Постановление от 30 января 2025 г. по делу № А60-46582/2023

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-12582/2023(3)-АК

Дело № А60-46582/2023
31 января 2025 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 27 января 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 31 января 2025 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Устюговой Т.Н.,

судей                                 Гладких Е.О., Саликовой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шляковой А.А.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1: ФИО2 (паспорт, доверенность от 17.12.2024, диплом), ФИО3, паспорт, доверенность  от 17.12.2024, диплом),

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее– АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 14 ноября 2024 года о признании недействительным договора купли-продажи от 16.06.2016 объектов недвижимости, заключенного между ФИО4 и ФИО1, применении последствий его недействительности,

вынесенное в рамках дела № А60-46582/2023 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО4 (ИНН <***>),

установил:

29.08.2023 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление общества с ограниченной возможностью «Строймастер» (далее – ООО «Строймастер») о признании ФИО4 (далее – ФИО4, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 05.09.2023 заявление ООО «Строймастер» о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом) принято к производству, возбуждено дело о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.10.2023 в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО5 (далее – ФИО5), член Ассоциации «Дальневосточная межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 26.02.2024 (резолютивная часть от 19.02.2024) ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, исполняющим обязанности финансового управляющего для участия в процедуре реализации имущества утвержден ФИО5

Определением от 22.04.2024 финансовым управляющим имущества ФИО4 утвержден ФИО6 (далее – ФИО6), член Союза арбитражных управляющих «Возрождение».

В арбитражный суд 09.04.2024 поступило заявление финансового управляющего ФИО5 о признании недействительным договора кули-продажи недвижимого имущества от 16.06.2016 (далее – договор купли-продажи), заключенного между ФИО4 и ФИО1 (далее – ФИО1, ответчик) и применении последствий его недействительности.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.11.2024 (резолютивная часть от 05.11.2024) требования удовлетворены, признан недействительным заключенный между ФИО4 и ФИО1 договор купли-продажи от 16.06.2016 объектов недвижимости: земельного участка с кадастровым номером:66:59:0201001:0062, местоположение: Свердловская область, г. Полевской, <...>; земельного участка с кадастровым номером: 66:59:0201001:0189, местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка, ориентир дом № 52, участок находится примерно в 14 м. по направлению на северо-запад от ориентира, почтовый адрес ориентира: Свердловская область, г. Полевской, <...>; земельного участка с кадастровым номером: 66:59:0201001:63, местоположение: Свердловская область, г. Полевской, <...>; жилого дома с кадастровым номером: 66:59:0201001:305, местоположение: Свердловская область, г. Полевской, <...> (далее– объекты недвижимости), применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО4 объектов недвижимости.  С ФИО1 в доход федерального бюджета взыскано     6 000 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО1 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить, вынести новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает на неправильное применение судом положений статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) ввиду того, что основания признания сделки недействительной (направленность действий должника и ответчика на уменьшение активов должника, преследовавшей цель вывести из собственности должника ликвидный актив с целью сокрытия данного имущества для избежания обращения на него взыскания в счет неисполненных обязанностей перед кредиторами) не выходят за пределы диспозиции статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). При этом, отмечает, что оспариваемый договор купли-продажи заключен за пределами трехлетнего периода подозрительности, установленного Законом о банкротстве. Полагает, что оснований для применения к спорным отношениям статьи 10 ГК РФ не имеется.

Апеллянт считает неправомерным вывод суда первой инстанции о наличии у должника на момент заключения договора от 16.06.2016 обязательств по долгам подконтрольных ему обществ, и осведомленности должника о наличии к нему требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Строймастер» (далее – ООО «Строймастер») и общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Преображение» (далее – ООО «СК «Преображение»). Отмечает, что до 20.02.2023 (даты принятия решения Арбитражным судом Свердловской области о взыскании с ФИО7 (далее – ФИО7) и ФИО4 в пользу ООО «Строймастер» в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Портал» денежных средств в размере в размере 15 134 984,99 руб. обязательства перед ООО «Строймастер» отсутствовали. Указывает также на отсутствие задолженности перед ООО «СК «Преображение» на момент заключения оспариваемой сделки, поскольку требование указанного кредитора к ФИО4 возникло 20.07.2020 на основании определения Арбитражного суда Свердловской области от 20.07.2020 по делу №А60-3147/2018, было установлено, что денежные средства перечислялись ФИО4 в качестве возвратов займов. Ссылается на то, что дело о банкротстве ООО «СК «Преображение» было возбуждено 26.01.2018, то есть позднее момента совершения оспариваемой сделки, тогда как на момент ее заключения ООО «СК «Преображение» не являлось банкротом, в связи с чем, у должника не было  и не могло возникнуть умысла на причинение вреда кредиторам ООО «СК «Преображение», ООО «Строймастер». По мнению апеллянта, правовые позиции, изложенные в пункте 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020, а также абзаце 3 пункта 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» не подлежат применению в настоящем обособленном споре, в связи с применением общих норм материального права. Ответчик настаивает на том, что оспариваемая сделка не подлежит признанию мнимой на основании положений пункта 1 статьи 170 ГК РФ в связи с тем, что воля ФИО4 была направлена на передачу имущества в собственность ФИО1, а воля ФИО1 – на то, чтобы принять имущество в собственность от должника, переход права был зарегистрирован в установленном законом порядке. Полагает, что факт наличия родственных отношений сам по себе не может свидетельствовать о мнимости сделки, так же как и обстоятельство того, что ФИО4 продолжал оплачивать коммунальные услуги. Считает, что указание адреса в процессуальных документах также не свидетельствует о том, что лицо является собственником недвижимости.

До начала судебного заседания от ФИО1 поступили письменные пояснения с ходатайством о приобщении к материалам дела дополнительных документов (фотоматериалы) в подтверждение доводов о пользовании объектом недвижимости на протяжении длительного периода времени как своим собственным имуществом. Отмечает также, что оплата по договору купли-продажи осуществлена наличными денежными средствами, заработанными ответчиком за период работы в США с 2012 по 2014 гг. По истечении столь длительного времени документов не сохранилось, доступ к данным федеральной налоговой службы США и банковским услугам банков США из России в настоящее время ограничен.

До начала судебного заседания от ФИО8 поступило ходатайство об отложении судебного заседания, мотивированное поступлением в адрес кредитора обращения общества с ограниченной ответственностью «Арго» об урегулировании настоящего дела о банкротстве.

В судебном заседании представителями ФИО1 было заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела письменных объяснений по апелляционной жалобе с приложением дополнительных документов, поддержаны доводы, изложенные в апелляционной жалобе; представители просили определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу– удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу статей 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Рассмотрев ходатайство ФИО8 об отложении судебного заседания, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отказе в его удовлетворении в связи с отсутствием оснований, предусмотренных статьей 158 АПК РФ.

Поступившие до начала судебного заседания письменные пояснения ответчика с дополнительными документами приобщены судом апелляционной инстанции к материалам дела.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 16.06.2016 между ФИО4 (продавец) и ФИО1 (покупатель) был заключен договор купли-продажи, согласно которому должник передал в собственность покупателя следующие объекты недвижимого имущества:

1)             земельный участок с кадастровым номером: 66:59:0201001:0062, площадью 1 510 кв.м., местоположение: Свердловская область, г. Полевской, <...>;

2)             земельный участок с кадастровым номером: 66:59:0201001:0189, площадью 846 кв.м., местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир дом № 52, участок находится примерно в 14 м. по направлению на северо-запад от ориентира, почтовый адрес ориентира: Свердловская область, г. Полевской, <...>;

3)             земельный участок с кадастровым номером: 66:59:0201001:63, площадью 1 503 кв.м., местоположение: Свердловская область, г. Полевской, <...>;

4)             жилой дом с кадастровым номером: 66:59:0201001:305, назначение объекта недвижимости: жилое, местоположение: Свердловская область, г. Полевской, <...>, площадью 491,9 кв.м.

Согласно пункту 3 договора объекты недвижимости принадлежат продавцу на праве собственности.

Стороны установили, что общая цена договора  составляет 35 000 000 руб.

В пункте 5 договора стороны отразили, что денежные средства переданы покупателем продавцу при подписании договора в полном объеме, претензий не имеется.

Стороны договорились о передаче продавцом покупателю объектов недвижимости без составления передаточного акта (пункт 12 договора купли-продажи).

Финансовый управляющий полагая, что договор купли-продажи от 16.06.2016 является недействительным в силу положений статей 10, 168, 170 ГК РФ, обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной и применении последствий признания ее недействительной.

Рассмотрев настоящий спор и установив факт отсутствия встречного предоставления со стороны ответчика, наличие элементов мнимости в оспариваемой сделке,  искусственного создания вывода активов должника с целью недопустимости обращения на него взыскания кредиторами, суд первой инстанции усмотрел основания для признания оспариваемого договора недействительным с применением последствий его недействительности в виде возврата имущества в конкурсную массу должника.

Исследовав материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве  дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В пункте 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63), разъяснено, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Согласно пункту 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Предъявляя заявление о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, финансовый управляющий основывал свои требования на нормах положений статей 10, 168, пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно пункту 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у её сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует их внутренней воле.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих её сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путём анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10, 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия. Указанная позиция подтверждается сложившейся судебной практикой (Определение Верховного Суда РФ от 01.12.2015 №4-КГ15-54).

Таким образом, для данного поведения характерны намерения причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

В  рассматриваемом случае оспариваемая сделка - договор купли-продажи объектов недвижимости совершена 16.06.2016.

Исходя из пункта 1 статьи 551 ГК РФ  переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

Договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом (пункт 3 статьи 433 ГК РФ).

Установлено, что договор купли-продажи от 16.06.2016 прошел государственную регистрацию в Управлении Росреестра 22.07.2016, тога как  настоящее дело о банкротстве возбуждено 05.09.2023.

Следовательно, оспариваемая сделка совершена за пределами трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного Законом о банкротстве, в связи с чем, может быть оспорена только на основании общих норм ГК РФ.

Обращая в суд с рассматриваемым заявлением, финансовый управляющий ссылался на факт отсутствия встречного предоставления со стороны ответчика, наличие всех элементов мнимости в оспариваемой сделке,  злоупотребление правом сторон сделки, заключающимся в искусственном создании вывода активов должника с целью недопустимости обращения на него взыскания кредиторами.

Рассматривая указанные доводы финансового управляющего, судом первой инстанции установлено следующее.

Настоящее дело о банкротстве возбуждено по заявлению ООО «Строймастер» в связи с наличием задолженности должника в размере                   15 134 984,99 руб. (в настоящий момент произведена замена кредитора на ООО «Лазурь»). Указанные требования кредитора основаны на решении Арбитражного суда Свердловской области от 20.02.2023 по делу № А60-38218/2021, которым с ФИО7 и ФИО4 солидарно в пользу ООО «Строймастер» в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Строительная компания «Портал» взысканы денежные средства в размере 15 134 984,99 руб.

В рамках дела №А60-38218/2021 установлено, что ФИО7 и ФИО4, будучи руководителями общества «Строительная компания «Портал», не осуществляли должный контроль за обществом, не извещали кредиторов о невозможности обществом исполнять принятые обязательства, при наличии признаков неплатежеспособности не обратились в установленный законом срок в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Судом признано бездействие ответчиков противоправным, установлено наличие у них вины в причинении убытков кредитору юридического лица.

Из решения Арбитражного суда Свердловской области от 03.07.2018 по делу № А60-33511/2018 следует, что между ООО «Строительная компания «Портал» (подрядчик) и ООО «Строймастер» (субподрядчик) были заключены договоры субподряда в период с 15.03.2016 по 16.06.2016.

С ООО «Строительная компания «Портал» в пользу ООО «Строймастер» была взыскана задолженность, образовавшаяся в результате ненадлежащего исполнения подрядчиком обязательства по оплате выполненных работ.

Суд в рамках дела №А60-38218/2021 пришел к выводу о том, что длительное неоднократное бездействие ООО «Строительная компания «Портал» по исполнению договрных обязательств, уклонение от любого взаимодействия по этому вопросу с заказчиком (включая неподписание направленных актов выполненных работ) свидетельствует о недобросовестности поведения директора этого общества.

Кроме того, установлено, что кредитором ООО «СК «Преображение» предъявлено заявление о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника, основанное на привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности в рамках дела №А60-3147/2018. В настоящий момент производство по спору о включении задолженности в реестр требований кредиторов приостановлено, поскольку не определен размер ответственности контролирующих должника лиц.

В рамках дела №А60-3147/2018 установлено, что в процедуре конкурсного производства ООО «СК «Преображение»  были выявлены сделки, совершенные в период с ноября 2015 года по январь 2017 года, направленные на вывод активов должника (денежных средств) в пользу заинтересованных лиц ООО СК «Континент» и ФИО4, являющего бенифициаром по указанным сделкам, при наличии признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества), с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов (требования которых в последующем в размере более 20 млн. рублей включены в реестр требований) должника в общей сумме 37 701 513,90 руб.

Указанные обстоятельства установлены вступившими в законную силу судебными актами от 29.10.2019 (сделка с ООО СК «Континент») и 02.03.2020 (сделка с ФИО4) о признании сделок недействительными применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Так, определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.03.2020 по делу №А60-3147/2018 установлено, что должником перечислялись денежные средства в адрес физического лица ФИО4: в период с 14.07.2016 по 14.10.2016 в размере 4 750 000 руб. по письму ООО СК «Континент», с 13.11.2015 по 05.05.2016 в размере 9 850 000 руб. по письму ООО АТП «Кронверк», с 18.02.2016 по 15.03.2016 в размере 7 764 000 руб. по письму ООО «РСУ-37».

Кроме того, судом установлено, что ФИО4 является участником ООО «Кронверк» (ИНН <***>).

В рамках дела № А60-29987/2016 ООО «Кронверк» признано несостоятельным (банкротом), заявление о банкротстве общества подано 22.06.2016 (через десять дней после заключения оспариваемого договора).

В рамках дела №А60-29987/2016 в настоящий момент рассматривается заявление о привлечении, в том числе ФИО4, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Таким образом, оспариваемый в настоящем обособленном споре договор от 16.06.2016 заключен уже после возникновения обязательств у подконтрольного должнику ООО «Кронверк» (дело №А60-29987/2016), ООО «Строительная компания «Портал» (дело № А60-38218/2021), а также после совершения части противоправных действий по выводу активов ООО «СК «Преображение» в пользу должника (дело№А60-3147/2018), за что впоследствии ФИО4 привлечен к субсидиарной ответственности по долгам общества.

Учитывая изложенное, ссылки ответчика о том, что судебные акты по делам № А60-38218/2021, №А60-3147/2018 вынесены после заключения оспариваемой сделки не имеют правого значения в рассматриваемом случае, поскольку, материалами дела подтверждается, что отчуждая комплекс дорогостоящих объектов недвижимости по оспариваемой сделке, должник действовал исключительно в ущерб интересам кредиторов, поскольку явно сознавал неизбежность предъявления к нему требований, возложения на него существенных финансовых обязательств.

Сведений о наличии у должника какого-либо иного имущества (движимого, и т.д.), за счет которого возможно было бы удовлетворить требования кредиторов, материалы дела не содержат.

Таким образом, вопреки доводам апеллянта, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что на момент заключения договора от 16.06.2016 ФИО4 уже имел обязательства по долгам подконтрольных ему обществ, то есть отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Рассматривая доводы заявителя о безвозмездности и мнимости оспариваемого договора, судом первой инстанции установлено, что покупатель имущества ответчик ФИО1 приходится дочерью должника ФИО4 (данное обстоятельство сторонами не оспаривается), следовательно,  в силу статьи 19 Закона о банкротстве указанные лица являются заинтересованными по отношению друг к другу, а потому на них распространяется повышенный стандарт доказывания обстоятельств, касающихся заключения и исполнения оспариваемой сделки.

Как указано ранее, в оспариваемом договоре стороны установили, что цена реализуемого имущества  составляет 35 000 000 руб.

В пункте 5 договора стороны отразили, что денежные средства переданы покупателем продавцу при подписании договора в полном объеме, претензий не имеется.

В подтверждение наличия финансовой возможности приобретения имущества у должника ФИО1 сослалась на наличие у нее аккумулированных наличных денежных средств, заработанных за границей (в США).

Вместе с тем, ФИО1  каких-либо документально подтвержденных доказательств в подтверждение своей позиции о самостоятельной финансовой состоятельности (подтверждение дохода, остатка денежных средств на расчетном счете, трансграничном переводе средств, их снятии) представлено  не было.

Учитывая данные обстоятельства, принимая во внимание наличие заинтересованности сторон сделки и повышенный стандарт доказывания, суд первой инстанции правомерно посчитал, что в рассматриваемом случае представленная расписка о получении должником денежных средств доказательственным значением не обладает, факт передачи должнику денежных средств за проданное имущество документально не подтвержден.

Доводы апеллянта об отсутствии возможности представить какие-либо документы по финансовой возможности в связи с давностью заключения сделки, отсутствии доступа к счетам признаются несостоятельными, поскольку доказательств направления запросов в Посольство Российской Федерации в США с целью оказания содействия по получению информации из банков о наличии счетов и движении денежных средств, отказ в предоставлении информации, совершение иных активных действий по получению сведений  ответчиком не представлено.

Доводы должника, касающиеся того, что денежные средства, полученные от ответчика были потрачены ФИО4 на развитие вновь созданного строительного бизнеса ООО СК «Континент» правомерны отклонены судом первой инстанции с учетом значительного временного разрыва между датой договора купли-продажи и платежами в пользу ООО СК «Континент» (более двух лет), а также недоказанностью того, что использованные денежные средства для обозначенных целей были получены именно от ФИО1, с учетом отсутствия доказательств ее платежеспособности.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерным выводам о том, что ни ФИО1, ни ФИО4 не устранены разумные сомнения в исполнении финансовых обязательств по оспариваемому договору, наличии встречного представления со стороны ФИО1 по оспариваемой сделке.

Кроме того, указанными лицами надлежащим образом не опровергнуты доводы финансового управляющего о мнимости заключенного договора.

Судом первой инстанции установлено отсутствие в материалах дела доказательств того, что ответчик ФИО1 после заключения оспариваемого договора фактически владеет и проживает в спорном объекте.

При этом отмечено, сама ФИО1 ссылалась на то, что проживает в Москве, представила справку с места работы. Каких-либо минимально разумных пояснений о причинах приобретения недвижимости в другом регионе, не проживании в ней и сохранении в своей собственности на протяжении восьми лет в материалы дела не представлено. Доводы ФИО1 о наличии планов в г. Екатеринбурге, в отсутствие подтверждающих документов, правомерно отклонены судом первой инстанции.

Следует отметить, что должник в процессуальных документах, направленных в дело №А60-38218/2021, в качестве своего места жительства указывал: <...> (адрес спорного объекта).

Кроме того, из представленных документов следует, что ФИО4 производил оплату коммунальных услуг в адрес АО «ЭнергосбыТ Плюс» за период с 01.07.2016 по 31.05.2024, что дополнительно подтверждает факт владения и пользования должником спорными объектами недвижимости.

Из совокупности установленных обстоятельств следует, что ответчиком и должником не доказано, что стороны на самом деле имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой.

Представленные ответчиком фотоматериалы о ее пребывании в спорном имуществе таким доказательством являться не могут, поскольку ФИО1, будучи дочерью должника, могла беспрепятственно навещать своего отца, приезжать в гости.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что наделение ФИО1 титулом собственника спорных объектов недвижимости обладало признаками мнимой сделки, преследовавшей цель вывести из собственности должника ликвидный актив для сокрытия данного имущества от кредиторов ФИО4

Изложенные обстоятельства, как верно отмечено судом первой инстанции, в совокупности свидетельствуют о злоупотреблении правом лицами, совершившими данную сделку,  истинной целью которой был иной противоправный интерес.

Таким образом, оснований не согласиться выводом суда первой инстанции об удовлетворении заявленных требований финансового управляющего  в части признания оспариваемого договора купли-продажи недействительным по приведенным основаниям у суда апелляционной инстанции не имеется.

Применяя последствия недействительности сделки, суд первой инстанции правомерно возвратил в конкурсную массу ФИО4 указанные в оспариваемом договоре объекты недвижимости.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о принятии судом первой инстанции определения с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, при верном применении норм материального и процессуального права.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с принятым судебным актом и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, определение суда первой инстанции является законным и обоснованным; в удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

При подаче апелляционной жалобы на определение арбитражного суда подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на ее заявителя в соответствии со статьей 110 АПК РФ, поскольку в удовлетворении жалобы отказано.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 14 ноября 2024 года по делу № А60-46582/2023 оставить без изменения, апелляционную  жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


Т.Н. Устюгова

Судьи


Е.О. Гладких


Л.В. Саликова