Решение от 16 октября 2025 г. по делу № А55-23718/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД САМАРСКОЙ ОБЛАСТИ

443001, <...>, тел. <***>

Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

17 октября 2025 года Дело № А55-23718/2023

Резолютивная часть решения объявлена 07 октября 2025 года

Решение в полном объеме изготовлено 17 октября 2025 года Арбитражный суд Самарской области

в составе судьи Кулешовой Л.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ваулиным И.А., после перерыва помощником судьи Алиевой А.В., после перерыва помощником судьи Тихоновой Е.М.,

рассмотрев в судебном заседании 18 сентября -02-07 октября 2025 года с использованием средств веб-конференции дело по исковому заявлению

ООО «Научно-производственное предприятие «Макстон-Тольятти», г. Тольятти, Самарская область (ИНН <***>)

От 16 мая 2025 года №

к ОАО «Хотьковский автомост», г.Сергиев Посад, Московская область (ИНН <***>)

о взыскании 985 738 492,13 руб.

и встречному иску ОАО «Хотьковский автомост», г.Сергиев Посад, Московская область (ИНН <***>)

к ООО «Научно-производственное предприятие «Макстон-Тольятти», г. Тольятти, Самарская область (ИНН <***>)

о взыскании 1 711 714 816,20 руб. при участии третьих лиц:

1) Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Приволжскому Федеральному округу (МРУ Росфинмониторинга по ПФО) (603000, <...>);

2) ФИО1.

3) Инспекции Федеральной налоговой службы по г.Сергиеву Посаду Московской области

4) Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 15 по Самарской области 5) ООО «Звенигородская ДСК». с извещением Прокуратуры Самарской области при участии в заседании от истца – до и после перерыва ФИО2 по дов. от 11.03.2025;

от ответчика – до и после перерыва ФИО3 по дов. от 27.12.2024; от иных лиц – не яв., извещены;

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «Макстон-Тольятти» (далее истец, поставщик) обратилось в арбитражный суд к обществу с ограниченной ответственностью «Хотьковский автомост» (далее ответчик, покупатель) с исковым заявлением о взыскании, с учетом уточнений в рамках ст. 49 АПК РФ:

- основного долга в размере 211 982 391,11 руб. по договору поставки нефтепродуктов от 16.11.2021 № 0311/21МТ по состоянию на 24.07.2023;

- процентов за пользование коммерческим кредитом в размере 46 412 665,84 руб. по состоянию на 24.07.2023;

- процентов за пользование коммерческим кредитом с 25.07.2023 по день фактической оплаты основной суммы долга в размере 0,4% от основной суммы долга за каждый день пользования;

- неустойки за нарушение сроков оплаты товара в размере 145 536 040,79 руб. по состоянию на 24.07.2023;

- неустойки за нарушение сроков оплаты товара, с 25.07.2023 по день фактической оплаты основной суммы долга в размере 0,4% от основной суммы долга за каждый день просрочки, ссылаясь на нарушение ответчиком обязательства по оплате продукции.

ОАО «Хотьковский автомост» обратилось со встречным исковым заявлением о взыскании с ООО «НПП «Макстон-Тольятти» 1 081 680 764,06 руб., в том числе: неустойку за период с 24.11.2021 по17.09.2024 в размере 151 748 435 руб. 59 коп., убытки в размере 929 932 328 руб. 47 коп.

Судом первой инстанции в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены - МРУ Росфинмониторинга по ПФО, ФИО1, ИФНС по г.Сергиеву Посаду Московской области, МИФНС России № 15 по Самарской области, ОООО «Звенигородская ДСК».

Решением Арбитражного суда Самарской области от 14.11.2024, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.01.2025, первоначальный иск удовлетворен частично. С ответчика в пользу истца взыскан основной долг в размере 211 982 391,11 руб., проценты за пользование коммерческим кредитом в размере 46 412 665,84 руб. по состоянию на 24.07.2023, проценты за пользование коммерческим кредитом с 25.07.2023 по день фактической оплаты основной суммы долга в размере 0,4% от основной суммы долга за каждый день пользования, неустойка за нарушение сроков оплаты товара в размере 36 384 010,20 руб., неустойка за нарушение сроков оплаты товара с 25.07.2023 по день фактической оплаты основной суммы долга в размере 0,1% от основной суммы долга за каждый день просрочки, а всего 294 779 067,15 руб. и расходы по госпошлине в размере 203 000 руб.

В остальной части в иске отказано. В удовлетворении встречного иска отказано.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 07.05.2025 состоявшиеся судебные акты отменены и дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Самарской области.

Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал, что

что истцом произведено частичное погашение неустойки из платежей, произведенных ответчиком 25.11.2022 в счет основного долга.

Между тем, нормами законодательства РФ не предусмотрена возможность погашения неустойки из платежей, произведенных на другие цели. Статья 319 ГК РФ таких положений не содержит.

В соответствии с п. 37 Постановления Пленума ВС РФ от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении" по смыслу статьи 319 ГК РФ под упомянутыми в ней процентами понимаются проценты, являющиеся платой за пользование денежными средствами (например, статьи 317.1, 809, 823 ГК РФ). Проценты, являющиеся мерой гражданско-правовой ответственности, например, проценты, предусмотренные статьей 395 ГК РФ, к указанным в статье 319 ГК РФ процентам не относятся и погашаются после суммы основного долга.

Условия договора между сторонами также не содержат прямого указания на

возможность погашения неустойки за счет иных платежей.

То, что задолженность по уплате неустойки была частично погашена из произведенных ответчиком платежей после погашения процентов за пользование коммерческим кредитом и основной суммы долга по спецификациям, не свидетельствует о правомерности погашения неустойки.

Кроме того, погашение неустойки лишило ответчика возможности заявить о снижении ее размера в порядке статьи 333 ГК РФ, в отличие от остальной суммы неустойки, в отношении которой ответчиком было заявлено и судом применено снижение.

Учитывая то, что неправомерное погашение части неустойки, произведенное истцом, повлекло неверное установление суммы задолженности, процентов за пользование коммерческим кредитом, а также остальной суммы неустойки, решение суда об удовлетворении требований истца в заявленном размере (с учетом применения ст. 333 ГК РФ) нельзя признать основанным на полном и всестороннем исследовании доказательств по делу и правильном применении норм материального права.

С целью исследования и оценки условий договора, имеющих значение для правильного разрешения первоначального и встречного исков, проверки правильности произведенных истцом расчетов, оценки правомерности погашения неустойки из перечисленной ответчиком суммы долга, оценки расчетов ответчика с учетом корректировки встречных требований и принятого судом уточнения, судебные акты подлежат отмене, дело - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В соответствии с положениями статьи 287, пункта 15 части 2 статьи 289 АПК Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции, отменяя решение арбитражного суда первой инстанции и (или) постановление арбитражного суда апелляционной инстанции полностью или в части и направляя дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение, постановление которого отменено, указывает в постановлении на те действия, которые должны быть выполнены вновь рассматривающим дело арбитражным судом первой или апелляционной инстанции. В соответствии с частью 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, судебного приказа, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

В абзаце 4 пункта 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» (далее Постановление № 13) разъяснено, что при решении вопроса о необходимости направления дела на новое рассмотрение арбитражным судам кассационной инстанции необходимо учитывать, что исходя из принципов равноправия сторон, состязательности, непосредственности судебного разбирательства (статьи 8 - 10 АПК РФ) лицо, участвующее в деле, не должно вследствие неоднократного направления дела на новое рассмотрение освобождаться от неблагоприятных последствий несовершения требуемых судом первой инстанции процессуальных действий и ему не должна тем самым предоставляться не предусмотренная процессуальным законом и противоречащая принципу правовой определенности возможность неоднократного рассмотрения дела по правилам судебного разбирательства в суде первой инстанции с представлением в материалы дела дополнительных первичных документов, новых расчетов и обоснований заявленных требований.

Таким образом, при новом рассмотрении дела суд не вправе выходить за пределы указаний кассационного суда, и повторное рассмотрение дела означает исключительно выполнение этих указаний без повторного рассмотрения иных вопросов, выводы в отношении которых кассационный суд под сомнение не поставил.

Аналогичные выводы нашли отражение в сложившейся судебной практике

(постановление Арбитражного суда Московского округа от 14.07.2020 № Ф05-9938/2017 по делу № А40-27675/2017, постановление Арбитражного суда Центрального округа от 02.04.2019 № Ф10-1343/2018 по делу № А83-435/2017, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2020 № 09АП-25226/2020 по делу № А40-236466/2015, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2022 № 09АП58744/2022, 09АП-58747/2022 по делу № А40-122093/2018, постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2020 № 08АП-10208/2020 по делу № А46- 8327/2019, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2016 по делу № А78-8732/2015; постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.09.2014 № 09АП-34236/2014-ГК по делу № А40-27376/2013)

Определением от 19.05.2025 дело принято к новому рассмотрению и назначено к рассмотрению в предварительном заседании.

При новом рассмотрении с учетом уточнения цены иска, принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ, ООО «Макстон-Тольятти» просит взыскать 985 738 492,13 руб., в том числе основная сумма долга в размере 207 964 592,02 руб. по состоянию на 23.06.2025г.; - проценты за пользование коммерческим кредитом в размере 595 898 858,44 руб. по состоянию на 23.06.2025г - проценты за пользование коммерческим кредитом с 24.06.2025г. по день фактической оплаты основной суммы долга в размере 0,4% от основной суммы долга за каждый день пользования. -неустойку за нарушение сроков оплаты товара в размере 181 875 041,67 руб. по состоянию на 23.06.2025г. - неустойку за нарушение сроков оплаты товара, с 24.06.2025г. по день фактической оплаты основной суммы долга в размере 0,1% от основной суммы долга за каждый день просрочки ссылаясь на нарушение ответчиком обязательства по оплате продукции.

Представители ОАО «Хотьковский автомост» с первоначальным иском не согласны, ссылаясь на нарушение истцом очередности погашения основного долга и процентов за пользование коммерческим кредитом, представив контррасчет платы за пользование коммерческим кредитом. Кроме того ответчик полагает, что поскольку истец в период договорных поставок все поступавшие от ответчика платежи учитывал в счет оплаты за товар (не удерживал плату за пользование коммерческим кредитом), в силу принципа «эстоппель» и ст.10 ГК РФ, он лишился права перераспределять полученные платежи «задним числом» после завершения договорных поставок и требовать дополнительной оплаты за уже оплаченный Товар.

Наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа удовлетворения требования (абз.4 п.4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63). Злоупотребление Истца заключается в требовании взыскать отсутствующую задолженность, наличие которой он не подтверждал в период осуществления поставок и получения оплат по Договору.

Более того, не удерживая плату за пользование коммерческим кредитом в период договорных поставок, Истец своими действиями по перераспределению полученных платежей «задним числом» после завершения договорных поставок тем самым недобросовестно содействовал наступлению условия о применении договорной неустойки за нарушение сроков оплаты уже оплаченного Покупателем товара, а также наступлению условия о применении платы за пользование коммерческим кредитом, что является основанием для признания этих условий не наступившими (п.3 ст.157 ГК РФ, п.1 Постановления № 25), и влечет отсутствие у Истца права требовать плату за пользование коммерческим кредитом и неустойку за просрочку перераспределенной им оплаты

Не начисляя и не удерживая плату за пользование коммерческим кредитом в период договорных поставок, Истец совершил конклюдентные действия, являющиеся согласием на внесение изменений в договор, а именно исключающие право Поставщика начислять плату за пользование коммерческим кредитом (п.6.7. Договора), а также перераспределять поступающие платежи, удерживая плату за пользование коммерческим кредитом (п.7.3. Договора). Акт сверки взаиморасчетов, направленный Поставщиком Покупателю в

соответствии с п.7.5. Договора (Приложение № 4 к отзыву на исковое заявление), подтверждает, что все поступившие от Покупателя денежные средства Продавец учел в счет оплаты за Товар. Пунктом 3 ст.343 ГК РФ установлено, что письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 ст.438 ГК РФ. В связи с чем, не соответствует условиям Договора (в действующей редакции) и нормам законодательства утверждение Истца о том, что поступившими от Ответчика денежными средствами оплачены проценты за пользование коммерческим кредитом. Следовательно, поставленный по Договору Товар оплачен Ответчиком в соответствии с Договором в размере 582 272 283,19 руб. (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.02.2025 № 310-ЭС24-20342 по делу № А14-22953/2022).

Согласно представленной Истцом в материалы дела «Карточке счета 62 за 25.11.2021- 01.06.2023 ООО «Научно-производственное предприятие «Макстон-Тольятти»», все поступившие от Покупателя денежные средства Продавец учел в счет оплаты за Товар.

В отношении неустойки ответчик заявил ходатайство о применении положений ст. 333 ГК РФ при рассмотрении первоначального иска в части взыскания договорной неустойки, ссылаясь на ее явную несоразмерность.

Ответчик поддерживает встречный иск с учетом уточнения, принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ, и просит взыскать с истца 1 711 714 816,20 руб., в том числе неустойку за период с 24.11.2021 по 19.06.2025 в размере 204 509 428, 99 руб., убытки в размере 1 507 205 387,21 руб. , указывая, что формула причин и следствия убытков представляется следующим образом: непоставка топлива – невозможность заправки техники – техника без топлива не может выполнить работы (простой) – техника в простое себя не окупает (лизинг не оплачивается) – нарушение сроков выполнения работ – штрафы от заказчика за нарушение сроков выполнения работ – работники, связанные с управлением техникой (водители, механизаторы) в простое – дорожные рабочие, связанные с выполнением работ техникой в простое и пр.

Истец возражал против удовлетворения встречных исковых требований ОАО «Хотьковский автомост», ссылаясь на недоказанность наличия убытков, причинной связи и вины истца, в части неустойки заявил об отсутствии законных оснований для ее взыскания с учетом согласованных сторонами условий договора.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о дате и времени судебного разбирательства, при новом рассмотрении процессуальную позицию по первоначальному и встречному искам не представили.

ООО «Звенигородская ДСК», заявившее 17.06.2025 об отложении предварительного заседания и возражения против перехода к рассмотрению дела в судебном разбирательстве, впоследствии процессуальную позицию по делу не представило.

Почтовое оправление, направленное судом ФИО1, содержащие определения суда о назначении даты и времени судебного заседания, (трек-номер 80403608577527) возвращено органами почтовой связи в связи с истечением сроков хранения после неудачной попытки вручения 27.05.2025, о чем имеется надлежащая запись на официальном сайте АО «Почта России». Данные сведения в силу совокупности пунктов 11.1 и 2.12 Порядка приема и вручения почтовых отправлений, утвержденного приказом АО "Почта России" № 464-п от 20.12.2024, разработанного в соответствии с Федеральным законом от 17.07.1999 N 176-ФЗ «О почтовой связи», являются достоверной информацией о статусах и производимых операциях над РПО в рамках оказания услуг почтовой связи АО "Почта России".

Данные официального сайта АО "Почта России" признаются надлежащим доказательством совершения процессуального действия по извещению лица о соответствующем событии, что следует из постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 октября 2013 года N 3563/13.

Также в материалах судебного дела имеется конверт, возвращенный в суд с отметками в соответствии с п. 10.11 и Приложения N 41 к Порядку приема, обработки, доставки и вручения почтовых отправлений разряда «Судебное», утвержденным Приказом 444-п от 12.12.2024 АО «Почта России» что коррелирует с Правилами оказания услуг почтовой связи, утвержденных Приказом Минкомсвязи России от 17.04.2023 N 382.

В силу пункта 2 части 4 статьи 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о надлежащем извещении третьего лица о дате и времени судебного разбирательства по спору.

В ходе судебного разбирательства ответчик последовательно заявлял ходатайства об отложении рассмотрения дела для принятия мер к внесудебному урегулированию спора.

Исходя из смысла и содержания норм, регулирующих примирительные процедуры (глава 15 АПК РФ "Примирительные процедуры. Мировое соглашение"), а также задач арбитражного судопроизводства (пункт 6 статьи 2 АПК РФ), суд предоставлял сторонам возможность для заключения мирового соглашения в пределах разумных сроков на судебное разбирательство в арбитражных судах. Однако с учетом активного отрицания представителем истца возможности урегулирования спора путем внесудебных процедур, учитывая отсутствие в материалах дела достаточных и достоверных доказательств реального ведения уполномоченными представителями сторон соответствующей переписки либо в иной формы обсуждения заключения мирового соглашения и его условий, суд рассмотрел спор в рамках судебного дела.

При новом рассмотрении представитель ответчика 01.10.2025 заявил ходатайство

о назначении по делу комплексной судебной экспертизы для установления обстоятельств, имеющих существенное значение для подтверждения обоснованности встречных исковых требований. В частности, является ли объем нефтепродуктов, срок поставки которых нарушен поставщиком, необходимым для выполнения работ, предусмотренных календарными графиками строительства по Госконтрактам; препятствовало ли нарушение поставщиком сроков поставки нефтепродуктов работе техники и выполнению работ по госконтрактам в установленные сроки работы; как повлияло на стоимость работ и материалов увеличение (в связи с просрочкой поставки нефтепродуктов) сроков выполнения работ по госконтрактам относительно сроков, установленных контрактами календарными графиками строительства, влечет ли увеличение срока выполнения работ (с установленных Госконтрактами сроков выполнения работ на сроки фактического выполнения работ в соответствии с формами КС-2 и КС-3) увеличение стоимости этих работ за счет инфляции? Если да, то на сколько (указать в денежном и процентном выражении)? - если в результате увеличения сроков выполнения работ по Госконтрактам произошло увеличение стоимости работ, услуг и материалов, то с чем оно связано? Проведение экспертизы поручить Автономной некоммерческой организации «Центр судебной экспертизы «Специалист».

Истец возражает против удовлетворения ходатайства, считая его необоснованным и направленным на затягивание судопроизводства по делу.

В соответствии со ст. 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Таким образом, исходя из смысла статьи 82 АПК РФ, а также разъяснений, изложенных в абзаце втором пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" (далее - постановление Пленума N 23), вопросы права и правовых последствий оценки

доказательств не относятся к компетенции эксперта, а подлежат разрешению судом.

В данном случае ответчик предлагает поставить на разрешение эксперта правовые и фактические вопросы, являющиеся предметом доказывания и относящиеся к исключительной компетенции суда.

Кроме того назначение экспертизы является правом суда, реализуемым в тех случаях, когда у арбитражного суда имеется необходимость в получении компетентного заключения по вопросам, подлежащим разрешению исходя из предмета заявленных требований и конкретных обстоятельств дела.

Правовое значение заключения экспертизы определено законом в качестве доказательства, которое должно отвечать принципам относимости и допустимости доказательств, по общему правилу не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и в силу статьи 71 АПК РФ подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

Ответчиком при первом рассмотрении заявлялось аналогичное ходатайство о назначении по делу судебной экономической экспертизы. Суд отказал в удовлетворении заявленного ходатайства в силу его необоснованности. Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции не усмотрел процессуальных нарушений при рассмотрении судами первой и апелляционной инстанций ходатайства о назначении и проведении по делу судебной экспертизы.

Кроме того суд усмотрел в действиях ответчика наличие признаков злоупотребления процессуальным правом, поскольку соответствии с частью 5 статьи 159 АПК РФ арбитражный суд вправе отказать в удовлетворении заявления или ходатайства в случае, если они не были своевременно поданы лицом, участвующим в деле, вследствие злоупотребления своим процессуальным правом и явно направлены на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта, за исключением случая, если заявитель не имел возможности подать такое заявление или такое ходатайство ранее по объективным причинам.

Последствие такого злоупотребления заключается в том, что суд в этом случае вправе отказать в удовлетворении заявления или ходатайства.

Заявитель может избежать этого, доказав, что своевременной подаче заявления или ходатайства помешали объективные причины (в этом случае действия заявителя не рассматриваются как злоупотребление правом).

В данном случае производство по делу при новом рассмотрении начато определением суда от 19.05.2025, ходатайство о назначении судебной экспертизы заявлено ответчиком 01.10.2025, т.е. спустя 5 месяцев с момента принятия дела к производства.

При таких обстоятельствах заявление ходатайства о назначении судебной экспертизы расценивается судом как злоупотребление ответчиком своим процессуальным правом, направленным на затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта

В связи с чем ходатайство ответчика о назначении по делу судебной экспертизы удовлетворению не подлежит.

Также ответчиком заявлено ходатайство об истребовании на основании ст. 66 АПК РФ у МИФНС № 15 доказательств, в т.ч. карточку счета 91, счета 76 за период ноябрь2021-июля 2023, анализ субконто по контрагенту ОАО «Хотьковский автомост» для установления обстоятельства была ли отражена в бухгалтерской отчетности ООО «НПП «Макстон-Тольятти» информация о начислении неустоек и платы за коммерческий кредит.

Истец возражает против удовлетворения ходатайства, ссылаясь на его неосновательность.

Согласно абзацу 2 части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса

Российской Федерации в ходатайстве об истребовании доказательств должно быть названо истребуемое доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Поскольку правильность ведения истцом как налогоплательщиком и участником налоговых правоотношений бухгалтерского учета и отражения в налоговой отчетности начисленных процентов по коммерческому кредиту не являются обстоятельствами, подлежащими установлению в ходе рассмотрения спора, возникшего из обязательственных (гражданских) правоотношений, суд приходит к выводу, что ходатайство об истребовании доказательств не соответствует требованиям ст. 66 АПК РФ и не подлежит удовлетворению как необоснованное.

Более того, аналогичное ходатайство было заявлено ответчиком и оставлено без удовлетворения судом при первом рассмотрении. Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции не усмотрел процессуальных нарушений при рассмотрении судами первой и апелляционной инстанций ходатайства.

Исследовав материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в исковом заявлении, отзыве на исковое заявление, возражениях на отзыв на исковое заявление, встречном исковом заявлении, отзыве на встречное исковое заявление, возражениях на отзыв на встречное исковое заявление, письменных пояснениях, дополнительных объяснениях, выслушав доводы представителей сторон, оценив в совокупности в соответствии со ст.ст. 71, 168 АПК РФ доказательства, имеющиеся в материалах дела, с учетом указаний Арбитражного суда Поволжского округа, изложенных в постановлении от 07.05.2025, суд считает, что первоначальный иск следует удовлетворить частично, в удовлетворении встречного иска следует отказать.

Как следует из материалов дела и установлено судом правоотношения сторон обусловлены договором поставки нефтепродуктов от 16.11.2021 № 0311/21-МТ. (далее - договор) и спецификациями №№ 1 -23 к договору поставки (далее - спецификации).

Согласно пункту 1.1 договора поставщик обязался передать в собственность, а покупатель обязался принять и оплатить нефтепродукты.

Наименование, количество, и цена товара, способ перевозки, срок и условия поставки, условия оплаты и стоимость каждой партии товара, подлежащей поставке, согласовываются сторонами в спецификациях для каждого периода поставки товара, являющемся неотъемлемой его частью (п.1.2 договора).

По условиям договора поставки стороны предусмотрели способ отгрузки товара - автомобильным транспортом (п.2.6. Спецификаций); базис поставки: «франко-автоцистерна пункт назначения» (п.2.7. Спецификаций).

Датой поставки (передачи) товара является дата подписания уполномоченным представителем Покупателя/грузополучателя транспортной накладной в пункте назначения (п.2.2.2. договора поставки).

Пунктом 6.7. договора поставки предусмотрено, что покупатель с момента получения товара и до полной его оплаты пользуется коммерческим кредитом, предоставленным в форме отсрочки платежа, с уплатой вознаграждения за использование кредитных ресурсов, которое взимается на условиях: 0,00001% от суммы кредита за каждый день пользования кредитом с даты следующей за датой передачи товара поставщиком до предпоследнего дня отсрочки/рассрочки оплаты; 0,4% от суммы кредита за каждый день пользования кредитом в течение последующего времени.

При этом суммой кредита является остаток денежных средств, которые покупатель должен уплатить за товар.

В период с 25.11.2021г. по 18.05.2023г. в соответствии с условиями договора поставки истец поставил ответчику товар на сумму на сумму 682 571 075,03 руб., в том числе НДС 20%.

Факт передачи товара подтверждается товарными накладными и универсальными

передаточными документами, транспортными накладными, подписанными ответчиком без возражений. ( т.т. 2-16).

Ссылки представителей ответчика при новом рассмотрении на наличие расхождений в ряде УПД ( №№ 220, 308, 121) с транспортными накладными не могут быть признаны судом состоятельными, исходя из отсутствия каких-либо претензий к поставщику в порядке, установленном совокупностью пунктов разделов 2 и 3 договора поставки. При первом рассмотрении ответчик указывал на наличие расхождений в УПД №№ 719, 786, 308, 121. Указанным обстоятельствам дана судом при первом рассмотрении. При новом рассмотрении дополнительные доводы и доказательства в этой части ответчиком не представлены.

По общему правилу УПД со статусом 1 является товаросопроводительным документом, предусматривающим одновременно реквизиты счета-фактуры и передаточного документа (акта). При надлежащем заполнении позволяет отразить в документе все необходимые показатели, не только предусмотренные законодательством в области бухгалтерского учета для первичных учетных документов, но и установленные для счета-фактуры, как документа, служащего основанием для принятия в указанном главой 21 НК РФ порядке покупателем к вычету сумм НДС, предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав.

В связи с чем суд приходит к выводу о правомерности определения истцом объема и, соответственно, стоимости поставленной продукции исходя из данных УПД (со статусом 1), вт.ч. корректировочных.

В отношении сведений, содержащихся в товарных накладных ответчиком возражения в ходе судебного разбирательства ни при первом, ни при новом рассмотрении дела не представлены.

Согласно пункту 7.1 договора оплата товара производится в порядке, установленном в соответствующей спецификации. Сторонами согласовано, что оплата товара должна была быть произведена покупателем в течение 30 календарных дней от даты получения товара (за исключением спецификации № 8 -90 календарных дней).

Как установлено в ходе судебного разбирательства, подтверждено материалами дела и не оспаривается сторонами ответчиком в качестве исполнения денежного обязательства по договору поставки истцу была перечислена сумма 582 272 283,19 рублей, что подтверждается платежными поручениями, а также подтверждается ответчиком в письменных объяснениях в порядке ст. 81 АПК РФ ( представлены в электронном виде через сервис подачи документов «Мой арбитр» 19.06.2025).

Произведенная ответчиком частичная оплата в соответствии со статьей 319 ГК РФ на основании п. п.7.3., 7.4. договора поставки частично зачтена истцом в счет погашения процентов за пользование коммерческим кредитом, остальная сумма - в счет погашения основного долга с учетом указаний Арбитражного суда Поволжского округа о недопустимости зачета платежей в счет начисленной по договору неустойки. В связи с чем задолженность ответчика по основному долгу с учетом частичной платы задолженности в ходе судебного разбирательства составляет 207 964 592,02 руб.

Поскольку стоимость поставленной истцом продукции по договору и размер фактически перечисленных ответчиком денежных средств полностью доказаны материалами дела, суд считает правомерными исковые требования в части взыскания основного долга.

Доводы ответчика о том, что поскольку истец в период договорных поставок при ведении бухгалтерского учета все поступавшие от ответчика платежи учитывал в счет оплаты за товар (не удерживал плату за пользование коммерческим кредитом), в силу принципа «эстоппель» и ст.10 ГК РФ, он лишился права перераспределять полученные платежи «задним числом» после завершения договорных поставок и требовать дополнительной оплаты за уже оплаченный товар, не могут быть признаны судом в качестве основания для вывода о необоснованности заявленных исковых требований в

этой части.

Во-первых, как отмечено ранее ведение истцом как налогоплательщиком и участником налоговых правоотношений бухгалтерского учета и отражения в налоговой

отчетности начисленных процентов по коммерческому кредиту не являются обстоятельствами, подлежащими установлению в ходе рассмотрения спора, возникшего из обязательственных (гражданских) правоотношений.

Кроме того, в силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (абзац второй пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В рассматриваемом случае, ссылаясь на нормы гражданского законодательства и соответствующие разъяснения Верховного Суда Российской Федерации по их применению, ответчик предлагает применить эстоппель на основании оценки поведения истца как участника налоговых правоотношений. Между тем согласно пункту 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации" оценка налоговых последствий финансово-хозяйственных операций, совершенных во исполнение гражданско-правовых сделок, производится налоговыми органами в порядке, предусмотренном налоговым законодательством.

Кроме того, в ходе судебного разбирательства судом не установлено и ответчиком не доказано недобросовестное поведение истца в ходе исполнения договора.

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В соответствии со статьей 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями. Если договором поставки предусмотрено, что оплата товаров осуществляется получателем (плательщиком) и последний неосновательно отказался от оплаты либо не оплатил товары в установленный договором срок, поставщик вправе потребовать оплаты поставленных товаров от покупателя.

Согласно статье 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Одностороннее изменение условий обязательства, связанного с осуществлением всеми его сторонами предпринимательской деятельности, или односторонний отказ от исполнения этого обязательства допускается в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В силу пункта 2 статьи 1, статьи 421 Гражданского кодекса граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Стороны вправе, руководствуясь принципом свободы договора, обусловить возможность взимания с покупателя платы за предоставленный коммерческий кредит возникновением у него просрочки платежа, что не трансформирует проценты по коммерческому кредиту в меру ответственности.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса, другими положениями Гражданского кодекса, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса). Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 Гражданского кодекса). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Из буквального смысла п. 6.7 договора следует, что покупатель с момента получения товара и до полной его оплаты пользуется коммерческим кредитом, предоставленным в форме отсрочки платежа. В силу п.7.3. договора поставки и ст.319 ГК РФ, сумма произведенного покупателем платежа погашает прежде всего издержки поставщика по получению исполнения, затем – проценты за пользование коммерческим кредитом, а в оставшейся части - сумму коммерческого кредита.

В данном случае содержание пунктов 6.7 и 7.3 договора не допускает неясности и двоякого толкования, с очевидностью свидетельствует о том, что сторонами согласована передача товара на условиях коммерческого кредита. Следовательно у поставщика имеется право рассчитывать на получение процентов за пользование денежными средствами (коммерческим кредитом) в размере, определенном с покупателем в договоре, как и право на первоначальное погашение своих издержек, затем процентов за пользование коммерческим кредитом, в оставшейся сумме сам кредит. При этом исходя из буквального смысла п. 6.7 договора суммой кредита является остаток денежных средств, которые покупатель обязан оплатить за товар.

При такой ситуации, когда сторонами в рамках предоставленной им свободы договора согласовано условие об уплате определенных повременных платежей (исчисляемых в процентах) при несвоевременной оплате, к которым применимы правила о коммерческом кредите, суд не вправе квалифицировать действия поставщика по надлежащему исполнению договора как недобросовестное поведение, а также иначе, нежели согласовано контрагентами, определять очередность погашения задолженности, так как это искажает волю сторон. Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2024 N 310-ЭС24-9642 по делу N А36-6042/2022.

Согласно ч.2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2023 по делу № А41-22611/24, возбужденному на основании искового заявления ООО «Звенигородская дорожно-строительная компания» к ООО «Хотьковский автомост» и ООО «Научно-производственное предприятие «Макстон-Тольятти» о признании частично недействительным договора от 16.11.2021 № 0311/21-МТ поставки нефтепродуктов, заключенного между открытым акционерным обществом «Хотьковский автомост» и обществом с ограниченной ответственностью «НПП «Макстон-Тольятти», установлено, что названная сделка в полной мере соответствует основным принципам и нормам гражданского законодательства. При этом суд исходил из того, что Граждане и

юридические лица свободны в заключении договора (пункт 1 статьи 421 ГК РФ). По пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Согласование сторонами условий сделки по своему усмотрению в рамках предоставленной им свободы договора, в том числе касающееся порядка исчисления неустойки, коммерческого кредита предполагает необходимость соблюдения условий договора именно в том виде, в котором они были определены, что соответствует основополагающему принципу частного права - pacta sunt servanda ("договоры должны соблюдаться"), закрепленному в статьях 309, 310 ГК РФ.

С учетом изложенного апелляционный суд пришел к выводу, что из решения не следует, что согласованный сторонами порядок определения договорных условий входит в противоречие с каким-либо явно выраженным законодательным запретом, нарушает существо законодательного регулирования отношений по договору, либо нарушает особо значимые охраняемых законом интересы, приводит к грубому нарушению баланса интересов сторон. На наличие обстоятельств, которые бы свидетельствовали о нарушении установленных законом пределов свободы договора стороны в ходе рассмотрения дела не ссылались

Постановление содержит вывод о том, что в нарушение принципа свободы договора суд первой инстанции исключил из договора ответственность в отношении одной из сторон, оставив ответственность в отношении другой стороны договора.

Исходя из правовой позиции, сформулированной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 05.02.2007 N 2-П, преюдициальная связь судебных актов арбитражных судов обусловлена указанным свойством обязательности как элемента законной силы судебного акта, в силу которой в процессе судебного доказывания суд не должен дважды устанавливать один и тот же факт в отношениях между теми же сторонами. Иной подход означает возможность опровержения опосредованного вступившим в законную силу судебным актом вывода суда о фактических обстоятельствах другим судебным актом, что противоречит общеправовому принципу определенности, а также принципам процессуальной экономии и стабильности судебных решений.

В абз. 5 п. 3.1 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 N 30-П указано, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения, принимаются другими судами по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Согласно статье 319 ГК РФ сумма произведенного платежа, недостаточная для исполнения денежного обязательства полностью, при отсутствии иного соглашения погашает прежде всего издержки кредитора по получению исполнения, затем - проценты, а в оставшейся части - основную сумму долга.

В данном случае в силу п.7.3. договора поставки при недостаточности суммы платежа для исполнения денежного обязательства в полном размере, сумма произведенного покупателем платежа погашает прежде всего издержки поставщика по получению исполнения, затем - проценты за пользование коммерческим кредитом, а в оставшейся части - сумму коммерческого кредита.

Из пояснений и расчетов, представленных истцом, следует, что поступавшие от ответчика платежи засчитывались в первую очередь в погашение процентов за пользование коммерческим кредитом, а в оставшейся части - в погашение основного

долга, что соответствует статье 319 ГК РФ и п.7.3 договора, что согласуется с правовой позицией, изложенной в определении Верховного суда РФ № 306-ЭС22-18435 от 23.11.2022г. по делу А55-28658/2021 при рассмотрении аналогичного дела с участием ООО «НЛП «Макстон-Тольятти».

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу о правомерности действий истца по зачету поступивших от ответчика платежей в первую очередь в погашение процентов за пользование коммерческим кредитом, а в оставшейся части - в погашение основного долга, наличие задолженности подтверждается материалами дела, в связи с чем, исходя из доказанности стоимости поставленной продукции и размера денежных средств, перечисленных ответчиком в рамках спорного договора.

По аналогичным основаниям суд расценивает как необоснованные доводы ответчика о совершении истцом конклюдентных действий, являющихся согласием на внесение изменений в договор, а именно исключающих право Поставщика начислять плату за пользование коммерческим кредитом (п.6.7. Договора), а также перераспределять поступающие платежи, удерживая плату за пользование коммерческим кредитом (п.7.3. Договора).

Оценив изложенные доводы сторон в этой части на основании статьи 71 АПК РФ, устанавливающей, что арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, исходя из принципов относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о правомерности доводов истца и доказанности исковых требований в части размера основного долга.

С учетом изложенного суд требования истца о взыскании основного долга в сумме 207 964 592,02 подлежат удовлетворению.

Истец так же просит взыскать с ответчика сумму процентов за пользование коммерческим кредитом в размере 95 898 858,44 руб. по состоянию на 23.06.2025.

Как указано ранее пунктом 6.7. договора поставки предусмотрено, что покупатель с момента получения товара и до полной его оплаты пользуется коммерческим кредитом, предоставленным в форме отсрочки платежа, с уплатой вознаграждения за использование кредитных ресурсов, которое взимается на следующих условиях: 0,00001% от суммы кредита за каждый день пользования кредитом с даты следующей за датой передачи товара поставщиком до предпоследнего дня отсрочки/рассрочки оплаты; 0,4% от суммы кредита за каждый день пользования кредитом в течение последующего времени.

Согласно статье 823 Гражданского кодекса договорами, исполнение которых связано с передачей в собственность другой стороне денежных сумм или других вещей, определяемых родовыми признаками, может предусматриваться предоставление кредита, в том числе в виде аванса, предварительной оплаты, отсрочки и рассрочки оплаты товаров, работ или услуг (коммерческий кредит), если иное не установлено законом.

К коммерческому кредиту применяются правила главы 42 Гражданского кодекса, если иное не предусмотрено правилами о договоре, из которого возникло соответствующее обязательство, и не противоречит существу такого обязательства.

Из содержания данной нормы Гражданского кодекса следует, что коммерческий кредит по своей правовой природе является не санкцией по отношению к должнику, а одним из видов займа, а проценты, взимаемые за пользование коммерческим кредитом (в том числе суммами аванса, предварительной оплаты), являются платой за пользование денежными средствами.

Соответствующее разъяснение закреплено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 8 октября 1998 г. N 13/14 "О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими

денежными средствами" и пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 г. N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении".

Таким образом, коммерческий кредит представляет собой плату за использование денежных средств, полученных предварительно либо сохраняемых до наступления срока платежа после получения товара, и является в экономическом смысле платой за правомерные действия по использованию финансового или материального ресурса, позволяя цену сделки разделить на постоянную, указанную в фиксированной сумме, и переменную, рассчитываемую за период правомерного пользования товарами и денежными средствами.

Проценты по коммерческому кредиту являются платой за правомерное, обусловленное договором пользование денежными средствами и отличаются от неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства, имеющей санкционный характер и применяющейся при нарушении срока исполнения денежного обязательства.

В силу пункта 2 статьи 1, статьи 421 Гражданского кодекса граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Стороны вправе, руководствуясь принципом свободы договора, обусловить возможность взимания с покупателя платы за предоставленный коммерческий кредит возникновением у него просрочки платежа, что не трансформирует проценты по коммерческому кредиту в меру ответственности. Данный вывод суда согласуется с правовой позицией, содержащейся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2024 N 310-ЭС24-9642 по делу N А36-6042/2022.

В связи с чем доводы ответчика о том, что проценты по коммерческому кредиту являются скрытой неустойкой, в связи с чем не подлежат взысканию, расцениваются судом как неосновательные.

Исходя из доказанности материалами дела стоимости поставленной продукции и размера денежных средств, перечисленных ответчиком в рамках спорного договора, поставки продукции на согласованным сторонами условиях коммерческого кредита, а также с учетом согласованной сторонами очередности распределения платежей, требования истца о взыскании процентов за пользование коммерческим кредитом являются правомерными и обоснованными.

Довод ответчика о том, что он не знал о существующем порядке погашения задолженности, ввиду того, что истец не направлял ему акты сверки взаимных расчетов, отклоняется судом, поскольку противоречит условиям договора поставки и представленным в материалы дела доказательствам. Условия договора поставки не содержат обязанности поставщика уведомлять покупателя о существующей задолженности путем направления покупателю акта сверки взаиморасчетов. Ответчик обладал информацией о том, когда и на какую сумму он получил товар, и мог точно определить состав и очерёдность погашения своего обязательства на дату оплаты.

Более того, в претензии от 05.07.2023 истец изложил аналогичные доводы, представил расчет основного долга и процентов за пользование коммерческим кредитом. Однако ответчик какие-либо возражения на претензию, как в части определения истцом очередности платежей, так и в части размера процентов, не представил.

Возражения ответчика на стадии судебного разбирательства о неосновательном применении истцом повышенного процента за пользование коммерческим кредитам не могут быть признаны судом обоснованными по основаниям, изложенным ранее, с учетом принципа свободы договора.

В соответствии с п.6.7. договора поставки повышенная ставка процентов за пользование коммерческим кредитом (0,4%) начинает начисляться раньше, нежели чем наступает просрочка уплаты долга: первый день начисления повышенной ставки - это

последний день отсрочки/рассрочки оплаты, а первый день просрочки уплаты долга - это день, следующий за последним днём отсрочки/рассрочки оплаты (ст.ст.190 - 194 ГК РФ).

Учитывая, что рассматриваемый договор поставки является рамочным, стороны избрали единственно возможный при заключении такого договора способ определения срока начисления процентов - наступление события, которыми определено его начало (первое событие - дата передачи товара, второе событие - предпоследний день отсрочки/рассрочки оплаты), т.к. количество дней отсрочки/рассрочки оплаты товара станет известно сторонам только после заключения отдельных спецификаций.

Соответственно, увеличение размера процентов, предусмотренное п.6.7. договора не связано с просрочкой уплаты долга и обусловлено исключительно волеизъявлением сторон сделки о поставке товара на условиях коммерческого кредита.

Довод ответчика о наличии оснований для применения к спорным правоотношениям ст. 10 ГК РФ, т.к. ставка коммерческого кредита чрезмерно завышена, а сам ответчик является «слабой» стороной в договоре, не принимается судом, поскольку договор был заключен ответчиком добровольно, при получении и пользовании коммерческим кредитом ответчик согласился с размером процентов, при несогласии с условиями договора ответчик имел возможность приобрести товар у других поставщиков.

При заключении и исполнении спорного договора поставки покупателем соответствующие возражения по размеру предусмотренной данным договором ставки за пользование коммерческим кредитом не заявлялись. В установленном порядке меры к изменению условий заключенного договора не принимались.

Доказательств того, что ответчик при заключении договора не имел возможности заявлять возражения относительно содержания п. 6.7 договора в части размера процентов за пользование коммерческим кредитом и был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора, материалы дела не содержат.

Ставки процентов за пользование коммерческим кредитом были согласованы сторонами при подписании договора поставки. То обстоятельство, что вторая часть процентной ставки (0,4%) значительно больше ставки рефинансирования, не свидетельствует о её незаконности, как не свидетельствует о незаконности первой части процентной ставки (0,00001%) то, что она значительно меньше ставки рефинансирования.

Реализация истцом своего права на взыскание процентов за пользование коммерческим кредитом, предусмотренных условиями договора поставки, не может быть расценена как злоупотребление правом при том, что материалами дела наличие у истца умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей) не подтверждается.

Более того, согласно представленным истцом данным бухгалтерской (финансовой) отчетности из открытых источников (https://bo.nalog.ru - Государственный информационный ресурс бухгалтерской (финансовой) отчетности.), экономические показатели деятельности ответчика за 2021г. (год заключения договора поставки), значительно превышают показатели истца. При указанных обстоятельствах, ответчик не может считаться слабой стороной по отношению к истцу.

Представленный истцом расчет коммерческого кредита проведен судом и признан верным. Обоснованных возражений в отношении методики расчета ответчиком в ходе судебного разбирательства не представлено. Представленный ответчиком контррасчет не основан на согласованных сторонами и названных ранее условиях договора поставки о порядке расчета и размере процентов, порядке определения очередности платежей.

С учетом изложенного требование истца о взыскании с ответчика процентов за пользование коммерческим кредитом суд также считает обоснованным и подлежащим удовлетворению в размере 595 898 858,44 руб. по состоянию на 23.06.2025 г.

Истец также просит взыскать проценты за пользование коммерческим кредитом с

24.06.2025 г. по день фактической оплаты основной суммы долга в размере 0,4% от основной суммы долга за каждый день пользования.

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 22 "О некоторых вопросах присуждения взыскателю денежных средств за неисполнение судебного акта" указано, что по смыслу статей 330, 395, 809 ГК РФ истец вправе требовать присуждения неустойки или иных процентов по день фактического исполнения обязательства.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства.

Исходя из положений абз. 3 п. 12 постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного суда РФ от 08.10.1998 N 13/14, проценты, взимаемые за пользование коммерческим кредитом подлежат начислению по дату фактического исполнения стороной, получившей кредит, своих обязательств либо возврата полученного в качестве коммерческого кредита.

Поскольку истец не требует указания в резолютивной части решения размера процентов на дату вынесения решения, суд с учетом принципа диспозитивности арбитражного процесса считает исковые требования о взыскании процентов за пользование коммерческим кредитом с 24.06.2025г. по день фактической оплаты основной суммы долга в размере 0,4% от основной суммы долга за каждый день пользования подлежащими удовлетворению.

Также истцом заявлено требование о взыскании с ответчика неустойки за нарушение сроков оплаты товара в размере 181 875 041,67 руб. по состоянию на 23.06.2025 раздельно по каждой спецификации из расчета 0,1% в день за каждый день просрочки.

В соответствии с п. 1 ст. 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии с п.1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В соответствии со ст.ст. 330-331 ГК РФ стороны вправе предусмотреть в договоре обязанность одной стороны уплатить другой стороне неустойку (штраф, пени) за несвоевременное исполнение обязательства.

Пунктом 8.3 договора предусмотрено, что покупатель в случае нарушения сроков осуществления платежа обязуется уплатить поставщику пеню в размере 0,4% от стоимости несвоевременно оплаченного товара и/или от суммы задолженности по возмещению (уплате) транспортных и иных расходов за каждый день. Истец при заявлении первоначального иска самостоятельно уменьшил ставку пени до 0,1% в день.

Как следует из материалов дела и установлено судом ответчик уклонился от надлежащего исполнения денежного обязательства по оплате товара в предусмотренный договором срок. При таких обстоятельствах требование истца о взыскании неустойки является обоснованным.

Представленный истцом расчет договорной неустойки проведен судом и признан верным. Обоснованных возражений в отношении методики расчета ответчиком в ходе

судебного разбирательства не представлено. Доводы ответчика, не основанные на согласованных сторонами и названных ранее условиях договора поставки о порядке расчета и размере процентов и неустойки, порядке определения очередности платежей, не могут быть признаны судом состоятельными.

Ответчиком заявлено ходатайство об уменьшении размера неустойки в соответствии со статьей 333 ГК РФ.

В силу п. 1 ст. 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

В силу разъяснений п. 69, 71, 73, 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке. Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме. Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика.

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования.

Пунктом 77 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 разъяснено, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею

приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды.

Суд исходит из того, что законодатель, предусмотрев неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, предоставил суду право снижения размера неустойки в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной.

Степень несоразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

В обоснование ходатайства о снижении неустойки ответчик ссылается на то, что размер неустойки является чрезмерным, явно несоразмерной последствиям нарушения обязательства.

Суд исходит из того, что законодатель, предусмотрев неустойку (пени) в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, предоставил суду право снижения размера неустойки в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной.

Кроме того, суд считает, что реализация кредитором права на предъявление должнику штрафных санкций не должна приводить к необоснованному обогащению

кредитора с одновременным причинением ущерба должнику, злоупотребление правом во вред интересам других лиц не допускается.

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др. (п. 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 14.07.97 № 17 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 ГК РФ").

Как указано в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О и № 277-О, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств. Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, т.е., по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Именно поэтому в статье 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Степень соразмерности заявленного истцом неустойки (пени) последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют положения статьи 71 АПК РФ.

В данном случае расчет неустойки произведен истцом из размера неустойки

0,1% за каждый день просрочки, что соответствует обычно применяемому размеру неустойки в деловом обороте и свидетельствует о фактическом применении положений ст. 333 ГКРФ при определении размера подлежащей взысканию с ответчика неустойки. В связи с чем суд считает ходатайство ответчика не подлежащим удовлетворению.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства, учитывая конкретные обстоятельства дела, принимая во внимание принцип соразмерности гражданско-правовой ответственности последствиям нарушения обязательства, период нарушения обязательства, фактическую реализацию ответчиком права, предусмотренного статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд считает исковые требования в части взыскания неустойки обоснованными и подлежащими удовлетворению в размере 181 875 041,67 руб. по состоянию на 23.06.2025.

Истец также просит взыскать с ответчика неустойку за нарушение сроков оплаты товара за период с 24.06.2025 по день фактической оплаты основной суммы долга в размере 0,4% от основной суммы долга за каждый день просрочки.

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 22 "О некоторых вопросах присуждения взыскателю денежных средств за неисполнение судебного акта" указано, что по смыслу статей 330, 395, 809 ГК РФ истец вправе требовать присуждения неустойки или иных процентов по день фактического исполнения обязательства.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", присуждая неустойку, суд по требованию истца в

резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства.

Исходя из положений абз. 3 п. 12 постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного суда РФ от 08.10.1998 N 13/14, проценты, взимаемые за пользование коммерческим кредитом подлежат начислению по дату фактического исполнения стороной, получившей кредит, своих обязательств либо возврата полученного в качестве коммерческого кредита.

Поскольку истец не требует указания в резолютивной части решения размера процентов на дату вынесения решения, суд с учетом принципа диспозитивности арбитражного процесса считает исковые требования о взыскании с ответчика

неустойки за нарушение сроков оплаты товара за период с 24.06.2025 по день фактической оплаты основной суммы долга в размере 0,1% от основной суммы долга за каждый день просрочки.

Ответчиком в ходе судебного разбирательства заявлено встречное исковое заявление о взыскании ООО «НПП «Макстон-Тольятти» неустойки за нарушение срока поставки продукции по состоянию на 19.06.2025 в размере 204 509 428, 99 руб., убытков в размере 1 507 205 387,21 руб., в том числе:

Реальный ущерб в размере 743 242 556,11 руб., в том числе:

1.1. компенсация предъявленных неустоек по государственным контрактам в размере 2 938 884,16 руб.;

1.2. компенсация предъявленной по состоянию на 19.06.2025 к взысканию платы за пользование коммерческим кредитом (процентов) в размере 623 271 424,95 руб. (уточнение исковых требований исх. № 66 от 10.06.2025);

1.3. расходы на приобретение техники в лизинг для последующего выполнения работ по исполнению государственных контрактов в размере 84 742 862 руб. (расчеты представлены в материалы дела 28.09.2024);

1.4. расходы по оплате простоя работников (в связи с простоем техники) 32 289 385 руб., в том числе оплата заработной платы за период простоя в размере 24 837 988 руб. и страховых взносов за период простоя в размере 7 451 397 руб. (расчеты представлены в материалы дела 28.09.2024)

. Упущенная выгода в размере 763 962 831,10 руб., в том числе:

2.1. неполученные доходы от выполнения и сдачи работ по государственным контрактам в размере 595 855 446,33 руб.

2.2. инфляционные убытки (неполученные доходы), понесенные в связи с неполучением (несвоевременным получением) доходов от выполнения и сдачи работ по упомянутым государственным контрактам в размере 168 107 384,77 руб., согласно представленной в письменных объяснениях в порядке ст. 81 АПК РФ от 19.06.2025.

Исследовав представленные доказательства, проверив доводы, изложенные во встречном исковом заявлении, суд считает требования ОАО «Хотьковский автомост» не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Ответчик просит взыскать неустойку в размере 204 509 428, 99 руб. по состоянию на 19.06.2025, ссылаясь на нарушение истцом надлежащего исполнения договора в части поставки продукции.

В качестве основания для предъявления требования о взыскании неустойки ответчик указывает, что согласно п.1.2 договора, наименование, количество, цена, способ перевозки, срок, базис и условия поставки, условия оплаты и стоимость каждой партии Товара согласовываются в Спецификациях.

В период действия Договора между Поставщик обязался поставить Товар по спецификациям: № 1 от 24.11.2021, № 2 от 06.12.2021, № 3 от 27.01.2022, № 4 от 01.02.2022, № 5 от 01.02.2022, № 6 от 01.04.2022, № 7 от 29.04.2022 (в ред.ДС № 1 от 04.07.2022), № 8 от 01.08.2022 (в ред.ДС № 1 от 18.10.2022 и ДС № 2 от 03.11.2022), № 9 от 01.08.2022 (в

ред.ДС № 1 от 03.11.2022 и № 2 от 11.11.2022), № 10 от 22.09.2022 (в ред.ДС № 1 от 11.11.2022), № 11 от 01.10.2022 (в ред.ДС № 1 от 11.11.2022), № 12 от 07.10.2022 (в ред.ДС № 1 от 11.11.2022), № 13 от 01.11.2022 (в ред.ДС № 1 от 11.11.2022), № 14 от 30.11.2022 (в ред.ДС № 1 от 07.12.2022, ДС № 2 от 16.01.2023, ДС № 3 от 15.03.2023 и ДС № 4 от 28.04.2023), № 15 от 01.12.2022 (в ред.ДС № 1 от 30.12.2022, ДС № 2 от 16.01.2023, ДС № 3 от 15.03.2023 и ДС № 4 от 28.04.2023), № 16 от 20.01.2023 (в ред.ДС № 1 от 15.03.2023 и ДС № 2 от 28.04.2023), № 17 от 20.01.2023 (в ред.ДС № 1 от 15.03.2023 и ДС № 2 от 28.04.2023), № 18 от 20.01.2023 (в ред.ДС № 1 от 15.03.2023 и ДС № 2 от 28.04.2023), № 19 от 20.01.2023 (в ред.ДС № 1 от 15.03.2023 и ДС № 2 от 28.04.2023), № 20 от 20.01.2023 (в ред.ДС № 1 от 28.04.2023), № 21 от 20.01.2023 (в ред.ДС № 1 от 28.04.2023), № 22 от 01.03.2023 (в ред.ДС № 1 от 28.04.2023), № 23 от 01.03.2023 (в ред.ДС № 1 от 28.04.2023).

Согласно представленному ответчиком при первом рассмотрении расчету истцом нарушены сроки поставки продукции, указанные в названных спецификациях.

При новом рассмотрении ответчик указал, что в соответствии с заключенными к Договору спецификациями, сторонами согласована поставка Товара в объеме 12 621,54 тонн на сумму 839 307 422,28 руб. Фактически же поставлено, исходя из объема поставки по транспортным накладным (масса нетто), 10 017,50 тонн на сумму 679 273 108,11 руб. Недопоставка составила 2 604,038 тонн на сумму 160 034 314,17 руб. Таким образом, по его мнению, в нарушение п.2.1.3 и заключенных к Договору спецификаций, поставка Товара осуществлена в существенно меньшем объеме, чем указано в спецификациях. Более того, Поставщик систематически нарушал сроки поставки.

В соответствии с п.1 ст.511 Гражданского кодекса РФ поставщик, допустивший недопоставку товаров в отдельном периоде поставки, обязан восполнить недопоставленное количество товаров в следующем периоде (периодах) в пределах срока действия договора поставки, если иное не предусмотрено договором. Установленная законом или договором поставки неустойка за недопоставку или просрочку поставки товаров взыскивается с поставщика до фактического исполнения обязательства в пределах его обязанности восполнить недопоставленное количество товаров в последующих периодах поставки, если иной порядок уплаты неустойки не установлен законом или договором (ст. 521 Гражданского кодекса РФ).

Согласно п. 8.4 Договора, поставщик в случае нарушения сроков осуществления поставки товара обязуется уплатить покупателю неустойку в размере 0,1% от стоимости несвоевременно поставленного Товара за каждый день просрочки. Ответчик по встречному иску настаивает на отсутствии просрочки встречного договорного исполнения, ссылаясь на отсутствие заявок Покупателя.

В то время как, в соответствии с п.1.1 и п.1.2 Договора и заключенными к Договору Спецификациями, сторонами согласован базис поставки «франко-автоцистерна пункт назначения». Договор рамочный. Направление заявок Договором предусмотрено для базиса поставки «франко-резервуар нефтебаза» (раздел 2.3.Договора), но не предусмотрено для базиса поставки «франко-автоцистерна пункт назначения» (раздел 2.2.Договора).

В связи с чем, доводы Поставщика об отсутствии Заявок со ссылкой на нормы Договора, регулирующие правоотношения сторон, связанные с направлением заявок (в т.ч. п.8.10.Договора), не соответствуют требованиям ст.67 АПК РФ об относимости и не применимы к рассматриваемому спору.

В соответствии с п. 2 ст. 328 Гражданского кодекса РФ в случае непредоставления обязанной стороной предусмотренного договором исполнения обязательства либо при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что такое исполнение не будет произведено в установленный срок, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения этого обязательства и потребовать возмещения убытков. Согласно п. 5 ст. 486 Гражданского кодекса РФ в случаях, когда продавец в соответствии с договором купли-

продажи обязан передать покупателю не только товары, которые покупателем не оплачены, но и другие товары, продавец вправе приостановить передачу этих товаров до полной оплаты всех ранее переданных товаров, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» (далее – Постановление № 54) в п. 57 содержит разъяснения из которых следует, что сторона, намеревающаяся приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от его исполнения лишь на основании обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что другая сторона не произведет исполнение в установленный срок, обязана в разумный срок предупредить последнюю об этом (п. 3 ст. 307 ГК РФ). Из системного анализа изложенных норм права и п. 57 Постановления № 54 следует, что субъективному праву продавца приостановить передачу товаров до полной оплаты всех ранее переданных товаров корреспондирует его же юридическая обязанность в разумный срок уведомить покупателя о таком приостановлении. В нарушение ст.65 АПК РФ, Поставщик не представил в материалы дела доказательства уведомления в адрес покупателя о принятом решении о приостановке поставки товара. Следовательно, последующие поставки осуществлены Поставщиком исходя из своего усмотрения, что с учетом п. 1 ст. 2 Гражданского кодекса РФ, фактически является риском предпринимательской деятельности, а возникающие негативные последствия такого поведения в соответствии с положениями статей 9 и 41 АПК РФ относятся на самого Поставщика.

Таким образом Поставщиком допущено ненадлежащее исполнение обязательств по поставке товара, что дает Покупателю право требовать взыскания неустойки. Более того, установившаяся практика взаимоотношений сторон показывает, что при отсутствии потребности в предусмотренных спецификациями поставок, стороны заключали к спецификациям представленные в материалы дела дополнительные соглашения об уменьшении объема поставки.

Утверждение Поставщика о том, что неустойка подлежит начислению лишь в случае предварительной оплаты товара, не соответствует условиям Договора, нарушает нормы материального права и не соответствует выводам Арбитражного суда Поволжского округа, указавшего, что условие п.8.4.Договора применяется в совокупности с согласованным сторонами общем правиле о поставке с отсрочкой платежа.

Так, условиями договора и спецификаций предусмотрена оплата товара с отсрочкой. Исходя из положений п.п. 3 и 4 ст. 1, п. 3 ст. 307, п. 2 ст. 328 и п. 5 ст. 486 Гражданского кодекса РФ, поведение Поставщика, как участника гражданского оборота, выраженного в неисполнении обязательств по договору поставки, при наличии сложного порядка зачета платежей и фактическом уклонении от участия в мероприятиях по сверке уплаченных Покупателем сумм, в отсутствие уведомления о приостановке поставки Товара, учитывая наличие правовых оснований для того, свидетельствует об отклонении от добросовестного. Что дает Покупателю право заявить требования о взыскании неустойки.

Из буквального содержания п. 8.4. договора, следует, что неустойка подлежит начислению за не своевременно поставленный товар за каждый день просрочки, при этом из указанного пункта не следует что этот товар должен быть оплачен предварительно, он подлежит оплате в соответствии с условиями договора, а условия договора предусматривают отсрочку платежа, следовательно, неустойка подлежит начислению с даты просрочки поставки вне зависимости от его оплаты.

В связи с чем, исходя из буквального толкования условий договора, поскольку к спорным партиям товара подлежит применению отсрочка платежа, следовательно, начисление неустойки правомерно. Условием применения неустойки является просрочка поставки вне зависимости от наличия предварительной оплаты товара. Иное толкование указанного условия договора будет противоречить ст. 431 Гражданского кодекса РФ и нарушать баланс интересов сторон.

Однако данные доводы не могут быть признаны судом в качестве достаточного и необходимого основания для признания заявленных требований в этой чдасти правомерными.

На основании п. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В данном случае пунктом 8.4. договора поставки буквально предусмотрено, что поставщик в случае нарушения сроков осуществления поставки Товара в соответствии с настоящим Договором и Спецификацией к нему обязуется уплатить Покупателю пеню в размере 0,1 (ноль целых одна десятая) процента от стоимости оплаченного и несвоевременно поставленного Товара за каждый день просрочки. Условий о неприменении п.8.4. договора к поставкам товара по спецификациям №№ 1-23 в указанных спецификациях отсутствуют.

В силу пункта 2 статьи 1 и статьи 421 Гражданского кодекса граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права по своей воле и своем интересе, они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

По пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Согласование сторонами условий сделки по своему усмотрению в рамках предоставленной им свободы договора, в том числе касающееся порядка исчисления неустойки предполагает необходимость соблюдения условий договора именно в том виде, в котором они были определены, что соответствует основополагающему принципу частного права - pacta sunt servanda ("договоры должны соблюдаться"), закрепленному в статьях 309, 310 ГК РФ.

В соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса при толковании условий договора принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой данной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по применению статьи 431 Гражданского кодекса следует, что предусмотренные данной нормой правила толкования условий договора направлены на установление судом согласованного волеизъявления сторон договора и подлежат применению в случаях, когда отдельные условия письменного договора сформулированы его сторонами неясно и неточно.

Условие договора о применении к поставщику ответственности и расчете неустойки за нарушение срока поставки товара исключительно от стоимости оплаченного и несвоевременного товара не свидетельствует о его неясности и неточности. Такое буквальное толкование согласованной сторонами формулировки п. 8.4 договора не влечет ущемления прав и законных интересов покупателя, поскольку сторонами согласовано общее правило о поставке товара на условиях коммерческого кредита, т.е. с отсрочкой платежа.

Данный вывод суда подтверждается также тем, что применение в данном случае к поставщику ответственности в виде неустойки за просрочку поставки на основании п. 8.4

договора при наличии задолженности покупателя за поставленную продукцию является невозможным в силу отсутствия базиса для ее исчисления (стоимость поставленного и оплаченного товара). При этом законная неустойка за нарушение данного вида договорных обязательств в отличие от денежного обязательства отсутствует.

Примененное судом толкование условий п. 8.4 учитывает совокупность общего правила о поставке с отсрочкой платежа согласованного сторонами договора на условиях принципа свободы договора с учетом указаний суда кассационной инстанции по настоящему делу, а обстоятельств, установленных постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2023 по делу № А41-22611/24 .

Суд также отмечает, что согласованный сторонами порядок исчисления неустойки за нарушение срока поставки товара, не входит в противоречие с каким-либо явно выраженным законодательным запретом, нарушает существо законодательного регулирования отношений по договору, либо нарушает особо значимые охраняемых законом интересы, приводит к грубому нарушению баланса интересов сторон. На наличие обстоятельств, которые бы свидетельствовали о нарушении установленных законом пределов свободы договора стороны в ходе рассмотрения дела не ссылались.

Во встречном иске ОАО «Хотьковский автомост» просит взыскать с истца неустойку, рассчитанную от стоимости неоплаченного товара. Следовательно, расчёт неустойки, произведённый ответчиком, не соответствует условиям договора поставки и не может быть признан обоснованным.

Более того согласно ст. 429.1 ГК РФ, рамочным договором (договором с открытыми условиями) признается договор, определяющий общие условия обязательственных взаимоотношений сторон, которые могут быть конкретизированы и уточнены сторонами путем заключения отдельных договоров, подачи заявок одной из сторон или иным образом на основании либо во исполнение рамочного договора. К отношениям сторон, не урегулированным отдельными договорами, в том числе в случае не заключения сторонами отдельных договоров, подлежат применению общие условия, содержащиеся в рамочном договоре. В рассмотренном споре договор поставки является рамочным договором условия которого конкретизируются спецификациями и заявками.

Судом установлено, что стороны заключали спецификации на срок один месяц и более (п.2.5. Спецификаций «Период отгрузки»), с указанием в отдельных Спецификациях ( №№ 9, 13, 14 и др.) несколько видов товара (п.2.1. Спецификаций) и нескольких пунктов выгрузки (п.2.9. Спецификаций).

При этом спецификации не содержат точной информации об отгрузках: дата, конкретный пункт выгрузки из нескольких, указанных в Спецификации, конкретный вид товара из нескольких, указанных в Спецификации и количество товара отдельной отгрузки в пределах общего количества товара, предусмотренного Спецификацией

В связи с чем в п.8.10. договора поставки сторонами предусмотрено, что в случае непредставления/несвоевременного представления Покупателем Заявки, а при поставке с использованием железнодорожного транспорта также телеграммы станции назначения о готовности принять груз и сведений, указанных в п. 4.1. настоящего Договора, Поставщик не несет ответственности за нарушение сроков поставки и сроков направления Покупателю документов, предусмотренных п. 7.6. настоящего Договора.

Доводы ответчика о нарушении поставщиком условий спецификации не могут быть признаны судом в качестве основания для применения ответственности, предусмотренной п. 8.4 договора

Судом установлено, что в период действия спецификации поставщик отгружал, а покупатель принимал товар в необходимом ему количестве; ни поставщик, ни покупатель не требовали принять (отгрузить) товар в количестве, указанном в спецификации; в период действия спецификации стороны заключали следующую спецификацию о поставке того же товара, но по другой цене (и/или в другое место, и/или в другом количестве); в период действия следующей спецификации товар отгружался поставщиком и принимался

покупателем по цене (и/или в месте, и/или в количестве), указанной в следующей спецификации.

Указанные обстоятельства, очевидно свидетельствуют о согласии ответчика с количеством поставленного истцом товара.

Пунктом 2.4. спецификаций предусмотрено, что точная стоимость партии товара корректируется исходя из фактически отгруженного количества товара, говорит о том, что стоимость партии товара, указанная в спецификации, подлежит корректировке. При этом корректировка производится как в сторону уменьшения, так и в сторону увеличения.

Совокупность перечисленных выше условий договора и спецификаций, а также действий сторон договора свидетельствует об отсутствии неисполненных ответчиком заявок покупателя. Доказательств обратного ответчиком в материалы дела не предоставлено.

В отсутствие надлежаще оформленных и неисполненных поставщиком заявок покупателя, исходя из согласованных сторонами условий договора поставки встречное исковое заявление в этой части является необоснованными и не подлежит удовлетворению.

Также ответчик просит взыскать с истца реальный ущерб в размере 743 242 556,11 руб., в том числе:

1.1. компенсация предъявленных неустоек по государственным контрактам в размере 2 938 884,16 руб.;

1.2. компенсация предъявленной по состоянию на 19.06.2025 к взысканию платы за пользование коммерческим кредитом (процентов) в размере 623 271 424,95 руб. (уточнение исковых требований исх. № 66 от 10.06.2025);

1.3. расходы на приобретение техники в лизинг для последующего выполнения работ по исполнению государственных контрактов в размере 84 742 862 руб. (расчеты представлены в материалы дела 28.09.2024);

1.4. расходы по оплате простоя работников (в связи с простоем техники) 32 289 385 руб., в том числе оплата заработной платы за период простоя в размере 24 837 988 руб. и страховых взносов за период простоя в размере 7 451 397 руб. (расчеты представлены в материалы дела 28.09.2024).

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из правовой позиции, содержащейся в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что

кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В обоснование заявленного встречного иска в части оплаты неустоек ответчик при первом рассмотрении дела ссылался на наличие у него государственных следующих государственных контрактов:

- № 5/3-20 от 30.03.2020, идентификационный код закупки 201583601069958360100100650424211414

https://zakupki.gov.ru/epz/contract/contractCard/commoninfo.html?reestrNumber=15836010699 20000073 ,

- № 0301100012719000034.2019.7 от 03.06.2019, идентификационный код закупки 191027800704802780100100380304211414https://zakupki.gov.ru/epz/contract/contractCard/co

mmon-info.html?reestrNumber=1027800704819000044 ,

- № 0301100012719000033.2019.7 от 09.07.2019, идентификационный код закупки 191027800704802780100100360314211414https://zakupki.gov.ru/epz/contract/contractCard/co

mmon-info.html?reestrNumber=1027800704819000066 ,

- № 0301100012719000032.2019.7 от 09.07.2019, идентификационный код закупки 191027800704802780100100410334211414https://zakupki.gov.ru/epz/contract/contractCard/co

mmon-info.html?reestrNumber=1027800704819000065 ,

№ 0301100012721000052.2021.7 от 13.10.2021, идентификационный код закупки 211027800704802780100100390034211414https://zakupki.gov.ru/epz/contract/contractCard/co

mmon-info.html?reestrNumber=1027800704821000053 .

Как указывал ответчик, ООО «НПП «Макстон-Тольятти» является единственным поставщиком нефтепродуктов, (Товара) на объекты по выщеназванным Госконтрактам.

Поставка нефтепродуктов осуществлялась для обеспечения работы техники, задействованной (в соответствии с Проектной документацией) при строительстве объектов по каждому Госконтракту.

Однако данные доводы ответчика не могут быть признаны судом обоснованными.

Во-первых, как указано ранее, в п.8.10. договора поставки сторонами предусмотрено, что в случае непредставления/несвоевременного представления Покупателем Заявки, а при поставке с использованием железнодорожного транспорта также телеграммы станции назначения о готовности принять груз и сведений, указанных в п. 4.1. настоящего Договора, Поставщик не несет ответственности за нарушение сроков поставки и сроков направления Покупателю документов, предусмотренных п. 7.6. настоящего Договора.

В ходе судебного разбирательства ответчиком не представлены доказательства направления поставщику необходимой информации в форме заявок и т.д.

Кроме того, ответчиком не доказано наличие причинной связи между неисполнением истцом обязательства по поставке товара, поскольку ни в договоре поставки, ни в спецификациях к нему не указано, что договор поставки заключен в целях реализации государственных контрактов, перечисленных ответчиком.

Судом установлено, что сумма перечисленных ответчиком требований (претензий) по государственным контрактам составляет 2 938 884,16 руб.

В обоснование связи государственных контрактов и договора поставки, ответчик приводит два довода:

- товар по договору поставки поставлялся на объекты по вышеназванным Госконтрактам.

- проектной документацией (регулирующей процесс строительства объектов) определены перечни техники, необходимой для выполнения строительно-монтажных работ, предусмотренных календарными графиками строительства объектов (Приложения №№ 43-50). Работа техники обеспечивается нормативно определенным количеством топлива, для поставки которого заключен рассматриваемый договор.

Следовательно, поименованные во встречном исковом заявлении государственные

контракты должны отвечать сразу двум указанным выше критериям. Однако, сравнение географического положения пунктов выгрузки, в которые доставлялось дизельное топливо по договору и объектов гос.контрактов показывает, что первому, заявленному ответчиком критерию связи с договором поставки отвечают только два гос.контракта: № 5/3-20 (пункт выгрузки - р.п. Зубова Поляна) и № 0301100012719000033.2019.7. (пункт выгрузки - 1308-й километр автомобильной дороги М-5). Остальные пункты выгрузки находятся на значительном расстоянии от объектов гос.контрактов.

Приложения №№ 43-50 представленные ответчиком, относятся только к одному государственному контракту: № 5/3-20, и представляют собой книги проектной документации по объекту «Строительство и реконструкция автомобильной дороги М-5 «Урал» от Москвы через Рязань, Пензу, Самару, Уфу до Челябинска. Строительство автомобильной дороги М-5 «Урал» Москва - Рязань - Пенза - Самара - Уфа - Челябинск на участке обходов н.п. Умет, н.п. Аким-Сергиевка, н.п. Зубова Поляна км 411 - км 466, Республика Мордовия».

Количество топлива и/или нормативов, по которым оно рассчитывается в представленных книгах проекта нет. Аналогичной проектной документации по остальным государственным контрактам, которые перечислены ответчиком, а также документов, подтверждающих простой техники ответчика в периоды недопоставки товара, материалы дела не содержат.

Таким образом, второму, заявленному ответчиком критерию связи с договором поставки, не отвечает ни один из гос.контрактов, упомянутых во встречном исковом заявлении. Соответственно, совокупности этих двух критериев не отвечает ни один из гос.контрактов ответчика.

В периоды просрочки исполнения ответчиком обязательств по гос.контрактам, указанные в перечисленных ответчиком требованиях (претензиях), поставка товара в пункты выгрузки, расположенные в одном субъекте РФ с объектами этих гос.контрактов не была предусмотрена ни одной из спецификаций к договору поставки.

Из указанного следует, что понесенные ответчиком убытки не являются следствием исполнения (не исполнения) истцом обязательств по договору поставки.

Более того по информации, размещённой на официальном сайте Единой информационной системы в сфере закупок, об исполнении гос.контрактов, перечисленных ответчиком во встречном исковом заявлении, на 26.12.2023г. суммарная стоимость исполненных обязательств (выполненных работ) составляет 20 282 246 015,39 руб., а сумма фактической оплаты - 34 924 655 544,14 руб.

При таких обстоятельствах доводы ответчика о привлечении его к ответственности за ненадлежащее исполнение названных государственных контрактов, оплата по которым производится исключительно за счет средств бюджета, противоречат правовой природе законодательства, регламентирующего порядок госзакупок.

При новом рассмотрении дополнительные доводы и доказательства в этой части ответчиком не представлены.

Также ответчик во встречном иске просит взыскать реальный ущерб в виде компенсации предъявленной истцом в первоначальном иске по состоянию на 19.06.2025 к взысканию платы за пользование коммерческим кредитом (процентов) в размере 623 271 424,95 руб. (уточнение исковых требований исх. № 66 от 10.06.2025); Аналогичное требование было заявлено при первом рассмотрении дела.

При этом ответчик указывает, что в связи с нарушением Поставщиком сроков поставки по Договору, он был лишен возможности своевременно выполнить работы по Госконтрактам, сдать эти работы заказчику и получить оплату. В связи с неполучением оплаты по Госконтрактам (из-за просрочки Поставщика), Покупатель был лишен возможности оплатить Товар Поставщику в день получения Товара. Это, в свою очередь, привело к предъявлению Поставщиком требования (в рамках первоначального иска) о взыскании с Покупателя платы за пользование коммерческим кредитом в заявленной

сумме.

ОАО «Хотьковский автомост» считает взыскание заявленной Поставщиком платы за пользование коммерческим кредитом незаконным и необоснованным. При этом, если суд оценит это требование Поставщика как законное, взысканная плата за пользование коммерческим кредитом будет убытками ОАО «Хотьковский автомост» в виде реального ущерба, понесенными в связи с нарушением Поставщиком сроков поставки Товара по Договору.

Между тем в данном случае плата за коммерческий кредит является договорной обязанностью покупателя. Ответчик своей волей и в своём интересе получил товар по договору поставки на условиях коммерческого кредитования, т.е. нарушение истцом условий договора не является основанием для уплаты покупателем процентов за пользование коммерческим кредитом.

Логика юридической конструкции возмещения убытков предполагает, что реальный ущерб - это расходы, возникшие после нарушения права, а не до него. В рассматриваемом споре плата за пользование коммерческим кредитом возникла раньше, чем заявленное ответчиком нарушение его прав: проценты начисляются на стоимость отгруженного товара, а убытки ответчик просит взыскать в связи с недопоставкой товара по той же спецификации, т.е. проценты по коммерческому кредиту возникли раньше, чем предполагаемое ответчиком нарушение его прав.

Кроме того, как указано ранее, оплата выполненных по названным контрактам работ произведена заказчиками в размере, превышающем стоимость этих работ.

Оценка всем обстоятельствам дана судом при первом рассмотрении. При новом рассмотрении дополнительные доводы и доказательства в этой части ответчиком не представлены.

По аналогичным основаниям не могут быть признаны обоснованными требования по встречному иску в части взыскания убытков в идее расходов на приобретение техники в лизинг для последующего выполнения работ по исполнению государственных контрактов в размере 84 259 860,52 руб.;

Суд отмечает, что ОАО «Хотьковский автомост», как исполнитель соответствующих госконтрактов, обязан располагать необходимым количеством техники для их выполнения или привлекать отсутствующую технику за собственный счет. Это обязательство не может быть привязано к поставкам ГСМ от ООО «НПП Макстон- Тольятти», который ни в какой форме не принимал на себя обязанность по обеспечению внесения лизинговых платежей по договорам, которые заключило с лизинговыми компаниями ОАО «Хотьковский автомост».

Оценка всем обстоятельствам дана судом при первом рассмотрении. При новом рассмотрении дополнительные доводы и доказательства в этой части ответчиком не представлены.

В составе реального ущерба ОАО «Хотьковский автомост» просит взыскать с истца расходы по оплате простоя работников (в связи с простоем техники) 32 358 086,85 руб., в том числе оплата заработной платы за период простоя в размере 24 906 690,69 руб. и страховых взносов за период простоя в размере 7 451 396,16 руб. При этом истец по встречному иску не учитывает, что оплата простоя – это обязанность работодателя, предусмотренная трудовым законодательством и конкретным трудовым договором. Прямая причинно-следственная связь между недопоставкой ГСМ и простоем работников отсутствует. Работодатель для минимизации возможных убытков не был лишен возможности занять таких работников на других объектах. Кроме того, можно было избежать простоя, приобретая ГСМ у других поставщиков.

В качестве доказательства своих требований истец по встречному иску представил в материалы дела служебные записки, заказ-наряды, и расчётные ведомости, относящиеся к периоду действия договора поставки. Однако данные документы не подтверждают наличие причинной связи между возможными простоями ОАО «Хотьковский автомост» в

исследуемый период и поставками товара ООО «НПП Максто-Тольятти».

В служебных записках указано, что с определённой даты (дата возможной остановки работ) на определённых участках автодороги М-5 возможна приостановка работ в связи с отсутствием поставки дизтоплива, при этом либо не существует спецификаций, предусматривающих поставку истцом дизельного топлива в это время и в это место, либо нет отрицательных расхождений между планом и фактом отгрузок.

В заказ-нарядах (столбец «Причины не выполнения») указаны даты отсутствия дизельного топлива, при этом либо не существует спецификаций, предусматривающих поставку товара в это время и в это место, либо нет отрицательных расхождений между планом и фактом отгрузок в указанный период.

Судом установлено, что расчётные ведомости не имеют номеров и подписаны: «Главный бухгалтер ФИО4», что противоречит карточке подписей ответчика, где указано: «бухгалтерский работник в штате не предусмотрен».

Не существует спецификаций, предусматривающих поставку ООО «НПП Максто- Тольятти» дизельного топлива в пункты выгрузки на территории Республики Башкортостан до 22.09.2022г. Однако в расчётных ведомостях за период с декабря 2021г по сентябрь 2022г подразделений, расположенных в Республике Башкортостан, представленных ОАО «Хотьковский автомост», указана оплата простоя по вине работодателя.

Также не существует спецификаций, предусматривающих поставку истцом дизельного топлива в пункты выгрузки на территории «Участок 1336-1344 Уфа», «Мостоотряд № 131 Уфа», Участок 1375 км Уфа», «Участок Чесноковка Уфа», «Участок 1280-1300 Уфа», «Мостоотряд № 34 Уфа», «Участок 1169-1231 Уфа», «Асфальтобетонный завод Уфа».

Кроме того, отсутствуют отрицательные расхождения между планом и фактом отгрузок по спецификациям № 14, 17, 19 и 20. (период декабрь 2022 – февраль 2023). Однако в расчётных ведомостях за период с декабря 2022г по февраль 2022г подразделений, расположенных в Республике Башкортостан, представленных ОАО «Хотьковский автомост», указана оплата простоя по вине работодателя.

Аналогичная ситуация с расчётными ведомостями подразделений ответчика «Строительный участок Зубова поляна». Отсутствуют отрицательные расхождения между планом и фактом отгрузок по спецификациям № 7, 9, 15, 16, 18 и 21. (период апрель 2022 – февраль 2023). Однако в расчётных ведомостях за период с апреля 2022г по февраль 2022г подразделений «Строительный участок Зубова поляна», представленных ОАО «Хотьковский автомост», указана оплата простоя по вине работодателя.

Все приказы о простое сделаны «на будущее». Например, Приказ № 191 от 31.10.2022г. - о простоях «…01, 05 ноября 2022 года…» что противоречит ст.9 закона «О бухгалтерском учёте» (п.3. Первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания.). При этом приказом № 190 от 31.10.2022г. работники направляются на работы вахтовым методом с 01.11.2022г. по 15.11.2022г., т.е. непосредственно в простой.

Таким образом, вне зависимости от того, есть спецификации о поставке дизельного топлива истцом или их нет, положительное расхождение между планом и фактом отгрузок по спецификациям или отрицательное, в любом случае в расчётных ведомостях ОАО «Хотьковский автомост» присутствует оплата простоя по вине работника.

В связи с указанными обстоятельствами суд критически относится к информации, изложенной в представленных расчётных ведомостях, приказах, таблицах расчёта убытков, связанных с лизингом, таблицах количества фактически поставленного товара, таблицах расчёта оплаты вынужденного простоя.

Таким образом, оснований для взыскания с ООО «НПП «Макстон-Тольятти» убытков в размере 32 358 086,85 руб. в виде расходов по оплате простоя работников не

имеется.

Оценка всем обстоятельствам дана судом при первом рассмотрении. При новом рассмотрении дополнительные доводы и доказательства в этой части ответчиком не представлены.

В составе упущенной выгоды в размере 763 962 831,10 руб. ОАО «Хотьковский автомост» просит взыскать с ООО «НПП «Макстон-Тольятти»:

- неполученные доходы от выполнения и сдачи работ по государственным контрактам в размере 595 855 446,33 руб.

- инфляционные убытки (неполученные доходы), понесенные в связи с неполучением (несвоевременным получением) доходов от выполнения и сдачи работ по упомянутым государственным контрактам в размере 168 107 384,77 руб.

Аналогичные требования были заявлены ответчиком во встречном иске при первом рассмотрении. Оценка всем обстоятельствам дана судом при первом рассмотрении. При новом рассмотрении дополнительные доводы и доказательства в этой части ответчиком не представлены.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзацах первом и втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

При этом лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить, что им совершены конкретные действия, направленные на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным должником нарушением, ставшим единственным препятствием для получения дохода.

Согласно пункту 5 вышеприведенного Пленума по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

При этом факт возникновения убытков зависит от установления наличия или отсутствия всей совокупности указанных выше условий наступления гражданско-правовой ответственности. При рассмотрении дел о взыскании убытков арбитражному суду необходимо установить всю совокупность вышеперечисленных условий (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2016 N 18-КГ15-237, от

30.05.2016 N 41-КГ16-7, Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12.10.2015 N 25-П).

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, то, как указано в пункте 14 постановления от 23.06.2015 N 25, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Из приведенных положений гражданского законодательства и разьяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что возмещение убытков как мера ответственности носит компенсационный характер и направлено на восстановление имущественного положения потерпевшего лица. Убытки в форме упущенной выгоды подлежат возмещению, если соответствующий доход мог быть извлечен в обычных условиях оборота, либо при совершении предпринятых мер и приготовлений, но возможность его получения была утрачена вследствие неправомерных действий ответчика.

При этом истец должен доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду.

Для взыскания упущенной выгоды в виде таких неполученных доходов в данном случае истцу необходимо доказать, что именно недопоставка нефтепродуктом со стороны ООО «НПП «Макстон-Тольятти» явилась единственной причиной их неполучения. В данном случае, причиной неполучения доходов явилось невыполнение работ ОАО «Хотьковский автомост». Обязательство по выполнению работ по гос.контракту лежит на истце по встречному иску, он обязан принять все зависящие от него разумные действия для их выполнения, в том числе – найти других поставщиков ГСМ, привлечь субподрядчиков и т.п. Из материалов дела не усматривается, что подобные действия указанным лицом были предприняты.

Следовательно, истец по встречному иску действовал не так, как должен был бы действовать разумный и добросовестный участник гражданского оборота при обычных условиях, что исключает возможность взыскания таких неполученных доходов с ООО «НПП «Макстон-Тольятти». Кроме того, судом установлено, что ОАО «Хотьковский автомост» не утратил возможности выполнить работы и получить причитающийся ему доход, доказательства расторжения гос.контрактов в материалы дела не представлены.

Таким образом оснований для взыскания с ООО «НПП «Макстон-Тольятти» в пользу что ОАО «Хотьковский автомост» упущенной выгоды в размере 595 855 446,33 руб. в виде неполученных доходов от выполнения и сдачи работ по государственным контрактам, не имеется.

Требование о взыскании упущенной выгоды в размере 168 107 384,77 руб. является дополнительным (акцессорным) по отношению к предыдущему требованию в виде неполученных доходов. При необоснованности данного требования упущенная выгода в виде инфляционных убытков также взысканию не подлежит.

Отсутствие причинно-следственной связи между исполнением договора поставки и исполнением гос.контрактов подтверждается также судебными делами с участием ОАО «Хотьковский автомост», в рамках которых установлены обстоятельства, которые могли явиться причиной таких простоев:

- недопоставка стройматериалов на объекты в Республике Башкирия на сумму 33 798 629, 41 руб. (дело № А41-71055/2023)

- проведение археологических раскопок на объектах в Республики Башкирия (дело № A57-24009/2022);

- несвоевременная оплата услуг строительной техникой в Республике Мордовия и Республике Башкирия (дело № A39-5254/2023, А07-17757/2023).

Более того гос.контракты на которые ссылается ответчик, остаются действующими, ответчик продолжает исполнение по ним своих обязательств, работы по которым

допущено отставание в одном периоде выполняются им (или уже выполнены) в следующих периодах, работы по гос.контрактам проавансированы, что подтверждается информацией ЕИС Закупки.

Также необходимо учесть заявления ответчика в сети «Интернет» информации (сайт ответчика, сайт газеты «Коммерсантъ»), что работы в Мордовии выполнены строго по графику (публикации февраль - июнь 2023г.).

На стороне ответчика инфляционные убытки в данном случае также отсутствуют, т.к. сумма фактической оплаты по гос.контрактам превышает стоимость выполненных ответчиком работ. Таким образом, у ответчика отсутствует упущенная выгода в смысле ст.15 ГК РФ.

В таблицах расчёта убытков, связанных с лизингом и в приказах на простой количество водителей (механизаторов) и количество техники не соответствуют друг другу, например,

- спецификация 1: всего техники - 102. При этом водителей (механизаторов, машинистов), согласно приказов № 169, 180, 189, 191 - 561 человек;

- спецификация 5: всего техники - 102. При этом водителей (механизаторов, машинистов), согласно приказов № 24, 25, 26, 27, 38, 41, 42, 43 - 524 человека.

В таблицах расчёта убытков, связанных с лизингом одни и те же автомобили (всего порядка 20) в один и тот же период, производят работы в разных местах, расположенных на значительном расстоянии друг от друга:

Гос. № автомобиля

Таблицы расчёта по спецификациям №

Х180НВ790

12, 13 (Башкирия) одновременно с 9 (Мордовия)

Х167НВ790

10 ,12 ,13,14,20 (Башкирия) одновременно 9, 21 (Мордовия)

Х158НВ790

10,11,12,13,14,17,19,20 (Башкирия) одновременно 5, 9, 21 (Мордовия)

У695НВ790

20 (Башкирия) одновременно 21 (Мордовия)

У702СВ790

20 (Башкирия) одновременно 21 (Мордовия)

У710СВ790

12, 13, 20 (Башкирия) одновременно 9, 21 (Мордовия)

У729СВ790

12, 13, 20 (Башкирия) одновременно 9, 21 (Мордовия)

У903СО790

12, 13 (Башкирия) одновременно с 9 (Мордовия)

У634НВ790

10, 11, 12, 13, 20 (Башкирия) одновременно 9, 21 (Мордовия)

У619НВ790

20 (Башкирия) одновременно 21 (Мордовия)

Т828СВ790

12, 13, 20 (Башкирия) одновременно 9, 21 (Мордовия)

С922СВ790

12, 13, 20 (Башкирия) одновременно 9, 21 (Мордовия)

С877СР790

12, 13 (Башкирия) одновременно 9 (Мордовия)

С181НВ790

12, 13, 20 (Башкирия) одновременно 9, 21 (Мордовия)

С203НВ790

12, 13, 20 (Башкирия) одновременно 9, 21 (Мордовия)

С142НВ790

12, 13, 20 (Башкирия) одновременно 9, 21 (Мордовия)

Р817СВ790

12, 13, 20 (Башкирия) одновременно 9, 21 (Мордовия)

К418СВ790

20 (Башкирия) одновременно 21 (Мордовия)

К373СВ790

12, 13, 20 (Башкирия) одновременно 9, 21 (Мордовия)

В688НЕ790

12, 13 (Башкирия) одновременно 9 (Мордовия)

Согласно обычному общеисковому стандарту доказывания (с равными

возможностями спорящих лиц по сбору доказательств и при отсутствии сговора сторон об утаивании какой-либо информации от суда) суд принимает решение в пользу того лица, чьи доказательства преобладают над доказательствами процессуального противника (стандарт доказывания, именуемый "баланс вероятностей", "перевес доказательств" или "разумная степень достоверности") (определения Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2018 N 305-ЭС17-4004(2), от 30.09.2019 N 305-ЭС16-18600(5-8).

Состав таких доказательств должен соответствовать обычному кругу доказательств, документально опосредующих спорное правоотношение при его типичном развитии, которыми должна располагать сторона. Сторона процесса вправе представить в подтверждение своих требований или возражений определенные доказательства, которые могут быть признаны судом минимально достаточными для подтверждения обстоятельств,

на которые ссылается такая сторона, при отсутствии их опровержения другой стороной спора (доказательства prima facie - "на первый взгляд"). При этом для добросовестного подрядчика не составит труда представить совокупность прямых и косвенных доказательств, подтверждающих факт выполнения им спорных работ.

В связи с состязательностью процесса (статьи 9, 65 АПК РФ) нежелание стороны представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно, со ссылкой на конкретные документы, указывает процессуальный оппонент.

Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения. Данная правовая позиция сформулирована в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 N 12505/11, от 08.10.2013 N 12857/12.

Исходя из принципа диспозитивности арбитражного процесса непредставление в суд

документов в обоснование заявленных встречных исковых требований является процессуальным риском ответчика, на которого ложатся неблагоприятные последствия собственного бездействия (часть 2 статьи 9 АПК РФ), и в силу принципа "эстоппель" предполагает отсутствие у стороны права ссылаться на соответствующие обстоятельства в судах последующих инстанций.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности, с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В ходе судебного разбирательства суд неоднократно предлагал ответчику представить надлежащие доказательства наличия и размера ущерба, причинной связи между убытками и нарушением истцом конкретного договорного обязательства, принятия мер к уменьшению убытков.

Однако соответствующие доказательства ответчиком представлены не были. Более того при рассмотрении настоящего дела ответчик неоднократно изменял встречные исковые требования, как в части цены иска, так и в части конкретных обстоятельств и доказательств.

Кроме того как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Как указано ранее сторонами в п.8.10. договора поставки предусмотрено, что в случае непредставления/несвоевременного представления Покупателем Заявки, а при поставке с использованием железнодорожного транспорта также телеграммы станции назначения о готовности принять груз и сведений, указанных в п. 4.1. настоящего Договора, Поставщик не несет ответственности за нарушение сроков поставки и сроков направления Покупателю документов, предусмотренных п. 7.6. настоящего Договора.

Согласно пункту 1 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации встречным признается исполнение обязательства одной из сторон, которое обусловлено исполнением другой стороной своих обязательств.

В силу пункта 3 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации ни одна из

сторон обязательства, по условиям которого предусмотрено встречное исполнение, не вправе требовать по суду исполнения, не предоставив причитающегося с нее по обязательству другой стороне.

В ходе судебного разбирательства ответчиком не представлены доказательства надлежащего исполнения им договорных обязательств, предусматривающих направление поставщику необходимой информации в форме заявок и т.д.

При таких обстоятельствах заявление покупателем встречного иска о взыскании убытков, причиненных ненадлежащим, по мнению ответчика, исполнением истцом договорных обязательств, являющихся по своей правовой природе встречными, исключает возможность признания судом поведения поставщика неправомерным.

Более того как установлено в ходе судебного разбирательства ответчик в период с ноября 2021г. по май 2023г. получал нефтепродукты по договору поставки, осуществлял платежи по договору, не предъявляя поставщику никаких претензий по поводу ненадлежащего исполнения последним договорных обязательств.

Требование о наличии у него убытков, вызванных не исполнением истцом договорных обязательств, заявлено ответчиком в качестве встречного иска 02.11.2023, т.п. спустя более 3 месяцев после обращения истца в арбитражный суд.

В силу правовой позиции, сформированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.12.2014 N 310-ЭС14-142, для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков суду необходимо установить состав правонарушения, включающий наступление вреда, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, а также размер ущерба.

Как следует из изложенных выше обстоятельств в данном случае отсутствует противоправность поведения ответчика.

Иной подход к оценке обстоятельств, являющихся основанием для возмещения убытков, противоречил бы основному признаку предпринимательской деятельности, а именно деятельности, осуществляемой самостоятельно на свой риск, и позволяло бы возмещать все свои убытки, не предпринимая активных действий по их минимизации или получения соответствующей прибыли с привлечением иных хозяйствующих субъектов.

В силу ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. При этом согласно ст. 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами. Согласно ст. ст. 8, 9 АПК РФ, стороны пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности

На основании оценки обстоятельств дела с учетом совокупности представленных доводов и доказательств, суд приходит к выводу, что ответчиком в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ни факт нарушения истцом норм законодательства Российской Федерации и договорных обязательств, ни сами убытки, ни наличие причинно-следственной связи между действиями истца и проведенными платежами и неполученными доходами, именуемыми ответчиком убытками, не доказаны.

Отсутствие доказательств хотя бы одного из указанных обстоятельств, влечет недоказанность всего сложного состава гражданско-правового института убытков и отказ в удовлетворении исковых требований. С учетом изложенного в удовлетворении встречного иска следует отказать.

Расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению в соответствии с положениями ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст. 66, 85, 159, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса

Российской Федерации, Р Е Ш И Л:

1. Ходатайство ОАО «Хотьковский автомост» об истребовании доказательств оставить без удовлетворения.

2. Ходатайство ОАО «Хотьковский автомост» о назначении по делу комплексной судебной экспертизы оставить без удовлетворения.

3. Первоначальный иск удовлетворить. Взыскать с ОАО «Хотьковский автомост», г.Сергиев Посад, Московская область (ИНН <***>) в пользу ООО «Научно-производственное предприятие «Макстон-Тольятти», г. Тольятти, Самарская область (ИНН <***>) основной долг в размере 207 964 592,02 руб., проценты за пользование коммерческим кредитом в размере 595 898 858,44 руб. по состоянию на 23.06.2025, неустойку в размере 181 875 041,67 руб. по состоянию на 23.06.2025, а всего 985 738 492,13 руб., проценты за пользование коммерческим кредитом с 24.06.2025 г. по день фактической оплаты основной суммы долга в размере 0,4% от основной суммы долга за каждый день пользования, неустойку за нарушение сроков оплаты товара с 24.06.2025 по день фактической оплаты основной суммы долга в размере 0,1% от основной суммы долга за каждый день просрочки, и расходы по госпошлине в размере 200 000,00 руб.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.

Судья / Л.В. Кулешова