Постановление от 29 августа 2024 г. по делу № А60-4783/2023

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-7054/2024(1)-АК

Дело № А60-4783/2023
29 августа 2024 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 19 августа 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 августа 2024 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Макарова Т.В.,

судей Даниловой И.П., Устюговой Т.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Малышевой Д.Д.,

при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции:

от истца, ООО «УМПК» – ФИО1 (доверенность от 01.02.2024, паспорт);

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

истца ООО »УМПК»

на решение Арбитражного суда Свердловской области

от 23 мая 2024 года

по делу № А60-4783/2023

по иску общества с ограниченной ответственностью «УМПК» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к ФИО2 (ИНН <***>)

о взыскании 2 167 803 руб. 38 коп. в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «МЕТКОН» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ООО «МЕТКОН» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Межрайонная ИФНС № 25 по Свердловской области (ИНН: <***>, ОГРН: <***>), ООО «Т.У.Р. Строй» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>), ФИО3

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «УМПК» 10.03.2022 обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «МЕТКОН» (ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом), обоснованным наличием просроченных денежных обязательств по договору поставки № 29/01-1/2021 от 29.01.2021, подтвержденных вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 01.10.2021 по делу № А60-39957/2021, которым с ООО «МЕТКОН» в пользу ООО «УМПК» было взыскано 4 153 493 руб. 02 коп. основного долга по договору поставки.

Определением от 14.03.2022 по делу № А60-12243/2022 заявление общества «УМПК» о признании ООО «МЕТКОН» несостоятельным (банкротом) было принято к производству Арбитражного суда Свердловской области.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.07.2022 (резолютивная часть от 18.07.2022) по делу № А60-12243/2022 требования ООО «УМПК» признаны обоснованными в отношении ООО «МЕТКОН» введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО4, член Союза «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих». Этим же определением, в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования ООО «УМПК» в размере 2 167 803 руб. 38 коп., из которых 1 531 094 руб. 42 коп. – основной долг, 348 893 руб. 41 коп. – неустойка, 287 815 руб. 55 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.12.2022 производство по делу № А60-12243/2022 о признании ООО «МЕТКОН» несостоятельным (банкротом) было прекращено на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве ввиду отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Действуя в порядке статьи 61.19 Закона о банкротстве, ООО «УМПК» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском о привлечении единственного участника и директора ООО «МЕТКОН» ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «МЕТКОН» на основании статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве и взыскании с нее в пользу общества «УМПК» 2 422 496 руб. 86 коп. (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ).

В обоснование иска указано, что согласно решению Арбитражного суда Свердловской области по делу № А60-2844/2021 от 08.10.2021 у ООО »МЕТКОН» на 31.12.2020 образовалась задолженность по договорам аренды нежилых помещений в размере 482 631 руб. Несмотря на неисполнение обязательств по оплате данных обязательств, должник продолжал брать на себя иные обязательства, что подтверждается решением Арбитражного суда Свердловской области по делу А60-39957/2021 от 01.10.2021, на основании которого с ООО «МЕТКОН» в пользу ООО «УМПК» взыскано 4 228 960 руб. задолженности по договору поставки № 1462 от 25.11.2020, долг начал образовываться с 17.02.2021. Несмотря на имеющиеся платёжные обязательства перед контрагентами, срок которых наступил, контролирующее лицо должника распоряжалась денежными средствами в своих личных нуждах, в период с 11.09.2020 по 22.07.2022 ФИО2 потратила 838 861 руб. 76 коп.

В порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: ООО «МЕТКОН» (ОГРН <***>, ИНН <***>), МИФНС № 25 по Свердловской области, ООО «Т.У.Р. Строй» (ОГРН <***>, ИНН <***>), ФИО3.

Ответчик ФИО2 возражала против иска, указывая, что ООО «МЕТКОН» предпринимало необходимые меры, соответствующие обычному деловому обороту, направленные на погашение задолженности пред арендодателем ООО «Т.У.Р. Строй», заключило мировое соглашение по делу № А60-2844/2021, значительная часть долга погашена. С учетом этого ООО »МЕТКОН» добросовестно рассчитывало на погашение задолженности перед ООО «УМПК» в разумный срок. Кроме того, ООО »МЕТКОН» добросовестно рассчитывало на надлежащее исполнение обязательств контрагентом – ООО «ЗапСибЭнерго», которому предназначалась поставленная ООО «МЕТКОН» продукция. Впоследствии иск к контрагенту в рамках дела № А60-44520/2021 был удовлетворен, однако полученные денежные средства списаны ФССП. Настаивает на том, что все снятые с банковской карты должника денежные средства потрачены на выплату заработной платы, командировочные расходы, хоз.нужды.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 23.05.2024 (резолютивная часть от 16.05.2024) иск удовлетворен частично, с ФИО2 в пользу ООО «УМПК» взыскано 48 183 руб. 35 коп. в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «МЕТКОН» (ОГРН <***>, ИНН <***>), а также 673 руб. 40 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части иска отказано.

Принимая решение, суд первой инстанции исходил из того, что истец располагал сведениями об активах должника и мог оценивать риск заключения с ним сделки, цена которой превосходила активы покупателя,, заключение сделок, вменяемых в вину ответчику, не выходило за пределы обычного предпринимательского риска, в деле отсутствуют доказательства целенаправленного вывода активов общества, дебиторская задолженность ООО «МЕТКОН» реализована и направлена на погашение требований истца, задолженность погашена в значительном размере. ответчик не осуществлял действий по сокрытию имущества ООО «МЕТКОН» от кредиторов. Вместе с тем, суд первой инстанции согласился с доводами истца о том, что имело место неоднократное перечисление денежных средств со счета должника на банковскую карту ответчика.

Истец ООО «УМПК», не согласившись с принятым судебным актом, обжаловал его в апелляционном порядке, просит решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

В апелляционной жалобе ссылаясь на разъяснения, данные в пункте 8 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 год, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 15.05.2024; положения статьи 61.11 Закона о банкротстве; позицию, изложенную в постановлении Конституционного Суда российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П, указывает, что на момент рассмотрения настоящего ООО «МЕТКОН» отвечало признакам организации, фактически прекратившей свою деятельность (ФНС приостановлены операции по счетам, налоговая отчетность не предоставляется с 2022 года, имеется налоговая задолженность, исполнительные производства прекращены ввиду отсутствия имущества, на которое возможно обратить взыскание), и настаивает на том, что истец не имел возможности представить доказательства, указывающие на причины неисполнения обязательств основным должником, а также мотивы прекращения им хозяйственной деятельности. Считает, что бремя опровержения обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, возлагается на ответчика. Также считает, что наличие недобросовестного поведения, которое привело к неплатежеспособности основного должника истцом доказано; ответчик не опроверг данные доводы. Настаивает также на том, что именно из-за действий ФИО2 окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем, действия ФИО2 являются недобросовестными и неразумными. Считает, что, анализируя риски заключения сделок, ФИО2 должна была учитывать отсутствие у компании активов для выполнения обязательств по сделкам, а также неисполненные обязательства по аренде помещений и другим договорным обязательствам, однако вместо этого она заключала договоры, обусловившие возникновение значительной кредиторской задолженности. По мнению заявителя жалобы, принятая судом первой инстанции позиция ответчика о добросовестном поведении, связанное с удовлетворением требований кредиторов, не объясняет причин, по которым истец все же не получил полного удовлетворения его требований и фактического прекращения деятельности ООО «МЕТКОН», пояснений по данным обстоятельствам ответчиком не представлено. Ссылаясь на то, что в материалы дела ответчиком не было представлено доказательств наличия трудовых отношений с гражданами, ФОТ, в спорный период, также не представлено доказательств необходимости несения командировочных расходов их объем и цель, указывает, что исключать данные суммы (263 600 руб.) представляется неправомерным, настаивает на том, что суд первой инстанции н правомерно отклонил доводы истца о необоснованном расходовании денежных средств в виде выдачи подотчетному лицу на командировочные расходы, а также в качестве заработной платы. Кроме того, истец считает необоснованным исключением из расчета, представленного с анализом банковской выписки, сумм за период с 16.09.2020 по 16.04.2021 (всего в размере 527 078 руб. 41 коп.), поскольку фактически ответчик не обосновал целесообразность данных расходов, сохранение денежных средств основного должника, могло бы частично погасить имеющуюся задолженность перед кредиторами, в частности не исполнение обязательств по договору аренды помещений возникло на 01.05.2020.

До начала судебного заседания от ФИО2 поступил письменный отзыв, в котором ответчик просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ООО «УМПК» поддержал доводы изложенные в апелляционной жалобе, просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов сторон, по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, считает, что не имеется оснований для изменения или отмены судебного акта по доводам апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела ООО «МЕТКОН» (ОГРН <***>, ИНН <***>) было создано 27.01.2020, с момента создания хозяйственного общества его единственным участником и директором ФИО2.

Основным видом деятельности должника согласно ОКВЭД является 46.69.5 «Торговля оптовая производственным электротехническим оборудованием, машинами, аппаратурой и материалами».

Между ООО «УМПК» (поставщик») и ООО «МЕТКОН» (покупатель) 29.01.2021 был заключен договор поставки № 29/01-1/2021 на сумму 4 739 571 руб. 98 коп., из которых оплачено было 250 000 руб.

ООО «УМПК» 05.08.2021 обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском о взыскании с ООО «МЕТКОН» 4 489 571 руб. 98 коп. основного долга, а также неустойки в размере 403 921 руб. 04 коп., начисленной за период с 18.04.2021 по 05.08.2021 (дело № А60-39957/2021).

ООО «МЕТКОН» 10.08.2021 частично оплатило задолженность в сумме 740 000 руб., в связи с чем ООО «УМПК» уменьшил сумму исковых требований и просило взыскать задолженность в размере 4 153 493 руб.

Решением Арбитражного суда Свердловской области по делу № А60-39957/2021 от 01.10.2021 с ООО «МЕТКОН» в пользу ООО «УМПК» присуждено к взысканию 4 153 493 руб. 02 коп. основного долга по договору поставки, 47 467 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, а также 28 000 руб. в возмещение расходов на оплату услуг представителя.

Согласно справке ФССП от 02.06.2022 в рамках сводного исполнительного производства № 180918/21/66007-СД, возбужденного в отношении ООО «МЕТКОН» в пользу ООО «УМПК» было взыскано 2 697 865 руб. 60 коп.

С учетом погашения долга по правилам статьи 319 ГК РФ остаток долга ООО «МЕТКОН» перед ООО «УМПК» составляет 1 531 094 руб. 42 коп. основного долга.

В рамках дела № А60-12243/2022 по заявлению ООО«УМПК» о признании ООО «МЕТКОН» несостоятельным (банкротом) в реестр требований кредиторов были включены требования заявителя в размере 1 531 094 руб. 42 коп. основного долга 348 893 руб. 41 коп. неустойки, 287 815 руб. 55 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 03.11.2011 по 03.06.2022.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.12.2022 производство по делу № А60-12243/2022 о признании ООО «МЕТКОН» несостоятельным (банкротом) было прекращено на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве ввиду отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладает заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают конкурсные кредиторы обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В порядке подпункта 2 пункта 3, пункта 4 статьи 61.20 Закона о банкротстве кредиторы в деле о банкротстве, производство по которому было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, вправе обратиться с исковым заявлением о взыскании в свою пользу с указанных в пункте 1 названной статьи лиц убытков, причиненных по их вине должнику, в сумме, не превышающей размера требований такого кредитора к должнику.

В силу пункта 20 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В силу пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 указанного Кодекса), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ указаны следующие лица: лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени; члены коллегиальных органов юридического лица; лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным выше.

Исходя из системного толкования указанной нормы возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 названного Кодекса, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц; бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении указанных лиц возлагается законом на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 2, 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.). Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц (руководителей, участников) в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя, участника при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпорацией в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности необходимо доказать наличие убытков у потерпевшего лица, противоправность действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственную связь между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 ГК РФ законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3-4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - постановление № 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1-3 статьи 531 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Так, участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их «продолжением» (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельства дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865).

Что касается процессуальной деятельности суда по распределению бремени доказывания по данной категории дел, то в соответствии с положениям части 3 статьи 9, части 2 статьи 65 АПК РФ она должна осуществляться с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают контролирующее должника лицо и кредитор.

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления № 53).

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

В ситуации, когда единственный участник хозяйственного общества одновременно выполняет функции генерального директора, действительно присутствует риск того, что такой участник, ведущий дела общества во всей полноте, включая руководство его текущей деятельностью (участвующий в переговорах с контрагентами, заключающий сделки от имени общества, свободно распоряжающийся имуществом общества и т.п.) будет использовать правовую форму юридического лица только в качестве средства защиты от имущественных притязаний кредиторов по отношению к себе лично. Однако в силу презумпции добросовестности, пока не доказано иное, предполагается, что даже при высокой степени контроля за деятельностью общества участник отделяет собственную личность от личности корпорации.

Данная правовая позиция изложена, в частности, в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.03.2023 № 304-ЭС21-18637 по делу № А03-6737/2020.

Истец вменяет ответчику совершение неразумных действий, в частности, по заключению ООО «МЕТКОН» договоров поставки 25.11.2020 с ООО «ЗапСибЭнерго» и 29.01.2021 с истцом на поставку оборудования, стоимость которого в несколько раз превысила балансовую стоимость ООО «МЕТКОН» на 31.12.2020.

При этом истец руководствуется информацией о данной балансовой стоимости, размещенной на общедоступном Интернет-ресурсе, который указан в консолидированной позиции истца по делу.

Между тем, как справедливо отмечено судом первой инстанции, это обстоятельство свидетельствует о том, что и истец располагал или при необходимости мог располагать информацией о балансовой стоимости активов ООО «МЕТКОН» перед совершением сделки с ним. Тем не менее, такая сделка была совершена, несмотря на превышение в несколько раз ее цены над балансовой стоимостью активов ООО «МЕТКОН», как утверждает истец.

Исходя из поведения самого истца при заключении указанной сделки, которое он оценивает как разумное, с необходимостью следует вывод о том, что совершение от имени ООО «МЕТКОН» сделок, заключение которых истец вменяет в вину ответчику, не выходило за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Доказательств того, что ответчик заведомо знал о том, что ООО «ЗапСибЭнерго» не будет выполнять условия заключенного с ООО «МЕТКОН» договора, в материалы дела не представлено.

С ООО «ЗапСибЭнерг» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ООО «МЕТКОН» (ИНН <***>, ОГРН <***>) 3 000 000 руб. задолженности по договору поставки от 25.11.2020 № 1462, 129 024 руб. 93 коп. неустойки за период с 16.02.2021 по 19.08.2021, а также 38 645 руб. в возмещение расходов по уплате госпошлины., что подтверждается решением Арбитражного суда Свердловской области по делу № А60-44520/2021 от 20.10.2021, вступившее в законную силу 18.03.2022.

Подано заявление в ФССП об аресте данной дебиторской задолженности и дано согласие на ее взыскание, в результате чего судебный пристав-исполнитель Чкаловского РОСП г. Екатеринбурга ФИО5 обратила взыскание на дебиторскую задолженность организации должника (Постановление от 17.05.2022)

Согласно справке о движении денежных средств по депозитному счету по исполнительному производству № 180918/21/66007-СД по состоянию на 22.08.2023 ООО «УМПК» перечислено 2 697 865,60 руб. с депозитного счета службы судебных приставов (24.05.2022).

В рамках исполнительного производства судебным приставом-исполнителем приняты все меры принудительного взыскания задолженности, в результате чего Постановлением от 21.04.2023 исполнительное производство окончено в виду отсутствия имущества, на которое возможно обратить взыскание (пункт 4 части 1 статьи 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»)

Следовательно, полученное ООО «МЕТКОН» от истца оборудование было реализовано на возмездной основе другому лицу, чья задолженность перед ООО «МЕТКОН» была, в свою очередь, реализована в рамках исполнительного производства в отношении основного должника, что позволило в значительном размере погасить задолженность ООО «МЕТКОН» перед истцом.

С учетом изложенного, судом первой инстанции обоснованно отклонены доводы истца о неразумном поведении ответчика при заключении сделок с ООО «УМПК» и ООО «ЗапСибЭнерго».

При этом, судом первой инстанции верно отмечено, что в деле отсутствуют доказательства целенаправленного поведения ответчика по выводу активов общества, приведшего к объективному банкротству ООО «МЕТКОН» в качестве единственной причины этого.

Таким образом, ответчик не осуществлял действий по сокрытию имущества ООО «МЕТКОН» перед кредиторами, по его отчуждению на нерыночных условиях, по иному выводу активов общества.

Кроме того, в августе 2021 года ООО «МЕТКОН» погашало задолженность перед ООО «УМПК» в сумме 740 000 руб.

Ответчиком предпринимались действия по урегулированию задолженности с ООО «Т.У.Р. Строй», в результате которых арбитражным судом 18.08.2022 было утверждено мировое соглашение по делу № А60-2844/2021 по иску кредитора о взыскании задолженности по договору аренды складского помещения.

Проанализировав выписку с банковского счета ООО «МЕТКОН» в ПАО «Сбербанк», привязанного к банковской карте 5479 911* **** 1506, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в период с 16.09.2020 по 07.12.2022имели место выдачи подотчетному лицу на командировочные расходы, в сумме 527 078 руб. 41 коп. и 263 600 руб., которые были обусловлены наличием в ООО «МЕТКОН» работников ФИО6 и ФИО7, а также неоднократные перечисления денежных средств со счета общества в пользу непосредственно ответчика на его банковскую карту в сумме 48 183 руб. 35 коп., обоснование которым ответчиком не представлено.

За период просрочки с 18.04.2021 по 05.08.2021 истцу был выплачен основной долг в сумме 336 078 руб. 96 коп., а также неустойка в сумме 403 921 руб. 04 коп.

Поэтому оснований полагать, что необоснованное получение ФИО2 48 183 руб. 35 коп. привело к несостоятельности должника не имеется.

Как следствие, указанная сумма подлежала взысканию с ответчика ФИО2 в пользу истца в порядке пункта 4 статьи 61.20 Закона о банкротстве на основании статей 15, 1064 ГК РФ в качестве возмещения убытков.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со статьей 71 АПК РФ и не могут являться основанием для отмены судебного акта.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 23 мая 2024 года по делу № А60-4783/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


Т.В. Макаров


Судьи



И.П. Данилова




Т.Н. Устюгова