%)

ФИО5 (50%)

ООО «АИС» (50%)

ФИО5 (100%)

14.10.2016 между Должником (Арендатор) и ФИО6 (Арендодатель) был заключен договор аренды транспортного средства без экипажа с физическим лицом № 10/16, указанный договор действовал в период с 31.10.2016 по 31.07.2017.

Таким образом, по мнению заявителя, указанные лица взаимосвязаны между собой как в силу участия ранее в деятельности ООО «Градорика» (ФИО5), так и в силу иных договорных отношений (ФИО6).

В материалы дела представлены отчеты сотрудников ООО «Комфорт Сервис» о расходе основных материалов в строительстве, в которых отражены затраты на ремонт в помещении, находящемся по адресу: ул. Комсомольская, д. 8А. В указанных отчетах отражены не только затраченные ТМЦ, но и непосредственно сами виды выполненных работ:

1. Установка системы отопления – материальные отчеты за апрель, май 2017 года.

2. Устройство стяжек, каркаса под гипсокартон, обшивка стен гипсокартоном, установка подоконников, устройство наливного пола, устройство каркаса для установки дверей, установка радиаторов отопления – материальный отчет за июль 2017 года, подписанный ФИО2, ФИО9, ФИО12, ФИО13, ФИО14

3. Установка системы вентиляции, подоконников, монтаж подвесного потолка, каркаса для дверей, подготовка дверных проемов и замена замков, подготовка стен под нанесение обоев – материальные отчеты за сентябрь, октябрь 2017 года.

4. Установка межкомнатных дверей – материальный отчет за ноябрь 2017 года. Вышеуказанные затраты ТМЦ были отнесены на 26 счет «Общехозяйственные расходы», на отдельное подразделение «Офис (Комсомольская, 8А)», что подтверждается выпиской по бухгалтерскому счету № 26, которую конкурсный управляющий ранее представлял в материалы дела.

Учитывая комплекс работ, выполненный сотрудниками ООО «Комфорт Сервис», исходя из материальных отчетов, суд первой инстанции верно установил, что полностью все работы по объекту выполнялись за счет сил и средств ООО «Комфорт Сервис», т.к. невозможно выполнить на одном объекте работы, предусмотренные договорами с ООО «АИС» и материальными отчетами сотрудников ООО «Комфорт Сервис».

Суд первой инстанции верно принял доводы конкурсного управляющего о том, что работы (вид и объем совпадает), а именно -

Работы, предусмотренные договорами № 4 и № 5

Работы, выполненные работниками

ООО «Комфорт Сервис», согласно

материальному отчету за июль 2017 года

Обеспыливание поверхности.

Грунтование поверхностей.

Устройство стяжки

Устройство стяжек цементных.

Устройство покрытия «наливной пол»

Устройство наливного пола

Облицовка стен по системе <Кнауф> по одинарному металлическому каркасу из ПН и ПС профилей гипсокартонными листами в один слой с дверным проемом.

Устройство каркаса под гипсокартон

Обшивка стен гипсокартоном

Устройство каркаса для установки дверей

Изоляция плоских и криволинейных поверхностей матами минераловатными прошивными безобкладочными и в обкладках из стеклоткани или металлической сетки, плитами минераловатными на синтетическом связующем марки М-125, плитами полужесткими из стеклянного штапельного волокна на синтетическом связующем.

Устройство перегородок из гипсокартонных листов с одинарным металлическим каркасом и однослойной обшивкой с обеих сторон с одним дверным проемом.

- По материалам:

Материалы, предусмотренные договорами № 4 и № 5

Материалы, фактически

израсходованные согласно

материальному отчету за июль 2017

года

Офисные помещения:

Жидкая грунтовка Terraco Террабонд SP

Бетоноконтакт – 104 кг.

Вспомогательные помещения

Жидкая грунтовка Terraco Террабонд SP

Бетоноконтакт – 121,9 кг.

Итого: 225 кг

1. Грунтовка акриловая Бетонконтакт – 71 кг

2. Грунтовка бетон-контакт 12 кг

3. Грунтовка ЛАКРА Бетон-контакт (12кг) - 12 кг

4. Грунтовка ЛАКРА Бетон-контакт (6 кг) – 24 кг

Офисные помещения:

Смесь для устройства наливного пола

1) Пол наливной Bergauf Boden Zement Final (25 кг) – 2 500 кг.

weber vetonit 4100 – 628 кг.

Вспомогательные помещения

Смесь для устройства наливного пола

weber vetonit 4100 – 731 кг.

Итого: 1 359 кг

2) Пол наливной быстротвердеющий Bergauf Boden Zement Fial (25 кг) – 250 кг.

Итого: 2 750 кг.

Листы гипсоволокнистые влагостойкие ГВЛВ 12,5мм – 297 кв.м

ГКЛ 12,5 Кнауф (1 лист = 3 м2) – 174 листа или 522 м2

Маты прошивные из минеральной ваты без обкладок М-100 – 41 м3

Материалы теплоизоляционные из минеральных волокон – 46 м2

Таким образом, является верным вывод суда первой инстанции о том, что фактически работы, предусмотренные договорами № 4 и № 5, были выполнены в июле 2017 года сотрудниками ООО «Комфорт Сервис», что подтверждается материальным отчетом за июль 2017 года.

Другие же представленные материальные отчеты за период апрель – май 2017, август – ноябрь 2017 подтверждают доводы конкурсного управляющего о том, что весь ремонт в офисе на ул. Комсомольская 8А, осуществлялся за счет сил и средств должника, так как в апреле – мае 2017 г. происходила установка отопления; в августе – ноябре 2017 г. осуществлялся монтаж электрики, системы вентиляции, подоконников, подвесного потолка, дверей, замков, покрытия пола из ламината.

То обстоятельство, что сметы не совпадают с представленными материальными отчетами в части объемов и работ, не имеет правового значения, так как сторонами был создан формальный документооборот под необходимую им сумму, а сметы к договору не отражают действительного положения вещей.

В силу вышеизложенного действия руководителя ФИО2 по заключению спорных договоров нельзя признать разумными и добросовестными, им причинены убытки в размере выплаченных в пользу ООО «АИС» сумм.

В реестр требований кредиторов ООО «Комфорт Сервис» включены требования ООО «Градорика» (определение от 09.07.2018) на сумму 4 851 814,43 руб., задолженность которого относится к периоду май-октябрь 2016 года; требования АО «Тюменская энергосбытовая компания» (определение от 09.07.2018) на сумму 5 579 990,68 руб., задолженность которого относится к периоду март 2016 года. По состоянию на 01.10.2016 задолженность перед бюджетом составляла 1 755 438,07 руб., что подтверждается справкой из МИФНС № 2.

То есть на момент совершения фиктивных сделок у ООО «Комфорт Сервис» имелись непогашенные требования перед иными кредиторам, в том числе перед бюджетом, которым был причинен ущерб оспариваемыми сделками.

Таким образом, факт причинения вреда кредиторам считается установленным.

Что касается осведомленности, то заключая сделку, которую в действительности ООО «АИС» не планировало исполнять, а единственной целью заключения договоров являлся вывод денежных средств со счета ООО «Комфорт Сервис», стороны не могли не знать о том, что причиняется вред правам кредиторов, должнику.

ФИО5 с 16.12.2013 по 09.04.2015 являлся единственным участником ООО «Комфорт Сервис», а также с 21.10.2014 по 21.03.2017 – руководителем ООО «АИС». Одновременно с 28.03.2006 по 27.04.2014 ФИО5 являлся руководителем ООО «Градорика», а также с 24.02.2012 по 11.09.2014 владел 50% долей в ООО «Градорика».

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, о том, что являются обоснованными и доказанными доводы конкурсного управляющего, что в рамках договоров №№ 3, 4, 5 справки и акты являются формальными и не подтверждают фактическое выполнение ООО «АИС» работ по спорным договорам.

Доказательств того, что подрядчик по договорам (ООО «АИС») самостоятельно или посредством иных лиц приобретал в целях исполнения условий договоров расходные материалы для выполнения ремонтно-отделочных работ, в материалы дела не представлено. Напротив, ООО «Комфорт Сервис» представлены в материалы дела товарные накладные, которые подтверждают приобретение необходимых материалов для проведения работ.

Конкурсным управляющим представлена сравнительная таблица материалов, необходимых для проведения ремонта согласно сметам к договорам № 4 и 5, а также материалы, фактически израсходованные согласно материальному отчету за июль 2017 года, что указывает на то, что все работы, которые были предусмотрены оспариваемыми договорами, были выполнены самостоятельно ООО «Комфорт Сервис».

Кроме того, на момент заключения и исполнения договоров в штате ООО «Комфорт Сервис» также имелось два маляра и шесть плотников (л.д.19-20 т. 3), в связи с чем отсутствовала необходимость в заключении договоров на ее выполнение при наличии в штате соответствующих сотрудников.

На основании изложенного суд пришел к выводу о том, что сторонами был создан пакет документов, формально отвечающих требованиям действующего законодательства Российской Федерации с целью последующего вывода денежных средств с расчетного счета должника за работы, которые реально не выполнялись.

Учитывая, что у ООО «Комфорт Сервис» не было необходимости заключать договоры на выполнение ремонтно-отделочных работ при наличии собственных сотрудников в штате, а также учитывая факт выполнения работ самим ООО «Комфорт Сервис», суд приходит к выводу, что совместные действия ответчиков по заключению мнимых договоров противоречат интересам должника, так как были совершены в интересах всех его участников, поскольку перечисление обусловленных такими договорами денежных средств аффилированным лицам в отсутствие на то оснований не отвечает интересам ООО «Комфорт Сервис», как субъекта экономической деятельности.

Таким образом, ООО «АИС» не выполняло какие-либо работы для должника, соответственно, не могло претендовать на получение оплаты. Договоры фактически были без какого-либо встречного предоставления со стороны ООО «АИС», следствием их исполнения со стороны должника стала безвозмездная передача ООО «АИС» денежных средств в размере 2 412 177,00 руб.

ООО «АИС» ликвидировано, что приводит к невозможности оспаривания указанных сделок, вместе с тем согласно пункту 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» отказ в иске о признании недействительной крупной сделки, сделки с заинтересованностью или то обстоятельство, что сделка не оспаривалась, сами по себе не препятствуют удовлетворению требования о возмещении убытков, причиненных обществу лицами, названными в статье 53.1 ГК РФ, пункте 5 статьи 71 Закона об акционерных обществах и пункте 5 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, бремя доказывания факта причинения убытков действиями (бездействием) ответчиков, а также их размера и причинно-следственной связи между недобросовестным, неразумным его поведением и наступлением неблагоприятных экономических последствий для Общества возложено на заявителя (в рассматриваемом случае на конкурсного управляющего).

Вместе с тем на бывшем руководителе Общества как лице, осуществляющем распорядительные и иные функции, предусмотренные законом, учредительными и иными локальными документами организации, лежит обязанность дать объяснения, оправдывающие его действия с экономической точки зрения.

В этой связи при разрешении спора об убытках, основанного на нарушении руководителем экономических интересов юридического лица при указанных действиях (бездействии), следует установить именно те субъективные и (или) объективные обстоятельства, существовавшие в спорный период, которые бы подтверждали либо опровергали виновное поведение руководителя в допущенных нарушениях, как того требуют разъяснения, данные в пункте 1 Постановления № 62.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным, бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица (пункт 2 Постановления № 62).

Материалами дела доказано, что ФИО5 до 13.07.2016 являлся единственным участником ООО «Комфорт Сервис», тогда как ФИО2 в период с 04.05.2015 по 28.03.2016, а также с 01.08.2016 по 29.11.2018 являлся генеральным директором ООО «Комфорт Сервис», а ФИО6 на момент заключения договора № 5 от 01.05.2017 осуществлял функции генерального директора ООО «АИС» и осуществлял подписание указанного договора.

Ко всему прочему ФИО5 с 28.03.2006 по 27.07.2014 являлся руководителем ООО «Градорика», из которого выделилось ООО «Комфорт Сервис».

Как обоснованно указано заявителем, заинтересованность заключается в том, что несмотря на переход доли в ООО «Комфорт Сервис» ФИО2 и формальный «разрыв» юридической связи ФИО5 с ООО «Комфорт Сервис», фактически ФИО5, ФИО2, ФИО6 имели общий экономический интерес в виде вывода денежных средств с ООО «Комфорт Сервис», что подтверждается представленными доказательствами, свидетельствующими, что подрядные работы выполнялись за счет сил и средств ООО «Комфорт Сервис».

Таким образом, имеется фактическая аффилированность ФИО5, ФИО6 с должником.

В обоснование заявления о солидарном взыскании убытков с ФИО5 и ФИО6 конкурсный управляющий указал, что одним из способов защиты нарушенных прав кредиторов ООО «Комфорт Сервис» совершенными сделками была подача заявления об их оспаривании. Однако 14.10.2019 ООО «АИС» ликвидировано в силу того, что определением от 06.09.2019 по делу№ А81-2784/2019 завершено конкурсное производство в отношении ООО «АИС».

В силу вышеизложенных обстоятельств возможность оспаривания сделок должника с лицом, которое в настоящее время ликвидировано, утрачена.

Вместе с тем ликвидация юридического лица не препятствует взысканию убытков с контролирующих лиц такого лица. Согласно абзацу первому статьи 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Суд признает правомерными доводы заявителя в рассматриваемой части.

Согласно пункту 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

С учетом разъяснений, данных в абзаце 4 пункта 20 Постановления № 53, в случае недоказанности оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения этого лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды не лишены возможности принять решение о возмещении таким лицом убытков в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.

В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», абзац первый пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.12.2019 N 305-ЭС19-13326 по делу № А40-131425/2016, постановлении Восьмого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2020 № 08АП-6725/2020, 08АП-13025/2020 по делу № А75-13316/2015.

В рассматриваемом случае судом установлено соучастие ФИО5 и ФИО6 в совершении действий, направленных на вывод денежных средств из числа активов ООО «Комфорт Сервис» в пользу ООО «АИС».

Установленная в рамках данного спора совокупность фактов с учетом того, что ФИО5, не мог не знать о том, что подрядные работы фактически не выполнялись, а также с учетом безосновательного получения другим хозяйственным обществом, подконтрольным тому же ФИО5 (ООО «АИС»), от должника значительной части средств, которые должны были быть израсходованы в интересах должника, в том числе направлены на исполнение им обязанности по уплате кредиторской задолженности, указывает на то, что действия ФИО5 и ФИО6 являлись согласованными, скоординированными, направленными на реализацию общего противоправного намерения директора ООО «Комфорт Сервис» ФИО2

Принимая во внимание указанные выше обстоятельства совершения сделок, отсутствие разумного экономического смысла в их заключении в период уже образовавшейся просрочки по денежным обязательствам перед кредиторами, а также принимая во внимание, что все сделки заключены исключительно с аффилированными подконтрольными ФИО2 лицами, суд первой инстанции верной пришел к выводу, что указанные действия генерального директора представляют собой элементы единой схемы вывода из конкурсной массы должника в пользу ФИО2 и подконтрольных ему лиц денежных средств и имущества должника в преддверии банкротства ООО «Комфорт Сервис».

При таких обстоятельствах ФИО5 и ФИО6, как контролирующие выгодоприобретатели по сделкам, на основании абзаца первого статьи 1080 ГК РФ подлежат солидарному привлечению к взысканию убытков как сопричинители вреда.

На основании изложенного заявление о взыскании в пользу должника солидарно с ФИО2, с ФИО5 денежных средств, оплаченных по договору № 4 от 01.12.2016, в сумме 1 308 555 руб., а также солидарно с ФИО2, с ФИО5, с ФИО6 денежных средств, оплаченных по договору № 5 от 01.05.2017, в сумме 1 103 622 руб., является обоснованным и подлежим удовлетворению.

Конкурсным управляющим в рамках настоящего обособленного спора также оспаривается договор № 10/16 от 14.10.2016, заключенный между ООО «Комфорт Сервис» и ФИО6

Так, 14.10.2016 между ООО «Комфорт Сервис» (Арендатор) и ФИО6 (Арендодатель) был заключен договор аренды транспортного средства без экипажа с физическим лицом № 10/16, по которому Арендодатель передавал, а Арендатор принимал легковой автомобиль УАЗ220695-04, гос. рег. знак <***> год выпуска – 2010, свидетельство о регистрации ТС 89 33 №573847.

Арендная плата по указанному договору составляла 114 943 руб.

Дополнительным соглашением от 01.03.2017 № 1 к договору размер арендной платы был увеличен до 172 414 руб.

Фактически указанный договор действовал в период с 31.10.2016 по 31.07.2017.

Всего по указанному договору в пользу ФИО6 перечислено 1 206 899 руб., в том числе 156 899 руб. – НДФЛ:

№ п/п

№ и дата платежного поручения

Сумма

Назначение платежа

1
№ 937 от 20.10.2016

100 000

Аренда за сентябрь, октябрь 2016 г.

2
№ 1079 от 09.11.2016

100 000

Аренда уаз за 2016 год

3
№ 1327 от 01.12.2016

100 000

Аренда уаз за декабрь 2016 года

4
№ 1506 от 22.12.2016

100 000

Аренда уаз за январь 2017 года

5
№ 22 от 17.01.2017

100 000

Аренда за февраль 2017 года

6
№ 155 от 14.02.2017

100 000

Аренда за февраль 2017 года

7
№ 255 от 15.03.2017

150 000

Аренда за март 2017 года

8
№ 359 от 06.04.2017

150 000

Аренда за апрель 2017 года

9
№ 637 от 08.06.2017

150 000

Аренда за май 2017 года

Итого

1 050 000 руб.

Согласно имеющимся материалам дела с 24.09.2015 по 07.08.2017 транспортным средством УАЗ220695-04, гос. рег. знак <***>. владел ФИО6, с 08.08.2017 владеет ООО «Автоматизация и сервис».

Согласно справке № 458, подготовленной специализированной организацией оценщиков ООО «Капитал-оценка», рыночная стоимость аренды транспортного средства УАЗ 220695-04 в период с 01.11.2016 по 31.07.2017 составляла 84 000 руб.

Изначально размер арендной платы отличался от рыночной на 36% в большую сторону, тогда как после заключения дополнительного соглашения размер арендной платы по договору превышал рыночную стоимость на 105%.

Таким образом, суд первой инстанции верно установил, что имеется завышение стоимости аренды транспортного средства, о чем ФИО6 и ФИО2 не могли не знать, что свидетельствует о том, что обе стороны знали или не могли не знать о противоправной цели сделки.

Пунктом 4.1 договора установлено, что он действует с 23.09.2016, то есть фактически аренда в сентябре составляла 7 календарных дней, вместе с тем в апреле 2017 года между сторонами было подписано два акта оказанных услуг на сумму 114 943 руб. и 172 414 руб.

Предметом акта за апрель 2017 года на сумму 114 943 руб. является оказание услуг по аренде транспортного средства в сентябре 2016 года, то есть арендная плата была выставлена как за полный месяц. Отсюда два противоречия:

1) акт был подписан на полную сумму 114 943 руб., тогда как автомобиль в сентябре был в аренде всего 7 дней.

2) что препятствовало сторонам ранее подписать указанный акт оказанных услуг, а не через 6 месяцев, при наличии подписанных актов за период с октября по март 2017 года.

В распоряжении конкурсного управляющего отсутствуют какие-либо путевые листы на данное транспортное средство.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что договор аренды транспортного средства без экипажа с физическим лицом № 10/16 от 14.10.2016, заключенный между Должником (Арендатор) и ФИО6 (Арендодатель), является фиктивной, заведомо убыточной для Должника сделкой ввиду следующего.

Во-первых, пунктом 1.1 Договора установлено, что указанное транспортное средство принадлежит на праве собственности ФИО6

УФНС по ЯНАО обратилось 22.03.2019 в Арбитражный суд ЯНАО с заявлением о признании ООО «Автоматизация и Сервис» несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) № А81-2784/2019. Решением суда от 08.05.2019 ООО «Автоматизация и Сервис» признано банкротом, как отсутствующий должник, и в отношении него открыта процедура банкротства – конкурсное производство сроком на четыре месяца, то есть до 08.09.2019. Определением от 06.09.2019 завершено конкурсное производство, 14.10.2019 деятельность ООО «АИС» прекращена, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.

В определении о завершении конкурсного производства отмечено следующее.

В результате анализа финансового состояния ООО «АИС» выявлена недостаточность собственных средств для удовлетворения всех требований кредиторов на текущую дату. Активы должника образованы транспортными средствами. В соответствии со сведениями, предоставленными УГИБДД по ЯНАО, на ООО «АИС» зарегистрированы три транспортных средства: УРАЛ 596002 2003 г.в.; МАЗ 1992 г.в.; УАЗ 220695-04 2010 г.в. В результате проведения конкурсным управляющим мероприятий по выявлению имущества местонахождение транспортных средств не установлено, конкурсную массу сформировать невозможно.

Исходя из имеющихся данных указанное имущество схоже по модели и году выпуска с тем, которое сдавал в аренду должнику ФИО6

Транспортное средство не принадлежало ответчику на праве собственности, а было зарегистрировано за ООО «АИС». В распоряжении конкурсного управляющего отсутствуют какие-либо документы, подтверждающие право собственности ФИО6 на данное транспортное средство.

Во-вторых, договор заключен на нерыночных условиях.

Средняя рыночная стоимость данного ТС составляет 236 066,67 руб. (исходя из выборки УАЗ 2206, 2010 г.в. на сайте auto.ru).

Стоимость новых образцов начинается от 627 000 руб.

Средняя рыночная стоимость аренды схожего ТС составляет 31 500 руб. (в расчет брались различные регионы России).

Таким образом, размер арендной платы по договору превысил в три раза его средней рыночной стоимости.

Как руководитель должника ФИО2, так и ФИО6, осознавали, что указанные сделки заключаются на нерыночных условиях с существенным отклонением от таковых.

Признаки, свидетельствующие о недействительности договора № 10/16 на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, о его фиктивности, конкурсный управляющий указывает следующие:

1) завышенная стоимость аренды по договору № 10/16 на 36%, а затем на 105% от рыночной стоимости.

2) Оплата полной стоимости аренды транспортного средства за сентябрь 2016 года, при том условии, что акт приема-передачи транспортного средства заключен 23.09.2016, т.е. транспортное средство находилось в аренде 7 дней.

3) Заключение 23.09.2016 акта приема-передачи транспортного средства до заключения договора аренды транспортного средства № 10/16 от 14.10.2016, указание в акте приема-передачи реквизитов договора, который был заключен только 14.10.2016, тогда как стороны при подписании акта приема-передачи не могли предугадать будущий номер договора и дату его подписания.

4) Отсутствие путевых листов.

5) Фактическая аффилированность ФИО6 с ООО «Комфорт Сервис».

Удовлетворяя заявление о признании сделки недействительной, суд исходил из следующего.

Заявление об оспаривании сделки должника в силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В силу положений статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в силу пункта 3 статьи 61.1. Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае сделка совершена 14.10.2016, тогда как дело о банкротстве должника возбуждено судом 25.12.2017, следовательно, сделка не подпадает под период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исходя из содержания пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 5 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

подозрительности, указанные в пунктах 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как указано в абзаце 7 пункта 5 вышеназванного постановления Пленума ВАС РФ, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Статьей 19 Закона о банкротстве определен круг заинтересованных лиц по отношению к должнику.

В силу пункта 2 вышеуказанной нормы заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (Определение Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6) по делу № А12-45751/2015).

Судом первой инстанции установлено, что имеется совокупность признаков, которые свидетельствуют о фактической аффилированности ФИО6 и должника в лице ФИО2

В подтверждение доводов о наличии у должника признаков неплатежеспособности конкурсный управляющий указывает на то, что о признаках неплатежеспособности свидетельствовало значительное количество судебных дел и исполнительных производств, информация о которых находится в свободном доступе на сайтах kad.arbitr.ru и https://fssprus.ru/iss/IP.

21.10.2016 с ООО «Комфорт Сервис» в пользу ОАО «УТГ-1» по делу № А70-10107/2016 взыскана задолженность в размере 3 775 051,59 рублей, 41 503,00 рублей расходов по оплате госпошлины.

10.11.2016 с ООО «Комфорт Сервис» в пользу АО «Тюменская энергосбытовая компания» по делу № А81-3077/2016 взыскана задолженность в размере 1 816 905 рублей 66 копеек.

08.12.2016 с ООО «Комфорт Сервис» в пользу АО «Уренгойгорводоканал» по делу № А81-5532/2016 взыскана задолженность в размере 1 302 227 рублей 64 копейки.

17.01.2017 с ООО «Комфорт Сервис» в пользу ОАО «УТГ-1» по делу № А70-13715/2016 взыскана задолженность в размере 20 084 892,99 руб., а также 123 424 руб. расходов по оплате госпошлины (задолженность за период с января по июнь 2016 года).

21.02.2017 с ООО «Комфорт Сервис» в пользу ООО «Градорика» по делу № А81-6137/2016 взыскано 1 376 152 руб. 91 коп.

12.07.2017 с ООО «Комфорт Сервис» в пользу ТСН «Геолог-17» по делу № А81-1369/2017 взыскано 3 710 098 руб. 02 коп.

13.07.2017 с ООО «Комфорт Сервис» в пользу ОАО «УТГ-1» по делу № А70-4260/2017 взыскано 24 536 330 руб. 52 коп.

Указанные доказательства подтверждают факт наличия у должника кредиторов на даты совершения оспариваемой сделки.

Таким образом, поскольку на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности, а также сделка была совершена в отношении заинтересованного лица, в силу пункта 2 статьи 61.2 цель причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате оспариваемой сделки является доказанной.

Вред, причиненный имущественным правам кредиторов, в данном случае выражен в установлении в договоре № 10/16 аренды транспортного средства без экипажа с физическим лицом от 14.10.2016 и в дополнительном соглашении от 01.03.2017 № 1 к договору нерыночного размера арендной платы, что привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При этом факт того, что в договоре предусмотрены нерыночные условия размеры арендной платы подтверждается представленным конкурсным управляющим отчетом № 068 от 12.02.2021 (л.д.21-56 т.3), согласно которому рыночная стоимость права аренды транспортного средства по состоянию на 14.10.2016 (дата заключения договора № 10/16) составляла 73 532 руб., а по состоянию на 01.03.2017 (дата заключения дополнительного соглашения к договору) составляла 73 725 руб.

Кроме того, конкурсным управляющим представлена в материалы дела справка № 458, подготовленная специализированной организацией оценщиков ООО «Капитал-оценка», рыночная стоимость аренды транспортного средства УАЗ 220695-04 в период с 01.11.2016 по 31.07.2017 составляла 84 000 руб.

Таким образом, по состоянию на 14.10.2016 согласованная сторонами цена превышала рыночную на 56,3 % или на 41 411 руб., по состоянию на 01.03.2017 на 133,8 % или на 98 689 руб.

Поскольку оспариваемая сделка заключена должником с заинтересованным лицом, осведомленность ФИО6 о цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника в силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презюмируется.

Указанные обстоятельства в совокупности верно позволили суду сделать вывод о том, что ФИО6 располагал исчерпывающей информацией о деятельности должника и его доходах, отдавал себе отчет в его фактическом неблагополучном финансовом положении и знало о наличии у должника признаков неплатежеспособности в период совершения спорной сделки и, следовательно, знал о совершении оспариваемой сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов должника.

При этом в рамках настоящего дела было установлено, для осуществления хозяйственной деятельности должника, последним заключались договоры аренды транспортных средств с работниками самого должника. Стоимость аренды транспортных средств с работниками должника в среднем составляла 40 230 рублей 00 копеек.

Таким образом, целесообразность заключения спорного договора аренды с ответчиком не установлена. В нарушение статьи 65 АПК РФ разумные экономические мотивы совершения спорной сделки ФИО6 не раскрыл.

Проверяя действительность сделки, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по договору.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016 по делу № А41-48518/2014, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому, факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Отсутствие у лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права.

В подтверждение мнимости договора конкурсный управляющий указывает, что акт приема-передачи транспортного средства датирован 23.09.2016, тогда как договор заключен 14.10.2016, а в договоре определено, что срок действия договора с 23.09.2016 по 31.12.2016. Помимо этого в акте приема-передачи от 23.09.2016 транспортного средства указано, что он является приложением № 1 к договору № 10/16 от 14.10.2016. Сам акт приема-передачи доказывает факт формального документооборота, так как в сентябре 2016 года стороны не могли знать точный номер договора и дату его заключения, который был заключен лишь 14.10.2016.

Также конкурсный управляющий отмечает, что в его распоряжении отсутствуют путевые листы на данное транспортное средство.

Доводы конкурсного управляющего ответчиками не опровергнуты.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для взыскания убытков.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 сводятся к следующим доводам.

1. В адрес ФИО2 и его представителя не поступали письменные возражения с доказательствами от конкурсного управляющего с новыми сравнительными таблицами (где сравниваются работы, предусмотренные по договору № 4 и № 5 и якобы работы, выполненные ООО «Комфорт Сервис»).

2. Суд первой инстанции, не обладая специальными познаниями в области строительства не ставя под сомнение, выполнение самого ремонта, не предлагает сторонам по делу провести судебную строительно-техническую экспертизу по делу, которая установила бы фактический объем и стоимость проведенных работ, а также ответила на вопросы касающихся возможных сроков проведения ремонта (давность выполнения), необходимой квалификации строителей для проведения ремонтных работ, согласно договорам № 4 и № 5 и соответствия проведѐнного ремонта сметам к спорным договорам.

3.Суд первой инстанции полностью проигнорировал процессуальную возможность и не предложил сторонам по делу провести судебную экспертизу, и в отсутствии специальных познаний, без экономических и сметных расчетов вынес судебный акт. Суду надлежало вынести на обсуждение сторон вопрос о назначении экспертизы с целью определения стоимости права аренды спорного имущества, переданного должнику, запросить дополнительные документы, подтверждающие позицию сторон, более подробно исследовать правоотношения сложившиеся между участниками сделки.

4. Положения статьи 61.10 Закона о банкротстве, о признании ФИО5, ФИО6 контролирующими лицами должника (и ФИО2) не применимы в настоящем споре, в связи с чем, суд первой инстанции неправильно применил нормы материального права, что является самостоятельным основанием для отмены судебного акта. Вывод суда первой инстанции об аффилированности ФИО2 с ФИО5 ФИО6 полностью несостоятелен, и необоснованно был положен в основу решения суда первой инстанции, т.к. аффилированность (заинтересованность) в настоящем споре отсутствует.

5. Суд первой инстанции, основываясь на доводах конкурсного управляющего (сравнительная таблица расходов), ошибочно посчитал, что имеющиеся затраты должника на ремонт (что представлены были конкурным управляющим) были отнесены к спорным договорам № 4 и № 5 .3

6.Суд первой инстанции, не выяснил важное обстоятельство, мог ли реальнодолжник (ООО «Комфорт Сервис» самостоятельно, силами 2 маляров и 6 плотников (как указал суд в абз.З на стр. 19 Определения) произвести ремонт в спорных помещениях, при условии, что в спорный период должник (в том числе маляры и плотники) обслуживал в среднем 80 жилых домов.

7. Суд первой инстанции ошибочно пришел к выводу об отсутствии экономической целесообразности по оспариваемым договорам № 4 и № 5, конкурсный управляющий не представила никаких контррасчетов, подтверждающие, что оспариваемые договоры были полностью или частично экономически не обоснованы, где цены па услуги (работы) были завышены.

8. Суд первой инстанции ошибочно посчитал недоказанные и имеющие значение для дела обстоятельства, установленными, а именно рыночную стоимость аренды ТС, что привело к вынесению необоснованного решения.

Оценивая указанные доводы апелляционной жалобы, суд отмечает следующее.

Как выше установлено, 24.07.2016 между ООО «АИС» (Продавец) и Должником (Покупатель) заключен договор № 3, по которому Продавец обязался передать в собственность Покупателю бывшую в употреблении офисную мебель, цена, количество которой определялось в спецификации № 1 к Договору, а Покупатель обязался принять и оплатить Товар.

Согласно спецификации, Должником приобретался товар, состоящий из 21 позиции на общую сумму 16 510 руб.

24.07.2016подписана сторонами товарная накладная № 12 на сумму 16 510 руб., всоответствии с которой Должнику передавалось имущество, согласованное вспецификации.

Согласно данным бухгалтерского учета в программе 1С:Бухгалтерия, указанное имущество принято к учету Должником 04.10.2017.

10.10.2017указанное имущество списано Должником с баланса.

01 декабря 2016 между ООО «АИС» (Подрядчик) и Должником (Заказчик) заключен договор № 4 на проведение ремонтно-отделочных работ, по которому Подрядчик обязался произвести ремонтно-отделочные работы, согласно прилагаемым сметам, обеспечить работы материалами согласно перечню строительных материалов.

Договор со стороны Подрядчика подписан ФИО5, со стороны Должника – ФИО2

В соответствии с пунктом 1.1 Договора Подрядчик обязуется в установленный договором срок произвести ремонтно-отделочные работы, согласно прилагаемым сметам (приложение № 1, приложение № 2), обязуется обеспечить работы материалами согласно перечню строительных материалов (приложение № 1, приложение № 2).

Такимобразом,выполнениеработпредусматривалось иждивением

Подрядчика.

Пунктом 2.1.1 договора определено, что Подрядчик обязан выполнить работы в срок с 01.01.2017 по 31.03.2017.

Стоимость работ определялась сметами к договору.

По договору между сторонами подписаны локальные сметы:

- № 13-1-1 на сумму 619 594 руб. на выравнивание полов (офисное помещение)

- № 13-2-1 на сумму 721 989 руб. на выравнивание полов (вспомогательные помещения).

Согласно локальным сметам, объектом работ являлось офисное помещение по адресу: ул. Комсомольская, 8А (цокольный этаж), а в состав работ входило следующее: Обеспыливание поверхности.

1. Грунтование поверхностей.

2. Устройство стяжек цементных.

3. Устройство покрытия «наливной пол»

Для выполнения работ требовались следующие материалы: Офисное помещение:

1. Жидкая грунтовка Terraco Террабонд SP Бетоноконтакт – 104 кг.

2. Смесь для устройства наливного пола weber vetonit 4100 – 628 кг. Вспомогательные помещения:

1. Жидкая грунтовка Terraco Террабонд SP Бетоноконтакт – 121,9 кг.

2. Смесь для устройства наливного пола weber vetonit 4100 – 731 кг.

22.03.2017 Должником в пользу ООО «АИС» перечислено 630 000 руб. по платежному поручению № 296 от 22.03.2017.

23.03.2017 Должником в пользу ООО «АИС» перечислено 678 555 руб. по платежному поручению № 298 от 23.03.2017.

Всего оплачено по указанному договору на сумму 1 308 555 руб.

Между сторонами подписаны следующие закрывающие документы:

- акт по форме КС-2 № 13-1-1 от 20.03.2017 на сумму 619 020 руб.

- акт по форме КС-2 № 13-2-1 от 20.03.2017 на сумму 689 535 руб.

- справка по форме КС-3 № 1 от 20.03.2017 на сумму 1 308 555 руб.

- Акт № 00000001 от 30.04.2017 на сумму 1 308 555 руб.

Кроме того, Конкурсным управляющим в материалы дела представлена справка по форме КС-3 № 1 от 20.03.2017 на сумму 1 341 583,30 руб., а также акты по форме КС-2 № 13-1-1 (без даты) на сумму 525 080 руб., № 13-2-1 (без даты) на сумму 611 855 руб.

Таким образом, в материалах дела имеется две справки по форме КС-3 № 1 от 20.03.2017 на разные суммы, а также акты № 13-1-1, 13-2-1 на разные суммы, ФИО2, который подписывал указанные документы, не представил в суд пояснений относительно наличия двух комплектов документов.

Разница в указанных справках состоит в том, что в справке на сумму 1 308 555 руб. стоимость не включает в себя сумму НДС.

В бухгалтерском учете Должника к учету 03.10.2017 принята справка № 1 от 20.03.2017 на сумму 1 308 555 руб., что подтверждается представленным в материалы дела актом сверки.

01 мая 2017 года между ООО «АИС» (Подрядчик) и Должником (Заказчик) заключен договор № 4 на проведение ремонтно-отделочных работ, по которому Подрядчик обязался произвести ремонтно-отделочные работы, согласно прилагаемым сметам, обеспечить работы материалами согласно перечню строительных материалов.

Договор со стороны Подрядчика подписан ФИО6, со стороны Должника – ФИО2

В соответствии с пунктом 1.1 Договора Подрядчик обязуется в установленный договором срок произвести ремонтно-отделочные работы, согласно прилагаемым сметам (приложение № 1), обязуется обеспечить работы материалами согласно перечню строительных материалов (приложение № 1).

Такимобразом,выполнениеработпредусматривалось иждивением Подрядчика Пунктом 2.1.1 договора определено, что Подрядчик обязан выполнить работы в срок с 01.05.2017 по 31.05.2017.

Стоимость работ определялась сметами к договору.

По договору между сторонами подписана локальная смета № 13-1-3 от 01.05.2017 (общестроительные работы) на сумму 1 080 622 руб. В состав работ входило следующее:1.Облицовка стен по системе <Кнауф> по одинарному металлическому каркасу изПН и ПС профилей гипсокартонными листами в один слой с дверным проемом.

2.Изоляция плоских и криволинейных поверхностей матами минераловатнымипрошивными безобкладочными и в обкладках из стеклоткани или металлической сетки,плитами минераловатными на синтетическом связующем марки М-125, плитамиполужесткими из стеклянного штапельного волокна на синтетическом связующем.

3.Устройство перегородок из гипсокартонных листов с одинарным металлическимкаркасом и однослойной обшивкой с обеих сторон с одним дверным проемом.

Для выполнения работ требовались следующие материалы:

1. Листы гипсоволокнистые влагостойкие ГВЛВ 12,5мм – 297 кв.м

2. Маты прошивные из минеральной ваты без обкладок М-100 – 41 м3

3. Материалы теплоизоляционные из минеральных волокон – 46 м2 18.05.2017 Должником в пользу ООО «АИС» перечислено 500 000 руб., что

подтверждается платежным поручением № 540 от 18.05.2017.

19.05.2017 Должником в пользу ООО «АИС» перечислено 580 622 руб., что подтверждается платежным поручением № 557 от 19.05.2017.

Кроме того, за ООО «АИС» в пользу третьих лиц, на основании письма от 29.06.2017, Должником были совершены следующие платежи:

- 4 000 руб. в пользу ИП ФИО7 по платежному поручению № 747 от 29.06.2017

- 16 000 руб. в пользу ООО «Техноком» по платежному поручению № 748 от 29.06.2017.

- 3 000 руб. в пользу ИП ФИО7 по платежному поручению № 746 от 29.06.2017.

Сумма перечислений по договору № 5 от 01.05.2017 составила 1 103 622 руб. Между сторонами подписаны следующие документы:

- акт по форме КС-2 № 13-1-3 (без даты) на сумму 1 080 622 руб.

- акт № 00000002 от 31.05.2017 на сумму 1 080 622 руб. Работы по договору № 5 приняты к учету в бухгалтерской отчетности Должника

31.10.2017, что подтверждается представленным в материалы дела актом сверки.

Основанием взыскания убытков с ФИО2, ФИО5, ФИО2 являлось заключение мнимых договоров на проведение ремонтно-отделочных работ № 4 и № 5.

Мнимость указанных сделок подтверждается представленными в материалы дела документами.

Так, между сторонами был создан формальный документооборот, что подтверждается наличием по договору № 4 от 01.12.2016 двух разных комплектов справок по форме КС-3 и актов выполненных работ по форме КС-2, представленных в материалы дела.

Первичная документация по договорам № 3, 4 и 5 принята к бухгалтерскому учету в ООО «Комфорт Сервис» только в октябре 2017 года, что подтверждается представленными в материалы дела актами сверок, а также отметками о входящих номерах ООО «Комфорт Сервис» на данных документах, а именно:

-на акте № 00000001 от 03.04.2017 стоит входящий номер ООО «Комфорт Сервис» № 978/1 от 03.10.17.

-на акте № 00000002 от 03.04.2017 от 31.05.2017 стоит входящий номер ООО«Комфорт Сервис» № 749 от 31.10.2017.

Это может свидетельствовать о том, что указанные первичные документы составлялись «задним» числом и действительная дата их составления не соответствует дате, указанной в документе, так как в соответствии с частью 3 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания, тогда как в настоящем случае документы были получены ООО «Комфорт Сервис» и приняты к бухгалтерскому учету по прошествии 5-6 месяцев.

По состоянию на 31.12.2016 в штате ООО «Комфорт Сервис» было 8 слесарей, 2 электрогазосварщика, 2 маляра, 6 плотников, 4 электромонтера, 3 мастера, 2 начальника участка (в материалы дела представлены ь штатное расписание, приложение № 2 к дополнениям исх. № 520 от 10.03.2021).

То есть ООО «Комфорт Сервис» обладало полным штатом для проведения любых работ: плотницких, строительных, сварочных, электротехнических.

Одним из основных доказательств, свидетельствующих о том, что работы, которые были предусмотрены договорами № 4 и № 5, выполнило ООО «Комфорт Сервис» самостоятельно за счет своих сил и средств, без привлечения иных лиц, подтверждается отчетами сотрудников ООО «Комфорт Сервис» о расходе основных материалов в строительстве (далее – материальные отчеты), в которых отражены затраты на ремонт в помещении, находящемся по адресу: ул. Комсомольская, д. 8А. (данные материальные отчеты представлены в суд через систему «Мой арбитр» вместе с уточнениями исх. № 154 от 19.08.2020, зарегистрировано 20.08.2020, 11:28)

В указанных отчетах отражены не только затраченные ТМЦ, но и непосредственно сами виды выполненных работ.

Согласно указанным отчетам, в офисном помещении по ул. Комсомольская 8А сотрудниками ООО «Комфорт Сервис» были выполнены следующие виды работ:

1.Установка системы отопления – материальные отчеты за апрель, май 2017 года.

2. Устройство стяжек, каркаса под гипсокартон, обшивка стен гипсокартоном, установка подоконников, устройство наливного пола, устройство каркаса для установки дверей, установка радиаторов отопления – материальный отчет за июль 2017 года, подписанный ФИО2, ФИО9, ФИО12,ФИО13, ФИО14

3. Установка системы вентиляции, подоконников, монтаж подвесного потолка, каркаса для дверей, подготовка дверных проемов и замена замков, подготовка стен под нанесение обоев – материальные отчеты за сентябрь, октябрь 2017 года.

4.Установка межкомнатных дверей – материальный отчет за ноябрь 2017 года.Вышеуказанные затраты ТМЦ были отнесены на 26 счет «Общехозяйственные расходы», на отдельное подразделение «Офис (Комсомольская, 8А)», что подтверждается выпиской по бухгалтерскому счету № 26, которую Конкурсный управляющий ранее представлял в материалы дела.

Конкурсныйуправляющийприводитсравнительнуютаблицу,

работ, предусмотренных договором и фактически выполненных работниками ООО «Комфорт Сервис».

Работы, предусмотренные договорами № 4 и № 5

Работы, выполненные работниками

ООО «Комфорт Сервис», согласно

материальному отчету за июль 2017

года

Обеспыливание поверхности.

Грунтование поверхностей.

Устройство стяжки

Устройство стяжек цементных.

Устройство покрытия «наливной пол»

Устройство наливного пола

Облицовка стен по системе <Кнауф> по одинарному металлическому каркасу из ПН и ПС профилей гипсокартонными листами в один слой с дверным проемом.

Устройство каркаса под гипсокартон

Обшивка стен гипсокартоном

Устройство каркаса для установки дверей

Изоляция плоских и криволинейных поверхностей матами минераловатными прошивными безобкладочными и в обкладках из стеклоткани или металлической сетки, плитами минераловатными на синтетическом связующем марки М-125, плитами полужесткими из стеклянного штапельного волокна на синтетическом связующем.

Устройство перегородок из гипсокартонных листов с одинарным металлическим каркасом и однослойной обшивкой с обеих сторон с одним дверным проемом.

В состав смет по договорам № 4 и № 5 входила стоимость не только работ, но и необходимых материалов, данными договорами устанавливалось, что работы осуществляются иждивением подрядчика, вместе с тем, фактически были затрачены товарно-материальные ценности ООО «Комфорт Сервис», что прямо следует из представленного материального отчета за июль 2017 года.

Это подтверждают материальные отчеты за период апрель – май 2017, август – ноябрь 2017 полностью подтверждают доводы Конкурсного управляющего о том, что весь ремонт в офисе на ул. Комсомольская 8А осуществлялся за счет сил и средств Должника, так как:

1.в апреле – мае 2017 г. происходила установка отопления.

2.в августе – ноябре 2017 г. осуществлялся монтаж электрики, системывентиляции, подоконников, подвесного потолка, дверей, замков, покрытия пола изламината.

Сопоставляя комплекс работ, выполненный сотрудниками ООО «Комфорт Сервис», исходя из материальных отчетов, и комплекс работ, который был выполнен ООО «АИС», следует, что полностью все работы по объекту выполнялись за счет сил и средств ООО «Комфорт Сервис», так как невозможно выполнить на одном объекте работы, предусмотренные договорами с ООО «АИС» и материальными отчетами сотрудников ООО «Комфорт Сервис».

То обстоятельство, что сметы не совпадают с представленными материальными отчетами в части объемов и работ, не имеет правового значения, так как сторонами был создан формальный документооборот под необходимую им сумму, а сметы к договору не отражают действительного положения вещей.

Таким образом, суд апелляционной инстанции учитывает, что конкурсным управляющим представлены достаточные и весомые доказательства, свидетельствующие о том, что подрядные работы в офисном помещении по ул. Комсомольская 8А выполнены за счет сил и средств ООО «Комфорт Сервис», а договоры с ООО «АИС» являются недействительными сделками, стороны, при заключении которых, преследовали единственную цель – вывод денежных средств из ООО «Комфорт Сервис» на аффилированное лицо.

Удовлетворяя заявление о взыскании убытков как с ФИО2, так и с ФИО5, ФИО15, суд первой инстанции правомерно указал, что в целях квалификации действий причинителей вреда как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 N 49 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде", абзац первый пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.12.2019 N 305-ЭС19-13326 по делу N А40-131425/2016, Постановлении Восьмого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2020 N 08АП-6725/2020, 08АП-13025/2020 по делу N А75-13316/2015.

Учитывая, что сделки, заключенные между Должником и ООО «АИС» являются мнимыми (ничтожными), следовательно, ФИО2, ФИО6, ФИО5 не могли не осознавать противоправный характер совершаемых ими действий, а именно оформление формального пакета документов для последующего вывода активов ООО «Комфорт Сервис» на ООО «АИС».

ФИО6 и ФИО5 являются фактически аффилированными по отношению к должнику.

ФИО5 в период с 20.10.2015 по 21.03.2017 владел 50% доли в уставном капитале ООО «АИС», с 22.03.2017 по 28.06.2017 – 100%-ой долей; в период с 21.10.2014 по 21.03.2017 осуществлял функции генерального директора ООО «АИС».

В период со 02.10.2014 по 21.03.2017 50% доли в уставном капитале принадлежало самому обществу ООО «АИС».

ФИО6 в период с 29.06.2017 по 14.10.2019 владел 100%-ой долей в уставном капитале ООО «АИС»; в период с 22.03.2017 по 14.10.2019 осуществлял функции генерального директора ООО «АИС».

Таким образом, после того, как ФИО5 приобретает 100%-ую долю в ООО «АИС», он назначает генеральным директором ФИО6, который впоследствии с 29.06.2017 становится единственным участником и руководителем ООО «АИС».

14.10.2016 между Должником (Арендатор) и ФИО6 (Арендодатель) был заключен договор аренды транспортного средства без экипажа с физическим лицом № 10/16, указанный договор действовал в период с 31.10.2016 по 31.07.2017.

При заключении вышеуказанных договоров участниками и руководителями ООО «АИС» являлись:

Договор № 3 от 24.07.2016 (поставка мебели)

Договор № 4 от 01.12.2016 (ремонтно-отделочные работы)

Договор № 5 от 01.05.2017 (ремонтно-отделочные работы)

Генеральный директор

ФИО5

ФИО5

ФИО6 (с 22.03.2017)

Участники общества

ФИО5 (50%) ООО «АИС» (50%)

ФИО5 (50%) ООО «АИС» (50%)

ФИО5 (100%)

Таким образом, судом первой инстанции правомерно установлено соучастие ФИО5 и ФИО6 в совершении действий, направленных на вывод денежных средств из числа активов ООО «Комфорт Сервис» в пользу ООО «АИС».

Установленная в рамках данного спора совокупность фактов с учетом того, что ФИО5, контролировавший ООО «Комфорт Сервис», не мог не знать о том, что подрядные работы фактически не выполнялись, а также с учетом безосновательного получения другим хозяйственным обществом, подконтрольным тому же ФИО5 (ООО «АИС»), от должника значительной части средств, которые должны были быть израсходованы в интересах должника, в том числе направлены на исполнение им обязанности по уплате кредиторской задолженности, указывает на то, что действия ФИО5 и ФИО6 являлись согласованными, скоординированными, направленными на реализацию общего противоправного намерения директора ООО «Комфорт Сервис» ФИО2

При таких обстоятельствах ФИО5 и ФИО6, как контролирующие выгодоприобретатели по сделкам, на основании абзаца первого статьи 1080 ГК РФ подлежат солидарному привлечению к взысканию убытков как сопричинители вреда.

ФИО2 указывает на то, что оснований (критерии) для признания контролирующим должника лицом, содержащиеся в главе Ш.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению в настоящем споре, т.к. данные положения применимы к отношениям, возникшим после 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Данный довод подателя жалобы не находит своего подтверждения, ввиду того, что в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2020 N 310-ЭС20-6760 по делу N А14-7544/2014 сформирована правовая позиция, согласно которой, субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности) и презумпция контроля над должником у лица, которое извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, в рассматриваемом случае не применима, так как подобная презумпция в предыдущих редакциях Закона отсутствовала, однако это не означает, что при доказывании в общем порядке (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) наличия контроля у лица, не имеющего формально-юридических полномочий давать должнику обязательные для исполнения указания, истец лишен возможности ссылаться на приведенные в упомянутой презумпции обстоятельства. Несмотря на то, что подобные факты применительно к рассматриваемому периоду не образуют презумпцию контроля, суд должен дать им правовую оценку в контексте всей совокупности обстоятельств, установленных по обособленному спору, тем более, что на данные обстоятельства ссылался участник судебного спора.

В настоящем обособленном споре суд дал должную правовую оценку доводам конкурсного управляющего о наличии фактической аффилированности и обоснованно установил основания для взыскания убытков на основании пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ, согласно которому, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Данная правовая норма была введена Федеральным законом от 05.05.2014 N 99-ФЗ и вступила в силу 01 сентября 2014 года, то есть действовала на момент заключения спорных договоров № 4 и № 5.

Два ходатайства ФИО2 О назначении экспертиз суд отклоняет по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 82 Арбитражно-процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

В дополнениях № 2 от 27.04.2021, касаемо судебно-технической экспертизы, ФИО2 указал следующее: «В случае, если со стороны заявителя (представитель ООО «Комфорт Сервис» ФИО4) будет заявлена строительно-техническая экспертиза, сторона ответчика не возражает против еѐ проведения, при условии полной компенсации и восстановления произведенного ремонта (за частичный демонтаж стен и пола для экспертизы)».

ФИО2 было дано согласие на проведение судебно-технической экспертизы в случае, если бы о еѐ проведении заявила конкурсный управляющий, самостоятельно ФИО2 ходатайство о проведении судебно-технической экспертизы в порядке, установленном Арбитражно-процессуальным кодексом не заявлял, указанным правом не воспользовался.

Кроме того, в настоящем обособленном споре сам факт проведения ремонта конкурсным управляющим не оспаривался, а ставилось под сомнение выполнение работ ООО «АИС».

Вопреки ошибочному мнению подателя жалобы, судебно-техническая экспертиза не позволит установить, кто именно осуществлял подрядные работы: ООО «АИС» или самостоятельно ООО «Комфорт Сервис».

В настоящем случае установление субъекта выполнения подрядных работ осуществлялось на основании иных доказательств, а именно материальных отчетов сотрудников ООО «Комфорт Сервис», которыми подтверждается как объем работ, так и количество затраченных товарно-материальных ценностей.

ФИО2, являясь участником обособленного спора, в нарушение статьи 65 АПК РФ, не представил доказательств, которые опровергали бы доводы Конкурсного управляющего, расчеты нормативной трудоемкости, которые подтверждали бы то обстоятельство, что работники ООО «Комфорт Сервис» не могли самостоятельно выполнить спорные работы.

ФИО2, являясь генеральным директором ООО «Комфорт Сервис» при заключении данных договоров, мог пояснить порядок разграничения работ, установленных сметами к договорам № 4 и 5,и выполненными работами, отраженными в материальных отчетах сотрудников Должника, по какой причине для выполнения работ использовались материалы Должника, а не ООО «АИС», учитывая, что приобретение материалов должно было осуществляться за счет ООО «АИС», в силу каких обстоятельств первичная документация поступала в адрес ООО «Комфорт Сервис» по истечении 5 месяцев после даты еѐ подписания (исходя из дат, установленных в актах и справках).

Вместе с тем, каких-либо обоснованных пояснений и доказательств по существу заключенных договоров представлено не было.

Также отклоняются доводы подателя жалобы о том, что в адрес ФИО2 и его представителя не поступали письменные возражения с доказательствами от конкурсного управляющего с новыми сравнительными таблицами (где сравниваются работы, предусмотренные по договору № 4 и № 5 и якобы работы, выполненные ООО «Комфорт Сервис») в силу того, что данные таблицы были представлены в дополнениях исх. № 520 от 10.03.2021 к судебному заседанию, назначенному на 16.03.2021. Вместе с указанными уточнениями в материалы дела было представлено подтверждение направления данных уточнений ответчикам (трек-номер об отправке возражения в адрес ФИО2 - 62553053019784), которое прибыло в место вручения 15.03.2021, однако, ФИО2 получено не было и 15.04.2021 возвратилось обратно отправителю. Риск неполучения корреспонденции лежит на ФИО2

Кроме того, данные дополнения с таблицами были направлены в суд 11.03.2021, судебный акт вынесен 12.05.2021, то есть по истечении двух месяцев, податель жалобы своим правом на ознакомление с материалами дела, в том числе в электронном виде, не воспользовался.

Ошибочными являются доводы ФИО2 о том, что суд первой инстанции неправомерно пришел к выводу об отсутствии экономической целесообразности по оспариваемым договорам № 4 и № 5, так как конкурсный управляющий не представила никаких контррасчетов, подтверждающие, что оспариваемые договоры были полностью или частично экономически не обоснованы, где цены па услуги (работы) были завышены.

В настоящем обособленном споре оспаривался факт выполнения работ ООО «АИС», а отсутствие экономической целесообразности, о которой указал суд первой инстанции, заключается в том, что Должник, имея трудовые и материальные ресурсы для выполнения спорных работ, в отсутствие обоснованных причин привлек иную аффилированную организацию для выполнения работ, хотя мог их выполнить сам, что и фактически имело место быть.

Податель жалобы ФИО2 также не согласен с вынесенным судебным актом в части признания недействительным договор № 10/16 от 14.10.2016, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Комфорт Сервис» (ИНН <***> ОГРН <***>) и ФИО6.

14 октября 2016 года между у ООО «Комфорт Сервис» (Арендатор) и и ФИО6 (Арендодатель) заключен договор аренды транспортного средства без экипажа с физическим лицом № 10/16, по которому Арендодатель передавал, а Арендатор принимал легковой автомобиль УАЗ220695-04, гос. рег. знак <***> год выпуска – 2010.

Пунктом 3.1 Договора установлено, что арендная плата по данному Договору составляет 114 943,00 (Сто четырнадцать тысяч девятьсот сорок три) рубля с учетом подоходного налога в месяц. Арендная плата перечисляется авансом.

Пунктом 4.1 Договора срок действия договора определен с 23 сентября 2016 года по 31 декабря 2016 года.

23 сентября 2016 года подписан акт приема-передачи к договору № 10/16 от 14 октября 2016 года.

01 марта 2017 года подписано дополнительное соглашение № 1 к договору, которым арендная плата увеличена до 172 414 руб. с учетом подоходного налога в месяц.

01.07.2017 транспортное средство возвращено Арендодателю, что подтверждается актом приема-передачи от 01.07.2017.

По указанному договору в пользу ФИО6 были перечислены денежные средства в размере 1 050 000 руб., что подтверждается платежными поручениями № 937 от 20.10.2016 на сумму 100 000 руб., № 1079 от 09.11.2016 на сумму 100 000 руб., № 1327 от 01.12.2016 на сумму 100 000 руб., № 1506 от 22.12.2016 на сумму 100 000 руб., № 22 от 17.01.2017 на сумму 100 000 руб., № 155 от 14.02.2017 на сумму 100 000 руб., № 255 от 15.03.2017 на сумму 150 000 руб., № 359 от 06.04.2017 на сумму 150 000 руб., № 637 от 08.06.2017 на сумму 150 000 руб.

Помимо этого, за ФИО6 в бюджет был уплачен НДФЛ в следующих суммах:

- 44 828 руб. в 2016 году.

- 112 069 руб. в 2017 году. Данная информация подтверждается имеющимся в материалах дела ответом

налогового органа на запрос Конкурсного управляющего, в котором была предоставлена информация о размерах уплаченного НДФЛ ООО «Комфорт Сервис» как налоговым агентом

Таким образом, общая сумма перечислений в пользу ФИО6 составила 1 206 897 руб., в т.ч. 1 050 000 руб. – перечисленная сумма непосредственно ФИО6, 156 897 руб. – НДФЛ, уплаченный в бюджет.

Указанный договор заключен на нерыночных условиях, что подтверждается представленным конкурсным управляющим отчетом № 068 от 12.02.2021 (л.д.21-56 т.3), согласно которому рыночная стоимость права аренды транспортного средства по состоянию на 14.10.2016 (дата заключения договора № 10/16) составляла 73 532 руб., а по состоянию на 01.03.2017 (дата заключения дополнительного соглашения к договору) составляла 73 725 руб.

Таким образом, по состоянию на 14.10.2016 согласованная сторонами цена превышала рыночную на 56,3% или на 41 411 рублей, по состоянию на 01.03.2017 на 133,8% или на 98 689 рублей.

ФИО6 является фактически аффилированным лицом, о чем указывалось выше.

Кроме того, акт приема-передачи транспортного средства датирован 23.09.2016, тогда как договор заключен 14.10.2016, а в договоре определено, что срок действия договора с 23.09.2016 по 31.12.2016. Помимо этого в акте приема-передачи от 23.09.2016 транспортного средства указано, что он является приложением № 1 к договору № 10/16 от 14.10.2016. Сам акт приема-передачи доказывает факт формального документооборота, так как в сентябре 2016 года стороны не могли знать точный номер договора и дату его заключения, который был заключен лишь 14.10.2016.

Какие-либо путевые листы на данное транспортное средство отсутствуют.

ФИО2 в апелляционной жалобе указывает на то, что рыночная стоимость аренды аналогичных ТС была представлена в суд без учета его круглосуточного (24 часа в сутки) использования в качестве аварийной техники (где перевозится грязное оборудование, используемое, в том числе для устранения аварий в канализации), Конкурсный управляющий не представила в суд доказательств и сведений, сколько и какой техники необходимо было для обслуживания около 80 жилых домов одновременно, на момент заключения оспариваемой сделки Должник не имел признаков неплатежеспособности.

Вместе с тем, вышеуказанные доводы опровергаются материалами дела.

Пунктом 2.4 договора № 10/16 определено, что Арендатор в течение всего срока действия Договора аренды за свой счет производит: текущий ремонт и обслуживание автомобиля (включая мойку автомобиля), закупает запасные части и ГСМ.

Исходя из данного условия договора, следует, что весь текущий ремонт осуществлялся бы за счет ООО «Комфорт Сервис», а не за счет Арендодателя, следовательно, доводы о том, что рыночная стоимость права аренды транспортного средства выше ввиду его круглосуточного использования, отклоняются, так как в случае износа деталей их ремонт и приобретение осуществлялось бы ООО «Комфорт Сервис».

ФИО6 фактически получал денежные средства за то, что передал транспортное средство в ООО «Комфорт Сервис», не делая более при этом ничего (ремонт был бы за счет должника, водители должника, приобретение ГСМ за счет должника).

Вместе с тем, в настоящем деле, факт использования транспортного средства по договору № 10/16 не подтверждается, более того, установлены признаки формального документооборота, что свидетельствует о мнимости сделки.

ФИО2 указывает на то, что должником заключались иные договоры аренды.

Конкурсный управляющий поясняет, что помимо договоров с ответчиком, должником были заключены договоры аренды транспортных средств с работниками должника, сумма арендной платы составляла 40 230 руб. в месяц.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда превой инстанции о недоказанности выполнения спорных работ силами и средствами ООО «АИС», тогда как конкурсным управляющим представлены относимые, допустимые и достаточныедоказательства, которые не были опровергнутыответчиками.

ФИО2 указывает на то, что в материальном отчете за июль 2017 года наименование «Комсомольская 8А» относится к адресу юридического лица, а не объекту, на котором выполнялись работы.

Во-первых,в отчете о расходе основных материалов за июль 2017 года отражено, что он составлен по типовой форме М-29.

Типовая форма М-29, по которой был составлен материальный отчет за июль 2017 года, утверждена Приказом ЦСУ СССР от 22.03.1960 № 200 <Об утверждении типовой формы N М-29 ежемесячного отчета начальника строительного участка (производителя работ) о расходе основных материалов в строительстве в сопоставлении с производственными нормами>.

В настоящем случае, наименование «Комсомольская 8А» отражает адрес объекта, а не юридический адрес должника, что подтверждается тем, что указанное наименование отражено в колонке таблицы отчета о расходе основных материалов (далее – материальный отчет) за июль 2017 год с наименованием: «Наименование объектов и видов работ».

Далее в указанной колонке, после указания объекта, отражены выполненные сотрудниками ООО «Комфорт Сервис» соответствующие работы.

То есть таблица в данном материальном отчете заполнена по форме – указан объект и виды работ.

Доводы ФИО2 о том, что в данном материальном отчете надпись «Комсомольская 8А» свидетельствует о юридическом адресе должника, не соответствует обычной хозяйственной деятельности должника.

Должник (сотрудники должника) на протяжении всего периода своей деятельности готовил подобные материальные отчеты, которые служили основанием для списания товарно-материальных ценностей с подотчетных сотрудников (начальников участка) и, одновременно, являлись одним из способов учета проделанной работы. Конкурсный управляющий представляет материальные отчеты за март-май 2017 г., май 2016 г., сентябрь 2014 г.

То есть для сравнения конкурсным управляющим были взяты материальные отчеты из разных периодов деятельности должника.

Исследовав представленные материальные отчеты, следует, что в каждом из них в колонке «Наименование объектов и видов работ» отражался многоквартирный дом, в котором осуществлялся ремонт, а также виды работ.

Подобный порядок заполнения материальных отчетов сложился с начала деятельности ООО «Комфорт Сервис», что подтверждается материальным отчетом за февраль 2014 года и иными материальными отчетами, которые представлены Конкурсным управляющим.

Фактически, ООО «Комфорт Сервис» прямо следовало порядку их заполнения, в каждом материальном отчете указывались объекты и виды работ, и никогда не указывался адрес юридического лица, так как соответствующей графы он не содержит.

Если принять во внимание доводы ФИО2 о том, что указание на «Комсомольская 8А» как на юридический адрес должника, а затраченные материалы относятся ко всем многоквартирным домам, то исходя из представленных выше пояснений и доказательств, абсолютно не представляется ясным, в каком именно многоквартирном доме в июле 2017 года осуществлялась установка наливного пола, обшивка стен гипсокартонном, устанавливался навесной потолок, и вообще целесообразность выполнения данных работ в многоквартирном доме.

В соответствии с абзацем 3 пункта 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 (ред. от 21.12.2017) «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

Указанная позиция по аналогии применима и по настоящему спору.

Так, все затраты, произведенные при обслуживании многоквартирных домов, отражались на счете № 20 (Основное производство), где в отношении каждого дома имелся субсчет (приложение № 21) однако,вбухгалтерскомучетеДолжникаимелся также26счет («Общехозяйственные расходы»), на котором отражались затраты на административно-управленческий персонал, производственно-технический отдел, планово-экономический отдел, а также имеется субсчет с наименованием «Офис (Комсомольская 8А)».

Именно на этот субсчет были отнесены все затраты, отраженные в материальных отчетах, которые поименованы выше, в том числе затраты по материальному отчету за июль 2017 года.

То есть даже в бухгалтерском учете материалы, затраченные работниками, относились на специальный субсчет, касающийся затрат на офисное помещение по адресу: <...>.

ФИО2 указывает на то, что работники ООО «Комфорт Сервис» переехали в офис на Комсомольской 8А уже в июне 2017 года, что подтверждается исходящей документацией должника, в которой начал указываться новый адрес, вместо 26 съезда КПСС, д. 10.

Суд апелляционной инстанции отклоняет данный довод по следующим основаниям.

ФИО2 стал единственным участником Общества 14.07.2016, в этот же момент была осуществлена смена юридического адреса Должника с г. Новый Уренгой, мкр. Энергетик, д. 105 на <...>, что видно из справки в отношении ООО «Комфорт Сервис».

Первое исходящее письмо, где был указан адрес <...> датировано 20.07.2016 исх. № 1008, то есть через 6 дней после официальной регистрации смены адреса в налоговом органе.

Аналогичный адрес содержится в письме исх. № 1483 от 02.09.2016, исх. № 1 от 09.01.2017.

То есть с момента смены юридического адреса во всей исходящей корреспонденции и указывался юридический адрес лица.

Таким образом, доводы ФИО2 о том, что выполнение работ ООО «АИС» в мае 2017 года подтверждается тем, что в июне 2017 года во всей исходящей корреспонденции начал указываться адрес <...> является несостоятельным.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 N 309-ЭС15-13978 по делу N А07-3169/2014 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Как ФИО5, так и ФИО2 В отзывах дополнениях к нему, указывают на то, что ремонт в спорном помещении был проведен лишь в его половине, а именно на площади 209 кв. м.

Вместе с тем, данные доводы прямо противоречат первичной документации (акты, сметы), на которую ссылаются сами же в ответчики, указывая на реальность сделки.

По договору № 4 предусматривалось выполнение работ по выравниванию полов в двух помещениях: основном (209.36 кв.м.), что подтверждается локальной сметой № 13-1-1, а также во вспомогательных помещениях (243.93 кв.м), что подтверждается локальной сметой № 13-2-1.

Согласно составленным первичным документам, указанные подрядные работы были выполнены ООО «АИС», что подтверждается актами № 13-1-1, 13-2-1.

Общая площадь подрядных работ по выравниванию полов в спорном помещении составила 453,29 кв.м.

Таким образом, как ФИО5, который заключал договор № 4 от имени ООО «АИС», так и ФИО2, заключавший данный договор от имени Должника, представляют пояснения, прямо противоречащие первичной документации, которую они совместно подписывали и которая имеется в материалах дела.

Аналогично и в отношении договора № 5, где ФИО2 указывает, что площадь ремонта составила 100 кв.м., тогда как по смете № 13-1-3 к договору № 5 следует, что площадь ремонта составляла 265 кв.м (строка № 1 сметы).

В дополнениях № 2 ФИО2 указывает, что у ООО «Комфорт Сервис» отсутствовали свободные работники, у должника было около 80 домов на обслуживании, у плотников было слишком много заявок, чтобы выполнять еще и ремонт в спорном помещении.

Однако в таблице № 2 дополнений, ФИО2 далее указывает работы, которые выполняли плотники, сантехники, электрики должника.

То есть согласно позиции ФИО2, плотники и иные работники не могли выполнить спорные работы именно в июле 2017 года самостоятельно, тогда как в иные периоды времени они выполняли те или иные работы, отраженные в иных представленных материальных отчетах, без каких-либо трудностей.

В данном случае имеется противоречие, не представляется ясным, по какой причине в июле 2017 года работники должника не могли выполнить работы, отраженные в материальном отчете, тогда как в остальные месяцы выполняли соответствующие работы.

На момент заключения спорных договоров в штате должника были следующие сотрудники:

- Главный инженер

- 8 слесарей сантехников

- 2 электрогазосварщика.

- 2 маляра

- 6 плотников

- 4 электромонтера

- Слесарь по контрольно-измерительным приборам и автоматике

- Инженер

- Инженер по контрольно-измерительным приборам и автоматике

- заместитель начальника участка

- 3 мастера

- 2 начальника участка. Данные лица занимаются непосредственно обслуживанием жилищного фонда, выполняют работы и устраняют аварии различного характера, работы по спорным договорам не представляют какой-либо сложности (например, как возведение каких-либо зданий или сооружений), не требуют наличия специальных познаний в области строительства. Спорные работы могут выполняться и обычными лицами, не квалифицированными строителями, так как они не являются какими-либо сложными, а фактически являются рядовыми работами по отделке помещений.

Однако факт выполнения спорных работ сотрудниками должника подтверждается материальным отчетом за июль 2017 года, который подписан ФИО2 и рядом иных сотрудников должника, который так и не был надлежащим образом оспорен ФИО2

ФИО2, на протяжении всего времени спора, не устранил существенные сомнения, не представил ответы на следующие вопросы:

1) Каким образом соотносятся договоры № 4 и № 5 с материальным отчетом за июль 2017 года, который подписан им же и рядом иных сотрудников из административно-управленческого персонала.

2) По какой причине в указанных документах отражены одни и те же работы, в отношении одного и того же объекта, а также были использованы одни и те же материалы.

3) Каким образом возможно выполнить два идентичных ремонта в одном и том же помещении, т.е. дважды сделать наливной пол, выровнять полы, обшить стены гипсокартоном.

Также являются несостоятельными доводы ФИО2 о том, что отсутствуют доказательства приобретения таких материалов, как цемент, бетонконтакт.

Выше указано, какие материалы были использованы должником со ссылками на соответствующие первичные документы (товарные накладные, универсально-передаточные документы), в числе которых имеются бетонконтакт и цемент.

При изложенных обстоятельствах, суд верно оценил обстоятельства дела, дал им надлежащую правовую проверку, доводы апелляционной жалобы дополнений к ней не опровергают выводы суда первой инстанции по изложенным выше основаниям.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции полагает не верным взыскание процентов за пользование денежными средствами с момента совершения сделки.

Согласно пункту 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2007 № 420/07 по делу № А40-41625/06-105-284 и постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.03.2003 № 10360/02 по делу № А54-2691/99-С9, начисление процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму убытков не допускается, поскольку проценты, как и убытки - вид ответственности за нарушение обязательства и по отношению к убыткам, так же как и неустойка, носят зачётный характер. Данная позиция получила развитие в пункте 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которому сумма процентов, установленных статьёй 395 ГК РФ, засчитывается в сумму убытков, причинённых неисполнением или ненадлежащим исполнением денежного обязательства (пункт 1 статьи 394 и пункт 2 статьи 395 ГК РФ).

Суд апелляционной инстанции полагает невозможным ретроспективное применение положений статьи 395 ГК РФ, с учетом положений статьи 16 АПК РФ, пункта 57 Постановления № 7 с учётом правовой позиции изложенной в обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации от 11.04.2001 «Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за четвёртый квартал 2000 года». Возложение на сторону негативных последний неисполнения судебного акта в добровольном порядке не может осуществляться до даты вступления такого судебного акта в законную силу.

С учетом изложенного, определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 12.05.2021 по делу №А81-10636/2017 подлежит отмене в части взыскания солидарно с ФИО2, ФИО5, ФИО6 проценты в соответствии со статьей 395 ГК РФ в размере 296 444 рубя 57 копеек за период с 22.03.2017 по 27.02.2020, а также проценты за период с 28.02.2020 по день фактического исполнения обязательств, в части взыскания процентов в размере 233 185 рублей 07 копеек за период с 18.05.2017 по 27.02.2020, а также проценты за период с 28.02.2020 по день фактического исполнения.

С учетом изменения резолютивную часть определения изложить следующим образом.

Взыскать солидарно с ФИО2, с ФИО5 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Комфорт Сервис» денежные средства, оплаченные по договору № 4 от 01.12.2016, в сумме 1 308 555 руб., а также проценты за пользование чужими денежными средствами, начисляемые на основную задолженность в размере 1 308 555 рублей в соответствии со статьей 395 ГК РФ со дня вступления в законную силу определения суда по день фактической уплаты задолженности.

Взыскать солидарно с ФИО2, с ФИО5, с ФИО6 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Комфорт Сервис» (ИНН <***> ОГРН <***>) денежные средства, оплаченные по договору № 5 от 01.05.2017 в сумме 1 103 622 руб., а также проценты за пользование чужими денежными средствами, начисляемые на основную задолженность в размере 1 103 622 рубля в соответствии со статьей 395 ГК РФ со дня вступления в законную силу определения суда по день фактической уплаты задолженности.

(Выводы суда согласуются с правоприменительной практикой по настоящему делу – Постановление от 07.10.2021 по делу № А81-10636/2017).

Неправильное применение норм материального права является основанием для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции.

При указанных обстоятельствах определение суда первой инстанции подлежит изменению, апелляционная жалоба – частичному удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 12.05.2021 по делу №А81-10636/2017 отменить в части взыскания солидарно с ФИО2, ФИО5, ФИО6 проценты в соответствии со статьей 395 ГК РФ в размере 296 444 рубя 57 копеек за период с 22.03.2017 по 27.02.2020, а также проценты за период с 28.02.2020 по день фактического исполнения обязательств, в части взыскания процентов в размере 233 185 рублей 07 копеек за период с 18.05.2017 по 27.02.2020, а также проценты за период с 28.02.2020 по день фактического исполнения.

С учетом изменения резолютивную часть определения изложить следующим образом.

Взыскать солидарно с ФИО2, с ФИО5 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Комфорт Сервис» денежные средства, оплаченные по договору № 4 от 01.12.2016, в сумме 1 308 555 руб., а также проценты за пользование чужими денежными средствами, начисляемые на основную задолженность в размере 1 308 555 рублей в соответствии со статьей 395 ГК РФ со дня вступления в законную силу определения суда по день фактической уплаты задолженности.

Взыскать солидарно с ФИО2, с ФИО5, с ФИО6 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Комфорт Сервис» (ИНН <***> ОГРН <***>) денежные средства, оплаченные по договору № 5 от 01.05.2017 в сумме 1 103 622 руб., а также проценты за пользование чужими денежными средствами, начисляемые на основную задолженность в размере 1 103 622 рубля в соответствии со статьей 395 ГК РФ со дня вступления в законную силу определения суда по день фактической уплаты задолженности.

В остальной части определение Арбитражного суда Ямало – Ненецкого автономного округа оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

В.А. Зюков

Судьи

О.В. Дубок

О.В. Зорина