Постановление от 31 мая 2022 г. по делу № А03-12904/2021

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е


город Томск Дело № А03-12904/2021


Резолютивная часть постановления объявлена 24 мая 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 31 мая 2022 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего


ФИО1,

судей


ФИО2



ФИО3

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО4, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу (№ 07АП-3238/2022) федерального государственного казенного образовательного учреждения высшего образования «Барнаульский юридический институт Министерства внутренних дел Российской Федерации» на решение от 02.03.2022 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-12904/2021 (судья И.В. Ситникова) по исковому заявлению акционерного общества «Барнаульская горэлектросеть» (656015, Алтайский край, Барнаул город, Деповская улица, 19, ОГРН <***>, ИНН <***>) к федеральному государственному казенному образовательному учреждению высшего образования «Барнаульский юридический институт Министерства внутренних дел Российской Федерации» (656038, Алтайский край, Барнаул город, ФИО5 улица, 49, ОГРН: <***>, ИНН: <***>) о взыскании пени в размере 36 053 рублей 16 копеек за период с 12.02.2019 по 17.03.2021, начисленной в связи с просрочкой оплаты энергии, потребленной ответчиком в период с января 2019 г. по февраль 2021 г.,


В судебном заседании приняли участие:

без участия сторон (извещены)




УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Барнаульская горэлектросеть» (далее – истец, общество, АО «БГЭС»») обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с иском к федеральному государственному казенному образовательному учреждению высшего образования «Барнаульский юридический институт Министерства внутренних дел Российской Федерации» (далее – ответчик, учреждение, институт) о взыскании с учетом уточнений, в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пени в размере 36053 руб. 16 коп., за период с 12.02.2019 по 17.03.2021, начисленной в связи с просрочкой оплаты энергии, потребленной ответчиком в период с января 2019 по февраль 2021года.

Исковые требования обоснованы ссылкой на статьи 309, 310, 330 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и мотивированы несвоевременным исполнением ответчиком принятых на себя обязательств по оплате поставленной энергии, что привело к начислению неустойки.

Решением от 02 марта 2022 года Арбитражного суда Алтайского края требования истца удовлетворены, с учреждения в пользу общества взыскано 36 053 руб.16 коп. пени, а также 2000 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины.

Не согласившись с состоявшимся судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой, в которой указал, что в ходе судебного заседания, состоявшегося 25 февраля 2022 года, никаких доказательств, подтверждающих направление счета по авансовому платежу в размере 40 % в адрес Института истцом представлено не было, в связи с чем вопрос о правомерности начисления неустойки при отсутствии/наличии счета на оплату не был полно и всесторонне исследован судом. Вопросы о наличии возможности самостоятельного расчета Институтом суммы авансового платежа при отсутствии выставленного счета на основании тарифа, размещенного на сайте АО «БГЭС», и о дате размещения тарифа на сайте, имеющие существенное значение для оценки правомерности начисления неустойки на авансовый платеж в размере 40% за июль, судом также не исследовались. Судом сделан ошибочный вывод об отсутствии у истца обязанности по выставлению счетов, в связи с чем не была принята во внимание и аргументация ответчика о наличии у АО «БГЭС» просрочки кредитора при выставлении счетов (ст. 406 ГК РФ), а также о наличии законных оснований для снижения неустойки на основании ст. 333 ГК РФ. Кроме того, судом сделан необоснованный вывод о приоритете норм Федерального закона от 26 марта 2003 г. № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» над нормами законодательства в сфере государственных закупок и бюджетного законодательства, основанный на правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (201 б)8, п. 39 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе. Вывод суда о возможности самостоятельной оплаты Институтом потребленной электроэнергии при отсутствии счета, выставленного АО «БГЭС», противоречит действующему бюджетному законодательству. Также судом неверно определен момент заключения контракта № 322 от 22 мая 2019 г., в связи с чем договорная неустойка по авансовому платежу в размере 40% за июль 2019 года взыскана по еще незаключенному контакту (проекту контракта). Подписанный сторонами проект контракта без указания даты подписания, заранее подготовленный в целях последующего размещения в ЕИС по результатам закупки, не может считаться заключенным. Податель жалобы просит решение отменить принять по делу новое решение, в удовлетворении исковых требований АО «Барнаульская горэлектросеть» - отказать.

Истец в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзыв на апелляционную жалобу не представил.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о дате и времени слушания дела на интернет-сайте суда, в судебное заседание апелляционной инстанции явку своих представителей не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.

При этом судом апелляционной инстанции было одобрено ходатайство ответчика об участии в судебном заседании с использование информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн - заседание).

Однако представитель ответчика не подключился к данной системе.

Участие в судебном заседании в режиме онлайн-заседания представляет собой способ явки в судебное заседание. Судебная коллегия обеспечила со своей стороны возможность представителю использовать такой способ явки и участия в судебном заседании. Судом было обеспечено транслирование судебного заседания в онлайн-режиме с использованием исправной аппаратуры суда, предоставлена возможность для подключения и участия представителя ответчика в судебном заседании в онлайн-режиме.

Организация и техническое обеспечение участия в онлайн-заседании представителя лица, участвующего в деле, лежит на самом юридическом лице (представителе).

Судебная коллегия апелляционной инстанции, принимая во внимание изложенное, обязанность представителя заблаговременно подготовить технические средства и обеспечить их работоспособность, признала неуважительной причину необеспечения представителем ответчика качественной технической возможности участия в онлайн-заседании, а также в отсутствие обязательных оснований для отложения судебного заседания и учитывая, что в соответствии со статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается в пределах доводов, содержащихся в ней и возражениях относительно жалобы, судебная коллегия апелляционной инстанции посчитала возможным рассмотреть апелляционную жалобу в судебном заседании в режиме существующей технической возможности.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда первой инстанции, апелляционный суд не нашел оснований для его отмены или изменения.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, между сторонами сложились длительные отношения по поставке электрической энергии на объекты учреждения, урегулированные в спорном периоде следующими контрактами:

- государственный контракт энергоснабжения для категории «прочие потребители» (бюджетные организации) №322 от 15.03.2017 (далее - контракт от 15.03.2017, т.1 л.д. 5474). Согласно пункту 7.1. контракта от 15.03.2017 (в редакции протокола согласования разногласий от 15.03.2017г.), контракт вступает в силу с момента его заключения и действует по 31.12.2019. Условия настоящего контракта применяются к отношениям Сторон, возникшим с 01.01.2017. В части расчетов контракт считается действующим до полного исполнения сторонами обязательств по расчетам. Контракт считается расторгнутым с 01.06.2019 на основании соглашения о расторжении государственного контракта от 30.07.2019 (т.1 л.д. 75);

- государственный контракт энергоснабжения для категории «прочие потребители» (бюджетные организации) №322 от 22.05.2019 (далее - контракт от 22.05.2019, т.1 л.д. 7887). Согласно пункту 7.1. контракта от 22.05.2019 (в редакции протокола согласования к протоколу разногласий от 11.07.2019г.), контракт считается заключенным с даты его подписания, при этом в случае, если настоящий контракт будет подписан обеими сторонами до 01 июня года, на который он заключается, то контракт считается заключенным на срок с 01 июня 2019г. по 30 ноября 2021г. включительно. В случае, если настоящий контракт будет подписан обеими сторонами после 01 июня, то контракт вступает в силу с даты его подписания, распространяет свое действие на отношения сторон с даты подписания настоящего контракта обеими сторонами и действует до 30 ноября 2021 года включительно. В части расчетов контракт считается действующим до полного исполнения сторонами обязательств по расчетам. В соответствии с представленным письмом от 18.07.2019 (т. 4 л.д. 14) ответчик подписал протокол согласования разногласий к государственному контракту от 2019 года 11.07.2019, в адрес истца данный протокол поступил 18.07.2019. В представленном письме ответчик указал, что срок действия контракта с 01.06.2019 по 30.11.2019, о чем сообщено также и в письме ответчика от 24.07.2019 (т.3 л.д. 17).

Согласно указанным контрактам, АО «Барнаульская горэлектросеть» (именуемое в договоре - энергоснабжающая организация, сокращенно ЭСО) обязуется осуществлять продажу электрической энергии (мощности) ответчику - БЮИ МВД России (именуемое в договоре - Абонент), а также самостоятельно или через привлеченных третьих лиц оказывать услуги по передаче электрической энергии и услуги, оказание которых является неотъемлемой частью процесса поставки электрической энергии потребителям, а ответчик, в свою очередь, обязуется принимать и оплачивать приобретаемую электрическую энергию (мощность) и оказанные услуги (пункт 1.1. контрактов).

В соответствии с условиями пунктов 5.8 государственного контракта энергоснабжения для категории «прочие потребители» (бюджетные организации) №322 от 15.03.2017 в редакции протокола согласования разногласий от 15.03.2017 и государственного контракта энергоснабжения для категории «прочие потребители» (бюджетные организации) №322 от 22.05.2019 в редакции протокола согласования разногласий, оплата за потребленную электроэнергию по нерегулируемым ценам производится абонентом в следующем порядке:

- 30% стоимости электрической энергии (мощности) в подлежащем оплате объеме покупки, в месяце, за который осуществляется оплата, вносится в срок до 10-го числа этого месяца;

- 40% стоимости электрической энергии (мощности) в подлежащем оплате объеме покупки, в месяце, за который осуществляется оплата, вносится в срок до 25 -го числа этого месяца;

- стоимость объема покупки электрической энергии (мощности) в месяце, за который осуществляется оплата, за вычетом средств, внесенных абонентом в качестве оплаты электрической энергии (мощности) в течение этого месяца, оплачивается до 18 -го числа месяца, следующего за месяцем, за который осуществляется оплата. В случае если размер предварительной оплаты превысит стоимость объема покупки электрической энергии (мощности) в месяце, за который осуществляется оплата, излишне уплаченная сумма засчитывается в счет платежа за месяц, следующий за месяцем, в котором была осуществлена такая оплата.

Объем покупки электрической энергии (мощности) принимается равным определяемому в соответствии с настоящим договором объему потребления электрической энергии (мощности) за предшествующий расчетный период.

Оплата может быть произведена безналичным путем или в кассу ЭСО, с учетом требований действующего законодательства.

Днем оплаты является день поступления денежных средств на расчетный счет ЭСО.

Из материалов дела следует, что истец, во исполнение обязательств по вышеуказанным контрактам, в период с января 2019 года по февраль 2021 года, осуществлял отпуск электроэнергии на объект ответчика, для оплаты выставляя счета-фактуры, а ответчик производил оплату.

Факт поставки электрической энергии подтверждается материалами дела, в том числе государственными контрактами, счетами-фактурами, не оспаривается ответчиком. Представленные истцом расчеты объема отпуска электроэнергии ответчиком не оспорены.

Ответчик свои обязательства по контрактам в части оплаты исполнял ненадлежащим образом, осуществив просрочку оплаты, в связи с чем, истец начислил ответчику пени.

Пунктом 6.1.5. контрактов предусмотрено, что в случае нарушения сроков оплаты по каждому из платежей, указанному в п. 5.8. настоящего контракта ЭСО вправе начислять Абоненту пеню за каждый день просрочки платежа в размере 1/130 ставки рефинансирования Центробанка РФ на день платежа, если больший размер ответственности не предусмотрен действующим на момент нарушения законодательством.

С учетом изложенного со ссылкой на положения пункта 5.8, 6.1.5 контрактов, абзаца 8 части 2 статьи 37 Федерального закона от 26.03.2003 №35-Ф3 «Об электроэнергетике» истец произвел начисление неустойки (пени) как на суммы просрочки за фактически потребленную электрическую энергию (мощность) в истекшем периоде, так и на суммы промежуточных платежей.

Размер пени за период с 19.02.2019 по 17.03.2021, начисленной в связи с просрочкой оплаты энергии, потребленной ответчиком в период с января 2019 по февраль 2021, составляет 36053 руб. 16 коп.

Истцом в адрес ответчика отправлено письмо с предложением произвести оплату образовавшейся задолженности по неустойке (пене), полученное ответчиком, оставленное без ответа и удовлетворения, что и послужило основанием для обращения в арбитражный суд с исковым заявлением.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции принял по существу правильное решение, при этом выводы арбитражного суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм действующего законодательства Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. Гражданские права и обязанности могут возникать, в частности, из договоров и иных сделок.

Согласно статье 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается.

В соответствии с пунктом 1 статьи 539 ГК РФ по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту (потребителю) через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию, а также соблюдать предусмотренный договором режим ее потребления, обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении энергетических сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии.

Согласно статье 544 ГК РФ, оплата энергии производится за фактически принятое абонентом количество энергии в соответствии с данными учета энергии, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или соглашением сторон, порядок расчетов за энергию определяется законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

На основании изложенных норм права и положений заключенных между сторонами контрактов, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательств в их совокупности и взаимосвязи, исходя из конкретных обстоятельств дела, учитывая, что факт поставки и ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по оплате ресурса в установленный срок подтвержден материалами дела и по существу ответчиком не оспорен, суд первой инстанции правомерно взыскал в пользу истца неустойку в заявленном размере.

Ответчик не оспаривает объемы потребленной электроэнергии и факты несвоевременной оплаты, на такие факты ответчик не ссылается и в апелляционной жалобе.

В силу пунктов 2 и 3 статьи 540 ГК РФ договор энергоснабжения, заключенный на определенный срок, считается продленным на тот же срок и на тех же условиях, если до окончания срока его действия ни одна из сторон не заявит о его прекращении или изменении либо о заключении нового договора. При этом если одной из сторон до окончания срока действия договора внесено предложение о заключении нового договора, то отношения сторон до заключения нового договора регулируются ранее заключенным договором.

Аналогичная норма закреплена пунктом 45 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 (далее -Основные положения № 442). Данный пункт является специальной нормой по отношению к статье 425 ГК РФ, содержащей нормы о сроке действия договора. Из этого следует, что договор энергоснабжения не прекращается с истечением срока его действия, а в отсутствие уведомления стороны о расторжении, пролонгируется на каждый срок. В случае если стороны приступили к заключению нового договора, их отношения продолжают регулироваться условиями прежнего договора.

Приведенные законоположения содержат общую презумпцию применения к отношениям сторон, продолжающимся по истечении указанного в договоре энергоснабжения срока его действия, ранее согласованного договорного режима потребления электрической энергии, поскольку его наличие предполагает необходимость выполнения гарантирующим поставщиком ряда обязательств (например, урегулирование с сетевой организацией отношений, связанных с передачей электрической энергии потребителю; учет мощности энергопринимающих устройств потребителя при расчете тарифа; обеспечение качества подаваемой электрической энергии и так далее).

Судом установлено, что контракты оформлены путем составления отдельных документов с приложениями, имеющими силу их неотъемлемых частей, от имени сторон подписаны уполномоченными лицами, чем соблюден пункт 2 статьи 434 ГК РФ. Недействительность или незаключенность контрактов сторонами в судебном порядке не оспаривались.

В случае если размер предварительной оплаты превысит стоимость объема покупки электрической энергии (мощности) в месяце, за который осуществляется оплата, излишне уплаченная сумма засчитывается в счет платежа за месяц, следующий за месяцем, в котором была осуществлена такая оплата.

В соответствии с частью 15 статьи 34 Закона №44-ФЗ предусмотрено, что при заключении контракта в случае, предусмотренных п. 29 части 1 статьи 93, требования частей 4-9, 11 - 13 настоящей статьи заказчиком могут не применяться к указанному контракту, т.е. контракт может быть заключен в любой форме, предусмотренной Гражданским кодексом Российской Федерации для совершения сделок.

Таким образом, государственные контракты между сторонами по делу соответствуют п.29 ч. 1 статьи 93 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ (далее -Закон №44-ФЗ), в соответствии с которым закупка у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) может осуществляться заказчиком путем заключения договора энергоснабжения или договора купли-продажи электрической энергии с гарантирующим поставщиком электрической энергии.

Контракт заключается в соответствии Законом №44-ФЗ, далее при исполнении контракта правоотношения сторон регулируются Гражданским кодексом, Законом об электроэнергетике, Основными положениями №442 и контрактом.

Вопреки доводам апелляционной жалобы суд верно учел, что эти нормы права в области энергоснабжения главенствуют над Бюджетным кодексом РФ и Законом №44-ФЗ, следовательно, доводы ответчика в этой части являются ошибочными.

Исходя из правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016 (пункт 7 разъяснения по вопросам, возникающим в судебной практике), положения Закона об электроэнергетике носят специальный характер по отношению к Закону о контрактной системе, поскольку последний устанавливает общие особенности участия органов государственной власти и местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждений и предприятий в гражданско-правовых отношениях именно в целях повышения эффективности осуществления закупок, обеспечения гласности и прозрачности размещения заказов, добросовестной конкуренции, предотвращения коррупции и других злоупотреблений. В Законе о контрактной системе не учитывается специфика отношений в сфере энергоснабжения, конкретные особенности исполнения договоров в данной сфере.

Аналогичные позиции по применению законодательства при установлении законной неустойки за просрочку исполнения потребителем обязательства по оплате потребленной энергии отражены также в пункте 39 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), вопрос 3, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017.

Кроме того, в соответствии с пунктом 61 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если размер неустойки установлен законом, то в силу пункта 2 статьи 332 ГК РФ он не может быть по заранее заключенному соглашению сторон уменьшен, но может быть увеличен, если такое увеличение законом не запрещено.

При этом согласно позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017) разъяснено (ответ на вопрос № 3), что принимая во внимание акцессорный характер неустойки, ее связь с основным обязательством, представляющим собой поставку коммунального ресурса (оказание коммунальных услуг) за определенный расчетный период (месяц), неустойка, предусмотренная законом независимо от даты заключения договора подлежит начислению за просрочку оплаты коммунального ресурса, предоставленных после 01.01.2016.

Суд первой инстанции, установив факт поставки ответчику в спорный период электрической энергии по указанным контрактам, а также нарушение ответчиком договорных обязательств по своевременной ее оплате, пришел к выводу, что истцом обоснованно заявлены исковые требования о взыскании неустойки.

Доводы апеллянта о том, что учреждение было лишено возможности своевременно исполнить обязательства, принятые в рамках контрактов, ввиду несвоевременного предоставления платежных документов, судом обоснованно отклонены, так как порядок расчетов за энергию определяется законом и иными правовыми актами или соглашениями сторон в силу пункта 2 статьи 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, а пункт 82 Основных положений №442 не предусматривает встречное обязательство гарантирующего поставщика по направлению в адрес потребителя счетов или платежных документов на оплату электрической энергии. Действующим законодательством, государственными контрактами (раздел 5 Порядок осуществления расчетов за электрическую энергию) от 15.03.2017 и от 22.05.2019 оплата поставленной электроэнергии не ставится в зависимость от факта получения потребителем счетов на оплату.

Данное денежное обязательство возникает у абонента (ответчика) в силу факта потребления энергии (статьи 539, 544 ГК РФ) независимо от наличия или отсутствия выставленных в его адрес счетов или счетов-фактур.

Как разъяснил Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 27.11.2012 № 9021/12, именно на должнике, а не на кредиторе лежит первичная обязанность совершения необходимых действий и принятия разумных мер по исполнению обязательства.

Предполагается, что в случае возникновения обстоятельств, находящихся вне контроля должника и препятствующих исполнению им обязательства, он освобождается от ответственности, если у него отсутствует возможность принять разумные меры для устранения таких обстоятельств. Однако при этом должник должен незамедлительно сообщить кредитору о наличии таких обстоятельств после того, как ему стало о них известно.

Иными словами, позднее выставление кредитором счетов на оплату не может являться основанием для освобождения должника от ответственности, когда стоимость оказанных услуг известна должнику из других документов либо может быть им выяснена при достаточно осмотрительном, разумном и добросовестном осуществлении гражданских прав (пункт 4 статьи 1, пункт 3 статьи 307 ГК РФ).

Само по себе отсутствие у ответчика таких документов не освобождает его от исполнения обязательств по договору.

Ответчик обладает всеми необходимыми данными для определения размера обязательств по оплате услуг по передаче ресурса: размером тарифа и объема оказанных услуг.

Обязанность оплатить ресурс не ставится законом в зависимость от направления или получения должником платежных документов на бумажном носителе, основанием возникновения обязательства по оплате является факт оказания услуг и потребления ресурса, а не факт вручения на бумажном носителе счетов-фактур или счетов об оплате.

С учетом изложенного, судом первой инстанции указанные доводы обоснованно отклонены, поскольку Потребитель должен самостоятельно производить оплату за потребленную электрическую энергию в сроки и в размере, определенные договором энергоснабжения.

В силу пункта 83 Основных положений №442 для определения размера платежей, которые должны быть произведены гарантирующему поставщику потребителем (покупателем) в течение месяца, в котором осуществляется потребление электрической энергии (мощности), стоимость электрической энергии (мощности) в подлежащем оплате объеме покупки на территориях субъектов Российской Федерации, объединенных в ценовые зоны оптового рынка, определяется исходя из нерегулируемых цен на электрическую энергию (мощность) за предшествующий расчетный период для соответствующей ценовой категории с учетом дифференциации нерегулируемых цен.

Аналогичные условия закреплены сторонами в п. 5.8 контрактов, согласно которому объем покупки электрической энергии (мощности) принимается равным определяемому в соответствии с настоящим контрактом объему потребления электрической энергии (мощности) за предшествующий расчетный период.

В случае выставления счета для оплаты электрической энергии (мощности) до определения цены на электрическую энергию (мощность) за предшествующий расчетный период для определения размера платежей на территориях субъектов Российской Федерации, объединенных в ценовые и неценовые зоны оптового рынка, используется цена на электрическую энергию (мощность) за последний расчетный период, в отношении которого она определена и официально опубликована для соответствующей ценовой категории, при этом указанная цена должна быть проиндексирована в соответствии с изменением тарифа на услуги по передаче электрической энергии, если такое изменение имело место.

Подлежащий оплате объем покупки электрической энергии (мощности) для применения пункта 82 Основных положений принимается равным определяемому в соответствии с разделом X Основных положений объему потребления электрической энергии (мощности) за предшествующий расчетный период.

Вопреки статье 65 АПК РФ, ответчик не представил доказательства невозможности оплаты им потребленной электрической энергии в период с 2019 - 2021 годах в отсутствие выставленных энергоснабжающей организацией счетов-фактур.

В соответствии с пунктом 1 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

По правилам пункта 2 статьи 401 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Доказательств, подтверждающих наличие обстоятельств, являющихся основанием для освобождения учреждения от ответственности в силу положений приведенной нормы ГК РФ, в материалы дела не представлено, ответчиком не доказано принятия всех необходимых мер для надлежащего исполнения обязательств.

Частью 2 статьи 161 Бюджетного кодекса РФ предусмотрено, что заключение и оплата бюджетным учреждением государственных (муниципальных) контрактов, иных договоров, подлежащих исполнению за счет бюджетных средств, производятся в пределах доведенных ему по кодам классификации расходов соответствующего бюджета лимитов бюджетных обязательств и с учетом принятых и неисполненных обязательств.

Как разъяснено в п. 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 21 от 22.06.2006 «О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров с участием государственных и муниципальных учреждений, связанных с применением статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации», в случае предъявления кредитором требования о применении к учреждению мер ответственности за нарушение денежного обязательства суду при применении статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что отсутствие у учреждения находящихся в его распоряжении денежных средств само по себе нельзя расценивать как принятие им всех мер для надлежащего исполнения обязательства с той степенью заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него по характеру обязательства и условиям оборота. Поэтому недофинансирование учреждения со стороны собственника его имущества само по себе не может служить обстоятельством, свидетельствующим об отсутствии вины учреждения, и, следовательно, основанием для освобождения его от ответственности на основании п. 1 ст. 401 Кодекса.

Учитывая изложенное, отсутствие бюджетного финансирования либо недофинансирование ответчика, который по статусу не вправе осуществлять предпринимательскую деятельность, а, следовательно, лишен иных источников доходов, может быть признано обстоятельством, свидетельствующим об отсутствии его вины в просрочке оплаты поставленной электрической энергии, лишь при представлении доказательств принятия всех необходимых мер для получения денежных средств.

Ответчик является учреждением, финансируемым из федерального бюджета, однако данное обстоятельство не меняет сущности гражданско-правовых отношений между сторонами, которые должны осуществляться на основе одного из основных принципов гражданского законодательства - равенства сторон.

Данная позиция также согласуется с правовыми позициями, содержащимися в пунктах 45, 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

Ответчик является юридическим лицом и самостоятельно отвечает по своим обязательствам; действующее законодательство не предусматривает условие об источнике финансирования в качестве причины для изменения условий контракта о сроках оплаты стоимости потребленной электрической энергии.

Иное толкование порядка обращения взыскания по долгам бюджетного учреждения противоречило бы принципам равенства участников гражданско - правовых отношений, свободы договора, беспрепятственного осуществления гражданских прав, закрепленным в ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Положения бюджетного законодательства об исполнении государственных контрактов в пределах лимитов бюджетных обязательств, превышение лимитов бюджетного финансирования, как и отсутствие финансирования не освобождает абонента от исполнения обязательства по оплате фактически принятого количества электроэнергии надлежащим образом (статья 544 ГК РФ).

Особый порядок заключения государственных контрактов энергоснабжения не может являться основанием для освобождения государственного учреждения от обязанности оплатить фактически потребленный им объем ресурса и, следовательно, не является основанием для освобождения от ответственности на основании пункта 1 статьи 401 ГК РФ (пункт 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2006 №21), а также применения ст. 333 ГК РФ в отсутствие доказательств несоразмерности неустойки.

В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения.

На основании пункта 1 статьи 332 ГК РФ кредитор вправе требовать уплаты неустойки, определенной законом (законной неустойки), независимо от того, предусмотрена ли обязанность ее уплаты соглашением сторон.

Ответственность потребителей энергетических ресурсов за несвоевременную и (или) неполную оплату электроэнергии предусмотрена статьёй 37 Закона об электроэнергетике.

Абзацем 8 пункта 2 статьи 37 Закона об электроэнергетике предусмотрено, что потребитель или покупатель электрической энергии, несвоевременно и (или) не полностью оплатившие электрическую энергию гарантирующему поставщику, обязаны уплатить ему пени в размере одной стотридцатой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день фактической оплаты, от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки, начиная со следующего дня после дня наступления установленного срока оплаты по день фактической оплаты.

Из положений абзаца 8 пункта 2 статьи 37 Закона об электроэнергетике следует, что предусмотренная данным пунктом неустойка подлежит начислению за нарушение срока оплаты переданной электрической энергии, объем которой к моменту наступления этого срока определен.

В соответствии с пунктами 40, 44, 65 (1), 79 Основных положений № 442 поставка электроэнергии разбивается на расчетные периоды, равные одному месяцу. Определение объема взаимных обязательств энергоснабжающей организации и потребителя электроэнергии (в том числе объема поставленной электроэнергии и, как следствие, ее стоимости) осуществляется по итогам каждого расчетного периода.

Нормативный порядок расчетов за электроэнергию, поставляемую гарантирующим поставщиком (энергоснабжающей организацией), предусматривает два промежуточных платежа до 10-го и до 25-го числа расчетного месяца (то есть месяца, в котором осуществляется поставка), и окончательный платеж до 18-го числа месяца, следующего за расчетным.

При этом фактически поставленный объем определяется за расчетный период и оплачивается до 18-го числа месяца, следующего за расчетным (пункты 82, 83, 136 Основных положений № 442).

Соответственно, для целей расчетов юридический факт передачи энергии как товара возникает по окончании расчетного периода в момент фиксации объема поставки.

Факт поставки электроэнергии ни к 10-му, ни к 25-му числу не подлежит фиксации, а обязанность покупателя оплатить предварительный платеж, исчисленный от ориентировочного объема поставляемой электроэнергии за текущий месяц, не корреспондирует обязанности поставщика электроэнергии поставить к этой дате определенное ее количество (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.10.2016 № 305-ЭС16-8210).

Исходя из положений статей 1, 421 ГК РФ, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

Неустойка может быть установлена сторонами договора за нарушение исполнения любого обязательства, что следует из правовых позиций Высших судов (Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, высказанных в постановлениях от 13.10.2011№N 5531/11, от 12.02.2013 № 13585/12, от 08.04.2014 № 16973/13, от 09.07.2013 № 1488/13, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.08.2016 № 305-ЭС16-4576).

Положениями ГК РФ и законодательства в сфере энергоснабжения не ограничено право энергоснабжающей организации начислять неустойку за нарушение потребителем сроков промежуточных платежей при наличии об этом соответствующего условия в договоре энергоснабжения.

Поскольку Федеральный закон от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» не устанавливает неустойку за нарушение промежуточных сроков оплаты ресурсов, то при рассмотрении настоящего спора обстоятельством, подлежащим установлению судом по настоящему делу, является факт согласования сторонами в договоре условия о начислении неустойки за просрочку оплаты авансовых (промежуточных) платежей.

При этом в договоре (контракте) установление неустойки возможно в любом согласованном сторонами размере, исчисление такой договорной неустойки за нарушение промежуточных платежей может не зависеть от стоимости энергии, переданной именно в этот расчетный период, а основываться, например, на аналогичных величинах прошлого месяца или содержать иную формулу расчета неустойки, согласованную сторонами (пункт 4 статьи 421 ГК РФ).

Условиями договора стороны могут предусмотреть начисление неустойки и за просрочку внесения авансовых платежей (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.08.2016 N 305-ЭС16-4576).

В соответствии с частью 1 статьи 431 ГК РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Поскольку данное условие касается юридической ответственности, его содержание должно определенно указывать на признаки состава правонарушения и не допускать двоякого толкования. В противном случае спорное условие должно толковаться в пользу лица, привлекаемого к ответственности, в том числе и потому, что противоположная сторона, как правило, является профессиональным участником рынка энергоснабжения и подготавливает проект договора (пункт 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах»).

Неустойка является мерой ответственности и направлена на компенсацию возможных потерь кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением другой стороной своего обязательства.

В данном случае пунктом 6.1.5 контрактов предусмотрено право истца по начислению пеней в случае нарушения сроков оплаты по каждому из платежей, указанному в пункте 5.8 контрактов.

Оценив условия заключенных контрактов, суд пришел к верному выводу о том, что из буквального значения слов и выражений, содержащихся в пунктах контракта, предусматривающих сроки исполнения обязательств по оплате электроэнергии и ответственность за нарушение обязательств, следует, что стороны согласовали ответственность за нарушение сроков внесения промежуточных (авансовых) платежей, в связи с чем, начисление пени возможно не только на окончательный платеж, но и на промежуточные платежи.

Также, суд отметил, что истец частично согласился с доводами ответчика в части начисления пени на промежуточный счет №2 за январь 2019, промежуточный счет №1, 2 за июнь 2019, промежуточный счет № 1 за июль 2019, в связи с чем, расчет был скорректирован, уменьшен.

Доводы подателя апелляционной жалобы о заключении контракта с 13.08.2019, после размещения в ЕИС, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, учитывая, что между сторонами сложились длящиеся и непрерывного характера отношения по поставке электрической энергии. Оценив представленные в материалы дела документы, принимая во внимание условия контрактов о периодах их действия, суд установил, что контракт 2019 года № 322 заключен 18.07.2019 (получение акцепта истцом). С учетом фактических обстоятельств настоящего спора, в уточненные истцом спорные периоды вопреки позиции апеллянта между сторонами имелось письменное соглашение о неустойке на промежуточные платежи.

Судом применительно к спорной дате заключения контракта №322 от 22.05.2019 также учтено, что в данном случае договор энергоснабжения заключается с единственным гарантирующим поставщиком, в соответствии с частью 15 статьи 34 ФЗ № 44 в таких случаях контракт может быть заключен в любой форме, предусмотренной ГК РФ для совершения сделок. Более того, согласно позиции Президиума ВС РФ от 19 октября 2016 г. №3 (2016), изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ, положения Закона об электроэнергетике носят специальный характер по отношению к Закону о контрактной системе. Указанная позиция по применению законодательства отражена и в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2017 № 304-ЭС16-17144.

Расчет неустойки судом проверен, соответствует требованиям Закона об электроэнергетике, условиям контрактов, а также разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 3 (2016), утвержденном Президиумом Верховного суда РФ 19.10.2016 (вопрос № 1), и разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденных Президиумом Верховного Суда РФ 28.06.2017 (пункт 39), о том, что положения Закона об электроэнергетике в редакции Закона № 307-ФЗ носят специальный характер по отношению к Закону о контрактной системе и при расчете неустойки необходимо руководствоваться положениями законодательства об энергоснабжении. Расчет произведен исходя из ставок, действовавших на день оплаты задолженности.

С учетом изложенного, требование истца о взыскании пеней за нарушение сроков оплаты электроэнергии, в том числе сроков внесения авансовых платежей, является правомерным.

Учитывая, что факт наличия просрочки подтвержден материалами дела, доказательств, подтверждающих своевременность исполнения обязательств по оплате ответчиком не представлено, требование о взыскании пеней является правомерным.

Доводы апеллянта о необходимости снижения размера неустойки в соответствии со статьей 333 ГК РФ суд апелляционной инстанции отклоняет ввиду следующего.

Как следует из положений статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформировавшейся при осуществлении конституционно-правового толкования статьи 333 Кодекса, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе и направленных против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки. Данной правовой нормой предусмотрена обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О).

Как разъясняется в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7), бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Кроме того, с учетом изложенных выше правовых норм и по смыслу статьи 333 ГК РФ уменьшение размера неустойки является правом, а не обязанностью суда.

Таким образом, степень соразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

Как следует из правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 16.06.2009 г. № 985-О-О, от 09.11.2010 г. № 1434-О-О, любое оценочное понятие наполняется содержанием в зависимости от фактических обстоятельств конкретного дела и с учетом толкования этих законодательных терминов в правоприменительной практике.

Решение вопроса о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства производится на основании имеющихся в деле материалов и конкретных обстоятельств дела.

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), (п. 75 Постановления № 7 Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» от 24.03.2016).

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что взыскиваемая неустойка соответствует нарушенному ответчиком обязательству, а признаков считать ее необоснованно (чрезмерно) завышенной, несоразмерной или необоснованной не усматривается.

Кроме того, размер пени за нарушение сроков оплаты ресурса установлен на законодательном уровне, и, соответственно, является экономически обоснованным и обеспечивающим выплату поставщику такой компенсации ее потерь, которая адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Доказательства чрезмерности начисленной истцом неустойки и доказательств наличия оснований для снижения неустойки, ответчиком в материалы дела не представлены.

Довод ответчика о том, что размер неустойки является завышенным, сам по себе о несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства не свидетельствует и основанием для ее уменьшения не является.

Поскольку учреждением не доказан факт явной несоразмерности суммы пени последствиям нарушения обязательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для снижения предъявленного ко взысканию размера неустойки в соответствии со ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем в удовлетворении ходатайства ответчика о снижении размера неустойки отказано правомерно.

Материалы дела не свидетельствуют о получении кредитором (истцом) необоснованной выгоды при взыскании заявленной суммы неустойки, рассчитанной в соответствии с условиями договоров, доказательств тому не представлено. Доказательств совершения истцом действий, направленных на причинение вреда другому лицу, а также злоупотребления со стороны истца имеющимся у него правом, материалы дела также не содержат.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в полном объеме.

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции установил, что в ней отсутствуют ссылки на факты, которые не были бы предметом рассмотрения суда первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу, в связи с чем признаются несостоятельными.

Принятое арбитражным судом первой инстанции решение является законным и обоснованным, судом полно и всесторонне исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства, им дана правильная оценка, нарушений норм материального и процессуального права не допущено. Оснований для отмены решения суда первой инстанции, установленных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а равно принятия доводов апелляционной жалобы у суда апелляционной инстанции не имеется.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

решение от 02 марта 2022 года Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-12904/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу федерального государственного казенного образовательного учреждения высшего образования «Барнаульский юридический институт Министерства внутренних дел Российской Федерации» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края.



Председательствующий


ФИО1


Судьи



ФИО2




ФИО3