Постановление от 11 июля 2024 г. по делу № А21-4523/2021

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Санкт-Петербург

11 июля 2024 года

Дело № А21-4523-4/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 02 июля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 11 июля 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Кротова С.М.

судей Герасимовой Е.А., Радченко А.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем судебного заседания Сизова А.К.

при участии:

от ГК «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО1 представитель по доверенности от 01.03.2023;

от ФИО2 – ФИО3 представитель по доверенности от 28.05.2019 (посредством онлайн-конференции);


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (регистрационный номер 13АП-10035/2024) на определение Арбитражного суда Калининградской области от 22.02.2024 по обособленному спору № А21-4523-4/2021 (судья Чепель А.Н.), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО4 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

установил:

решением Арбитражного суда Калининградской области от 22.11.2021 ФИО2 признана несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим должника утверждена ФИО4 член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих», о чем произведена публикация в газете «Коммерсантъ» № 231 от 18.12.2021.

Финансовый управляющий ФИО4 обратилась 17.02.2022 в суд с заявлением, в котором просит:

- признать договор <***> от 13.02.2012 недействительным

- применить последствия недействительности сделки.

Определением суда от 23.03.2022 заявление назначено к рассмотрению в судебном заседании.

Определением суда от 16.03.2022 к рассмотрению обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований привлечено ООО «Небеса».

В судебном заседании 21.07.2022 от финансового управляющего поступило уточненное заявление, в котором управляющий просит:

- признать договор <***> от 13.02.2012 недействительным

- признать договор № 2021-8005/100 от 27.07.2021 недействительным

- применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника квартиры, расположенной по адресу: <...> (кадастровый номер 39:15:111001:95).

Уточнение требований принято судом.

Определением суда от 21.07.2022 ООО «Небеса» исключено из числа третьих лиц, привлечено к рассмотрению обособленного спора в качестве соответчика.

В судебном заседании 17.11.2022 от финансового управляющего поступило уточненное заявление, в котором управляющий просит:

- признать договор <***> от 13.02.2012 недействительным

- признать недействительной сделку, заключенную между судебным приставом – исполнителем по передаче ООО КБ «Огни Москвы» по акту приема-передачи нереализованного имущества от 15.02.2018 в рамках исполнительного производства от 20.02.2017 № 2000/17/09015-ИП.

- признать договор № 2021-8005/100 от 27.07.2021 недействительным

- применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника квартиры, расположенной по адресу: <...> (кадастровый номер 39:15:111001:95).

Уточнение требований принято судом.

Определением суда от 17.11.2022 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено ОСП по особым исполнительным производствам УФССП России по Калининградской области.

19.12.2022 от финансового управляющего поступило уточненное заявление, в котором управляющий просит:

- признать договор <***> от 13.02.2012 недействительным

- признать недействительной сделку, заключенную между судебным приставом – исполнителем по передаче ООО КБ «Огни Москвы» по акту приема-передачи нереализованного имущества от 15.02.2018 в рамках исполнительного производства от 20.02.2017 № 2000/17/09015-ИП.

- признать договор № 2021-8005/100 от 27.07.2021 недействительным

- применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника квартиры, расположенной по адресу: <...> (кадастровый номер 39:15:111001:95).

Уточнение требований принято судом.

Определением суда от 09.03.2023 ОСП по особым исполнительным производствам УФССП России по Калининградской области исключено из числа третьих лиц, не заявляющих требований относительно предмета спора, привлечено к рассмотрению обособленного спора в качестве соответчика, также в качестве соответчика привлечено ООО КБ «Огни Москвы» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации Агентство по страхованию вкладов.

Определением суда от 22.02.2024 заявление финансового управляющего должника ФИО2 ФИО4 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, финансовый управляющий обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение отменить, направить дело на новое рассмотрение.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы ФИО2 указала, что судом первой инстанции необоснованно отказано в производстве экспертизы доказательств по делу. По мнению заявителя, материалы регистрационного дела на спорную квартиру, копии документов службы судебных приставов, имеют противоречивые сведения по датам, по подписям, расхождения по текстовому и техническому оформлению, разные штрих коды, как внутри документов постранично, так и в сравнении с копиями документов службы судебных приставов из дела Центрального районного суда №А2-116/2020.

Заявитель не согласен с отказом привлечения ФИО5

Заявитель указала, что не согласна с доводами суда по отклонению позиции ф/у ФИО4 по ст. 10 ГК РФ, по следующим обстоятельствам: доводы должника о том, что на момент заключения договора ипотеки ФИО2 не являлась сотрудником ООО «Константа», не рассмотрены судом, Банк имеет заинтересованность в выдаче кредита заведомо неплатежеспособному заемщику ООО «Константа» под залог спорной квартиры.

В материалы дела поступили отзывы от ГК «Агентство по страхованию вкладов» и ООО «Небеса» в которых они возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.

В ходе судебного заседания 02.07.2024 представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы. Представителем ФИО2 заявлено ходатайство о привлечении третьего лица не заявляющего самостоятельных требований - ФИО5, а также ходатайство об истребовании дополнительных доказательств и отложении судебного разбирательства. Представитель ГК «Агентство по страхованию вкладов» возражал против удовлетворения жалобы.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания (информация о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), размещена на сайте суда в сети Интернет), не явились, в связи с чем, на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ жалоба рассмотрена в отсутствие их представителей.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

Рассмотрев ходатайство ФИО2 о привлечении ФИО5 к рассмотрению обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, апелляционной коллегией установлено следующее.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

В соответствии с положениями пункта 3 статьи 51 АПК РФ, о вступлении в дело третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, либо о привлечении третьего лица к участию в деле или об отказе в этом арбитражным судом выносится определение.

Необходимость участия в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, обусловлена тем, что судебный акт по делу может повлиять на его права и обязанности по отношению к одной из сторон. Целью участия третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, является предотвращение неблагоприятных для них последствий. При решении вопроса о допуске лица в процесс суду необходимо установить, какой правовой интерес имеет данное лицо.

Участие третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в судебном разбирательстве требуется, если судебный акт, которым заканчивается рассмотрение дела в арбитражном суде первой инстанции, может повлиять на его права или обязанности, то есть непосредственно приведет к возникновению, изменению или прекращению соответствующих правоотношений между третьим лицом и стороной судебного спора.

ФИО2 не представила доказательств того, что судебный акт, вынесенный в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора может повлиять на права или обязанности ФИО5, в связи с чем оснований для удовлетворения ходатайства должника у суда не имеется.

Рассмотрев заявленное ходатайство в порядке статьи 159 АПК РФ, с учетом мнения лиц, присутствующих в заседании, оценив материалы дела, суд апелляционной инстанции отказывает в отложении судебного разбирательства, поскольку приведенные причины для отложения судебного заседания не свидетельствуют о невозможности рассмотрения заявления в данном судебном заседании. Отложение судебного заседания приведет к необоснованному затягиванию судебного разбирательства.

В силу части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Исходя из данной нормы, удовлетворение ходатайства об истребовании доказательств является правом, а не обязанностью суда.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.07.2011 N 5256/11, по делам, рассматриваемым в порядке искового производства, обязанность по собиранию доказательств на суд не возложена. Доказательства собирают стороны. Суд же оказывает участвующему в деле лицу по его ходатайству содействие в получении тех доказательств, которые им не могут быть представлены самостоятельно, и вправе предложить сторонам представить иные дополнительные доказательства, имеющие отношение к предмету спора.

При рассмотрении ходатайства об истребовании доказательств суд должен проверить обоснованность данного процессуального действия с учетом принципов относимости и допустимости доказательств, и при отсутствии соответствующей необходимости, вправе отказать в его удовлетворении.

В данном случае, и судом первой инстанции, и апелляционным судом учтена достаточность представленных по делу доказательств, в связи с чем оснований для удовлетворения ходатайства Общества об истребовании выписки по расчетному счету должника не имеется.

Судом первой инстанции рассмотрено заявление ФИО2 о фальсификации доказательств и установлено следующее.

Должник считает, что представленные в материалы дела нижеуказанные документы сфальсифицированы, а именно:

- подпись в предложении взыскателю оставить не реализованное в принудительном порядке имущество за собой представленное в регистрационное дело в Управление Росреестра отличается от подписи в Предложении взыскателю оставить не реализованное в принудительном порядке имущество за собой представленное УФССП в Центральный районный суд по делу № 2-116/2020

- акт от 29.11.2017 представленный в регистрационное дело в Управление Росреестра отличается от Акта представленного УФССП России в Центральный районный суд по делу № 2-116/2020

- постановление о передаче не реализованного в принудительном порядке имущества должника взыскателю представленный в регистрационное дело утвержден руководителем 28.11.2017, а постановление о передаче не реализованного в принудительном порядке имущества должника взыскателю представленный УФССП в Центральный районный суд по делу № 2-116/2020 утвержден 21.12.2017.

Также должником заявлено ходатайство о назначении почерковедческой и технической судебной экспертизы.

Согласно статье 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, когда лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу. В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Таким образом, назначение экспертизы не является единственно возможным способом проверки достоверности заявления о фальсификации доказательств.

Под фальсификацией понимается подделка, подлог либо фабрикация вещественных или письменных доказательств, а также изготовление соответствующего фиктивного документа и предъявление его суду.

Однако, в рассматриваемой ситуации оспариваемые документы содержались в регистрационном деле были предоставлены Управлением Росреестра, а не стороной настоящего обособленного спора по запросу Арбитражного суда Калининградской области. Также оспариваемые доказательства являются частью материалов дела № 2-116/2020, рассмотренного Центральным районным судом г. Калининграда.

С учетом вышеуказанных обстоятельств суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для назначения судебной экспертизы и для удовлетворения заявления о фальсификации доказательств.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 13.02.2012 между ООО КБ «Огни Москвы» и ООО «Константа» был заключен кредитный договор <***> в соответствии с которым ООО «Константа» была открыта кредитная линия с лимитом задолженности 10 000 000 руб.

13.02.2012 в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору от <***> между ООО КБ «Огни Москвы» и ФИО2 был заключен договор поручительства № МСБ-78/003-12/ВКЛ-П02 от 13.02.2012, в соответствии с условиями которого ФИО2 несет перед ООО КБ «Огни Москвы» солидарную с ООО «Константа» ответственность в полном объеме.

Также 13.02.2012 между ФИО2 и ООО КБ «Огни Москвы» был заключен договор об ипотеке <***>, согласно условиям которого ФИО2 передает в залог ООО КБ «Огни Москвы» жилое помещение (квартира) № 10, расположенную по адресу: <...>, общей площадью 157,4 кв. м. с условным номером 39:15:03:0122:0016:24937/А:0010.

Решением Центрального районного суда г. Калининграда от 08.10.2015 по делу № 2-4384/2015 с ФИО2 в пользу ООО КБ «Огни Москвы» взысканы денежные средства в размере 13 940 450,09 руб., обращено взыскание на имущество переданное в залог, а именно: жилое помещение (квартира) № 10, расположенную по адресу: <...>, общей площадью 157,4 кв. м. с условным номером 39:15:03:0122:0016:24937/А:0010, установив начальную цену продажи заложенного имущества с публичных торгов в размере 13 344 000 руб.

14.09.2016 Отделом по особым исполнительным производствам УФССП по Калининградской области возбуждено исполнительное производство №14625/16/39023-ИП.

31.05.2017 отделом по особым исполнительным производствам УФССП по Калининградской области вынесено постановление о передаче арестованного имущества на торги.

16.08.2017 отделом по особым исполнительным производствам УФССП по Калининградской области вынесено постановление о снижении цены переданного на реализацию имущества на 15%.

28.11.2017 отделом по особым исполнительным производствам УФССП по Калининградской области вынесено постановление о передаче нереализованного в принудительном порядке имущества должника взыскателю по цене на 10 % ниже его стоимости, указанной в постановлении об оценке, а именно 10 008 000 руб.

28.11.2017 вынесено постановление о проведении государственной регистрации права собственности взыскателя на имущество, зарегистрированное на должника.

29.11.2017 составлен акт о передаче нереализованного имущества должника взыскателю.

22.02.2018 исполнительное производство окончено, а 23.11.2018 за Банком зарегистрировано право собственности на квартиру.

27.07.2021 между ООО КБ «Огни Москвы» (продавец) и ООО «Небеса» (покупатель) заключен договор № 2021-8005/100 купли-продажи объекта недвижимого имущества, в соответствии с условиями которого по результатам электронных торгов посредством публичного предложения по реализации имущества продавец передал покупателю в собственность квартиру. Право собственности ООО «Небеса» на квартиру зарегистрировано в ЕГРН Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калининградской области 17.09.2021 за номером 39:15:111001:95-39/028/2021-7.

Финансовый управляющий считает, что договор ипотеки заключен должником при наличии признаков злоупотребления правом, с целью причинения вреда кредиторам, является ничтожным, как и акт передачи арестованного имущества взыскателю, а договор купли-продажи спорного имущества в свою очередь является мнимой сделкой, просит признать указанные сделки недействительными на основании статей 10, 166, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным указанным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со статьей 213.1. Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В соответствии с абз. 2 п.7 ст. 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В соответствии с частью 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Заявление о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом) принято арбитражным судом к производству 30.07.2021 года, соответственно, спорные договор об ипотеке и передача нереализованного имущества в рамках исполнительного производства совершены в период, выходящий за пределы периода подозрительности установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и могут быть оспорены только по общим основаниям, предусмотренным ГК РФ, в то время как договор купли-продажи заключенный 27.07.2021 заключен в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом и может быть оспорен на основании п. 1, 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с абзацем четвертым пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63) наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную.

В соответствии с пунктами 3, 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Пунктом 2 названной нормы предусмотрено, что в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Таким образом, статьей 10 ГК РФ закреплен принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определены общие границы (пределы) осуществления гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделки, влечет ничтожность сделки, как не соответствующей закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. При этом недобросовестность безусловно предполагает информированность контрагента о том, что он действует с целью причинения вреда и в ущерб интересам другого лица.

ФИО2 поддерживая заявленные финансовым управляющим требования указала, что в период заключения спорной сделки находилась в состоянии психического заболевания – клинической депрессии в связи с чем проходила стационарное лечение в республике Литва, кроме того, не являлась сотрудником ООО «Константа», не получала никакой коммерческой прибыли, компенсации или иного улучшения своего положения, а банк в период совершения сделки находился в состоянии перед отзывом лицензии.

Решением Центрального районного суда г. Калининграда от 01.06.2015 по делу № 2-1199/2015 (оставлено без изменений апелляционным определением от 07.10.2015), послужившим преюдициальным судебным актом для вынесения Решения Центрального районного суда города Калининграда от 08.10.2015 должнику было отказано в признании договора ипотеки недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным ст.ст. 167, 168, 179 ГК РФ. Как было установлено судами, на момент заключения договора ипотеки отсутствовали обстоятельства, позволяющие сделать вывод о том, что должник не отдавал отчета своим действиям и не руководил ими; переданная в залог квартира не являлась единственным жильем должника; отсутствуют доказательства того, что должник был введен в заблуждение относительно предмета сделки, а также того, что договор ипотеки являлся кабальной сделкой.

Доводы должника о том, что на момент заключения оговора ипотеки ФИО2 не являлся сотрудником ООО «Константа», рассмотрены судом первой инстанции и признаны необоснованными, поскольку опровергаются кредитным досье ООО «Константа», из которого следует, что вела переписку от имени ООО «Константа», была указана как финансовый директор общества.

Согласно кредитному досье Заемщика (копия которого приобщена к материалам дела) должник занимала должность финансового директора заемщика, являлась инициатором заключения кредитной сделки, занималась сбором и оформлением документов, сопровождала кредитную сделку со стороны заемщика (в период исполнения заемщиком обязательств по кредитному договору).

Справка о доходах от 20.12.2011 № 1 подтверждает, что должник являлся работником ООО «Константа», с доходом 60 000,00 рублей в месяц.

Из анкеты-заявки на выдачу кредита также следует, что ФИО2 являлась работником ООО «Константа».

Таким образом, должник была заинтересована в получении заемщиком денежных средств по кредитному договору в том числе и по той причине, что кредитные денежные средства направлялись на развитие бизнеса заемщика, а значит – и на увеличение дохода должника.

Лицензия на осуществление банковских операций у ООО КБ «Огни Москвы» была отозвана Приказом ЦБ РФ № ОД-1046 от 16.05.2014, спустя более двух лет после заключения спорного договора ипотеки, что также опровергает доводы должника и финансового управляющего о том, что банк в период заключения договора находился в преддверии банкротства, а сделка совершена при злоупотреблении правом.

При этом, стоит учесть, что сделку от 03.04.2013 по передаче ФИО6 (сыну Должника) доли в иной своей <...> (установлено решением суда от 08.10.2015) ни ФИО2 ни финансовый управляющий по аналогичным основаниям не оспаривает, способность ФИО2 отдавать отчет своим действиям и руководить ими при совершении сделки дарения под сомнения не ставится

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. При этом недобросовестность безусловно предполагает информированность контрагента о том, что он действует с целью причинения вреда и в ущерб интересам другого лица.

Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью, причинить вред другим лицам, оно должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне.

При решении вопроса о наличии в поведении того или иного лица признаков злоупотребления правом суд должен установить, в чем заключалась недобросовестность его поведения при заключении оспариваемых договоров, имела ли место направленность поведения лица на причинение вреда другим участникам гражданского оборота, их правам и законным интересам, учитывая при этом и поведение контрагента.

Однако, сторонами не доказано, что при заключении спорного договора ипотеки, должник и банк действовали исключительно с целью причинения вреда и ущерба интересам других лиц.

С учетом изложенных обстоятельств суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что в действиях сторон оспариваемой сделки отсутствуют признаки недобросовестности и злоупотребления правом.

Рассматривая доводы о признании недействительной сделкой передачу ООО КБ «Огни Москвы» по акту приема-передачи нереализованного имущества в рамках исполнительного производства от 20.02.2017 № 2000/17/09015-ИП, судом апелляционной инстанции установлено следующее.

Финансовый управляющий ФИО4 указывает, что имеются основания для признания сделки – акта передачи арестованного имущества взыскателю, составленного банком и судебным приставом-исполнителем с применением последствий в виде прекращения ипотеки, поскольку был нарушен установленный порядок.

При этом решением Центрального районного суда г. Калининграда от 13.02.2020 по делу № 2-116/2020 отказано в удовлетворении исковых требований ФИО2 к УФССП по Калининградской области в лице отдела по особым исполнительным производствам, Государственной корпорации АСВ о признании незаконной передачи нереализованного имущества, восстановлении права собственности на квартиру отказано, при этом судом указано, что спорное имущество передано банку постановлением судебного пристава-исполнителя отдела по особым исполнительным производствам УФССП России по Калининградской области от 28.11.2017, утвержденным начальником отдела старшим судебным приставом – исполнителем ФИО7, которое до настоящего времени не отменено и не признано недействительным, в установленном законом порядке и в установленный законом срок действия судебного пристава-исполнителя не обжаловались, а на основании данного постановления и акта передачи нереализованного имущества была произведена регистрация права собственности на данное имущество, о чем в ЕГРН внесена соответствующая запись, исполнительное производство окончено.

Применительно к дате возбуждения производства по рассматриваемому делу о банкротстве (30.07.2021) оспариваемая сделка по оставлению в рамках исполнительного производства взыскателем за собой спорного имущества должника совершена 29.11.2017, то есть за пределами периода подозрительности, установленного диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником - банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Таким образом, требование заявителя по данному обособленному спору может быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Однако ни финансовый управляющий, ни должник не представили доказательства наличия таких пороков. При этом, действия сторон соответствующего исполнительного производства и их последствия исследованы не только в рамках настоящего обособленного спора, но и в спорах, рассмотренных Центральным районным судом г. Калининграда, по результатам которых им дана правовая оценка.

При этом в силу пункта 14 статьи 87 и пункта 4 статьи 66 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (далее - Закон об исполнительном производстве) вынесение постановления о передаче нереализованного имущества должника взыскателю не ставится в зависимость от составления акта приема-передачи имущества. Вынесение постановления о проведении государственной регистрации права собственности на имущество также не зависит от момента составления акта приема-передачи имущества.

Само по себе указанное постановление не является основанием возникновения права собственности на недвижимое имущество, при этом правомерность документов, представленных судебным приставом-исполнителем для государственной регистрации прав должника на недвижимое имущество, в том числе акт приема-передачи имущества, подлежит проверке регистрирующим органом.

Довод о нарушении судебным приставом - исполнителем норм действующего законодательства при передаче им нереализованного имущества должника в пользу банка, как доказательство оспоримости сделки, не может быть принят во внимание, поскольку сам факт незаконности действий судебного пристава-исполнителя, на котором заявитель основывает свои требования, не установлен ни в судебном, ни в административном порядке.

Судом отмечается, что возможность оставления за взыскателем нереализованного имущества должника прямо закреплена в части 12 статьи 87 Закона об исполнительном производстве в качестве одного из прав взыскателя по исполнительному производству, а доказательств наличия у судебного пристава-исполнителя и взыскателя умысла на заведомо недобросовестную реализацию данного права в ущерб правам и законным интересам должника и его кредиторов не представлено, в связи с чем не имеется оснований для признания данной сделки и по иным основаниям.

Из пункта 56 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 усматривается, что если лицо полагает, что государственным регистратором допущены нарушения при осуществлении государственной регистрации права или сделки, оно вправе обратиться в суд с заявлением по правилам главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения данной части требований заявления финансового управляющего должника на основании ст. ст. 10, 168 ГК РФ.

Относительно требований финансового управляющего о признании недействительной сделкой договора купли-продажи от 27.07.2021, заключенного между ООО КБ «Огни Москвы» и ООО «Небеса», судом установлено следующее.

Финансовый управляющий ФИО4 указывает, что данный договор является мнимым, поскольку интересы ООО КБ «Огни Москвы» и ООО «Небеса» представлял один человек – ФИО5 и квартира фактически не выбыла из владения ООО КБ «Огни Москвы».

ООО КБ «Огни Москвы» возражая против данных требований финансового управляющего указало, что доводы управляющего не подтверждены фактическими обстоятельствами.

ООО «Небеса» в своем отзыве указало, что квартира приобретена на торгах, сделка сторонами исполнена, за ООО «Небеса» зарегистрировано право собственности на спорную квартиру, в связи с чем доводы финансового управляющего о мнимости сделки несостоятельны.

В рамках процедуры банкротства ООО КБ «Огни Москвы» имущество должника было реализовано посредством электронных торгов путем публичного предложения (сообщение №2030081677 в газете АО «Коммерсантъ» от 22.05.2021 г. № 86 (7048)), организованные к проведению на электронной площадке АО «Российский аукционный дом», по адресу в сети интернет: bankruptcy.lot-online.ru, в период с 21.07.2021 по 27.07.2021.

Указанные торги признаны состоявшимися, победителем торгов признано – ООО «Небеса» (ОГРН <***>).

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

20.07.2021 между ООО КБ «Огни Москвы» (Продавец) и ООО «Небеса» (Покупатель) заключен договор купли-продажи №2021-8005/100, который со стороны продавца подписан представителем конкурсного управляющего – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» ФИО8, со стороны покупателя – директором Общества ФИО9.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости об объекте недвижимости от 22.09.2021 № 99/2021/419149600 в реестр внесена запись о регистрации перехода права собственности к ООО «Небеса» № 39:15:111001:95-39/028/2021-7 от 17.09.2021.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Следует также учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Поэтому при наличии в деле о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом, суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

При квалификации сделки в качестве мнимой необходимо установить ее фиктивный характер, который заключается в отсутствие у сторон такой сделки цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 N 7204/12, определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411).

Доводы финансового управляющего о мнимости сделки и о том, что имущество фактически не выбывало из владения должника, правомерно отклонены как не подтвержденные документально.

Доводы финансового управляющего и должника, что поскольку интересы ООО КБ «Огни Москвы» и ООО «Небеса» представлял один человек – ФИО5 также опровергаются материалами обособленного спора, поскольку ФИО5 лишь осуществлял подачу документов в регистрирующий орган.

На основании изложенного, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о реальности правоотношений между сторонами, в связи с чем не усматривает оснований для признания сделки недействительной на основании статьи 170 ГК РФ.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд полагает, что судом первой инстанции при рассмотрении спора правильно определен характер спорного правоотношения, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, правильно определены законы и иные нормативные акты, которые следовало применить по настоящему делу, дана оценка всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований арбитражного процессуального законодательства.

Выводы суда являются верными. Материалы дела не содержат документально подтвержденных данных, позволяющих переоценить выводы арбитражного суда первой инстанции.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи, с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем нет оснований для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда Калининградской области от 22.02.2024 по обособленному спору № А21-4523-4/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


С.М. Кротов

Судьи


Е.А. Герасимова

А.В. Радченко