Постановление от 25 октября 2024 г. по делу № А60-69037/2021

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-3315/2023(3)-АК

Дело № А60-69037/2021
25 октября 2024 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 14 октября 2024 года.


Постановление в полном объеме изготовлено 25 октября 2024 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Нилоговой Т.С.,

судей Зарифуллиной Л.М., Устюговой Т.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Сыровой О.С.,

при участии:

от должника ФИО1: ФИО2 (доверенность от 22.03.2024, паспорт),

в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора Банка ВТБ (публичного акционерного общества)

на определение Арбитражного суд Свердловской области

от 16 июля 2024 года

о завершении процедуры реализации имущества гражданина и применении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств,

вынесенное в рамках дела № А60-69037/2021

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1 (ИНН <***>)

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.01.2022 принято к производству заявление Банка ВТБ (публичного акционерного общества) (далее – общество «Банк ВТБ», Банк) о признании ФИО1 (далее – ФИО1, должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 22.02.2022 (резолютивная часть от 15.02.2022) ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим для участия в процедуре реализации имущества утвержден ФИО3 (далее – ФИО3), член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа».

Определением Арбитражного ссуда Свердловской области от 26.12.2022 (резолютивная часть от 13.12.2022) ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника, финансовым управляющим утвержден ФИО4 (далее – ФИО4), член ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

Срок процедуры реализации имущества должника неоднократно продлевался и в совокупности был продлен до 06.06.2024.

06.06.2024 в арбитражный суд поступило ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества должника с неприменением к нему правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

От должника ФИО1 также поступило ходатайство о завершении процедуры реализации имущества с применением к нему правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

От кредитора общества «Банк ВТБ» поступило ходатайство о неприменении в отношении должника правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

Определением Арбитражного ссуда Свердловской области от 16.07.2024 (резолютивная часть от 10.07.2024) процедура реализации имущества в отношении ФИО1 завершена с применением в отношении должника положений пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон) об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, за исключением обязательств, поименованных в пунктах 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Не согласившись с принятым судебным актом в части применения к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств перед Банком, общество «Банк ВТБ» обратилось с апелляционной жалобой, по доводам которой просит определение суда в обжалуемой части отменить.

В обоснование апелляционной жалобы указывает на отсутствие оснований для освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед Банком, поскольку должник уклонялся от погашения кредиторской задолженности, в ходе процедуры банкротства не сотрудничал с финансовым управляющим и судом, действовал недобросовестно. Позиция должника, поддержанная судом, о его неосведомленности о наличии в отношении него процедуры банкротства является несостоятельной, надлежащими доказательствами со стороны должника не подтверждена, вся корреспонденция, в том числе судебная, направлялась по адресу должника, сведения о банкротстве были опубликованы в открытых источниках. Кроме того, должник не способствовал проведению процедуры банкротства, поскольку им не была раскрыта информация о фактическом месте его проживания, в связи с чем, можно предположить, что должник продолжает проживать по месту регистрации в жилом доме, принадлежащем бывшей супруге должника. Доступ финансового управляющего по месту регистрации должника обеспечен не был. Кроме того, опровергая позицию суда, Банк указывает, что поручитель несет солидарную ответственность по неисполненным обязательствам наравне с основным должником. Обстоятельства того, что Банк, являясь профессиональным участником кредитного рынка, не лишен возможности проводить проверку поручителя, не должны квалифицироваться в пользу должника и оправдывать неисполнением им принятых на себя обязательств перед кредитной организацией. В настоящем деле о банкротстве поведение должника не соответствует критериям добросовестности, соответственно, у суда не имелось оснований для применения положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

До судебного заседания от ФИО1 поступил письменный отзыв, согласно которому должник возражает против удовлетворения апелляционной жалобы, ссылаясь на законность, обоснованность обжалуемого судебного акта и правомерность выводов суда.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание суда апелляционной инстанции явку своих представителей не обеспечили, что в соответствии части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не препятствует рассмотрению жалобы.

Принимая во внимание положения части 5 статьи 268 АПК РФ, пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», а также учитывая отсутствие соответствующих возражений со стороны участвующих в деле лиц, законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверяется судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ только в обжалуемой части (в части освобождения должника от исполнения обязательств перед обществом «Банк ВТБ»), в пределах доводов апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, финансовым управляющим в материалы дела представлен отчет о проведении процедуры реализации имущества гражданина с приложением документов, предусмотренных Законом о банкротстве, из которого следует, что в ходе проведения процедуры реализации имущества должника им проведены следующие мероприятия: проведен анализ финансово-экономического состояния должника, по результатам которого сделаны выводы о невозможности восстановления платежеспособности должника; сделаны выводы об отсутствии признаков фиктивного и преднамеренного банкротства гражданина; предприняты меры по выявлению, формированию, оценке и реализации конкурсной массы, представлено заключение о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок должника.

За время процедуры банкротства гражданина финансовым управляющим направлены уведомления и запросы об имуществе и обязательствах должника в государственные органы и кредитные организации, получены ответы, приняты меры по выявлению, формированию, оценке и реализации конкурсной массы.

Установлено, что должник в официально зарегистрированном браке не состоит, на иждивении имеет несовершеннолетнего ребенка. Должник официально не трудоустроен, не является индивидуальным предпринимателем, не является получателем пенсии и иных социальных выплат.

Общий размер требований, включенных в реестр требований кредиторов должника, составляет 171 354 311 руб. 42 коп. Общий размер удовлетворенных требований кредиторов составляет 0,00 руб.

В ходе процедуры реализации, финансовым управляющим было реализовано имущество должника ФИО1: ружье марки ИЖ-27М, №032710775, калибра 12*76, цена реализации составила 20 000 руб. Денежные средства, поступившие от реализации имущества, направлены на погашение текущих расходов и частичное погашение фиксированного вознаграждения финансового управляющего.

Согласно ходатайству финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества должника все возможные мероприятия реализации имущества должника окончены, восстановление платежеспособности должника, расчет с кредиторами невозможны. Дальнейшие мероприятия, которые могли бы привести к пополнению конкурсной массы, отсутствуют.

В ходе рассмотрения ходатайства финансового управляющего должника о завершении процедуры реализации имущества гражданина финансовый управляющий и кредитор общество «Банк ВТБ» настаивали на отсутствии оснований для применения к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств в части обязательств перед Банком, ссылаясь на недобросовестность поведения должника.

Завершая процедуру реализации, суд первой инстанции исходил из того, что из представленного в суд отчета и приложений к нему видно, что в ходе процедуры реализации имущества гражданина управляющим выполнены необходимые действия, предусмотренные статьями 213.27, 213.28 Закона о банкротстве, основания для продления процедуры банкротства, не установлены. В свою очередь, поскольку анализ финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил, обстоятельств сокрытия или уничтожения принадлежащего должнику имущества, равно как сообщение им недостоверных сведений финансовому управляющему, совершения действий, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, не установлено, доказательств противоправности поведения должника как при принятии на себя обязательств, так и при проведении процедур банкротства, в том числе злостного уклонения от погашения своих обязательств либо предоставления заведомо ложных сведений, не представлено, суд, исходя из социально-реабилитационной направленности института потребительского банкротства, применил в отношении должника положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от исполнения обязательств, за исключением обязательств, поименованных в пунктах 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Судебный акт в части завершения процедуры реализации имущества ФИО1, а также в части освобождения от исполнения обязательств перед иными кредиторами, лицами, участвующими в деле, не обжалуется и судом апелляционной инстанции в соответствующей части не пересматривается.

Предметом апелляционного обжалования является вопрос об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед обществом «Банк ВТБ».

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции усматривает основания для отмены обжалуемого судебного акта в обжалуемой части, в силу следующих обстоятельств.

Согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, заявленных в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, за исключением требований, предусмотренных пунктами 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Из разъяснений, данных в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 13.10.2015 №45), следует, что согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в данном абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац 5 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, пункт 45 постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 №45).

В пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве определен перечень обстоятельств, при установлении которых суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств. В частности, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Данная позиция также отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2017 №304-ЭС17-76.

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17, 18 статьи 2 и статьи 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (статьи 138, 139 АПК РФ, абзаца 19 статьи 2, статьи 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 №45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное) суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

С учетом изложенного, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

Судебной практикой выработаны критерии, позволяющие разграничить злостное уклонение от погашения задолженности, заключающееся в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения своих дел или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник умышленно скрывает свои доходы и имущество, на которое может быть обращено взыскание, совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки, с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором, изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора, противодействует приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству, несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни (соответствующий подход изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 по делу №310-ЭС20-6956).

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе дать пояснения и представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении вопроса о возможности применения правил об освобождении ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств фактические обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, полно и всесторонне исследованы представленные доказательства.

Обстоятельства по настоящему делу свидетельствуют об отсутствии злостных признаков уклонения должника от исполнения обязательств.

Основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, что в определенной степени ущемляет права кредиторов должника. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

При этом отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Доказательств, объективно свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, что являлось бы основанием для неприменения в отношении должника правил об освобождении от долгов, заявителем не представлено. Злостное уклонение должника от исполнения обязательств материалами дела не подтверждено (статьи 9, 65 АПК РФ). Апелляционным судом соответствующие обстоятельства также не установлены.

Согласно представленной в материалы дела справке Межрайонного отдела по исполнению особых исполнительных производств УФССП по Свердловской области от 14.12.2012 по сводному исполнительному производству №14506/12/62/66-СД в отношении должника на момент обращения в арбитражный суд кредитора общества «Банк ВТБ» с заявлением о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом) какое-либо имущество и денежные средства, за счет которых может быть погашена задолженность, отсутствовали.

Представленные финансовым управляющим документы подтверждают, что финансовое положение должника свидетельствует об объективной невозможности погасить имеющуюся кредиторскую задолженность.

При изложенных обстоятельствах наличие в данном случае совокупности условий для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств не доказано.

При этом, если обстоятельства, указанные в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, будут выявлены после завершения реализации имущества должника, определения о завершении реализации имущества гражданина, в том числе в части освобождения должника от обязательств, может быть пересмотрено судом, рассматривающем дело о банкротстве должника, по заявлению конкурсного кредитора, уполномоченного органа или финансового управляющего.

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая отсутствие в поведении должника цели неправомерного освобождения его от долгов, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для применения к ФИО1 реабилитационной процедуры, предоставляющей возможность восстановления платежеспособности гражданина-должника путем освобождения от долгов.

Согласно доводам апелляционной жалобы кредитор общество «Банк ВТБ» в обоснование позиции об отсутствии оснований для применения в отношении должника положений об освобождении от обязательств ссылается, в числе прочего, на непредставление должником информации об имущественном положении и фактическом месте жительства, на неисполнение должником требований суда об обеспечении допуска управляющего в жилое помещение по месту прописки должника, непроявление сотрудничества должника с финансовым управляющим и судом, что в совокупности свидетельствует о его недобросовестности.

Вопреки приведенной в апелляционной жалобе позиции, суд апелляционной инстанции принимает во внимание следующие обстоятельства, установленные судом первой инстанции.

Из пояснений должника судом установлено, что о возбуждении в отношении него дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 стало известно только в середине марта 2024 года. Указанные обстоятельства не опровергнуты.

Возражая против данных обстоятельств, кредитор не представил доказательств, достоверно подтверждающих факт того, что должник был ранее осведомлен об обращении Банка в арбитражный суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом) и возбуждении в отношении него настоящего дела, в том числе суду апелляционной инстанции.

Именно с неосведомленностью ФИО1 было связано несвоевременное исполнение им определения Арбитражного суда Свердловской области от 23.06.2022, которым суд обязал должника передать в адрес финансового управляющего ФИО3 документы и сведения.

Как установил суд, в связи с тем, что должник узнал о возбуждении в отношении него дела о несостоятельности (банкротстве) только в середине марта 2024 года, указанное определение суда исполнено им 23.04.2024, о чем в материалах дела имеются надлежащие доказательства (идентификаторы почтовых отправлений 62000089035382,62000089035375). Данные почтовые уведомления получены финансовым управляющим ФИО4 11.05.2024.

Указанный должником период осведомленности о деле соответствует периоду ознакомления с материалами дела о банкротстве его представителя- 22.03.2024 (л.д.8 т.3).

В период процедуры реализации имущества финансовым управляющим было выявлено имущество должника – ружье марки ИЖ-27М, № 032710775, калибра 12*76, которое в соответствии с утвержденным судом Положением о порядке, об условиях и о сроках реализации имущества (определение суда от 14.03.2024) реализовано управляющим на публичных торгах по цене 20 000 руб., с направлением денежных средств на погашение текущих расходов в деле о банкротстве и частичное погашение вознаграждения финансового управляющего.

В отношении данного имущества, из пояснений должника суд установил, что ружье марки ИЖ-27М, № 032710775, калибра 12*76 с 01.03.2021 находилось на хранении на объединенном складе вооружения и материально-технического имущества ФКУ «ЦХиСО» ГУ МВД России по Свердловской области, в связи с чем, у должника отсутствовала возможность передать его финансовому управляющему. В подтверждение приведенных обстоятельств должником представлен ответ от ГУ МВД России по Свердловской области от 26.01.2024 №18/219, а также приемный акт от 01.03.2021 №154.

Соответственно, непередача имущества финансовому управляющему не может расцениваться как препятствие к проведению процедуры банкротства и деятельности финансового управляющего.

Вопреки позиции Банка со ссылками на обстоятельства возникновения задолженности перед ним, включенной в реестр кредиторов должника, приведенные обстоятельства не могут являться достаточными для неприменения к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств.

Как установлено судом и следует из материалов дела, включенная в реестр задолженность ФИО1 перед обществом «Банк ВТБ», возникла из договоров поручительства от 08.02.2011 №ДП1-728000/2011/00041, от 09.02.2011 №ДП1-728000/2011/00042, заключенных должником с Банком в обеспечение исполнения обязательств основного заемщика – закрытого акционерного общества «ДЭЛС» (далее – общество «ДЭЛС») по кредитным соглашениям от 08.02.2011 №КЛ3-728000/2011/00041, от 09.02.2011 №КЛЗ-728000/2011/00042, от 29.06.2010 №5623924-001.

Наличие и размер прав требований общества «Банк ВТБ» к ФИО1 подтверждены решением Верх-Исетского районного суда г.Екатеринбурга от 20.04.2012, оставленным без изменения апелляционным определением Свердловского областного суда от 30.08.2012.

По аналогичным основаниям возникла задолженность ФИО1 перед публичным акционерным обществом Банк «Финансовая корпорация Открытие» (далее – общество «ФК Открытие») – договор поручительства №5623924-001/2, заключенный в обеспечение исполнения обязательств общества «ДЭЛС» по кредитному договору от 29.06.2010 №5623924-001.

Наличие и размер прав требований общества «ФК Открытие» к ФИО1 подтверждены решением Ленинского районного суда г.Екатеринбурга от 05.06.2012 по делу №2-36/2012.

Доказательств недобросовестности действий должника при получении основным заемщиком кредита, а также при предоставлении поручительства в материалы дела не представлено.

При этом следует отметить, что Банк имел широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина при заключении с ним договоров поручительства с получением сведений о его имущественном и социальном положении.

Принятие должником на себя заведомо неисполнимых обязательств по договорам поручительства, о создании риска наступления неблагоприятных последствий в случае предъявления ему требований кредиторами по заключенным договорам поручительства, не влекут отказ в освобождении гражданина от обязательств.

По смыслу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве принятие на себя непосильных долговых обязательств, ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов, поскольку свидетельствует о неразумности, а не о недобросовестности поведения физического лица; из установленных по делу обстоятельств следует, что финансовая несостоятельность должника вызвана не субъективным фактором (деятельным нежеланием исполнять обязательства), а объективными причинами (снижение уровня доходов, необходимость несения новых, дополнительных расходов), что также позволяет апелляционному суду согласиться с выводами суда первой инстанции о добросовестности должника.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что предоставление поручительства само по себе не предполагает обязательного осуществления поручителем выплат по основному обязательству; при предоставлении поручительства поручитель вправе предполагать погашение задолженности самим должником, при том, что кредитное учреждение, заключая договор поручительства на значительную сумму с физическим лицом, должно осознавать значительные риски и предполагать предварительное получение информации о платежеспособности поручителя; доказательств того, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор (Банк) основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, предоставил кредитору заведомо ложные сведения, скрыл или умышленно уничтожил имущество, в материалы дела не представлено.

Банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности (платежеспособности) гражданина; заключая с должником договоры поручительства, Банк также не был лишен права проводить проверку поручителя для принятия соответствующего решения по вопросу о выдаче денежных средств основному должнику (заемщику); Банк, согласившись заключать договоры поручительства с должником в обеспечение обязательств основного заемщика, не может ссылаться на неразумные действия поручителя, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита в случае невозможности погашения заемщиком обязательств по кредитным договорам, в связи с чем, указанная ссылка кредитора не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Учитывая совокупность указанных обстоятельств, сложившуюся судебную практику, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии доказательств, свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам и не может быть квалифицировано в качестве противоправного поведения должника, направленного на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Более того, судом правомерно учтена позиция суда, изложенная в определении Арбитражного суда Свердловской области от 05.12.2014 по делу №А60-17873/2012, вынесенном в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества «ДЭЛС», в соответствии с которым суд констатировал отсутствие в поведении ФИО1, как бывшего руководителя общества, элементов, необходимых для привлечения его субсидиарной ответственности по обязательствам общества «ДЭЛС». Как заключил суд, материалами дела не подтверждены ни противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность, ни причинно-следственная связь между его поведением и неблагоприятными последствиями для кредиторов, то есть отсутствуют элементы, необходимые для возложения на ФИО1 субсидиарной ответственности по обязательствам общества «ДЭЛС».

Между тем, как указано ранее, отказ в освобождении должника от обязательств должен быть обусловлен его противоправным поведением, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Однако доказательств наличия обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении должника в ущерб кредиторам, материалы дела не содержат.

Отклоняя доводы кредитора со ссылкой на неисполнение должником обязанности по предоставлению доступа в жилое помещение по месту регистрации должника с целью проведения финансовым управляющим осмотра имущества и выявления имущества должника, апелляционная коллегия учитывает следующее.

Согласно адресной справке, предоставленной ГУ МВД России по Свердловской области, ФИО1 зарегистрирован по месту жительства с 15.02.2011 по адресу: <...> д.**, что сторонами не оспаривалось.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.08.2023 суд обязал должника ФИО1 предоставить финансовому управляющему доступ в жилой дом и на территорию земельного участка по адресу: <...> д.**.

На основании выданного судом исполнительного листа от 14.09.2023 серии ФС№043901694, 24.11.2023 возбуждено исполнительное производство №345254/23/66001-ИП; судебным приставом-исполнителем осуществлен выезд по месту регистрации должника, однако доступ не был обеспечен, пройти на территорию указанного жилого дома не представилось возможным.

При этом, из обстоятельств дела следует, что по результатам заключенного в период брака между должником и его бывшей супругой брачного договора от 16.06.2011 жилой дом, включая находящееся в нем имущество, а также земельный участок, расположенные по адресу: <...> д.**, принадлежат на праве собственности бывшей супруге должника ФИО5 Право собственности ФИО1 на данные объекты было прекращено 21.06.2011 (л.д.66 оборот, т.2).

На основании решения мирового судьи судебного участка №8 Верх- Исетского судебного района г.Екатеринбурга от 31.03.2016 брак между К-выми расторгнут, что также подтверждается свидетельством о расторжении брака от 21.06.2017.

Должник по указанному адресу не проживает. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

В целях исполнения определения суда от 14.08.2023 представителем должника в адрес ФИО5 направлен запрос о предоставлении доступа в жилой дом и на территорию земельного участка по адресу: <...> д. **.

Однако в своем ответе ФИО5 отказала в предоставлении доступа, указав, что данное имущество принадлежит на праве собственности исключительно ей, должник в нем не проживает.

Данные обстоятельства неоднократно исследовались судом и нашли свое подтверждение в судебных актах Верх-Истетского районного суда г Екатеринбурга от 15.08.2021 по делу №2-1849/2012, от 27.05.2016, от 02.03.2016 по делу №2-443/2016.

Соответственно, судом обоснованно учтено, что, не имея прав в отношении названного объекта недвижимости, должник не имел действительной и реальной возможности предоставить доступ в жилой дом и на земельный участок, в связи с чем, его бездействие в данной части также нельзя считать недобросовестным.

Какое-либо нарушение прав кредиторов, воспрепятствование проведению процедуры банкротства и деятельности финансового управляющего действия должника не повлекли.

Вопреки доводам апеллянта, признаков недобросовестности именно со стороны ФИО1, наличие у него умысла на причинение вреда кредиторам и совершение им противоправных действий судом не установлено.

Рассмотрев доводы и возражения участвующих в деле о банкротстве лиц, в том числе позицию финансового управляющего и кредитора, пояснения должника, оценив собранные по делу доказательства, проверив наличие оснований для освобождения должника от обязательств, учитывая, что надлежащие и достаточные доказательства, свидетельствующие о наличии предусмотренных действующим законодательством обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, отсутствуют, к уголовной (административной) ответственности за неправомерные действия при банкротстве должник не привлекался, факты представления должником финансовому управляющему недостоверных сведений не установлены, признаков преднамеренного и (или) фиктивного банкротства не установлено; сделок, подлежащих оспариванию не выявлено; обстоятельств, свидетельствующих о сокрытии должником своего имущественного или финансового положения, либо совершения им действий, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства не выявлено, какие-либо иные доказательства, свидетельствующие о наличии обстоятельств, являющихся основанием для неосвобождения должника от исполнения обязательств, не представлены, и доказательства того, что при возникновении или исполнении обязательств, на которых кредитор основывает свое требование в настоящем деле о банкротстве, должник действовал противоправно либо предоставил заведомо ложные сведения, обстоятельства, свидетельствующие об ином злоупотреблении должником своими правами и заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, также отсутствуют, суд пришел к обоснованным выводам о доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом наличия совокупности всех необходимых и достаточных оснований для освобождения ФИО1 по результатам процедуры банкротства от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, в то время как надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства и свидетельствующие о наличии оснований для неосвобождения должника от исполнения обязательств, не представлены.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на отсутствие оснований для освобождения ФИО1 от исполнения обязательств несостоятельна, поскольку судом при разрешении вопроса о завершении процедуры реализации имущества должника не установлено предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве оснований, являющихся препятствием к освобождению должника-гражданина от дальнейшего исполнения обязательств. Коллегия апелляционного суда отмечает, что доказательств недобросовестного поведения со стороны ФИО1, в том числе с апелляционной жалобой, представлено не было, поэтому оснований для переоценки выводов суда о наличии предусмотренных пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве оснований для освобождения ФИО1 от исполнения обязательств, не имеется.

Из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.10.2022 №307-ЭС22-12512 по делу №А05-11/202 следует, что принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела о банкротстве установленные судом первой инстанции факты не свидетельствуют об очевидном и явном отклонении действий должника, как участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Какие-либо доказательства наличия предусмотренных законом обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, отсутствуют, в то время как кредитор, приводя доводы об обратном, должным образом их не обосновывает.

В рассматриваемой ситуации суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии в поведении должника цели неправомерного освобождения от долгов и необходимости неприменения к нему реабилитационной процедуры предоставляющей возможность восстановления платежеспособности гражданина-должника путем освобождения от долгов.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, установленные по делу обстоятельства не опровергают и о недобросовестности поведения должника не свидетельствуют. По существу, основанием для обращения с апелляционной жалобой, явилось несогласие с принятым судом решением о принятии по результатам завершения процедуры банкротства правил об освобождении должника от долгов, что при отсутствии доказательств недобросовестности должника, не может являться основанием для отмены или изменения обжалуемого определения.

Какие-либо доказательства в опровержение выводов суда заявителем жалобы не представлены (статья 65 АПК РФ).

Таким образом, доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал материалы дела, дал им правильную оценку (с учетом их достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности, в соответствии со статьей 71 АПК РФ) и не допустил нарушения норм материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах оснований для отмены обжалуемого определения суда в обжалуемой части не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 16 июля 2024 года по делу № А60-69037/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


Т.С. Нилогова



Судьи



Л.М. Зарифуллина





Т.Н. Устюгова