Постановление от 16 сентября 2024 г. по делу № А05-3887/2023

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А05-3887/2023
г. Вологда
17 сентября 2024 года


Резолютивная часть постановления объявлена 10 сентября 2024 года.

В полном объёме постановление изготовлено 17 сентября 2024 года.


Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Алимовой Е.А., судей Докшиной А.Ю. и Мурахиной Н.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Зеленцовой Ю.А.,

при участии от акционерного общества «Северодвинск-Молоко» генерального директора ФИО1, от Управления Федеральной налоговой службы по Архангельской области и Ненецкому автономному округу                          ФИО2 по доверенности от 05.09.2024 № 39-09/41663, ФИО3 по доверенности от 15.01.2024 № 39-09/01105, ФИО4 по доверенности от 19.12.2023 № 39-09/61338,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Архангельской области по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, дело № А05-3887/2023 по заявлению акционерного общества «Северодвинск-Молоко» к Управлению Федеральной налоговой службы по Архангельской области и Ненецкому автономному округ о признании частично недействительным решения от 26.12.2022 № 28-06/1423, 



у с т а н о в и л:

акционерное общество «Северодвинск-Молоко» (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 164500, <...>; далее – АО «Северодвинск-молоко», общество) обратилось в Арбитражный суд Архангельской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к Управлению Федеральной налоговой службы по Архангельской области и Ненецкому автономному округ                                    (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 163000,                                    <...>;                     далее – управление, налоговый орган) о признании недействительным решения от 26.12.2022 № 28-06/1423 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления налогов на сумму                               19 066 775 руб., начисления пеней в сумме 9 148 194 руб. 17 коп. и штрафа в сумме1 565 470 руб.; в случае отказа в признании недействительным решения от 26.12.2022 общество просило оставить в силе решение от 20.04.2023                            № 28-06/19509@ и уменьшить штраф в два раза.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11.

Решением Арбитражного суда Архангельской области от 31 января                   2024 года по делу № А05-3887/2023 в удовлетворении заявления отказано.

Общество с решением суда не согласилось и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить. В обоснование своей позиции ссылается на нарушение норм материального права и несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

Управление в отзыве на апелляционную жалобу просило решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Третьи лица отзывы на апелляционную жалобу не представили.

В силу части 6 статьи 268 АПК РФ независимо от доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли арбитражным судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4                    статьи 270 названного Кодекса основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

В соответствии с пунктом 4 части 4 статьи 270 АПК РФ основаниями для отмены решения арбитражного суда первой инстанции в любом случае является принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

Как следует из материалов дела, налоговом органом в ходе проверки установлено, что в нарушение пункта 1 статьи 54.1, норм глав 21, 25 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) обществом неправомерно занижены налоговые базы для исчисления налога на добавленную стоимость (далее – НДС) и налога на прибыль в результате «дробления» бизнеса – формального включения в процесс производства продукции индивидуального предпринимателя ФИО12 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>;                            далее – ИП ФИО12) с последующим формальным отражением выручки  от реализации произведенной продукции у предпринимателя, применяющего специальный налоговый режим в виде патентной системы налогообложения (далее – ПСН).

Кроме отражения выручки от реализации на сторону формально произведенной предпринимателем продукции (что влекло занижение налоговой базы по НДС и налогу на прибыль), налогоплательщиком оформлялось приобретение у предпринимателя части продукции (творога) по цене выше себестоимости, что вело к завышению расходов у общества.

Проверкой установлено, что ИП ФИО12 в части деятельности по производству молочной продукции применял ПСН, заменяющую уплату НДС и налога на прибыль (для предпринимателя – налога на доходы физических лиц (НДФЛ)), но фактически при этом производственной деятельности не осуществлял.

Согласно сведениям Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей (далее – ЕГРИП) ИП ФИО12 22.12.2023 прекратил деятельность в качестве предпринимателя.

Вместе с тем ФИО12  к участию в деле судом первой инстанции не привлечен, что в силу пункта 4 части 4 статьи 270 АПК РФ является безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта и рассмотрения дела по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Определением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда                от 05 июля 2024 года апелляционный суд перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлек ФИО12.

Представитель общества в судебном заседании 30.07.2024 заявление уточнил, указал, что оспаривает решение от 26.12.2022 № 28-06/1423 за исключением привлечения общества к ответственности по пункту 1                            статьи 126 НК РФ.

В порядке статьи 49 АПК РФ уточнение требований принято судом.

В судебном заседании представитель общества уточненное заявление  и доводы, изложенные в письменной позиции, апелляционной жалобе, поддержал.

Представители управления в судебном заседании с требованиями общества не согласились, просили в удовлетворении заявления общества отказать.

ФИО12 в письменных пояснениях поддержал заявление общества.

Третьи лица надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения материалов дела, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со                                           статьями 123, 156, 266 АПК РФ.

Определением председателя четвертого судебного состава Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29 июля 2024 года в соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи Докшиной А.Ю. на судью Болдыреву Е.Н.

Согласно части 5 статьи 18 АПК РФ в связи с заменой судьи судебное разбирательство произведено с самого начала.

Определением заместителя председателя Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда Виноградова О.Н. от 06 сентября 2024 года в соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи                     Болдыревой Е.Н. на судью Докшину А.Ю.

Согласно части 5 статьи 18 АПК РФ в связи с заменой судьи судебное разбирательство произведено с самого начала.

Заслушав объяснения представителей общества и управления, исследовав материалы дела, представленные сторонами доказательства, апелляционный суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, на основании решения Межрайонной ИФНС России № 9 по Архангельской области и Ненецкому автономному округу от 29.09.2021 № 2.12-05/17 инспекцией проведена проверка по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) обществом всех налогов и сборов за период с 01.01.2018 по 31.12.2020.

По результатам указанной проверки инспекцией составлен акт налоговой проверки от 22.09.2022 № 2.12-05/06дсп и принято решение от 26.12.2022                       № 28-06/1423 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 26.12.2022, которым управление привлекло общество к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) в виде штрафа в размере                       1 565 420 руб., по пункту 1 статьи 126 НК РФ в сумме 50 руб. (начисленные штрафы уменьшены управлением в 4 раза с учетом смягчающих ответственность обстоятельств). Указанным решением обществу доначислены НДС и налог на прибыль в общей сумме 19 246 715 руб., пени –                              9 148 194,17 руб. (том 9).

Решением Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по Северо-Западному федеральному округу (МИ ФНС России по Северо-Западному федеральному округу) от 15.03.2023 № 08-19/1124@ решение управления оставлено без изменения, апелляционная жалоба общества – без удовлетворения (том 3, листы 109-114).

Не согласившись с решением инспекции, общество обратилось с заявлением в суд.

В дальнейшем решением управления от 20.04.2023 № 28-06/19509@ об отражении операций в ЕНС «АИС Налог-3» установлено, что в период действия моратория излишне начислены пени в сумме 1 303 623,94 руб.                    (том 26, листы 40-50).

С учетом указанного решения общество в ходатайстве от 09.06.2023 уточнило заявленные требования, просило признать недействительным решение в случае отказа в признании недействительным решения от 26.12.2022 оставить в силе решение от 20.04.2023 № 28-06/19509@ и уменьшить штраф в два раза (том 21, листы 139, 140).

С учетом уточнения требований, принятых судом апелляционной инстанции при рассмотрении дела по правилам первой инстанции, общество оспаривает решение от 26.12.2022 № 28-06/1423 за исключением привлечения общества к ответственности по пункту 1 статьи 126 НК РФ в виде штрафа в сумме 50 руб.

Оценив правомерность решения инспекции в части доначисления НДС и налога на прибыль организаций в связи с созданием обществом схемы «дробления бизнеса», апелляционный суд приходит к следующему.

По смыслу статей 65, 198 и 200 АПК РФ обязанность доказывания наличия права и факта его нарушения оспариваемыми актами, решениями, действиями (бездействием) возложена на заявителя, обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта, решения, действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для их принятия (совершения), возлагается на орган или лицо, которые приняли данный акт, решение, совершили действия (допустили бездействие).

Исходя из части 2 статьи 201 АПК РФ обязательным условием для принятия решения об удовлетворении заявленных требований о признании ненормативного акта недействительным (решения, действий, бездействия незаконными) является установление судом совокупности юридических фактов: во-первых, несоответствия таких актов (решения, действий, бездействия) закону или иному нормативному правовому акту, во-вторых, нарушения ими прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В свою очередь, на основании статьи 65 названного Кодекса лицо, обратившееся в суд с заявлением, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований.

Согласно статье 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признаётся прибыль, полученная налогоплательщиком, под которой понимаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведённых расходов.

Пунктом 1 статьи 252 вышеназванного Кодекса определено, что в целях настоящей главы налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных                                                   в статье 270 данного Кодекса).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 настоящего Кодекса, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором).

Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Согласно пункту 2 указанной статьи расходы в зависимости от их характера, а также условий осуществления и направлений деятельности налогоплательщика подразделяются на расходы, связанные с производством и реализацией, и внереализационные расходы.

В силу пункта 1 статьи 253 НК РФ расходы, связанные с производством и реализацией, включают в себя расходы, связанные с изготовлением (производством), хранением и доставкой товаров, выполнением работ, оказанием услуг, приобретением и (или) реализацией товаров (работ, услуг).

Расходы, связанные с производством и (или) реализацией, подразделяются на материальные расходы, расходы на оплату труда, суммы начисленной амортизации, прочие расходы (пункт 2 статьи 253 НК РФ).

Из приведенных норм следует, что произведенные расходы уменьшают полученные доходы в целях налогообложения прибыли в случае, когда они экономически оправданы, подтверждены документально и связаны с получением дохода. Кроме того, обязательным условием отнесения тех или иных затрат к расходам является фактическое получение налогоплательщиком товаров, работ или услуг.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 146 НК РФ объектом налогообложения НДС признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в том числе реализация предметов залога и передача товаров (результатов выполненных работ, оказание услуг) по соглашению о предоставлении отступного или новации, а также передача имущественных прав.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со              статьей 166 данного Кодекса, на установленные статьей 171 Кодекса налоговые вычеты.

Вычетам  подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи либо для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 НК РФ, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 данного Кодекса.

На основании пункта 1 статьи 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 настоящего Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 настоящего Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 169 указанного Кодекса счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению, в связи с чем в пунктах 5-6 названной статьи установлены требования к ее оформлению, соблюдение которых в согласно                 пункту 2 этой же статьи обязательно для применения налоговых вычетов.

Определяющим фактором для разрешения вопроса о праве на налоговую выгоду, в том числе в части  вычетов по НДС по сделкам с недобросовестными поставщиками (подрядчиками), является реальность совершенных хозяйственных операций.

На основании пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011                       № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Представление в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

При рассмотрении вопросов о получении налогоплательщиком права на получение налогового вычета недостаточно соблюдения формального выполнения условий, предусмотренных статьей 172 НК РФ.

Налоговые последствия в виде учета расходов в целях налогообложения и применения налоговых вычетов по НДС правомерны лишь при наличии документов, отвечающих требованиям достоверности и подтверждающих реальные хозяйственные операции.

При этом формальное соответствие представленных налогоплательщиком документов требованиям законодательства при наличии доказательств того, что в действительности хозяйственные операции поставщиками товара (работ, услуг) не могли осуществляться, оцениваются в совокупности и взаимной связи со всеми представленными документами с целью исключения внутренних противоречий и расхождений между ними.

Нормой пункта 1 статьи 54.1 НК РФ предусмотрен запрет уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с пунктом 2 статьи 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Пункт 2 статьи 54.1 НК РФ содержит условия, при соблюдении которых у налогоплательщика появляется право учесть расходы и вычеты по имевшим место сделкам, то есть установление факта нарушения налогоплательщиком данных условий является отдельным обстоятельством, при наличии которого налоговый орган отказывает налогоплательщику в учете расходов и вычетов.

Федеральная налоговая служба в письме от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123@ «О рекомендациях по применению положений статьи 54.1 НК РФ» отметила, что к числу способов искажения сведений об объектах налогообложения, которые могут быть квалифицированы по пункту 1 статьи 54.1 НК РФ, могут быть отнесены: неотражение налогоплательщиком дохода (выручки) от реализации товаров (работ, услуг, имущественных прав), в том числе в связи с вовлечением в предпринимательскую деятельность подконтрольных лиц, а также отражение налогоплательщиком в регистрах бухгалтерского и налогового учета заведомо недостоверной информации об объектах налогообложения.

При этом из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2015 № 302-КГ14-3432, следует, что разрешение вопроса о добросовестности либо недобросовестности общества при совершении действий, имеющих своим результатом получение налоговой выгоды, связано с установлением и исследованием фактических обстоятельств и представленных доказательств, подлежащих оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи.

Налоговом органом в ходе проверки установлено, что в нарушение пункта 1 статьи 54.1, норм глав 21, 25 НК РФ налогоплательщиком неправомерно занижены налоговые базы для исчисления НДС и налога на прибыль в результате «дробления» бизнеса – формального включения в процесс производства продукции ИП ФИО12, с последующим формальным отражением выручки от реализации произведенной продукции у предпринимателя, применяющего специальный налоговый режим в виде ПСН. Кроме отражения выручки от реализации на сторону формально произведенной предпринимателем продукции (что влекло занижение налоговой базы по НДС и налогу на прибыль), налогоплательщиком оформлялось приобретение у предпринимателя части продукции (творога) по цене выше себестоимости, что вело к завышению расходов у общества.

Проверкой установлено, что ИП ФИО12 в части деятельности по производству молочной продукции применял ПСН, заменяющую уплату НДС и налога на прибыль (для предпринимателя – НДФЛ), но фактически при этом производственной деятельности не осуществлял.

Налоговым органом в оспариваемом решении указывается на получение необоснованной налоговой экономии в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (пункт 1 статьи 54.1 НК РФ).

Согласно материалам дела общество зарегистрировано 17.05.1990 по адресу: <...> (территория и цеха бывшего ФГУП «Северодвинский молочный завод»). Держателями пакета акций в проверенном периоде были: ФИО6 (председатель совета директоров), ФИО7, ФИО8, ФИО13 (реализовал в 2019 году в равных долях свои акции ФИО5 и ФИО11), ФИО14,                           ФИО15

Участник общества ФИО15 является дочерью ФИО12, стала акционером после смерти в 2016 году ФИО16 (отца ФИО12). Изначально ФИО12 являлся держателем пакета акций, но практически сразу переоформил их на своего отца.                      

ФИО15 доверенностью от 13.05.2017 № 29 АА 0987299, выданной сроком на 15 лет, уполномочила ФИО12 представлять ее права в обществе и распоряжаться всеми принадлежащими ей именными бездокументарными акциями.

ФИО12 с 2011 года по февраль 2020 года работал в обществе в должности заместителя генерального директора по строительству, далее – в должности советника по капитальному строительству, член Совета директоров общества. В качестве предпринимателя зарегистрирован 23.09.2004, основным видом деятельности с 01.02.2011 по 08.03.2017 заявлена деятельность автомобильного грузового транспорта (60.24), с 09.03.2017 по настоящее время – производство молока (кроме сырого) и молочной продукции. Применяет упрощенную систему налогообложения (далее – УСН) и ПСН.

В проверенном периоде общество производило    фасованную    и    весовую молочную продукцию.

Проверкой установлено, что между обществом и ИП ФИО12 заключены договоры на: передачу оборудования в аренду; оказание услуг по обеспечению ежедневного контроля качества и безопасности сырья и продукции; оказание услуг по изготовлению закваски; оказание услуг складского хранения; оказание услуг по сбыту продукции; оказание услуг по внедрению системы ХАССП; бухгалтерское обслуживание; поставки молочной продукции в адрес общества.

Существо примененной обществом схемы «дробления» бизнеса состояло в том, что производство и реализация товаров (продукции) формально оформлялись от имени   ИП   ФИО12,    что    позволяло    вывести   долю   доходов    из-под налогообложения, тогда как фактически производство и реализацию продукции осуществлял один хозяйствующий субъект –общество.

О формальности разделения обществом бизнеса, подконтрольности                          ИП ФИО12, применяющего ПСН, имитирующего самостоятельную деятельность, и согласованности действий указанных лиц с целью снижения обществом налоговых обязательств путем формального соблюдения норм действующего налогового законодательства, свидетельствуют следующие, установленные проверкой, обстоятельства.

Во-первых, взаимозависимость, подконтрольность (аффилированность) общества и ИП ФИО12, что не отрицается заявителем.

Во-вторых, отсутствие у ИП ФИО12 ресурсов.

В-третьих, расчеты за товары, произведенные контрольно-кассовой техникой, зарегистрированной у ИП ФИО12 по адресу нахождения общества, производили кассиры - работники АО «Северодвинск-молоко»: ФИО17, ФИО18, не получающие доход у предпринимателя.

В-четвертых, общество, имеющее производственные мощности, без участия ИП ФИО12 могло самостоятельно производить весь объем молочной продукции, необходимый для покупателей, что       подтверждено показаниями генерального директора общества с 25.01.2013 по 24.09.2019 ФИО19 и инженера по учету сырья и готовой продукции общества ФИО20

В-пятых, расходы на приобретение оборудования и расходного материала: пластиковых ведер, контейнеров, серпянки, перчаток, специальной одежды сотрудникам; офисной техники, картриджей, бумаги, бланков, журналов учета, канцтоваров; запчастей для ремонта оборудования; моющих, чистящих, дезинфицирующих средств; расходы за электричество, теплоэнергию, водоснабжение, канализацию; оплата услуг по охране, услуг грузчиков, уборщиков помещений, технике безопасности, пожарной безопасности, прохождение медицинских осмотров ИП ФИО12 не производились. Указанные расходы несло общество, без компенсации их в последующем со стороны предпринимателя.

В-шестых, отсутствие у общества коммерческой цели при заключении с ИП ФИО12 договоров поставки от  01.11.2016 и от 01.10.2020. В проверенном периоде общество закупало у ИП ФИО12 весовую молочную продукцию: молоко обезжиренное, масло коровье крестьянское сладкосливочное несоленое 72,5 % жирности, творог 9 % жирности. При этом цена на творог и масло в среднем была выше на 40 %, чем себестоимость аналогичной продукции, произведенной самим обществом. За период                     2018-2020 гг. общество перечислило на расчетный счет ИП ФИО12                  86 784 979 руб., что несопоставимо с доходами, полученными обществом за предоставленные ИП ФИО12 услуги по договорам – 2 948 376 руб.

В-седьмых, создание видимости деятельности ИП ФИО12 посредством формального оформления договоров, документооборота.

В-восьмых, обналичивание денежных средств.

В обоснование отсутствия у ИП ФИО12 ресурсов инспекция установила формальное заключение договоров аренды оборудования и выполнение работ работниками общества.

Оборудование, арендуемое у общества и используемое для выпуска продукции (творог, сметана), не позволяет самостоятельно произвести полный производственный цикл. Оборудование для производства молочной продукции фактически представляет собой производственную линию – отдельные агрегаты (танки, сепараторы и т.п., соединенные системой трубопроводов). Часть оборудования, представляющего собой фактически единую производственную линию (в том числе трубопроводы, станция для санитарной обработки, часть оборудования для производства масла), не являлось предметом аренды и не передавалось предпринимателю. Часть оборудования, напротив, передана в аренду, но не использовалась (сепаратор – сливкоотделитель и сепаратор – молокоочиститель), что подтверждает формальность договора аренды.

Налоговым органом в ходе проверки установлено, что согласно данным ИП ФИО12 (справки 2-НДФЛ) и мероприятиям налогового контроля, работниками предпринимателя в проверяемый период (2018-2020 г.г.) являлись:

в 2018 году – 5 человек: ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24 (январь-сентябрь), ФИО25 (октябрь-декабрь);

в 2019 году – 4 человека: ФИО21, ФИО25, ФИО22 (январь 2019 г.), ФИО23;

в 2020 году – 3 человека: ФИО21, ФИО25, ФИО23

Указанные сотрудники оформлены по совместительству, при этом основным местом работы у них является общество.

В патентах на 2018, 2019, 2020 годы, выданных предпринимателю на осуществлении деятельности по производству молочной продукции,                                ИП ФИО12 указана средняя численность привлекаемых наемных работников в количестве 3, 4, и 3 человека соответственно.

Иных лиц, работающих у ИП ФИО12, в том числе по договорам гражданско-правового характера проверкой не установлено, заявителем или                   ИП ФИО12 не заявлено. Все указанные работники по основному месту работы являются сотрудниками заявителя.

Все указанные лица допрошены в ходе проверки (том 16, листы 123, 133, 167, 176, 188), из протоколов следует, что ФИО21 является масло- и творогоизготовителем, ФИО22 – творогоизготовителем и аппаратчиком, ФИО23  – творогоизготовителем, ФИО24 – масло- и творогоизготовителем, ФИО25 – масло- и творогоизготовителем (при работе на ИП ФИО12). При этом все указанные свидетели (кроме ФИО24) показали, что помимо этого занимались приемкой молока от поставщиков, все указания при работе на ИП ФИО12 предприниматель давал им лично. По основному месту работы ФИО22, ФИО23 являлись творогоизготовителями; ФИО25, ФИО21, ФИО24 – маслоделами, иных функций у заявителя не выполняли.

Сведения, сообщенные указанными свидетелями, о выполнении работ по приемке молока опровергаются, в частности, показаниями иных свидетелей: ФИО30 (том 15, листы 24, 43) – заместителя генерального директора по производству (главного технолога); ФИО26 (том 16, лист 156), ФИО27 (том 17, лист 8) – приемщиц молока; ФИО28                       (том 16, лист 142) старшего мастера молочного цеха; ФИО29 (том 16, лист 3) мастера молочного цеха. Данные свидетели подробно описали процесс приемки молока-сырья, который начинается с отбора проб лабораторией; затем в зависимости от качественных характеристик молока ФИО30 давались указания приемщикам, в какую конкретно емкость сливать сырье, и далее из какой емкости забирать сырье для производства конкретного продукта (творог, сметана, масло и т.п.). Изложенные обстоятельства подтверждаются и иными свидетелями. В отношении молока, «приобретаемого»                                     ИП ФИО12, ничего подобного его работниками не пояснено. При допросе ФИО12 (том 15, лист 48) пояснил, что при производстве его продукции частвовали только его работники. ФИО30, в свою очередь, показал, что никаких указаний работникам в части производства                ИП ФИО12 не давал. Приемщики заявителя также отрицали факт присутствия на приемке иных лиц (в том числе ФИО21, ФИО23, ФИО24, ФИО22, ФИО25).

Изложенными обстоятельствами подтверждается невозможность                            ИП ФИО12 «своими» силами, а не силами сотрудников заявителя выполнить процесс приемки молока для его дальнейшего запуска в производство.

Согласно табелям рабочего времени у всех сотрудников                                                      ИП ФИО12 пятидневная рабочая неделя с установлением одновременно выходных дней, однако, согласно карточке счета 43 «Готовая продукция», в эти дни ИП ФИО12 производится молочная продукция и происходит поступление молока - сырья (карточка счета 10.01 «Сырье и материалы»). При этом молоко – сырье, поступившее в адрес ИП ФИО12, принимали исключительно сотрудники общества - мастера ФИО29 и                           ФИО31, которые не работали у ИП ФИО12

Все работники, оформленные у ИП ФИО12, являются работниками по совместительству с основным местом работы в обществе, что подтверждается данными справок по форме 2-НДФЛ и свидетельскими показаниями. Факты формального учета рабочего времени указанных работников у ИП ФИО12 установлены налоговой проверкой и выражаются в том, что в периоды отсутствия конкретных (или всех) работников (согласно учету их рабочего времени в табелях) предпринимателем согласно документам осуществлялась приемка сырья, производство и реализация продукции с участием отсутствующих сотрудников. Факты формального учета рабочего времени предпринимателем не оспариваются и налогоплательщиком. График передачи оборудования в аренду не соответствует данным табелей учета рабочего времени, а также времени, требующимся для выработки определенных видов продукции; также график передачи оборудования не соответствует времени фактического производства продукции.

Приемку сырья (молока), поступающего по документам для                                  ИП ФИО12, осуществляли сотрудники заявителя, не состоящие в штате предпринимателя. Аналогично, прием наличной денежной выручки с использованием контрольно-кассовой техники, оформленной как выручка предпринимателя, осуществляли работники заявителя, не являющиеся работниками ИП ФИО12 Указанные обстоятельства подтверждаются свидетельскими показаниями, первичными документами  о приемке молока.

Из  указанного  следует,   что  у  предпринимателя  полностью отсутствуют материальные, трудовые ресурсы для ведения производственной деятельности.

В обоснование создания видимости деятельности ИП ФИО12 посредством формального оформления договоров, документооборота управление указало, что генеральный директор общества с 25.01.2013 по 24.09.2019 ФИО19 (протокол от 14.04.2022 № 2.12-05/79) показал, что общество имело все производственные мощности и могло производить весь объем молочной продукции, необходимый для покупателей. Введение предпринимателя в деятельность и под контроль общества было решением Совета директоров. При этом договоры, заключенные обществом и                   ИП ФИО12 оформлены формально от имени и по поручению Совета директоров.

Следующий генеральный директор общества с 25.09.2019 по 16.02.2022 ФИО32 (протокол от 24.12.2021 №2.12-05/314) показал, что ему известны договоры, действующие с октября 2019 года: договор аренды оборудования и договор оказания бухгалтерских услуг, об иных договорах не помнит; к их заключению отношения не имеет, так как они были заключены до начала его трудовой деятельности в обществе. По всем перечисленным договорам называл должностных лиц, в компетенции которых входило оказание услуг по договорам (главного бухгалтера, главного технолога, начальника отдела продаж); в отношении договора, заключенного в период его руководства, пояснил, что он заключался на основании решения Совета директоров.

По вопросу исполнения договора бухгалтерского обслуживания на осуществление делопроизводства и ведения бухгалтерского и налогового учета от 01.03.2014 с дополнительными соглашениями от 01.03.2014, 30.01.2017 и 31.12.2019 посредством проведения допросов должностных лиц общества (генерального директора, главного бухгалтера,   сотрудников   бухгалтерии,   контрагентов)  установлено,   что   ведение бухгалтерского и налогового учета ИП ФИО12 фактически осуществляло общество. Таким образом, ведение бухгалтерского учета   осуществляли   работники   заявителя   (при   установленной   цене договора 5 000 руб. в месяц), они же являлись контактными лицами при исполнении сделок, формально заключенных                         ИП  ФИО12 как поставщиком молочной продукции.

В отношении исполнения договора аренды производственного оборудования от 01.12.2015 с дополнительными соглашениями от 30.11.2016, от 23.01.2017, от 31.12.2019, от 14.12.2020 генеральный директор общества ФИО19, подписавший договор аренды оборудования, отрицает факт его передачи ИП ФИО12

На территории общества 22.04.2022 произведен осмотр помещений приемного отделения, цеха молочной продукции, цеха мороженого, склада готовой продукции, в ходе которого установлено отсутствие части оборудования с инвентарными номерами, установленном в указанных помещениях. При осмотре в производственном цехе не установлено наличие ведения деятельности ИП ФИО12., оборудование, переданное по договору аренды ИП ФИО12, не идентифицировано. Текущий ремонт, арендуемого оборудования осуществляли сотрудники общества. Кроме того, график предоставления оборудования в пользование ИП ФИО12 не совпадает с временем работы сотрудников предпринимателя, указанного в его табелях рабочего времени.

Фактически производить творог  9 % жирности, сметану 15 % и 20 % жирности, масло 72,5 % на оборудовании, перечисленном в договоре аренды невозможно, в силу отсутствия наличия всего оборудования, указанного в списке; отсутствует оборудование необходимое для выполнения всего цикла производства творога, сметаны, масла, - молокопроводы, трубопроводы, оборудование необходимое для санитарной обработки оборудования.

Инспекция установила, что процесс производства творога длится не менее 9-12 часов, что следует, в частности из протокола допроса ФИО33 (том 16, лист 153), ФИО34  – аппаратчиков охладительно-пастеризационной установки; примерно такое же время необходимо для производства сметаны. Согласно показаниям работников ИП ФИО12 продолжительность рабочей смены у предпринимателя составляла от 1 до 5 часов (показания ФИО21, ФИО23, ФИО24) до 7-8 часов (показания ФИО22).

Следовательно, в одну рабочую смену ИП ФИО12 не имел технической возможности произвести творог (с момента запуска сырья в производство до упаковки готовой продукции). При этом ФИО23 и ФИО22 как творогоизготовители работали у заявителя по графику с 08.00 до 18.00 два дня через два, а ФИО21, ФИО24 и ФИО25 как маслоделы – с 08.00 до 14.30 шесть дней в неделю, что следует, в частности из показаний мастеров ФИО28 и ФИО29, поэтому творогоизготовители не имели возможности заступать на смену у ИП ФИО12 каждый день (только через день), а маслоделы – в первой половине дня шесть дней в неделю.

Указывая на неправомерность ссылок налогового органа на данные табелей учета рабочего времени, в силу их недостоверности, заявитель не приводит доказательств реального учета рабочего времени.

Из показаний мастеров следует, что у заявителя (в отличие от                             ИП ФИО12) в силу принципа разделения труда организована сменность - аппаратчики ОПУ, которые готовили молоко-сырье для дальнейшей переработки и делали его закваску, работали с 14.00 до 0.00 часов, творогоизготовители и маслоделы начинали смену с 08.00 как раз после процесса сквашивания. Аналогично с 07.00 до 17.00 работали и приемщики молока.

Из показаний ФИО30 (том 15, лист 24) следует, что оборудование передавалось заявителем в аренду предпринимателю на                       3-6 часов, чаще во второй половине дня. Максимальное время предоставления оборудования по графикам, представленным предпринимателем при проверке, также составляет 6 часов. Указанный период времени не позволял осуществить весь цикл производства продукции у предпринимателя.

Исходя из анализа данных табелей учета рабочего времени, представленных в ходе проверки ИП ФИО12, и данных о поступлении молока-сырья, выпуске предпринимателем готовой продукции (по датам) установлено, что поступление молока (а, следовательно, и его приемка), выпуск продукции осуществлялся частично в те дни, когда у всех работников предпринимателя был выходной.

Изложенными обстоятельствами подтверждается невозможность                                ИП ФИО12 «своими» силами осуществлять процесс производства готовой продукции.

Полученное ИП ФИО12 в аренду у заявителя оборудование не могло в полной мере обеспечить производство продукции.

По представленным заявителем и ИП ФИО12 в ходе проверки документам: договору, инвентаризационным ведомостям, актам об оказанных услугах, невозможно определить, какое конкретно оборудование передано в аренду.

Согласно протоколу допроса ФИО30 (том 15, лист 24) на вопрос № 30 свидетель пояснил, что в линии по производству масла фактически используемого оборудования, необходимого для производства, больше, чем указано в договоре аренды с ИП ФИО12 В ответе на вопрос № 34 ФИО30 указывает на невозможность осуществления производственного процесса без использования трубопроводов и молокопроводов. Данное оборудование в аренду предпринимателю не передавалось.

При этом показания ФИО30 о фактическом использовании оборудования заявителя предпринимателем также противоречивы. Свидетель указывает, что оборудование использовалось и налогоплательщиком, и предпринимателем, но в разное время. Учитывая, что между сторонами договора отсутствовали факты приема-передачи остатков сырья и незавершенного производства (что, в принципе, неизбежно при приеме передачи производственного оборудования в течение дня) то заявитель в лице главного технолога и мастеров молочного цеха и предприниматель должны были точно знать, что в принимаемом/передаваемом оборудовании нет остатков молока-сырья. В показаниях ФИО30 указывает, что емкости для хранения молока-сырья могли использоваться совместно и именно он давал указания подчиненным, в какую емкость заливать поступившее сырье, то есть должен был знать, что емкость свободна.

Проверкой установлено, что после каждого цикла использования оборудования (поступления и слива сырья и готовой продукции) необходимо проведение санитарной обработки. Описанием производственного процесса и показаниями свидетелей (в частности мастеров молочного цеха ФИО29 и ФИО28) подтверждается, что для санитарной обработки использовалось специальное оборудование С1Р-мойки, кроме того, осуществлялась ручная мойка и дезинфекция (для тары).

Оборудование для санитарной обработки в аренду ИП ФИО12 не передавалось. Заявитель, согласно представленным на проверку документам, подобной услуги предпринимателю не оказывал. Работники предпринимателя непосредственно данную работу не осуществляли.

Изложенными обстоятельствами подтверждается невозможность                     ИП ФИО12   осуществлять   процесс   производства готовой продукции (отсутствие технической возможности).

Инспекция посчитала, что установленные факты подтверждают то, что молочную продукцию непосредственно производило само общество, имеющее все необходимое оборудование, персонал и мощности для производства всего объема продукции.

В отношении договора оказания услуг по изготовлению закваски из молока заказчика от 01.12.2015 с дополнительными соглашениями от 29.12.2017, от 31.12.2018, от 31.12.2019 установлено, что по представленным ИП ФИО12 актам невозможно определить, какие конкретно услуги, когда, кем и в каком количестве были оказаны. При установлении в договоре цены закваски за килограмм (для каждого вида производимой продукции) в актах оказанных услуг тарификация идет за 1 услуги с указанием произвольной стоимости.

Работники общества в ходе допросов показали, что отдельно для                          ИП ФИО12 никакие закваски не делались, работники по изготовлению заквасок непосредственно у ИП ФИО12 отсутствуют.

В ходе осмотра участка изготовления сметаны обществом, произведенного 22.04.2022, установлено наличие в холодильниках закваски для производства сметаны, однако принадлежность ее к ИП ФИО12 не установлена.

Таким образом, исполнение договора на изготовление заквасок является формальным. Изготовление заквасок для ИП ФИО12 свидетели  не подтвердили.

В отношении исполнения договора по оказанию услуг по обеспечению ежедневного контроля качества и безопасности сырья и продукции от 01.12.2015 с дополнительным соглашением от 31.12.2019 какие-либо документы, которые бы конкретизировали, детализировали оказанные услуги по обеспечению ежедневного контроля качества и безопасности сырья и продукции ни обществом, ни ИП ФИО12 не представлены. Представленные акты не содержат наименования услуги, даты, количества, стоимости оказанных услуг, подписей лиц, оказавших услуги, принявших услуги.

Инженер-химик общества ФИО35 (протокол от 19.05.2022               № 2.12-05/112) показала, что готовую продукцию и от общества и от                                ИП ФИО12, приносят в лабораторию   со   склада   готовой   продукции, и лаборанты по технологическому процессу производят отбор проб продукции. Отбор проб регистрируется в журнале готовой продукции только у общества, у ИП ФИО12 журнал не ведется.

Непосредственно для ИП ФИО12 отдельно от общества обязательные журналы: микробиологического контроля молока коровьего сырого, регистрации микробиологических исследований готовых продуктов, контроля качества готовой продукции со склада, контроля мойки и дезинфекции оборудования, микробиологического контроля чистоты оборудования, инвентаря, упаковочных материалов, микробиологического контроля спецодежды работников, микробиологического контроля чистоты рук рабочих, микробиологического контроля воды, микробиологического контроля эффективности пастеризации - не велись.

Согласно показаниям инженера-микробиолога производственной лаборатории общества ФИО36 (протокол от 20.05.2022 № 2.12-05/116) для ИП ФИО12 лаборатория по необходимости оказывала услуги по проведению испытаний молока-сырья, готовой продукции; забор проб осуществлялся по звонку работников предпринимателя: ФИО23, ФИО21, ФИО25, являющихся работниками общества, и был идентичен забору проб для самого общества. Результаты испытаний лаборанты заносят в журнал, при этом в указанный журнал заносились только результаты испытаний общества, результаты испытаний проб, взятых у ИП ФИО12, ни в какие журналы не заносятся.

Инспекция обоснованно посчитала, что указанное подтверждает, что лабораторные исследования проводились в отношении продукции, изготовленной самим обществом.

Документального подтверждения проведения лабораторных исследований продукции, изготовленной ИП ФИО12, ни обществом, ни предпринимателем не представлено.

В отношении договора оказания услуг по складскому хранению от 01.12.2015 с дополнительными соглашениями от 01.08.2019 и от 31.12.2019 установлено, что в нем отсутствуют перечень продукции; срок хранения; указания на складские помещения в которых осуществляется прием продукции (склад готовой продукции, склад производства, технологические камеры); площадь (размер) предоставленного помещения; количество, объем, вес продукции, принимаемой на хранение; время приема и время выдачи; порядок приема и выдачи; документы, удостоверяющие личность сторон при приеме-выдаче; условия хранения (температура); качество и вид тары; порядок передачи, проверки количества; в случае чрезвычайных обстоятельств (пожара) - стоимость и возмещение ущерба; чьими силами производится погрузка, выгрузка продукции; зависимость цены услуги от количества продукции принимаемой на хранение. Как обоснованно посчитали проверяющие, отсутствие существенных условий договора и объемов говорит о формальном заключении договора.

Документы, конкретизирующие оказанные услуги складского хранения, ни обществом, ни ИП ФИО12 не представлены. Представленные акты не содержат наименования услуги, даты, количества, стоимости оказанных услуг, подписей лиц, оказавших услуги, принявших услуги.

Опрошенные в ходе проверки работники общества не смогли пояснить, кто конкретно и каким образом со стороны общества оказывал услугу по договору; какие документы оформлялись при предоставлении услуг; лиц, передававших готовую продукцию ИП ФИО12 на склад общества из цеха производства; лиц, подписавших от имени общества акты оказания услуг.

Договор оказания услуг по сбыту продукции от 01.12.2015, с дополнительными соглашениями от 01.01.2017 и от 31.12.2019, не содержит перечня работ, которые необходимо выполнить: ведение переговоров, заключение договоров, представление товара, реклама, поиск клиентов, условия транспортировки и порядок оплаты, осуществление погрузки и выгрузки, порядок оформления документации и др. Документы, подтверждающие фактическое оказание услуг по сбыту продукции, ни одной из сторон не представлены. Из документов, составленных во исполнение данного договора, невозможно определить, какие услуги, когда и кем оказаны. При этом цены реализации продукции потребителям у заявителя и ИП ФИО12, несмотря на применяемый специальный налоговый режим одинаковые. Представленные акты не содержат даты, количества, стоимости оказанных услуг, и от имени общества подписаны генеральным директором, со стороны предпринимателя – ФИО37 по доверенности от 27.01.2016 №29 АА 0772598 (срок действия 5 лет). Документы, направленные в адрес покупателей ИП ФИО12, от лица предпринимателя также подписаны ФИО37

ФИО37 работает в обществе с начала 2000 года, с 2009 года - в должности начальника отдела продаж, с февраля 2020 года по настоящее время - в должности заместителя генерального директора по коммерческим вопросам. В его должностные обязанности как начальника отдела продаж входило: организация работы отдела сбыта, продажи, заключение договоров с контрагентами, контроле дебиторской задолженности; в его подчинении находились работники отдела сбыта: менеджеры, офис-менеджеры, торговые представители; он находился в непосредственном подчинении у заместителя генерального, директора по коммерческим вопросам (ФИО38,                ФИО32).

Согласно пояснениям ФИО37 (протокол от 22.10.2021                               № 2.12-05/286) ему неизвестно, где располагался офис ИП ФИО12             в 2018-2020 годах и где находилось его рабочее место; по сбыту готовой продукции он заключал договоры, контракты от имени ИП ФИО39 по доверенности, выданной на пять лет; он ведет переговоры, обговаривает условия, передает экземпляры, то есть фактически взаимодействует с покупателями молочной продукции безвозмездно, по дружбе.

Все контакты, указанные в документах от имени ИП ФИО40, адресуют пользователей непосредственно в общество.

АО «Единая электронная торговая площадка», ИНН <***>, представлены квалификационные сертификаты ключа проверки электронной подписи по ИП ФИО12 и обществу за период 01.01.2018 - 31.12.2020. Согласно представленным документам от указанных лиц оформлены доверенности на ФИО41 (работника общества), уполномоченного на предоставление в удостоверяющий центр АО «ЕЭТП» документов, необходимых для создания и выдачи сертификата и права на участие в качестве участника закупки на электронных площадках из перечня, утверждаемого Правительством Российской Федерации в соответствии со статьей 24.1 Федерального закона от 05.04.2013  № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

В заявлениях на выдачу квалификационного сертификата ключа проверки электронной подписи как со стороны ИП ФИО12, так и со стороны общества, указан адрес электронной почты общества; сертификаты получены и подписаны ФИО41 По договору оказания услуг по внедрению системы ХАССП от 01.12.2015 с дополнительным соглашением от 31.12.2019.

Согласно договору оказания услуг по внедрению системы Hazard Analysis and Critical Control Points (далее – система ХАССП) от 01.12.2015 общество по заданию ИП ФИО12, начиная с 01.12.2015, непрерывно обязуется оказывать   услуги   по   внедрению   совокупности   организационной    структуры документов, производственных процессов и ресурсов, необходимых для реализации системы ХАССП. При этом из актов об оказании услуг невозможно определить вид оказанных обществом услуг, когда, кем, в каком количестве они были оказаны. В актах об оказании услуг по внедрению системы ХАССП отсутствуют какие-либо согласования, подписи, комментарии лиц, непосредственно оказывающих услуги.

В соответствии с частью 2 статьи 10 Технического регламента Таможенного союза «О безопасности пищевой продукции» (ТР ТС 021/2011), утвержденного решением Комиссии Таможенного союза от 09.12.2011 №880 (далее - Технический регламент, решение), при осуществлении процессов производства (изготовления) пищевой продукции, связанных с требованиями безопасности такой продукции, изготовитель должен разработать, внедрить и поддерживать процедуры, основанные на принципах ХАССП (в английской транскрипции НАССР - Hazard Analysis and Critical Control Points), изложенных в части 3 статьи 10 Технического регламента.

Общество в составе членов группы ХАССП: начальник производственной лаборатории - ФИО36, главный технолог - ФИО30, старший мастер - ФИО31, инженер по качеству - ФИО35, разработало и утвердило 10.12.2018 план ХАССП, который является собственностью общества.

ИП ФИО12 представлен свой план ХАССП, утвержденный 15.01.2019, содержащий на титульном листе подписи членов группы ХАССП: ИП ФИО12, консультантов по разработке системы ХАССП –         ФИО36, ФИО35, изготовителем творога – ФИО21 (ФИО36, ФИО35, ФИО21 работники общества).

Документооборот по поставке продукции от ИП ФИО12 в адрес общества по договорам поставки продукции от 01.11.2016 и от 01.10.2020 оформлялся сотрудниками общества.

В отношении обстоятельств по обналичиванию денежных средств управление установило, что, получая регулярную оплату от общества,                             ИП ФИО12 перечислял часть полученных денежных средств (оставшихся после оплаты расходов по хозяйственной деятельности) со своего расчетного счета (индивидуального предпринимателя) на свой банковский счет как физического лица. В этот же день или на следующий день через банкоматы происходило снятие наличных денежных средств.

Из анализа личных счетов председателя и членов Совета директоров общества установлено несоответствие доходов, полученных из официальных источников, произведенным ими расходам. На счета физических лиц регулярно вносились крупные наличные денежные средства, источник которых скрыт. Вышеперечисленные обстоятельства (особенности корпоративной структуры; практика принятия управленческих решений; использование трудовых и производственных ресурсов обществом; особенности гражданско-правовых отношений) свидетельствуют о совершении между обществом и                                     ИП ФИО12 согласованных действий, направленных на создание формального документооборота в отсутствии разумных экономических или иных причин.

Ссылки общества на ошибочность выводов проверяющих о наличии обналичивания денежных средств не принимаются апелляционным судом. Проверкой установлено, что ИП ФИО12, получая регулярную оплату от общества, перечислял полученные денежные средства со своего расчетного счета на свой банковский счет как физическое лицо, в этот же день или на следующий день, через банкоматы снимал наличные денежные средства (всего в сумме 64 417 221 руб. 94 коп.). При этом налоговым органом установлено поступление наличных денежных средств в значительных размерах на личные счета членам Совета директоров общества, источник поступления которых скрыт.

Оценивая доказательства движения денежных средств на счетах              ФИО12, а также иных лиц, являющихся бенефициарами заявителя, налоговый орган указывает, что эти сведения являются косвенным доказательством перераспределения денежных средств налогоплательщика в пользу бенефициаров. Факт получения необоснованной налоговой выгоды подтверждается доказательствами поступления денежных средств от покупателей продукции на счета ИП ФИО12, который является взаимозависимым по отношению к заявителю.

Таким образом, инспекция установила, что результаты мероприятий налогового контроля свидетельствуют о том, что общество создало схему «дробления» бизнеса единого хозяйствующего субъекта с использованием не имеющего финансовой и хозяйственной самостоятельности и фактически не обладающего реальной правоспособностью подконтрольного лица, применяющего ПСН.

В        рассматриваемом        случае   деятельность по производству молочной продукции, осуществляемая ИП ФИО12, имеет единые организационные и технические  особенности,   которая   образует  единый   процесс  с  деятельностью, осуществляемой  проверенным налогоплательщиком – обществом. Фактически общество и ИП ФИО12  функционируют  в рамках единого производственного процесса.

Таким образом, налоговым органом собраны доказательства, подтверждающие факт умышленных согласованных действий, направленных на получение налоговой экономии путем уменьшения соответствующей налоговой обязанности.

Довод общества о том, что хозяйственные взаимоотношения с ИП ФИО12 уже становились предметом налоговой проверки (акт от 24.05.2018 № 2.12-05дсп), при этом инспекцией по результатам проверки сделан вывод о невозможности применения положений статьи 54.1 НК РФ по причине недостаточности собранных доказательств, подлежит отклонению.

В абзаце втором на странице 152  решения налогового органа от 15.11.2018 (том 12, листы 3-81), принятого по результатам предыдущей проверки указано, что «установленные в рамках проверки обстоятельства, с учетом собранных в ходе проверки доказательств, являются недостаточными для применения положений статьи 54.1 НК РФ», в силу чего налоговые претензии в виде доначисления НДС и налога на прибыль в связи с применением схемы «дробления» бизнеса не предъявлялись.

Вместе с тем в ходе выездной проверки за определенный период налоговым органом выявляются иные (дополнительные)   обстоятельства,   отличные   от   тех,   которые изучены при предыдущей выездной проверке, следовательно, итоги каждой выездной проверки отличаются и не зависят друг от друга. 

Проведение налоговой проверки за налоговые периоды 2014-2016 годы, оконченное вынесением решения об отказе в привлечении к налоговой ответственности, не исключает возможность вынесения решения о привлечении к ответственности при проверке периодов 2018-2020 годы с учетом разной степени подтверждения нарушений доказательствами даже при однородности применяемой налогоплательщиком «схемы» незаконной минимизации налогов.

В связи с тем, что выводы, содержащиеся в акте предыдущей выездной налоговой проверки заявителя, касаются иного налогового периода, основаны на иных полученных проверяющими доказательствах, не получили своего подтверждения при вынесении решения по её результатам, сделаны исходя из оценки иной доказательственной базы при иных обстоятельствах нарушений, то указанные обстоятельства не имеют значения для настоящего спора.

Учитывая указанное, апелляционный суд не принимает возражения заявителя и апеллянта о необходимости учета результатов предыдущей налоговой проверки.

Довод общества о том, что управлением допущены грубые методологические ошибки при расчете вменяемых сумм налога на прибыль организаций, подлежит отклонению как несостоятельный.

Налоговая база налогоплательщика определена налоговым органом из реального экономического содержания хозяйственных операций. В состав выручки от реализации включены фактические доходы, которые общество получило посредством формального вовлечения в цепочку реализации подконтрольного ему ИП ФИО12

Расчет сумм заниженной выручки (доходов) общества произведен на основании документов – товарных накладных и актов об оказании услуг, выставленных ИП ФИО12 в адрес покупателей.

Стоимость расходов (размер вычетов) общества, связанных с производством и реализацией, определена по периодам на основании документов, представленных ИП ФИО12: главной книги, оборотно-сальдовых ведомостей, карточек счетов, первичных документов.

Налоговая база заявителя уменьшена на суммы доходов от операций по реализации услуг в адрес ИП ФИО12 в связи с отсутствием их реальности.

Из расчета, являющегося приложением 1 к оспариваемому решению                   (том 10, лист 1), следует, что инспекцией из расходов заявителя исключались затраты, связанные с приобретением продукции, формально произведенной                      ИП ФИО12, и дополнительно включались расходы, фактически понесенные при производстве продукции, формально учтенной как произведенной ИП ФИО12 Корректировки производились налоговым органом без учета остатков нереализованного товара, по данным списания расходов в производство, так как иных сведений об отнесении к расходам налогоплательщиком не представлено на проверку. При этом по результатам проверки проведена корректировка расходов в сторону уменьшения за 2018, 2020 годы и в сторону увеличения – за 2019 год.

Возражения заявителя, касающиеся допущенного налоговым органом определения дохода без уменьшения его на сумму НДС, учтены, НДС исключен из суммы доходов, что следует из содержания решения                     (страницы 151-153, 165).

Налогоплательщик, оспаривая механизм учета расходов со стороны налогового органа, не указывает, в чем выразилось нарушение его прав, если по результатам проверки затраты, понесенные ИП ФИО12 и связанные с производством молочной продукции, включены в расходы заявителя.

Заявитель, ссылаясь на расчет специалиста (том 22, листы 59-64), и в ходатайстве от 09.10.2023 (пункт 1; том 22, листы 107-112) использует данные, полученные налоговым органом в ходе проверки, без учета корректировки расходов на сумму остатка нереализованной продукции, соответственно, указывая на их правильность.

Общество, ссылаясь в заявлении и жалобе на неправомерность расчетов расходов, не приводит свои данные расчетов с тем, чтобы можно было проверить наличие (отсутствие) расхождений при доначислении налога на прибыль. При этом налогоплательщиком также не учитывается и не приводится информация об остатках незавершенного производства и их изменении.

Налоги, уплаченные ИП ФИО12, налоговым органом учтены, уплаченные налоги, взимаемые в связи с применением ПСН, учтены при определении размера исчисляемого налога на прибыль организаций (страницы 165-167, 178 решения).

Доводы налогоплательщика о том, что отсутствие у ИП ФИО12 необходимых ресурсов, материально-технической базы не является квалифицирующими признаками невозможности ведения предпринимательской деятельности, о недоказанности подконтрольности и согласованности действий общества и ИП ФИО12 и умышленности действий должностных лиц общества, не могут быть приняты во внимание, поскольку фактически сводятся к попыткам опровержения доказательств, собранных налоговым органом в ходе налоговой проверки, и переоценке выводов, сделанных по ее результатам.

Установленные налоговым органом обстоятельства и полученные доказательства не находятся в противоречии, а образуют совокупность доказательств, свидетельствующих о применении участниками группы схемы «дробления» бизнеса и недобросовестном характере действий налогоплательщика, направленном на получение им необоснованной налоговой экономии.

Подконтрольность ИП ФИО12 позволила обществу регулировать процесс заключения договоров и их условия и объединять деятельность двух хозяйствующих субъектов под единым финансовым результатом.

Общество, указывая, что вывод налогового органа о финансовых потерях налогоплательщика в сумме 33 167 007 руб. не соответствует налоговому законодательству и противоречит анализу себестоимости продукции, произведенной обществом и ИП ФИО12, при этом уточняет, что финансовая выгода общества только от реализации приобретенного творога у ИП ФИО12 составила 17 353 925 руб. 69 коп. по расчету, представленному в возражениях на акт проверки.

Вместе с тем, указывая сумму финансовой выгоды в размере                                 17 353 925 руб. 69 коп. по приобретению творога у ИП ФИО12, общество не учитывает, что по приобретенному у ИП ФИО12 творогу цена значительно превысила себестоимость производства, в 2018 году – 232 %, в 2019 году – 154 %, в 2020 году – 138 %.

Финансовые потери в сумме 33 167 007 руб. представляют собой разницу между ценой, по которой продукция, формально произведенная                                      ИП ФИО12, приобретается заявителем, и себестоимостью такой же продукции, произведенной налогоплательщиком, умноженной на количество продукции, приобретенной у предпринимателя.

Смысл показателя в том, что если весь спорный объем продукции произведен АО «Северодвинск-молоко», то его затраты должны быть на                          33 167 007 руб. меньше.

В данном случае указанные финансовые потери отражены проверяющими в обоснование отсутствия экономического обоснования приобретения продукции у  ИП ФИО12, поскольку, по сути, затраты общества в связи с приобретением продукции у него превысили себестоимость собственного производства на 33 167 007 руб., тогда как сумма дохода, формально полученная от ИП ФИО12 от услуг аренды оборудования и иных услуг, связанных с производством молочной продукции, составила лишь 2 948 376 руб.

Расчет произведен налоговым органом в ходе проверки при анализе представленных обществом и ИП ФИО12 документов, при котором установлена среднегодовая себестоимость производства 1 кг творога 9 % жирности (оборотно-сальдовая ведомость (ОСВ) по счету 43: Дебет 90.02.2 «Себестоимость продаж» / Кредит 43 «Готовая продукция»).

Не принимается судом довод налогоплательщика о том, что в ходе проверки общество представило расчет плановой себестоимости, который проигнорирован ответчиком без разъяснения причин. Готовая продукция принимается к учету на дату ее выпуска по плановой (нормативно-плановой) стоимости. По окончании месяца по результатам производственной деятельности рассчитывается фактическая себестоимость выпущенной продукции и определяется разница между фактической себестоимостью и плановой (нормативно-плановой) стоимостью готовой продукции, выпущенной за данный месяц. Указанная разница относится либо на увеличение (уменьшение) остатка нереализованной готовой продукции, либо в части реализованной продукции, продукции, списанной вследствие естественной убыли, брака, порчи, недостачи, по иным основаниям выбытия готовой продукции – на увеличение (уменьшение) финансового результата текущего отчетного периода (пункты 9, 19 положения по бухгалтерскому учету «Расходы организации» ПБУ 10/99, утвержденного приказом Минфина России от 06.05.1999 № 33н).

Фактическая себестоимость продукции налогоплательщика определена управлением, исходя из документов, представленных самим налогоплательщиком. При этом согласно Учетной политике организации на 2018 год (приложение 1 к приказу от 29.12.2017 № 320), Учетной политике организации на 2019 год (приложение 1 к приказу от 29.12.2018 № 358), в                   2018 и 2019 годах общество ведет учет готовой продукции по нормативной себестоимости с применением счета 40 «Выпуск продукции (работ, услуг)». Согласно Учетной политике организации на 2020 год (приложение 1 к приказу от 31.12.2019 № 330) общество учет готовой продукции в 2020 году ведет по плановой себестоимости с применением счета 40 «Выпуск продукции (работ, услуг)». Однако из представленных налогоплательщиком по требованиям документов (информации) не представилось возможным определить нормативную себестоимость выпускаемой продукции.

Кроме того, в оспариваемом решении определена финансовая выгода исходя из фактической результативности хозяйственных операций налогоплательщика, а не финансовый результат в соответствии с нормами бухгалтерского учета.

Заявитель, указывая на претензии относительно формулировок вопросов свидетелям, не оспаривает соответствие ответов имевшим место обстоятельствам, тем более что показания многих свидетелей (работников с одинаковым функционалом) соответствуют друг другу. Сотрудник налогового органа, проводящий допрос, не может знать заранее, каким объемом информации располагает свидетель, поэтому часть вопросов может и не относиться к компетенции свидетеля. Многие свидетели в этом случае, не зная ответ на вопрос, отвечали: «не знаю», «не в моей компетенции» и т.п. В связи с этим налоговым органом нарушений при проведении допросов свидетелей не допущено, представленные в материалы дела протоколы допроса являются относимыми и допустимыми доказательствами.

Ссылки общества на наличие процессуальных нарушений, в том числе ввиду непредставления полных выписок по счетам в обоснование доводов об обналичивании денежных средств, апелляционный суд не принимает.

В соответствии с пунктом 73 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 57), нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки или материалов иных мероприятий налогового контроля является самостоятельным, безусловным основанием признания решения налогового органа, принятого на основании статей 101 или 101.4 НК РФ, недействительным.

Согласно пункту 14 статьи 101 упомянутого Кодекса к таким существенным условиям относится обеспечение возможности лица, в отношении которого проводилась проверка, участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя и обеспечение возможности налогоплательщика представить объяснения.

Основаниями для отмены указанного решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом могут являться иные нарушения процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, если только такие нарушения привели или могли привести к принятию руководителем (заместителем руководителя) налогового органа неправомерного решения (абзац третий пункта 14 названной статьи Кодекса).

В данном случае общество ознакомлено с материалами проверки и ему обеспечена возможность присутствовать на рассмотрении материалов налоговой проверки, давать пояснения, представлять возражения и документы.

Инспекцией вручены все необходимые документы, являющиеся приложению к акту проверки и отсутствующие у заявителя, в том числе в ходе процедуры ознакомления с материалами проверки, что подтверждается протоколом от 10.11.2022 (том 8, листы 105-107). Рассмотрение материалов проверки проведено 19.12.2022, что подтверждается протоколом (том 8,                                      листы  112-115), после ознакомления налогоплательщика со всеми материалами проверки и снятия с них копий.

Таким образом, нарушения процедуры рассмотрения материалов проверки со стороны налогового органа не допущено. Налогоплательщик располагал всеми материалами проверки, не был лишен возможности представить возражения (и фактически представил), принимал участие в рассмотрении материалов проверки в помещении налогового органа.

Налогоплательщику при вручении акта и ознакомления с материалами проверки предоставлены не полные банковские выписки указанных в данном пункте заявления физических лиц, а выписки из них, в силу необходимости соблюдения налоговым органом охраняемой законом налоговой и банковской тайны.

Предоставление не полных выписок, а выписок из них не лишило налогоплательщика возможности представить свои возражения, в том числе аргументированные, о чем свидетельствует содержание самого заявления, поданного в арбитражный суд. Запросы о выписках со счетов физических лиц  обусловлены «близостью» этих физических лиц к заявителю: акционеры, члены Совета директоров налогоплательщика и их близкие родственники, от которых общество не было лишено возможности получить выписки самостоятельно.

Нарушений управлением процедуры проведения проверки, которые носят существенный характер и влекут отмену оспариваемого решения, судом не установлено.

Возможность получения необоснованной налоговой экономии заявителем в результате формального вовлечения ИП ФИО12 в производственную деятельность налоговый орган связывает, прежде всего, с взаимозависимостью заявителя и ИП ФИО12, факт которой, по сути, не оспаривается налогоплательщиком.

При этом инспекцией оспаривается и признается формальной экономическая деятельность ИП ФИО12 исключительно в части производства молочной продукции (начиная от закупа молока, аренды оборудования и заканчивая реализацией продукции). Факты осуществления ФИО12 руководства деятельностью заявителя (является членом Совета директоров АО «Северодвинск-молоко», заместителем генерального директора по строительству), ведения предпринимательской деятельности в области перевозок проверяющими не оспаривались.

Таким образом, о формальности документооборота, а соответственно, и производственной деятельности, осуществляемой ИП ФИО12, свидетельствуют установленные налоговым органом обстоятельства:

факт заключения между заявителем и ИП ФИО12 договоров на: передачу оборудования в аренду; оказание услуг по обеспечению ежедневного контроля качества и безопасности сырья и продукции; оказание услуг по изготовлению закваски; оказание услуг складского хранения; оказание услуг по сбыту продукции; оказание услуг по внедрению системы ХАССП; оказание услуг по сбору и вывозу товарно-бытовых отходов; бухгалтерское обслуживание, свидетельствующие об отсутствии у предпринимателя материальных, трудовых ресурсы для ведения производственной деятельности, фактическое ведение данной деятельности обществом;

отсутствие трудовых ресурсов, все работники, оформленные                                     у ИП ФИО12, являются работниками по совместительству с основным местом работы в обществе;

формальность заключения договоров на изготовление закваски, оказание услуг по сбыту продукции.

О наличии схемы дополнительно подтверждают обстоятельства частичного совпадения поставщиков сырья (молока) для производства у заявителя и ИП ФИО12, при этом проверкой установлено, что 4 из 6 поставщиков сырья для предпринимателя являются также и поставщиками для налогоплательщика.  Налоговым органом в оспариваемом решении указано, что поставщики «дешевого» (т.е. без НДС) сырья в адрес ИП ФИО12 являлись в это же время и поставщиками заявителя (ООО «Агрофирма Холмогорская», СПК «Племзавод Кехта»). Согласно информации, содержащейся в прайс-листах, представленных заявителем и                                     ИП ФИО12 в ходе проверки, цены на продукцию указанных лиц идентичны.

Также инспекцией установлено, что сумма выручки (дохода)                                   ИП ФИО12, полученного в результате производственной деятельности за 2018-2020 гг., а также в рамках применяемой упрощенной системы налогообложения, приближена к максимально допустимой при применении патентной системы налогообложения (60 млн. руб.) – 57 млн. руб., 59,5 млн. руб. и 53,2 млн. руб. соответственно. При этом около 50 % выручки                             ИП ФИО12 получено от реализации продукции в адрес заявителя, а остальная выручка – от реализации потребителям (магазины розничной торговли, некоммерческие потребители). Кроме того, подобная «схема» существовала у заявителя и до заключения договоров с ИП ФИО12 (до 2016 года), которая реализовывалась при участии ФИО13 (генеральный директор, исполнительный директор заявителя до мая 2016 года) и                                   ИП ФИО42

Доводы заявителя о реальном осуществлении ИП ФИО12 производства молочной продукции и ее последующей реализации (в том числе сторонним покупателям, отличным от заявителя) не подтверждены никакими доказательствами со стороны налогоплательщика и опровергаются сведениями, полученными налоговым органом в ходе выездной налоговой проверки.

В связи с отражением хозяйственных операций, связанных с осуществлением производства и реализацией молочной продукции предпринимателем, не имевших места в действительности, инспекцией обоснованно установлено, что заявителем получена необоснованная налоговая экономия в размере суммы доначисленного проверкой НДС и налога на прибыль.

Основанием для доначисления НДС и налога на прибыль оспариваемым решением явилось установления факта неправомерных действий заявителя, при которых реальная производственная деятельность общества частично прикрывалась формальной деятельностью ИП ФИО12, то есть необоснованная налоговая выгода возникла в результате дробления бизнеса. В данном случае необоснованная налоговая выгода получена вне связи с реальной производственной деятельностью ИП ФИО12 (в части производства и дальнейшей реализации молочной продукции), а взаимозависимость участников сделок является лишь инструментом получения необоснованной выгоды.

В ходе судебного разбирательства общество конкретными расчетами с подтверждающими документами не доказало, что использованный налоговым органом способ и порядок расчета привел к искажению действительного размера налоговых обязательств и направомерному завышению налогооблагаемых доходов и, как следствие, увеличению налогового бремени.

Таким образом, доначисление НДС и налога на прибыль организаций является правомерным.

Обжалуемым решением общество привлечено к налоговой ответственности по пункту 3 статьи 122 НК РФ.

В силу пункту 1 статьи 122 НК РФ неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога (сбора) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений, предусмотренных статьями 129.3 и 129.5 названного Кодекса, влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора).

Пунктом 3 названной статьи установлена ответственность за деяния, предусмотренные пунктом 1 статьи 122 НК РФ, совершенные умышленно, в виде штрафа в размере 40 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора).

В силу пункта 2 статьи 110 упомянутого Кодекса налоговое правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия).

Следовательно, умысел представляет собой такую форму вины, которая характеризуется осознанием лицом противоправности своего поведения, предвидением последствии своего противоправного поведения и желательностью или безразличным отношением к их наступлению.

Вина организации в совершении налогового правонарушения определяется в зависимости от вины ее должностных лиц либо ее представителей, действия (бездействие) которых обусловили совершение данного налогового правонарушения (пункт 4 статьи 110 НК РФ).

Материалами дела и собранными инспекцией доказательствами подтверждается умышленное совершение нарушения, об умышленности действий налогоплательщика свидетельствуют изложенные выше факты и приведенные в решении инспекции обстоятельства, из которых следует, что общество реальную производственную деятельность частично прикрывало  формальной деятельностью ИП ФИО12 в целях получения налоговой экономии, искусственно включило в хозяйственный процесс по производству молочной продукции фиктивные документы по операциям с названным предпринимателем.

Следовательно, привлечение общества к ответственности по пункту 3 статьи 122 НК РФ является правомерным.

Ссылки общества на необходимость снижения штрафов в два раза на основании пункта 3 статьи 114 НК РФ  в связи с тем, что вменяемое нарушение совершено им впервые, и с учетом разъяснений, изложенных в                                     пункте 16 Постановления № 57, апелляционным судом не принимаются.

Согласно пункту 1 статьи 112 вышеназванного Кодекса налоговая санкция является мерой ответственности за совершение налогового правонарушения.

На основании пункта 4 статьи 112 упомянутого Кодекса при применении налоговых санкций судом или налоговым органом, рассматривающим дело, учитываются обстоятельства, смягчающие или отягчающие ответственность за совершение налогового правонарушения.

В силу подпункта 3 пункта 1 статьи 112 НК РФ перечень обстоятельств, которые судом или налоговым органом, рассматривающим дело, могут быть признаны смягчающими ответственность, является открытым.

В пункте 3 статьи 114 вышеназванного Кодекса указано, что при наличии хотя бы одного смягчающего ответственность обстоятельства размер штрафа подлежит уменьшению не меньше, чем в два раза по сравнению с размером, установленным соответствующей статьёй настоящего Кодекса.

При принятии решения инспекция по ходатайству общества установила наличие смягчающих ответственность обстоятельств, ответчиком учтена социальная направленность деятельности налогоплательщика, финансовое положение общества, в связи с этим штрафные санкции уменьшены в 4 раза, что отвечает требованиям справедливости и соразмерности, дифференциации ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба.

Оснований для дополнительного снижения штрафов апелляционная инстанция не установила и полагает, что примененный штраф соразмерен допущенному нарушению.

Оспариваемым решением обществу начислены пени в общей сумме 9 148 194,17 руб.

При рассмотрении спора в суде первой инстанции установлено, что при принятии решения инспекцией не учтено, что постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» в период с 01.04.2022 по 01.10.2022 введен мораторий на начисление неустоек, пеней.

С необоснованным начислением пеней на задолженность, которая подпадает под действие моратория, управление согласилось, решением управления от 20.04.2023 № 28-06/19509@ об отражении операций в ЕНС «АИС Налог-3» установлено, что в период действия моратория излишне начислены пени в сумме 1 303 623,94 руб. (том 26, листы 40-50).

Поскольку указанное решение принято после подачи рассматриваемого заявления, общество оспаривает решение без учета уменьшения пеней с учетом моратория.

Апелляционный суд не находит оснований для отмены решения инспекции в части пеней, поскольку полагает, что решение в указанной части до исключения пеней прав общества не нарушало, что им не опровергнуто.

В рассматриваемом случае мер принудительного взыскания спорных пеней в отношении общества управлением не принималось, при этом определением Арбитражного суда Архангельской области от 12.04.2023 по настоящему делу приняты обеспечительные меры в виде приостановления действия оспариваемого решения. В последствии решением управления от 20.04.2023 № 28-06/19509@ мораторные пени исключены.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что до исключения пеней не нарушались права общества и оспариваемое решение по сути отменено, в связи с этим оснований для признания незаконным решения инспекции в части пеней, начисленных за период действия моратория, апелляционной инстанцией не установлено.

Вместе с тем решение суда первой инстанции подлежит отмене на основании пункта 4 части 4 статьи 270 АПК РФ.

Поскольку в удовлетворении заявленных требований отказано, на основании статьи 110 АПК РФ расходы на уплату государственной пошлины за рассмотрение заявления подлежат отнесению на общество.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ в связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы общества расходы по уплате государственной пошлины в сумме 1 500 руб. относятся на ее подателя.

Руководствуясь статьями 110, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд  



п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Архангельской области от 31 января                   2024 года по делу № А05-3887/2023 отменить.

В удовлетворении заявления акционерного общества «Северодвинск-Молоко» отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                 Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.



Председательствующий

Е.А. Алимова


Судьи

А.Ю. Докшина


Н.В. Мурахина