Постановление от 8 октября 2019 г. по делу № А41-10013/2018

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-15153/2019

Дело № А41-10013/18
09 октября 2019 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 03 октября 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме 09 октября 2019 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Терешина А.В.,

судей Гараевой Н.Я., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2: ФИО3 ( доверенность № 78 АБ 6848796 от 19.04.2019 г);

от остальных лиц, участвующих в деле, не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 25.06.2019 по делу № А41-10013/18,

по требованию ФИО2 о включении задолженности в реестр требований кредиторов ООО "ДУБРАВА" в рамках дела №А41-10013/18 о банкротстве ООО "ДУБРАВА",

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Московской области в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Дубрава» с заявлением о включении в четвертую очередь реестра требований кредиторов должника - ООО «Дубрава», требования ФИО2 в размере 19 930 547 руб. 92 коп. (из них основной долг 15 000 000 руб., проценты 4 930 547 руб. 92 коп.).

Определением Арбитражного суда Московской области от 25.06.2019 по делу №А41-10013/18 во включении требования кредитора ФИО2 в реестр требований кредиторов должника ООО «ДУБРАВА» было отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Московской области от 25.06.2019 по делу №А41-10013/18 отменить, принять по делу новый судебный акт.

Заявитель апелляционной жалобы считает вынесенный судом первой инстанции судебный акт незаконным и необоснованным.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Московской области, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257 - 262, 266, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не нашел оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) закреплено, что дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

20.10.2015 между индивидуальным предпринимателем ФИО2 (заимодавец) и ООО «Дубрава» (заемщик) был заключен договор процентного займа №. Д-05-16, в соответствии с которым индивидуальный предприниматель ФИО2 был предоставлен ООО «Дубрава» заём на сумму 20 000 000 руб. под 16 % годовых, на срок до 31.12.2020.

Впоследствии к договору займа были заключены дополнительные соглашения: в соответствии с дополнительным соглашением от 31.12.2015, процентная ставка с 01.01.2016 установлена 18%; в соответствии с дополнительным соглашением от 29.12.2017, процентная ставка с 01.01.2018 установлена 14 %.

Сумма займа в размере 20 000 000 руб. была перечислена индивидуальному предпринимателю ФИО2 на расчетный счет ООО «Дубрава» с вкладов на счете в АКБ «РосЕвроБанк» (лицевой счет №42301810680000000431), путем перевода денежных средств со вкладов на расчетный счет № <***> (расчетный счет с которого осуществлялась выдача займа ООО «Дубрава») в филиале № 7806 Банка ВТБ (ПАО). Данные денежные средства для выдачи займа были получены ФИО2 при заключении соглашения о разделе имущества между супругами № 77 АА 7415186 от 12.09.2012 в общей сумме 30 000 000 руб.

Денежные средства, полученные ООО «Дубрава» по договору займа от 20.10.2015 поступили на счет ООО «Дубрава» и были использованы ООО «Дубрава» для ведения хозяйственной деятельности, в том числе для строительства жилого комплекса, выплаты заработной платы сотрудникам, уплаты налоговых платежей, погашения кредитной задолженности и т.д.

Впоследствии со стороны ООО «Дубрава» был произведен частичный возврат суммы займа и процентов, полагающихся уплате по договору займа.

01.10.2018 ООО «Дубрава» перечислило индивидуальному предпринимателю ФИО2 денежные средства в размере 5 000 000 руб. в счет возврата суммы займа по договору займа от 20.10.2015.

25.10.2018 ООО «Дубрава» перечислило индивидуальному предпринимателю ФИО2 денежные средства в размере 5 000 000 руб. в счет возврата процентов по договору займа от 20.10.2015.

Менее чем через месяц решением Арбитражного суда Московской области от 16.11.2018 (дело №А41-10013/18) ООО «Дубрава» признано несостоятельным (банкротом), в отношении ООО «Дубрава» открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО4

Вместе с тем, согласно выписке из ЕГРЮЛ на ООО «Дубрава» ФИО2 является участником ООО «Дубрава» (доля 50% в уставном капитале). Кроме того, ФИО2 в ООО «Дубрава» занимала должность заместителя генерального директора.

Согласно абзацу 8 статьи 2 Закона о банкротстве конкурсными кредиторами признаются кредиторы по денежным обязательствам (за исключением уполномоченных органов, граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, имеет обязательства по выплате компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренной Градостроительным кодексом Российской Федерации (компенсации сверх возмещения вреда, причиненного в результате разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения), вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия).

Из смысла абзаца 8 статьи 2 Закона о банкротстве следует, что из числа конкурсных кредиторов исключены учредители (участники) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов (определение Верховного суда Российской Федерации № 308-ЭС 17-1556(2) от 06.07.2017 по делу № А32- 19056/2014).

Таким образом, риск отрицательных последствий, связанных с деятельностью юридического лица, несут его учредители (участники).

Следствием предусмотренной законодателем презумпции ответственности учредителей (участников) должника перед кредиторами, в том числе, и принадлежащим им имуществом, является отсутствие права учредителей (участников) на предъявление своих требований к кредитору для включения их в реестр на общих основаниях, то есть наравне с другими кредиторами, в силу особенности своего правового статуса по отношению к должнику, обусловленного возможностью влияния на процесс осуществления должником хозяйственной деятельности, окончившейся возбуждением в отношении должника процедуры банкротства, в отличие от обычных кредиторов, у которых такие возможности отсутствуют, ответственности за деятельность должника они не несут, а следовательно, их интересы должны быть удовлетворены в процедуре банкротства в максимально полном объеме.

Лица, чьи требования вытекают из корпоративных отношений участия в обществе-должнике, не вправе требовать включения в реестр кредитором.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр (определение Верховного суда Российской Федерации № 308-ЭС17-1556(2) от 06.07.2017 по делу № А32-19056/2014).

Таким образом, даже если исходить из предположения о реальности договора займа № Д-05-16 от 20.10.2015, такие отношения должника и ФИО2 обусловлены внутрикорпоративными правоотношениями общества. Указанные действия следует расценивать как действия, совершенные в рамках правоотношений между участником и обществом по управлению последним, следовательно, они не могут расцениваться как отношения сторон в процессе исполнения обязательств по гражданско-правовой сделке и, как следствие, не подлежать включению в реестр требований кредиторов ООО «Дубрава».

Конкурсный управляющий должника также указал, что условия займа носят нерыночный характер - заём выдан на значительный срок (до 31.12.2020), в отсутствие обеспечения, отсутствуют санкции за просрочку исполнения требования со стороны должника; источники предоставления денежных средств - проводки денежных средств носят транзитный характер.

Деньги, выданные должнику, получены от него же: платежным поручением № 36 от 13.05.2015 должник перечислил в пользу ФИО2 денежные средства в сумме 10 007 640 руб. 69 коп. с назначением платежа «Дивиденды согласно Протокола № 01/2015 от 01.05.2015».

Таким образом, конкурсный управляющий настаивал на том, что заявитель переданные должнику денежные средства ранее получила от должника в качестве дивидендов. Заявитель пояснила суду, что полученные от должника в качестве дивидендов денежные средства были ею потрачены на приобретение автомобиля, однако, в судебном заседании ни заявитель, ни ее представитель не смогли указать на представленные в материалы дела доказательства, которые подтверждали бы приведенный довод.

Распределение прибыли в пользу участника и последующее предоставление должнику финансирования за счет этой прибыли свидетельствует об искусственном кругообороте денежных средств и позволяет сделать вывод о злоупотреблении участником своими правами во вред остальным кредиторам и заемных сделок.

Верховный суд Российской Федерации в определении от 06.07.2017 № 308- ЭС17-1556 (2) по делу № А32-19056/2014 указал, что если распределение между участниками прибыли приводит к невозможности дальнейшего ведения хозяйственной деятельности ввиду недостаточности оборотных денежных средств, то предоставление должнику обратного финансирования в форме займов должно квалифицироваться в качестве обязательства, вытекающего из факта участия, и влечет отказ во включении в реестр требования по возврату суммы займа.

Принимая во внимание установленные обстоятельства дела и исследованные доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что требования заявителя удовлетворению не подлежат, поскольку таковые вытекают из корпоративных отношений, переданные заявителем должнику денежные средства ранее были получены от нуждающегося в финансировании должника в виде дивидендов и получены должником обратно на условии начисления и выплаты соответствующих процентов, соответствующая задолженность длительное время должником не погашалась, часть денежных средств была выведена со счетов должника в преддверии введения в отношении должника конкурсного производства, а не погашения имевшейся у должника задолженности.

В свою очередь, доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, а в апелляционной инстанции могли бы повлиять на законность и обоснованность принятого судебного акта.

Исследовав и оценив в совокупности в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд считает, что судом первой инстанции дана надлежащая правовая оценка установленным обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, а потому оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены определения, апелляционным судом не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 25.06.2019 по делу №А41-10013/18 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в месячный срок со дня его принятия. Подача жалобы осуществляется через Арбитражный суд Московской области.

Председательствующий cудья

А.В.Терешин

Судьи

Н.Я.Гараева

В.П.Мизяк